Текст книги "Призрак"

Автор книги: Ольга Панова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

В доме было всего пять комнат, не считая подсобных помещений и комнаты прислуги. Повсюду стояла мебель из дуба, на полу был постелен зеркальный паркет и персидские ковры.

Разглядывая гостиную, девушка отметила про себя, что повсюду царит идеальный порядок. Ни пылинки, ни соринки.

Сквозь огромные окна открывался прекрасный вид на городской парк. В углу стоял деревянный глобус со съемной крышкой, внутри которого находится мини бар с бутылками виски. Рядом располагался огромный шкаф во всю стену, наполненный книгами от самого пола до потолка. Посреди гостиной полукругом стоял мягкий диван и невысокий деревянный столик.

– Здесь очень мило, – прошептала Арина, разглядывая гравюры на стене.

– Да, Никита любит темное дерево. Это романский стиль. Немного мрачноватый, но мужской. Никаких колонн и пошлых вещиц. У него отменный вкус.

– А где сам хозяин дома?

– Никита сейчас у себя в кабинете, пишет очередной шедевр, – ее брови сошлись на переносице, – я пока не вижу смысла ему вас представлять. Не такая уж вы и важная птица, чтобы отвлекать мастера. Еще успеется.

– Разумеется, – кивнула девушка, и едва Кларисса отвернулась, как тут же показала ей длинный язычок.

– Кроме того, вы будете прибирать в его кабинете либо ранним утром, когда он спит, либо поздним вечером. В другие часы вам строго настрого запрещено там появляться. Еще раз повторяю, как можно реже попадайтесь ему на глаза. Чужие люди в доме его ужасно раздражают.

Женщина остановилась у небольшой двери в стене.

– Здесь каморка для ведер. Пользуйтесь ею для уборки в доме. На полках есть все необходимое.

Девушка вытянула шею и заглянула внутрь. В каморке было все, что нужно: маленькие полочки с моющими средствами, баллончики с полиролью, стопки фланелевых тряпочек, флаконы стеклоочистителей, швабры и метла, ведра и разнообразнейшие тазы.

– Как видите, здесь есть все, что вам может понадобиться, – подытожила Кларисса и прикрыла дверцу прямо перед носом девушки. – Идемте, нам пора.

Следующим местом, где они остановились, была кухня. Просторная и уютная, оснащенная по последнему слову техники, она позволяла приготовить все, что придет на ум повару. Хоть зажарить слона на блюде.

Кларисса задержалась у холодильника. Ласково погладив кончиками пальцев самый край, ледяным тоном поинтересовалась:

– Надеюсь, мне не нужно объяснять, что вам не стоит заглядывать в холодильник? Все, что в нем хранится, вас не касается. Заранее хочу вас успокоить, готовить вам не придется.

Я сама с этим неплохо справляюсь. Ваша задача – держать кухню в чистоте, и только. Вы все уяснили?

Девушка рассматривала фасад кухни цвета венге, удобную вытяжку над плитой с дымящимися кастрюлями, дорогую стеклянную посуду, стоящую в ряд за прозрачными стенками шкафа, и думала, что о такой кухне ей приходится только мечтать.

– Да, конечно, – ответила она, наслаждаясь ароматом булочек, исходившим из духовки в углу.

– Ну, раз вы все уяснили, приступайте к своим обязанностям. Можете пойти в свою комнату и переодеться.

Сказав это, женщина отвернулась к плите, демонстрируя тем самым, что экскурсия по квартире окончена.

Девушка вышла из кухни. В ее крошечной комнатушке было весьма мило. Маленькая кровать в углу, небольшая тумбочка с электронными часами и невысокий шкаф. Напротив двери окно с белыми занавесками до самого пола, на полу простенький палас.

Арина прикрыла дверь и подошла к окну. Эта сторона дома выходила на проспект. За кроной деревьев можно было разглядеть, как по тротуару ходят прохожие, проезжают машины. Вон пожилой мужчина гуляет с собакой, а на скамейке отдыхают старушки. Этот вид из окна ей очень понравился. Она любила городскую суматоху.

Задернув занавеску, Арина направилась к шкафу и распахнула дверцы. Внутри висел серый халат размера на два больше ее. На полке слева лежала стопка косынок и махровые полотенца.

– Ну ладно, – прошептала девушка, сбрасывая одежду на край кровати, – мне бесспорно уже нравится, очень, очень нравится эта работа. И я просто обожаю, нет, я без ума от Клариссы. Черт! Надо выдержать все это!

Она брезгливо сняла с вешалки бесформенный халат и набросила поверх футболки. Поношенная вещь неожиданно оказалась мягкой и приятной на ощупь.

– Не все так плохо, – девушка прикрыла шкаф и тихо вышла из комнаты.

Глава 14

Работа в доме писателя была на удивление легкой, даже интересной. Девушка вставала рано, шла на кухню за приготовленным подносом с завтраком для Никиты и относила его в столовую.

Днем занималась хозяйством, помогала Клариссе принимать гостей, а вечером прибиралась на кухне.

Самого хозяина она видела редко. Иногда он читал свежую газету, сидя в кресле у окна.

Это был коренастый мужчина с широкими плечами и небольшим животиком, с легкой залысиной на голове, которая забавно блестела в свете люстр. Никита предпочитал носить дома пиджак, рубашки и наглаженные брюки. На ногах даже дома он носил ботинки известного дизайнера.

Когда после обеда он листал газету, то порой возмущенно качал головой и что-то бубнил себе под нос. Шелест газетной бумаги его успокаивал и давал возможность сосредоточиться. В эти моменты он не любил, чтобы кто-то его отвлекал.

Если в квартире звонил телефон, то трубку всегда брала Кларисса и тихо отвечала на вопросы невидимого собеседника. И только после того как Никита заканчивал чтение, сообщала ему, кто звонил и по какому поводу.

Вечерами хозяин раскуривал трубку в гостиной, глядя на мерцание огня в камине. От табачного дыма исходил приятный терпкий аромат, который наполнял воздух во всем доме.

Кларисса в такие минуты сидела на диване у стены и читала книгу. Находясь в одной комнате, они могли молчать часами. Он иногда спрашивал у нее мнение по тому или иному вопросу. Тогда она поднимала голову и тихо отвечала.

Как-то раз Арина проходила мимо, сметая пыль с картин, и услышала их разговор. Как обычно, Никита сидел у камина и пускал плотные кольца дыма.

– Кларисса, что ты думаешь по поводу гипноза?

– Гипноза? – женщина пожала плечами и закрыла книгу.

– Я слышала, что гипнозом обладают некоторые люди. Могут входить в сознание человека и управлять им.

– А как это происходит? Сам механизм?

– Не знаю, но думаю, что гипнотизеру нужно видеть человека, чтобы ввести его в транс своим голосом или взглядом.

Никита задумчиво отправил вверх новое кольцо дыма.

– То есть ты думаешь, что нужен контакт, чтобы ввести человека в состояние гипноза?

– Ну, мне кажется, что все происходит именно таким образом.

– А если нет никакого гипнотизера? Что, если человек сам себя вводит в гипноз? Это возможно?

Судя по всему, такая постановка вопроса поставила Клариссу в тупик. Женщина лишь пожала плечами и задумчиво погладила корешок книги.

– Мне кажется, это невозможно.

– Невозможно?

– Да, просто не вижу смысла вводить себя в состояние гипноза. Зачем?

– Чтобы что-то увидеть или понять, – ответил Никита, глядя на языки пламени в камине.

– Не понимаю. Разве есть вещи, которые можно увидеть подобным образом?

Мужчина повернулся и с некоторой долей иронии произнес:

– Есть такие вещи и, представь себе, их великое множество. Я знал одного доктора, очень интересный был человек. Так вот, чтобы понимать, что происходит с пациентом, он принимал пятьдесят граммов спирта. Через несколько минут его сознание позволяло не только понимать скрытые симптомы протекающей болезни, но легко, буквально в трех словах, объяснить больному, в чем дело. В некотором роде при этом вводить его в гипноз и программировать на прием препаратов в строго определенное время. После такого визита пациент без контроля и лишних напоминаний сам принимал лекарства.

– Должна поспорить с вами, мне кажется, этот доктор просто был любителем выпить. Видимо, на трезвую голову он вообще ничего не понимал. Я бы запретила таким как он лечить людей.

– Мне кажется, – перебил ее писатель, – что ему это удавалось именно из-за гипноза. Он видел то, что в обычном состоянии видеть не мог. Но он влиял на других. Меня же интересует самогипноз. Возможен ли он? Вот в чем загвоздка.

– Все это слишком сложно для меня. Ведь если человек сам войдет в состояние гипноза, то как он из него выйдет?

– То-то и оно!

– Можно войти в гипноз, видеть что-то необычное, творить, но как вернуться в нормальное состояние? Ведь можно из него никогда не выйти! Стать сумасшедшим, в конце концов!

– Ты права. Права, черт возьми! Но я знаю точно, что это возможно. Самогипнозом можно исцелиться, например. Я читал об этом не так давно. Если это удалось одному человеку, значит, доступно и остальным.

– То есть вы хотите заняться самоисцелением?

– Нет, – мужчина отвернулся к огню в камине, – не это меня интересует. Меня волнует природа гипноза. Его суть, если хочешь.

Разговор плавно перешел на другую тему. Арина смела пыль и пошла в сторону кабинета. Пока хозяин с экономкой мило беседовали, девушка должна была навести там порядок.

В кабинете было очень светло. У огромного окна стоял стол из массивного дерева с зеленым сукном, рядом – кожаное кресло с высокими подлокотниками и высокой спинкой. На столе лежал ворох разбросанных бумаг, старинная лупа, карандаши, чугунная пепельница и современный ноутбук.

Все, что касалось стола, она не должна была убирать. Она должна была лишь смести пыль со шкафа с книгами, полить цветы и пропылесосить мягкий ковер.

Протерев шкаф, Арина направилась к окну полить цветы. Ловко орудуя маленькой лейкой с длинным носиком, она что-то напевала себе под нос. Все цветы были ухоженными, с густой зеленью и тонким ароматом.

Чтобы добраться до самого дальнего горшка с ярким цикламеном, ей пришлось подняться на цыпочки. Она вытянула руку, чтобы полить цветок, но едва наклонилась, как чуть не упала на горшок с высоким фикусом, который стоял на полу.

– Ой!

Девушка ухватилась за край шторы и сохранила равновесие. Вздохнула, поправила выбившийся локон и посмотрела в окно.

За окном она увидела великолепный городской парк с высокими деревьями, густым газоном и многочисленными скамейками в тени. Сегодня там было малолюдно.

Напротив окон у раскидистого дуба стоял высокий светловолосый мужчина в дорогом сером костюме. Он смотрел на Арину, и она встретилась с ним глазами. Это длилось всего секунду, затем мужчина слегка кивнул в знак прощания и скрылся в листве деревьев.

Он не был похож ни на одного из ее знакомых. Она видела его впервые, иначе бы запомнила. В том, что он смотрел именно на нее, она не сомневалась. Возможно, он обознался или принял ее за свою знакомую.

– Мистер Икс – так я тебя назову, – прошептала она вслух.

Арина любила давать имена тем, кто ей понравился или произвел впечатление. Наделяя человека именем, она записывала его образ в памяти. Порой это пригождалось, чтобы потом вспомнить.

Пожав плечами, девушка отошла от окна и задернула шторы. День был в самом разгаре, и нужно было еще многое успеть.

Как и во всей квартире, на стенах висели картины. В кабинете их было две, одна над комодом, вторая у стены напротив шкафа.

Арина медленно подошла к первой картине. На холсте был изображен водоем с рыбаком вдалеке, одинокое дерево у берега и синее небо.

Девушка смела пыль с рамы, осторожно намотала тонкую паутину на метелку и направилась к торшеру.

Следующая картина ее тоже мало привлекла. На ней был изображен полуразваленный замок в глубине темного леса. Арина приблизилась к картине и поняла, что это не репродукция. Это были настоящие холст и краски, а в уголке какая-то закорючка, отдаленно напоминающая подпись автора.

Закончив сметать пыль, Арина вышла из кабинета и прикрыла дверь. Оставалось принести пылесос и почистить ковер от пыли.

Погруженная в свои мысли, она направилась в каморку. Распахнула дверцу, вынула пылесос и снова пошла назад в кабинет. Но едва приблизилась к двери, сразу поняла, что хозяин внутри: сквозь небольшую щель она разглядела его широкую спину. Он стоял перед второй картиной.

Вот он что-то пробурчал под нос и выкатил кожаное кресло на середину комнаты. Затем, недолго думая, сел в него.

Арина стояла у двери и не знала, как поступить: то ли оставить пылесос и вернуться чуть позже, то ли войти. Второй вариант ей казался неуместным. Поэтому она поставила пылесос на пол у двери и собралась было уже уходить, но отчего-то задержалась. Просто стояла, разглядывая профиль писателя.

Никита откинулся в кресле, сложил руки на подлокотники и смотрел на картину. Вернее, на изображенный на ней полуразрушенный замок. Он смотрел не отрываясь, долго и пытливо. Казалось, даже перестал дышать.

Наверное, это длилось минуть десять. Девушке за дверью эта безмолвная сцена показалась весьма скучной, и она заерзала на месте. Ее движения привлекли к себе внимание писателя. Мужчина резко повернул голову и посмотрел ей в глаза.

– Ты что тут делаешь? Что тебе нужно?

Ее лицо вспыхнуло. Она просто-напросто не ожидала, что он ее заметит. В один прыжок Никита оказался у двери, распахнул ее и взревел на весь дом:

– убирайся!

Тем не менее, в его глазах стоял скорее испуг, нежели злоба. Сам не свой, он все же понял, что был груб, поэтому отступил на шаг и захлопнул дверь. Прямо перед ее любопытным носом.

В глубине дома послышался голос Клариссы:

– Что случилось? Что происходит?

Звук приближающихся шагов вывел Арину из оцепенения, она глубоко вздохнула и, посчитав до трех, обернулась.

– Кларисса, произошло недоразумение. Я хотела пропылесосить, думала, что в кабинете никого нет, но ошиблась.

В глазах экономки мелькнуло недоверие.

– Что значит – ошиблась? Никита – что, там внутри?

– Нет, то есть да. Понимаете, я протерла пыль, полила цветы, а потом вышла и пошла за пылесосом, а когда вернулась, он уже был внутри.

Женщина смерила ее оценивающим взглядом, проверяя полученную информацию на лживость.

– Ладно, допустим. Если бы ты была виновата, то довела бы его до истерики, и это стало бы очевидным. Никита сдерживать свой пыл не станет. Быстро тебя поставит на место. Но раз все разрешилось мирным путем, значит, конфликт исчерпан, я полагаю. Завтра почистишь участок за домом. Ветром намело мелкие бумажки.

Сказав это, Кларисса развернулась на каблуках и направилась в гостиную.

Глава 15

Вечером, как и говорила Кларисса, в дом Никиты Антипина пришли гости: мужчина лет сорока пяти и две женщины. Одна, судя по всему, супруга гостя, была одета в изысканное бежевое платье с глубоким декольте. У нее были белые кудри и ярко-красная помада. Вторая – журналистка из местной газеты. Одета строго: белая рубашка и брюки клеш. На лице минимум косметики, и никакой бижутерии.

Войдя в дом, все трое всучили Арине свои плащи и, не обращая на прислугу никакого внимания, направились в гостиную.

– Никита, сколько лет, сколько зим!

Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями. Очевидно, они были давними приятелями.

– Никита, тебе годы идут на пользу. Отпадно выглядишь, голубчик, – пропела блондинка и повисла на его плече.

– О, Ксения, ты, как всегда, прекрасна, – промычал он в ответ, подставляя щетинистую щеку для поцелуя. – Если бы не твой муж, я бы приударил за тобой. Ты ведь знаешь, я всегда был чуточку влюблен в тебя.

Сегодня Никита был сама галантность. Выпустив женщину из рук, он расцвел как майский ландыш. На лице расплылась блаженная улыбка.

Пока супруги рассаживались на мягких диванах, к хозяину подошла вторая женщина. В отличие от блондинки, она лишь сдержанно кивнула и протянула руку:

– Мое имя Татьяна, я журналистка и по совместительству подруга Ксении. Она рассказывала вам обо мне.

– Как же, помню, помню. Вы пришли как раз вовремя, у меня кое-что для вас есть. Думаю, ваш редактор останется доволен. Ну, что ж, прошу, проходите. Присаживайтесь. Может, хотите немного выпить? Виски, коньяк, мартини?

– Ни то и ни другое. Я на работе, – женщина отступила на шаг и посмотрела на Ксению. – Возможно, чуть позже.

– Ну что ты, дорогая, – Ксения закинула нога на ногу и откинулась на спинку дивана, – расслабься. Забудь хоть на миг о работе!

Острыми коготками она распахнула клатч и вынула мундштук с тонкой сигареткой.

– Милый, дай мне прикурить, – промурлыкала она, глядя на мужа.

Мужчина улыбнулся, вынул из кармана брюк зажигалку и зажег пламя.

– Благодарю.

Татьяна обошла журнальный столик и заняла диван у окна. Словно примерная ученица, она села прямо и, вынув из сумочки ручку и блокнот, внимательно посмотрела на Никиту.

– Хотите задать мне пару вопросов? Вот так, с ходу, с лету?

Он старался придать своему голосу некоторую строгость. Ситуация его забавляла и новая знакомая тоже. Женщина была слишком серьезной для подобной вечеринки.

– Если можно, – парировала она, не шелохнувшись.

– Ну, хорошо, раз никто не возражает, скажу пару слов, а потом мы все вместе пойдем в столовую и сядем за стол. – Никита задумчиво погладил подбородок, решая, с чего начать.

– Итак, насколько я понимаю, вас интересует моя новая книга?

– Да, вы правы. Хотелось бы узнать все поподробнее. Название, сюжет, место действия.

Татьяна опустила голову и стала что-то быстро записывать в свой блокнот.

– Название моего очередного шедевра – «Змеевик».

– Насколько мне известно, змеевик – это камень, – вмешалась в разговор блондинка.

– Верно, – Никита снисходительно кивнул в ответ и направился в сторону бара с напитками, – это темно-зеленый минерал с характерным «змеиным» рисунком. Змеевик – поделочный камень, мастера используют его уже более четырехсот лет.

– И что же вас так в нем привлекло?

– Его сущность, то, что сокрыто внутри от людских глаз.

– Что может быть сокрыто в поделочном камне?

– Представьте, что раньше, когда люди поклонялись Ветру и Огню, этот камень носили с собой как защиту, амулет.

Я не говорю о защите, как о чем-то физическом. Нет. Здесь речь о том, что если верить некоторым преданиям, змеевик вытягивает из поврежденного человеческого поля негативные эмоции, оберегает своего хозяина от опасности как физической, так и душевной. Хотя многие считают его коварным камнем. Камнем, который искушает, как змея. Его могут носить только маги, остальных смертных он может свести с ума.

– Очень интересно, – кивнул мужчина в ответ, – то есть, насколько я понял, в книге весь сюжет закручен вокруг этого камня?

– Ты прав. Все именно так.

Никита остановился у деревянного глобуса, который стоял на полу, нажал на неприметную кнопку сбоку, и верхняя часть глобуса, как крышка, откинулась назад. Внутри показались бутылки.

– У меня вопрос, – не поднимая головы, Татьяна продолжала записывать, – как родилась идея?

– Ваш вопрос не нов, однако я отвечу. Идею подсказал мне один случай. Где-то с полгода назад мне довелось побывать на одном закрытом аукционе во Франции. Кажется, это было как раз перед Рождеством. Я остановился на один день в итальянском квартале Парижа. Аукцион проходил недалеко от моего отеля. Так вот, – он склонился и вынул пару бокалов для виски, – зал был маленьким, в нем не могло вместиться более двадцати человек. Все лоты были дорогими. Сначала я сильно пожалел, что потратил свое время впустую. Все эти доисторические экспонаты и побрякушки мне были неинтересны. Я встречал более достойные вещи. Поэтому я просто отсиживался на заднем ряду. Как говорится, коротал время. Но все это длилось до того момента, пока в зал не внесли работу малоизвестного художника Иеремии. Едва сдернули сукно, как я застыл словно статуя. Ничего подобного в жизни не видел! Картина произвела на меня неизгладимое впечатление.

Писатель разлил виски и шагнул к друзьям. Принимая из его рук бокал, мужчина спросил:

– Я никогда не слышал этого имени. Кто он?

– Он мало кому известен, можно сказать, очень узкому кругу людей. В своей жизни он в основном занимался алхимией. Представьте, город Бирмингем, на дворе 1839 год. Некий ученый алхимик сидит у себя на чердаке в обветшалом доме в центре города и спокойно пишет картину Ему всегда было все равно, что происходит на улице, он жил в своем собственном мире. Одинокий мужчина, весьма небогат. Кисти и краски – вот что было его хлебом и вином. Иеремия обладал добрым нравом и чистым сердцем, и был очень талантлив.

Его особенность заключалась в том, что он начинал как иконописец, писал иконы в сельских церквях. Но любовь ко всему тайному несколько изменила его взгляд на живопись. Он перешел на написание пейзажей. Причем всегда в его работах был изображен либо человек, либо дом. Это было железным правилом. На вопрос, почему он ушел от написания икон, он ответил просто. Дескать, от лика человека должна исходить энергия. Когда икона готова, она оживает. Живет своей жизнью, может сочувствовать или сопереживать, радоваться или печалиться. Написание икон требует большого энергетического ресурса. Иногда его не хватает, а иногда – просто нет. Поэтому, чтобы писать иконы, надо иногда отвлечься написанием природы.

Днем он писал картины, а ночью – творил волшебство. Все происходило в его мастерской. Как-то раз, соседи заметили, что из каморки никто не выходит. Так прошла неделя. Соседка забеспокоилась и постучала в дверь, но никто не отозвался. Тогда она подергала за ручку, но она была заперта изнутри. Почувствовав неладное, она вызвала подмогу. Дверь взломали и вошли внутрь. Окно было закрыто и задернуто шторкой. Все вещи лежали на своих местах. Вот только хозяина нигде не было видно. Он исчез. Исчез в запертой квартире, оставив все свои вещи, включая картину, на которой был изображен полуразрушенный замок. Поначалу его искали, но когда прошел год, то поняли, что все безнадежно. Никто так и не смог его найти. Все его вещи разобрали соседи, а картины продали за бесценок. Я хочу вам сказать, что на написание «Змеевика» меня вдохновила та сама картина. Именно ее я купил на аукционе в Париже.

– А как называется картина?

Все друзья замерли в ожидании. Писатель поднес к губам бокал, вдохнул аромат виски и сделал небольшой глоток. Затем взглянул на дно бокала и залюбовался цветом напитка:

– «Замок в лесу» – официальное название картины. Густой лес, песчаная дорожка и замок в глубине. Никаких людей или животных на ней не изображено. Все внимание привлекает старинный полуразрушенный замок из черного камня.

– А на чем основан сюжет вашей книги?

Краем глаза Никита посмотрел на журналистку. Она сидела все в той же позе и делала записи в своем блокноте.

– Как обычно, на параллельных мирах. Вы ведь не будете со мной спорить, что кроме нашего мира есть и другие миры? Именно о них я пишу в своих книгах. Поверьте мне, они существуют.

Журналистка подняла, наконец, голову и с некоторой долей скептицизма спросила:

– Что-то типа загробного мира?

– Да.

– Если читать Библию, то она говорит именно об этом. Здесь я с вами согласна: мир живых и мир мертвых. О каких мирах вы еще говорите? Наверняка – о вымышленных.

– Нет, – он покачал головой и улыбнулся, – вы слишком плоско мыслите. По-вашему, мир делится на белое и черное? Существуют и другие краски, более живые и интересные, причем их великое множество. Вся прелесть в том, что их кто-то может видеть, а кто-то – нет.

– По-моему, это все фантазия, не больше, – отозвалась блондинка, поигрывая мундштуком в своих тонких пальчиках.

– Вынужден с вами не согласиться. Однако не стану убеждать и тем более спорить. Думаю, моя болтовня вас изрядно утомила. Прошу вас следовать за мной в столовую, тем более что Кларисса давно накрыла на стол.

С этими словами он поставил пустой бокал на столик и направился к двери. Татьяна с видимой неохотой закрыла свой блокнот и поднялась с дивана. У нее оставались вопросы, которые она не успела задать. Про себя она твердо решила, что должна получить намного больше, тем более что Антипин сегодня был откровенен. Остальные гости уже следовали за хозяином дома, когда она подошла к двери.

– Вам сюда, – послышался тихий голос рыжеволосой девушки, стоящей у стены, – прошу вас.

В коридоре стояли скульптуры полуобнаженных мужчин и женщин, под потолком висели кованные люстры с яркими лампочками, на стенах – деревянные панели, украшенные старинными гравюрами. Татьяна шла вперед и ничего этого не видела. Ее мысли были о работе. Не видела она также, что юная девушка тихо, как кошка, шла за ней следом.

Впереди послышался женский смех и мужской гогот. Вся компания занимала места за великолепным столом, забитым разнообразнейшими блюдами и деликатесами.

Хозяин дома восседал в высоком кресле во главе стола. Ксения и ее супруг – по разные стороны от него. Место для Татьяны было рядом с мужчиной. Войдя в столовую, журналистка остановилась. Медленно оглядела все вокруг, пытаясь запомнить детали интерьера, затем уверенно шагнула к стулу и заняла свое место.

– Предлагаю тост, – начал Никита, поднимая наполненный бокал. – За мой успех. Надеюсь, вы меня поддержите, друзья?

Над столом послышался звон бокалов. Ксения чокнулась с Никитой, подмигнула и улыбнулась.

– Мы всегда верили в твой успех.

Пока гости развлекались за столом, Арина тихонько прошмыгнула на кухню. Кларисса стояла у плиты. На голове белоснежный чепец, длинный фартук как у повара и озадаченный взгляд.

– Так, где базилик? Куда я его дела?

Арина обогнула стол и села на высокий стул у окна. В воздухе витал аромат жареного цыпленка с чесноком. В животе предательски заурчало от голода. Стараясь ничем не выдать своего состояния, девушка прикрыла рукой живот. Но Кларисса спросила:

– Есть хочешь?

– Немного, – смущенно прошептала Арина и посмотрела на экономку.

– Судя по звуку, ты не ела с утра. Ладно, сейчас соберу чего-нибудь.

– Спасибо, – произнесла Арина сдавленным голосом, подивившись неожиданному сочувствию со стороны Клариссы.

В ответ та лишь покачала головой и повернулась к холодильнику. Сидя на стуле, Арина облокотилась локтями о столешницу и стала болтать ногами под столом.

Женщина распахнула дверцу и заглянула внутрь. Достала твердый сыр, сливочное масло и кусочек ветчины. Выкладывая продукты на стол, она вдруг спросила:

– Ты могла бы остаться здесь на несколько дней? Скажем, дня на три-четыре?

– Значит, вы приняли меня на работу окончательно?

– Да.

Арина едва не подпрыгнула на месте от радости. Хотя внешне лишь сдержанно пожала плечами и притянула к себе свежую булочку.

– Скорее да, чем нет. Надо спросить у матери, но думаю, с ней не будет проблем. А что? Вы уезжаете?

– Да, у меня образовались кое-какие дела за городом. Я должна их решить. Тебе нужно будет остаться и следить за домом. Никите необходимо принимать лекарства строго по расписанию.

Экономка пытливо посмотрела в глаза Арины.

– Надеюсь, я могу тебе доверять?

– Я постараюсь справиться.

– Хорошо, хотелось бы думать, у вас с ним не возникнет проблем. Иногда он бывает грубым и жестоким.

Она вернулась назад к плите, подняла крышку высокой кастрюли и выпустила пар. Потом зачерпнула ложкой густое варево и попробовала на вкус.

– Кажется, готово. Никита обожает грибной суп именно из лесных грибов. Хочешь попробовать?

Сегодня она была намного мягче, чем обычно.

– Совсем немножечко.

– Я составлю тебе компанию.

Кларисса взяла черпак и стала наполнять миски. В кухне запахло грибами и базиликом.

– Кларисса, скажите, вы никогда не замечали, что за домом следят?

Странный вопрос несколько обескуражил экономку.

– С чего ты решила?

– Да так, просто. Сегодня поливала цветы и увидела человека в парке. Он стоял под кроной деревьев и смотрел на меня.

Женщина закрыла крышкой кастрюлю и взяла в руки миски с супом. На лбу выступила тонкая морщинка. Она размышляла.

– Даже не знаю. Откровенно говоря, ты поставила меня в тупик. Ничего подобного никогда не замечала.

Она поставила миски на стол и села на соседний стул. Арина аккуратно намазывала на булочку сливочное масло, продолжая говорить:

– Он высокий, одет в изысканный серый костюм, кажется, молодой.

– Надо подумать, – Кларисса опустила ложку в тарелку супа и стала задумчиво помешивать, – нет, не могу вспомнить. Его друзья и знакомые в основном мужчины в возрасте. Вероятней всего, это поклонник. Так бывает. Молодой фанат, прочитал его книгу, проникся и решил встретиться с автором.

– Нет, не думаю, что это был фанат. Скорей, он был похож на юриста или там дипломата. В любом случае, он выглядел весьма солидно.

Арина положила поверх намазанного масла кусочек ветчины. Откусила маленький кусочек и прикрыла глаза от удовольствия.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь. Даже представить себе не могу, кому это нужно и зачем.

– В доме есть сигнализация?

– Да, конечно. Я научу тебя ею пользоваться на тот случай, если придется надолго покинуть дом. Разумеется, ты получишь ключ и код. Надо быть бдительными. Может, это грабитель, и нам крупно повезло, что ты его заметила.

– Вы правы.

– Ну, хватит об этом. Суп стынет, давай ешь. У нас еще много работы.

Девушка взяла ложку и попробовала грибной суп с базиликом. Он был потрясающе вкусным.