Текст книги "Опасный вкус измены (СИ)"
Автор книги: Полина Лоранс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
– А вот хвастаться некрасиво, – осадила я сынишку.
– Пардон. Увлёкся. Умолкаю, – донеслось сзади.
Демьян рассмеялся.
– А это была твоя ассистентка? – скучным голосом поинтересовалась я, пристально рассматривая сверкающую новогоднюю инсталляцию на одном из перекрёстков.
На самом деле в эту секунду моё сердце агонизировало в раскалённых тисках ревности. Припекло не на шутку. А всего-то -услышала, как какая-то девица воркует с Демьяном.
Гадина!
– Это одна из помощниц.
Одна из! Сколько же у него их? И все, наверное, модельной внешности. Правда, секретарша, которую я видела в офисе, была весьма солидной дамой с параметрами, далёкими от идеала.
Хоть это радует...
То, что я взревновала бизнесмена к невидимой обладательнице сексуального голоса, подтвердило, как сильно я увязла в моей влюблённости. С каждой новой встречей будет только хуже. Я и сейчас тихо умираю, глядя, как Демьян ведёт машину, как поворачивает голову, как улыбается моему сыну...
– Приехали.
Перед нами возвышался офисный комплекс из нескольких зданий. Его панорамные окна ярко сияли в вечернем сумраке, а красивая подсветка фасадов превращала строение в подобие волшебного замка.
Демьян явно собирался помочь мне выйти из машины, да не успел: не привыкшая к подобному обращению, я самостоятельно и быстро выбралась на улицу. Тогда мужчина открыл заднюю дверь и отстегнул Егорку.
– Дядя Демьян, куда ты нас привёз? Ох, я чувствую, ты приготовил грандиозный сюрприз! – заволновался сын.
– Надеюсь, вам с мамой понравится.
Внизу в холле нас встретила сотрудница, с которой Демьян разговаривал в машине. Светлана оказалась шатенкой лет сорока в брючном костюме и на высоких шпильках. К счастью, она была не настолько хороша, чтобы моя ревность расцвела буйным цветом. Я запретила себе зацикливаться на теме женского окружения Демьяна. Никаких нервов не хватит!
Помощница поздоровалась со мной и Егоркой, мазнула по мне молниеносным взглядом, усиленно маскируя свой жгучий интерес. Ах, ну как же! Прекрасный Босс обхаживает женщину с ребёнком. Это ли не повод для обсуждений?
Через локоть у Светланы были перекинуты пальто и шарф, будто она собиралась выйти на улицу. В другой руке сотрудница держала пакет.
– Вот, что удалось найти. Всё свежее, даты я проверила, – сказала она в лифте и предъявила содержимое пакета. Чего там только не было! Несколько видов булок и слоек в индивидуальной упаковке, сок от разных брендов. – Егор, выбирай. И вы тоже присоединяйтесь, Виктория, если не против перекусить.
Я отказалась, а сынок с радостью схватил незамысловатое угощение. Хоть во дворе малыш клялся, что не голоден, однако первая булка исчезла в мгновение ока, и маленькая ручка тут же потянулась за следующей.
Пока все вместе мы поднимались наверх в просторном лифте, Светлана успела облачиться в пальто и намотала на шею шарф. Зачем? Мы собираемся выйти на крышу?
Интрига!
Но мы на самом деле туда приехали!
Снежинки красиво танцевали в воздухе на фоне вечернего неба, морозный воздух холодил лицо, но не обжигал. Я наклонилась, чтобы проверить шапку у Егорки – не сдвинулась ли. А потом подняла глаза... и обалдела.
– Вау! А-а-а-а-а-а! – восторженно закричал сынок.
На специальной площадке, очерченной жёлтым кругом, стоял вертолёт. Компактный, красивый, похожий на грациозную чёрно-синюю стрекозу.
Мужчина в кожаной куртке с нашивками подошёл к нам, представился Александром, всех поприветствовал, а потом обменялся рукопожатием с Демьяном и Егоркой. От такого внимания сынок перестал дышать. На лётчика он смотрел с благоговением, открыв рот.
– К полёту всё готово, Демьян Андреевич, – сообщил пилот. – Приглашаю на борт.
– Подождите! – возразила я осипшим голосом. Меня охватила паника: в висках стучала кровь, в груди гулко грохотало. – А вы уверены, что четырёхлетнему ребёнку можно летать на вертолёте?
Егорка обернулся ко мне. Серые глаза распахнулись, и выражение восторга на его личике сменилось маской ужаса – будто я собиралась отнять у него самый драгоценный подарок.
Но я действительно сомневалась, допускаются ли к полётам такие маленькие дети. Если вертолёт принадлежит Кольцову, это ещё не значит, что можно делать всё, что угодно. Я прежде всего должна думать о здоровье моего ребёнка.
Снова разозлилась на Демьяна. Почему он опять загнал меня в западню? Если сейчас я откажусь от полёта, для сына это станет катастрофой.
– Вика, не волнуйся, всё в порядке. Я специально уточнил у вашего педиатра, есть ли противопоказания. Анна Викторовна сказала, что не видит препятствий.
– Ты разговаривал с нашим врачом? – растерянно моргнула.
– Да.
Все смотрели на меня, ожидая моего решения. У помощницы Светланы был такой вид, словно она изо всех сил сдерживается, чтобы не закатить глаза – только присутствие босса её останавливало.
– Тогда... ладно, – выдавила я с трудом.
– Ма-а-ам, – жалобно донеслось снизу. – Мамочка... Так мы полетим?
– Да, милый.
– Ура, мама разрешила! – Демьян подхватил Егорку на руки и радостно подбросил в воздух. Затем опустил на землю, взял за руку, и они вместе направились к вертолёту. Следом, улыбаясь, двинулся пилот, а Светлана осталась стоять у края вертолётной площадки, явно замерзая. Ни шапки у неё, ни капюшона... Фифа!
Полёт оставил потрясающее впечатление. Александр явно был опытным пилотом, он виртуозно управлял нашей «стрекозой» и постоянно вёл переговоры по рации. Воздушное движение над Москвой в этот час, как я поняла, было плотным.
Вечерний город расстилался под нами великолепным бархатным полотном, украшенным миллионами бриллиантов, сапфиров и изумрудов. Змеилась зеркальной чёрной лентой Москва-река, сложные развязки автомагистралей сияли ярко-оранжевым.
Мы с Егоркой смотрели на эту красоту, затаив дыхание. А Демьян называл достопримечательности, над которыми мы пролетаем, и следил за нашей реакцией. Для него такие полёты, конечно же, были не в новинку. Он сделал несколько наших фото – сама я об этом забыла, так как была потрясена видом, открывшимся нам сверху. А когда приземлились, Егорка ещё посидел на месте пилота, и это тоже было запечатлено на снимках.
– Покажу друзьям! – восторженно сообщил малыш. – А то они не поверят, что я взаправду летал на вертолёте!
Ребёнок испытал настолько сильные эмоции, что отключился по дороге домой, уснул в кресле. Я понимала, что воспоминание об этом полёте сохранится у него на всю жизнь, как один из самых счастливых эпизодов детства.
А вот я совсем не ощущала себя счастливой, меня разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, была благодарна Демьяну за необычный сюрприз, приготовленный для моего сына. Но с другой стороны, продолжала злиться.
– Мог бы сначала посоветоваться со мной, прежде, чем устраивать прогулку на вертолёте! – прошипела в машине, когда ехали обратно. Говорила тихо, чтобы не разбудить Егорку.
– Вика, чего ты злишься? – тут же ощетинился мужчина. – Тебе не понравилось? Пацан в восторге. Я думал, и ты порадуешься, раз он счастлив.
– Трудно было предупредить? Являешься, как снег на голову! Откуда мне знать, можно ли таким маленьким детям летать на вертолёте?! И как ты вышел на нашего врача? Откуда о ней узнал? Устроил за мной слежку? Держишь под колпаком?
– Вик, ты что! Успокойся, а? Вспомни, когда у нас сорвалось свидание, ты несколько раз при мне общалась с вашим участковым врачом. Миллион раз назвала её по имени. Поэтому было совсем нетрудно выйти на Анну Викторовну через детскую поликлинику.
– И ты, безусловно, не давал своим безопасникам поручение собрать обо мне информацию, – произнесла максимально язвительно.
– Было дело. После нашей первой встречи. Но, поверь, Вика, никаких подробностей я не требовал, просто узнал основные факты о тебе и твоём бизнесе.
– Значит, всё-таки, шпионишь!
Демьян вспыхнул, челюсти сжались:
– Не надо бросаться такими обвинениями, Вика! – Спустя минуту добавил более мягко: – У меня был потрясающий секс с необыкновенной девушкой. И это естественно, что мне захотелось узнать немного больше, чем имя и фамилия. Разве я совершил преступление?
Потрясающий секс с необыкновенной девушкой...
Некоторое время я молча смотрела в окно и боролась с собой.
– Мне всё это не нравится, Демьян. И вообще... Нам лучше больше не встречаться.
Не знала, что будет настолько трудно произнести эту фразу. Горло тут же сдавило ощущением предстоящей потери.
– Вот те раз! – удивился спутник. – Неожиданный поворот. Я-то думал, мы сейчас сдадим бойца бабуле, а сами снова закатимся в наш отель.
Ах, ну конечно! Кто бы сомневался! Вот поэтому господин Кольцов и нарисовался: ему потребовалась очередная порция интима. А потом он снова исчезнет на неопределённое время – полетит в Китай, Германию, Англию...
– В наш отель, – я горько усмехнулась. – Нет. Зря ты на это рассчитываешь, Демьян. Ты и так уже нарушил все мои планы на этот вечер. Поэтому никуда закатываться мы не будем.
Сама не верила, что всё это говорю. С каждым словом в груди что-то рвалось, а в сердце одна за другой вонзались тонкие иглы.
Напряжённая пауза повисла в салоне автомобиля, только чуть слышно играла музыка в динамиках.
– Вика, что не так? – наконец мрачно поинтересовался мужчина. – Ты считаешь, что я установил за тобой слежку? Нет, не установил. Вроде, мы разобрались с этим.
Каким воодушевлённым был Демьян на вертолётной площадке и во время полёта! А сейчас меж бровей залегла глубокая складка, в серых глазах застыл лёд.
Но Кольцов со своим недовольством легко справится, наверняка он утешится в объятьях какой-нибудь нимфы. А я должна защитить себя и сына от грядущих разочарований.
– Вика, может, ты объяснишь свою позицию? Я что-то сделал не так? Чем-то тебя обидел?
Прежде, чем ответить, я обернулась назад и проверила Егорку. Малыш безмятежно спал в кресле...
Собралась с духом, чтобы расставить все точки над i.
– Демьян, а ты сам не понимаешь, почему нам лучше не встречаться? Мы в любом случае не сможем быть вместе. Я не могу себе позволить эпизодические отношения – исключительно для секса. У меня ребёнок, Егор привяжется к тебе. Он уже привязался, ты его очаровал. Он мечтает иметь такого отца, как ты. Но ты приедешь ещё раз, позовёшь меня в отель... В конце концов, наша связь оборвётся, и как я объясню это сыну? Не хочу, чтобы мой ребёнок мучился! Я не могу этого позволить.
– Вика...
– Подожди, я ещё не закончила!
Увидела, как дрогнули губы Демьяна – он, конечно, не привык, чтобы его обрывали на полуслове. Однако, он не возразил, только усмехнулся.
– Но если вдруг ты намерен предложить мне что-то более серьёзное, чем встречи в отеле... Я всё равно буду вынуждена отказаться.
– Серьёзно? – Демьян удивлённо поднял брови.
– Абсолютно. Я не подхожу на роль подруги миллиардера. Такой союз тоже обречён на провал. Ты же видишь, у меня сын, бабуля, пекарня... Столько обязанностей и обязательств. А тебе нужна женщина, которая сконцентрируется на тебе одном. Свободная, готовая удовлетворить все твои желания, улететь с тобой на другой континент, блистать на приёмах и званых ужинах. И я не сомневаюсь, тысячи девушек с восторгом согласятся вести такую жизнь. А у нас с тобой ничего не получится. Мало того, что я не смогу соответствовать всем этим требованиям, так ещё и характерами мы не сойдёмся.
– Даже так?
– Да. Ты властный и безапелляционный, ты привык, чтобы все тебе подчинялись. Ты постоянно прогибаешь под себя, заставляешь играть по своим правилам. А мне этого хватило в браке...
Я замолчала.
Все силы ушли на эти объяснения, и теперь я сжалась на сиденье опустошённая и потерянная. С головой накрыло отчаяньем, на губах появился горький привкус – при мысли о расставании ужасно хотелось плакать.
Некоторые люди не должны встречаться! Мне было бы лучше никогда не знать Демьяна... Тогда сейчас я бы не ощущала себя так, словно меня рвут на части взбесившиеся псы...
На следующие несколько минут в машине снова воцарилось молчание. Я боялась взглянуть на Демьяна, ждала гневной реакции на мою речь. Он однажды уже запретил мне сравнивать его с бывшим мужем, а сейчас я снова вспомнила о своём неудачном браке...
Тем временем автомобиль плавно затормозил у нашего подъезда.
– Вика... – Демьян повернулся ко мне и накрыл мою руку.
Его ладонь была крепкой и горячей. Я вздрогнула от этого прикосновения, такого неожиданного и приятного.
– Вика, я всё понял. Ты очень чётко объяснила свою позицию. Возможно, в чём-то ты права... Что ж... Ладно. Давай помогу донести Егорку до квартиры, – с этими словами Демьян вышел из машины, открыл заднюю дверь и отстегнул ремень от детского кресла.
Я, ничего не понимая, смотрела, как он поднимает на руки спящего ребёнка.
То есть... Мы уже объяснились? Это всё? Он больше ничего не скажет?
Как легко он согласился со мной! Даже не возразил... Конечно, в глубине души я мечтала, чтобы он с жаром опроверг все мои заявления, обозвал глупышкой, убедил, что я заблуждаюсь,
Но нет.
У дверей квартиры я забрала Егорку, с трудом подхватив его на руки.
– Спасибо, Демьян, дальше я сама. Прощай. Прогулка на вертолёте была прекрасной. Мы с сыном навсегда её запомним.
– Рад, что угодил. Спокойной ночи, Вика. – Мужчина ласково провёл согнутым пальцем по моей щеке, потом наклонился и поцеловал в лоб спящего малыша. – Всё, иди, а то тебе тяжело держать это сокровище.
С этими словами Кольцов развернулся и пошёл вниз по лестнице...
Когда бабуля через секунду открыла дверь, у меня по лицу уже текли слёзы – горячие, безудержные...
Как же больно расставаться!
Но ещё больней видеть тоску в глазах моего сына. Тяжело вспоминать, как расстроился Егорка, узнав, что Демьян ему вовсе не отец. Лучше сейчас всё закончить, чтобы потом не рвать по живому...
16
ВИКТОРИЯ
Хорошо, что Юля была в курсе моих отношений с Кольцовым. Я смогла пореветь у неё на плече рано утром – ещё до того, как в цех пришли помощницы.
– Ты уж соберись, солнце, сейчас народ подтянется, а хозяйка в слезах.
Я плеснула в лицо воды над раковиной, вымыла руки и с несчастным видом принялась раскатывать слойку. Тесто получилось на редкость эластичным, круассаны будут восхитительными. Но сегодня меня ничего не радовало, в груди образовалась чёрная дыра.
– Эх, ты, страдалица... – вздохнула Юля. – Екатерину Васильевну напугала, небось, своими слезами?
– Да... Но она меня поняла.
– Я тоже тебя понимаю, Викусь. Но очень надеюсь, что Демьянчик наплюёт на твои рассуждения с высокой колокольни. Не тот он мужик, чтобы прислушиваться к женскому лепету. Он же деспот, если судить по твоим описаниям. Вот пусть и берёт ситуацию в свои руки.
– Не будет он за меня сражаться, Юль! Не нужна я ему... Видела бы ты, как стелилась перед ним ассистентка. А он сказал, что у него таких сотрудниц – воз и маленькая тележка.
– А что, красивая баба?
– Эффектная. Но лет на десять меня старше. Но ведь вокруг него и юные красотки наверняка вьются. Изящные, воздушные...
–Ты тоже воздушная. Вон, какая стройная. Но если ты не хочешь, чтобы Демьян присутствовал в твоей жизни, какая тебе разница, кто вокруг него вьётся!
– Всё равно об этом думаю. И мне от этого плохо-о-о-о! – я шлёпнула на стол пласт теста, с которым работала, рухнула на табуретку и уткнулась лицом в скрещенные руки.
– Не плачь, моя бедняжечка... Как же всё сложно с этими мужиками! Не плачь, солнышко! Ну, хоть на вертолёте полетала. И на крепком члене покрутилась! Вспомнила, что такое секс, – оптимистично добавила подруга.
Лучше бы не вспоминала. Как теперь жить без Демьяна, без его жарких объятий? Всё, что мы успели сделать друг с другом в его квартире и в отеле, навсегда запечатлено в памяти, как самые сладкие моменты жизни.
Наверное, ничего подобного у меня уже больше никогда не будет...
– А что с ДНК-тестом, Викуль?
– Ещё и это!
– Что ты решила?
– Попробую связаться с Татьяной... Надо всё выяснить, иначе сойду с ума.
Больше не могу теряться в догадках от кого я родила – от законного супруга или от случайного знакомого. Эта тайна жжёт, как раскалённое клеймо на коже, я не успокоюсь, пока не узнаю правду.
...Вскоре заступили на смену наши работницы, мы открыли пекарню, и всё завертелось в привычном ритме – продажи, производство, учёт и контроль, звонки от партнёров.
Плакать и страдать уже было некогда.
Поступило предложение от ресторана, расположенного в соседнем квартале. У них в штате не было пекаря – невыгодно держать, и они заинтересовались нашей выпечкой. Договорилась с ними, что попробуем сотрудничать.
В восемь утра рванула домой, чтобы забрать Егорку и отвести его в садик. Малыш, конечно, до сих пор был под впечатлением от вчерашнего полёта над Москвой.
Сынок захлёбывался восторгом и гадал, что ещё интересного придумает его новый друг. А я едва не плакала, слушая рассуждения Егорки, ведь мечтам ребёнка не суждено сбыться. Сжимала маленькую ручку и молча пробиралась через сугробы к садику. Глаза жгло, в горле першило...
Малыш ничего не заметил, он был увлечён новым волшебным миром, который ему открылся. Центральной фигурой в этом мире, безусловно, был прекрасный «дядя Демьян», самый умный, сильный и крутой, с кучей красивых машин и собственным вертолётом...
После обеда раздобыла телефон Татьяны из параллельного класса. В школе я с ней почти не общалась, но когда позвонила, однокашница сразу согласилась встретиться. И даже не стала откладывать нашу встречу в долгий ящик. Мы прикинули, на какую станцию обеим будет удобно приехать, нашли кофейню поблизости от метро, и уже на следующий день я туда отправилась.
Ничего хорошего не ждала – морально приготовилась, что меня обстреляют вопросами. Так и получилось. Рыжую болтушку интересовали все подробности моей личной жизни – и в замужестве, и после развода. А почему развелась? Как устроилась в Москве? Как умудрилась так сильно похудеть? И как смогла открыть свой бизнес? Выгодно ли? Сколько выходит в месяц?
И ещё два миллиона как, зачем и почему...
Но отмахнуться от вопросов Татьяны я не могла, так как собиралась попросить её об услуге.
– О себе-то расскажи! – взмолилась наконец, чтобы хоть немного передохнуть.
– Да у меня всё отлично, Вик, если не считать, что хозяйка квартиры попросила нас на выход. Как цены взметнулись, боже! Мы с моим парнем платили сорок тысяч за студию у метро. А сейчас с нас требуют шестьдесят пять! Это ни в какие ворота, правда же? А ведь я специально искала работу под эту локацию, чтобы пешком ходить. И нашла! Но теперь придётся переезжать, и ещё неизвестно, где найдём квартиру по приемлемой цене. Тебе-то хорошо, ты у бабули живёшь. Она тебе оставит эту квартиру?
– Нет, что ты! – Я даже вздрогнула от такого вопроса. – С какой стати!
– Так сколько ей лет? Все мы не вечны.
– Моей бабуле всего лишь семьдесят два, и она следит за здоровьем. Надеюсь, проживёт ещё долго! Но, в любом случае, бабушка не родная, а двоюродная. Там и без меня наследников хватает.
– Так ты подсуетись, Вика! Пусть завещание составит или дарственную оформит. Что ты как маленькая!
– Давай оставим эту тему, пожалуйста! Мне даже думать больно, что с Екатериной Васильевной может что-то случиться!
– Как же ты бизнес тянешь, если такая нежная? – удивилась Татьяна. – Должна быть наглой, как бульдозер.
– Нет, это необязательно.
– Ну, извини. Просто тема жилья для меня больная, вот я и прицепилась к твоей квартире. Завидую, конечно. Мне бы так...
– Тань, а я хочу тебя кое о чём попросить. Случайно узнала, что мой бывший делал в вашей клинике тест на отцовство. Я просто в шоке.
– Понимаю. Я бы взбесилась, если бы муж побежал проверять, от него ли наш ребёнок. Такое недоверие! Видимо, твой бывший с прибабахом, не зря же ты от него ушла с младенцем на руках.
– Так и есть. Не понимаю, зачем Антону понадобилось обращаться в клинику, но хочу своими глазами увидеть этот тест. Не сможешь его для меня раздобыть? Наверняка все данные остались в компьютере, а у тебя сохранились хорошие отношения с коллегами из той клиники. Ты же такая коммуникабельная, Танюш, – немного подольстилась.
Татьяна задумалась, глядя в окно. Я боялась получить резкий отпор: сейчас она скажет, что я толкаю её на преступление.
– Позвоню девчонкам, узнаю, что да как. Может, они втихаря сделают для меня копию. Но ничего не обещаю! Могут и отказать, ты же понимаешь, что это нарушение конфиденциальности.
– Тань, я так тебе благодарна!
– Не благодари раньше времени, вдруг ничего не получится.
*****
Как странно грустить об отношениях, которые, по сути, даже и не начались! Но наши несколько встреч с Демьяном были настолько яркими и эмоциональными, что вспоминать о них я буду, наверное, всю жизнь.
Постоянно погружалась в сладкие фантазии, представляя, а что если бы мы не расстались? Если бы Демьян был менее властным, а я бы освоила роль подруги миллиардера? Забила бы на свою пекарню и проводила бы дни в ожидании, когда мужчина уделит мне внимание...
Нет. У нас всё равно ничего бы не получилось...
Пыталась запретить себе думать о Демьяне, но то и дело в памяти всплывали чудесные моменты. Как он догнал меня под дождём... Как мы занимались любовью в небоскрёбе – почти среди облаков... Как у меня выпрыгивало сердце из груди, когда внезапно появлялся Демьян – около стройки, у ворот детского сада, у нас во дворе... Как ехали в машине, и его сильная ладонь сжимала мою руку... Как ужинали в номере отеля... И летали над вечерней Москвой...
А потом золотистый туман рассеивался, и я погружалась в чёрную тоску...
Бабушка и Юля мне сочувствовали, они понимали, в каком я состоянии.
– Эх, горюшко луковое, – вздыхала подруга. – А я говорила! От мужиков одни проблемы.
– Не говорила ты этого. Ты наоборот хотела, чтобы я разрабатывала Кольцова, как нефтяную скважину.
– Ну, это точно не в твоём духе, я уже поняла. Антоше ты подарила свои восемь миллионов. Демьяну оставила все его миллиарды и даже кусочка не отщипнула от его несметных богатств!
– Гораздо хуже: Антону отдала семь лет жизни. А Демьяну и вовсе сердце подарила, когда смогу вернуть – не знаю.
– Это да... Но ты бы хоть новый тестомес у него попросила, что ли! Наш уже на честном слове держится, он не рассчитан на такие объёмы. Мы его ушатали. Что будем делать, Викусь, если завтра он сломается?
– Что-что! Куплю новый в кредит, – огрызнулась. – Других вариантов у меня нет.
О своих кредитах я вообще старалась не думать. Закопалась в них с головой. А скоро Новый год, надо готовить подарки. И весь коллектив пекарни, конечно, мечтает о премии, я не могу их подвести: женщины живут от зарплаты до зарплаты, тянут семьи...
И я всё это не вывезу, если и дальше буду по ночам реветь в подушку из-за Демьяна. Должна собрать волю в кулак и работать дальше. Нельзя раскисать, у меня слишком много обязательств – ребёнок, бизнес, бабуля...
А Егорка каждый день задавал тысячу вопросов о «дяде Демьяне» и тем самым травил мне душу. Я надеялась, что постепенно сынок перестанет вспоминать и расспрашивать. Однако, память у моего ребёнка великолепная – он даже запомнил фразы, которые использовал пилот, когда общался с авиадиспетчером по рации.
– Мам, мам, а мы скоро опять полетим на вертолёте?
– Не знаю, милый. У дяди Демьяна очень много работы, он управляет гигантской корпорацией. Поэтому трудно что-то спланировать.
Горло перехватывало, когда я старалась спокойно отвечать на вопросы ребёнка. Раньше я так же объясняла Егорке, почему с ним никак не может встретиться его отец. А теперь буду придумывать отговорки насчёт занятости Демьяна...
*****
Прошло уже пять дней – невероятно долгих и мучительных.
Глупо, но я всё ещё ждала звонка. Вздрагивала при каждом сигнале мобильника, невольно искала глазами на улице знакомый силуэт... Что ж, это так по-женски: выгнать мужика и мечтать о встрече с ним!
В воскресенье мы с Егоркой и бабулей отправились на прогулку в прекрасный заснеженный парк. Дорожки и сугробы сверкали под ярким солнцем, как витрина с ювелирными украшениями.
Телефон ожил, когда мы возвращались домой. Взглянув на экран, я остановилась посреди аллеи, как вкопанная.
Это звонила Татьяна.
– Привет, Викуль! Тест у меня. Сейчас я тебе его скину на почту или в мессенджер. Куда лучше?
– Давай в мессенджер, – голос резко охрип, по спине побежали мурашки.
Бабуля встревоженно взглянула мне в лицо, сразу заметив, как я напряглась. А румяный сынок продолжал валяться в сугробе – день у ребёнка выдался замечательный.
– Тань, как же у тебя получилось?
– О, это было нелегко! Пришлось поуговаривать одну мою знакомую, и в конце концов я её уломала.
– Танюш, теперь я твоя должница.
– Да ладно, не выдумывай! Но давай будем общаться почаще, мы ведь землячки.
– Конечно!
По тону Татьяны не удавалось понять, каков результат ДНК-теста. Что же там написано?
Но если она не задаёт никаких вопросов, значит, отцовство Антона доказано. Иначе Таня бы из меня душу вынула.
– Что случилось, Викуля? Ты прямо в лице изменилась! Какая-то неприятная новость? – озабоченно спросила бабушка.
– Скорее, неожиданная! Да там ничего особенного, так, рабочие моменты, – выкрутилась я.
Посвящать бабулю в подробности адюльтера мне, конечно, не хотелось. Юля стала первым человеком, с которым я поделилась. Но если сейчас выяснится, что папаша Егорки – Антон, то ничего рассказывать и не придётся.
Я спрятала телефон в сумку, так и не открыв мессенджер с файлом от Татьяны. Не решилась. Посмотрю его, когда вернёмся...
Дома я повесила сушиться детский комбинезон, шапку и варежки, переоделась и оставила Егорку с бабушкой, а сама побежала в пекарню, так как по выходным мы тоже работали. Когда вышла из подъезда, в окне уже маячил сынок – надо же проводить маму. Помахала Егорке и, едва завернув за угол дома, остановилась и достала смартфон.
Вдох-выдох...
Не помогло, сердце всё равно бешено колотилось, во рту пересохло...
Ещё раз – вдох-выдох...
Открыла мессенджер, нажала на иконку отправленного файла, увеличила картинку...
Предполагаемый отец – Плещеев Антон Валерьевич.
Ребёнок – Плещеев Егор Антонович.
Вероятность отцовства – 0%.
Вывод: отцовство практически исключено.
Ошарашенная, я стояла посреди двора не в силах сдвинуться с места. Казалось, земля под ногами разверзлась, и сейчас я упаду в пропасть. Солнце слепило, перед глазами побежали чёрные мушки, в висках шумела кровь. Наверное, у меня подскочило давление... Я снова и снова скользила взглядом по строчкам теста, перечитывала их, будто от этого могло что-то измениться.
Что же я натворила...
Каким бы ужасным мужем не оказался Антон, я всё-таки предпочла бы сейчас узнать, что именно он отец Егорки. По крайней мере, тогда мой ребёнок был бы рождён в законном браке, а не от случайного знакомого. Это неправильно! Я же всегда была хорошей девочкой. Однако умудрилась родить от какого-то Паши, которого видела один раз в жизни...
Мороз начал покалывать щёки, руки замёрзли. Я наконец-то отмерла и снова двинулась в путь. Пока не представляю, как буду выгребать из этой ситуации, но уже ничего не исправишь. Без толку – стоять и пялиться на этот тест.
А Татьяна дважды меня удивила. Во-первых, смогла раздобыть файл, во-вторых, промолчала, не задала мне ни одного вопроса. А ведь её, безусловно, разрывало от любопытства. Но не сомневаюсь, Танюша своё ещё возьмёт. Позовёт в кафе и там вопьётся зубками в мою сонную артерию – и не отпустит, пока не узнает, как я нагуляла ребёнка. Придётся что-то ей рассказать, я ведь теперь у неё в должниках.
...Юля и ещё две наших помощницы вовсю трудились в цехе, а в маленьком торговом зале вкусно пахло кофе, миндалём и ванилью. Воскресная торговля шла бойко.
Подруге хватило одного взгляда, чтобы понять – со мной что-то не так. Но прежде, чем она успела задать вопрос, я сходу наехала на Лейлу, нашу новенькую. Она трясла ситом над рядами ягодных ватрушек, посыпая их сахарной пудрой. Даже не дала им остыть! Не удивительно, что пудра тут же таяла и превращалась в неряшливую серую корку.
– Извини, что-то я недоглядела, – виновато произнесла Юля. – А у тебя какие-то новости? Признавайся! По глазами вижу.
Вместо ответа я открыла ДНК-тест и протянула гаджет подруге.
Она вытерла полотенцем руки, испачканные мукой, взяла смартфон и спустя пару секунд подняла на меня обалдевший взгляд:
– Ну и дела! Значит, всё-таки, отличился красавчик Паша! Вот это да...
– Поговорим позже, – я глазами указала на работниц, у которых внезапно оттопырились уши в нашу сторону. Любопытные варвары!
– Ой, – Юля посмотрела на экран моего мобильника, который всё ещё держала в руке. Телефон вибрировал в её ладони. – А у тебя тут входящий... И, между прочим, от Демьяна Кольцова!
