Текст книги "Делу время, потехе час (СИ)"

Автор книги: Ольга Коробкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Мне Альени никогда не нравилась, но такой кары я бы ей не желала. Это жестоко.

– Ты не согласна с таким наказанием? заметила моё состояние льера Найтера.

– Мне кажется, для неё это слишком.

– Она чуть не убила двоих учеников, и ты считаешь, что это слишком? – на меня посмотрели, как на умалишённую, да ещё и с долей презрения.

– Да, – честно ответила я.

– Виктория, Вы слишком молоды, чтобы понять всю ситуацию целиком. Можете быть свободны.

Я встала и вышла из аудитории. С таким наказанием согласиться сложно, и возраст тут не имеет значения. Но спорить с учителями себе дороже, пусть решают сами. Надеюсь, что с Альени все будет хорошо.

Сейчас мне не давал покоя вопрос о том, кто же стоит за её спиной. Ну не верила я, что она сама все придумала. Тут должен присутствовать более взрослый и опытный человек.

Зайдя в комнату, я рассказала девочкам о допросе.

– М-да, сурово, – согласилась Эла. Ей там будет тяжело.

– Зато ответит за свои поступки, – недовольно высказалась Поли. А если бы ты вовремя не подоспела, то парни бы погибли. И её виновность никто бы не доказал.

– Но

– Поли в чем-то права, – согласилась я. Эла, следы черного приворота исчезают через пару часов после смерти носителя.

– А как Дантер? сменила тему Эла.

– Не знаю. Меня к нему не пускают.

– Главное, что с ним все будет хорошо.

– Да, сейчас это важнее всего.

Еще два дня прошли в ожидании выздоровления любимого. Про Альени я тоже ничего не слышала. Не то, чтобы меня сильно волновала её судьба, но все-таки я переживала. Тем более что мы из одной деревни, и по приезду туда меня будет ждать допрос. Её родителей мне искренне жаль – они не самые порядочные люди, но такого не заслуживают.

Наступили выходные. Девочки пошли гулять, а я осталась в комнате. На душе было грустно, хотелось плакать. Но я понимала, что это не поможет. Тогда решила помедитировать. Это все же лучше, чем бездействовать. Огонь откликнулся на мой призыв в одно мгновение, а вот вода все молчала, словно её и вовсе не было.

Через полчаса я все же решила попытать счастья и проведать Дантера. Меня сначала не хотели пускать, но я настояла. Они с Калелом лежали в одной палате напротив друг друга.

– Добрый вечер, – улыбнулась я обоим больным и села на кровать Дантера. Выглядел он как настоящий зомби: бледный, худой и с голодным взглядом. – Ты как?

– Не знаю. Я пока не понял. Голова болит, и тело ноет.

Бедняга. Он лежит просто мешком и не рискует делать лишних движений. Видимо, жжение в мышцах и ломота в костях просто невыносимы.

– А тебе обезболивающее дают?

– Да, но мне надоело тут лежать.

– Тебе это необходимо, – попыталась уговорить его я.

– Вика, я так больше не могу, – глухо произнес он, стараясь не смотреть на меня. Я виноват перед тобой. Это гложет меня каждый день.

– Дантер, не

– Нет, дай мне договорить, – перебил меня он. Вика, ты мне безумно нравишься, и я бы никогда не причинил тебе боль. Находясь под действием приворота, я все понимал, но ничего не мог сделать. Все словно в бреду. Гадко.

– Ты помнишь, как это произошло?

– Смутно. Я шел по аллее к общежитию и столкнулся с Альени. Она просто налетела на меня. Мне показалось, будто что-то кольнуло меня в руку, но не обратил на это должного внимания, хотя надо было. Через пару часов мне стало хуже. Я лег поспать, а утром проснулся совершенно другим, – он охватил свою голову руками. Я был словно зомби. Все чувствовал, понимал, но говорил совершенно другое.

– Дан, все хорошо, – я положила руку ему на плечо. Сейчас тебе не о чем переживать. Всё в прошлом.

– Ты сможешь меня простить? заглянул мне в глаза.

– Я и не обижалась на тебя.

– Наверное, мне тоже стоит сказать спасибо, – неожиданно заявил Калел.

– Не обязательно, – глядя ему в глаза, ответила я. Мне было не сложно. Ты как себя чувствуешь?

– Так же, как и Дантер.

– Вам нужно отдохнуть, – поднялась с кровати. Я еще зайду.

Парни слабо кивнули, и я вышла из комнаты. На душе стало значительно легче, ведь они поправлялись, и моё обращение за помощью к Мьяре было не напрасным. Тем более что оставшуюся после лечения воду я отдала обратно русалке – так будет меньше соблазна использовать запретное. Надеюсь, что ребят скоро выпишут, и все встанет на свои места.

* * *

– Девушки, в связи с недавно произошедшими событиями сегодня мы будем разбирать тему запретной магии, – начала лекцию льера Найтера, обводя нас недовольным взглядом. Возможно, она искала потенциальных ведьм. Запомните самое главное: применение любой запретной магии – это смертельный приговор. И неважно, сами вы это сделали, или вас попросили.

– А что стало с Альени? задала вопрос Сарая.

– Она исключена из школы за недостойное поведение.

– Какое?

– Это не вашего ума дело, – довольно резко ответила льера Найтера, и все студентки разом прижухли. – Вернемся к занятию. К запретной магии относится все, что влияет на человека и приносит вред. Не стоит недооценивать влияние магии на людей. В первую очередь вы лекари и обязаны приносить пользу.

Я слушала лекцию, но не вникала в её суть. После лекции льеры Найтеры у нас шли история и анатомия. А вот вечером меня ждал льер Смодиг. Настроение у него было явно не самым лучшим.

– Виктория, как Ваше самочувствие? почему-то поинтересовался он.

– Все хорошо, – настороженно ответила я.

– Что ж, тогда приступим к занятию. Знаете, я тут подумал о щите и том, что он у Вас не выходит. Сегодня мы исправим эту ситуацию.

Я даже не успела до конца сообразить, что он имеет в виду, как в мою сторону полетел огненный шар. От неожиданности я пригнулась, и он пролетел мимо.

– Адептка, ставьте щит, а не уклоняйтесь, – услышала я, а затем в мою сторону вновь полетел фаербол большего диаметра.

Попыталась представить стену, как меня и учили, но ничего не вышло. От страха выставила вперед руки и получила ожог. Больно.

– Не расслабляйся. Представь стену и действуй, – гневно отчеканил льер Смодиг.

В конечном итоге с пятой попытки щит у меня получился, но выстоять против такого напора он долго не смог. Под конец занятия у меня все руки были в маленьких ожогах и очень болели.

– Дай сюда, – подошел льер, взял мои руки в свои, и в следующую секунду раны стали затягиваться.

– Вы универсал! вырвалось у меня.

– Да. Но об этом мало кто знает, – уклончиво ответил преподаватель.

Ого, я первый раз видела универсала. Сколько тут силы и могущества!

– Что ж, на сегодня можно закончить занятие, – сказал он, когда раны полностью затянулись. То, что ты вообще смогла поставить щит – уже прогресс. На следующем занятии попробуем разбудить в тебе воду.

– Надеюсь, не посредством утопления меня в воде?

– Идея неплохая, но боюсь, что в данном случае не поможет, – вяло усмехнулся льер. – Можешь идти.

Я мысленно обругала себя за несдержанный язык и отправилась в комнату. День выдался тяжелый. Конечно, мне бы стоило радоваться, что я смогла поставить щит, но вот методы для его проявления мне категорически не понравились – слишком опасно и больно. Руки хоть и залечили, но они еще ныли.

Следующие несколько дней я была вся в учебе, да и не я одна – все студенты, бедные и несчастные, стонали и чуть ли не переламывались от навалившейся нагрузки, ведь скоро должны были начаться экзамены. Дантер уже выписался из лазарета и в данный момент наверстывал пропущенные занятия. Мы с ним виделись несколько раз в парке и с удовольствием болтали обо всем. Что стало с Альени, я не знала. После того допроса я о ней больше не слышала. Но её подруги не сильно горевали. Сарая стала главой компании стерв. Надеюсь, что в будущем они не будут нас трогать.

С момента поступления в школу прошло около полугода. Скоро мы сдадим экзамены и поедем на практику. Хорошо, что нам разрешают навестить родных. Я так соскучилась по бабуле. С какой бы радостью я прогулялась босиком лесу, насобирала ягод и поплавала в озере. Осталось немного, и я смогу исполнить свою мечту.

В этот день у Дантера были практические занятия, и я осталась одна. Мне захотелось пообщаться хоть с кем-нибудь родным, и я пошла к пруду. Опустив руку с браслетом в воду, позвала Мьяру.

– Привет, – откликнулась она, показываясь из воды. Как дела?

– Теперь все хорошо, – улыбнулась я. И все благодаря тебе.

– Ой, да ладно, – отмахнулась она, краснея. Но, надеюсь, ты помнишь про уговор.

– Да, – тут же посерьезнела я.

– Как там твой возлюбленный?

– Замечательно. Наверстывает упущенное.

– А с учебой у тебя как дела?

Я пустилась в рассказы.

Следующий час пролетел в одно мгновение – как же приятно пообщаться с близким человеком! Вдоволь наговорившись, попрощалась с Мьярой и отправилась обратно в общежитие. На улице уже заметно потемнело, и порой приходилось идти очень аккуратно, чтобы не наступить куда-нибудь. И почему администрация не может повесить фонари по всему периметру школы?

Сегодня был выходной, но, несмотря на это, народу в парке не наблюдалось. Я как раз дошла до конца аллеи, когда услышала позади себя шаги, но обернуться и посмотреть, кто там идет, не успела. Я только попыталась повернуть голову и тут же получила удар по затылку. В следующую секунду сознание меня покинуло.

Глава 11

Я открыла глаза и попыталась подняться. Не вышло. Вокруг темнота и холод. А ещё воздух тяжёлый, затхлый и очень влажный. Смею предположить, что в этом помещении очень долго никто не находился.

Страшно. Сердце зарядило бешеный галоп и едва не вырвалось из груди. Я непроизвольно поджала ноги.

Что происходит? Где я?

По спине побежал холодок.

Попыталась вспомнить последние события. Я шла по аллее, а потом внезапно накрыла темнота. Итак, ясно, что меня похитили. Но для чего?

Решила подняться и поняла, что мои руки и ноги связаны, а во рту кляп. Теперь-то я поняла, насколько это мучительно, когда рот раскрыт на всю ширину и заполнен тряпкой!

Что же происходит?

Когда глаза немного привыкли к темноте, смогла разглядеть очертания некоторых предметов. Слева от меня стояла кровать, справа стол и пара стульев.

Сама же я лежала на полу, и, судя по ощущениям, пол был каменный. По коже бегали мурашки, я успела прилично замерзнуть. Еще немного, и зубы начнут стучать. Нужно как-то подняться, иначе мне грозит воспаление легких.

С пятой попытки смогла сесть и опереться спиной о стену. Стянутые верёвками руки нещадно ныли. Уже знаю, что будут синяки.

Больно. Голова раскалывалась на тысячу осколков – давал о себе знать удар по темечку. Кажется, у меня сотрясение – в довесок накатывала тошнота. Истерика и паника медленно нарастали во мне. Нужно было как-то себя отвлечь, чтобы не сойти с ума. А то, чувствую, мне это грозит в кратчайшие сроки.

С силой сжала руки так, что проколола ногтями кожу. Помогло. Боль очистила разум, но прогнать тошноту не сумела. Но ничего, потерпеть можно.

Итак, что мы имеем? Я непонятно где, связанная по рукам и ногам. Вокруг жуткий холод и с каждой минутой становится еще хуже. Нужно как-то выбираться отсюда.

Для начала попыталась ослабить веревки на руках, но безрезультатно. Связывал профессионал. Я попыталась вытолкать языком кляп никак, очень уж надёжно впихнули. Черт!

Ноги скрутило от боли. Слишком сильно затянули веревки.

Нужно успокоиться. На данный момент это единственное, что я могу сделать качественно. Да и вообще могу.

Старалась дышать медленнее и ровнее. Нельзя поддаваться панике.

Раз нельзя освободиться, то стоит подумать о том, кто похититель. Если бы Альени не арестовали, то я бы предположила, что это она. Но её увезли. Насколько я помню, больше врагов у меня нет. Надеюсь, подруги заметят моё исчезновение и пойдут за помощью.

Время тянулось бесконечно. Ожидание сводило с ума. Организм был вымотан, и глаза стали закрываться. Но спать нельзя. Так можно замерзнуть и больше не проснуться. Но сил уже не было. Безумно хотелось свернуться калачиком и согреться. Глаза слипались, мозг отказывался работать.

Затрясла головой, пытаясь проснуться, и застонала от боли.

Во всей этой ситуации была только одна странность, если не считать всего остального – мой браслет с каждой минутой становился все горячее. Вот только почему он нагревался?

И тут надо мной послышались тяжелые шаги. Стало еще страшнее. Я понимала, что это мой похититель, но встречаться с ним не горела желанием. Шаги приближались. Тяжелые, громкие. И обладателей этих шагов было несколько.

Мать Природа, помоги мне.

Спустя бесконечные доли секунды раздался поворот ключа в замке, и вспыхнул свет. Глаза резанула боль. Когда она немного утихла, смогла разглядеть тех, кто пришел. Это оказались ведьмаки с первого курса.

– Смотри, она очнулась, – толкнула в бок блондин одного из подельников.

– Ага, – усмехнулся шатен, окидывая меня похабным взглядом.

Меня передернуло. Вновь липкой волной накатил ужас.

– А че это она синяя какая-то? задумчиво осмотрел меня рыжий парень.

– Замерзла, – высказал предположение шатен.

Затем подошел ко мне, схватил за руку и резко дернул на себя.

Больно.

Понял, что встать не смогу, поднял на руки, и, сделав пару шагов, кинул на кровать.

– Ослабь веревки на ногах, – приказал блондин. А то она ни на что не будет годна сегодня.

Шатен перевязал путы так быстро, что я даже сообразить не успела.

– Освободи ей рот, – приказал блондин, и в мою сторону пошел рыжий.

Он подошел и резко дернул кляп. Больно. Я наконец-то соединила челюсти, и они едва не захрустели.

– Что вам надо? сипло, произнесла я.

– Нам? О, всего лишь убить тебя, – усмехнулся блондин. Мы развлечемся, и заодно ты нам ответишь за позор.

– Но я ничего не сделала, – попыталась отвертеться, хотя понимала, что с таким малым количеством извилин, как у ведьмаков, это не получится. Это были учения, каждый может ошибиться…

– Все может быть, но уже поздно. Мы в любом случае неплохо проведем время.

– Меня будут искать, – попыталась припугнуть.

– Не найдут, – уверенно заявили мне. Поверь, после того, что мы с тобой сделаем, тебя никто не найдет. Это нам не впервой.

Вот теперь стало действительно страшно. Если это не первый случай, то они знают, что делают.

Мать Природа, помоги!

Мне нужно было как-то потянуть время. Возможно, девочки поймут, что я не задержалась, а по-настоящему пропала. Может, уже поняли? Кажется, я тут уже давно.

– Но почему вы это делаете?

– Хм, нам за это неплохо заплатили, – охотно поведали мне. – Знаешь, какой кайф – видеть страх в глазах жертвы? Это так возбуждает…

– Но для чего вы тогда поступили в школу?

– А как по-другому было до тебя добраться? И кто будет нас там искать? Все считают, что школа – вместилище добродетели.

– Это мерзко, – скривилась я и попыталась понять, кому же перешла дорогу. Причём так серьёзно перешла, раз меня хотят на тот свет отправить, предварительно опозорив!

– И что? – хмыкнул рыжий. – Зато весело.

– Хватит болтать, – вмешался шатен. Имен они принципиально не называли. Нам через пять часов на занятия, а я еще и поспать хочу.

– Ты прав, хватит разговоров. Кто первый?

– Я, – предвкушающе вспыхнули глаза рыжего.

– Нет, я, – перебил его шатен, и кулаки его сжались.

– Вообще-то, у меня с ней личные счеты, – влез блондин.

Пока они строили планы и препирались, я судорожно пыталась понять, что же делать. Стать очередной жертвой не очень-то хотелось. Но я одна, а их трое, и каждый из них сильнее меня раз эдак в пять.

– Я сказал, что буду первым, – заорал блондин и, резко и коротко размахнувшись, ударил рыжего в челюсть. Тот крякнул, пошатнулся и упал. Еще возражения есть?

Шатен примирительно поднял руки, не желая быть битым, и блондин двинулся ко мне. От страха единственное, что пришло мне в голову – это выставить щит. Парень не дошел до меня буквально пару шагов и уперся в препятствие. Щит был прозрачным, и увидеть его он не мог.

– Что за? возмутился он и ударил по преграде. Раздался хруст кости, и блондин с гневным шипением схватился за руку.

Перелом. Отлично. Я едва сдержала нервный смешок.

– Похоже, у нашей малышки есть секрет, – протянул шатен, оглядывая меня. Она магиня.

– И что теперь?

– Подождем. Не думаю, что она сможет долго его держать.

Умный, зараза, слишком умный для ведьмака. Я ведь действительно не смогу продержать его более пятнадцати минут.

Пока блондин носился со своим переломом, мне пришлось обдумать свое будущее. Со связанными руками не поколдуешь, а развязать их нет возможности. Хотя, одна идея у меня все же была, правда, вероятность осуществления очень мала. Но терять мне нечего, и так всё из рук вон плохо. Закрыла глаза и призвала огонь. Руки опалил жар. Вот только мне их связали за спиной, и спалить веревки, не видя их, очень сложно.

– Что она делает? закричал блондин.

– Пытается освободиться, – правильно истолковал мои попытки шатен.

Да, я действительно пыталась это сделать. Открыла глаза и увидела, что похитители пытаются взломать щит. Они были профессионалы, но не маги, так что времени у меня катастрофически мало. Я не видела, куда направляла огонь и только чувствовала, как он обжигает кожу. Больно, но нужно терпеть, иначе мне не выжить.

– Ударь по щиту, – приказал блондин, наблюдая за моими попытками освобождения. Надо её вымотать.

Шатен взял стул и кинул в меня, тот отскочил от щита и ударился в стену. Я зажмурилась и почувствовала, что щит стал слабеть.

Плохо. Да не просто плохо, а чудовищно, катастрофически плохо!

Ребята вновь стали осыпать щит какими-то предметами, пока я пыталась освободиться. Руки просто горели от ожогов, по лицу бежали слезы, но я закусила губу и жгла веревки. Лучше умереть от боли, чем от их рук.

Силы заканчивались, щит становился меньше, а они приближались все ближе.

– Еще немного, и она сдастся, – победоносно провозгласил блондин. Не жди пощады, крошка. Я тебя так уделаю за это, что ты сама будешь просить о смерти!

И в этот момент щит рухнул, но они этого не заметили, так как были заняты разработкой плана и угрозами о том, что со мной станет. Время играло против меня. Веревки никак не хотели гореть, а рук я уже практически не чувствовала. Силы заканчивались, хотелось, чтобы это все оказалось просто сном. Наконец я смогла освободить руки, но легче от этого не стало. Боль начала затуманивать разум.

Пока они отвернулись, я осторожно вытащила руки из-за спины и стала развязывать ноги, стараясь при этом не проронить ни звука. Смотреть на волдыри от ожогов было страшно, я понимала, что стоит мне отвлечься – и всё, конец. Когда ноги стали свободны, собрала крупицы силы и поставила очередной щит. Он был слабее предыдущего, но это моя единственная защита. На большее я уже не способна.

– Она освободилась! воскликнул рыжий, повернувшись ко мне. Надо же, очухался. Как будто не он несколько минут назад схлопотал по физиономии от товарища.

Я уже успела встать с кровати и прислониться спиной к стене, чтобы не упасть от боли.

– Это ей не поможет, – усмехнулся блондин и сделал пару шагов вперед. Посмотри на неё Еще пара минут, и силы закончатся. И тогда уж мы хорошо повеселимся.

Эти слова стали последней каплей. Я понимала, что выхода нет, и помощь не поспеет. И еще помнила слова льера Смодига про последние силы мага. Что ж, одна я на тот свет не уйду, заодно и виновников моей смерти с собой прихвачу. Мне, конечно, умирать совершенно не хотелось, но и стать жертвой этих тварей я не желала. Они в любом случае от меня избавятся, но перед этим заставят помучиться. Уж лучше быстрая смерть, чем такая. Еще бы понять, кто именно заказал мое убийство, и разобраться с ним, но, видимо, это мне не дано.

Смирившись с судьбой, призвала последние остатки сил, и по щиту пошли всполохи огня. Красиво. Жаль, что я вижу это в последний раз. Перед вечной тьмой.

– Черт, она что-то нехорошее задумала, – дошло до шатена. Ведьмаки опасливо попятились.

Мой щит с каждой секундой все больше покрывался огнем и в скором времени грозился перерасти в огромный шар.

– Нужно валить отсюда! Скорее! – прокричал блондин, продвигаясь к выходу. Собратья его бочком последовали за ним.

Пока они попутно решали, что делать, я наблюдала за щитом и втайне гордилась своим поступком. Да, возможно, это было глупо, но лучше умереть так, чем достаться им на растерзание. Полностью смирившись со смертью, я не сразу заметила новых действующих лиц, которых в подвале заметно прибавилось.

– Виктория, все хорошо, – услышала я обеспокоенный голос льера Смодига. Опусти щит.

Я подняла заплаканные глаза и увидела своего учителя. Тут так же находились ведьмак и еще пара незнакомых мне людей – они уже скрутили ребят и теперь наблюдали за мной. В их глазах отражалась тревога. Сам процесс обезвреживания ведьмаков я пропустила и прослушала, так как в тот момент смотрела в пол и пыталась сосредоточиться.

– Вика, тебе нужно опустить щит, – повторили мне.

– Не могу, – честно призналась я, до конца не веря в свое спасение. Он меня уже не слушается.

–, – сочно выразился льер. Уходите отсюда. Я попробую ей помочь.

Пока остальные выводили заключенных ведьмаков, льер подходил ближе. Пелена перед глазами становилась всё темнее, силуэт учителя всё сильнее смазывался.

– Вика, тебе нужно сконцентрироваться, – начал говорить он, пристально смотря на меня. Я понимаю, что ты устала, но нужно попытаться. Хорошо?

Пришлось кивнуть, так как сил на разговоры не было. Щит забирал последние силы, я чувствовала, как он высасывает из меня энергию. Пошевелить конечностями не могла – они стали будто ватными и лишёнными костей.

– Представь перед собой воронку, – продолжил успокаивать меня льер. Его голос раздавался словно бы сквозь вату. И попытайся направить энергию туда. Ты должна как бы слить её в бездну.

Я поняла, что он от меня хотел, но сделать это было сложно. Воронку представить легко, но направить энергию не получалось – сил не хватало. По лицу струился пот, ноги дрожали, но я продолжала стараться. Нужно было сделать все возможное, чтобы никто не пострадал. Мне-то уже ничего не грозит.

Не знаю, сколько прошло времени, но мне все же удалось взять под контроль энергию и направить ее в нужное русло. Она стала утекать в никуда, и всполохи огня постепенно угасали. Чем меньше они становились, тем хуже было мне. Как только энергия из шара полностью растворилась, силы окончательно покинули меня.

– Молодец, – услышала я перед тем, как меня окутала тьма.

* * *

– Как она? сквозь сон услышала озабоченный голос льера Смодига. Он больно ударил по барабанным перепонкам.

– Прогноз хороший, – ответил незнакомый голос. Она чуть не выжгла полностью свой дар, но надежда на его восстановление есть. Правда, в ближайшее время ей совершенно нельзя напрягаться.

– Когда она очнется? Уже три дня прошло.

– Тут все зависит лишь от неё. Девушка пережила сильное потрясение.

– Что ж, надеюсь, все будет хорошо.

Голоса затихли, а я осталась одна. Интересно, что они имели в виду, говоря про мой дар? Неужели, я его потеряла?

Нужно попытаться встать.

Открыла глаза, осмотрелась.

Лазарет.

Отдельная комната. Даже так. Видимо, состояние моё слишком уж плачевно, раз от всех отгородить.

Попыталась спустить ноги с кровати. Не получилось – они оказались совершенно безжизненными. Тело отказывалось слушаться, оно вообще никак не реагировало на все мои попытки. Что происходит? Почему я не могу встать?

На меня начала накатывать паника. Я боялась, что меня парализовало. Навсегда, окончательно и бесповоротно.

Попыталась позвать на помощь, но голоса тоже не было. Этого ещё не хватало для полного счастья!

– Ты очнулась? ворвался в мое сознание женский голос. Я поморщилась. Хоть лицо осталось мне подвластно. Сейчас я позову лекаря.

Паника слегка улеглась – мне хотя бы объяснят, что со мной. Спустя пару минут в поле моего зрения появился поджарый и стремительный мужчина, одетый в форму лекаря.

– Добрый день, Виктория, – именно этот голос я слышала, когда очнулась. Мужчина заботливо нагнулся ко мне. Я Ваш лекарь. Меня зовут Пафир. Вам дали сильный успокоительный отвар, и именно поэтому двигаться и говорить Вы не можете. Сейчас самое лучше для Вас – это сон, так что постарайтесь уснуть.

Легко ему сказать, а мне спать не хочется. Но хотя бы можно не волноваться, что меня парализовало.

– Дайте ей снотворное, – приказал он медсестре и ушел.

Через пару минут мне в рот влили горький настой, и я уснула без сновидений.

В следующий раз я пришла в себя только через сутки, но самочувствие значительно улучшилось. Голова уже не болела, и тело слушалось. Осторожно приподнялась и села на кровати. Перед глазами немного поплыло от смены положения, но спустя минуту все пришло в норму.

– Доброе утро, – заулыбался Пафир, который в этот момент возился в углу с какими-то скляночками на тонконогом столике. Как самочувствие?

– Хорошо, – попыталась улыбнуться я.

– Видимо, не так уж и хорошо, – озабоченно произнес он и начал осмотр. Так, состояние оставляет желать лучшего, но если хочешь, могу тебя выписать.

– Хочу.

– Только при условии, что в ближайшие две недели никаких нагрузок и тренировок, – брови Пафира строго нахмурились. – У тебя практически выгорел дар, и если ты попытаешься колдовать, то и вовсе его лишишься. Поняла?

Я кивнула. Куда уж понятнее. Новости были не слишком обнадеживающие.

– И еще. В ближайшее время тебя могут вызвать на допрос, и я предупрежу ищеек, чтобы сильно тебя не тревожили. Мы тебе успокоительный отвар дадим. Но если станут сниться кошмары приходи, и мы разберем проблему.

– Спасибо, – сказала я, пытаясь унять дрожь. Зря он мне про допрос сказал. Вспоминать то, что произошло, совершенно не хотелось. И видеть этих преступников тоже, однако мнения моего никто не спросит – расследовать-то дело надо.

Лекарь ушел отдавать распоряжения, а я стала вяло собираться. Моя школьная форма лежала на стуле рядом с кроватью, чистая и выглаженная. И на этом спасибо кому-то из обслуживающего персонала.

Медленно одевшись, вышла из комнаты. Волосы пришлось оставить распущенными, так как сил собрать их в косу совершенно не было – руки на весу совсем не хотели держаться. Я уже собиралась переступить порог лазарета, когда меня окликнули:

– Вика!

Обернулась. Рядом со входом стояли Дантер с парнями и подруги. Он тут же подбежал ко мне и бережно обнял. На его лице расплывалась улыбка.

– Ты как?

– Уже лучше. Меня отпустили домой.

– Вика, а может, стоит еще полежать? забеспокоилась Поли. Ты бледная.

– Нет, лекарь сказал, что можно уходить. Только не стоит напрягаться.

Ребята нахмурились, но не стали противиться, поняв, что возражения мне на пользу не пойдут, и мы дружной компанией поковыляли к нам в комнату. Быстро идти я не могла и брать себя на руки тоже не разрешала. Когда мы пришли в наше общежитие, то меня тут же бережно усадили на кровать и окружили со всех сторон. Дантер сел рядом, взял мою руку в свою и стал поглаживать. Было видно, что его что-то гложет.

– Что с тобой? тихо спросила я.

– Ничего, – попытался отвертеться он.

– Дантер!

– Я просто виню себя за то, что с тобой произошло.

– Но ты не виноват! – моему изумлению не было предела.

– Мне нужно было проводить тебя, – заскрежетал зубами Дантер.

– Дантер, мы в тот день даже не виделись.

– Вик, а что там вообще произошло? осторожно спросил Видер, видимо, пытаясь отвлечь Дантера от моральных терзаний.

Я вздрогнула от этого вопроса, но рассказала все, что помнила.

– Вот, – выразились ребята, а Дантер до боли сжал кулаки.

– Главное, что сейчас все хорошо.

– Нет, – тут же возмутился мой возлюбленный. Они должны ответить за свои преступления. Я их в порошок сотру!

– Дантер, ими займутся компетентные люди, – попыталась утихомирить его я. Кстати, они обмолвились, что это не первый случай. Вы что-нибудь слышали?

Ребята отрицательно покачали головами.

– И как они сюда прошли? задала вопрос Эла. Мне и самой это было интересно.

– Ну, в школе нет каких-то ограничений на прием абитуриентов, – начал пояснять Слай. Их никто не проверяет.

– Получается, что сюда может поступить любой преступник? возмутилась я. Это ж выходит, что вообще безопасных мест не остаётся!

– Нет. Тех, кого разыскивают, конечно, сюда не пустят. Но этих-то парней никто не разыскивал, – вполне логично объяснил Видер.

– М-да, интересные у нас дела творятся. А вдруг тут половина таких преступников учится?

– Сомневаюсь. Мне кажется, сейчас начнутся тотальные проверки всех учащихся.

– Очень надеюсь, что больше такого не повторится.

Остальные дружно закивали. Ситуация была крайне непонятной и неприятной. Я никогда не думала, что в школу принимают всех подряд и даже не проверяют.

– Вик, ты выглядишь уставшей, нужно отдохнуть, – посоветовала Поли.

– Все нормально.

– Нет, она права, тебе надо отдохнуть, – настоял Дантер. Поспи, завтра пойдем немного погуляем.

Я улыбнулась. Он поцеловал меня и ушел вместе с ребятами. Что ж, мне действительно не повредит дополнительный отдых.

* * *

Следующие пару дней я провела в комнате, наверстывая упущенные знания. Девочки оставили свои конспекты, и я старательно их переписывала. Скоро должны начаться экзамены, и любая информация будет нелишней. А на третий день меня вызвали в кабинет льеры Найтеры на допрос. Все та же комната и те же люди.

– Вика, я понимаю, что тебе тяжело вспоминать произошедшее, но нам нужна информация, – заговорила она, стоило мне сесть на стул.

Я понятливо кивнула и рассказала все, что помнила.

– Значит, истинных причин похищения ты не знаешь? задумчиво протянул льер Смодиг.

– Нет. А они есть?

– Есть. Недавно королю начали поступать жалобы, что в селах пропадают молодые девушки примерно твоего возраста и внешности. Когда жалоб было три, король не обратил внимания. Мало ли, почему девица сбежала – может, тайно замуж выйти решила. Но когда число девушек перевалило за пятнадцать, пришлось задуматься, – поведали мне. Все бросились на поиски, но эти преступники оказались сметливыми и спрятались тут. Никто не ожидал, что они пойдут учиться. Хорошо, что нам удалось их поймать.

– Получается, что в нашу школу могут поступить даже отъявленные преступники?

– Нет. С этого дня мы приняли меры предосторожности, каждый поступающий будет подвергаться тщательной проверке. И те, кто уже учатся, тоже её пройдут.

– А что станет с теми, кто меня похитил? с замиранием сердца спросила я.

– Казнят, – бесстрастно ответил льер Смодиг.

– Я могу идти?

– Можешь.

Уже на подходе к двери меня вновь окликнули.

– Виктория, в связи со сложившейся ситуацией, школа решила пойти на уступки, – начала говорить льера Найтера. Ты можешь не сдавать экзамены. Их тебе поставят автоматом.

– Благодарю, но я все же хотела бы их сдать, – отозвалась я.

Я понимала, что это делалось лишь по одной причине – школа пыталась загладить вину за то, что допустила такое. Но мне поблажки не нужны. Мне и так несладко, а тут ещё это обидное снисхождение.