![](/files/books/160/oblozhka-knigi-metida-si-361491.jpg)
Текст книги "Метида (СИ)"
Автор книги: Ольга Рог
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
57. Похищение
Щелчок выключателя. Щурюсь от света. Захват руки. Захар отбирает у меня красное платье. Разворачивает. Начинает глотать воздух и ошарашенно смотрит на меня.
– Ты! Это была ты! Моя жена в платье шлюхи! – выплевывает.
– Шлюха, которую ты пытался купить! – лучшая защита – это нападение.
– Думаешь, я не знаю на каких мероприятиях ты пропадаешь? – перехожу на крик.
В доме мы одни. Сын сейчас у мамы, которая съехала к отцу.
– Я не изменял тебе – рычит Аристов.
– Я тоже! Это был просто ужин! И вообще, я спать хочу – пытаюсь его обойти.
– С Азаматовым просто ужин?! Не смеши меня! Он трахает, все что ему понравится! – дергает на себя, бешено сверкая глазами.
– Значит, это был первый облом – замечаю, как мой муж красив в гневе.
Опускаю глаза на его губы. Напряжение чувствуется, разве что искры не летят. Со стоном прижимает к себе.
– Вик, мне плевать на других. Я не вожу тебя никуда, чтобы не смотрели на МОЕ! Понятно?! Таких, пиздюков, как Азаматов полно! А ты у меня одна – переходит на шепот, разгоняя дрожь по телу.
– И ты – Мой! Никогда не забывай об этом! – тянусь, чтобы расстегнуть его рубашку.
Сколько комнат в доме? Мы побывали во всех, кроме детской. На копчике явно мозоль набилась. Лежу в объятьях мужа. Мирно сопит, уткнувшись мне в ключицу. Такими темпами у Саши скоро появится брат или сестричка – улыбаюсь, перебирая волосы спящего мужа.
Утром мы забрали сына и поехали в торговый центр. Понастроили гиперов, в которых можно неделю ходить и не встретиться. Мы пили кофе с Захаром. Саня лазал в детском городке, под присмотром специально приставленной женщины. Устало откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Чувство, что за тобой следят не покидало с самого начала. Развивается паранойя? Выдохнув, набираю на телефоне сообщение:
"Проверь, за мной идет наблюдение" – отправляю Сталкеру.
"Принял" – ответ.
Нагулявшись вдоволь, мы двинулись к выходу. Захар нес уставшего Саню на руках, который обнимал нового медвежонка. Любил сын медвежат. Сколько их было, уже со счету сбились.
Спикал телефон.
"Стоять! Не к этому выходу!" – я тормознула, схватив Захара за рукав разворачивая ему телефон.
Хмурясь, прочитал переписку. Кивнул. Не показывая, что волнуемся, свернули в ближайшее кафе.
"Кот их отвлечет! Через десять минут заходите в служебное помещение кафе" – телефон лежит на столе так, чтобы можно было читать обоим.
Сын уже хнычет, потирая глазки. Спать хочет. Забрала к себе на руки и поглаживаю, успокаивая.
– Не было бы ребенка, всех отхуярил – цедит Аристов, зло косясь на выход.
– Идите первые, я за вами – распоряжается муж.
– Можно у вас ребенка умыть? – обращаюсь к работнице кафе.
Та кивает и показывает на служебный вход. Не торопясь и не оборачиваясь, захожу в пустой коридор. Справа виднеется кухня, где копошаться повара. Поворачиваю голову в другую сторону. Вывеска "выход". Толкаю дверь и оказываюсь на улице. Где же Захар? Топчусь на месте, поглаживая сына по спине. Застываю. Бежать с ребенком на руках – плохая идея! Напротив тормозит черный джип, из которого выскакивают мужчины восточной наружности. Меня заталкивают в тонированную машину.
– Не кричишь? Умница – шипит один из них.
– Зачем я буду пугать ребенка? – отвечаю, сверкнув глазами.
– Правильно, вот и не дергайся – скалится чернобровый.
Да, я само спокойствие! Это вы, придурки, не понимаете, во что вляпались!
58
ЗАХАР
– Вы куда, молодой человек! – меня тормозит охранник, преграждая путь.
– Там моя жена, с ребенком – показываю на служебный выход.
Договориться не получается. Седовласый мужик уже докладывает по рации, что у них "нарушитель". Отталкиваю прилипалу. Перехожу на бег, чувствуя неладное. На улице, у выхода, их нет! Сердце сжалось. Поворачиваюсь на визг заворачивающего за угол черного джипа. На телефон входящий с незнакомого.
– Да! – ору.
– Это Сталкер! Их затолкали в машину, мы отслеживаем. Дуй к нам, адрес скину.
Руки трясутся. Старюсь унять накатывающую панику. Читаю адрес и бегу к машине. Держись, моя девочка! Любой, тронувший мою семью за это ответит!
Осматриваю помещение, где Вика проводит большую часть времени. В горле ком, когда вижу игрушки сына на диване. Хакеры сочувственно отводят глаза.
– У них на хвосте Кот! Он успел поставить датчик на машину – Сталкер показывает на карту, где движется красная точка.
– Полковнику уже доложили. Будет перехват. Поэтому нам лучше не мешать… понимаешь? – пытается донести слова.
Я запускаю руку в волосы и плюхаюсь на диван. В груди ноет так, что начинаю растирать кулаком, чтобы продохнуть.
– Как думаешь, это Азаматов? – хриплю.
– Слишком показательно, не находишь? Скорее всего, его хотят подставить. Я бы на твоем месте ему позвонил – кивает на сотовый в моих руках, который уже накалился от моих сжатых рук.
– Карим? Это Аристов! – тишина в трубке – скажи, что ты не причастен к похищению моей жены и ребенка…
– Захар, это не я… Я не краду насильно женщин. Хорошо, что позвонил, можешь на меня рассчитывать – раздается голос человека, занимающего первую десятку в рейтинге форбс.
– Есть мнение, что хотят подставить именно тебя. Ты был единственный, на кого я подумал!
– Понял тебя – дает отбой.
– Дайте мне ближайшие камеры! – кричит Сталкер.
Я сорвался ближе к монитору, у которого сгрудились сослуживцы жены. От увиденного волосы на голове зашевелились. Из джипа высаживают Саньку на обочину и оставив одного, уносятся дальше. Малой испуганно оглядывается… по губам вижу, что зовет маму, начинает плакать. Сука! Как тут держаться?! В глазах темно.
– Спокойно! – на плечо падает рука главного хакера.
Перед глазами все плывет, но замечаю, как к ребенку подбегает Матвей-Кот. Хватает пацана на руки и прижимает к себе. Поднял глаза на камеру, словно знает, что мы сейчас смотрим. Поднял большой палец. Я со стоном выдохнул. Внутри бесы бьют в барабаны. Разорву тварей!
На телефоне входящий с номера Карима.
– Твоя жена у киллеров. Это заказ… мне жаль. Заказчика мы найдем – но я уже не слушаю.
Жуткое чувство вины и беспомощности придавило. Не могу просто сидеть и ждать.
– Аристов, не вздумай! – несется вслед, но я уже не могу соображать и анализировать.
Догнать. Отобрать. Разорвать всех…
59
– Отпустите ребенка, пожалуйста! Я никуда не денусь…
Эти люди, которых сначала приняла за подручных чемпиона, начинали пугать. Они разговаривали взглядами между собой и жестами. Так ведут себя только профи. Не прятали лица, значит не рассчитывают выпускать меня живой. Обняла Сашку, который чувствовал угрозу и притих, хлопая глазенками.
– Пожалуйста – шепотом – он совсем маленький и говорит еще плохо.
С переднего сидения повернулся рослый басмач с бородой, сверкнув глазами на меня, впялился на сына. Саня даже не моргнул, глядя страшному человеку в глаза… мой маленький мужчина…
Бородач кивнул сидящему рядом. Машина остановилась, двери разблокировали. Я поцеловала малыша и открыв двери, выставила на обочину дороги, подтолкнув подальше от двери. Никогда не забуду этот взгляд: чистый и внимательный, а потом удивленный.
– Мама не бросает тебя, солнышко!
Машина рванула дальше. На ходу я захлопнула двери.
– Спасибо! – говорю тихо, прикрыв глаза, сдерживать поток слез уже нет сил. Укусила запястье, чтобы не закричать.
Вздрогнула, почувствовав руку на шее. Даже дернуться не успела. Лицо накрыли дурно пахнущей тряпкой. Не вдыхать! – даю сигнал в мозг и теряю сознание.
Фрагменты:
Сыро и очень холодно. Тяжесть в ногах. Плеск воды. Тихие мужские голоса.
Звук мотора. Хлопки. Крики. Не могу вздохнуть, легкие наполняет вода.
"Дыши, дыши давай, родная! Только не умирай!". Страшная боль в груди. С кашлем выплевываю легкие. Хриплю и рычу в темноту.
Яркий, ослепительный свет. Снова холод. В голове стучит от звука металла.
ЗАХАР.
Какой же я идиот! Я ведь сам на нее повесил жучки. Телефон ее выкинули сразу же, еще у центра. На Вике сейчас был кулон с маячком. Хакеры отслеживают машину. Я иду только по следу жены. Закурил, трясущимися руками. Обещал ей не курить, но нервы на пределе. Тут бы с ума не сойти. Проверяю обойму на "макарове". Мне уже в аду пропуски ставят! Но ради нее – шагну и в ад…
60
Мне не дали упасть в вечность. Еще не видя знала, чья рука меня держит на этом свете. Сознание вернулось в тело, скрученное болью.
– Викаааа! – голос, узнаваемый из многих, на который откликается каждая клетка моего организма.
Поворачиваю голову и встречаюсь с небесно-голубыми глазами.
– Привет – с трудом разлепляю губы.
Жадно разглядываю лицо любимого. Зрачки глаз у него расширяются. Дернулся кадык. Тянет руку к моему лицу и проводит кончиками пальцев по губам. Целую в ответ пальцы. Соль на губах. Горечь во рту. Захар стирает скатывающую слезу.
– Саша? – хриплю.
– Сын у мамы, не волнуйся – прижимается лбом с моему лбу, шумно втягивая воздух.
– Это ты меня нашел?
– Я!
– Кто это были?
– Наемники. Тебя заказали.
– Кто?
Захар отстраняется, глаза его становятся холодными льдинами. Отворачивается.
– Тебе нельзя волноваться. Их больше нет…
Веки тяжелеют. Снова чувствую холод и скрип в голове… затягивает в темную воронку. Барахтаться бесполезно. Должна нырнуть с головой.
ЗАХАР.
Они везли мою женщину к заливу. Втопил педаль газа. Трель звонка телефона. Хотел скинуть… но на входящем Азаматов.
– Да! – включаю громкую связь.
– Высылаю своих бойцов. Будешь должен!
– Сам справлюсь! – выкрикиваю.
– Нет! Мне тоже нужна твоя чудо-женщина… – впадаю в бешенство.
– По работе нужна – уточняет с иронией, слыша мой рык.
На горизонте появляется блеск морской полосы. Я все ближе к цели. "Дикий" спуск к заливу. Лечу почти вертикально, выворачивая руль… буксую раскидывая колесами авто мелкие камни. Матерюсь. Хватаю оружие. На берегу две машины. Отключаю думки, действуя на одних инстинктах. Открываю огонь по заметавшимся фигурам. Уложил двоих сразу, наповал. Один пытается спрятаться в машине. Херачу, разбивая стекла. Противник лежит на руле с дыркой в башке. Поворачиваюсь на звук мотора отплывающей моторной лодки. В лодке двое. На дне вижу красный плащ моей жены и темные волосы. Прицеливаюсь в одного из сидящих у мотора. Выстрел. Мужик выпадает за борт. Моторку резко разворачивает и откидывает на волне. Как в замедленном кино фиксирую… судно переворачивается. Бросаю оружие и с криком несусь в воду.
Холод пробирает до костей. В груди жгет боль… как я ее найду?
– Руку давай! – только сейчас понял, что рядом борт катера.
Меня втаскивают на борт.
– Пей! – к губам приложили фляжку.
Делаю глоток. Коньяк обжигает глотку и приводит в чувство. Я отталкиваю мужика и кидаюсь к борту.
– Держи его! Выпрыгнет сейчас! – на меня наваливаются двое.
– Викааа! – рву легкие.
– Нашли ее! – глухой голос.
Оборачиваюсь и собрав глаза "в кучу", вижу мою девочку. Меня трясет. Ползу к ней. Хватаю ее голову, отвожу мокрые пряди от бледного лица. Замечаю синие губы. Моя красавица не дышит. Неееет! Пробивает до мозга.
Начинаю делать массаж грудной клетки. Пытаюсь расцепить холодные губы и вдохнуть. Я бы и душу сейчас свою отдал вместе с выдохом.
– Дыши! Дыши, родная!
– Слышь, мужик! Поздно! – сбрасываю чью-то руку с плеча – пошли нахер!
Время кажется вечностью. Я умираю рядом с ней. Чей– то всхлип оказывается моим. Сознание топит боль… Ору дико, хватая безжизненное тело за плечи и начинаю трясти:
– Ты не можешь меня бросить! Вернись!!!
С кашлем брызги воды попадают мне на лицо. Замер на секунду. Повернул ее на бок, хлопая по спине. Ее трясет и выгибает, по телу проходят судороги. Вика не приходит в сознание и дышит с хрипом.
– Главное, дыши! – прижимаю к себе.
61. Больница
Люди Азаматова зачистили все побережье, не оставив и камня для подозрений. Свидетелей не осталось, кто был за спиной этих ублюдков. Рычал, как больное животное, не зная откуда ждать удара.
Малой капризничал и все время звал маму. Когда привел его в больницу, забрался на кровать и положил голову на грудь Вике. Прикрыл свои голубые глазенки и лепетал, мурчал как котенок, почувствовавший тепло матери. Худенькие руки жены обнимали Саньку. Вика беззвучно плакала. По щекам текли слезы на подушку…
– Вик, все будет хорошо – шепчу, поглаживая по голове.
Вылетел в коридор и начал молотить кулаками стену. Физическая боль притупляла душевную…
– Аристов! Больницу не разнеси! – раздается голос справа.
Карим, безукоризненно одетый в костюм, с большим букетом цветов, скалился во все тридцать два.
– Иди, н@хуй! – выдаю зло.
– Я не к тебе – поворачивает голову на дверь палаты.
– Азаматов, сука! Не беси меня лучше! – сжимаю окровавленные кулаки.
– Девушка! – Карим окрикивает проходящую медсестру – тут человеку плохо, можно ему дозу успокоительного – продолжает изгаляться.
Девчонка шарахнулась от моего безумного взгляда. М.да. Выгляжу сейчас наверное, как неарденталец в помятой одежде и с недельной небритостью. Мной кого угодно напугать можно.
– Я оставлю свою охрану в больнице, если ты не против – смотрю на его протянутую руку.
Этот жест много стоит. Карим – человек, не терпящий чужих вокруг себя и кому попало руки не подает.
Крепкое рукопожатие. Оценивающий взгляд. Кивок признания себе равного.
Мы зашли в больничную палату вместе. Саня и моя красавица повернули головы.
– А это мини-Аристов? Привет, мужик! – тянет руку Саньке.
Сын сдвинул брови, увидев незнакомого рядом, который пытался дотронуться до него и повернулся к матери. Вика кивнула, тепло улыбнувшись. Маленькая ладошка потонула в мощной лапе Карима.
– Аристов! Он классный! Хотел бы я такого сына! – и перевел на мою жену взгляд, козлина.
– Пусть тебе твои бабы рожают! – дернулся ближе к своей женщине.
Полностью проигнорив мое присутствие, впялил свои глазенки на Вику. Жена вопросительно перевела взгляд на меня: "что ему надо?".
– Карим мне помог с твоим спасением – произношу нехотя.
– Спасибо – пропела моя девочка.
– Предлагаю спрятать твою семью у меня – не отрывает своих глазенок от Вики.
– Нет! – говорим в голос с женой.
– Думаешь, уведу?! – в голосе издевка.
– Я доверяю своей жене – говорю уверенно.
Глаза Вики сверкнули и опалили нежностью.
– Тогда тебе не о чем волноваться! У меня будет охраняться лучше, чем алмазный гос. фонд – роняет зерно сомнения.
Азаматов кладет букет роз на столик и уходит, не прощаясь. Разбежался! Так я ему и отдал свою семью!
Ночь внесла свои коррективы…
62. Золотая клетка
Шла ко дну. Дикий страх выкинул из сна. Сердцебиение, переходящее в тахикардию.
Дверь палаты бесшумно открывается. Странно. Ночью нет обхода. Мужчина в белом халате и медицинской маске, в перчатках. Из кармана достает шприц и пальцем скидывает колпачок с иглы. Четко понимаю, что передо мной убийца. Облизнула пересохшие губы. Киллер делает шаг ко мне. Потянулась и дернула за проводок… Подставка, держащая капельницу, с грохотом падает, преграждая путь моей смерти. Датчики начинают пищать. Дверь вышибает охрана и заваливает мужика, занесшего руку со шприцом надо мной.
– Вы как? – кидается ко мне один из охраны.
Зажав рот рукой, смотрю, как вытаскивают за подмышки наемника.
– Подождите! – кричу вслед.
Мужчины обернулись. Вырываю вторую капельницу из вены. По рукам стекает кровь из вены. Осторожно спускаю ноги. Шаги даются с трудом, словно привязали гири. Подхожу к убийце. Стаскиваю маску. Всматриваюсь в незнакомые черты.
– За что? – говорю тихо.
– Ничего личного – глаза его пусты, как бездна.
Киваю охране, что это все. Пошатнулась. Третий из охраны подхватил меня за талию. Чувствую запах незнакомого мужчины и не могу пошевелиться, уткнувшись ему в грудь. Нападает полное безразличие.
– Виктория, сейчас подойдет врач… у вас кровь – последнее, что слышу.
ТРИ ДНЯ СПУСТЯ.
– Это моя гостья с сыном! – Азаматов обводит взглядом персонал своего особняка.
Отдельно стоят три молодые женщины. Красивые, статные, словно сошедшие с конкурса красоты. Рассматривают меня с интересом и не скрываемой неприязнью. По сравнению с ними, чувствую себя Золушкой.
– Узнаю, что им было здесь не комфортно… будут наказаны все! Я понятно объяснил? – командный голос разносится по объемному холлу.
– Да, господин! – стройный ряд голосов.
– Ника, Латифа и Дария! – обращается к красоткам – я привез вам подарки! Можете идти в свои комнаты, их сейчас принесут.
Девушки, склонив головы расходятся.
Черт возьми! Вот это дрессировка! – кошусь на Карима. Санька жмется ко мне, обхватив ручками мою шею.
– Устала, наверное держать его? Можно я возьму? – тянет руку к сыну Азаматов.
– Неть! – Саня прижался еще сильнее.
– Ничего, потом привыкнет – выдает Карим, отступая.
В смысле привыкнет? Мы здесь максимум на неделю – хотелось спросить, но сдержалась.
– Пойдемте, госпожа Виктория, я вас провожу – подходит одна из прислуги.
Иду за ней, чувствуя прожигающий взгляд между лопаток. Не оборачиваюсь. Чем меньше контакта с этим человеком – тем лучше. Нам, с мужем, пришлось согласиться на предложение Карима, после покушения в больнице. Вся надежда была на то, что киллер заговорит и выдаст заказчика. А пока мы здесь.
Оглядываюсь. Большая и светлая комната с двух спальной кроватью. Ковры, мягкая мебель. Смежная комната – детская, так же обставлена со вкусом и богато. Много игрушек. Странно. Готовились что ли? Все было новое. Не было ощущения, что этим пользовались раньше.
Санька быстро освоился, обследовав все углы. Увлекся конструктором из большого лего.
– Хозяин зовет вас на ужин через час – глаза женщины неотрывно следят за моим сыном.
– В доме есть еще дети? – спрашиваю.
– Нет, госпожа – продолжает наблюдать за Санькой.
Неприятно кольнуло под сердцем.
– Зовите меня просто – Вика – пытаюсь наладить контакт.
– Не положено, госпожа Виктория – женщина кланяется и выходит.
Пошла в душ, глянув, что Санек все еще занят игрушками. Для ужина выбрала платье из легкого сиреневого шифона. Волосы заколола в высокий хвост. Сына умыла и переодела.
– Саша, не беги! – сын завидев большой стол, припустил. Ему хотелось бегать по большому пространству.
– Пусть бегает – слышу голос хозяина.
Азаматов сидел в кресле, у камина, с бокалом вина. У ног Карима примостилась одна из девушек, положив ему голову на колени. Заберите меня кто-нибудь отсюда! Позвонить мужу я пока не могла. Было оговорено об этом, чтобы нас не отследили по входящему на телефон Захара.
За столом молчание. Только звук приборов нарушал тишину.
– Качу ето! – моя малява показывает на блюдо с курицей.
Я пытаюсь встать и набрать мясо в тарелку сына. Меня останавливает женщина из тех, кто приносит-уносит за руку и отбирает тарелку. Накладывает сама.
– Динара! Ты посмела дотронуться до Виктории? – женщина вздрагивает и едва не роняет блюдо.
– Простите, хозяин, это больше не повториться! – ставит курицу перед Саней и почти выбегает из столовой.
Так хотелось запустить в этого придурка чем-нибудь. Видимо он прочитал это в моем взгляде. Поднял бровь, вытер салфеткой губы.
– Что мне в тебе нравится, так это твой стихийный характер – хохотнул.
– Да, мне пофигу, что тебе нравится – огрызаюсь.
За столом тишина такая, словно почти никто не дышит.
– Саш, ты покушал? – сын кивает – скажи "спасибо" и пойдем.
– Пасибо – тянет мой малой и берет меня за руку.
Снова ловлю взгляды этих женщин, полных неприязни.
63. Теперь ты дома…
Ходишь по дому, словно в декорациях к какому-то фильму. Безошибочно нахожу, встроенные камеры без всяких приборов. Чуйка. Прислуга шарахается от меня. После случая с Динарой, даже дышать в мою сторону боятся.
До чего смышленый мой сын растет – с любовь наблюдаю за маленьким, почти трехлетним мужчиной. Он всегда держит меня в зоне видимости. Спрашивает, на своем, масячьем: можно – нельзя. Санька очень тонко чувствует людей. Три красотки моему мужчине не понравились. Сын наотрез отказывался принимать от них сладости и подарки. Не знаю, по какому принципу их отбирал Азаматов… для меня они были все на одно лицо: темноволосые, кареглазые, с кукольными лицами. Он их вообще различает?
Рассказав Сане сказку на ночь, пошла в душ. Малыш категорически не захотел на новом месте спать один и успокоился только когда забрала к себе. Одела хлопковую пижаму: шорты-топ. Да, не секси кружева, но моему Аристову было все равно, что на мне одето. А здесь и рисоваться было не перед кем… это я так думала, пока не услышала голос, тормознувший за метр до кровати.
– Голубой в белый горошек?! Приколько…
Не сын, я бы заорала! Какого чертополоха он тут делает?
– Ты меня напугал – присаживаюсь на кровать, всматриваясь туда, откуда поблескивают темные глаза.
– Решил проверить… У вас все нормально? Всем довольны?
Карим, в брюках и белой рубашке, наполовину расстегнутой. Его присутствие давит на меня и заставляет нервничать. Повернулась на спящего сына.
– У нас все хорошо, спасибо. Устала очень – делаю намек, чтобы он свалил.
– Самые красивые глаза, которые я видел – продолжает жечь взглядом – сейчас они горят, как у кошки, которая затаилась и наблюдает.
– Спи, Метида, ты теперь дома – оставляет меня с открытым ртом и выходит в дверь.
Это как понимать? Меня словно ошпарило. Неприступная крепость, которую так расхваливал чемпион, теперь наша тюрьма? Мой дом там, где мой муж! Да я этому членоносчу все вырву, пусть только приблизится! – с такими мыслями и заснула.
Утром разбудил странный вой, как будто кто-то умер. Санька еще спал. Я накинула халатик и вышла посмотреть, что происходит. Сбежала по лестнице и остановилась, как вкопанная.
– Это все из-за тебя! – увидев меня закричала одна из красоток, заливаясь слезами.
– Карим, не поступай так со мной! – подвывала другая.
Девчонок, с вещами, тащила охрана на выход.
– У господина теперь есть жена и сын, вы, шалавы, больше не нужны! – сказал один из мужчин.
– Саид, ты которую себе забираешь? – переговариваются они, под рев несчастных.
У меня, наверное, волосы стояли дыбом…