Текст книги "Заставь меня полюбить (СИ)"
Автор книги: Ольга Коробкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Неприятно передёрнувшись, попыталась придумать что-то ещё. Но вариантов и в самом деле не оставалось. Поэтому, взяв все нужные документы у лорда Олпола, я направилась к графу Винтерсу со слабой надеждой, что всё пройдет тихо, мирно, гладко, и без лишних колкостей в мою сторону.
ГЛАВА 9. ПРАВИЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ
В этот раз вламываться в дом графа не стала, а вежливо попросила дворецкого уточнить, сможет ли Винтерс принять меня. Тот видимо удивился моему приходу, но тем не менее уже через минуту меня проводили в рабочий кабинет. Судя по завалу, творившемуся на столе графа, он был занят работой. Однако стоило мне войти, отложил конверт, державший в руках, и предложил мне присесть в кресло напротив его стола.
– Леди Эмили, чему обязан столь неожиданным визитом? – поинтересовался он, глядя на меня и слегка склонив голову влево. – Вы решили осчастливить меня сообщением о скором замужестве? Или согласиться пойти на свидание?
– Боюсь, что нет, – вздохнула я и молча протянула ему бумаги.
С одной стороны, мне было немного стыдно обращаться к нему с такой просьбой, но лучше пережить позор сейчас, чем остаться без дара. Да, я еще не научилась полностью его контролировать, порой он даже мешал мне нормально жить, но расставаться с ним не хотелось.
Тем временем граф внимательно изучал бумаги, и с каждой прочитанной страницей хмурился все больше. Мне от этого становилось лишь страшнее.
– Выгорание? – удивленно произнес он, поднимая на меня взгляд. – Все настолько плохо?
– По словам лекаря – да, – со вздохом ответила я. – В последнее время меня замучили мигрени, и как выяснилось, это результат дара.
– А он уверен, что заключение в изоляции поможет?
– В моем случае да. Эта система направлена на то, чтобы заблокировать эмоции и привести их в порядок. Мой дар специфичен, и на него влияет множество факторов. Один из них – эмоции. Особенно других людей, встречающихся на моем пути. Мне нужно на некоторое время уйти в своего рода – тишину.
– Эмили, – вдруг произнес он тихим голосом, заставив меня поднять на него взгляд. – Я дам разрешение, и даже постараюсь сделать так, чтобы о вашем заключении не узнали.
– Спасибо, – глухо произнесла я, не ожидая столь быстрого согласия.
– Я сам потерял дар и знаю каково это, – грустная улыбка коснулась его губ. – В вашем случае нет ничего противоестественного, но наше общество весьма падко на сплетни. В крайнем случае скажем всем, что вы поехали отдохнуть к дальней родственнице. Распоряжение напишу сегодня же. Когда вы хотите отправиться на лечение?
– Как можно скорее.
– Тогда вечером все документы вам привезут, – заверил граф. – И если будет нужна помощь – обращайтесь.
– Спасибо, – еще раз произнесла я и поспешила покинуть его, чтобы поговорить с матерью.
Должна признаться, я не ожидала, что граф так быстро согласится, да еще и поддержит меня. Он всегда казался мне холодным и чванливым. А сейчас… эта его теплота в голосе и забота. Они просто выбили меня из колеи. Нет, приятно знать, что он не осуждает и старается помочь. Но что за этим последует? Меня немного напрягало будущее, казавшееся размытым и непонятным.
Добравшись до дома, нашла матушку, сидевшую в гостиной и изучавшую газету с местными сплетнями.
– Мама, мне нужно с вами поговорить, – села напротив неё, заставляя отвлечься от дел. Родительница не любила, когда такое происходило, но сейчас у меня не так много времени.
– Эмили, ты ведь знае… – начала возмущаться она.
– Мне нужно лечь в больницу, – перебила её.
– Что?! Зачем? Ты больна? – вопросы сыпались один за другим. Я дождалась, пока она успокоится, и рассказала причину, по которой мне нужно уехать. – Дорогая, а может тебе этот дар не так уж и нужен? – вдруг произнесла она, заставив меня замереть. – Ну сама подумай, какая от него польза? Люди шарахаются, когда узнают, что ты эмпат. Так даже мужа найти сложно. А выгорание не настолько плохая вещь.
– Мама! – моему возмущению не было предела.
– Разве я не права? Ты только страдаешь из-за дара. Разве он принес тебе пользу? – давила на больное матушка, заставляя меня нервно кусать губы. – Мы вот не маги и ничего. Твои сестры от этого не страдают.
– Потому что они и родились без дара, – напомнила ей. – Им не с чем сравнить. А в моем случае это совершенно иное. И я не хочу отказываться от того, что дала мне природа.
– Поступай, как считаешь нужным, – отмахнулась от меня родительница. – Я всегда говорила твоему отцу, что он воспитывает тебя слишком самостоятельной. И вот что стало. Мнение родной матери для тебя ничего не значит.
Я вздохнула и прикрыла глаза. От разговора вновь разболелась голова. Встав, направилась к себе в комнату, передохнуть. Я была сильно расстроена тем, что услышала от мамы. Это оказалось безумно неприятно. На глаза навернулись слезы, но я дала им волю, только оказавшись наедине. Показывать остальным свою слабость мне совершенно не хотелось. Я знала, что мама против моего дара. Когда он впервые проявился, та была сильно расстроена и даже поругалась с отцом. Но потом смирилась. А сейчас… Похоже, папа не зря воспитывал меня сильной, чтобы в таких вот ситуациях я не пасовала и могла постоять за себя. Тем не менее, слышать все это больно.
С трудом успокоившись, ополоснула лицо холодной водой и постаралась взять себя в руки. Мне нельзя предаваться сильным эмоциям, иначе выгорание неизбежно. Вот только отказаться от ужина в тихом семейном кругу я не могла. Это была традиция, которую не стоило нарушать. Мама тут же устраивала истерику. Поэтому пришлось нацепить на лицо улыбку и сделать вид, что все хорошо.
За ужином Замира в очередной раз стала рассуждать о том, кого же ей выбрать. В последнее время сестра пользовалась огромной популярностью. Я прекрасно понимала, что большая часть кавалеров просто польстилась на приданое. Но Замира предпочитала не обращать на все это внимание. Ей льстило поклонение, и никто не хотел расстраивать наивную девицу. Но сегодня её щебетание меня сильно раздражало. Боль в голове никак не успокаивалась, а тут еще восторженные вопли.
– Он подарил мне букет лилий, – мечтательно провозгласила она, хлопая ресницами. – Но у него нос картошкой. Вдруг это передастся нашим детям? Я не хочу… Но он такой обходительный.
– Такое чувство, что ты не мужа выбираешь, а породистого жеребца, – не выдержала я. – Смотри, как бы все твои поклонники не разбежались. И ты не осталась у разбитого корыта.
– В отличие от тебя я точно замуж выйду, – возмутилась Замира.
– Сомневаюсь, что это случится, – возразила ей. – Как только будущий жених получше узнает твой характер – тут же сбежит.
– Дорогая, хватит! – прекратила наш спор мама. – Эмили, ты когда уезжаешь?
– Завтра с утра, как только получу бумаги.
– А куда ты собралась? – тут же влезла младшая, в то время как Джулия хранила молчание. Она вообще в последнее время сделалась очень тихой и замкнутой.
– Эмили нужно в больницу, чтобы не потерять свой дар, – мама решила не врать сестрам, в то время как я считала, что им не обязательно знать подробности.
– В больницу?! – практически выкрикнула Замира. – Но если об этом узнают? Ты о нас подумала?
– Ты о чем? – я не поняла сути её претензий.
– Да ты хоть понимаешь, что будет, когда в свете узнают о том, что ты больная?!
– Я не больная, – возразила ей, так как слышать такое было неприятно.
– Конечно. Ты просто эмпат! – всплеснула руками сестра. – Что ты теряешь, если откажешься от дара? Ты хоть представляешь, как тяжело жить рядом с тем, кто в любой момент может прочитать твои эмоции? Да я всю жизнь боялась подумать о чем-то, чтобы ты не почувствовала.
– Замира! – воскликнула я. – Ты забываешься!
– Замира, быстро извинись перед сестрой! – приказала мама, в то время как я сидела и пыталась прийти в себя от её слов. Мне стало очень обидно слышать их.
– За что? – сестра явно не понимала, что такого сделала.
– За то, что совершенно не умеешь себя вести, – мне надоело слушать её постоянные выпады. Я старалась не ругаться с родными и часто шла на уступки. Но поведение Замиры уже перешло все границы. – Я не виновата в том, что родилась с даром, которого все боятся, и в том, что родители не научили тебя вести себя адекватно.
– Эмили! – матушка распахнула глаза, глядя на меня.
– Хватит! – рыкнула, вставая из-за стола. – Я пытаюсь быть хорошей, молчу, подавляя свои чувства. А вы каждый раз только и делаете, что втаптываете меня в грязь! Я такой же человек, как и все. У меня есть чувства. Но вам, похоже, все равно.
С этими словами я направилась к выходу.
– Замира, как тебе не стыдно, – за спиной прозвучал усталый голос матери. – Это твоя сестра, и она не виновата, что у неё такой дар.
– Конечно, – продолжала возмущаться младшая. – Вот только когда узнают, что она не может контролировать дар, то многие отвернутся от нашей семьи! И как мне тогда замуж выйти?
– Да в твоем случае дурак всегда найдется, – встала на мою защиту Джулия. – А если так переживаешь, то выбирай сейчас и беги под венец.
Дальше я слушать не стала, закрыв дверь в столовую. Правда дойти до лестницы не успела. Меня перехватил дворецкий и передал пакет документов для больницы. Взяв их, дошла до комнаты и попросила служанку собрать мои вещи. На самом деле мне требовалось немного. Одежду давали в больнице, поэтому я взяла пару книг. Сначала я хотела поехать туда с утра, но после всего услышанного, переоделась и спустилась вниз. Саманту оставила дома, ибо её бы со мной все равно не пустили. Экипаж, заботливо вызванный дворецким, уже стоял у порога. Провожать меня никто не вышел, но это и к лучшему: я сейчас не была готова видеть свою семью.
Доехали мы быстро и без каких-либо проблем. Под крышу больницы я заходила, когда город уже окутала тьма ночи.
– Леди Эмили, – улыбнулся мне лорд Олпол. – Вы решили воспользоваться моими рекомендациями?
– Да. Терять дар я не хочу.
– Что ж, тогда давайте я вас провожу в ваши будущие покои, – он подхватил мою сумку, взял документы и пошел вперед. – Итак, сейчас ваша главная задача – отдых. Еду будут приносить в комнату. Раз в день с вами будет заниматься специальный врач, который поможет развивать дар. Все остальное время ваша задача – отдых. Прошу.
Мы остановились около двери, которую для меня услужливо открыли, и предложили зайти. Оказавшись там, я удивилась. Стены, пол и потолок были обтянуты мягкой тканью, кровати не наблюдалось. Зато было три подушки и одеяло, сложенные в углу. Так же я заметила дверь в уборную и небольшое окно, сквозь которое пробивался свет фонарей. Правда, тут так же имелись две световые сферы, которые загорались при желании.
– Стены обиты специальным материалом, который не пропускает никаких звуков, поэтому вы сможете расслабиться, – пояснил лекарь. – Но в любой момент можете выйти в сад, если почувствуете, что вам тут некомфортно. Кроватей нет, так как пол мягкий.
– Спасибо, – поблагодарила лекаря и тот ушел, оставив меня наедине с мыслями и чувствами.
Сделав первый шаг, убедилась, что меня не обманули и пол действительно мягкий. Прошла до подушек и сделала себе импровизированную кровать. Тут же обнаружилась пижама, состоящая из легких штанов и рубашки с длинными рукавами. Переодевшись, выключила свет и легла. Сначала мне казалось, что спать на полу, хоть и на мягком, будет некомфортно. Но ошиблась. К тому же вокруг было так тихо, что несказанно радовало. Организм, уставший за день, обрадовался такой передышке, и я уснула очень быстро.
На следующий день я проснулась ближе к обеду, что для меня практически несвойственно. Но тут никто не шумел, не мешал, и не требовал незамедлительно прибыть в столовую. Не могу сказать, что выспалась, но при этом самочувствие стало гораздо лучше. Стоило мне переодеться, как принесли завтрак-обед и предупредили, что на улице начался дождь, поэтому от прогулок стоит отказаться. Тем не менее я все же вышла на свежий воздух и встала под крышей, наблюдая за каплями, стекающими на землю. Впервые за долгое время мне было хорошо. Нет, мысли все равно одолевали. Только сейчас они не казались настолько важными.
Постояв так около получаса, вернулась к себе и занялась медитацией. Мне нужно было восстановить ауру, выглядевшую сейчас сильно разорванной. Многие считали, что эмпатия самый легкий дар из всех. Но как же сильно они ошибались. В отличие от остальных, мы не могли полностью закрыться от чужих эмоций. Таких амулетов попросту не существовало. Всплески сильных, особенно негативных реакций сказывались на нас заметнее всего. Я знала несколько примеров того, что обычный эмпат, оказавшийся в ненужном месте и не в то время, стал убийцей. Причем лишь потому, что не смог заглушить эмоции рядом находившегося человека и поддался ничем не обоснованным чувствам. Это пугало меня больше всего. Стать марионеткой. Звучало глупо, но не безосновательно.
К тому же лекарь прав, мою жизнь никак нельзя назвать спокойной и рассудительной. Я настолько привыкла сама о себе заботиться, что забыла о даре. А он, судя по всему, становился все сильнее. Конечно, можно пойти к стражам и попросить заблокировать дар. Тогда моя семья вздохнет свободно, да и остальные тоже. Только я потеряю себя.
От всех этих мыслей становилось невыносимо тоскливо, поэтому я попыталась думать о хорошем. Вот только таких моментов оказалось мало. Наверное, самым замечательным из них был тот, где граф не стал отказывать мне в помощи. Он действительно удивил меня тем, что не рассмеялся, а принялся помогать. Это подкупало. Но в то же время я все равно до конца ему не верила, ведь от мысли выдать меня замуж он так и не отказался. Конечно, ему это выгодно – доля отца очень лакомый кусочек. Так! Что-то я опять ушла мыслями не в ту сторону. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы очистить разум и наконец-то заняться медитацией.
Ближе к вечеру ко мне заглянула помощница лекаря, произвела какие-то измерения и сделала пометку в блокноте. После это мне принесли ужин и тарелку с фруктами. В основном там преобладали цитрусовые. Как позже выяснилось, они хорошо укрепляли организм и восстанавливали силы. Спала я просто чудесно. Изначально мне казалось, что закрытая камера не принесет ничего, кроме сумасшествия. Но тут было настолько комфортно, что мелькнула мысль – остаться здесь навсегда. Пришлось быстро её отогнать, это не выход.
На следующий день, ближе к обеду, меня пришел навестить граф, удивив меня.
– Микаэль, – присела в вежливом реверансе я, – чем обязана?
Мужчина, серьезный и несколько задумчивый, вошел в мои апартаменты. Дверь плавно и тихо закрылась за ним, словно скрывая нас от внешнего мира. Пожалуй, если бы я не провела эти пару дней в изоляции, уже бы напряглась. Сейчас же отреагировала совершенно спокойно на это незапланированное вторжение на мою территорию.
– И вам доброго дня, Эмили, – легкая улыбка коснулась его губ. – Лорд Олпол просил подписать некоторые документы. Вы же знаете, как много бывает моментов, когда дело касается наследства. Всегда что-то обязательно всплывает в неподходящее время.
– И вы конечно же решили заодно проведать меня, – скорее утверждала, чем спрашивала я.
– А вы, леди, время даром не теряли. Стали на удивление прозорливы, – не удержался от шпильки граф. Мысленно фыркнув и решив не заострять на этом внимания, я лишь с усмешкой обвела рукой пространство.
– Располагайтесь, где вам будет удобно.
Усмехнувшись, Винтерс уселся рядом с моим импровизированным ложем. Облокотившись о стену и вытянув ноги, он выглядел комично и совсем по-домашнему. Деловой костюм разве что не вписывался в обстановку, да его серьёзная маска, сквозь которую просачивалась насмешливая улыбка.
Сев на одну из подушек, сквозь ресницы посмотрела на посетителя. Что-то с ним было определённо не так. Сперва без лишних слов подписал все нужные бумаги, теперь в приподнятом настроении решил навестить меня. Да ещё под таким нелепым предлогом! Всё это не вписывалось в типичное поведение графа. Да что там поведение – образ жизни! Не случилось ли что у него из ряда вон выходящее?
– И как вам этот «пансионат»? – поинтересовался он, окинув задумчивым взглядом комнату.
– О, я более чем довольна. Тишина и покой на удивление оказывают настолько целительные свойства, что я не постеснялась бы их посоветовать некоторым особо впечатлительным леди.
Микаэль не сдержал смешка, хотя глаза по-прежнему оставались пустыми и ничего не выражающими. Ещё одна странность. Передо мной что, новый лорд Винтерс?
– Зачем вы это делаете? – не смогла удержаться от вопроса.
– Делаю что, Эмили? – удивлённо приподнял бровь мужчина.
– Вы меня поняли, Микаэль.
Но граф ничего не ответил. Усмехнулся, перевел взгляд на окно и поинтересовался, как прошел мой первый день. И с каких пор Микаэль стал таким молчаливо-спокойным?
Мы впервые за всё время нашего знакомства смогли пообщаться на отвлеченные темы, хотя беседа была трудной. Мужчине словно приходилось каждый раз преодолевать какие-то барьеры, я же вовсе была сбита с толку этим несвойственным ему поведением. Да и чего скрывать, приятелями, и уж тем более друзьями мы никогда не были. Общение в непринужденной обстановке было для обоих в новинку.
– А вы умеете быть обходительным, когда захотите, – заметила я, глядя на графа.
– Вы тоже, – улыбнулся он. – Видимо, пребывание тут действительно идет вам на пользу. И все же вы так и не согласились на мое предложение.
– Какое именно?
– Пойти на свидание.
– Почему вы так упорно хотите повести меня на прогулку? – полюбопытствовала я, слегка наклонив голову в сторону.
– Может, вы мне нравитесь, – заметил граф, заставив замереть.
Я не понимала, шутит он или говорит серьёзно. И как мне реагировать?
– Я подумаю над вашим предложением чуть позже. Сейчас мне нужно просто наслаждаться покоем.
Плавно наша беседа перешла на Замиру. К счастью, решение она пока не приняла. Это внушало небольшую надежду на то, что сестра всё же не лишена благоразумия. Выходить замуж за первого встречного не лучшая из её затей.
– К слову, леди, как бы неприятно было вам это слышать, но вы не думали о замужестве?
– Граф! – недовольно поморщилась я. – Прошу, давайте оставим этот вопрос на потом.
– Я понимаю. Но мне ваша матушка рассказала об Артуре Вилли. Он беспокоится о вашем здоровье и передает пожелания скорейшего возвращения в город, – хитро блеснули глаза мужчины.
Я только молча покачала головой. На фоне головных болей и суматохи со сборами совсем забыла о нем. А ведь хотела раз и навсегда объясниться с надоедливым кавалером.
Любопытно, откуда Артур узнал о том, что я уехала отдыхать к родственнице? Не распространяются ведь слухи с такой скоростью. Или же…
Я перевела взгляд на посетителя. Мог ли Микаэль всё выдумать, чтобы подвести меня к вопросу о свадьбе? А может это он и подослал ко мне барона?
Нет, невозможно. Ну или по крайней мере глупо. Вилли появился в моей жизни после открытия бального сезона, и Винтерс о нем до этого момента ни разу не упоминал. Подозреваю, будь барон его протеже, мне бы уже ясно дали об этом знать.
– Это очень мило с его стороны. Но, Микаэль, могу я попросить вас об одном одолжении? – Заметив на себе любопытный взгляд и уже ожидая какой-нибудь насмешки или колкости, я быстро продолжила. – Так или иначе, это должно входить в ваши обязанности при выборе нам кандидатов в мужья. Поэтому моя просьба не должна смущать вас, граф.
– Я внимательно слушаю.
– Я бы хотела попросить вас проверить Вилли. Мне не внушает доверия барон. Мой дар молчит, но интуиция подсказывает, что ничего хорошего от этого человека ждать не стоит. Да и смущает меня тот факт, что он в курсе моего отъезда, хотя прошел всего день.
– Постараюсь узнать всё, что можно, – серьёзно кивнул лорд. Я благодарно улыбнулась. Про Артура давно пора навести справки. Квэнтин, да и мои «птички» просили держаться от него как можно дальше. Поручить узнать подробности его личности графу – отличный ход. Ведь партнер моего покойного отца как никто заинтересован в успешности свадебного дела. Думаю, он постарается оградить нас с сестрами от типичных аферистов.
Граф не пробыл долго у меня. Его ждали дела. Пожелав мне всего наилучшего и уже попрощавшись, он вдруг остановился в дверях.
– Я пережил выгорание. И не раз. Вернулся к жизни, потеряв при этом большую часть себя. Магия стала для меня воспоминанием, а момент с выгоранием – персональной темницей, в которой оказывался каждый раз, как наступала ночь. Потребовались годы тренировок, чтобы взять разум под свой контроль. Я желаю вам только добра, Эмили. Не стоит видеть во мне корыстные намерения, – горько проронил мужчина. Его слова утонули в мягкой обивке стен, заставив меня вздрогнуть.
– Лорд Винтерс, – только и успела выдохнуть я.
– Лекарь велел оградить вас от отрицательных эмоций, леди Брон. Я старался как мог, – сказал он напоследок, прервав меня, и вышел. Закрытая дверь осталась стоять перед глазами.
– Так вот чем вызвано ваше приподнятое настроение, – саркастически заметила я в пустоту. Видимо, стоит поблагодарить лекаря за заботу о моем состоянии. Кто бы мог подумать, что его слова будут иметь такой эффект на графа.
Встав и пройдясь по комнате, остановилась у окна. Небольшое, оно находилось достаточно высоко, чтобы можно было через него полюбоваться на пейзаж за стеклом. Единственное, что отсюда я могла видеть – кроны деревьев, растущих совсем рядом, около здания госпиталя. А жаль. Мне порой стоило бы отвлечься на что-то помимо стен. Или кого-то.
Усмехнувшись собственным мыслям, отвернулась от окна. Нет, никого. И тем более Микаэля.
Мысли невольно вернулись к Артуру. Его интерес к моей персоне несколько напрягал. Нет, я верила в то, что могла ему понравиться. Но меж тем, глубоко в душе у меня зрели сомнения. Что-то в нем неимоверно отталкивало. Только дар молчал. Впрочем, никто не отменял специальные амулеты, которые способны скрывать мысли и чувства от таких как я. Наверное, самое печальное, что эмпатов опасаются и пытаются всячески скрыть эмоции. Обидно. Я ведь не виновата, что родилась с таким даром.
Ладно, сейчас мне никак нельзя расстраиваться. Наоборот, я просто обязана сделать все, чтобы не потерять магию. И тут невольно вспомнились слова Микаэля о его выгорании. Те, кто через него прошел, описывали это как страшный сон. Мучения, от которых можно сойти с ума. Но хуже то, что мириться с потерей может не каждый. Несколько раз в газетах я читала статьи о том, что бывшие маги предпочитали покончить с собой, и тем самым избавиться от бремени лишенца. Я не желала себе такой участи.
Следующие два дня прошли относительно спокойно. Я много читала, в том числе и о своем даре. Гуляла на свежем воздухе. Но вот общение с остальными старалась свести к минимуму. Мне советовали постепенно учиться проникать в чувства окружающих и настраиваться на их эмоции. Но ничего не выходило.
– Леди Брон, – раздался рядом со мной приятный мужской голос.
Я обернулась и увидела перед собой пожилого мужчину. Седые, коротко стриженые волосы, очень живые серые глаза. Морщинистое лицо, суховатое тело, облаченное в темный костюм.
– Мы знакомы? – поинтересовалась я, глядя на него.
– Меня зовут Жорж, – представился он, садясь на лавку рядом, но при этом сохраняя между нами расстояние. – Я эмпат, и лорд Винтерс попросил меня позаниматься с вами.
– Простите? – не сразу поняла я.
– Лорд обмолвился, что у вас есть проблемы с даром, – при этих словах я напряглась. Мне было ужасно неприятно слышать о том, что Микаэль кому-то рассказал о моих проблемах. – Ой, не переживайте. Нас с графом связывает магический контракт, так что никто не узнает, что тут происходит. Я сам когда-то проходил через такие же проблемы, поэтому ко мне и обратились.
– И чем вы можете мне помочь? – отказываться от протянутой руки было попросту глупо.
– Развить дар, или хотя бы сделать так, чтобы он не выгорел.
– Хорошо. Что я должна для этого сделать?
– Для начала нам нужно перейти в вашу комнату, – он встал и протянул мне руку. – Не переживайте, во время обучения рядом будет находиться кто-то из персонала, чтобы ваша репутация не пострадала.
Меня эта фраза скорее развеселила, нежели смутила. Но он прав, иногда слухи бывают намного хуже правды.
Мы вернулись ко мне в комнату, куда сразу зашла одна из прислужниц. Она села в углу, достала книгу и дала понять, что не будет мешать.
– Итак, для начала попытайтесь прочесть, о чем я думаю, – попросил он, когда мы сели друг напротив друга. Расстояние между нами было чуть больше метра.
Я сосредоточилась, посмотрела на говорившего и ничего не почувствовала. Мне показалось, что передо мной пусто. Ни одной эмоции. Сплошной холод. Это несколько выбивало из равновесия. Я же видела перед собой мужчину, но совершенно не чувствовала его. Обычно, даже если люди скрыты амулетами, то от них исходят вибрации. А тут… Ничего.
– Но как? – невольно вырвалось у меня.
– Это специальная техника, которой я учился долгое время, – улыбнулся Жорж. – Нужно отрешиться от всего. Чтобы разум не сковывался мыслями или чувствами. Тогда информационное поле будет вам доступно в любой момент. И ни один амулет не сможет скрыть чувства того, кого вы решите прочитать.
– Вы можете научить меня этому? – никогда не думала, что заинтересуюсь таким. Но сейчас была готова учиться.
– Конечно, для этого граф и направил меня к вам. Но должен предупредить, что не стоит ждать быстрых результатов. Чтобы научиться и полностью раскрыть свой дар, вы должны приложить много усилий. Сейчас наша главная задача сделать так, чтобы вы не выгорели и вернулись домой. А потом мы будем развивать технику дальше.
– Хорошо, – я едва не захлопала в ладоши от радости. И на мгновение мне захотелось расцеловать Микаэля. Но я быстро избавилась от странной мысли и вернулась к учебе.
Первым делом Жорж показал, как нужно правильно медитировать, а также несколько дыхательных упражнений. Я думала, он преувеличивает, когда говорит, что будет трудно. Но тут скорее – преуменьшает. Мы прозанимались до самого вечера, и я так и не смогла нормально освоить эту технику. Конечно, такое событие меня расстроило. Правда учитель сказал, что для одного дня очень даже неплохо. На прощание пообещал прийти завтра. Я же поужинала и отправилась спать. Эта дыхательная гимнастика оказалась настолько утомительной, что глаза закрылись моментально, стоило мне прилечь.
