Текст книги "Эдем. Клиент без лица (СИ)"

Автор книги: Рая Рок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Глава 3

Со злостью толкаю чёрную дверь своей гримёрки и прохожу в небольшую комнату, где стоит туалетный столик, забитая напольная вешалка для одежды, диванчик у стены и несколько пуфиков.

По пути до зеркала вытаскиваю из волос несколько шпилек, а потом стягиваю с себя белокурый парик с косой. Откидываю его и, уперевшись руками в туалетный столик, смотрю на своё отражение. Провожу по израненным губам языком и морщусь от боли. Обе губы рассечены прямо посередине, на них запёкшаяся кровь. Они и так у меня пухлые от природы, а теперь стали ещё больше. Выгляжу так, будто меня искусали пчёлы.

Усаживаюсь в мягкое кресло и снимаю голубые линзы, сетку с волос. Из голубоглазой блондинки я перевоплощаюсь в знойную брюнетку с зелёными глазами. Называющий себя моим папочкой мужик известная шишка в нефтяной промышленности и, насколько я знаю, у него подрастают две прекрасные дочери. И, наверное, хорошо, что есть мы – те, кто утоляют его грязные фантазии. А то, кто знает, как бы повёл себя заточённый «зверь» в реальности

Иду в душевые при комнате. Они у нас общие, их здесь четыре, разделённые мутным стеклом без дверей. Снимаю с себя шёлковый халат и подставляю ноющее тело под прохладные струи воды. Мне нужно восстановиться. Двойное всё ещё даётся мне не слишком легко и безболезненно...

А этот козлина с яйцами вместо мозгов мне ещё и губы порезал!

Ну ничего. Ещё одна ночь прожита. Ещё одна смена. И ещё одна кругленькая сумма у меня на счету..

«Эдем» закрытый клуб для воплощения фантазий. От самых невинных до самых аморальных, грязных. Наши услуги поражают своей масштабностью. Иной раз я чувствую себя аниматором или актрисой на съёмочной площадке.

Клуб находится под крылом неприлично богатых и влиятельных людей. Его клиенты тоже отнюдь не так просты. И попасть сюда может далеко не каждый, кто имеет на счету много нулей.

Ключевыми моментами являются наличие нужных связей, доверие и степень испорченности клиента. Вряд ли дядя с толстым кошельком, женой и детьми, ползающий на корячках с поводком перед госпожой, решится взболтнуть лишнего вне стен клуба. Молчание о существовании этого места – главное правило. А клуб в свою очередь обещает своё молчание

Об «Эдеме» никто не знает, и одновременно о нём знают все. К нам приезжают даже из-за рубежа, чтобы подивиться столь популярным местом в определённых кругах.

В нашем клубе существуют уровни.

Красный. Самый жесткач творится там. Кровь, испражнения, их употребление, фистинг с предметами более пяти сантиметров в диаметре и всё в таком духе.

Фиолетовый. Средний уровень, где в основном обитаю я. Жёсткий секс, групповой секс, БДСМ с обозначенными границами. Допускается многое, но без прямой угрозы для жизни и здоровья И Жёлтый уровень. Классический секс. Стриптиз. Показательная мастурбация и т. д.

Но даже тут не всё так прозрачно. Мы подписываем договор, где есть пункты, чётко обозначающие наши пределы допустимого. И они могут меняться. По нашему желанию, естественно. Я могу станцевать жёлтый стриптиз и поласкать себя, но никогда не поднимусь на красный уровень. Ещё три месяца назад под запретом у меня стояло двойное проникновение, а сегодня я визжала как хрюшка, принимая в себя два члена. Всё изменчиво. Пока меня ни разу не принуждали к тому, что для меня недопустимо, хотя ходят истории о помешавшихся клиентах, где работниц этого места увозили в личные владения, после чего они уже не возвращались. Но я стараюсь об этом не думать, на каждой работе есть свои риски. Самое главное, что деньги здесь платят такие, какие пуританским путём я бы никогда не заработала.

А мне они очень нужны. После смерти папы у мамы обнаружили опухоль в мозге. Сестра через два года окончит учёбу в школе, учёба в хорошем университете стоит тоже немалых денег. Мне пришлось уехать из родного города на заработки в столицу. Сейчас две жизни зависят от меня. А ещё... я люблю секс, так почему было не пустить свою сексуальную энергию в прибыльное русло.

Здесь я работаю уже семь месяцев. Как и всех, кто здесь работает, меня называют именем богини. Я – Аврора, богиня утренней зари. Сет – бог ярости, хаоса, войны. Афродита, Локи, Анубис...

«Эдем» – дом божеств и божественного удовольствия, так презентуют это место.

Эдуард, директор сия заведения, называет меня своей фиолетовой жемчужиной. Ни одной жалобы, одни восхищения, большие доплаты к сумме в договоре. Что здесь до меня редко практиковалось. Мне льстит. Но есть одно «но». Я не собираюсь работать здесь до посинения. У меня накоплена уже почти вся нужная сумма. А отпустят ли меня так легко, и отпустят ли вообще?

Когда я вспениваю шампунь на голове, мою талию обвивают мужские руки. Не пугаюсь, потому что сразу догадываюсь, кто же пожаловал.

Убери от меня свои руки! – шиплю и дёргаю плечами, быстрее смывая с себя шампунь. Тише, малышка, я не хотел, так получилось – добавляется к всплескам воды мужской виноватый и всё равно бесстыжий, хриплый голос, который вибрирует в груди. Сет гладит меня по мыльному животу ладонями, прижимаясь сзади своим голым торсом. И стояком.

Вытираю глаза и резко разворачиваюсь к нему лицом. Толкаю его в плечи, совсем не стесняясь ни своей наготы, ни его. Чего стесняться? Сет только что имел меня на пару с клиентом, так что я без зазрения совести даже могу врезать свой кулак в его... чертовски каменный пресс!

Нахмурившись, он перехватывает мою руку, когда я охаю от боли, но тут же выдираю её из хватки и отхожу на шаг, прижимаясь к стенке.

– Посмотри на мои губы, – кидаю сквозь зубы, стараясь не слишком шевелить ртом. – Мы договаривались, что больше никакой крови. Ты обещал быть осторожнее. Тем более оставлять следы на лице – против правил! Как мне предлагаешь с такими губами завтра на работу идти?

– Я, честно, не хотел. Прости, Кир, – проговаривает тихо, как хищник, делая два маленьких шага навстречу. В клубе не существует наших настоящих имён. Но мы с Сетом и без того нарушили все возможные правила этого места. Аккуратно обхватывает большими пальцами мою талию справа и страстно сжимает, снова прижимаясь ко мне. – Просто с тобой моя крыша улетает к хуям.

Не мои проблемы, что ты не можешь держать себя в руках. Это уже не в первый раз, Лёш. А ещё ты начинаешь ревновать во время игр, и меня это тоже не устраивает. А если Эдуард узнает, то больше не даст нам выходить вместе, и это в лучшем случае для тебя.

Сет подхватывает меня за талию и вжимает своим большим телом в стену. Опускается губами к шее. Горячо целует. Приходится отклонить голову вбок. Приятно, хоть и возмущена

– Прости... прости… – невесомо целует в опухшие губы, щёки, ведёт своими губами по скуле, пока я раздумываю, сменить гнев на милость или нет. – И с чего взяла, что я ревную? С чего такие выводы, крошка?

– Это очевидно, ты злишься, когда... – отталкиваю его в грудь и прищуриваюсь. – Для чего ты пришёл? Я хочу отдохнуть, ничего не будет. – Дай только извинюсь, – растягивает губы в улыбке змея-искусителя, поглаживая меня пот бёдрам. При движении скул татуировка в виде змеи на его щеке гипнотически шевелится.

A потом сразу уйду.

Если Эдуард узнает.

То ничего не будет... расслабься, сладкая. Я хочу тебя.

Нет, Лёш. Выйди!

Лёша перехватывает мои руки, вновь толкающие его в грудь, а потом с опьяневшим взглядом резко склоняется и впивается в мои губы поцелуем. Шиплю от боли, но какого-то хрена отвечаю этому гаду.

Сет отстраняется с резким выдохом и опускается передо мной на колени, закидывает мою ногу на своё плечо. Сразу прижимается ртом к моей ещё пульсирующей от недавних терзаний промежности, всасывает с жадностью, а затем прикусывает несильно клитор, сминает массивными ладонями горящие ягодицы. Среагировать сразу не успеваю, а потом….. потом решаю дать ему всё-таки извиниться. Он умеет делать это качественно. А ещё, этот ласкающий язык сейчас то, что мне нужно.

Со всхлипом вцепляюсь в волосы на его макушке и, выгнувшись, в наслаждении прикрываю глаза.

Лёша, он же Сет, брюнет с льдисто-голубыми глазами, божественно красивой фигурой и лицом.

Работает здесь не так давно, всего три месяца. Но уже стал всеобщим любимцем. Его любят все здешние девочки и все клиентки. Если я фиолетовая жемчужина, то он фиолетовый алмаз. Только вот на меня он не действует так, как на других. На меня вообще никто не действует. Почти никто.

Но я с ним трахаюсь. Иногда вне игр, что тоже строго запрещено правилами клуба. Я не прошу и не зову, он сам. Подлавливает, врывается в душевую, как сегодня, а я не фанатка, но почему-то позволяю ему прикасаться к себе помимо работы.

Наверное, иногда хочется ощутить себя просто девушкой, той самой двадцатипятилетней Кирой Соколовой, которая занимается сексом с простым парнем, не за деньги.

Поехали ко мне, а? – водит он носом по моей щеке, когда я уже сижу за своим столиком и расчёсываю мокрые длинные волосы. Лёша стоит за моей спиной, опираясь руками о столик и заключая меня так в капкан, уже в джинсах и футболке, до сих пор не уходит.

Шумно вздыхаю и, отложив массажку, смотрю ему в глаза через отражение.

Ты имеешь меня чаще, чем кто-либо. Почти в каждой игре ты со мной, и потом ещё после тних мы занимаемся сексом. Тебе мало?

Он усмехается и отвечает медленно, не отрываясь от моего отражения.

Мало. Очень мало.

Лёш, иди. Ничего не будет.

Сета нисколько не расстраивает мой ответ. Он приближается к моему уху, прихватывает сначала мочку, провоцируя табун мурашек, и только потом хрипло произносит:

– Ты говоришь так каждый раз, но я трахаю тебя снова и снова. Хочу наконец попробовать тебя за пределами этого клуба, сладкая. Соглашайся. Тебе понравится, обещаю.

Мышцы живота невольно сводит, но я не подаю вида. Я забыла, когда у меня был секс за пределами. Не успеваю что-то ответить, Сет отстраняется от моего лица и снова ухмыляется, посмотрев на моё отражение.

– Завтра пятница. Снова ждёшь того клиента в маске?

От его слов моё тело напрягается, а дыхание в приоткрытых губах замирает. И взгляд Лёши наливается темнотой.

Возможно. И что в нём такого? – тихо, но с дикостью во взгляде спрашивает Сет около моего лица, но я даже не моргаю, уже погрузившись в ощущения и воспоминания. – Ты даже не видела его лица, а течёшь только от одного упоминания.

Смаргиваю тёмный образ в белой, жуткой маске на всё лицо. Перевожу взгляд на Лёшу и кидаю задумчиво:

– За четыре месяца он ни разу не прикоснулся ко мне.

Глава 4

– Кира, привет, – подходит ко мне Захар, наш IT-специалист, тридцатилетний обладатель блондинистой шевелюры, красивых ягодиц, ямочек на щеках и просто неунывающий пикапер, когда я забираю свою чашку с крепким напитком из кофе-машины. – Как дела? Градский под конец месяца снова зверствует?

Привет-привет, – вздыхаю, разворачиваясь и прислоняясь задом к небольшому кухонному гарнитуру нашей офисной кухни. – Знаешь, он странно тихий последние две недели. А я тихс наслаждаюсь счастьем пока могу.

– Да уж... Выглядишь сегодня классно, кстати, – кивает он с восхищением на мои губы, выкрашенные сегодня в глубокий вишнёвый оттенок помады, дабы порезы скрыть

Миша в шоке, ведь в офис я обычно вообще не крашусь. Моей второй работы хватает, здесь хочется покоя в плане внешности.

Ага, спасибо...

Слушай, а давай сегодня с тобой куда-нибудь сходим? Мне нужно идти! – спешу ретироваться. И чего привязался? Говорю же, неунывающий.

И точно не тот, кто мне нужен.

Но потом я запинаюсь на полпути. Ведь я даже не знаю, какого цвета у того клиента в маске волосы или глаза. Так что им может оказаться кто угодно. Вообще кто угодно. Да тот же Захар

Встряхиваю головой и иду дальше, лавируя между офисных столов. Нет. От того мужчины исходит какая-то особенная энергетика, которая обволакивает, заключает тебя в свои гипнотические тёмные силки, что буквально дышать трудно в его присутствии. Такую энергию сразу чувствуешь, трусики намокают за какие-то секунды. Ну какой там Захар?

Впервые клиент без лица появился четыре месяца назад. Он заказал стриптиз, чёрное кружевное бельё и красную помаду. Сидел на кресле в полумраке, широко расставив ноги, и пожирал меня взглядом из-под белой маски, закрывающей лицо целиком, нос, губы, всё. Лишь небольшие прорези для глаз.

Маска вселяла жуть, но сам мужчина кипятил кровь загадочностью и молчаливой, но при этом оглушающей энергией. На нем была классическая одежда, но поверх был накинут чёрный плащ с капюшоном, на руках чёрные перчатки. Ни одного участка голой кожи.

И это сводит с ума по сей день, моя фантазия, рисующая один образ за другим, что мог бы находиться под его одеяниями. Сводит с ума то, что он не прикасается ко мне. Только приказывает измененным голосом, что в следующую секунду я должна сделать.

Всегда пятница, всегда я, всегда красная помада, и лишь цвет белья разный. Всегда моё соло, которое он пожирает, поглощает, доводит до фееричного оргазма только своим присутствием, а потом резко встаёт и уходит.

Это мой личный бзик, помешательство. Лёша был прав, я жду пятницу, как не жду ничего в последнее время. Я не знаю, кто он, не видела его лица, но как будто живу последние месяца два ради того, чтобы выходить для него и ощущать всё это. И, если честно, боюсь, что однажды он просто не придёт. А я потеряю свой маленький личный смысл жизни.

Добравшись до своего рабочего места возле директорского кабинета, падаю в мягкое кресло за стойкой.

Поправляю очки на переносице и погружаюсь в работу. Конец месяца, пятница. Сегодня последний день, когда Градскому все отделы скидывают отчёты, а мне нужно их проверить распечатать и сгруппировать перед контрольной проверкой. Век технологий, Глеб Владимирович может всё это легко принять на своей рабочей почте в электронном виде. Но зачем, когда есть я, которая делает всю эту бессмысленную работу и приносит ему бумажки на блюдечке? И таскаю ему кофе из Старбакс. Или забираю костюмы из химчистки. Или записываю его жену на бьюти-процедуры, какую-то там модель, которая сама, по-моему, вообще нифига делать не умеет.

Ведь именно для этого я окончила универ с красным дипломом. Рвала жопу (образно), чтобы получить это чёртово хорошее образование. В итоге я за копейки работаю вшивой помощницей, хоть и в одной из крупнейших компаний, а ночами снова рву жопу, но уже вполне буквально, чтобы не бедствовать. Я бы давно ушла, если бы не знала, что эти мучения временные. Ещё несколько месяцев, и меня переведут в инженерный отдел. А все эти побегушки – квест такой, и его проходят все новенькие, не имеющие связей.

Буйным смерчем мимо стойки в сторону кабинета пролетает Градский, припечатывая на ходу:

– Кира, через полчаса отчёты должны лежать на моём столе.

Дверь его кабинета мягко закрывается, окончательно скрыв за собой высокую, стройную фигуру начальника.

От возмущения я задыхаюсь. Какие полчаса?! Он с дуба рухнул?! Ещё даже не все их скинули мне!

Отпиваю остывший кофе, успокаивая дыхание и сердце. Сглазила. Вот и закончились мои спокойные деньки.

Пробегаюсь ещё раз по трём этажам офиса и собираю ещё немного отчётов

Разложив всё имеющееся по дням, я скрепляю стопку и, встав, иду к кабинету.

Босс разговаривает по телефону, когда я захожу. Он видит меня и кивает на свой стол, мол, побыстрее

Туфли мои на маленьком каблуке, но всё равно в тишине кабинета цокают слишком громко, и это раздражает. Мой начальник не самый приятный человек, и мне не хочется лишний раз привлекать его внимание. Тут же думаю, что большинство моих коллег покрутили бы у виска пальцем, ведь почти вся женская половина офиса сходит с ума от нашего начальника, буквально истекают слюной и не только слюной, когда видят его, и явно хотели бы привлечь хоть лишнюю каплю его внимания.

Я подхожу к боссу, наклоняюсь к столу, раскладываю отчёты, пока он всё ещё говорит по телефону, очевидно по работе, потому что его голос властный, твёрдый и предельно деловой Невольно втягиваю глубже запах его древесно-восточного парфюма и совершенно на автомате скашиваю на него взгляд, осматриваю его лицо. Раскосые почти чёрные глаза, ровный нос, тонкие губы, мужественный подбородок, небольшая тёмная щетина, тёмные впадины на скулах и немного усталости под глазами. Да, он чертовски хорош собой, но...

Застываю, когда поворачиваю голову обратно к отчётам и вижу уголок пластиковой карточки под клавиатурой. Чёрный, матовый с кусочком золотых кружев и названия одного из самых престижных ночных клубов города под названием «Venzella», наших ночных клубов, вернее, тех, кто владеет «Эдемом»

Тело бьёт электрическим разрядом, активируется знакомый бешенный пульс и рваное дыхание. Всего на долю секунды ко мне приходит мысль, которая сменяется следующей. Он может быть клиентом нашего клуба. Он может оказаться тем клиентом в маске?

Сглатываю, смотря на массивную руку, лежащую на столе рядом с моей, а после делаю резкое движение головой. Глеб Владимирович уже закончил разговор и сейчас смотрит на меня, наши лица буквально в пяти сантиметрах друг от друга, и его взгляд перемещается... он на моих губах, которые вмиг пересыхают и покрываются корочкой, которую хочется стереть слюной.

Всего одна мимолётная теория, и мысли, воспоминания и реальность путаются, а дыхание сбивается так, что кажется, будто я умираю с жажды, и неизвестно, какой именно.

Кира, что с вашими губами? – такого низкого и хриплого голоса от своего босса я ещё не слышала, и это действует, как если бы я точно знала, что передо мной тот мужчина без лица, сводит с ума. Дыхание моего босса напоминает моё собственное, рваное и больное, а в глазах темнота и блеск похоти. Впервые Глеб Владимирович смотрит на меня так. Знакомо.

Что с ними не так? – еле слышно сиплю я, почти не шевеля теми самыми губами.

– Они порезаны.

– Да... – выдыхаю я кое-как.

– И накрашены... – мужчина заворожённо дотрагивается большим пальцем до моей нижней губы и чуть давит на неё, вырывая из меня тихий стон.

И это делает с нами двумя что-то. В этот момент я уже вижу перед собой не своего босса, а того, кто лишал меня рассудка на протяжении нескольких месяцев. И это срывает любые рамки для меня сейчас. А Глеб Владимирович будто даже удивлён своей реакции на меня и своему внезапному такому дикому возбуждению, сильно сводит брови на переносице, но с такой же дикой жаждой накидывается на мой рот, и я отвечаю. Кусаю, оттягиваю, протяжно стону от боли и удовольствия, когда оттягивает он мои губы, сексуально скалясь и глухо рыча.

Резко поднимается со своего кресла, подхватывает меня за бёдра и опускает на стол задницей так, что с него что-то с лязгом и грохотом валится на пол. Успевает наощупь найти пульт от своего умного кабинета и нажать нужную кнопку на нём, закрывая дверь кабинета на замок.

На работу я всегда одеваюсь довольно скромно, и боссу приходится постараться, чтобы задрать на мне юбку-карандаш с колен на бёдра или расстегнуть на мне наглухо застегнутую белую блузку.

В итоге на блузку он плюёт и добирается горячими твёрдыми пальцами до внутренней стороны моего бедра, второй рукой он сжимает низкую гульку из волос на моём затылке, дёргает за неё, с болью вырывая оттуда шпильки, я шиплю ему в губы, и волосы водопадом рассыпаются по спине.

Всё это он делает с животной страстью целуя меня и мою шею. Так, будто изнывал очень долгое время, сдерживал себя, но сейчас просто что-то треснуло, лопнуло, и он берёт желаемое, как и фантазировал. Я так же

Вспоминаю человека в маске, все его приказы, все свои чувства и готова стонать, хныкать беспрерывно, лишь бы Глеб Владимирович не останавливался, скорее вошёл в меня и заполнил эту пустоту внутри меня. Это он. Точно он.

Я обхватывают внушительный бугор на его брюках, протянув руку, сжимаю его ладошкой, и босс, глухо простонав, дотрагивается до мокрой ткани моих трусов, давит пальцами через преграду на половые губы и попадет безошибочно в клитор, от чего умоляюще стону уже я. Подаюсь ему навстречу, лихорадочно шепча в его губы:

Глеб Владимирович, возьмите меня... я больше не могу...

И откуда ты такая взялась... Кира... хрипит он с усмешкой, но в его голосе точно присутствует доля удивления. Он и в самом деле не ожидал не от себя, ни тем более от меня наверняка. Босс действует ещё быстрее, ещё более дико. Не прекращая трахать мой рот, он расстёгивает с моей помощью свои брюки и достаёт оттуда свой возбуждённый, чуть изогнутый с тёмной головкой член. В моём рту выделяется слюна, внизу у него тоже всё очень даже в порядке, и мне хочется попробовать его, но в лоне ощутить больше. Поэтому я только раздвигаю ноги пошире, когда босс, не найдя презерватив в ящике, плюёт и на это и быстро пристраивает свой внушительный орган к моему входу.

Проникает резко и влажно, мы тут же оба шипим друг другу в лицо. А после, снова накидываясь на губы друг друга, начинаем двигаться остервенело, что стол подо мной, массивный и тяжёлый трясётся и немного съезжает по плитке. Я очень стараюсь не кричать и слишком громко не стонать, чтобы сюда не сбежался весь офис, но совсем смолкнуть не получается, потому что переживаю эмоции сейчас абсолютно непередаваемые. То, о чём я мечтала столько времени, наконец, происходит со мной в эту самую секунду, и я просто тону в этой пучине удовольствия, горячего наслаждения.

Я трогаю и сжимаю мускулы этого мужчины через рубашку, уже мечтаю увидеть его без одежды, но понимаю, что на раздевание меня просто не хватит.

Кира... – рычит он заведённо и даже будто со злой одержимостью в мой рот, врезаясь в меня с громкими шлепками, пока мои ноги в туфлях на его талии встряхиваются в такт. Сжимает до боли мою грудь сквозь блузку и поролон лифчика.

В этот момент я ощущаю самую настоящую эйфорию, и только один вопрос возникает на её фоне: что дальше?