Текст книги "Начало"

Автор книги: Павел Кобылянский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

– Во как, а чего ж ты их так боишься, если все так хорошо?

– Ну понимаешь, – потупилась Шелли. – Одно дело в теории это знать, а другое – совсем одной остаться, с трупами друзей на руках. Я все-таки в первый раз в такую ситуацию попала. Да и вы мне нравитесь, ко мне хорошо отнеслись, лечите вот, кормите. Да и есть хорошая возможность вам помочь. Даже если бы Хаос мою клятву не принял, я бы все равно вам этот вариант предложила.

– Хорошо, а мы-то тут с какого бока? – спросил я.

– А я вас как работников каравана найму, – улыбнулась девушка. – Я сегодня утром, пока ты спал, документы все проверила, там только число повозок указано, а про количество разумных и их расовый состав – ни слова нет. Так что будете уцелевшими караванщиками. Спрятались там среди грузов, добивали раненых вампиров, уцелели, в общем.

– Хм, а эти стражи в нас, можно подумать, иномирян не опознают, – с сомнением покачал я головой.

– Это вряд ли. Стража дорог – не самая почетная работа в обществе вампиров. Там у них самые младшие и те звезд с неба не хватают. С вами они вообще разговаривать не будут, да и расследование проводить – это не их забота. Они просто мой рассказ запишут да, что тут творится, подробно на бумаге изложат. А там, пока по инстанциям все пройдет – мы уже и границу пересечем. Да и вообще, они к людям, даже к свободным, специфически относятся, сам увидишь. Главное у них перед носом серебром не размахивать… Ну, еще вашу одежду пыльниками прикроем, у ребят возьмете, просто чтобы в глаза не бросалось. А на ваши жезлы они и внимания не обратят, мало ли чего еще маги в академии наизобретали. Это я магию чую и вижу, что в ваших штуках волшебства ни грана, а упыри – они только по ментальной специалисты, а ко всему прочему вообще никак не относятся.

Я серьезно задумался. Вроде как звучало все вполне логично, без нестыковок. И свои мотивы Шелли частично объяснила, действительно, ей в одиночку, да еще раненой, со всем этим не справиться. Конечно, с представителями местных властей встречаться очень не хотелось. И ведь имелся еще вариант, что нас здесь попробуют задержать, пока кто-нибудь постарше да поумнее не прибудет. А тогда вся версия событий, придуманная девушкой, посыплется только так. Для кого-нибудь вроде участкового из занюханной деревеньки, может, это и сошло бы, но любой наш опер хоть с каким-то опытом работы моментально заметил бы нестыковки, начал бы задавать вопросы. И задержать попытался бы до выяснения. Хотя… Если, скажем, иностранные граждане… Правда, смотря какой страны. Но по словам Шелли выходило, что ее соплеменников если не уважают, то по меньшей мере с ними считаются. Эти тифлинги что-то вроде швейцарских алебардщиков, если из нашей истории аналогии подбирать. Тоже лучшие наемные войска Европы, нанимателя никогда не предавали, и в их кантоны без крайней нужды никто не совался. Да и брать там особо нечего было. Это уже позже к ним ломбардские банкиры примазались, если я правильно помню.

Однако надо уточнить. В двух словах изложил Шелли свои сомнения. Та задумалась. Похоже, в своих расчетах она не учла, что нас попросту могут задержать.

– Нет, вряд ли, – наконец решительно тряхнула головой тифлингесса, – в случае чего я их просто пошлю… к дяде. И истерику устрою… А-а-а, меня, маленькую, обидели, ранили, папу убили… Домой хочу, к дяде… Даже притворяться особо не придется.

Девушка опять погрустнела, и на глазах стали поблескивать слезинки. Я осторожно обнял ее и погладил по голове. Она моментально зарылась носом куда-то мне под мышку.

– А кто у нас дядя? – тут же уточнил Стингер.

– Ой, а я разве не сказала? Мой дядя Лиимат Теорн аэп’Теорних, глава клана Теорн.

– Это брат твоего отца?

– Нет. Он старший брат моей мамы. С папой они, правда, не ладили, но меня дядя любит. Все говорят, что я здорово на маму похожа… Дядя даже имена путает постоянно, часто меня Шеолой называет, я уже даже и не замечаю…

– А твоя мама?

– Она умерла, давно, когда я родилась. Точнее, до того, как я родилась, меня из мертвой мамы достали. Так получилось… Я ее только на портретах и видела.

Опа, ни хрена ж себе, девчонка осиротела полностью. И как еще держится-то… Я с невольным уважением посмотрел на нее. Наши тоже как-то засмущались, захмыкали…

– И еще, я по нашим законам пока не самостоятельная, за меня старший из родичей говорить должен. Папа умер, теперь дядя за меня отвечает, ну или тот, кого он назначит. Так что по-любому я всех к нему отправлять могу. Да и как только он узнает…

– Командир, а по-моему, неплохой план, – пробасил Потапыч, – может и получиться. Да и мы вроде не дети малые, если что не так пойдет – покрошим упырей и уйдем лесом. Хрен догонят… Пока вроде получалось с ними справляться. Ты лучше скажи, э-э-э…

– Шелли, – подсказал пулеметчику Стингер.

– Да, Шелли, сколько их будет?

– И как быстро они сюда доберутся? – уточнил я.

– Ну отправят дежурный десяток. Я же скажу, что мы отбились, хотя и с потерями. Так что просто для проверки… А как быстро доберутся… До поселения т’сареш отсюда перестрелов сто пятьдесят, может быть, сто шестьдесят, караваном это больше пяти дней идти. Но их наары бегают быстро. Да и торопиться кровососы будут, чем больше караван здесь простоит, тем больше вампиры потом заплатят. Так что за сутки, наверное, доберутся. Да, – Шелли снова тряхнула головой, – если на ночь останавливаться не будут, то завтра после рассвета можно ждать. Думаю, что они своих ящериц магией погонят и смогут не отдыхать.

Я опять задумался. Да, если все получится – перспективы открываются заманчивые. И девчонка с нами пока добровольно сотрудничает и относится к нам весьма хорошо. И ее дядя обязанным окажется. И даже если с вампирами биться придется, то будет потом кто-то, кто за нас вступится. Мы же пока здесь сами по себе… С другой стороны, риск, конечно, да и если подранят кого… Но если отказаться помогать девушке, то надо будет новый источник информации искать, да еще и уговаривать сотрудничать… Ладно, рискнем.

– Шестой, ты засечь приближение местных вампиров сможешь? – спросил я у священника, погрузившегося в какие-то размышления. – Шестой!

– А, что, да… – встрепенулся священник и, поняв вопрос, пожал плечами. – Не знаю. Что-то я ощущаю, но очень далеко, на грани восприятия. И ощущения немного другие, не такие, как раньше.

– А этих упырей ты как чувствовал?

– Да так же, как и раньше, только слабее, чем дома…

– Хорошо, Шелли, давай вызывай эту стражу, – решился я. – Мы еще вместе подумаем, как все предусмотреть.

– Ага, только я сначала домой сообщу, а потом стражу вызову, – осторожно улыбнулась девушка, как бы спрашивая моего разрешения.

– Ну тут уж смотри сама, тебе лучше знать.

Шелли кивнула и снова полезла в висящую у нее на шее сумку.

Я же подошел к по-прежнему странно задумчивому отцу Якову.

– О чем задумался, батюшка? – спросил его.

– Да так… Просто понемногу, кажется, начинаю понимать, чего избежала наша планета. И ведь только с Божьей помощью… Смерть – только за мысль… Люди в лагерях – как скот. Это ужасно. Ведь не даруй Господь инквизиторам свою силу – нас бы ожидало то же самое.

– Знаешь, батюшка, тут ситуация… неоднозначна… так скажем, – задумчиво ответил я. – Да, вампиры разводят людей на корм, попутно низводя их до состояния животных. Как мы тех же коров. Но люди все-таки другой расы, на упырей совсем не похожи. А у нас… Батюшка, ты просто не видел рабочих лагерей в Северной Корее, например. Или промышленные города в Китае. Не те, которые обычно по телевизору показывают, те-то как раз напоминают европейские, а рабочие… Там людей на положении скота держат свои же, такие же люди, как они. И не просто держат, а еще пахать заставляют, фактически за кормежку. Да и Африка та же… Обезьяны вчера с пальм слезли, вот только обезьяны эти с автоматами. И ладно они нас, белых, не любят, согласен, есть у них основания для этого, так они к таким же обезьянам, как они, только без автоматов, относятся еще хуже, чем к нам. Вот и получается, что люди не каких-то других, а таких же, как они, до состояния скота низводят.

– Да ты расист, майор, не ожидал, – осуждающе покачал головой священник. – Они же тоже создания Божьи, у них тоже душа есть и свобода воли. Ну не повезло им родиться в такой стране, не смогли им образования дать, ну обычаи у них варварские… Так их учить надо, да то же Слово Божье до них донести.

– Ты просто с ними не общался, – решительно перебил я. – Не спорю, есть исключения, но в большинстве своем… Хорошо быть толерантным, живя в Питере или в Москве. Впрочем, в Нью-Йорке, наверное, еще лучше. А ты скатай в африканские джунгли или в горы Афганистана и посмотри, что там творится… Хотя нет, тебе, наверное, не надо туда кататься. Мне пару раз довелось вытаскивать идиотов, решивших, что этих несчастных надо спасать. Самое страшное, что они так ничего и не поняли, мне тоже постоянно про расизм говорили. В общем, батюшка, я не расист, я всех людей одинаково ненавижу…

– Жаль мне тебя, майор, искренне жаль… И ведь человек-то ты неплохой, но иногда прорывается в тебе что-то… Нет, ты не подумай, я не призываю вас сейчас идти и спасать тут всех. – Инквизитор вскинул обе ладони, успокаивая меня. – Наоборот, не зная местных реалий, можно только хуже сделать. Да и задача у нас сейчас – выжить да путь домой найти.

– Ну, с путем домой пока неясно, – с сомнением покачал я головой. – Шелли несколько раз упоминала про путешествия в другие миры, как про нечто само собой разумеющееся, но вместе с тем сказала, что это не самое рядовое событие. Меня сейчас больше местные вампиры волнуют. Ты же слышал, мы на их земле, и людей они не особо любят. Если девушка не соврала, конечно… Выбираться отсюда надо.

– Мне не показалось, что она лукавила, хотя того, что она говорит, я и не понимаю, но ее выражение лица… мне показалось вполне искренним…

– Короче, решаем проблемы по мере их поступления, – твердо сказал я. – Сейчас девушка в нас нуждается, даже, пожалуй, больше, чем мы в ней. До Перевального, думаю, сомневаться в ее искренности не придется, пока главная наша забота – это стража вампиров. Лучше вообще поменьше с кровососами соприкасаться. А доберемся до этого города – посмотрим. Да и новые источники информации появятся. В нашей внешности ничего необычного для этих мест, похоже, нет. Язык вот только… Эти амулеты – штука весьма дорогая, на дороге не валяются… Ладно, поглядим, вроде Шелли заканчивает разговор. Сейчас будем думать, как обидеть местных вампиров, если мы им не понравимся…

Глава 12

А я не хочу, не хочу по закону!

Почти что песенка из м/ф «Летучий корабль»

Шейелена Теорн аэп’Шееллайт, тифлинг, Дея,

43 день первого сезона,

1218 смена от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Пока я возилась с амулетами связи, люди отошли в сторонку, наверное, чтобы мне не мешать, и стали о чем-то увлеченно говорить. Так, сначала связаться с кланом. Ответил дядюшка, ну да, у него все вторые половинки амулетов связи в кабинете висят, к артефакту, записывающему сообщения, подключены. Ну а раз он сидел в кабинете и увидел вызов, то сам и ответил. Выслушал меня, помолчал немного, сказал, что отправит мне навстречу воинов. С приказом не церемониться, если что… Еще сказал, чтобы я заряд амулета не экономила и при малейшем намеке на неприятности связывалась с ним. Еще пообещал, что предупредит в Перевальном, чтобы нас ждали. И отключился. Я ему, конечно, все подробно не рассказывала, сказала просто, что упыри на караван напали, что я одна осталась, что мне помогли разумные, у которых из-за этой помощи могут быть неприятности с т’сареш, и мы вместе с ними идем к Перевальному.

Потом я стражу вызвала. Ну там все было попроще. У них приемник стоит, у него сидит дежурный и записывает все вызовы. Отвечать он права не имеет. Так что я по инструкции номер подорожной назвала, свою расу, почему-то вампиры именно расу указать требуют, а не имя, например, ну и где, собственно, мы находимся. Ровно на это заряда в их амулете стражи и хватило.

Люди все продолжали совещаться. Сидели кружком на корточках шагах в десяти от меня, что-то рисовали на земле ножами, постоянно затирали рисунки подошвами сапог и руками и увлеченно спорили. Только Тирли, у которого сейчас подошла очередь дежурить, стоял немного в стороне, но тем не менее внимательно прислушивался к спору и только изредка вставлял свои комментарии. Периодически то их здоровяк, которого звали Потапычем, то Стингер вскакивали на ноги и начинали бегать вдоль дороги, прикладывая к глазу какую-то странную штуку, которую зажимали в кулаке. Потом возвращались и опять принимались спорить. Их голоса я слышала прекрасно, но… Хотя большую часть их слов амулет исправно переводил, все вместе складывалось в абсолютную бессмыслицу. Ну, для меня бессмыслицу. Какие-то «сектора обстрела», «линия огня», «дистанция поражения», «автоматический огонь», «зона поражения», «минирование»… Внезапно я вспомнила, что мне все это напоминает. Ну, один к одному мой папа, казначей и мастер оружия за пятым бочонком сидра. Они как раз тогда начинали старые военные кампании разбирать. И точно так же ножами схемы рисовали, только не на земле, а на крышке стола. Вот за сидром им бегать было не лень, а за бумагой и самопиской сходить тяжело, обязательно надо было стол испортить. И также я отдельные слова понимала, но все в целом уразуметь не получалось. Странно, когда на уроке истории учитель рассказывал про сражения и разбирал их – там все было понятно. Поразившись сходству, я хихикнула.

– …таким образом, пулеметным огнем без риска зацепить животных мы можем перекрыть только головной сектор. – Майор закончил фразу и повернулся ко мне: – А, Шелли, ты уже все сделала?

– Ага, – кивнула я. – А о чем вы спорите?

– Да так, пытаемся предусмотреть все возможности…

– Не поняла…

– Ну думаем, что делать, если эта твоя стража на нас все-таки нападет. Согласись, что если готов к нападению – шансов выжить гораздо больше.

– Да не нападут они, зачем? – пожала я плечами.

– Ну если не нападут – будем считать, что мы зря потеряли время. – Было видно, что мысли майора заняты совершенно другим и спорить со мною он не собирается. – Ответь мне лучше на несколько вопросов. Чем будут вооружены упыри? У них одинаковое оружие или кто что купит?

– Им вообще-то достаточно хорошее оружие выдают при поступлении на службу. Конечно, не возбраняется экипироваться за свой счет, но младшим просто не по карману купить оружие лучше, чем казенное. Ну, если только ты из очень высокопоставленного рода, но такие в стражу дорог не попадают.

– А чем именно вооружены?

– Ну-у-у меч и кинжал. – Я напряглась, припоминая свои встречи со стражами дорог. – У них вся школа фехтования построена на парном оружии именно в таком сочетании. Меч – лонгима, это прямой клинок чуть больше локтя длиной с рукоятью в один хват, кинжал…

– Погоди, – перебил меня Стингер, – а что-нибудь дальнобойное есть?

– Копья, что ли? – недоуменно посмотрела я на него.

– Нет, – помотал головой майор, – луки там, арбалеты… То, что бьет на расстояние больше десяти шагов.

– На десять шагов и кинжал метнуть можно… А так, штук пять арбалетов у них должно быть, но их обычно перевозят в неснаряженном состоянии, со снятой тетивой. Она растягивается, если постоянно снаряжена. И потом, это же не эльфы, у которых луки – основное оружие… Ребята, по-моему, вы ерундой занимаетесь, не знаю, как вы перебили тех т’сареш, но против десятка с командиром… Будь вы все тифлингами – у вас были бы шансы, а так… Ну, у нас четыре арбалета есть, даже если мы на наши болты ваши серебряные стрелы примотаем. Ну, может, одного я и успею подстрелить, хотя стрелок из меня неважнецкий, да еще и с одной левой руки. А, да, ваши жезлы… Но магия летит еще медленнее стрелы. Нет, если вы нападете первыми, да еще со спины – тогда шансы есть. Но если они решат напасть на нас сами – без вариантов. Правда, им незачем на нас нападать, я же говорила. Наоборот, они заинтересованы в том, чтобы доставить меня к границе целой и невредимой.

– Погодь, Шелли, – вмешался Потапыч, похоже, не обративший никакого внимания на мои последние фразы. – Ты хочешь сказать, что у них вообще ничего дальнобойного не будет? Ежели так, то чего мы тогда страдаем, делаем, как решили… Если бы не караван или там граница поближе была, проще было бы перебить их на подходе и не мучиться.

– Майор, слушай, вы не понимаете, – рассердилась я, – это не люди, это т’сареш. От стрелы, пущенной более чем с тридцати шагов, они легко уклонятся, ну если ее не в спину выпустить, конечно, а тридцать шагов любой упырь способен покрыть в два прыжка, двигаясь при этом быстрее, чем стрела, даже если она выпущена из эльфийского лука. А вся магия летит медленнее стрел. Вы свои жезлы даже поднять не успеете…

– Извини, Шелли, у нас еще пара вопросов, – продолжил гнуть свою линию майор. – Как вампиры будут действовать, когда доберутся сюда? Ну, я имею в виду, с кем говорить станут, груз там в фургонах проверять или нас всех мордой в землю и бить будут, к примеру?

– Нет, ничего такого. На вас они вообще не будут обращать внимания, не любят они свободных людей, да и вообще всех людей презирают и считают скотом, я же говорила. Со мной же станут вести себя максимально вежливо, десятник, может, даже и поунижается. Все-таки я сторона пострадавшая, причем по их вине, так что будут стараться не усугублять. Я еще с одним большим начальником местной семьи знакома, а у упырей чинопочитание в крови, причем в буквальном смысле слова. Я его имя упомяну, так они вообще на цыпочках ходить будут и постараются не дышать в нашу сторону. А как действовать… Да приедут, остановятся перед караваном, начальник потребует предъявить подорожную и амулет. Лучше будет, если я сама им покажу. После этого станут вежливыми. По повозкам не полезут – зачем? Ну, только попросят показать тела погибших и трупы нападавших. Смотреть пойдет десятник, может, одного-двух воинов прихватит, на случай, если трупы ворочать придется. Потом зададут мне несколько вопросов и отправят нас своей дорогой, чтобы им не мешали. Сами останутся бумаги писать и следы смотреть.

– Так, значит, разделятся, и будет их двое как минимум. Это плохо, – пробормотал майор, задумавшись.

– Ребята, майор, Стингер, – начала я все объяснять сначала, – если вы так боитесь, что на вас нападут, то вам лучше прямо сейчас уйти. У вас почти сутки в запасе. Я постараюсь одна справиться, еще и придумаю что-нибудь, чтобы задержать их подольше. Здесь у вас шансов победить упырей не будет…

– Шелли, ну не плачь ты, – погладил меня по плечу Стингер. Я опять почувствовала на щеках слезы. – Командир, а давай ей покажем, а то так и будет сомневаться, еще испортит все, думая, что делает лучше…

– Ага, а патронов у нас вагон и еще подвезут, – буркнул майор.

– Да ладно, от парочки-то не обеднеем. Я же не предлагаю тут чертежи «калаша» рисовать и производство разворачивать. Пальни вон со своего «Винтореза» метров на триста, для тебя дистанция игрушечная, – и, не дожидаясь ответа командира, повернулся ко мне: – Шелли, выбери какую-нибудь мишень на максимальной дистанции, ну, скажем, для лука.

Я недоверчиво покрутила головой, но указала на не очень толстое, в три моих руки, дерево шагах эдак в двухстах пятидесяти от нас. Дальше дорога плавно загибалась в сторону, обходя очередной холм, и выбрать мишень было уже проблематично. Стингер вытащил из своего кармана лист бумаги, нарисовал на нем круг размером с голову человека и убежал к указанному мной дереву.

– Ненавижу цирк, – пробормотал майор, достал откуда-то такую же круглую штуку, как у Стингера с Потапычем, и тоже приложил ее к глазу, зажав в кулаке. Его зам тем временем повозился у дерева и рысцой потрусил обратно, оставив листок висеть там примерно на высоте своего роста.

– Ну что, легко будет попасть отсюда в центр нарисованного мной круга? – спросил он, вернувшись.

– Для человека задача более чем непростая, – сказала я. – На последнем соревновании лучников в Оэсси большая часть участников отсеялась на половине этого расстояния, остались только те, в ком крови эльфов больше, чем какой-либо другой. Да и победитель стрелял с дистанции поменьше…

Майор тем временем отстегнул от своего рюкзака жезл, такой же я у Стингера видела, дернул за какой-то рычаг, отчетливо лязгнул металл, и он улегся рядом с нами, приставив жезл одним концом к правому плечу, а другим направив на дерево. Причем смотрел он не на предложенную мишень, а в какую-то цилиндрическую штуку, укрепленную на жезле. Вот на мгновение он совсем перестал шевелиться, и вдруг раздался тихий хлопок. Я не увидела ни стрелы, ни какой-либо магической субстанции, да и самой магии не почувствовала, однако листок заметно дернулся. И мне показалось, что в его центре появилась какая-то точка, которой там раньше не было.

– Капитан, твоя была идея – тебе и показывать, – пробурчал майор, поднимаясь с земли. – Инициатива наказуема.

Стингер шутливо вздохнул, поднял меня на руки и понес к дереву. Еще на подходе я рассмотрела в центре листка отверстие примерно с ноготь большого пальца. Края отверстия были как будто опалены. Гм, а где стрела? Когда подошли ближе, я сорвала висящий на сучке листок. В дереве тоже имелась дырка, причем ствол, похоже, пробило насквозь. Я извернулась – посмотреть с другой стороны, человек чуть пододвинулся, чтобы мне было удобнее. Второе отверстие оказалось намного больше первого, из дырки торчала расщепленная древесина.

– Что это было? – спросила удивленно. – Я не видела стрелы…

Стингер задорно улыбнулся и пошел обратно.

– Небольшой кусочек железа, летящий с очень большой скоростью, – стал объяснять он по дороге. – Дальше улетел, поискать можно, конечно, но вряд ли найдем, он совсем маленький. Человеку голову разнесло бы в клочья.

Я удивленно молчала. Дерево такой толщины пробить насквозь… ну, если из арбалета, да шагов с десяти… И то, болт-то дерево пробьет, но дальше не полетит, завязнет. Стрела… Ну, даже не знаю. Но если и пробьет, то тоже дальше не улетит.

Человек принес меня обратно к костру и снова усадил на бревно.

– Знаете, – сказала задумчиво, – от вашего оружия упыри, конечно, не увернутся. Но они будут находиться гораздо ближе…

– Шелли, поверь нам, мы знаем свои возможности и возможности своего оружия, – тяжело вздохнув, сказал майор. – И бросать тебя не собираемся. Можешь не верить, но ты нам уже здорово помогла, да еще и обещаешь помогать в дальнейшем… Ты лучше скажи, они точно на трупы твоих спутников смотреть пойдут? Да, и что с телами-то делать? Как у вас принято, закопать там, сжечь?

– Ну смотреть пойдут, им надо будет мои слова проверить, – сказала я, все еще пораженная их уверенностью в своих силах. – А тела… Моих соплеменников надо доставить в клан, мы стараемся своих хоронить дома. Ричарда, наверное, тоже, это папин помощник, он человек, у него семья в Оэсси…

– Эм-м, Шелли, – замялся майор, – я не уверен, что мы их сможем довезти. Конечно, сейчас не особо жарко, но они уже начали… э-э-э, попахивать. Мы можем их, конечно, в ткань завернуть, но…

– Это решаемо. Надо их в повозку погрузить, и я «морозильник» поставлю. У меня парочка есть. И лучше это побыстрее сделать, чем быстрее заморозим – тем лучше… А в Перевальном найму мага, он уже законсервирует нормально.

– Угу, грузить, значит, их будем, когда упыри посмотрят… Как бы это побыстрее сделать…

– А зачем т’сареш ждать? Погрузим прямо сейчас, чем быстрее я их заморожу, тем лучше. А на открытом воздухе морозильник плохо работает.

– Ну… они же захотят посмотреть тела.

– Ну в повозке и посмотрят, – я удивленно глянула на майора, – какая разница. Они просто глянут на то, что действительно лежат трупы, на расу посмотрят. Да они бы на них вовек не смотрели, просто так по инструкции положено. Их трупы нападавших куда больше заинтересуют.

– Тогда работаем, как решили, – рубанул майор рукой воздух. – Но с небольшими уточнениями. Значит, сейчас из крайнего фургона все барахло перекидываете в повозку с травой. Потапыч, ты ее возьмешь себе, ставь, как решили, ну, и как там тебе удобнее. В освободившийся фургон складываем тела, ставим его примерно напротив пулеметной. Значит, Шелли, слушай сюда, если что непонятно – сразу переспрашивай. Твой фургон, ну, который с лежаками, мы поставим сейчас первым. Ты с самого рассвета будешь находиться в нем, либо еще где, но чтобы могла быстро выбраться на козлы. Я буду постоянно рядом с тобой, помогу. Когда появятся упыри – покажешь им амулет, бумаги я сам отдам. Ты к ним старайся вообще не приближаться. Если они потребуют, чтобы мы показались, громко крикнешь, мы к тебе подойдем. Но дави, что нам надо работать, не проси, чтобы нас отпустили. Как их главный согласится, так сразу и крикнешь, мол, идите, работайте дальше. Ясно?

Я кивнула, пока действительно все было понятно.

– Значит, дальше, когда попросят показать трупы – отправишь меня показывать. Ну, скажешь что-нибудь типа: «Мой слуга проводит». Теперь, пожалуй, самое важное. Мы будем молчать, только если там чего жестами покажем. Кто их, ваших упырей, знает, еще прицепятся к неизвестному языку. Или еще хуже, у них такая же игрушка, как у нас, окажется. Как я уже сказал, мы все будем молчать. Как только услышишь мой голос, сразу же, немедленно, я повторяю, немедленно, с максимально доступной тебе скоростью упадешь обратно в фургон. Может, матрасы с лежаков на пол стащим, чтобы тебе не жестко было падать, или еще чего-нибудь придумаем. Как спрячешься внутрь – лежи на полу и не шевелись. Ни в коем случае не поднимайся с пола, даже на четвереньки лучше не становись, иначе мы можем случайно тебя зацепить. Поняла? Встать можно будет только тогда, когда с тобой кто-то из нас заговорит.

Я опять кивнула. Как все у них сложно. Я, конечно, на воина не училась, но как-то считала, что главное ввязаться в драку, а потом выиграет тот, кто лучше умеет владеть оружием, ну и вообще, быстро оценивать обстановку и реагировать на ее изменения. Но вот так вот, когда даже предполагаемую драку, которая скорее всего и не состоится, шаг за шагом планируют, стремясь предусмотреть абсолютно все… Как-то очень непривычно.

– Замечательно, – продолжил майор, убедившись, что я поняла. – С тобой пока все. Значит, Стингер, Комар, я сначала поведу кровососов к повозке с трупами. Если что – постараюсь сбить их с ног и запрыгну на эту телегу. Лупите по ногам. Тирли, ты страхуешь фургон с Шелли, ну и если кто-то из сектора огня Потапыча умудрится выскочить. Волосатик, ты патронов не жалей, не давай им подняться…

– Да на такой дистанции их в клочья порвет, командир, – пробасил здоровяк.

– Все равно. Да, еще возьмешь «калаш» Шестого, прорежь там дырку в тенте, что ли. Если вдруг появится возможность – тоже меня подстрахуешь. Но не отвлекайся. Твоя главная задача – передний сектор. После фургона я их отведу к телам упырей, немного передвинем, чтобы гарантированно под огонь попадали. Да, Стингер, проверь там все карманы, выгреби оттуда вообще все. И еще, ножом поорудуй, чтобы на первый взгляд никаких сомнений не возникло, что их холодняком уложили. Одежду тоже порежь, чтобы одни ошметки остались. По сигналам: рации ставим на голос, если я несколько раз молча нажму на тангенту – внимание, если что скажу голосом, все равно что, значит, спалились, работаем на поражение. Дальше, Шестой, ты примерно за час до рассвета вместе со мной заступишь в дозор. И будешь сидеть в нем до упора. Да, Шелли, они точно утром приедут?

– Ну, не точно, но где-то так, – пожала я плечами. – Где-то в течение первой стражи должны появиться…

– Э-м, стража это сколько? – уточнил майор.

– Ну стража это стража, – тут я запнулась, вот так с ходу не получалось объяснить очевиднейшие вещи. – Сутки делятся на восемь равных частей, четыре ночных стражи, четыре дневных. Вторая дневная заканчивается примерно тогда, когда солнце находится в высшей точке небосклона. Ну, первая начинается примерно с рассветом. В городах есть специальные устройства, стражебои, которые уже точно отмеряют время, но в дороге приходится ориентироваться так, на глазок, по солнцу. Каждая стража в свою очередь делится на десять малых страж.

– Ага, ясно, – майор на мгновение задумался, – значит, ваша стража – это где-то три с половиной наших часа. Рассветет у нас завтра, – тут майор посмотрел на какое-то маленькое круглое устройство у себя на левом запястье, – значит, сейчас у нас тринадцать ноль-ноль по нашим часам, рассвет будет примерно в четырнадцать тридцать – пятнадцать ноль-ноль следующего дня. Тогда да, за час до рассвета мы с Шестым заступаем на фишку.

Ух ты, это у него что, аналог стражебоя такой маленький на руке, что ли? Только настроенный на время его мира. Здорово, я в восхищении покрутила головой. До сих пор завидовала магам, которые без всяких приспособлений могли мгновенно и весьма точно определить время. А то эти чудовищные гномьи устройства не только стоили просто фантастических денег, но и занимали немаленьких размеров дом. Надо будет попросить посмотреть, обязательно.

– Значит, Шестой, ты, как только почувствуешь, что к нам кто-то целенаправленно приближается, тут же сообщишь об этом мне или Стингеру. Когда я прикажу – пойдешь к Потапычу и сделаешь то, что он скажет. В идеале ты должен сидеть в его фургоне и не вылезать оттуда. Ну, если только упыри потребуют показаться. Но вообще слушайся Четвертого прям как не знаю кого. Ясно?

Жрец кивнул. Ха, а он-то, похоже, не воин, вон как майор ему подробно рассказывает, что делать. И в принципе приказывает ему то же, что и мне, то есть залечь и не отсвечивать. Ну я-то понятно, не боец сейчас, передвигаться самостоятельно не могу, меня по нужде в кусты на руках носят, но он-то вроде здоров…

– Ну вроде всем все ясно. Танцуем от этого плана, дальше по ситуации, – подвел итог человек. – Да, еще, Комар, ты встанешь вместе со мной и снимешь все свои сюрпризы в округе. И потопчись там как следует, следов побольше оставь. Чтобы было видно, что кто-то топтался, но неясно, что там делал. За час управишься?

– Да вполне, – кивнул тот. – Сам же ставил.

– Да, сигналки с обоих концов дороги снимешь прямо сейчас. От греха подальше. Все, пошуршали, до заката все должно быть готово и лагерь полностью свернут. Только костер не растаскивайте пока.

Люди вскочили и разбежались в разные стороны. Только жрец немного замешкался, но здоровяк дернул его за рукав и увлек за собой. Майор тоже собрался куда-то бежать, и уже почти ушел, но я остановила его недовольным возгласом.