Текст книги "Стихийное бедствие заказывали? (СИ)"
Автор книги: Ольга Олие
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
Я медленно обернулась и протянула ему пропуск. Говорить не получалось, я все еще находилась под потрясением от происходящего. Только когда мы отошли на приличное расстояние, смолк гомон толпы поступающих, я отмерла. Из меня будто поток слов полился, я рассказывала о своем экзамене едва ли не взахлеб. Ридэш честно сдерживался, но когда дело дошло до моего скачка на люстру – сейчас, хоть убейте, не понимала, как я на нее запрыгнула – а магистры облысели, мой новый товарищ едва не свалился и не начал кататься по траве от смеха.
Стоило поведать о потоке, вынесшим всех нас в коридор вместе с другими поступающими, Ридэш уже просто всхлипывал. Дойдя до зверушек, юноша замахал руками, прося передышку. Глаза слезились, из горла вырывались хрипы. Он держался за живот, смотря на меня с легким недоверием. – Дэри, подожди, дай отойти, я больше не могу столько смеяться, – взмолился он.
А мне что, я могу и подождать. Несколько минут мы шли молча. Но все же любопытство парня дало о себе знать, он попросил продолжить. Длинный путь до общежития прошел весело и, как ни странно, быстро. Остановившись около дверей, я вспомнила, о чем хотела спросить.
– Ридэш, а почему оно самое крайнее? Да еще и стоит обособленно от всех? И… хм… оно самое новое, – заметила я, еще больше удивившись. – Потому что именно оно чаще других рушится после экспериментов студентов, – любезно просветил меня товарищ. – Подожди, ты хочешь сказать, я буду ночью спать, а мне потолок на голову рухнет?
– ужаснулась, получив в ответ ухмылку. – Нет, ночью все спят. Эксперименты проводят, как правило, только прогульщики или зачетники, они это делают в те моменты, когда точно знают: общежитие пустует, – поведал блондин. – Получается, на них устав школы не распространяется? Они могут колдовать?
– нахмурилась я, ощущая подвох. – На самом деле нет, но бывают исключения, вот как у тебя например, с червяком. Ты от страха непроизвольно колданула. При этом ты не знала, какой эффект получишь, – уверенно заявил Ридэш, я закивала. – Так и у многих, только причины могут быть разные.
У кого-то страх, у других ярость, у третьих ревность. – И всех таких бесконтрольных на этот факультет? – догадалась я, получив согласие. – Почему у меня стойкое ощущение, что я попала на самый непрестижный факультет в школе? – задала риторический вопрос, не ожидая особо ответа.
Мне его и не дали, только дверь распахнули и пропустили внутрь. – Новенькая? – спросила тролльчанка, вставшая на пути со скрещенными на груди руками. Рост под два метра, обхватить ее мы с Ридэшем не смогли бы. Зеленовато-серая кожа, маленькие глазки-буравчики неопределенного цвета, длинная жидкая косица, широкий покатый лоб, толстые губы и нос картошкой, слегка приплюснутый.
Я судорожно сглотнула, такая ночью приснится, лопатой не отмашешься. – Новенькая, – ответила, прочистив горло. – Только с экзамена, – неизвестно зачем пояснила ей. – Ага, наслышана, – гоготнула комендантша. – Это ты, что ль, сперва чуть не сожгла, потом едва не утопила комиссию?
– Я покаянно кивнула и шепнула:– Я же нечаянно. От меня отмахнулись, как от назойливой мухи. Ридэш едва сдерживал смех, наблюдая за мной, только глаза хитро сверкали. – А ларгура зачем разделила? Бедолага, столько веков служил нашей некре, а тут ты и… все, осталась она без помощника, – покачала головой тролльчанка.
– Их у нее целых семь стало, – буркнула недовольно. – Угу, с зубастым червяком, созданным от страха, – с умным видом покивала комендантша. – Через пару дней все в норму придет, мое колдовство обратимо, – на этот раз вскинула голову и открыто посмотрела на женщину. – Ладно, пошли заселяться, но предупреждаю сразу, – грозный взгляд на Ридэша. – Парней не водить, ночью спать, нечаянно не колдовать.
Это понятно? – Ридэш мой друг, – решительно отозвалась, во избежание непонимания. – В остальном же могу пообещать, что постараюсь не колдовать, это от меня не зависит, к сожалению. – Три нечаянных колдовства, приведших к порче имущества или ухудшения состояния адепта – получишь на неделю браслеты, – спокойно поведали мне. – Главное, что не выгонят, – облегченно выдохнула в ответ, тут же получив тычок под бок.
– Поверь, лучше бы выгнали, – со знанием дела просветил меня парень. – Мне один раз надевали, это не просто ужасно, а словно у тебя со всей силы вырвали часть тебя. – Вот, юнец дело говорит, так что не спеши радоваться, – подняла палец вверх комендантша. Мы поднялись на третий этаж, прошли до конца коридора. Передо мной распахнули дверь.
Я еще не успела войти, как в нос ударил запах затхлости и пыли. Несколько раз чихнула, выходя из комнаты. – Здесь когда-нибудь убирались? – выдавила из себя, стирая слезы из глаз. – Не помню, вроде убирались, лет тридцать назад, – пожала плечами тролльчанка.
Я удивленно воззрилась на нее. – И что, тридцать лет тут никто не жил? Почему? – меня снедало любопытство. – Так третий этаж только в этом году и открыли, до этого не так много было желающих учиться в школе.
А в этом году большой наплыв, – поделилась женщина. Я застонала, не представляя, как тут убирать. На выручку пришел Ридэш. Он осмотрелся и предложил:– Дэри, ты же можешь использовать бытовую магию. В чем проблема?
Давай сходим за вещами, я помогу тебе их перенести, а потом и с комнатой разберемся, – предложил друг. Я кивнула. – Да, хорошая идея, заодно и перекусим, я от волнения ужасно хочу есть, а тут столовая наверняка еще не работает. – Ага, она только завтра заработает, – кивнула тролльчанка. – Поэтому советую запастись и ужином, потому что кормить вас сегодня не будут.
– Умеете вы порадовать после такого улетного экзамена, – не сдержала язвительности, соображая, где бы перекусить. – Всегда рада помочь, – равнодушно отозвалась женщина, ее мой сарказм нисколько не зацепил. Она спокойно разглядывала меня, как букашку, назойливо жужжащую над ухом. Видимо, за столько лет уже привыкла к разного рода студентам. Да и шутки наверняка у всех однотипные.
Ладно, в конце концов комендант уж точно не виновата в том, что столовая не работает. – Скажите, а общежитие универсальное? – заметив в коридоре нескольких парней, удивленно спросила у женщины. – Да, левое крыло женское, правое – мужское. Для вашего факультета выделили только одно здание, вот и приходится крутиться.
У остальных-то по-другому, девки отдельно, парни – отдельно, – кивнула собеседница. – В общем, вот тебе ключ, сама потом разберешься. – А я одна в комнате буду? – осторожно уточнила, заметив только одну кровать, но и для второй в противоположном углу оставили место. – Это будет зависеть от количества поступивших.
Хватит мест, останешься одна, не хватит – подселят кого-нибудь. Еще вопросы есть? – комендантша начала раздражаться. Я быстро мотнула головой, стараясь не злить лишний раз женщину. Тролли злопамятны, а нажить врага в первый же день мне не хотелось.
Легким шагом, что удивительно для ее комплекции, тролльчанка отправилась вниз встречать прибывающих. Мы с Ридэшем переглянулись, я еще раз кинула тоскливый взгляд на запыленную комнату и развернулась на выход. Парень отправился со мной, помочь перенести вещи. По-хорошему стоило бы сперва очистить комнату, но у меня в данный момент не было ни сил, ни желания. Стоило сперва перекусить и восполнить резерв, слишком много я его потратила на экзаменах.
До дома добрались быстро. Там уже вовсю шел сбор вещей, что меня несказанно удивило. Котокрыл и бельпух носились, как угорелые, собирая чемоданы. Мои брови поползли вверх. – Мам, ты тоже переезжаешь?
– удивилась и немного опечалилась. Я-то думала, она будет рядом. – Да, мы снимали дом на месяц, завтра необходимо вернуть ключи. Но не переживай, я буду ближе, чем ты думаешь, – подмигнула довольная ведьма. – Это как?
– до меня пока не доходило, о чем она говорит. Но в то же время в груди вдруг появилось приятное тепло, а оно могло означать только одно: мама в очередной раз готовит мне сюрприз, и он наверняка будет приятным. Вот только говорить мне пока ничего не хотели, решив помучить неизвестностью. Пришлось состроить просящее выражение. – Ма-а-ам, ну не томи, я же умру от любопытства, – протянула, еще и носом шмыгнула для того, чтобы больше разжалобить.
– Ну ладно, слушай. Тариэд давно приглашал меня в школу преподавателем, степень архимага позволяет мне обучать детей, просто до этого момента желания такого не было. А сейчас я дала согласие. Буду вести темную магию, пакости и зельеварение, – поведала мама. Я не сдержала радостного вскрика, бросившись ей на шею.
Но тут же, хоть и была затискана, но строгий голос матери оторвал меня от мечтаний. – Но, учти, дорогая, никаких поблажек не будет, – глаза ведьмы сверкнули, я икнула и быстро-быстро закивала головой. – Кто бы сомневался, я и не надеялась на поблажки, – пожала плечами, шаркнула ножкой, подмигнула питомцам. Те едва сдерживали радостные оскалы. – Ладно, заканчиваем здесь, время не резиновое, пора перебираться на новое место жительства.
Все готовы? – спросила ведьма, ответом ей послужили наши с зверьем слаженные кивки. Оглядев собранные чемоданы, еще раз пробежав по всем комнатам, зверушки пригласили нас на кухню, надо было основательно подкрепиться. А на ужин мама позвала меня к себе, благо всем преподавателям выделялись отдельные домики на территории школы. Через два часа, разомлевшая от еды, восполнившая магический резерв, который стал значительно больше, чем был раньше, мы отправились обратно в школу.
С комнатой я решила разбираться сама, хотя и мама, и Хэсь с Высем предлагали свою помощь. Я отказалась. Должна же я была научиться самостоятельности, в конце концов с чего-то надо начинать. Вот и повод предоставился, самой очистить собственную комнату, благо бытовая магия у меня получалась довольно сносно. Хотя я уже ни за что не могла ручаться.
Но попытаться стоит, а потом уже, если что, просить помощи. Наша процессия заставляла народ оборачиваться и застывать, наблюдая. Еще бы, такого зрелища я и сама никогда не видела. Впереди ехали мы с мамой, Ридэшем и питомцами в нашем открытом самодвижущемся экипаже, над нами чуть позади повозки плыли чемоданы, не вместившиеся в повозку. Их оказалось семь, четыре моих и три маминых, остальные ее вещи вполне упаковались в транспортное средство.
Возле ворот уже никого не оказалось, поступающие прошли проверку. Кто-то остался, другие будут пытать счастья на следующий год. Мне повезло, домики преподавателей размещались недалеко от нашего общежития. Когда к нему подъехала наша повозка, народ высыпал посмотреть на нее. – Может, все-таки помочь?
– в последний раз предложила мама, я мотнула головой. Чмокнула ее в щеку, потискала питомцев и соскочила со ступенек экипажа, отлавливая свои чемоданы. С левитацией у меня были проблемы, поэтому транспортировкой занялся Ридэш. Открыв передо мной дверь, предложил войти. Что я и сделала.
После яркого солнца в помещении было темно. Неудивительно, что я сходу врезалась в кого-то. Протерев глаза, удивленно воззрилась на юношу, с которым танцевала на балу у Императора. Герцог Витан Туарэ. Тот же надменный взгляд, будто высеченное из камня лицо, на котором застыла скука и легкое презрение к окружающим.
Глаза быстро привыкли к полумраку. Интересно, почему в первое наше посещение здесь горели светильники, а сейчас их погасили? Впрочем все вопросы вылетели из головы. Кажется, меня не узнали. Потому что надменный тон парня заставил скрипнуть зубами.
– Хорошая попытка, но впредь не советую меня караулить и пытаться обратить на себя мое внимание. Вокруг томно вздохнули девушки, следующие по пятам за герцогом. Они смотрели на него влюбленным взглядом, не обращая ни на кого внимания. А у меня зубы свело от злости и желания сотворить пакость. Только теплый взгляд Ридэша помог немного совладать с собой.
Вдохнула, взяла себя в руки, немного успокоилась. – Вы считаете, что только ваша персона для всех в приоритете? – копируя его надменный тон, спросила и, обходя парня по широкой дуге, добавила, не дожидаясь ответа: – Иногда надо спускаться с небес на землю. Танцуете вы, конечно, неплохо, но это не повод ловить вас и подкарауливать где нипопадя. Более того, я понятия не имела, что ваша персона и здесь будет мелькать передо мной и портить настроение своим кислым выражением лица.
Со всех сторон послышались стоны. На меня готовы были наброситься все девицы за такую тираду. Но я уже ни на кого не смотрела. Обернувшись к Ридэшу, подхватила его под локоть и потащила наверх. Между лопаток закололо.
Мою спину сверлили взглядом так, что я подумала: прибить хотят. К моему счастью мы быстро добрались до нужного этажа и до моей комнаты. Если честно, я ожидала чего-то гадкого вслед, но герцог промолчал, видимо, потерял на время дар речи, а потом поздно стало его возвращать, не в спину же мне что-то говорить, должного эффекта уже не будет. Я порадовалась своей маленькой победе. Этот герцог меня еще на балу раздражал, хотя вынуждена признать, есть в нем нечто притягательное, вот только эта притягательность полностью теряется за его непрошибаемой надменностью, от которой просто воротит.
Отставив чемоданы в сторону, встала на пороге и начала вспоминать бытовые заклинания. На всякий случай пришлось пройти по захламленной комнате, поминутно чихая, и открыть окно. Бегом вернувшись обратно, выставила перед собой руки и произнесла нужное заклинание. – Упс… – только и выдохнула, потрясенно наблюдая, как ураганная пыль вылетела в окно, в двери, начиная просачиваться в другие комнаты. – Кажется, меня прибьют, – резюмировала, услышав крики и ругань как с улицы, так и из других комнат.
Ридэш втащил меня в чистые покои, внес чемоданы и захлопнул дверь, во избежание, так сказать. Я рванула к окну, чтобы проверить, кого успело задеть. Непроизвольно высунувшись, застонала и едва не расхохоталась. Герцог Витан Туарэ стоял недалеко от здания, его облепил такой толстый слой пыли, что ни цвета одежды, ни волос, ни даже лица видно не было, одни глаза сверкали от ярости. – Я нечаянно, – пискнула и тут же присела, давясь смехом, даже икать начала.
– Что там? – спросил юноша, выглядывая вслед за мной, чтобы проверить, из-за чего, точнее из-за кого такая реакция. Увидел. Присел рядом, давясь от хохота. – Попала ты, подруга, – хлопнул меня по плечу парень.
– Но не переживай, я с тобой, в обиду не дам. Будем вместе попадать за нечаянно, – мне подмигнули и приобняли безо всякого умысла. Я прижалась к плечу юноши, радуясь, что мы с ним так быстро нашли общий язык. Было в нем нечто такое, из-за чего меня к нему тянуло. Он меня понимал, с ним легко и интересно.
А еще с ним можно было поговорить обо всем, о чем я даже матери не могла сказать. Но с другой стороны, я рассматривала Ридэша именно как друга, почти брата, которого у меня никогда не было и вряд ли будет, ведь мама не могла рожать. – Так, встаем и наводим дальше порядок, – заметил юноша, вскакивая первым и подавая мне руку. – Надеюсь, на этот раз обойдется без последствий, – вздохнула с сожалением. – А ведь я считала, что проблем с бытовой магией у меня не будет.
– Не стоит волноваться по таким пустякам, у тебя сегодня и так был перерасход силы, а потом слишком быстрое восстановление. От такого неудивительно, что результаты превзошли все ожидания, – попытался успокоить меня друг. Только я встала, собираясь разбираться с вещами и постельным бельем, как дверь распахнулась, едва не слетев с петель. На пороге стоял грозный, почти очищенный от пыли герцог. Губы поджаты в тонкую линию, желваки ходуном, глаза горят от бешенства.
– Ты… – выплюнул непрошенный гость. – Надо же, ледяная статуя отмерла? – всплеснула руками, не давая парню и слова вставить. – Тебе никогда не говорили, чем чревато хождение под окнами? К тому же под окнами черной ведьмы с белым даром?
Нет? Впредь будешь знать, поостережешься шататься там, где не следует. – Ты… – снова повторил герцог. Я скривилась. – Переклинило, да?
– участливо поинтересовалась у злобного гостя. – Это бывает, когда пыль мозги забивает. – Ты ответишь за это, – прошипел герцог. Он развернулся и стремительно покинул комнату. – И чего приходил?
– пожала я плечами. – Сам ведь виноват. А я нечаянно. – Не бери в голову, – отмахнулся Ридэш. – Ему непривычно, что кто-то посмел не вздыхать по такому гордому, красивому и неприступному, более того, еще и в пыли вывалял.
Давай делом займемся? И мы занялись. Через три часа комната сияла чистотой, вещи разложены по полочкам в шкафу, подремонтированном Ридэшем. Мне он не дал колдовать, даже на бытовом уровне, чтобы больше не накликать проблем на свой копчик. Я была благодарна другу.
Настроение поднималось, стоило только вспомнить сотворенное с герцогом. Знаю, от такого нельзя злорадствовать, но я никак не могла себя пересилить. В конце концов, я дочь черной ведьмы и просто обязана творить пакости, такому всегда учила меня мать. Закончив, мы присели на пол и осмотрели дело рук своих. Остались довольны.
Именно сидящих на полу нас и застала тролльчанка, открывая дверь и заглядывая в чистые, едва ли не сверкающие покои. – Хм, хорошо постарались, – оценила она. – Если нужен будет ковер или салфетки, обращайся к кастелянше, у нее это все есть, будет уютнее. Да и шторы не мешало бы повесить. – Точно, шторы, вот чего не хватало, – закивала, поднимаясь.
– Спасибо, мы прямо сейчас и сходим. – Завтра. У нее закончился рабочий день, а в неурочные часы орчанку лучше не отвлекать, чтобы не вызвать гнев, – мотнула головой комендантша. – Спасибо, – поблагодарила женщину. Обернувшись к другу, спросила: – Пошли к маме?
Есть хочу. – Черная ведьма твоя мать? – ровно поинтересовалась тролльчанка. – Да. Это что-то меняет?
– Каюсь, не удержалась, вскинув с вызовом подбородок. – Не кипятись, ничего это не меняет. Мой вопрос для общего развития, – отмахнулись от меня. – Пятый дом от парка. – Спасибо, – еще раз поблагодарила за столь точные сведения, сама-то даже не поинтересовалась у родительницы, где ее искать.
Покинув общежитие, я удивилась, как много студентов гуляют по тропинкам. Кто с книгами, кто с веером, так неуместно смотрящимся с брюками или обычными платьями. Некоторые и вовсе подпирали редкие деревья, наблюдая за беседкой. И тут только до меня дошло, откуда столько народа. В беседке расположились четверо, они рассматривали лежащий на столике не то чертеж, не то карту, этого определить не смогла.
Но суть была в другом. Все четверо, как один, красивые, надменные, гордые и неприступные, точная копия герцога Витана Туарэ, он, кстати, находился среди этой четверки. – Надеюсь, ты не попадешь под их обаяние, – досадливо скривился Ридэш, проследив за моим взглядом. – А должна? – тут же спросила, подмигнув другу.
– Я похожа на одну из этих девиц? – Нет, это я на всякий случай спросил, – тут же пошел на попятный Ридэш. – Ты совсем другая, живая, умная, веселая, – начал перечислять друг. Я засмеялась. – Льстец, какой же ты льстец, – покачала головой, но слова парня оказались приятны, этого не скроешь.
– И почему сразу льстец? Я же правду сказал, – ответил на мою улыбку своей мой собеседник. Но все же я вернулась к насущной проблеме. – А кто они? Это их пасут все эти девицы?
– удивилась, оглядевшись вокруг. Народу прибавилось, некоторые, набравшись наглости, расположились возле самой беседки, не сводя взгляда с парней. – Их, – подтвердил друг. – Эта четверка – универсалы-стихийники, они, можно сказать, элита школы. Самые сильные, самые умные, самые красивые, самые неприступные.
И еще куча всяких «самые-самые». – Знаешь, ты на их фоне намного лучше смотришься, ты живой, красивый и общительно-приятный, – спокойно поведала парню. Причем без грамма лести, сугубо констатируя факт. – Спасибо, Дэри, – слегка смутился парень. – С тобой тоже необычно легко и интересно.
И тут я вспомнила еще одну вещь, о которой давно хотела спросить, но все время забывала. Сейчас как раз предоставилась для этого возможность. – Ридэш, скажи, почему в твоем доме так странно отреагировали на мое имя? Я видела, как переглянулись твои родители, сколько тоски у них появилось в глазах. – Дэри, я обязательно тебе расскажу, но позже, ладно?
Даже спустя много лет это тяжело вспоминать, – сник юноша. Я взяла его за руку, пожала и шепнула:– Если тяжело, то и не будем. Улыбнись, а то мама подумает, что я успела тебя достать, заколдовать или применить свою силу, – подмигнула и едва не повисла на друге, споткнувшись. Глянула под ноги и досадливо скривилась. Кто-то поставил передо мной препятствие, о которое я и отбила ногу.
Обернувшись, так как сомнений кандидатура пакостника не вызывала, заметила четыре устремленных на меня взгляда из беседки. На лицах всех четверых предвкушающая усмешка. Решили повеселиться за мой счет? Отомстить за пыль? Вот же мелочный гад этот герцог.
Я осторожно попыталась переступить каменный порог, но не тут-то было. Он поднялся вслед за ногой. Ридэш заметил мои манипуляции и застонал. – Не пытайся, эти гады использовали наводящую магию. Ты теперь с места не сдвинешься, а я не настолько силен, чтобы снять эту гадость, – с досадой прошипел друг.
– Сейчас кое-что попробуем, – усмехнулась в ответ. – Если я могла рассемерить питомца некромантки, попробуем сделать то же самое с камнем. Я вспомнила заклинание, которое читала на экзамене, провела над камнем рукой и взмахнула ладошкой. Получилось. Довольная обернулась и радостно расхохоталась.
Все четыре камня зарядили элитной четверке в лоб, мгновенно образовывая шишку. Вот только выражение лиц парней, разглядывающих камни, мне не понравилось: они оказались не просто удивлены, а шокированы настолько, что открыли рты. – Бежим, пока нам очередную пакость не устроили, – выдала, хватая друга за руку. К маме мы так и прибежали: растрепанные, запыхавшиеся, но с улыбкой на губах, стоило только вспомнить ошарашенное выражение лиц надменных типов. Так им и надо, будут знать, как козни строить.
Мы еще не успели постучать, а дверь уже открылась. Высь стоял на пороге и, склонив голову на бок, разглядывал нас. Потом не удержался:– Чему это вы так радуетесь? – А вы накормите нас, мы все расскажем, – хитро подмигнув, отозвалась, направляясь на кухню. Нас уже ждали за накрытым столом.
Там же я и поведала, что мы устроили по пути сюда. Зверушки веселились вместе с нами, а вот мама вдруг стала серьезной и о чем-то задумалась. Она переводила взгляд с меня на Ридэша и обратно. Потом все-таки не удержалась и спросила:– Дэриша, твой друг знает, кто ты? Я имею в виду о том, что говорил Сорг.
– Нет, я сама об этом забыла, если честно. Да и к чему ты об этом спросила? – удивилась, пока не понимая, к чему этот вопрос. – Это вы о чем? – мгновенно отложив пирожок, заинтересовался юноша, я ощутила, как он напрягся.
– Помнишь, я тебе про одного гада рассказывала, который хотел меня приворотным напоить и сделать любовницей, так вот он – видящий. Так это или нет, мы точно не знаем, но он назвал меня алрэтой. Ты знаешь, кто это такие? – спросила у парня и едва не подпрыгнула на месте, когда меня схватили за плечи и пристально стали всматриваться в глаза. – Дэриша, сколько тебе лет?
– глухо поинтересовался юноша, вмиг побледнев. Я испугалась за его здоровье. – Восемнадцать, – выдавила, не понимая, к чему это все. – Ридэш, ты чего? – Алрэты могут рождаться только в моем роду, этот дар передается из поколения в поколение всем девочкам, – выдохнул друг.
Я пока не понимала, к чему он клонит, но мне вдруг стало заочно страшно. – Боюсь, милая, твой дар проявился во всей своей красе, – вздохнула мама. – Я не понимаю, о чем вы вообще? – даже ногой топнула, начиная раздражаться. – Те четверо потому и оказались ошарашены, потому что им в лоб прилетели драгоценные камни.
Ты понимаешь, что это может означать? – вступил в беседу Высь. А Хэсь, не давая мне ответить, сделал это сам:– На тебя начнется охота, чтобы забрать замуж. – Да сейчас. Что значит, забрать?
А что с моим согласием? – насупилась, обводя взглядом собравшихся. – Не хочу тебя пугать, но в данном случае твое согласие имеет последнее значение. Стоит только скомпрометировать тебя и все, твое согласие будет второстепенным, – удрученно поведал друг. – Ну уж нет, плевать я хотела на все эти условности, – на этот раз даже ногой топнула от раздражения.
Я повернулась к Ридэшу, не сводящего с меня взгляда, охарактеризовать который я была не в состоянии, в нем сквозила радость, обожание, любовь и еще что-то такое, заставляющее напрягаться. – Эй! – я щелкнула пальцами перед носом парня. Он отмер. – Не вздумай в меня влюбляться, я слишком ценю нашу с тобой дружбу.
– А? Что? – не сразу сообразил парень, потом расхохотался. – Влюбляться? Ты с ума сошла?
Какой идиот влюбляется в собственную сестру? Теперь пришла моя очередь открывать и закрывать рот, пытаясь справиться с потрясением. И не я одна, мама и зверушки тоже пораженно смотрели на гостя. – Сестру? Ты в своем уме?
– осторожно уточнила у друга, тот кивнул. А потом поведал нам историю, которую еще совсем недавно не мог рассказать. – Мне было три, когда родилась Дэриша. В тот же день к отцу явился темный маг из Эстафы, он правая рука Императора. И потребовал мою сестру в наложницы.
Не в жены, а именно в наложницы. Отец оскорбился и выгнал мага. Через неделю Дэриша пропала, родители подняли на ногу весь розыскной департамент. А еще через неделю им предоставили труп малышки. Мама тогда едва не умерла от горя, отец постарел лет на тридцать.
Со временем они смогли прийти в себя, но до сих пор эта тема у нас дома под запретом, – быстро произнес юноша, на миг закрывая глаза и переводя дух. – Странно, каким же образом Дэриша оказалась у нас, причем живая и здоровая? – удивилась в свою очередь мама, задумавшись. – От Сартории до Вариалии довольно приличное расстояние, до Эйтафы и того больше. Малышку определенно закинули в портал, но я даже представить не могу силу мага, который бы смог открыть портал на такое расстояние.
– Подождите, – подняла я руку, привлекая внимание. – Прежде, чем что-то думать, сперва необходимо точно узнать, та ли я девочка. Может, просто совпадение? – Мы можем узнать это прямо сегодня, если отправимся к родителям, – вскочил Ридэш. – Но я и без камня рода могу точно сказать, что ты моя пропавшая сестра.
Алрэты больше ни в одном роду не рождаются, это дар по маминой линии. Ажиотаж охватил всех. Быстро перекусив, от волнения на меня всегда нападал жор, мы решили прямо сегодня и решить все вопросы. Нам повезло, народ успел разойтись по своим комнатам, потому наша повозка не так сильно привлекала внимание. А вот родители Ридэша, заметив гостей, оказались весьма удивлены.
Но большее недоумение у них вызвали действия собственного сына. Оставив маму и зверушек со своими родителями, друг сразу потащил меня вниз. – Сын, ты куда? – задал вопрос глава семейства, но в ответ только и получил:– Все потом, сперва надо кое-что проверить. Я вообще ничего сказать не успела, только развести одной свободной рукой, показывая, что и сама толком еще ничего не поняла, за вторую меня тащили вниз.
Нам вслед что-то говорили, но я лично не разобрала ни слова. А потом и вовсе стало ни до чего. Ни нижнем этаже была всего одна дверь, ее передо мной и открыл парень. Я несмело вошла внутрь. При моем переходе через порог она засветилась, но я не придала этому значения, а вот друг только победно ухмыльнулся.
Пустая комната, освещенная светляками по периметру. Посредине красный камень неправильной формы. Мне показалось, или он реально дышал? Даже дух захватило, настолько все было необычно. – Подойди к нему и положи обе руки в выемки для ладоней, – шепотом предложил друг.
Я несмело приблизилась и сделала так, как меня попросили. В следующую секунду по телу прошла сперва волна жара, потом холода, а в конце будто струя огня опалила запястье. Я не сдержала вскрика. Ридэш мгновенно оказался рядом. Он взял обе мои ладони в свои и перевернул так, чтобы мы оба увидели татуировку алого с золотом по краям цвета.
Мой рот непроизвольно приоткрылся. – И что это означает? – шепотом спросила, разглядывая странный рисунок: камень в форме конуса алого цвета, его опоясывала золотистая вязь. – Только то, что вы наша дочь, – раздался потрясенный голос от дверей. Родители не выдержали, прибежав вслед за нами.
Я была слишком потрясена, чтобы адекватно мыслить. Мой взгляд метался с татуировки на друга, точнее, как выяснилось, брата, а с него на маму и на его родителей. Пауза затягивалась, никто из нас не знал, о чем говорить. Я обдумывала линию поведения, так как отказываться от матери, вырастившей меня, не собиралась, но и решать вопрос с настоящими родителями тоже надо было. – Что ж, идемте за стол.
Кажется, без гномьей настойки тут не разберешься, – разорвала тишину моя мама-ведьма. С ней согласились все. Разобрались, часа через три-четыре, когда даже мы с Ридэшем оказались в невменяемом состоянии. Оставив родителей и дальше «разбираться», меня подняли на руки, так как собственные ноги так и норовили заплестись в косичку, и понесли наверх. По пути мы, кажется, что-то или кого-то снесли, до меня доносились вскрики.
Но сил открыть глаза и проверить, попросту не было. Мы так и упали на кровать Ридэша в обнимку. В таком же виде нас и застали утром неприлично бодрые и веселые родители. – Ууууу, дайте мне топор, – промычала, так как голова раскалывалась и сил смотреть на довольных взрослых не оказалось. – Рид, зачем мы пили, не знаешь?
– За компанию? – вопросительно произнес юноша, в данный момент выглядевший совсем не аристократично. Наверняка и я не лучше, такая же помятая и растрепанная. – Это лучше топора, – прошептал отец семейства, протягивая и мне, и парню по стакану зелья. Мы залпом опорожнили емкость и прислушались к себе.
Я глянула на брата, он на меня. – И правда лучше, – поведала через несколько минут, ощущая, как головная боль окончательно ушла. И теперь мне нестерпимо захотелось в душ. Запах перегара зелье не могло убрать. – А сейчас, дети, приводите себя в порядок и в столовую.
Есть разговор, – заметил мужчина. – И почему мне кажется, что мы попали? – задала риторический вопрос, на который юноша только ухмыльнулся. – Не бойся, прорвемся, – пообещал он, и я ему сразу поверила. Уж мы-то точно прорвемся, из любой оппы вылезем целыми и невредимыми, да еще и с презентами, если понадобится.
В душевую я успела первая, опередив парня на пару секунд. Он только и мог фальшиво возмущаться и ныть под дверью, поторапливая меня. Пришлось все делать быстро. А когда вышла, Хэсь уже раскладывал наряд, чистый, принесенный наверняка из моей комнаты. К тому моменту, как Ридэш уже переодетый, бодрый и свежий оказался в комнате, я тоже успела привести себя в порядок.
