Текст книги "Развод. Люблю другую (СИ)"

Автор книги: Полина Ривера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава 9.

Глава 9.

Варвара.

Ну, что ж… Значит, «розовая кофточка» проела ему мозг. Интересно, она уже живет в нашем доме?

Спит на моей кровати, брезгливо морщится, выбрасывая мои вещи?

Скоре всего, да… И что мне теперь делать?

– Варвара Андреевна, вот наша вотчина. В прошлом году в отделении сделали ремонт, закупили современное оборудование для родильного отделения. Нашим врачам и там приходится помогать.

– Меня это не пугает, Иван Николаевич. Я… У меня сложный период в жизни. Развожусь с мужем. И с работы пришлось уволиться.

– Решили оборвать концы? Сменить место жительства? Понимаю.

– И деньги мне очень нужны.

– Зарплаты у нас неплохие. Действуют сельские надбавки. Да и, чего уж греха таить, специалистов не хватает. Врачи на полторы ставки пашут.

– Мне подходит.

Как бы ни было больно, я повторяю про себя заветные слова: «Все наладится. Жизнь продолжается». Я не могу сложить лапки и ждать смерти… И я обязательно стану счастливой. Назло Юрочке и его безвкусной блогерше.

– Ничего не нашел, Варенька. Сдают хаты с мышами или комнаты в домах, где остаются проживать хозяева. И эта… Лана Шаграмова с табличкой опять приставала, – сетует отец, когда мы с Галиной Егоровной возвращаемся домой.

– Странно… Почему Теникин не прогонит ее? Видно же, что она больной человек? Сумасшедшая, опустившаяся алкашка…

– Не знаю. Ее подкармливают. Не знаю, что делать, Варь, – разводит отец руками. – Может, главврач выделит тебе служебное жилье?

– Поговорю с ним, пап.

У меня есть накопления. В иной ситуации я могла бы взять ипотеку, но сейчас нельзя… Сначала нужно развестись и попробовать получить от Юры отступные. Не верю я, что у него нет счетов. Да и фирма по праву принадлежит мне – вернее, ее часть…

– Галя, что там с адвокатом? – спрашивает отец, выкладывая на стол приборы.

– Договорились. Варенька позвонит завтра.

– Угу, – устало поддакиваю я.

Адвоката зовут Федор Алексеевич. Я договорилась встретиться с ним вечером после работы. Правда, учитывая загруженность, предупредила, что могу задержаться.

Как все успеть, мамочки? Жизнь меняется стремительно, я едва поспеваю… Но это вовсе не значит, что мне не нравится… Все у меня получится…

– Здравствуйте, коллеги. Знакомьтесь, это Варвара Андреевна Кирсанова – врач-гинеколог. Будет работать в нашем отделении, – представляет меня коллегам Иван Николаевич.

– Ксения Валерьевна Летунова, – певуче протягивает платиновая блондинка лет сорока. – Очень приятно, я заведую отделением.

– Я очень рада быть полезной, – жму ее протянутую руку, обращая внимание на выглядывающую из-под халата розовую кофточку.

Похоже, они меня преследуют…

– Надеюсь, вы не прячетесь от гнева обиженных пациентов, Варвара Андреевна? – холодно протягивает Ксения.

– Нет. Ничего такого нет.

– Буду рада проверить вас в деле, – недоверчиво добавляет она. – Надеюсь, что вы та самая… Иван Николаевич хорошо о вас отзывался.

Давно со мной не разговаривали в таком тоне… Скрипнув зубами, киваю и располагаюсь за столом. Я никогда не кичилась своими достижениями, но мне есть чем хвалиться. Почти год мы с Юрой жили в Германии, где я, совместно с другими талантливыми врачами, разрабатывала тактику оперативного вмешательства при опухолях малого таза.

Оперировала самые сложные случаи. А потом, когда в нашем доме появился ребенок, прекратила научную деятельность, сосредоточившись на практической медицине.

– Я понимаю ваше недоверие, Ксения Валерьевна.

– А я вот не пойму… Что вам понадобилось в нашей дыре? – не выдерживает она. – Есть какой-то сакральный смысл?

– Нет. Я развожусь с мужем. Его любовница явилась ко мне на прием и настаивала, чтобы я вела ее беременность. Здесь живет мой отец. Идти мне больше некуда. Такая вот история.

– Кошмар! Это же конфликт интересов, – выпаливает Ксения. – И вы… Она раздула скандал, а вам пришлось уволиться?

– Да.

– Фух… Извините меня, я слишком прямолинейная, порой бестактная. Такой уж у меня характер. Я вам искренне сочувствую.

Ксения знакомит меня с пациентами, просит провести обход и скорректировать лечение. Я включаюсь в работу, не сразу замечая уведомления о трех пропущенных вызовах на экране.

– Черт… Да, слушаю, – отвечаю, плюхнувшись в кресло.

– Варвара Андреевна? Меня зовут Борис Лазаренко. До меня дошли слухи, что вы ищете квартиру.

Вскакиваю с места, возбужденно расхаживая по кабинету.

– Да. А кто вам дал мой номер телефона?

– Вы же искали жилье? И отец ваш был на пятачке. Так что, не нужно уже? – с ноткой раздражения в голосе протягивает мужчина.

– Нужно! Мне очень нужно. Квартира отдельная или…

– Стильный дом из белого камня, с новым ремонтом. Кухонным гарнитуром никто не пользовался. В доме есть вся необходимая мебель и бытовая техника. Оплата сразу за год. Так вас устроит?

Борис озвучивает стоимость арендной платы и условия проживания.

В целом, меня все устраивает. Правда, никаких накоплений толком не останется, но… Разве я могу упустить такой дом?

– Я согласна. А в каком районе дом?

– Недалеко от железнодорожного вокзала. Я принесу все необходимые для заключения договора документы – выписку из ЕГРП и ксерокопию паспорта. Вам удобно посмотреть дом в шесть вечера?

– Да.

Придется перенести визит к адвокату. Вот какого ляда я не купила себе машину? Хотела ведь оформить автокредит и приобрести простенький, отечественный автомобиль. Но Катюше срочно понадобился макбук последней модели. Да и айфон, купленный в позапрошлом году, оказался «старым и отстойным».

Врачи рассаживаются по своим местам, когда я звоню Федору Алексеевичу:

– Мы можем встретиться в районе железнодорожного вокзала? Есть там кафешки? Просто я... Кажется, я нашла дом, и мне очень нужно…

– Все понял, Варенька. Проверьте выписку из ЕГРП, паспорт владельца. И квитанции об оплате коммунальных услуг пускай предоставит. Не дай бог, там долги… А я к семи подъеду, хорошо? Там недалеко кафе «Теремок», посидим и все обсудим.

– Все проверю, спасибо.

Ксения любопытно распахивает глаза, сверля меня взглядом, но я прощаюсь с коллегами и убегаю.

Глава 10.

Глава 10.

Варвара.

Им бы он понравился… Мой новый дом. Почему я снова думаю о них – предавших меня мерзавцах? Топчусь возле стильного забора из белого камня, ожидая Бориса, и просматриваю их профили в соцсетях.

У Юры на заставке их с Амалией фотография. И выглядит мой муж до чертиков счастливым: улыбается, обнимая хищно прищурившуюся девку за талию…

Они ни разу не позвонили мне. Может, со мной случилось чего? Выходит, за двадцать лет брака я не заслужила элементарной вежливости?

Ну, вот что им стоило? А Катюше? Один вопрос – как я доехала? Где устроилась? Здорова ли я?

Катин профиль, вообще, отдельная песня… Сторис с Амалией, фотки тарелок из ресторана с красноречивыми подписями: «Наконец-то, не скучный, домашний суп».

Интересно, за чей счет это банкет? И куда делась страстная любовь Юрочки к домашним кулебякам и тортам со сливочным кремом?

– Не замерзли? – слышится за спиной бодрый, мужской голос. – Я Борис, очень приятно.

– Варвара. Не успела. Пока ждала вас, изучала окружающие пейзажи.

– И как они вам? – широко и добродушно улыбается он.

Мужчина производит исключительно приятное впечатление – одет в деловой костюм и строгого покроя пальто, молодой, тщательно выбритый.

– Все прекрасно. И остановка совсем рядом.

– Ну что, идемте смотреть дом?

Я довольно киваю и следую за хозяином. Он открывает калитку, объясняя, как пользоваться домофоном. Замечаю укутанные защитной пленкой туи в горшках, горделиво стоящие на широком, каменном крыльце, беседку из дерева с мангалом и взвивающиеся ввысь черные ветви деревьев.

– Какой у вас сад чудесный, – не сдерживаю восторга я.

– Яблони, сливы, вишня, черешня. Летом будете варенье варить. Кстати, возле мангала оборудована кухонная зона.

– Борис, а почему вы сдаете такой чудесный дом?

– Меня пригласили работать за границу, – деловито произносит он.

Разуваюсь, восхищенно оглядывая светлые стены с высокими потолками. Господи, как же мне повезло… От восторга визжать хочется. Кухня новенькая, белоснежная, глянцевая, напичканная техникой и посудой.

Гостиная с камином, три спальни… Рай, а не дом…

– Две комнаты заперты, – произносит Борис. – Туда мы сложили мебель и вещи. Уезжаем налегке. Вам же хватит одной спальни, Варвара?

– Конечно. Покажете документы?

– Оплата за год вас устраивает? Вы не ответили.

– Да. Дом мне нравится, он чудесный.

– У меня рейс завтра вечером. Мне повезло, что я нашел вас… Признаться честно, я боялся оставлять дом без присмотра. Давайте подпишем документы?

– Да, но сначала я хочу взглянуть на них.

– Конечно, конечно… Вот мой паспорт. Вот выписка. Квитанции оплачены.

Борис суетится, выкладывая на круглый, светлый стол квитанции об оплате и ксерокопии документов.

Все внимательно просматриваю.

– Вот мой паспорт, – сует он мне развернутый документ. – Выписочка свежая, я вот час назад ее сделал. Так что, все нормально? Или подумаете?

– Да что тут думать? Давайте подпишем документы?

На всякий случай фотографирую все и отправляю Федору Алексеевичу. Он одобряет мой выбор, напоминая о расписке.

– Только оплату я предпочитаю наличными. Картой я не смогу воспользоваться. Сами понимаете…

– Ой… Они на карте у меня. Можем к банкомату подъехать?

– Конечно.

Через полчаса я получаю заветные ключи… Вручаю Борису деньги. Он бегло пишет расписку о получении оплаты аренды сроком на год.

Вот и все… У меня есть работа и хороший дом.

– До свидания, Варвара. Я улетаю, так что буду не на связи.

– Кому звонить, если что-то случится?

– На холодильнике под магнитиком есть бумажка с телефонами аварийной службы. Я позвоню вам, как буду на месте. Ваш телефон у меня есть.

– Все будет хорошо, Борис. Не сомневайтесь.

Домой лечу как на крыльях… Улыбаюсь, покупаю бутылочку красного вина и заваливаюсь домой – раскрасневшаяся и счастливая.

– Папка, я дом сняла! Шикарный! Поможете с переездом?

– Поздравляю, дочка, – обнимает меня Галина Егоровна. – Андрюша, собирайся, давай. Заводи свою колымагу. Варенька, кто-то помог тебе или…

– Папуль, мужчина позвонил, сказал, что видел тебя на пятачке. Очень приятный, деловой.

– Етить-колотить! А ты документы проверила?

– Конечно. Все проверила. Вот ксерокопии.

– Борис Лазаренко. Хм… Не знаю такого. Поселок большой, могу всех и не упомнить. Собирай монатки, Варюха. А что это у тебя?

– Вино купила. Может, отметим? Федор Алексеевич в девять приедет ко мне в гости. Как раз успеем что-то приготовить на скорую руку.

– Ох, Варенька. Какие приятные хлопоты. Сейчас я соберу немного продуктов тебе. А завтра сама уже холодильник заполнишь.

– Я так счастлива, теть Галь. Это не дом – сказка.

Папуля паркуется возле ворот. По-хозяйски выуживает из багажника мои чемоданы, отпирает калитку.

– Ключ один дай нам с Галей. Мало ли…

– Хорошо, пап.

– Сказочный дом, Варенька. И не жалко им сдавать такой, – разводит руками Галина Егоровна.

– Борис уезжает за границу. К тому же, я оплатила аренду на год.

– Ну, кто так делает, дочка? Все деньги, небось, спустила?

– Почти, пап. Ничего, заработаю. В понедельник пойду устраиваться в частную клинику.

Папа удовлетворенно кивает, рассматривая мое жилище. Галина Егоровна отыскивает в шкафчиках бокалы, накрывает на стол. Я готовлю бутерброды с красной рыбой и творожным сыром…

А в девять ко мне приходит первый гость – Федор Алексеевич…

Глава 11.

Глава 11.

Варвара.

– Все совсем скоро наладится, Варь… Гляди, как тебе повезло: и дом отхватила шикарный, и адвокат у тебя толковый, – певуче протягивает Ксения, когда мы, уставшие после сложной операции, устраиваемся за столом в ординаторской.

Да, все именно так… У меня есть работа и кров. Неплохой адвокат, схватившийся за мое дело с необычайным старанием.

Нет лишь покоя… Я будто соткана из воспоминаний. Я – прошлое. Нет меня новой, понимаете? Все новое вокруг, но вовсе не мое… Кого-то другого.

– Да… Но я не могу отпустить, понимаешь? Бесконечно лезу в их соцсети и высматриваю там что-то…

– Свинья твоя дочурка, вот что я скажу. О чем ты жалеешь, Варь? Неужели, до сих пор болит сердце? Ей-богу, ты ангел… Я бы… – качает головой Ксения, разрезая подаренный пациенткой шоколадный торт.

– А у тебя не болело бы? – спрашиваю я.

У Ксении тоже взрослая дочка… Ее муж погиб, выполняя служебный долг. С тех пор она так и не вышла замуж… Правда, недавно поделилась, что встретила мужчину и по уши втрескалась в него.

– Болело… Что уж говорить? Дитя, все-таки… Родное, хоть и подло предавшее. Показывай, что ты там высмотрела?

Сглатываю противный, горький ком в горле и неуверенно разворачиваю экран смартфона…

Фотки красивых тарелок сменились другими – безжалостными, ранящими мое и без того истерзанное сердце еще больше…

– Ремонт затеяли? – вздыхает Ксения, всматриваясь в кадры. – А это… обои, шторы и…

– Вещи мои, Ксень. Красненькая куртка, шарфик с принтом и… Все красноречиво валяется в углу комнаты. Они специально это делают, да? Хотят сделать мне больнее?

– Просто слов нет… Что говорит адвокат? Ты подала заявление на раздел имущества?

– Конечно. Федор Алексеевич сказал, что узнать о счетах мужа я могу только по решению суда. Я подала заявление на раздел имущества.

– Молодец, Варюха, – хвалит меня Ксения, подкладывая еще один кусочек торта. – Ох, и вкусно же Антоновна печет. Никогда от ее выпечки не отказываюсь.

Почему нельзя выбросить все из головы разом? Сосредоточиться на другом, перевернуть страницу? Нет больше той жизни, нет ее! Так и хочется дать себе подзатыльник, заставить встряхнуться.

Вчера я даже в салон красоты сходила, седину закрасила… Я и не замечала парочки серебристых волос, раскроивших мою шевелюру, а Юра… Наверное, давно их заприметил, вознамерившись заменить старую, истрепавшуюся жену на молодую?

Снег скрипит под подошвами ботинок, когда я топаю к остановке. Луна лимонной долькой висит в серовато-синем небе, а душу заполняет влажный, зимний воздух…

Скоро Новый год… И впервые за долгие годы я буду отмечать его в новом, принадлежащем мне одной, жилище. Приглашу в гости папу и тетю Галю, Ксению и новых коллег – ординаторов Зою и Наташу…

Не будет привычной елки – раньше мы наряжали ее с Катенькой, торта «Пьяная вишня» – моего фирменного лакомства… Будет все другое…

Снежинки кружатся в свете желтого, висящего возле остановки фонаря. Залюбовавшись пейзажем, не сразу замечаю, как в кармане вибрирует смартфон.

Горло сдавливает спазм страха, когда я принимаю вызов от абонента с именем «Любимый» – я так и не успела сменить его имя на другое…

– Слушаю.

– Умная стала, да? Твой адвокатишка мне звонил, – холодно произносит Юра. – Ты как сыр в масле каталась. Наряды дорогие, украшения, дом… Чего еще тебе нужно? Зачем ты подала заяву на раздел имущества?

– А я не заслужила за двадцать лет брака отступных? Юра, тебе, правда, не стыдно? Я ведь все, как вы хотели, сделала? Ушла, даже вещи толком не забрала… Другая бы жена…

– Не надо причислять себя к лику святых. Ты во всем сама виновата, Варя. Упустила мужика. Я не диван и не камин… Мне внимание было нужно, секс опять же…

– Секс? Не говори, что тебе чего-то не хватало, Глебов! Я… Я никогда не отказывала, – почти рычу я, привлекая внимание стоящих на остановке людей. – Мы хотели ребенка… Мы…

– Но его нет, – орет он в динамик. – Ребенка нет! Есть Катя – моя дочь, которой я собираюсь подарить все имеющиеся на моих счетах деньги. И сын в животе Амалии! Есть мои дети, а ты… Ты ничего не получишь, так и передай своему адвокатишке.

Я будто в ступор впадаю… Боль опоясывает, не дает и шагу ступить. Хватаю ледяной воздух ртом, но жар продолжает терзать мою душу… Цепляюсь напряженными пальцами за поручень, пытаясь отдышаться, и тоскливо смотрю, как переполненный, покачивающийся автобус отъезжает от остановки…

Какая же он сволочь… Как я раньше не замечала? Может, у Юры таких Амалий с десяток было?

– Да, – отвечаю тотчас позвонившему Федору Алексеевичу. – Я говорила с Юрой, да…

– Успокойтесь, Варвара. Ничего у него не получится переоформить. Он сам подал на развод. А я зарегистрировал заявление на раздел имущества от вас. Закон на вашей стороне. Теперь все операции со счетами он сможет проводить после снятия обременения. Я добьюсь отступных для вас, Варвара Андреевна.

– Спасибо вам… Извините, Федор. Мне нужно побыть одной, все осмыслить. Давайте, завтра созвонимся?

Сейчас бы съесть чего-нибудь вкусненького и посмотреть слезливый фильм… Может, тогда я смогу выплакаться? До сих пор не получается этого сделать…

Я вторую неделю живу в доме и столько же работаю на новом месте.

Дую на ладошки, пытаясь согреться в ожидании следующего автобуса.

Домой приезжаю позднее обычного.

Сбрасываю промокшие сапожки, ставлю их под батарею в прихожей.

Споласкиваю руки и разжигаю камин. Дровишки бойко потрескивают, наполняя гостиную неповторимым ароматом зимы и уюта…

Может, со временем станет легче? Раны зарубцуются, а душа научится любить?

Включаю телевизор и заказываю суши. Обнимаю подушку, пытаясь выдавить из себя слезы…

Не выходит… Воспоминания теснятся, как стволы деревьев в лесу… Не позволяют взглянуть в будущее, увидеть горизонт… Оно ведь есть, будущее?

Из раздумий меня вырывает звонок в домофон.

Уже и суши привезли.

Распахиваю дверь, замечая на пороге нахмуренного, высоченного… детину. То есть мужчину… Бородатый, широкоплечий, одетый в военный бушлат и кирзовые сапоги. В одной его руке – пышная ель, в другой – мальчишка лет трех. Два чемодана и сумка дополняют ужасающий пейзаж...

– Простите, вы… Вы, наверное, адресом ошиблись? Это Цветочная, дом семнадцать. Или вы… А где суши?

– Адресом, похоже, ошиблись вы, гражданочка… Вы кто? И что делаете в моем доме?

На меня будто мир обрушивается… Ну, не может судьба быть ко мне так жестока. Это, похоже, розыгрыш? Сейчас из-за угла выскочит папа или Федор Алексеевич и, широко улыбнувшись, воскликнут: «Сюрпри-из!»

Мужик будто дыру во мне высверливает… От его мощи поежится хочется…

Непонимающе хлопаю глазами и качаю головой…

А потом меня накрывает…

Глава 12.

Глава 12.

Максим.

Мне хватает секунды, чтобы оценить ошалевшую от моего вида дамочку…

Она точно не заблудшая ко мне в дом воришка. Одета хорошо, стильно. Тоненькая, с аккуратными, коротко подстриженными ногтями без лака и тщательно уложенными волосами…

Такие обычно руководят. Командуют подчиненными, оставляя на них грязную работу.

Кто же эта?

Я чертовски устал в дороге, а Петька, похоже, обмочился.

Все, о чем я мечтал – завалиться спать. Даже ужина не надо, черт с ним…

Моя жизнь и так в последнее время на фильм ужасов смахивает. Еще и она…

– Ну, чего вы моргаете? В последний раз спрашиваю – кто вы? Откуда у вас ключи и…

– Я… Погодите, мне…

Плохо ей, я и сам вижу… Спускаю Петьку с рук, снимаю с него промокшие ботиночки, куртку. Он виновато надувает губы, мешая мне снять с него штаны… Ну, точно, обоссался.

Дамочка скрывается в дверях гостиной, а потом… Давно такого не слышал… Она воет, как раненый зверь. Словно боль выпускает. Бьет тоненькими, как веточки руками подушку и что-то бессвязно шепчет…

Что-то вроде «за что и почему»…

Плачет и плачет… Успокаивается, а потом снова заводит шарманку…

В двери звонят. Курьер вручает мне пластиковый контейнер с суши и спешно убегает.

Дурдом какой-то, не иначе…

Разговаривать с ней сейчас бессмысленно. Ни черта не поймет, не услышит… Да и не сделает она мне ничего. Сама в шоке – по всему видно.

– Петенька, идем купаться?

В ванной миллион баночек. Пенки какие-то, кремы, патчи… Я и слов-то таких не знаю. Бросаю взгляд на свое отражение в зеркале – уставший, заросший, злой… Мы почти трое суток в поезде ехали.

– Горячая, Макс, – пищит Петька, когда я опускаю его в воду. Одежду сую в стиралку.

– Сейчас, малыш. Сейчас я помою тебя. Давай-ка спинку потру.

Пацана покормить надо, спать уложить… Ему, блин, ласка нужна, забота.

Может, использовать ситуацию и…

Вытираю Петеньку полотенцем и иду в единственную, свободную спальню… А тут снова ОНА… Аромат духов, баночки на тумбе, книги. Брошенные на кровать вещи…

Давно живет здесь, по всему видно…

– Извините меня за этот спектакль, – хрипло шепчет она, внезапно появившись за спиной. – Просто… Вот документы. Я сняла этот дом. Заплатила за год. Борис Лазаренко показал мне паспорт, понимаете? Он его показал. И выписку из ЕГРП тоже… Мой адвокат все проверил, подтвердил подлинность… То есть… Вы владеете этим домом совместно с ним?

Красивая такая… На Софи Лорен в молодости похожа… Испуганная, раскрасневшаяся от слез. Подбородок дрожит, густые, блестящие волосы растрепались…

Всхлипывает, руки заламывает…

– Меня зовут Максим Вересаев. И я единственный владелец этого дома. Дайте-ка, мне взглянуть? – беру бесполезные бумажки из ее ладоней, прекрасно понимая, чьих это рук дело. – То есть вы лишились всех своих сбережений?

– Ну да… Я с мужем развожусь. Меня выгнали из дома. Эти деньги, они… – горько хнычет она. – У меня нет больше ничего. Еще и адвокат…

– Варвара, так? – хмурюсь я, замечаю скользнувшую в ее взгляде тень страха.

Рожа у меня подозрительная, понимаю… Мне бы побриться, помыться… Отоспаться немного. Может, тогда я смогу адекватно воспринимать информацию?

– Да. Варвара Кирсанова. Я работаю гинекологом в больнице. Максим, что мне теперь делать? Давайте полицию вызовем? Я не против, – разводит она руками.

– Не надо никого вызывать. Я знаю… злоумышленника. Кстати, вот документы на дом. И мой паспорт, взгляните страницу с пропиской.

Выуживаю из скрытого под картиной тайника свидетельство о праве собственности на дом и договоры с поставщиками услуг.

Варвара таращится на бумаги и тягостно вздыхает.

– Кому понадобилось так меня подставлять? Интересно, дело во мне или…

– Нет, не в вас. А Борька… Никакой он не Лазаренко. Вересаев, как и я… Он мой родной племянник. У нас тоже непростая ситуация в семье.

– Ничего себе… Так я паспорт его видела. Оригинал паспорта. И выписку, он ее…

– Он веб-дизайнер. Ему не составит труда состряпать любую выписку. И паспорт поддельный сделать. Деньги он, небось, попросил у вас наличными?

– Да. Бо-оже… Какая же я дура. Где его теперь искать? – протягивает Варвара. – Максим, вы извините, что я лезу… Может, вашего сына покормить нужно? Вы с дороги?

– Да. Только суши он есть не будет. И Петька не сын мне… Он мой племянник. Его маму – мою сестру я похоронил месяц назад. Она умерла от лейкоза. Такие вот дела…

– Я очень сочувствую вам. Вы меня сегодня не прогоните?

– Сегодня – нет.

Варвара вздыхает и обнимает себя за плечи. Выгнали, ее, значит? И какому дебилу это в голову пришло, не понимаю?

Да и дела мне нет до ее проблем… У самого выше крыши.

Она горделиво вскидывает подбородок, сдерживая норовящие выступить слезы. Жаль ее до чертиков. Борьки уже и след простыл. Промотает деньги и снова сюда вернется, сволочь…

– У меня есть лапша куриная. Подойдет? – спрашивает она, по-хозяйски распахивая холодильник.

– Да, спасибо вам.

– А вы поужинаете?

– Не откажусь. И… Варвара, я и завтра вас не выгоню. Мне нужно прийти в себя с дороги. А завтра я решу, как нам быть?

– Максим, обещаю, что съеду, как только решу вопрос с жильем. Не думала, что попаду в такую ужасную ситуацию. И я завтра все равно обращусь в полицию… Уж извините.

– Бесполезно. Никто Борьку не найдет.

– Он ваш племянник? А как зовут его отца? Я к нему пойду и...

– Если трезвым застанете… Варя, у меня ситуация в жизни – врагу не пожелаешь. Но я сделаю все, чтобы помочь вам вернуть деньги.