Текст книги "Поклянись, что ты мой (СИ)"

Автор книги: Полина Эндри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Глава 32

– Марк, нет! – кричу я, когда он резко поднимается, как зверь, и бросается на Блейка. Блейк делает шаг вперед, чтобы перехватить его, но все происходит слишком быстро. Их тела сталкиваются, Марк рычит что-то бессвязное, его лицо искажено ненавистью, но Блейк отвечает ударом. Всего один, но такой мощный, что Марк отлетает назад, падая на пол. Его голова стукается о каменную плитку, и он затихает, безвольно раскинув руки.

Я прижимаюсь к спинке стула, не смея пошевелиться, сердце готово выскочить из груди.

– Черт… – тихо ругается Блейк, тяжело дыша, его лицо окровавлено, взгляд острый, как лезвие. Он бросается ко мне, опускаясь на колени, его руки мгновенно принимаются развязывать веревки.

Я смотрю на него. На его лицо, измученное, окровавленное, но все равно самое родное.

– Ты был прав, – вырывается из моего горла, пока слезы текут ручьем. – Во всем был прав.

Блейк замирает на мгновение, потом говорит мягко, но с легкой хрипотцой:

– Ну все-все… – Его пальцы осторожно освобождают мои запястья, но тут же я бросаюсь к нему, обнимая так крепко, будто боюсь снова потерять.

– Прости… – шепчу я ему в шею, всхлипывая, зарываясь лицом в его плечо.

– Элайна… – Он чуть отстраняет меня, его взгляд тревожно изучает мое лицо. Блейк касается моей щеки, а затем сжимает губы в линию. – Что это?

– Он дал мне пощечину, – отвечаю я тихо.

– Что еще? – Голос его становится ниже, опаснее.

– Живот… – слова выходят дрожащим шепотом. – Сильно тянет.

Лицо Блейка мгновенно меняется, тревога заполняет его глаза. Он быстро поднимает меня, помогает встать.

– Надо в больницу, сейчас же, – говорит он решительно, но я замечаю как позади быстро мелькнула тень. Марк. Мое лицо искажается в ужасе.

– Блейк! – кричу я, но слишком поздно.

Блейк резко разворачивается и в следующий миг воздух разрывает его болезненный стон. Моя голова кружится, я почти теряю сознание, когда вижу кровь, текущую из его бока. Нож выпадает из рук Марка и глухо ударяется об пол.

– Нет, – выдыхаю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – Нет, нет, нет…

Блейк качается, его взгляд на мгновение пустеет, а затем он падает.

– Блейк! – кричу я, бросаясь к нему. Колени больно ударяются о холодный пол, когда я переворачиваю его на спину. – Господи, пожалуйста, нет!

Марк, бледный как смерть, отступает на шаг, а затем еще на один, его руки дрожат. Он пятится, бросается к двери и исчезает, оставляя нас одних.

– Блейк, – всхлипываю я, дрожащими руками разрывая его рубашку. Кровь течет слишком быстро, пропитывая ткань, мои пальцы лихорадочно скользят, все никак не переставая дрожать. Я прижимаю ткань к ране, пытаясь остановить поток, но это бесполезно.

– Элайна… – Его голос слабый, будто срывается. Он накрывает мою руку своей, удерживая меня.

– Нет, нет, пожалуйста, не умирай! – шепчу я, задыхаясь от рыданий.

– Тшш… Подумай о ребенке, – хрипит он, едва улыбаясь. Его пальцы слабо касаются моего живота. Это прикосновение вызывает горячий комок боли в груди, смешанный с еще большей волной страха.

– Я вызову скорую, я… – Я оглядываюсь, но понимаю, что телефон остался в машине. Ноги становятся ватными. – Господи, Блейк, прости меня!

– Это я… прости меня, – он прерывает меня, его голос хриплый, дыхание затрудненное. – За все. За то, что… с тобой так.

– Нет… – шепчу я, рыдая. – Я простила, уже давно. Ты нужен мне, Блейк… Я люблю тебя.

Его глаза слегка расширяются, и он тоже едва слышно шепчет:

– Я люблю тебя, Элайна...

Моя грудь сдавливает ужас, боль в животе становится острее, но все это меркнет по сравнению с тем, как Блейк закрывает глаза.

– Нет! Нет! – кричу я, наклоняясь над ним, пытаясь его разбудить. Его лицо становится белее мела, а тело обмякает под моими руками.

– Блейк… Блейк, пожалуйста… – Голос срывается в крик, но он мне больше не отвечает.

Весь мир рушится вокруг меня, и ничего, кроме этой боли, уже не существует.

Глава 33

Тишина. Только размеренное тиканье аппаратов заполняет стерильную пустоту больничной палаты. У двери я останавливаюсь, обхватывая себя руками, пытаясь справиться с дрожью, которая пробирает меня изнутри. Его силуэт, такой неподвижный и бледный, вызывает острое чувство вины.

Он жив. Эта мысль спасает от обрыва в бездну. Кейн приехал как раз вовремя с подкреплением, Марка же поймали на полпути.

Я делаю шаг внутрь, осторожный, боясь потревожить этот момент. Взгляд Блейка, сначала отрешенный, выхватывает меня. Он поднимает голову с подушки, и наши глаза встречаются.

– Привет, – тихо говорю я, чувствуя, как горло перехватывает.

– Привет, – его голос слабый, но в нем чувствуется теплота и сила.

Я подхожу ближе, чувствуя себя неуклюже в больничном халате поверх одежды. Заметив, как его глаза сосредоточенно опускаются на мой живот, я задерживаю дыхание.

– Как ты? – спрашиваю, едва справляясь с дрожью в голосе.

– Жив, – коротко отвечает он, а затем, как будто что-то вспомнив, поднимает руку и, не задумываясь, касается моего живота. Его ладонь осторожно скользит по ткани, и этот жест заставляет мое сердце пропустить удар.

– С ребенком все хорошо? – его взгляд тревожный, голос напряженный.

– Все в порядке, – отвечаю я, кивнув.

– А ты? – вновь его пальцы медленно гладят мой живот, талию, они ласково скользят по мои изгибам, будто он пытается убедить себя в правде моих слов.

– Со мной тоже, Блейк, – шепчу я, с трудом сдерживая эмоции.

На мгновение мы просто смотрим друг на друга. Его глаза изучают меня, и я тоже смотрю, словно пытаясь убедиться, что все это не сон.

– Это правда? – мой голос дрожит, когда я задаю вопрос, который сидел в глубине души с того самого момента, как он сказал это там, на полу.

– Что? – он прищуривается, не сразу понимая.

– Ты правда любишь меня?

Его лицо смягчается, и я вижу, как он едва заметно кивает.

– Да, – его голос решительный и безоговорочный.

У меня захватывает дыхание, и я не могу сдержаться – слезы обжигающими потоками скатываются по щекам.

– Иди ко мне, – тихо зовет он, протягивая руку.

Я подхожу ближе, позволяя ему притянуть меня. Блейк лежит, но его объятия, даже ослабленные, все такие же теплые и родные. Осторожно устраиваюсь рядом, стараясь не задеть его больное место.

– Прошу, не плачь, – шепчет он, поглаживая меня по волосам. – Твои слезы делают мне больно.

Я всхлипываю, уткнувшись в его шею, чувствуя, как тело дрожит от рыданий.

– Все позади, малыш. Ну что ты… – его голос ласковый, теплый.

– Я просто… я не могу поверить, что все закончилось, – шепчу я, поднимая голову и смотря ему в глаза.

Моя рука касается его щеки, щетина колет пальцы. Он смотрит на меня с таким выражением, словно я его спасение, а затем медленно тянется и целует меня.

Его губы слабые, движения осторожные, словно каждый поцелуй – долгожданный подарок. Я чувствую, как мое сердце тает от их тепла.

– А я уже почти забыл это ощущение, – шепчет он, отстранившись.

– Какое? – спрашиваю, глядя на него сквозь слезы.

– Тебя рядом.

На мгновение у меня перехватывает дух и время будто застывает в воздухе. Я опускаю голову на его плечо, а его рука ложится на мой живот, продолжая гладить, согревать. Мы лежим так, в этом тихом, трепетном моменте, и в этот миг мне кажется, что никакая боль больше не сможет нас разлучить.

Глава 34

В палате тихо. Слышен лишь монотонный писк устройства рядом с кроватью и слабое шуршание страниц – на тумбочке лежал журнал, который оставила Элайна. Я лениво листаю его, опершись поясницей о кровать, почти не вникая в содержание. Голова ещё слегка кружится от лекарств, но мысли становятся всё яснее. Да и я уже могу стоять на ногах, хоть и самочувствие все еще оставляет желать лучшего.

Из коридора доносится шум, прерывающий привычный больничный покой. Голос – нет, крик – я узнаю мгновенно.

– Папа!

На лице появляется невольная ухмылка. Я кладу журнал на кровать, выпрямляюсь, и через пару секунд дверь распахивается. Сара врывается в палату, ее щеки раскраснелись, а глаза сверкают то ли от злости, то ли от волнения.

– Папа! – повторяет она, подбегая ко мне и осторожно обнимая. – Ты почему ничего не сказал?!

– Спокойно, малышка, я в порядке, – говорю с улыбкой.

Сара отстраняется, оглядывает меня с головы до ног, и ее брови хмурятся.

– В порядке? Ты хоть видел, как выглядишь?

Я смеюсь, хотя каждое движение всё ещё отдаётся лёгкой болью.

– Ну, я же жив. Это главное, не так ли?

В этот момент в дверях появляется Элайна. Она не торопилась войти, лишь наблюдала за нами, ее лицо светилось мягкой улыбкой. Я киваю ей, приглашая войти, и она, немного колеблясь, заходит в палату.

Сара оборачивается и тут же улыбается.

– Элайна! – говорит она радостно.

Я замечаю, как Элайна кладет руку на живот, слегка поглаживая его, в ее глазах мелькает секундная растерянность, как если бы она не ожидала такого теплого приема.

– Привет, Сара, – отвечает она, подходя ближе.

– Спасибо, что присмотрела за папой, пока меня не было, – заявила Сара.

– Ты знаешь, он упрямый. Сложно заставить его послушаться, – с лёгкой усмешкой отвечает Элайна.

Я лишь фыркаю, закатив глаза.

Сара смеётся, а потом снова становится серьёзной. Ее взгляд перемещается между мной и Элайной, в следующий миг она прищуривается и в ее глазах мелькает странный быстротечный блеск.

– Это значит, что вы снова вместе? – с плохо скрываемой хитрой улыбкой спрашивает дочь.

– Нет.

– Да.

Мы с Элайной отвечаем синхронно, и я распахнув глаза, бросил на Элайну взгляд. Думаю, не стоит говорить, что "нет" сорвалось именно с ее губ. В палате повисает тишина. Элайна чуть краснеет, быстро отводя смущенный взгляд, я же тяжело вздыхаю, покачав головой.

Сара бегает взглядом между нами, и в следующий миг кивает, словно принимая какое-то решение.

– Ладно, я выйду. Вы поговорите. Но потом обещай, что всё мне расскажешь, папа.

– Обещаю, – отвечаю я, и она выходит из палаты.

Дверь закрывается, и между нами повисает неловкая тишина. Элайна стоит неподвижно, слегка кусая губу, а я наблюдаю за ней, чувствуя, как напряжение нарастает. Я делаю шаг ближе, отрываясь от кровати, из-з чего стоять становится чуть труднее.

– Элайна, – начинаю я мягко, – насчёт твоего "нет"... это было так категорично.

Она поднимает на меня взгляд, в котором читается смесь смущения и боли.

– Я просто... – она запинается, – я растерялась.

Её голос звучит тихо, но я вижу, что за этими словами скрывается нечто большее. Я пытаюсь улыбнуться, но выходит лишь грустная улыбка.

– Я причинил тебе боль, понимаю. Как бы я ни хотел это изменить, к сожалению, это правда. Но я все же надеюсь на большее, – говорю честно. – Да и Сара будет безгранично счастлива, поверь... В последнее время она только и щебетала о том, как было бы здорово, если бы ты вернулась. Нам не хватает тебя... Я ужасно соскучился, Элайна.

Элайна резко переводит взгляд в сторону, словно мои слова её задели. Несколько секунд она молчит, потом заговорила, глядя куда-то в пол.

– Блейк, ты не понимаешь, каково это... снова чувствовать, что тебя предают. Каждый раз, когда я начинаю кому-то доверять... меня снова предают, – её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. – Марк...

Я осторожно кладу руку ей на плечо, затем мягко обнимаю. Она не отталкивает, и я чувствую, как её напряжённые плечи понемногу расслабляются.

– Элайна, – начинаю я, – я хочу рассказать тебе правду о Марке.

Она смотрит на меня настороженно, но молчит, давая мне возможность продолжить.

– Всё это время он манипулировал тобой. Его план был прост: втереться к тебе в доверие, изобразить влюбленность, чтобы потом незаметно подставить тебе на подпись бумаги. Бумаги, в которых ты просила бы закрыть дело об аварии, где погиб твой отец. Ты понимаешь, что это значило бы? – спрашиваю я.

Она медленно качает головой, её лицо бледнеет.

– Это значило бы, что ты признаёшь его невиновным, как и то, что это был несчастный случай.

– Зачем? – шепчет она.

– Чтобы спасти себя. Он всё просчитал.

Я делаю паузу, позволяя ей осмыслить сказанное, прежде чем продолжить:

– Элайна, я не сразу начал его подозревать. Сначала я просто дико ревновал, – признаюсь с кривой усмешкой. – Видеть его рядом с тобой... Это сводило меня с ума. Я не знал, как мне действовать, как убедить тебя и вернуть твое доверие. Признаюсь, в какой-то момент я почти смирился с тем, что ты выбрала его. Как бы там ни было, а признать, что ты действительно полюбила другого, оказалось настоящей каторгой... А я так и буду до конца жалеть о собственных ошибках, из-за которых тебя потерял.

Она чуть приподнимает бровь, но ничего не говорит, позволяя мне говорить дальше.

– Но потом я начал копать. Всё началось еще до моего визита к твоему начальнику. Я хотел понять, с кем Марк раньше работал, какие у него были связи. Оказалось, у него далеко не кристально чистое прошлое.

– И что ты узнал? – её голос едва слышен, но я вижу, что она слушает внимательно.

– Почти ничего конкретного, – признаюсь. – Сабрина бывший айтишник, поэтому я попросил ее об одном деле, естественно не бесплатно. Она нашла кое-какие данные о его махинациях в бизнесе, но это было не то. Всё изменилось только вчера.

Элайна удивлённо поднимает глаза.

– Вчера?

– Да, – киваю я. – Я получил окончательное подтверждение того, что Марк виновен в гибели твоего отца. Поэтому меня не было так долго и поэтому я приехал так поздно. Я знал, что ты придешь на этот день рождения, но единственный мой промах в том, что я настолько нырнул в это дело, что не успел вовремя обо всем рассказать Кейну и позволил Марку тебя увезти.

Элайна сглатывает и на миг прикрывает глаза, ее лицом пробегает гримаска ужаса, так словно она заново переживает события вчерашнего вечера.

– Как ты узнал, где меня искать? – шепчет она.

– Я не знал. У меня были только два предположения, поэтому я разделился с Кейном. Я поехал в разрушенный мотель, который раньше принадлежал Марку, а Кейн направился к нему домой. Он запаниковал, я это понимал, поэтому его действия можно было предвидеть. Это был риск, но я нашёл тебя.

Её глаза наполняются слезами, но она сдерживает их.

– Блейк...

Я беру её за руки и смотрю прямо в её глаза.

– Я обещаю, что теперь всё будет иначе. Я не позволю никому причинить тебе боль.

Мгновение она просто смотрит на меня, а потом вдруг спрашивает:

– Ты действительно это обещаешь?

– Клянусь, – отвечаю твёрдо. – Я люблю тебя и хочу быть рядом, Элайна. Всегда.

Она открывает рот, чтобы ответить, но я мягко перебиваю ее.

– Могу я тебя кое о чём попросить? – говорю я, ласково убирая прядь волос с её лица и заправляя за ухо.

Элайна смотрит на меня немного удивлённо, но кивает, чуть смущаясь.

– Конечно, – отвечает она.

– Открой, пожалуйста, верхний ящик тумбочки, – прошу я, кивая в сторону мебели у кровати. – Мне всё ещё трудно двигаться.

Это правда. Я чувствую, как тело отзывается слабостью, но в этот момент это даже к лучшему. Элайна кивает и идёт к тумбочке.

– Что именно мне достать? – спрашивает она.

– Увидишь, – отвечаю я с лёгкой загадочностью, пытаясь сдержать улыбку.

– Здесь? – уточняет она, кладя руку на ручку верхнего ящика.

– Да, – тихо говорю, следя за каждым её движением.

Она наклоняется, открывает ящик, и я вижу, как её пальцы замирают, словно она не верит своим глазам.

– Охх... – вырывается у неё, и она медленно вытаскивает маленькую бархатную коробочку.

Я улыбаюсь, наблюдая за её ошеломлённым лицом, а затем, превозмогая боль, отталкиваюсь от кровати и осторожно подхожу к ней.

– Блейк... – её голос дрожит, и она смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

Я аккуратно беру коробочку из её рук, открываю её и опускаюсь на одно колено – насколько это возможно в моём состоянии.

– Понимаю, что не место и не время, но не могу не попытать удачу. Элайна, ты выйдешь за меня? – спрашиваю я, глядя ей прямо в глаза.

Её глаза наполняются слезами, но она не сразу отвечает. Её рот приоткрыт, как будто она пытается найти слова, но они застревают в горле.

– Ты правда этого хочешь? – наконец шепчет она.

– Я никогда в этом не был так уверен, – отвечаю я искренне.

В этот момент моё тело выдаёт предательский сигнал: резкая боль в боку заставляет меня зашипеть и невольно охнуть.

– Блейк! – Элайна тут же бросается ко мне, испуганно кладя руки мне на плечи.

Я, опираясь рукой о край кровати, выпрямляюсь, чтобы её успокоить.

– Всё в порядке, я просто немного перестарался, – говорю с улыбкой, стараясь снять её тревогу.

Она смотрит на меня взволнованно, её глаза наполнены эмоциями. Её ответ задерживается, но это ожидание стоит каждого мгновения. Затем, словно принимая решение, она резко выдыхает.

– Да. Да, я согласна! – её голос звучит твёрдо, но я вижу, как слёзы катятся по её щекам.

Я поднимаюсь с колена, осторожно надеваю кольцо на её палец и целую её, вложив в этот поцелуй всю свою любовь и нежность.

Когда мы, наконец, отрываемся друг от друга, я смотрю ей в глаза и добавляю с лукавой ухмылкой:

– Я знал, что ты мне не откажешь. Учитывая моё состояние, я просто не мог не воспользоваться моментом. Кто знает, может другого такого шанса у меня не будет…

Элайна смеётся сквозь слёзы, слегка ударяя меня по плечу, но я вижу, как её лицо озаряется счастьем.

– Ты неисправим, Блейк, – шепчет она.

– Только ради тебя, – отвечаю я, притягивая её ближе.

Мы стоим, обнявшись, наслаждаясь этим моментом, который кажется идеальным. На душе становится легче, и я впервые за долгое время чувствую, что всё наконец-то будет хорошо.

Глава 35

Я сижу в ожидании, нервно дыша. В приёмной клиники воздух кажется тяжёлым. Я машинально тереблю в руках сумочку, краем глаза следя за движением людей. Ожидание тянется бесконечно. Сердце у меня колотится так, будто пытается пробиться наружу. Кабинет врача, к которому я записалась, кажется мне последним пристанищем моего спокойствия. Всё смешалось: тревога, волнение, радость. Но больше всего – одиночество.

Блейк в больнице. От момента его ранения прошла всего неделя, и хотя он упорно утверждает, что ему лучше, я знаю, что это неправда. Поэтому я ничего ему не сказала. В сердце немного щемит, когда я понимаю, что он не будет присутствовать на нашем первом УЗИ. Для многих девушек это важно, поддержка любимого в такой важный момент, и я не исключение. И все-таки мне так бы этого хотелось, чтобы он был рядом, но я понимаю, что это невозможно. Хотя, с другой стороны, еще недавно я даже мечтать не могла, что мы снова будем вместе, так что все эти переживания сейчас кажутся такими нелепыми и даже смешными на фоне всех тех событий, что мы пережили.

Мой взгляд падает на кольцо на безымянном пальце. Оно изящное, с утончённым платиновым ободком и одиночным бриллиантом, который переливается при свете ламп. Кольцо идеально: классика, но с индивидуальностью, как будто создано именно для меня.

Я едва могу поверить, что оно на моем пальце, что всё это реально. Блейк, тот, кого я ещё недавно считала холодным и бездушным, оказался совсем другим. Он стал мягким, нежным, готовым на всё ради меня и нашего будущего.

Я люблю тебя и хочу быть рядом. Всегда.

Эти слова до сих пор звучат в моей голове, вызывая в груди тёплый отклик. Он уже не тот робот, которым казался раньше. Сейчас он живой, настоящий, и это делает его ещё более неотразимым. А теперь он еще и мой будущий муж. Моя темная лошадка.

– Элайна Эмерз? – голос медсестры вырывает меня из мыслей.

Я машинально вскакиваю с места, волнительно сжимая сумочку в руках.

– Да?

– Проходите, пожалуйста, врач уже ждет.

Медсестра вскоре исчезает за дверью, а я иду, направляясь к кабинету, но неожиданно слышу знакомый голос.

– Элайна!

Я оборачиваюсь и вижу в дверях больницы Блейка. Мое сердце замирает. Он ещё выглядит бледным, осунувшимся, но все-таки гораздо лучше, чем неделю назад. В глазах его горит упрямство, а уголки губ тронула лёгкая улыбка. Он стоит, опираясь на трость.

– Блейк? Что ты здесь делаешь? – я не могу скрыть искреннего удивления в голосе.

– Ты же не думала, что я пропущу такое событие, – отвечает он, медленно подходя ближе, чуть хромая, и в уголках его губ мелькает улыбка.

– Но ведь еще рано... Врач сказал, тебе нужно отдыхать...

– Отдых подождёт, – отмахивается он.

Я ошеломлённо смотрю на него.

– Как ты узнал? – шепчу я.

– У меня свои источники, – ухмыляется он.

– Ким, – догадываюсь я, качая головой, но все-таки не в силах сдержать слабую улыбку. Блейк чуть кивает, подтверждая мои слова. Ну конечно. Подруга сдала меня.

В этот момент из кабинета выглядывает врач, слегка недовольная ожиданием.

– Элайна, вы собираетесь заходить? – тут она прерывается, переводя внимание на Блейка. – А вы...

– Я ее будущий муж, – отвечает Блейк, сжимая мою ладонь, прежде чем я успеваю открыть рот. – И отец ребёнка. Я хочу присутствовать во время процедуры.

Я поражённо открываю рот, но ничего не говорю. Улыбка сама собой пробивается сквозь губы и я легонько качаю головой. И все-таки мне нужно время, чтобы свыкнуться с тем, что теперь я его невеста. Будущая жена.

– Хорошо, проходите вместе, – говорит врач, жестом приглашая нас внутрь.

***

На кушетке я чувствую себя уязвимой. Врач берёт тюбик с гелем и предупреждает, что он будет холодным. Я чуть вздрагиваю, когда гель касается кожи, но тут же чувствую, как Блейк сжимает мою руку.

– Всё хорошо, я рядом, – шепчет он.

Когда на экране появляется изображение, мы оба замираем.

– Вот ваш малыш, – говорит врач, указывая на крошечную фигуру.

Я чувствую, как у меня перехватывает дыхание.

– Он такой маленький, – шепчу я, глядя на экран.

Блейк молчит, завороженно наблюдая за картинкой, но в его голосе читается трепетное благоговение. Он выглядит потрясенным, но вместе с тем... Счастливым. Безмерно и искренне.

– А теперь, – врач нажимает на кнопку, – вы услышите его сердцебиение.

Комната наполняется быстрым, ритмичным стуком. У меня перехватывает дыхание, а из глаз начинают течь слёзы.

Врач объясняет, что всё в порядке, малыш развивается хорошо. Я чувствую, как меня охватывает неизмеримый трепет. Затем она аккуратно убирает гель, вытирая кожу мягкой салфеткой. Все это время притихший Блейк молча наблюдал, словно заколдованный. Я поворачиваю к нему голову и тихо спрашиваю, едва сдерживая благоговейный трепет в голосе:

– Что скажешь?

Блейк медленно, словно с трудом отрывает глаза от экрана, которой уже погас и смотрит на меня долгим, бездонным взглядом. Он медленно наклоняется ко мне, остановившись прямо перед моими губами. Секунда-вторая.

– Я люблю тебя, Элайна Эмерз, – вдруг произносит он низким голосом мне в губы, и кажется, только после этого время возобновило свое движение. У меня вмиг перехватывает дыхание, он сглатывает, глядя на мой рот, легонько чмокает в губы, словно благодаря, и вдруг совершенно неожиданно для меня меняет направление, склоняясь ниже. Его ладонь мягко ложится на мой живот.

– Привет, малыш, – говорит он тихо, и я чувствую, как он целует мой живот. Дыхание вырывается из меня одним потоком и легкие вновь начинают работать, а сердце вдруг взрывается таким трепетом и любовью, что мне трудно дышать от счастья.

Когда мы выходим из кабинета, я ещё не до конца осознаю, что только что произошло. Даже не помню, как попрощалась с врачом, и что она мне говорила. Я оглушена шоком, трепетом и счастьем одновременно. В голове кружится, ничего такого, просто от переизбытка эмоций. Блейк идёт рядом, его лицо умиротворённое.

Мимо нас проходит какая-то пара, мужчина с беременной девушкой. Он мельком бросает взгляд на меня, скользнув оценивающим взором с ног до головы. Я едва это замечаю, и уже благополучно забыла, но Блейк – нет.

Он красноречиво хмыкает, повернувшись вслед за этим мужчиной, и его рот кривится в усмешке.

– За тобой оборачивается каждый второй мужчина, если не каждый, – говорит он, и я останавливаюсь в коридоре, в замешательстве повернув голову. Действительно, этот мужчина обернулся, бросив на меня еще один взгляд.

Я удивлённо смотрю на Блейка.

– И только я умудрился проворонить такое счастье, – продолжает он, но вразрез словам на его лице играет слабая искренняя улыбка, когда он заправляет прядь волос мне за ухо. – Слепой идиот. Чем я только думал, теряя такую, как ты?

– Какую такую? – непонимающе спрашиваю, чувствуя, как у меня перехватывает дыхание.

Блейк делает шаг ближе и чуть наклоняется, его глаза становятся мягкими, почти нежными, и смотрят прямо в мои.

– Бесценную, – выпаливает он, а затем целует меня.