Текст книги "Самый вредный драконенок(СИ)"

Автор книги: Полночь Просто

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

Дальнейшие мечтания были уже совсем воздушными и розовыми, как шиповник в мае.

Только вот ничего не вышло. У волшебника Алоиса был сын – рослый и бледный с несколько одутловатым лицом. Ему было восемнадцать, он учился в университете, на общих основах, и магии – у отца. Но, учился Бельцен не слишком старательно, больше интересуясь вином и карточными играми, чем волшебством.

Но именно он сегодня должен был стать волшебником. Потому что неважно, кто лучше знает зелья и заклинания, кто назовет больше рун. Магом станет тот, кто выпьет драконьей крови. А кровь дают только ученику волшебника. А ученик может быть только один, потому что иначе магов станет слишком много и крови на всех не хватит. И учеником Алоиса, конечно, стал его сын, а не мальчишка с улицы, насобачившийся разбираться в колдовстве.

Алоис позвал коллег и накрыл им богатый стол – и сейчас они сидят наверху, и отмечают принятие Бельцена в маги. Сам Бельцен тоже за столом, но ни пить, ни есть ему ничего нельзя – кровь принимают на голодный желудок.

Финн сегодня тоже ничего не ел. От горя у него кружится голова. Ему всегда казалось, что Алоис хорошо к нему относится. Но он так и не позвал Финна в ученики, хотя тот очень старался. И никто не позовет Финна. У любого бездетного мага найдется друг с парой детей. Об этом Финну сказал Бельцен. И прибавил, чтобы тот даже не надеялся. И еще много чего сказал – о семье Финна, о его ушах и залатанной кофте и о том, что некоторым сопливым мальчишкам стоило бы знать свое место

И попросил отца, чтобы Финн сегодня прислуживал за столом. И когда ему на серебряном подносе подали хрустальную рюмку с золотой жидкостью, смотрел не на нее и не на отца. Он посмотрел на Финна и издевательски улыбнулся.

Если бы не эта улыбка, то Финн бы, наверное, не сделал того, что сделал.

Потому что в следующий момент Финн выхватил рюмку у Бельцена из-под носа и осушил одним махом.

Она была такая красивая, эта золотая жидкость – но оказалась горькой и соленой одновременно, так что слезы из глаз брызнули. В желудке вспыхнул костер и огонь разлетелся по венам.

А волшебники за столом, казалось окаменели. С открытым ртом, выпучив глаза, застыл Бельцен. И Финн застыл, тяжело дыша. Он не знал, что теперь дальше. Все получилось как-то... Неожиданно.

Вдруг, один из гостей хозяина, маг Миторис, начал смеяться. Громко, от души, всхлипывая и утирая глаза рукавом.

– Не вижу ничего смешного, – скрипучим голосом сообщил Ризольд, старый, высушенный как саксаул волшебник. – Форменное безобразие!

Алоис молчал, как громом пораженный.

– Я его сейчас лично удавлю, – прорычал Бельцен, начиная вставать.

– Только попробуй! – Финн испуганно сложил пальцы в магическом жесте. Он знал этот жест из книг, повторял много раз, представляя себе... впрочем, неважно... – Только попробуй и я тебя ка-ак заколдую!

Руки Финна налились незнакомым жаром.

Миторис засмеялся еще пуще. А Алоис встал, и неожиданно отвесил Финну такой подзатыльник, что его кинуло вперед. Прямо к Бельцену. Бельцен схватил Финна за шиворот, и размахнулся, сжав кулак, но так и застыл, с поднятой в воздух, неестественно выгнутой рукой.

– Не сметь, – спокойно сказал Миторис. Он уже не смеялся.

– Да это же немыслимо! – всплеснул руками Алоис. – Просто невероятная наглость!

– Форменное безобразие, – снова высказался Ризольд, брезгливо скривив губы.

– Безобразие, – согласился Миторис, поразмыслив. – Но ребенка бить – тоже безобразие. Подзатыльник не считаем, заслужил, – сказал он, обернувшись к хозяину дома. – Вот что, Алоис... нет ли у тебя какого-нибудь... чуланчика что ли? Пусть посидит, о жизни подумает. А мы обсудим, как быть дальше.

– Чуланчик-то есть, да он же замок откроет, паршивец!

– А мы ему руки свяжем, чтобы не колдовал. И рот замотаем. Эти руки на пару со ртом сегодня дел уже наделали...

И вот теперь Финн сидит в пыльном, тесном чулане, на метлах и швабрах уже наверное час. Но он совсем не сожалеет о том, что сделал. То есть, сперва сожалел, но чем дальше, тем меньше.

Потому что теперь его кто-нибудь да возьмет в ученики точно. Иначе он умрет. А никто не захочет, чтобы Финн из-за него умер.

Дверь чулана открылась.

– Встал! – рявкнул Бельцен.

Но Финн даже не пошевелился. Вот еще. Пусть сам теперь поднимает. Уж очень сильно Бельцен швырнул его вовнутрь – мальчик ушиб мизинец о ведро и больно стукнулся коленом о швабру.

Бельцен выволок его из чулана за шиворот, но приволок не в столовую, как Финн того ожидал, а в ритуальный зал. Это еще зачем?