Текст книги "К черту мамонтов! (СИ)"

Автор книги: Ольга Шматова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 1

03.07.2029 8:30 Москва. Офисный центр «Шаболовка»

Старый офисный центр на время ремонта лишился арендаторов. Поэтому, когда на пороге управляющей компании появились люди в дорогих костюмах с предложением снять все, директор посчитал, что они – психи и что ему страшно повезло. Юрист попыталась что-то возразить и на что-то указать, но он просто отмахнулся. Своя охрана – да пожалуйста. Смешанный режим эксплуатации – непонятно, но какая разница?

Через пару дней на фасаде здания появилась табличка с надписью «инвестиционный фонд РИК». На входе появился настоящий КПП, а внутрь внесли, втянули и втащили массу оборудования, видимо, остро необходимое для работы с финансами.

Фонд заработал. Сторонний наблюдатель, если бы таковой нашелся, решил, что финансисты работают круглосуточно, без отгулов и выходных. Сутки напролет входили и выходили люди, подъезжали и отъезжали машины, в окнах, через тонкие щели между поляризующей пленкой и стеклом, просачивался свет. Но если бы тот же самый наблюдатель решил проникнуть вовнутрь и каким-то образом миновал угрюмую охрану на входе, то, попав внутрь он все равно ничего бы не понял.

Пройдя первые три этажа, он обнаружил бы клерков, сидящих за мониторами. Тех же самых клерков, что-то жующих в столовой. Их же, спящих в отдельных предназначенных для сна капсулах. Да, фонд заботился о своих сотрудниках.

На четвертый этаж этот любопытный бы не попал. Если бы вообще решил пробираться по заляпанной раствором лестнице мимо недокрашенных стен, сквозь проходы, завешенные кусками грязного полиэтилена. Тогда он, к своему удивлению, нарвался на гуриков, с навесным оборудованием недвусмысленного назначения. И, прежде чем те его выпроводили, мог бы успеть увидеть странную вывеску. Например, «Не беспокоить. Заседание клуба анонимных алкоголиков». В прочем, каждый, кто знаком с миром финансов и работой в нем, не счел бы ее странной.

А вот человек, уверенно шагающий по коридору четвертого этажа, явно не был просто любопытным. Глядя на трехдневную щетину на лице, изрядно потертую джинсу и растоптанные кроссовки, посчитать его служащим фонда его мог бы лишь человек незаурядной фантазии. Что не мешало посетителю чувствовать себя как дома.

Остановившись напротив гурика, дождался пока тот просканирует на наличие электронных устройств, и скользнул за дверь, где, согласно вывеске, шло заседание людей, страдающих от чрезмерной любви к крепким напиткам.

Сумрачный зал освещался только экраном. Присутствующие смотрели на него, синхронно следя глазами за происходящим, одновременно моргали, вздыхали и ерзали на жестких стульях. На вошедшего внимания никто не обратил. Он занял свободное место, уставился на экран, где карту, покрытую кружочками постоянно меняющихся диаграмм, сменило изображение полноватой дамы с пышной огненной шевелюрой.

– Есть кандидат, – объявил сухой ровный голос. – Наталья Рогожина. Подруга Лилии Ивановской, элеста стилла тридцать восемь.

Присутствующие вздохнули. Голоса зазвучали разом, сливаясь в один:

– Почему она?

– Союз объявил ей годовой мораторий на Встречи. Она оплатила участие в нелегальной Встрече на Мальдивах. У нас есть исполнитель в поле доступа. Кроме этого, Лилия крайне деликатно относится к Наталье. Она не привлекает ее к движению глоферов, ждет ее естественного развития.

– Кандидата утверждаю, – объявил голос, слитый из многих.

Глава 2

03.07.2029 7-40 Мальдивы. Архипелаг «Хвост русалки» остров 68 – Семапрохилодус

Солнце давно поднялось над океаном, а завтрак всё никак не начинался. Гуманоидные роботы – гурики сновали в тени виллы у бассейна, накрывая на стол. Они расставляли блюда, накрытые крышками, из-под которых прорывались ароматы жареного бекона, колбасы и свежей выпечки, смешиваясь с запахом моря. Наташа сглотнула, борясь с искушением приподнять прозрачную крышку и стащить кусочек колбаски.

«Договаривались завтракать вместе с Лилей», – подумала Наташа со вздохом.

По её ощущению, ожидание сильно затягивалось. Она посмотрела туда, где отмель обрывалась в пучину океана, и увидела специально оборудованную трамплином антиграв-платформу, висящую высоко над водой.

На платформе, похожей и на ковёр-самолёт, и на бетонную плиту, разминалась женская фигурка. Она застыла на мгновение и шагнула на трамплин. Несколько раз качнулась, подпрыгнула, с силой ударив ногами пружинистую доску, и свечкой взвилась в воздух. В верхней точке полёта она замерла на миг, собралась в комок, и, перевернувшись несколько раз, подобием иглы воткнулась в воду, выбив из неё маленький белый фонтанчик.

«Эх, Лиля, – снова вздохнула Наташа. – Подруга… Следующий этап эволюции человека. Блин! Вернее, элест».

Платформа опустилась к самой поверхности, подбирая ныряльщицу, и снова поднялась в воздух.

«Лиля-Лиля, когда ты напрыгаешься? Есть хочется. Тут не все как ты, продвинутые. Некоторые – обычные люди. Голодные. И похоже, долго ещё будут обычными и голодными».

За спиной Наташи звякнуло и она обернулась. Рядом с блюдами гурик расставлял тарелки и приборы. Двери виллы широко распахнулись, пропуская второго гурика с огромным подносом в манипуляторах. Робот обошёл Наташу и водрузил посреди стола запотевший с холода кувшин воды и огромную прозрачную вазу с фруктами и ягодами, выложенными на поблёскивающем острыми краешками колотом льду.

Одна льдинка размером с орех съехала с блюда и, докатившись до хрустального бокала, со звоном остановилась. Гурик подцепил льдинку чайной ложечкой и бросил обратно в кучу льда. Не успел он положить ложку на стол, как льдинка скатилась вновь и доехала до корзинки с плюшками. Он подобрал льдинку и водрузил её на самый верх ледовой кучи.

Колотый лёд дрогнул и несколько кусочков высыпались на скатерть, разъезжаясь по всему столу. Робот протянул ложку к ближайшей льдинке.

Наташа, опередив робота, собрала весь лёд со скатерти в ладонь и выкинула в цветущие розовой пеной кусты.

Гурик постоял неподвижно несколько секунд, сорвал ромашку из букета, украшавшего стол, и молча протянул Наташе.

«Приятно, однако, – подумала Наташа, сунув ромашку под нос. – Ну почему на Лилином курорте прислуживают только роботы? Настоящий живой дворецкий намного престижней. И интереснее! Только не говорите мне, что Лиле на этот праздник денег не хватает».

Наташе вспомнился родной Лещанск, заросли ромашки на пустырях и, улыбнувшись, она пошла к бассейну. Пройдя вдоль террасы, она обошла группу гуриков, стоящих вдоль стены в ожидании приказаний. В просвете между кустами и стволами пальм было видно, что Лиля всё ещё прыгает.

Мимоходом Наташа погладила шершавый ствол пальмы, перепрыгнула лужицу от криво установленной поливочной системы, утрамбовала «не так» лежащий камешек и остановилась у бассейна.

В воде отражалась пышная женщина в пыльно-розовом купальнике, с густыми рыжими волосами до плеч.

«Классное место, отличная погода, – мысленно сказала Наташа отражающейся в воде женщине. – Завтрак скоро. На столе всё самое вкусное, любимое. Чего тебе не хватает? В Москву хочется?»

В Москву не хотелось. Там сейчас тоже лето и тепло, но почему-то вспомнилась холодная весна двадцать пятого года. Наташа так и не решила, поменяла бы она что-то в тот день, когда получила первое приглашение на Встречу, или оставила всё как есть.

«Я первой рискнула сходить на Встречу и Лилю туда привела, а могла бы и не приводить. Мне же её пришлось большой дубиной туда загонять. И теперь она уже больше четырёх лет элест – элемент стилла, а я нет! Как была я простым человеком, так и осталась минимум на год. Хотя это мы ещё посмотрим! Это я не побоялась участвовать в экспериментальной программе и выпросила у профессора первый пригласительный для себя. Как её тогда называли, эту программу? Формирование коллектива новой формации! Это сейчас на Встречу для формирования этого самого коллектива стиллов все ломятся. Тогда, помню, денег за участие давали, а бонусом ещё и кормили на халяву. Потому что стиллы – это было страшно и необычно. Какие ужасные слухи тогда бродили! Как сейчас помню, меня групповухой пугали!»

Глава 3

27.03.2025 Москва 9-40

Московский март четыре года назад был мокрым и холодным. Будто кто-то, вершащий погоду, добавил к февральскому холоду чуток влажности и решил, что этого хватит. Небо окутывало неразрывное покрывало серых туч, постоянно ронявших мокрую крупу. Она превращалась в грязное холодное месиво из того, что упало с неба, и того, что люди налили и насыпали поверх этого. Незамерзающие лужи, перенасыщенные реагентами, охотились за обувью пешеходов, колёсами автомобилей и лапами собак, разъедая их и покрывая язвами. Люди матерились, собаки скулили, дворники молча добавляли реагентов. Так зима начиналась и так продолжалась, несмотря на то, что по календарю вот-вот должен был начаться второй весенний месяц.

К концу марта температура воздуха стала повышаться, но влажность с лихвой компенсировала это незначительное потепление. Стужу заменил промозглый ветер, который забирался под одежду и заставлял дрожать и сморкаться не хуже февральского мороза. Особенно трудно стало пассажирам, зябнущим на остановках и завистливо поглядывающим на автомобилистов в пробках. Наземный транспорт работал «не очень», поэтому, чтобы к риску заболеть не добавился ещё и риск опоздать, выходить из дома необходимо было куда раньше обычного. В результате шансы оказаться на месте до требуемого срока и маяться от безделья возрастали.

Как в этот раз случилось у Наташи.

Когда она добралась до университета, у неё оставалось изрядно времени на то, чтобы с пыхтением втянуть на второй этаж тяжеленную сумку, пристроиться в уже «прикормленном» закутке и взгромоздиться на подоконник.

Наташа приготовилась развлекаться оставшееся время прослушиванием лекции, устроилась поудобнее и прислушалась. Из открытой двери аудитории доносился голос лектора, монотонный, как у циркового гипнотизёра. Содержание лекции было малопонятным. Кроме предлогов и числительных, смысл слов ускользал.

«Ладно, – подумала Наташа. – В этот раз что-то скучное. Не свезло».

Прошлый раз лектор рассказывал увлекательную историю то ли про Пушкина, то ли Тургенева. Наташа их путала, с трудом вспоминала, кто утопил бедную собачку и почему ему за это поставили памятник. Но лекция звучала как детектив. Наташа даже огорчилась, когда она закончилась, и рассчитывала на продолжение.

Вместо этого нужно было поскучать ещё минут двадцать, чтобы в начале перемены раздать проголодавшимся студентам тёплые пирожки и бульон. Взять с них оплату, отсчитать сдачу и ничего не перепутать.

Наташа прикрыла глаза и задумалась.

Вечерами, подсчитывая выручку, она то радовалась, когда сумма оказывалась больше ожидаемой, то расстраивалась, что в этот раз – немного меньше. Конечно, люди продвинутые, способные оплатить заказ заранее, снижали головную боль «несчастной торговки частной». Но их было отчаянно мало. В основном все норовили трясти наличкой. Мало того. Хоть она и просила платить без сдачи, то и дело образовывались умники с крупными купюрами.

В принципе, дела в общественном питании развивались не так уж плохо. Наташа постоянно отправляла в Лещанск приличную сумму матери и сыну. А ещё ей хватало денег ездить с Лилей домой не дважды в год, как до открытия этого микробизнеса, а каждый месяц на два три дня.

Желающих купить пирожки и бульон становилось всё больше. Излишек, прихваченный «на всякий случай», расходился стабильно. Кроме того, ещё и не на всех хватало, что стимулировало оформлять заказ заранее. Можно делать больше, но… Силы Наташи на исходе. Ещё немного и придётся или заказы ограничивать, или цены поднимать. Или…

«Придётся нанимать работников-надомников. А как качество проверять? Воровать же будут. Что, я людей что ли не знаю? Что же, каждый пирожок надкусывать и проверять, сколько туда мяса не доложили?»

Размышления о трудностях развития предпринимательства прервал мужской бас. Он возник где-то в глубине коридора и быстро приближался.

– Маргарита Искандеровна, – нудил бас, – нам катастрофически не хватает женщин. Ну, что вам стоит?

В голосе звучала странная смесь заискивания и возмущения. Кому-то для чего-то не хватало женщин. Катастрофически.

Наташа уже не слушала непонятную лекцию и полностью переключилась на приближающийся голос. Она открыла глаза и спрыгнула с подоконника в тот момент, когда мимо пронёсся солидный мужчина.

Аккуратная седая бородка в сочетании с хорошим, на взгляд Наташи, пиджаком и нелепым галстуком. Всё настолько соответствовало образу профессора, укоренённому в её голове многочисленными фильмами, что она ни на мгновение не усомнилась, что это он. Профессор стремительно убегал в глубину коридоров, продолжая уговаривать собеседницу:

– Вы же знаете, стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях. А десятка – это скорее исключение, чем правило. Напомню. Женщин приходит на Встречи в три раза меньше, чем мужчин. И мы ещё удивляемся отсутствию результатов! Приводите всех своих студенток завтра на стадион.

Наташа двинулась следом.

Невидимая Маргарита Искандеровна, видимо, ответила профессору нечто крайне неприятное, отчего он внезапно остановился и рявкнул в трубку:

– Так соврите им! Зачёт пообещайте. Ну, я не знаю… Бесплатно раздавайте модные трусы. Выкручивайтесь, как хотите. С вас к завтрашней Встрече тридцать особей женского пола.

Он оторвал трубку от уха и, утирая со лба пот одной рукой, другой принялся шарить по экрану смартфона.

Из подслушанного разговора в голове Наташи занозой застряло слово «Встречи». Про них она уже что-то слышала. Не очень чётко. Но, как про что-то новое, перспективное, и куда, что называется, «хрен попадёшь».

И вот, пожалуйста, мимо бежит человек, которому до зарезу на Встрече нужны женщины. И это как раз про неё. Да и сам человек… то есть мужчина, явно интеллигентный, образованный, не лишённый привлекательности.

Наташины ладошки моментально вспотели, а сердце застучало часто-часто. Она ещё что-то додумывала, а ноги уже сами принесли её к профессору.

Тот, поглощённый поиском чего-то в смартфоне, ничего не замечал и никого не видел.

Наташа сделала милое лицо и подошла к профессору поближе. По-прежнему ковыряясь в меню, профессор то ли ничего и никого не видел, то ли не желал видеть. Попереминавшись с ноги на ногу, она заподозрила, что просто так внимания не добьётся, и в бой вступила тяжёлая артиллерия.

Она развязала шарф и расстегнула тёплую кофту так, чтобы на обозрении оказался глубокий вырез футболки. Подошла к профессору вплотную, чтобы тот сразу увидел её декольте. И с чувственной хрипотцой спросила:

– А у вас лишнего билетика не найдётся? Профессор, на миг оторвавшись от смартфона, окинул её взглядом и буркнул:

– Иванов в триста седьмом.

Наташа мысленно ухмыльнулась.

«Понятно, почему у них с женщинами проблема. Вот стою я перед этим олухом, а он меня в упор не видит. Путает со студенткой. Это весьма мило с его стороны, конечно. Интересно, а его студентки не женщины, что ли? Что бы такого спросить, чтобы зацепило?»

В голову ничего не приходило. Школьные учителя, по Наташиным воспоминаниям, обожали, когда ученики повторяли за ними. Ладно. Отчего не попробовать?

– Стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях? – спросила она, изображая живейшую заинтересованность.

Профессор уставился на Наташу, как на говорящую статую. Через пару секунд медленно проговорил:

– Да. Это последние данные. А у вас есть сомнения?

– Хочу попасть на Встречу и всё увидеть своими глазами, – выпалила Наташа. – Очень хочу участвовать!

– Отлично! – воскликнул он, оглядываясь вокруг. – И много вас таких, желающих?

«Блин! Они туда пускают только группами? Ну и где я эту группу возьму? Надо что-то сочинить».

– Я буду одна. Так сказать, разведчиком. Если понравится, приведу столько женщин, сколько вам нужно.

– О! – глаза профессора округлились. – Дорогая, я жду этих слов уже два месяца. Будущее вас не забудет! Как вас зовут?

– Наталья.

Она подала руку. Профессор взял её и аккуратно поцеловал.

– Очень приятно, Наталья! Меня зовут Фёдор Николаевич. Я директор курсов прекураторов. Вот карточка с адресом ресурса для регистрации и кодом активации на обратной стороне. Жду вас завтра на стадионе. Уверен, вам понравится. Увидите, как будущее вылупится на ваших глазах. Это потрясающее зрелище! А если повезёт, сами им станете…

Глава 4

03.07.2029 7-45 Мальдивы Семапрохилодус

Налетел ветер, взбудоражив воду бассейна. Наташа собрала растрёпанные волосы в пучок. Она критически посмотрела на отражение в воде. Лишние килограммы замыливали контур идеальной женской фигуры с крутыми бёдрами и выдающейся грудью. Наташе пришлось купить особый купальник, подтягивающий отвисший животик так, что эти килограммы превратились только в намёк. Оттенок купальника она подбирала под цвет волос. Удачно, на её взгляд.

В общем, всё смотрится очень даже неплохо. Будь она мужчиной, ей бы точно понравилось. Лицо… Вода – не зеркало. Чёрт, лица не разобрать. Но Наташа была уверена, что с ним всё в порядке. Специально купила косметику для влажного климата. Значит, потёкшая тушь и расплывшаяся на пол-лица помада ей не грозили. Может быть стоило рассмотреть повнимательнее, но вода колыхалась, а за отражением происходило какое-то движение.

На дне виднелось копошение чего-то серого и неоново-розового. Наташа подошла как можно ближе и пригляделась.

С удивлением она узнала в «розовом» скакалку, привезенную из Москвы. Та петлями плавала вокруг робота-чистильщика, который зацепился за неё клешней, а теперь пытается освободиться от нежданного приобретения.

«Бедная железяка! – подумала Наташа. – Вот так плаваешь себе в бассейне, скребёшь бортики, а потом бах – и влип. И помочь-то некому».

Первым желанием было позвать других роботов и приказать им вытащить собрата. Но Лиля перевела управление на язык жестов. По её словам, чтобы создать Наташе стимул его учить. Теперь ни позвать роботов, ни, тем более, приказать им что-то она не могла.

«Ну и ладно! Сама справлюсь. Во-первых, покажу, как мне этот язык нужен. Во-вторых, из-за моих мытарств кому-то будет стыдно за его самодурство».

Только вот лезть в холодную воду отчаянно не хотелось. А мысль о мокром, липнущем к телу купальнике не радовала. Бр-р-р.

«С другой стороны, зачем вообще лезть? До робота и скакалки можно достать и чем-нибудь длинным».

Наташа осмотрелась. Бассейн окружал аккуратный садик, стилизованный под «старые тропики». Неровные пятна газончиков, замшелые камни с торчащими между ними пучками травы, пальмы, возвышающиеся над крышей виллы.

Стены виллы казались невидимыми. Вместо них были океан, пляж, деревья, изредка прерываемые колоннами, чтобы избежать конфуз и столкновение с невидимой преградой. Сверху всего этого, будто нарисованная, висела крыша. Ещё одним намёком на здание была большая двустворчатая дверь.

Ничего похожего на какую-нибудь жердину, длинный обрезок трубы или подобный строительный мусор не было и в помине. Похоже, в план дизайнеров курорта класса «суперлюкс» не входили украшения в виде свободно валяющихся предметов.

«Придётся всё же лезть в воду», – решила Наташа.

Чтобы потом не пришлось завтракать в мокром, она сняла купальник и бросила на бортик.

Глава 5

03.07.2029 7-50 Мальдивы. В прибрежной зоне Семапрохилодуса

В пятидесяти метрах от подводной части острова, в толще воды неподвижно белоснежный туристический автобус без признаков повреждений или аварий, способных забросить его в океан.

Лучи солнца, пробивающиеся сквозь бирюзовую толщу, посверкивали на гладких, будто облизанных, бортах с угольно-черными прямоугольниками тонированных окон, скользили по окатанным граням, вспыхивая яркими искорками на многочисленной оптике. Опытный глаз нашел бы там не только фары для освещения дороги, но и свет для подводных работ, множество габаритных огней и даже сверхмощные прожектора.

Нов тот момент единственным светящимся предметом на автобусе была надпись «мебель» на одном из бортов с постоянно гаснущей буквой «М».

Человека на водительском месте – коротко стриженный качок лет за тридцать в белом комбинезоне – судя по его виду, совершенно не беспокоили ни вода вокруг автобуса, ни резвящиеся вокруг рыбки. Он сосредоточенно смотрел на экран с расхаживающей вдоль бассейна Наташей. В какой-то момент она остановилась, и человек за экраном потер подбородок.

– Вижу, объект активизировался, – кинул он через плечо. – Это не к добру. Надо приблизиться. Вася, причаль к ближайшему шлюзу.

Из глубины салона к водительскому месту подошел остальной экипаж «автобуса». Трое в таких же белых комбинезонах. Женщина – худощавая коротко стриженная блондинка с именем «Карина» на нашивке наставника, невысокий невыразительный щуплый парень лет двадцати пяти с нашивкой оке «Леша». Третья – девушка, почти девочка, с огромными карими глазами и высоко поднятыми бровями на идеально-кукольном личике. На первый взгляд создавалось впечатление, что она застыла в вечном изумлении. Но заглянувший в огромные глаза девушки с нашивкой оке «Аня», обнаружил бы там не детское изумление, а пляшущих чертиков.

«Автобус» развернулся к острову. Разогнавшись, поднял с отмели мелкие бурунчики песка, растолкав и распугав всю попавшуюся ей по дороге подводную живность. Неровности дна слились в сплошное мельтешение, а расстояние между дном и поверхностью быстро сокращалось.

– Влад, – подал голос Леша. – А почему подводный шлюз? Это же утка… Универсальное транспортное средство. Мы можем в небо и сразу…

– Кхм… – качок на мгновение обернулся, кивнул блондинке.

– Леша, – Карина легонько потрепала его по плечу, – служба работает незаметно. Машину над головой сложно не заметить.

Парень умудрился одновременно кивнуть и пожать плечами. Аня скривила идеальные губки в подобие усмешки.

– Поймешь скоро, – кинул за спину Влад.

– Лучше скажи, как определил, – попросила Карина.

– Опекаемый нами объект, относится к группе Три С по Вановскому…

Старший развернулся в кресле и осмотрел сотрудников. Остановив взгляд на хлопающем глазами юноше, спросил:

– Леша, какое народное определение Три С

– Дурак с инициативой! – выпалил тот.

– Правильно. Если объект Три С начинает проявлять инициативу, значит пора приблизиться. Что и делаем, – Влад показал на быстро увеличивающиеся искорки причальных огоньков. – Восемьдесят к одному, что инициатива будет дурацкой. С такими же последствиями. Объекту нужна страховка. Можно перехватить управление роботами, но у них нет водозащиты. Вот, – он показал на экран. – Объект забирается в воду…

Чавкнула стыковочная муфта. Влад одним движением поднялся и оказался возле выхода.

– Это опыт или интуиция? – спросил Леша, глядя на исчезающую в проходе спину старшего.

Аня, глядя туда же, потерла подбородок.

– Теоретические знания, – пробормотала она, – подкрепленные опытом. Он знает Наталью дольше, чем существует Наша Служба. Такой, как мы ее застали, конечно.