![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skripichnyy-klyuch-k-schastyu-376194.jpg)
Текст книги "Скрипичный ключ к счастью"
Автор книги: Ольга Керлин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Ольга Керлин
Скрипичный ключ к счастью
Глава 1
Сентябрь в этом году выдался на редкость теплым и солнечным. Бабье лето было в самом разгаре. Петербуржцы облюбовали городские парки, скверы и фонтаны, радуясь последним солнечным денькам, запасаясь энергией перед затяжной серостью вперемешку с сыростью, плавно перетекающей в бесконечную зиму.
Я бесцельно бродила по городу, погруженная в свои мысли, изредка всматриваясь в толпу и выискивая знакомое лицо среди прохожих. Разумом я понимала, что никогда его больше не увижу, но сердце все еще отказывалось в это верить. Лариса, моя подруга, твердила как мантру: «Еще немного и станет легче». Но легче все никак не наступало. А я ловила себя на мысли, что начинаю отстраняться от всех, замыкаясь в себе.
Зазвонивший телефон вырвал меня из прострации. А вот, собственно, и Лариса – легка на помине.
– Алло… – бесцветным голосом ответила я.
– Ты где ходишь? Мы тебя потеряли? Ты далеко от дома? Хочешь, Мирося тебя заберет? – подруга своей болтовней даже не дала мне шанса вставить хоть слово.
– Лар, со мной все хорошо. Не беспокойся. Я скоро приеду, ну, или не очень скоро, – вздохнула я. – Как получится.
– Настя, ты меня пугаешь. Если что, мы у тебя, Несси покормили, ждем. Возвращайся скорее. Хорошо?
– Хорошо, – ответила я все тем же бесцветным голосом и добавила: – Все помню – быть осторожнее и без глупостей. Ты ведешь себя, как моя вторая мамочка. Переставай, ладно? Ужасно раздражает.
– Ладно, – горько вздохнула подруга и отключилась.
Я свернула в тихий переулок и прислонилась к стене. Лариска очень переживает, хоть ей и нельзя. Она недавно родила, ушла от мужа и снова вышла замуж. Причем последний факт упорно от меня скрывала, боясь ранить мою расшатавшуюся психику, но не понимаю только, зачем. О том, что они с Мирославом вместе, я уже знала давно. Мне стало стыдно – она столько для меня делает. Но его не заменит, как и не сможет заделать дыру в груди размером с пушечное ядро. Я вздохнула и поплелась в сторону метро. Устроившись в дальнем углу вагона, закрыла глаза в надежде хоть тут поспать без кошмаров. Но как бы не так: стоило мне на секунду отключиться, как события недавнего прошлого снова настигли меня. Это было похоже на бесконечную беготню.
Разбитый мотоцикл, разлетевшиеся осколки по всей дороге, следственная группа и безнадежный взгляд Мирослава. Грудь снова сдавило тисками. С момента похорон прошло уже несколько месяцев, но боль становится только сильнее. Я снова и снова просматривала запись с камер, которую выпросила у Мирослава. На ней видно, как на скорости в мотоцикл врезается внедорожник, тот идет юзом, затем еще один удар, гораздо сильнее, мотоциклист подлетает, перекувыркивается через ограду и исчезает в Неве. Сам мотоцикл влетает в столб, а внедорожник срывается с места и стремительно исчезает. Ни номеров, ни водителя на камере не видно. Потом выяснилось, что машину взяли в аренду на подставного человека. Ни концов, ни связей, ни виновного так и не нашли.
Спустя несколько недель далеко от места аварии нашли тело, почти неузнаваемое от длительного пребывания в воде. Родители опознали его, но хоронили в закрытом гробу. Вот поэтому до сих пор ищу его в толпе. Я не видела его в последний раз – за эту соломинку и цепляюсь, прекрасно понимая, что она сводит меня с ума.
Ноги сами привели меня к его дому. Я нащупала в кармане ключ и неуверенно пошла в сторону парадной. Поднявшись на этаж, долго размышляла, заходить или нет, а потом открыла дверь и оказалась в месте, где все было до боли знакомо.
Прихожая встретила тишиной и темнотой, я щелкнула выключателем. Вот тут обычно он стоял, когда встречал меня, прислонившись плечом к стене. Я осторожно провела рукой, надеясь почувствовать его тепло, но стена была ледяная.
Видно было, что в квартире никто давно не появлялся, – кругом лежала пыль. А его вещи были оставлены так, будто он вышел и скоро вернется. На диване брошен плед, на кухне, на спинке стула висит толстовка, а в спальне на кровати брошено полотенце. В голове нарисовалась картина: вот он утром вышел из душа, капельки воды сбегают с мокрых волос по плечам. Он наскоро вытирается, быстро собирается, берет с тумбочки маленькую коробочку и уходит, чтобы больше никогда сюда не вернуться.
Я сжала рукой кольцо, висящее на цепочке вместе с кулоном, – до меня он так и не доехал. Слезы душили, рыдания прорывались наружу, я свернулась калачиком на его кровати.
– Даня, черт возьми, как же мне тебя не хватает. Я не могу без тебя, – шепчу я сквозь слезы и закрываю глаза, чтобы хоть на секунду увидеть его лицо.
Не знаю, сколько прошло времени, но в себя я пришла только после того, как снова услышала звонок телефона. Мирослав?
– Алло… – голос звучит хрипло, и я пытаюсь прокашляться, чтобы скрыть следы слез и сна.
– Живо спускайся вниз, я жду тебя в машине. Не придешь сама – поднимусь и приведу силой, – по голосу слышно, что он не сердит, а скорее расстроен.
Я нехотя собираюсь и спускаюсь вниз. Он стоит у машины – кожаная куртка расстегнута, в волосах гуляет ветер, а на лице залегли морщинки от усталости.
– Ты что, следил за мной? – вяло возмущаюсь я.
– И да, и нет, просто я соединил наши телефоны, чтобы видеть, где ты, – он отвернулся от меня.
– Замечательно. Значит теперь ты следишь за мной, – я кивнула. – Это вторжение в мое личное пространство, между прочим.
– Настя, вот о чем ты думаешь? Что творишь? – взрывается он. – Лариска о тебе переживает днем и ночью, а ей и так не сладко. Она, между прочим, родила недавно, Тимошка по ночам спать не дает, ей кормить надо, а она вся на нервах по твоей милости, потому что ты пропадаешь целыми днями черте где, на звонки не отвечаешь, в себе замкнулась, даже кота забросила. Все понимаю – тебе больно, но этим ты его не вернешь, надо жить дальше. Я тебе зачем с отпуском помог? Чтобы ты себя угробила или чтобы в себя смогла прийти? Ты должна найти в себе силы и идти вперед.
– Я ничего никому не должна и не хочу быть сильной, не хочу, – слезы вновь подступили близко, и я отвернулась, тряхнув головой.
– Иди сюда, – он обнял меня и стал гладить по голове. – Поплачь, выпусти все это. Но, прошу, не надо мучить Ларису. Я готов взять весь удар на себя, только будь с ней обычной. Не лишай ее счастья, она себя так винит за то, что у нее все хорошо, а у тебя горе.
– Скажи, – я подняла на Мирослава глаза, – а есть новости по поводу расследования?
– Нет, если бы что-то прояснилось, я бы обязательно тебе сказал, – он посмотрел на меня подобревшими глазами. – Я тоже хочу, чтобы виновного поймали.
– Мира… – начала я, но мужчина меня тут же оборвал.
– Настя, не начинай, я тебе уже сто раз говорил, что Олег к этому делу не имеет никакого отношения. У него железобетонное алиби, его вообще в городе не было. И с тем, на кого была оформлена машина он не связан никак. Забудь эту бредовую идею.
– А как же угроза? – возмутилась я.
– А сколько раз ты грозилась меня убить? – он попытался пошутить, а я только упрямо тряхнула головой. – Давай отвезу тебя домой. – Я неохотно кивнула и села в машину.
На пороге моей квартиры нас встретила Лариса, заплаканная, в спортивном костюме, спутанные волосы перехвачены резинкой. Я вдруг заметила, насколько она похудела и осунулась, а под глазами залегли темные круги. Она с бывшим мужем лучше выглядела. Я подошла и обняла ее.
– Ларчик, прости меня. Со мной все хорошо будет. Поезжай домой и отдохни по возможности. Я справлюсь. Обещаю не делать глупостей. Я сейчас сама очень хочу лечь и проспать как можно дольше.
– Ты уверена? – она с подозрением посмотрела на меня. – Что с тобой такого сделал Мира?
– Взбодрил немного, – я с благодарностью посмотрела на мужчину, стоящего за спиной Ларисы.
– Я пойду пока вещи соберу, – он замялся и ушел вглубь квартиры.
– Ты какая-то подозрительно спокойная, не могу поверить, что с тобой точно все хорошо, – Лариса недоверчиво прищурилась.
– Все в норме, – уверенно кивнула я. – И завтра ко мне не надо приходить. И послезавтра тоже, побудь лучше с семьей. Очень тебя прошу, – я серьезно посмотрела на подругу.
– Ты уверена? – в голосе Ларисы звучало беспокойство.
– Абсолютно. Я позвоню, если что-то нужно будет. Не переживай, – я даже нашла в себе силы ей подмигнуть и улыбнуться.
Наконец, выпроводив подругу с Мирославом и ребенком, я уселась на диван и прижалась к обиженному коту.
– Ну что, друг мой мордатый, скучал по мне? – я погладила кота по большой голове, а в ответ он недовольно мурлыкнул. – Не обижайся, у меня было тяжелое время. Пойдем лучше я тебе вкусного дам в качестве примирения. – Несси поднял голову и соскочил с дивана, направившись к миске. – Да, – хмыкнула я, – путь к сердцу мужчины, даже если он кот, все равно лежит через желудок.
Приняв душ и завернувшись в халат, я свернулась калачиком на кровати. Несси, сытый и довольный, пришел ко мне. Кот долго топтался по одеялу рядом со мной, пока не улегся вокруг моей головы в виде шапки и тихонько замурчал.
– Уйди, жарко, – я попыталась сквозь сон спихнуть кота, но не так просто спихнуть десятикилограммовую тушку. В эту ночь я первый раз спала без кошмаров, а наутро почувствовала себя отдохнувшей.
За чашкой утреннего кофе я размышляла над тем, как быть дальше, возвращаться ли в офис. Там тоже хватало малоприятных воспоминаний, да и новый начальник, как говорят, тот еще фрукт. Опять придется зарабатывать себе репутацию, да и дел там накопилось не мало.
Ход моих мыслей прервал звонок в дверь. Кто там еще? Если Лариса, даже на порог не пущу. Я пошла открывать, ворча про себя. Не посмотрев в глазок, я резко распахнула дверь и обомлела.
– Ты? – выдохнула я и отступила вглубь квартиры – на пороге стоял Олег. – Что тебе нужно?
– Можно я войду? – спокойно спросил он. – Мне нужно с тобой поговорить.
– Думаешь, нам есть о чем разговаривать? – я скрестила руки на груди. – Думаешь, мне хочется с тобой разговаривать?
– Давай я войду, а там посмотрим, – и, не дожидаясь моего разрешения, он прошел в квартиру и закрыл дверь. – Не хочу, чтобы соседи судачили.
– С каких пор тебя волнуют мои соседи и вообще кто-то, кроме тебя? – я с вызовом вздернула подбородок.
– Настя, я знаю, что ты винишь меня в том, что случилось с Даней, – он пропустил мой вопрос мимо. – Но клянусь, я тут ни при чем.
– Да, я знаю. Следователь говорил, что у тебя железное алиби, – я покачала головой, не глядя на него.
– Не в этом дело. Я виноват в том, что так неосторожно разбрасывался угрозами, признаю. Но я бы ни за что, – он взял меня за плечи и посмотрел мне в глаза, – ни за что не разбил бы тебе сердце. Ты слишком много для меня значишь.
– Олег… – начала я, но он меня прервал.
– Настя, я не собираюсь занимать его место, а лишь хочу, чтобы ты поняла – моей вины в случившемся нет. Позволь просто быть рядом и помочь тебе пережить все это.
– Спасибо, но я справлюсь сама, – я смахнула его руки со своих плеч. – Не нужна мне ничья помощь, много вас таких. Все лезут и лезут.
– Не обижайся, но пока у тебя плохо получается, – он покачал головой.
– А ты-то откуда знаешь? Тоже следишь за мной? – возмутилась я. – Почему все всё знают лучше меня?
– Потому что переживают за тебя. Вот, держи. Это тебе, – он протянул мне небольшой конверт.
– Что это? Деньги у меня есть. И вообще, от тебя мне ничего не надо, – я попыталась вернуть конверт ему обратно.
– Ты открой сначала, а потом возмущайся, – Олег привалился к стене и засунул руки в карманы брюк. Я с сомнением открыла конверт и опешила.
– Что еще за шутки? – в конверте лежал мой загранпаспорт и билет до Барселоны и обратно. – Это что? – я наконец обрела дар речи.
– Твой билет в новую жизнь. Отдохнешь, развеешься, переосмыслишь произошедшее, начнешь все сначала.
– Нет, спасибо, мне это не надо, – я запаковала конверт и протянула его обратно Олегу.
– Надо, – настаивал он. – Поверь, так будет лучше. Вылет завтра. Если хочешь, могу отвезти в аэропорт.
– Тебе все это зачем? – я прищурилась, глядя на него.
– Я же говорю, переживаю за тебя и хочу тебе помочь, – он улыбнулся так искренне и по-доброму, переезжая катком все мои сомнения на его счет.
– А думаешь, поездка в одиночестве в страну, где я ничего не знаю, мне поможет? Что-то мне смутно в это верится. Подожди, а откуда у тебя мой паспорт? – возмутилась я, а Олег отвел глаза на потолок.
– Мне помогли люди, которые за тебя переживают. Собственно, они и подкинули мне эту идею, – уклончиво ответил Олег, но я поняла, о ком он говорит.
– Убить мало этих двоих, вот уж не ожидала такой подставы, – выдохнула я. – Сговорились, значит.
– Нет, мы просто объединились, чтобы помочь тебе вернуться к жизни, – с теплой улыбкой ответил Олег.
Я хотела ответить ему что-нибудь едкое, но меня прервал звонок телефона.
– Анастасия Дмитриевна? – услышала я мужской голос.
– Да, это я, слушаю вас, – я напряглась.
– Добрый день! Меня зовут Павел Романович, я нотариус, не могли бы вы подъехать ко мне в офис, у меня к вам важное дело.
– Добрый день, – отозвалась я ошарашено. – Дело? Могу, конечно, только не понимаю, что случилось?
– Приезжайте, и я вам все расскажу. Это не телефонный разговор, – он назвал адрес и отключился, а я еще долго смотрела на погасший экран.
– Что-то случилось? – вывел меня из ступора Олег.
– Даже не знаю, ерунда какая-то, – я пожала плечами. – Звонил нотариус, сказал про какое-то важное дело. Ничего не понимаю.
– Так надо съездить и узнать. Я могу подвезти. Моя машина во дворе и полностью в твоем распоряжении.
– Какое благородство. Располагайся пока, рыцарь в сияющих доспехах, а я сейчас соберусь и поедем.
Пока я носилась по квартире, Олег успел познакомиться с моим котом. Несси, правда, не горел особым желанием общаться с непонятным двуногим, даже пару раз царапнул его за руку.
– А кот у тебя с характером, – усмехнулся Олег, когда мы спустя полчаса сидели в его машине. – Ему мужской руки не хватает.
– Вот он ее у тебя и пытался отгрызть, – констатировала я с улыбкой.
– Все еще злишься на меня? – вздохнул Олег.
– Не то чтобы злюсь, но не доверяю – точно, – я пожала плечами.
– Видимо мне опять придется приложить все силы, чтобы заслужить твое доверие. Ладно, мне не привыкать, – он грустно улыбнулся, а я лишь неопределенно пожала плечами.
Ну уж нет, пока я не выясню, причастен ли он к смерти Дани или нет, никаких близких отношений и никаких откровений. Любое мое проявление слабости к нему может повлечь за собой весьма плачевные последствия.
– Мы приехали, – торжественно сообщил Олег, когда припарковал машину. – Тебе вон туда, – и он кивнул на небольшое двухэтажное здание довольно старой постройки.
Я вынырнула из своих мыслей и огляделась. Судя по тому адресу, что мне назвал нотариус, мы действительно приехали – Олег не ошибся.
– Ловко ты, – удивилась я. – Не заметила, чтобы ты пользовался навигатором.
– Ты же так и не дала мне возможность рассказать о себе. Чего теперь удивляешься, – печально ухмыльнулся он. – С тобой сходить?
– Не думаю. Нотариус четко дал понять, что это касается лишь меня. Жди лучше здесь, – Олег кивнул в ответ, а я вышла из машины и направилась в сторону здания.
К тяжелым массивным входным дверям вела уже изрядно пожившая каменная лестница с не менее ветхими перилами. Однако внутри меня ждал сюрприз. На полу мраморная плитка, на стенах лепнина и позолота. Лестница на второй этаж была украшена ковром и узорчатыми перилами. Все чисто, светло и роскошно.
Я поднялась на второй этаж, прямо на входе там располагалась стойка ресепшена. Милая девушка позвонила по телефону и сообщила о моем приходе. Спустя пару минут к нам вышел невысокого роста мужчина, весь седой, похожий на одуванчик. Его маленькие глазки были скрыты очками, а под длинным носом красовались пышные усы.
– Анастасия Дмитриевна, рад вас видеть, – он широко улыбнулся. – Пройдемте со мной в кабинет. Милочка, сделайте нам два кофе, будьте столь любезны. – Милочка снисходительно кивнула.
Павел Романович проводил меня к себе в кабинет, усадил в мягкое кресло, нам принесли кофе, и только после этого он заговорил.
– Анастасия Дмитриевна, не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к делу. Мы все люди деловые, ценим время, – он усмехнулся.
– Да, конечно, – кивнула я и поерзала в кресле – мне стало не по себе. Может, зря я отказалась от сопровождения Олега?
– Дело касается завещания Даниила Анатольевича. Он оставил в отношении вас весьма четкие указания, – мужчина откашлялся.
– Завещание? В отношении меня? Но мы же не родственники. Это какая-то ошибка.
– Анастасия Дмитриевна, я работал с Даниилом Анатольевичем очень долго и могу заверить вас, что никакой ошибки тут нет. В завещании сказано, что, если с ним что-то случается, его салон переходит вам.
– Что? – я едва не упала с кресла. – Что вы сказали? – я была настолько удивлена, что потеряла дар речи.
– Салон теперь ваш. Он выражал огромную надежду, что вы сможете распорядиться им с умом, не закроете и не продадите.
– Ничего не понимаю. Но ведь есть же его родители. Они в курсе? И вообще, когда он его составил? – я запнулась и потупилась. Павел Романович назвал мне дату составления. В груди ёкнуло. Это было буквально за пару часов до его гибели. Ох, Даня, во что же ты вляпался, раз так скоропалительно составил завещание?
Теперь у меня не осталось сомнений в том, что эта авария была не случайна. Могу поклясться – это как-то связано с его салоном. Но что такого в обычной парикмахерской? Теперь уж точно понятно, что Олег не имеет к произошедшему никакого отношения. На душе одновременно стало и легче, и тяжелее. Надо будет рассказать Мирославу, может, он сможет направить следствие в нужное русло.
– Анастасия Дмитриевна, вы будите подписывать бумаги? – голос нотариуса вывел меня из раздумий.
– А как же полгода, они ведь еще не прошли? – я сомневалась.
– У меня четкие указания, которым я следую неукоснительно, – уклончиво ответил мужчина.
– Скажите, а могу я подписать документы не сейчас, а скажем, недели через две?
– Можете, конечно, но в чем причина? Это все ваше, и никто другой претендовать не может, – удивился Павел Романович.
– Мне надо подумать. Вдруг не стоит с этим связываться. Скажем, я сейчас не готова. Я даже не знаю, что со всем этим делать, – я вздохнула.
– Хорошо, – после минутного раздумья ответил нотариус. – Но только две недели. Не хочу нарушать данное мной обещание. Даниил Анатольевич не одобрит, то есть не одобрил бы такое отношение к делам.
Я попрощалась с Павлом Романовичем и вышла из кабинета.
Оказавшись на улице, я села на ступеньки и прислонила голову к перилам. Что-то мне подсказывало: как только я подпишу документы, то стану отличной мишенью для тех, кто избавился от Дани. Но и отдавать просто так то, к чему он столько шел и над чем столько трудился, я тоже не хотела. Надо срочно увидеться с Мирой, еще и поездка эта. Может, отменить ее вовсе?
– Эй, Настя! – услышала я обеспокоенный голос Олега. Не слышала, как он подошел. – Что случилось? На тебе лица нет.
– Даже не знаю, что и сказать, – я покачала головой. – Можно тебя еще поэксплуатировать?
– Сколько угодно, – улыбнулся он. – До пятницы я совершенно свободен. Так расскажешь, что случилось?
– Попозже. Сначала отвези меня, пожалуйста, к одному человеку. Это важно.
– Легко, – Олег подал мне руку и помог встать. – Говори адрес, домчу с ветерком.
С Мирославом мы встретились в кафе, недалеко от его дома. Я решила не заходить к ним, дабы не нервировать лишний раз Ларису. Олег остался в машине, аргументировав это тем, что в кафе очень много посетителей, а он не хочет, чтобы нас кто-то видел вместе.
– Лишнее внимание тебе сейчас точно ни к чему. Ты не в том состоянии, еще, чего доброго, сорвешься. Да и не хочется рушить хрупкий мир между нами, – изрек он и отправил меня одну.
Я была не против, потому как была уверена, что Мирослав будет не в восторге от моих новостей, и не прогадала.
– Настя, да что же тебе спокойно не живется, – устало вздохнул он. – Вечно ты ищешь приключения на свою пятую точку.
– Ничего и не ищу, – обиделась я. – Как будто Даню просили на меня все переводить. А еще этот грант, что с ним будет? Он так хотел открыть школу, – мой голос дрогнул, и я замолчала.
– Не мучай себя, – Мира накрыл своей рукой мою. – Я передам твои мысли следователю, обещаю. А ты лети в свою Барселону, перезагрузишься там, вернешься, а здесь уже все закончилось, – он подмигнул мне.
– Я вас еще убить должна, что устроили за моей спиной?! – проворчала я. – Ладно, может, вы и правым – мне надо сменить обстановку. Здесь на каждом шагу напоминания о нем. Ты только Ларису береги, – я улыбнулась. – Она тебя заслужила.
– Я передам ей, что твое благословение получил, – рассмеялся Мирослав. И мы распрощались на теплой ноте, и в конце он пообещал не бросать моего Несси и беречь его, как самое большое сокровище.
Утром Олег отвез меня в аэропорт, хоть я и пыталась его убедить, что могу сама на такси. На прощание он обнял меня, а когда ушел, то в кармане своей куртки я обнаружила банковскую карту и записку:
«Ни в чем себе не отказывай, трать сколько надо.»
– Вот гад, все-таки впихнул мне деньги, – я с улыбкой вздохнула, сдала багаж и отправилась выпить кофе перед отлетом.
Неожиданно мне позвонила мама. Я удрученно вздохнула. Дело в том, что мы с ней не разговаривали практически с похорон Даниила. Когда она узнала, что мы были вместе и он хотел сделать мне предложение, то почему-то сразу приняла эту информацию в штыки, в отличие от тети Тани, которая еще больше распереживалась. А когда я уходила с поминок, попросила хоть иногда звонить и заходить в гости.
– И чего ты нашла в Дане, не пойму, – ворчала мама в машине, пока папа вез меня домой. – Никогда не понимала его – бросил музыку, чтобы стричь головы. Музыку! – она сделала акцент. – Нет, пока вы были подростками, я еще могла понять вашу дружбу. Дети, что с вас взять. Но пожениться. Зачем? Такие браки недолговечны.
– Мама, – устало проговорила я и заметила через зеркало заднего вида, как глаза папы настороженно сузились, – давай хотя бы не сейчас. У меня нет сил слушать этот бред.
– Почему сразу бред? – продолжала мама.
– Кира, перестань. Отстань от девочки, она и так натерпелась, – папа попытался угомонить маму.
– Ай, – отмахнулась мама, – тоже мне, любовь всей жизни. Погуляли вместе и ладно. Забудет и вернется к Олегу. Вот увидишь. А вот Таню жалко – непутевый сын.
– Папа, – позвала я. Он посмотрел в зеркало и все понял по моим глазам, коротко кивнул и остановил машину.
– Дима, ты чего? Мы же еще не приехали? – удивилась мама, а папа только пожал плечами.
– Спасибо, что подвезли, я, пожалуй, лучше прогуляюсь. Всего хорошего, – коротко попрощалась я и вышла на холодную улицу. Ветер обдувал лицо, сбивая слезинки с моих глаз.
Телефон зазвонил снова. Я вздохнула, отвечать не хотелось совсем, но, видимо, надо.
– Алло, – я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно и равнодушно.
– Ты где? Я у твоей двери, ты почему не дома? – услышала я в трубке возмущенный голос мамы.
– Я в аэропорту, жду посадку на рейс до Барселоны, – спокойно проговорила я.
– В смысле? Как это? Почему ты нам не сообщила? Я же приехала.
– А ты думаешь, мне так хочется с тобой разговаривать после последних событий? – вздохнула я. – После всего, что ты мне наговорила?
– Ладно тебе, ну погорячилась, с кем не бывает. Мне просто тяжело видеть тебя в таком состоянии, думала, получится тебя отвлечь, – мама вдруг сменила тон.
– Мам, давай поговорим нормально, когда я вернусь через две недели. Мне сейчас надо идти, посадку объявили, – примирительно ответила я.
– Хорошо. Береги себя, доченька, – вздохнула мама и отключилась.
Легко отделалась. Наконец и правда объявили посадку, и я отправилась к выходу.
Как оказалось, Олег и тут постарался: мне достался билет в бизнес-классе с местом у окна. Я устроилась поудобнее в ожидании вылета, благо лететь не так долго.
– Вот это мне повезло – перелет в таком приятном обществе, – услышала я мужской голос над головой и вздрогнула.
Рядом со мной устроился парень, вальяжно развалившись в кресле. Я смерила его равнодушным взглядом и отвернулась к окну. Уж лучше бы Олег полетел со мной, хоть компания была бы приятнее. Ладно, пять часов и все, постараюсь поспать.
– Ты что, красавица, летать боишься? – парень повернулся ко мне и улыбнулся какой-то хищной улыбкой.
– А вас, я смотрю, хорошим манерам не учили? Тыкать незнакомой девушке вроде как неприлично, – я покачала головой.
– Так давай познакомимся, в чем проблема?
Меня начала раздражать его навязчивость.
– Проблема в том, уважаемый, что я не хочу ни с кем знакомиться, совсем. Так что прошу меня извинить, – я демонстративно надела наушники, включила музыку и отвернулась к окну. Когда уже наконец мы взлетим? Повезло же с попутчиком.