Текст книги "Жена для Бога (СИ)"

Автор книги: Рианнон Шейл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 14. Ваал. Таира

Ваал. 

Настоящее время. Северные земли. Чертог Бездны.

Пора бы привыкнуть к тому, что мир начал меняться и причина тому не я. Сейчас, ни чертогов, ни бездны. Одна равнина... Чертог Бездны ранее когда-то был Элизиумом на земле.

Это проклятое местечко постоянно терпит какие-то видоизменения. То райский остров, населенный божественными тварями, то воплощение Тартара на этой планете, а то и во все, припай, окутывающий все ледяным покрывалом, словно погрузил в спячку тех, кто в нем обитает.

Бездна служит преисподней и местообитанием для чудовищ, тех самых, которых нам оставила Анхелла.

Чертог состоит из нескольких слоев. Грубо говоря –это яма, в которой есть яма больше, а в той еще больше. И в каждом слое свои «жители». Чем ниже слой, тем ужаснее и сильнее монстр. И пока бездна горела, она хоть как-то сдерживала часть низших существ. Но когда ледяной припай заполнил территории, тогда и вовсе на этих землях снова воцарился покой, который к моему несчастью продлился недолго.  С очередной осенью, Хаос снова начал испытывать меня на прочность…

Пустынная равнина покрылась сетью густого, красно-серого тумана. Ландшафт, не имеющий конкретной, четкой границы. Небо казалось настолько низким, что создавалось впечатление, будто я нахожусь в пещерах самого Пандемониума, где вечно безумствует ледяной ветер. Пещеры нескончаемыми лабиринтами тянулись, переплетая четыре мира нижнего слоя, словно соединяли между собой миры нижнего плана. Вот и сейчас складывалось мнение, что я снова угадил в эту западню. Но страшило не это, а то, кто пробудился и ожидал моего появления тут. Все было хуже, чем «очень плохо».

Василиск– олицетворение Хаоса, Мглы и зла. Вечно желающий повергнуть миры в вечную тьму. Таково его истинное предназначение. Он поглощает все созданное на его пути. Даже мне не под силу справиться с тем, кто пробудился. Максимум, на что я способен, это сдержать его, чтобы он не повлек морок на смертных. Но это существо могло привести в мир целую армию демонов, что томятся в лабиринтах Тартара.

Одного  я не понимал... Как чудовищное создание первой дочери Хаоса появилось в мире смертных?

Этой Богине явно чем-то мешал мой мир….

Василиск, или как называют его  Боги-Регулус. Демоническое существо, живущее в междумирье, в пустотах Хаоса. Движется, смещая свое тело волнами по сторонам, оставляя за собой пустоту. Ломает камни и сжигает все на своем пути ярым пламенем. Словно дракон не умеющий летать, но быстро и искусно передвигающийся. Огромный, но пластичный... Быстрый. Его голова в шипах, словно в костных наростах, и бесчисленное количество зубов, торчащие в хаотичном порядке, что расположены в несколько рядов. Однажды увидев зевок этого "чуда" мне перехотелось знакомиться с его хозяйкой...

Бронированная кожа устойчивая к любой магии, к любой энергии, к любой силе. Даже к силе Высших Богов.

Дитя ночной темноты, перемещающееся в недрах земли сквозь двенадцать миров, оказалось на поверхности, и сейчас передо мной мирно дремало, свернувшись в змеиный клубок.

Таира. Настоящее время.  Алавер.

Темные Празднества.

– «Ты нарушила клятву, данную нам! Ты предала нас, и ты понесешь наказание!» –  звучало со всех сторон, леденя моё тело.

– Я люблю его! –  кричала в пустоту, оставляя свое эхо.

– «Ты омыта кровью святых, но для того, чтобы войти в Царство Богов, нужно заплатить цену и цена эта – любовь».

– Нет!

Рывком я подорвалась с постели. Страх сковал все тело, вызывая сильные спазмы в мышцах.

Несмотря на то, что не было никакой опасности, душевная, фантомная боль не покидала, пока стук в дверь не вытащил меня из коматозного состояния.

– Таирлана, – теплый голос ректора заставил забыть о не самом ярком пробуждении в моей жизни. – Просыпайся.

– Да! –  выкрикнула я. – Я уже.

С недавних пор я живу в доме нового родителя. Не то что бы это было обязательным требованием, просто Ринар Гасдисхель говорил, что так ему спокойнее. Но я подозревала, что кто-то донес на меня о том, что я ночами бегаю черти куда. Удивляет то, что в доме Гардисхеля, как и в доме Ваала я сплю, как хорек, и на удивление, высыпаюсь.

В этот год Синяя луна впервые за множество столетий выпала на Темные Празднества. И все изменилось именно тогда, когда брачная татуировка растянулась по изгибам моей спины.

С восхищением и восторгом я смотрела в зеркало и любовалась божественной  символикой.

Рисунок  был схож с тем, что красовался на спине Темного Бога.

Весы. Странный был рисунок. Черный. Но в одной чаше будто плескалась кровь, а в другой, словно билось  настоящее сердце.

Толика ужаса проскочила в голове, понимая, что дивная татушка вышла не на руке, как у всех жриц. Впрочем,  я-то уже не жрица, да и муж у меня, далеко не маг, выбранный Богами Стихий. Так что это вполне даже лучше. Надеюсь…

Вот только если эту метку увидят? Не заподозрят ли неладное?

Мои извилины, напомнили мне о том, что говорил Ваал. О метках Темных Богов не упоминалось нигде… В конце концов, на то я и нареченная дочь Богов Стихий, чтобы и метка у меня была отличительная. Но вдруг мне вспомнился сон, и тоска наравне с тревожностью начала окутывать голову, пытаясь вытеснить равновесие, которое царилось даже на моей спине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Получить такую отметину, в такой значимый день, это не что иное, как знак связи с Ваалом.

Все остальное не имеет значение. Никто и ничто уже не имеет значение. Сегодня наконец-то вернется мой Темный Бог.

***

– Где же… Где же она? Ах, вот! –  из забитого гардероба выхватила черную атласную ткань в которой танцевала ритуальный танец для Ваала в прошлом году.

Я и предвкушала встречу с мужем, и отчасти боялась того, что может удумать Имрана.

До захода солнца пять часов… Каких-то пять часов разделяют меня с тем, кого я не видела два долгих месяца.

Город уже шумел в предвкушении часа, когда Синяя луна явит себя и закроет солнце, вводя мир в темноту. Жрицы ждали, когда я явлю себя в храм, а я ждала, когда явится мой муж.

Ректор Гардисхель вперед меня умчался в город, а я на выходе из дома уже наткнулась на Теона с Юстой в академическом саду.

– Что в пакете? –  спросила любопытная девчонка, пытаясь заглянуть в него.

– Яблоки,  щуря взгляд и улыбаясь, сказала рыжей голове.

– Только не говори, что и в этом году ты не будешь с нами, –  сердитым голосом сказал Теон.

– Говорить не буду, ты и сам знаешь, –  пожала плечами.

Маг сверкнул глазами, словно догадался, куда я держала путь. И да, путь мой был до самого Темного храма.

– Увидимся на фестивале, –  с улыбкой соврала я влюбленной парочке, шевеля ногами  по заданной траектории.

Какое пренебрежение со стороны нареченной дочери Богов Стихий не явиться в храм по просьбе самой Верховной. И пусть я уже не жрица, но мне было скверно, как будто я предала тех, кто оберегал меня.

Ноги развернули меня и зашагали по направлению к храму Четырех Богов. Совесть, она и в другом мире совесть. Не потому что я обещала Имране исполнить свое предназначение, а потому что нужно отдать «дань» за мою сохранность. Теперь есть другой Бог, который с охотой меня будет защищать. Но я надеялась, что Боги Стихий простят меня и мою запретную любовь. Но подходя к храму, совестно становилось  как раз уже перед мужем, ведь я ему обещала не приходить больше в храм Стихий.

Я не знала, чего ожидать от жриц. Но одно грело душу. Они понятия не имеют, что можно ожидать от меня.

Темно-синее платье скрывало меня от шеи до самых пят. Я больше надеялась, что никто меня не заставит раздеваться. Понятия не имела, что из себя представлял ритуал, который я якобы должна исполнить. Никто не знал… Даже Ваал.

Шумный народ суетился, красивые, облаченные в шелка жрицы, пели песни и танцевали. Разноцветные огоньки блуждали по улицам, натыкаясь на зевак, а самые смелые кружились  в хороводах и танцевали. В  воздухе парил аромат спелых фруктов и распустившихся цветов, словно сейчас весна  вперемешку с летом.

Я проскочила в храм, дабы просто разведать обстановку. И нет, я не стремилась исполнить свое «предназначение», но было любопытно, чего они там удумали.

– Нареченная дочь! –  воскликнул кто-то торжественно из толпы, и все начали расступаться, пропуская меня, и смотря так неистово и зачарованно, как на святыню.

После прошлого зимнего бала я не осталась в стороне и все теперь знают меня в лицо.

Истинно верующие в Богов Стихий тянулись ко мне, лишь бы коснуться, хоть на миг. Я не чувствовала себя причастной к светлой, божественной сути. Я была все тем же человеком, с нечеловеческими способностями, которые, впрочем, были почти у каждого второго, если взглянуть на это с другой стороны. Но люди явно считали иначе.

Искренне улыбаясь, я дарила тепло и свет, обнимая стариков и женщин. Маленькие дети бежали и обнимали меня за ноги, и я поняла, что вот оно… Которое я могу обернуть во благо… В свет.

То, что делала королева Анаид Адамина Ли`Таурбэ для народа, не делает не одна из Верховных.

Так почему жене Темного Бога не изменить мир?

Глава 15. Таира

Когда мы целиком отдаем себя танцу,

танец становится молитвой. (Габриэлла Рот)

– Приветствуем тебя, нареченное дитя! –  хором отозвались Верховные жрицы, от чего я только крепче прижала к себе пакет с яблоками.

Я прошла в контурный зал под пристальным взглядом женщин. Здесь не было никого кроме нас и различных даров для Богов Стихий. Музыка и смех доносились за пределами этих стен, а тут царила тишина… Гробовая, ни как иначе.

Имрана величественно стояла у алтаря, что был обильно засыпан драгоценными камнями, которые слепили глаза своим отблеском.

– Ммм, –  протянула я, вызывая удивление на лицах. – Сколько драгоценностей. Наконец-то можно построить дом для детей-сирот? –  вопросительно взглянула в глаза своей бывшей наставнице.

– Нареченная дочь, –  тихо протянула Имрана, чей вид с момента нашей встречи изменился не в лучшую сторону. Годы стремительно пленили  её тело, добавляя ей морщин с каждым ее вздохом. – Позвольте это решать Верховной, коей вы не являетесь.

Я промолчала. Сказать есть что, но не сейчас.

– Вы принесли дары? –  спросила одна из Верховных жриц. Не молода, но и не стара, впрочем, как и остальные. В длинном, зеленом платье, покрытое изумрудами, в которых блистал огонь, что горел по кругу в огненных чашах.

Хватку я не ослабила, не желая расставаться с пакетом, ибо дары там совершенно для другого Бога.

– Нет, это не дары, –  мягко ответила я. –  Я здесь, и… Я пришла, чтобы… –  оглядела всех в поисках ответа, чтобы ЧТО? Что черт побери я тут забыла, когда должна встречать Ваала.

– Станцуй.

– Станцевать? –  переспросила я Имрану удивленно. – Для чего?

– Для кого, –  грозно осадила меня. – Для Богов…Стихий, конечно же.

Однозначно, Богов Стихий не было рядом, так же как и элементалей или стихиалей, что уже казалось странным. Сейчас здесь были только те, в чьих жилах течет кровь.

В зал вбежала молодая жрица. За ней забежала вторая, а после, третья. Каждая из них держала сверкающий поднос.

Девушки поклонились мне, не глядя в глаза. Не спеша ко мне подошла первая жрица.

– Позвольте вашу ногу, –  тихо простила она, присев передо мной на колено. На её подносе, что был залит чем-то красным, лежала гунгра – браслет, с множеством бубенцов, который одевался на ногу, для исполнения ритуального танца.

Я протянула ногу, чуть приподнимая подол платья, чтобы не вымазать его. Стоило браслету коснуться кожи, я дернулась, не ожидав, что металл будет на столько холодным. Звон гунгры разлетелся по залу, оставляя леденящий холодок по телу. Жрица принялась одевать второй браслет. Следом подошла еще одна девушка.

– Позвольте, я поставлю дары? –  боясь нарушить тишину, спросила она.

– Это не дары. Поставь их туда, –  указала к каменной колонне, у входа.

Положив пакет в указанное место, она взяла мою руку и словно невзначай дернула рукав, под которым должна была красоваться, всеми известная брачная татуировка. Но которой не было.

– На другую руку, –  протянула ей левую, улавливая прищур наставницы.

Сотня тонких серебряных браслетов, красовались на моей руке поверх рукава.  Затем она обернула вокруг моей талии пояс из серебряных монет с магическими символами и рунами. Такой пояс одевали жрицы, танцуя на праздниках.

Где-то в утробе прострельнуло беспокойство и волнение. Очень захотелось сбежать. Вот прямо так, с позором, звеня гунгрой. Да какая разница? Жить  тут все равно не собиралась, за то какие сплетни будут… Красота! От первой еще не отмылась. А ведь обо мне судачат намного больше и чаще чем о всех Богах вместе взятых.

Совершенно бесшумно и незаметно подошла Имрана, и первые две девушки сразу удалились с зала. Верховная встала напротив меня, оглядывая мою макушку, потому что я не стремилась поднимать свой взгляд.

Подошла третья девушка. Её взгляд был устремлен в пол, на лице отражалась печаль, а в руках поднос с чашей, наполненной чем-то красным, не иначе как кровь.

Я нахмурилась и проглотила воздух, который словно камень застрял где-то в горле. Вся эта церемония была такая «холодная», словно похоронный ритуал. Холод терзал моё тело, а тревога – душу.

Имрана макнула свои пальцы в красную жижу и коснулась моего лба, а потом щек, вырисовывая какие-то знаки. Снова макнув пальцы, она взяла мою руку и измазала внешнюю сторону ладони. То же самое она сделала и с другой рукой.

Молодая жрица ушла, все так же смотря в пол. За ней откланялись другие Верховные, только удалялись они  к двери спиной, опустив свою голову. Все это казалось очень странным. Особенно то, что Имрана, склонив свою голову передо мной, попятилась назад тем же маневром. И я осталась одна.

Совсем одна, в зале, с четырьмя горящими чашами, четырьмя чашами, наполненными водой, четырьмя чашами, из которых росла лоза, переплетая колонны храма. И четырьмя пустыми чашами, которые пустыми вовсе не были.

Я вскинула руку, и звон браслетов разнесся по залу, наполняя его мелодией. Один шаг и зазвенела гунгра. И через пару минут ритуальная мелодия  охватила так, что я забыла кто я, и где я.

Я резко распахнула глаза и первое, что увидела, это свод крыши. А первое, что услышала, это тишину. И толи она окутала пространство, толи я стала на порядок глухой. Попытавшись встать, меня покосило в сторону, словно я была опьянённая, и явно не красотой сегодняшнего праздника. Медленными шагами я доползла к двери, а распахнув её, увидела пустой зал, но полностью залитый утренним светом.

– Нет! Нет! Нет! – не веря своим глазам, я уже бежала прочь их храма.

Солнце ярко слепило глаза, а в груди не хватало воздуха, я задыхалась, понимая, что не явилась в храм Хаоса.

С перемазанным лицом, я бежала по улице, пугая тех, кто попадался на моем пути. Спотыкаясь, я влетела в разрушенную арку Темного храма. Преодолевая коридор, сердце норовило выскочить из груди, сломав грудную клетку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Меня встретила темнота и холод. Даже алтарь не засиял, а ведь он всегда сиял, когда я приходила.

– Ваал, –  сказала я в пустоту, но ответа не последовало. – Ваал! –  я закричала, понимая, что слезы наворачиваются, и нет сил, чтобы их сдержать.

– Что я наделала…

Глава 16. Таира

Когда жрица не приходит в храм Хаоса, где-то в мире грустит Темный Бог. (Таира)

Прошла неделя с момента Темных Празднеств. Ваал так и не явился, и моё беспокойство, как и вина за произошедшее, с каждым днем набирало обороты.  Не пришла в храм Хаоса, не подарила ритуальный танец Темному Богу, и он себя не явил. Или, может быть, он был там, ждал меня, но ушел с рассветом, так и не дождавшись. Когда жрица не приходит в храм Хаоса, где-то в мире грустит Темный… Наверняка.

– Торман, – голос преподавателя вывел меня из раздумий. – Вы меня не слушаете!

Я безразлично взглянула на преподавателя, потом на его большой стол.

– Да что вы ко мне прицепились со своими теориями оживления цветов! – подорвавшись с места, хлопнула руками по парте. Ошарашенный преподаватель сделал шаг назад, подлавливая на ходу летящие в низ очки.

– Таир, ты чего? – шептал Теон, дергая меня за руку, чтобы я села обратно.

– Fli-o-res vi-vo! – я взмахнула рукой, словно волшебной палочкой, вызывая жгучий интерес у окружающих адептов. Все напряглись, и даже я…ведь я понятия не имела, чего такое ляпнула, а главное ЗАЧЕМ?

Цветок, а точнее сухая палка, что торчала из земли, начала зеленеть, да так, что меньше чем через минуту на ней появились зеленые стебли, а горшок и вовсе лопнул от быстро растущих корней, которые начали заполнять стол преподавателя.

Вскоре большая часть кафедры была заполнена зеленью, а кабинет Гардисхеля скромно украшала нареченная дочь Богов Стихий.

Хмурый ректор сидел за столом, заключив пальцы в замок. Преподаватель что-то жалобно пыхтел о том, что я сорвала урок каким-то неведомым заклинанием, якобы продемонстрировав божественную силу. Тем самым  дала ученикам сомневаться в профессиональности преподавателя.

Кто ж знал, что та сухая палка не подлежит восстановлению? Бракованная она была...не как иначе....

– Вы свободны, – выдохнул седой глава академии, поглядывая на меня, но сказано это было точно не мне. Дверь за моей спиной тихонько хлопнула, и я немного напряглась.

– Клара! – заорал мужчина, а я подскочила с того места на котором стояла.

– Да, Ринар Гардисхель? – в кабинет забежала новая секретарша.

– Чаю нам.

– И что-то сладкое, – тихо прошептала я.

– И что-то сладкое! – громко повторил ректор, улыбаясь. Боже…обожаю его. – Я даже спрашивать не хочу, что было.

– И слава Богам! – выдохнула я, утонув  в мягком диване.

Не меньше получаса мы сидели, молча попивая чай, заедая его шоколадными круассанами.

– Завтра ты отправляешься на свадьбу. Аслахам находится не так далеко, но все же лучше я сам открою вам портал.

– Я отправлюсь одна? – обрадовалась ненароком, но зря.

– Нет, конечно. Я нашел спутника, если многоуважаемый, Эльтар Де`Морган Баэль не имеет такой возможности.

– Не имеет.

Разговор прервал стук в дверь, и противный голосок, не менее противного соседа по парте.

– Привет, детка, – широко улыбаясь, в кабинет зашел Адам.

– Какая я тебе детка? – кинула в него кожаную подушку, угадив в холеную физиономию.

– Адам…сядь.

– Ооо нет! – завопила я.

– Ооо да!

***

В пустующем зале,  Адам был уже при параде. Красный смокинг, дерзкий взгляд, и лучезарная улыбка, направленная прямо на меня.

– Закрой свой рот, чего так улыбаешься?

– Детка, мы идем на свадьбу, а не на похороны.

– Не называй меня деткой!

Открылся портал…

– Ты очаровательно выглядишь в этом алом платье. Цвет страсти и любви, – промурлыкали мне в ухо.

– Ты что, бессмертный? Не надо так близко. Развлекайся, а мне надо найти жениха.

– Эй, детка, – ухватил меня за локоть. – В смысле девушка. Куда вы так торопитесь? Это не культурно, покидать своего кавалера, чтобы найти чужого.

– И кто же это у нас тут? Не уж-то нареченная дочь Богов Стихий почтила нас своим визитом?

– Айдэн! – кинулась в объятия мага.– Ты такой…такой…

– В красном! – рассмеялся он. – Как все! Никакой изюминки! А это еще что за жалкое подобие декана Баэля? – тихо прошептал мне в ухо.

– Ой, да не обращай внимания, увязался со мной с самой академии. Пойдем уже! Мечтаю познакомиться с твоей будущей женой!

Взглянув на Адама, уловила его лицо, полное недоумения. Похоже, жениху стало неловко, и  его лицо стало аналогичным.

– Да шучу я! Позволь представить тебе моего друга и гвоздя программы, в смысле почетное лицо сегодняшнего праздника, жених, Айдэн Кэвендишь! Айдэн, это Адам Эростон. Новое лицо академии Четырех Богов Стихий. Выдающийся маг, явившийся прямо на четвертый курс! Явился, кстати, словно из неоткуда, так еще и подкатывает ко мне отнюдь не по джентльменски пока Эльтар в длительной командировке. – выдохнула печально.

– Ах вот оно что, –  Айдэн протянул руку. – Очень рад знакомству.

– Взаимно.

– Значит, тебе наняли охрану? – не удержался жених от подкола. – Без обид, приятель.

– Как видишь. Айдэн... – я взяла друга под локоть, встревоженно на него взглянув, и он словно все понял без слов.

– Адам, я вынужден ненадолго похитить свою подругу. Не возражаешь?

– Если что, я знаю, где тебя найти. – сухо ответил Адам, пристально смотря на Айдэна. – У алтаря.

Ребята обменялись улыбками, и мы разошлись в разных направлениях.

– Я блин что-то не понял? Ты мне отказала, чтобы с Баэлем быть, а это еще что такое?

– Что? – прифигела я. – Когда это я тебе отказала? Что ты несешь? И неси это как можно тише!

– Забыла, как ты заявила, что сестрой мне будешь младшей? Отшила, так отшила! Какой позор!

– Ладно, не драматизируй! – ткнула его в бок. – Гардисхель одну меня не мог отправить. Я тут налажала…по-крупному!

– Так, подруга, если ты кого-то убила, то мне не говори, иначе я не смогу тебя выгораживать на королевском суде! –  усмехнулся жених.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Дослушай ты меня уже! Мне нужно на Северные Земли!

– Мне кажется у тебя  лихорадка, –  маг прижал свою ладонь к моему лбу. – Да, точно, лихорадка. Пойдем, я налью тебе вина.

– Лучше сразу кальвадос и цианистый калий.

– Зачем тебе в Чертоги, у тебя кукундер поехал? – постучал он меня легонько по голове.

– Я не видела Эльтара с августа!

– Отличный повод свести  жизнь с концами! Иди, вон… –  Огненный указал на пруд, в котором плескались рыбы. – Поплавай с пираньями! Забыла, через что мы прошли из-за тебя?

– Из-за меня?

– Да! Ты прокололась перед деканом про расследование! Он меня запорол на экзамене!

– Да у тебя самый высокий бал на курсе, ты закончил с отличием благодаря мне! Ты хоть знаешь, на что я пошла ради вас с Теоном?

– Ну-ка? – маг грозно смотрел мне в лицо, ожидая услышать, на что же я такое пошла…

 ***

– Таира, я же просил не лезть в эти дела с убийствами! – рассерженный Бог – страшный Бог! Особенно, если Темный! – Тут не маги орудуют, а демоны! – он схватил меня за плечи и навис надо мной как гора, придавливая меня к парте. – Обещай мне…

– Ваал, не злись! Ну, я же ничего не сделала!  –  Темный навис надо мной еще пуще. Отступать было  некуда, и не имело смысла.

– Вот именно! – прорычал он, сминая рядом лежащие бумаги. – Ты совсем ничего не сделала! Ни-чер-та! – листы полетели на пол.

– Ну Ваал…  –  строя щенячье глазки, провела руками по его сильным рукам. Охватила за шею и настойчиво притянула к себе. 

– Ты не написала ни одно задание на экзаменационной контрольной. Ты сдала все предметы, кроме МОИХ! Издеваешься? 

Я отрицательно махнула головой, дуя губки.

– Если не сдашь все экзамены, можешь забыть о том, что возляжешь рядом со мной, – безразлично отстранился, вызывая во мне волну возмущения.

– Как мы заговорили! Если я не сдам экзамены, можешь забыть, что у тебя есть невеста! – закричала, комкая бумажку и бросая прямо ему в лицо.

– Ты мне тут еще поугражай! – хмуро ответил  Темный. – Захочу и возьму тебя без твоего желания! Прямо тут! 

– Вот сперва захоти, возьми, а дальше… Я сопротивляться не буду! Докатилась! Пытаюсь соблазнить собственного жениха....Ах нет, Темного Бога!

– Бестия… –  он резко схватил меня, прижимая к себе. – Ты нарвалась.  Ну что, – цокнул он языком несколько раз. – Новые приключения строптивой жрицы, завтрак в постель, или будь аккуратна в своих желаниях со следующего понедельника?

– Ч-что?  Что за игру ты затеял? – дрожащим голосом пропела, утопая в синих глазах.

Темный прорычал мне в ухо слишком пошлые и развратные вещи на языке древних, от чего внизу живота мигом разбушевалось пламя, а душа прижалась к позвоночнику. Горячие руки развернули меня, и я оказалась прижата спиной к Ваалу.

– Чувствуешь, как я хочу тебя?

Истомно выдохнув, я потерлась бедрами о его возбужденное естество, за что тут же была грубо прижата к парте. Мощные руки бесцеремонно лапали меня, как свой трофей, вызывая мои тихие стоны. Его рука скользнула по бедрам, задирая юбку. Огладив ягодицы, он легонько шлепнул меня, от чего я тихо взвыла, закусывая губу.

– Ваал, – выдохнула дрожащим голосом. – Дверь аудитории… Она открыта.

– Это добавит остроты происходящему, – коварно усмехнулся порочный демон. – Никто не войдет, не переживай. – поспешил меня успокоить, проводя рукой по внутренней стороне бедра.  

Маленькая кружевная деталь была снята. Я чувствовала, как между ног разгоралось пламя, и текла огненная влага по ногам, к которым нежно прикасались губы, что поднимались выше и выше. 

– Раздвинь ноги, – он коснулся губами ягодиц, чуть прикусывая кожу. Я дернулась, словно стремилась избежать очередного прикосновения.

Это было невыносимо! Невыносимо горячо! Я пылала и таяла от этих касаний. В горле пересохло, дышать становилось все труднее. Горячий язык прошелся по ноге, останавливаясь в самом разгоряченном месте.

– Раздвинь ноги еще шире, – скомандовал он, и в мокрые складки проникли пальцы. Я вскрикнула от нахлынувшего, животного желания. А еще большей пикантности добавляла парта. Придаваться страсти на ней нам еще не приходилось!

– Тише, не стони так громко.

– Ты просишь невозможное….

Он продолжал эти пытки, сменяя неторопливые, скользящие движения, на сильные и интенсивные проникновения. Его пальцы двигались,  вызывая мощную сердечную аритмию. Мне кажется, я перестала дышать, просто заглатывала воздух.

– Я сказал, что никто не войдет, но не сказал, что никто не услышит. – одной рукой он сжал ягодицу крепче, а мои пальцы пытались сделать дыру в парте. 

О Боги, как это невыносимо приятно!

Удовольствие переполняло меня, я двигалась бедрами навстречу его движениям, но мне хотелось большего. Хотелось его дикого, звериного желания.

– Ну, пожалуйста, Ваал, – хрипела на одном вздохе, прижимаясь к парте. – Прекрати меня мучить.

– Смотреть на твои сладкие муки, одно удовольствие для меня.

Не успев опомниться, я уже сидела на парте и смотрела, на наглого и бесстыдного Бога.

– Не вижу в твоих глазах раскаяния, Таира, – ремень с грохотом свалился на пол. – Нужно преподать тебе урок. Предлагаю  еще раз заняться... Любовью. Прямо на парте.

– Какое разочарование, –  усмехнулась, освобождая его от рубашки. – Я уже было наделась на переэкзаменовку.

Его соблазнительная улыбка сводила с ума, горячее и упругое тело прижималось ко мне, заставляя забыть обо всем. Я хватала его губы своими, обнимала мощные плечи, прижималась к его сильному телу, и ощущала силу его желания.

С яростным  рыком он вошел в меня. Приходилось сдерживаться, чтобы не закричать  от этой волны. С каждым толчком дыхание обрывалось, а сердце замирало.

– Я никого в жизни не хотел так  же сильно, как хочу тебя!

И я верила ему, потому что испытывала то же самое. И было уже все равно что мы в аудитории, где я только что провалила экзамен, и куда скоро соберется новый поток студентов. Я стонала и кричала, извивалась в его объятиях,  не скрывая своего желания и своей любви. Мне казалось, что я вот-вот задохнусь от этих ощущений и эмоций. Но каждый раз он останавливался, когда я была готова, а потом он снова, как морская волна набирал скорость, превращаясь в цунами вожделения и доводя меня до исступления, снова и снова своими поцелуями, сильными и резкими проникновениями. И мы падали в пропасть. В бездну. В свой проклятый, порочный рай.

***

– Ты чего такая красная как платье? Тебе не хорошо? – Огненный обеспокоено схватил моё лицо в свои ладони, а я махнула головой.

– Все хорошо! Просто вспомнила…

– Что вспомнила? Тебе тогда влетело от декана? Сильно поссорились из-за меня?

– Ооо влетело, еще как влетело!

«Да чтоб я так постоянно влетала», – мысленно пожелала себе я.

– Так, а это еще что? – не веря своим глазам, схватила жениха за руку и подняла рукав. – Египетская сила… –  протянула я, приподняв свой взгляд на мага. – Так ты на жрице женишься, не как иначе?

– Представляешь?

– Неее, в смысле, ничего себе! Поздравляю! Кстати, я до сих пор не видела твою невесту… Почему?

– Кстати, я до сих пор не видел ТВОЮ метку… Почему? – маг схватил меня за руку и обнажил запястье.

– Так-так-так. И как это понимать? – одарил меня грозным взглядом.

– А тут нечего и понимать, она на попе. Не проси, все равно не покажу! – продемонстрировала магу  язык.

– Какая досада, –   проворчал он. – Пойду, брошусь в пруд, к пираньям, со своей печалью и тоской!

Маг подозрительно улыбнулся, а неугомонные рыбы только пуще заплескались в водоеме, словно некормленые.