Текст книги "Чернильные ночи – янтарные дни"

Автор книги: Ольга Баскова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 11

Ресторан «Абордаж» располагался в самом туристическом районе Южноморска, на побережье, словно приложение огромного санаторного комплекса. Он был искусно выполнен в виде носовой части корабля. Для более комфортного размещения посетителей в теплое время года он имел открытую террасу.

Интерьер и стилистика внутреннего пространства создавали атмосферу комфорта и подчеркивали высокий статус заведения. Ресторан «Абордаж» предлагал своим посетителям широкий ассортимент изысканных блюд из рыбы и морепродуктов. Кроме того, здесь подавали прекрасные вина. Однако народу тут всегда было немало, и журналист удивился, почему же девушка выбрала именно это место. Здесь их могли увидеть. Но Анжелика позвала его сюда вовсе не за тем, чтобы посидеть за столиком и посмаковать вкусную еду. Она схватила его за руку, когда Пименов только намеревался переступить порог ресторана.

– Идемте за мной, – прошептала жена заместителя мэра.

Он покорно поплелся за ней. Они обогнули ресторан и подошли к санаторию с черного хода. Там их ждала женщина лет тридцати в белом халате.

– Сейчас мы зайдем в массажный кабинет санатория, – сказала Анжелика. – У моего мужа тут какие-то акции, однако чаще здесь бываю я. Его и в лицо плохо тут знают. Нас с вами никто не потревожит и никто не доложит Ивану, с кем и когда я общалась.

Врач или медсестра не проронила ни слова. Она молча открыла дверь просторного кабинета с кроватью посередине и столом и двумя стульями у стены, кивнула и удалилась.

– Такой персонал мне нравится, – заметил журналист.

Анжелика гневно взглянула на него.

– Вы еще можете шутить!

– Надо никогда не терять присутствия духа. – Саша оседлал стул. – Итак, рассказывайте.

Девушка села напротив.

– Этот человек появился вчера. Он позвонил в дверь, и муж попросил меня открыть. Незнакомый мужчина вошел на участок и так посмотрел на меня, что я все поняла.

Пименов дернул плечом.

– Может, вы просто неправильно оценили его взгляд…

Анжелика скрипнула зубами.

– А мне до сих пор не до шуток.

– Мало ли кто кинул на вас не такой взгляд, какой вы ожидали, – отмахнулся Пименов. – Почему вы решили, что это наш друг?

– Вы не даете договорить, – нахмурилась она. – Муж отвел его в беседку, а я подслушала разговор. Все складывается хуже, чем мы ожидали. Иван хочет сам найти убийцу этого постового и поэтому мобилизовал все силы. Он обещал пришедшему вознаграждение и сам взял с него обещание: каждый день тот будет сообщать о новостях по этому делу. В разговоре супруг назвал его товарищем Степановым. Ну, права я или нет? Тот это человек?

Журналист кивнул.

– Вы оказались совершенно правы.

Она ломала пальцы.

– Нужно что-то немедленно предпринять.

– Например? – поинтересовался Саша.

– Они все ближе подбираются ко мне. – Анжелика выплевывала слова. – И вы должны заплатить этому Степанову. Иначе несдобровать нам обоим.

– Если вы снабдите меня необходимой суммой, я, так и быть, заплачу, – отозвался Пименов. – Но делиться своим наследством с неизвестным мне человеком я не намерен. Во всяком случае, пока.

– Это вы во всем виноваты, – процедила девушка. – Если бы вы не распустили руки, я бы не сорвалась.

– А с чего я их распустил? – поинтересовался журналист. – Или вы в очередной раз забыли, как предлагали себя?

– А если Иван дал мне поручение вас проверить? – сблефовала Анжелика, однако Саша не повелся.

– Вы думаете, я верю в ваше благородство? – буркнул он. – Да вы бы сейчас здесь не сидели, будь это так. Вы бы в тот же день понеслись не в сторону фабрики, а к своему дому, и все бы выложили дорогому муженьку. А вы почему-то и сейчас боитесь это сделать. Может, я не первый, кому вы вешались на шею?

Она побагровела.

– Ненавижу вас!

– Не скажу и про себя, что продолжаю питать к вам нежные чувства, – заявил Пименов. – Вот мое последнее слово: со своим имуществом я просто так не расстанусь.

Девушка постаралась взять себя в руки.

– Но что вы намерены делать?

– Я намерен выяснить некоторые факты про Степанова и его напарника. – Почему-то журналисту не захотелось раскрывать карты. Анжелика не вызывала у него доверия. Эта истеричная бабенка, уже давно ни о ком не думающая, кроме как о себе, могла сдать его с потрохами, лишь бы вывернуться самой. – Вдруг я потом использую эти факты против него?

Это заявление привело ее в уныние.

– А если не получится?

– Тогда подумаем о других способах борьбы с паразитами.

– Понятно. – Она встала. – В таком случае я еду домой.

– Я вас не задерживаю. – Саша поднял на нее глаза. – У нас состоится урок завтра?

Она закусила губу.

– Неужели вы не понимаете, что я не могу больше видеть вашу машину? Впрочем, и вас тоже, – добавила девушка, помедлив.

– Да и я не в восторге от нашего общения, – любезно ответил Пименов. – В общем, телефон мой у вас имеется. Ежели что – набирайте.

Анжелика даже не попрощалась. Она вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. Через секунду после ее ухода появилась врач и встала на пороге, всем своим видом показывая, что Пименову тоже нужно покинуть заведение. Самое интересное, он не возражал.

Глава 12

Знакомый Лады пробил адрес Степанова, и вскоре девушка стояла возле его дома, старого трехэтажного особняка сталинской постройки, находившегося в центре города. Глухова собиралась зайти в подъезд, но он оказался надежно защищен домофоном. Пришлось сесть на скамейку возле дома. Худенькая старушка с очень рыжими волосами, крашенными явно хной, посмотрела на нее.

– Вы к кому?

Журналистка сделала приветливое лицо.

– Понимаете, когда-то моя подруга жила в этом доме, во всяком случае, давала этот адрес. Но наши пути давно разошлись, и я даже не помню номера квартиры. Кажется, на третьем этаже.

– Точно на третьем? – переспросила женщина.

Глухова утвердительно кивнула.

– Точно, я вспомнила. Дверь направо.

Бабушка развела руками.

– Ну, дорогая, зря ты сюда пришла. Тут точно когда-то жили другие, но в один прекрасный день новые жильцы выкупили две квартиры и объединили в одну. Откуда они взялись – никто не знал.

– Предприниматели? – поинтересовалась Лада.

Рыжеволосая покачала головой.

– Гибэдэдэшник с семейством.

– И он выкупил две квартиры?

– Вот и нас всех удивило, – пояснила старушка. – Думали, может, жена занимается бизнесом, только его Ленка нигде не работает, сидит с двумя малыми пацанами. Откуда такие деньжищи?

– А машина у них есть? – полюбопытствовала журналистка.

– Аж две, – охотно ответила бабушка. – И, говорят, шикарная дача за городом. Интересно, где они берут на все это, как мой внук выражается, бабло? Или постовые стали хорошо получать?

Девушка ушла от ответа.

– Спасибо вам. Буду разыскивать подругу другим способом.

– Правильно, – поддержала ее жительница. Лада встала со скамейки и пошла к остановке автобуса. Своим небольшим расследованием она осталась довольна. Итак, два приятеля и напарника – Никитенко и Степанов – вместе прокручивали какие-то делишки. Эти делишки приносили большие деньги. И если они с Сашей докопаются до сути, возможно, Степанов от него отстанет.

Получив разрешение от главного, Пименов отправился в Тополевку – большой поселок, как раньше называли, городского типа. Он любил наведываться сюда, как только выпадала такая возможность. Есть в Крыму места, где все дышит стариной и тайной. Село Тополевка было именно из таких. Люди здесь жили давно. Само село находилось возле небольшой крепости, развалины которой еще можно было найти на ближайшей горе. Семиметровый участок стены в пять метров высотой – это Саша знал точно – все, что сохранилось от средневекового укрепления. Когда-то оно защищало жителей от врагов, в давние времена здесь кипели битвы и лилась кровь.

Иногда Пименов пытался представить, как выглядела эта местность веков шесть-семь назад. Посреди многолюдного села высилась красивая церковь, в которой хранился древний образ святого. А вокруг поселения, куда только не посмотришь: на вершинах гор, у подножий холмов, возле родников, – виднелись купола храмов. Сразу несколько церквей – подобным славилась только Тополевка. Из-под алтаря одной из них бил святой источник, который местное население считает священным и сейчас. Приехав сюда, журналист первым делом приложился к нему и глотнул целебной хрустальной воды. Как и другие крымские села, Тополевка переживала не лучшие времена. Работы не было, молодежь бежала в город. Люди жили подсобным хозяйством, трудились на своих огородах. Раньше имелись и школа, и медпункт, и даже клуб. Сейчас все куда-то исчезло. Половину домов распродали на дачи. Чудные виды, свежий воздух, речка с водопадом привлекли сюда дачников не только из крымских городов, но и из Москвы, Киева. Благо домик в селе можно купить совсем недорого. Скорее всего, пожилая пара, потерявшая дочь и зятя, тоже жила на своей даче, иначе Пименов не мог объяснить, откуда они взяли деньги на Стамбул. Он еще раз посмотрел в блокнот, где написал адрес, и сразу же отыскал глазами нужный ему двухэтажный домик дачного типа. Разумеется, с его новым жильем этот дом не шел ни в какое сравнение, просто дачное строение, ничего больше. Журналист подошел к калитке и постучал. Впрочем, она оказалась открытой, но вторгаться сюда самому – это было невежливо. И его не заставили ждать. Пожилой мужчина в шортах и кепке с длинным козырьком зашагал навстречу.

– Заходите. Вы к нам?

Его грустные голубые глаза осмотрели Сашу.

– По какому вопросу?

Пименов вздохнул.

– Поверьте, мне бы хотелось прийти сюда по другому поводу. Но это касается вашей пропавшей дочери.

– И зятя, – подсказал хозяин. – Пройдите на веранду. Давайте я вас провожу.

Они прошли на веранду, оплетенную вьюнками с фиолетовыми и розовыми цветами. Женщина такого же возраста, как и ее супруг, накрывала на стол.

– Это по поводу Маши и Павла, – пояснил мужчина.

Она отложила нож, которым резала сочные розовые помидоры.

– Их нашли?

В этом вопросе было столько боли и надежды, что журналисту захотелось уйти, чтобы не разочаровывать их. Они ведь по-прежнему ждали своего ребенка. Саша опустил голову, и несчастная мать все поняла.

– Значит, не нашли…

– Может быть, сейчас это слабое утешение, но поиски ваших родных активизировались. Усилены группы, брошенные на эти поиски, – соврал Пименов. – Думаю, вы вскоре получите новости…

Ее морщинистое лицо оживилось.

– Правда?

Он кивнул:

– Конечно. Но и вы должны помочь нам.

Женщина с готовностью отозвалась:

– Чем хотите…

– Сядьте. – Журналист опустился в кресло на веранде. – Послушайте, вы должны хорошо вспомнить каждое слово из последних разговоров с вашей дочерью и зятем. Каждое, вы меня поняли?

Они переглянулись.

– Но мы ведь рассказали все тому полицейскому… Тогда прошло мало времени, а теперь многое просто могло забыться.

– И все равно, – настаивал Саша. – Давайте попробуем.

Хозяин потер переносицу.

– Было два разговора. Дочь сначала позвонила мне на мобильный. Жена копалась в огороде. Маша сказала: «Папа, мы подъезжаем к Южноморску и очень устали. До порта ехать еще несколько часов. У Паши уже слипаются глаза». Я посоветовал им сделать привал, и она послушалась. Потом они снова позвонили через несколько часов и сообщили, что им подсказали, как срезать путь. «Хотя мы немного передохнули, – поведала Маша, – это ничто по сравнению с затраченными силами. Нам бы быстрее добраться до порта. Ну, все, позвоним уже из каюты судна». Я пожелал им счастливого пути. Больше они на связь не выходили. Потом мне позвонила мать Павла. Она не могла связаться с сыном, и мы принялись звонить вместе. Знаете, в тот день мы особо и не беспокоились, – признался мужчина, – потому что, когда пассажир садится на судно, перед отправкой очень много всяких формальностей, скажем, таможня. Мы подумали: нашим детям просто некогда болтать с нами, и они объявятся, когда судно выйдет в море. Ведь связь с берегом не теряется в течение нескольких часов. Однако мы ошиблись. – Он захрустел пальцами. – Весь вечер и всю ночь мы с женой не находили себе места. Наверное, предчувствовали, что с детьми случилась беда. Утром мы поехали в Приморск на своей машине, никуда не сворачивая, и упросили таможенников посмотреть, садились ли на судно до Стамбула дочь и зять. Оказалось, нет. – Несчастный отец смахнул слезу. – Мы заставили их проглядеть документы еще раз, потому что не поверили… – Он сделал паузу. – Как такое может быть? Почему они не сели? Таможенники оказались хорошими ребятами и пожалели нас. Они снова проверили документы. Никакой ошибки не было: нашей дочери и зятя простыл след. И этот след оборвался в Южноморске, если верить последнему звонку, однако мы и с этим не смирились и снова приехали в порт, когда судно возвратилось из Стамбула, но все лишь подтвердилось. – Хозяин глубоко вздохнул и сел на стул.

Женщина начала тихо всхлипывать.

– Постойте, – остановил их Пименов. – Давайте повторим все еще раз. Итак, дочь позвонила вам и сказала об усталости. Где же они сделали привал? По вашим словам, они вышли на связь через пару часов.

Мужчина хлопнул себя по лбу:

– Точно, Маша пояснила: кто-то посоветовал им хорошую гостиницу на дороге. Они передохнули в ней и поехали в порт.

– Понятно. – Сказав это, журналист лукавил. Особо ничего понятно не было. Даже если притянуть за уши, что супружеская пара пропала именно на заброшенной дороге, то любой следователь посмеется над этим выводом. Выехав из Южноморска, они могли пропасть где угодно.

– Ты все припомнил? – обратилась к мужу женщина. – Видите ли, мне так и не довелось поговорить с моей девочкой. Муж решил: зачем звать меня, если Маша все равно еще не раз позвонит уже из каюты? Он же не знал, что с ними произойдет… – Она вдруг оборвала себя. – Скажите, вы верите, что я смогу еще обнять свою дочь? Или она… мертва?

Меньше всего Саше хотелось отвечать на подобный вопрос.

– В жизни бывает всякое… Верьте в лучшее.

– Да, нам только это и остается, – вздохнула несчастная.

Журналист встал.

– Огромное вам спасибо. Мы снова начнем все проверять и перепроверять и, поверьте, вый-дем на след ваших родных. А еще я хотел бы попросить их фотографии. Чем больше снимков у наших сотрудников, тем больше территория для расследования.

– Да, конечно. Это вам спасибо. – Женщина на минуту скрылась в комнате, принесла фотографии, а потом каждый из хозяев пожал Саше руку.

Выйдя из калитки, Пименов посмотрел на часы. До Мидаса нужно было добираться около часа, однако он никуда не торопился. Сейчас его беспокоило только одно – как собрать компромат на Степанова. Немного подумав, он позвонил Ладе. Она сразу отозвалась, словно ждала его звонка.

– Сама намеревалась тебе позвонить, – призналась девушка. – Я выяснила, как живет Степанов. А живет он, Сашенька, ничуть не хуже твоего любимого Никитенко. Похоже, друзья на старой дороге находят клады каждое дежурство. У Степанова огромная квартира в центре, слепленная из двух, загородный дом и машина. Жена тоже не работает.

– Я так и думал, – ответил Пименов.

– А что нового узнал ты?

– Я был в Тополевке у супругов Завьяловых, – начал журналист. – Как тебе известно, у них пропали дочь и зять, намеревавшиеся выехать из города по нашей дороге. Их последний звонок говорил о том, что они собирались сделать именно это. Похоже, следовать таким путем посоветовали им местные. Супруги останавливались на отдых в гостинице, располагавшейся неподалеку.

– Там только одна гостиница, «Риф», – задумчиво произнесла Лада. – Кстати, нужно туда наведаться. Может, они нам расскажут что-нибудь интересное.

– Наведаемся, только после того, как я навещу еще одну семью, – вставил Саша. – Сейчас я принял решение отправиться в Мидас.

– Значит, вернешься поздно, – констатировала Глухова.

– Об этом я сейчас не думаю, – признался Пименов. – Я должен как-то заткнуть глотку шантажисту. А это, как ты понимаешь, можно сделать только одним способом – вывести его на чистую воду.

– Да, я понимаю, – отозвалась девушка. – Удачи тебе.

– Спасибо.

Он открыл машину и забрался в душный салон. Дорога предстояла неблизкая, однако Саша ее очень любил. Она шла вдоль побережья, и глаз любовался красотами Черноморья: величественными скалами, небесно-голубой водой. Пименов завел машину и включил кондиционер.

– Готова к путешествию? – спросил он у «Ауди». Она проурчала что-то неразборчивое.

– Значит, готова. – Парень нажал педаль газа.

Глава 13

Дорога, по которой ехал Пименов, сначала казалась самой обычной, однако через несколько километров начинался жуткий серпантин: на сто километров приходилось более тысячи поворотов. Если такую дорогу проходить ночью, ощущения оставались не самые приятные. Днем же она была исключительно красива: слева – море, справа – горы, почти голые, поросшие редкой растительностью. Практически во всех населенных пунктах по дороге у берега моря раскинулись бесконечные дикие автокемпинги: тысячи машин и палаток стояли вплотную друг к другу. Журналисту было непонятно, как они заезжают и выезжают и какие маневры для этого предпринимают. Его всегда предупреждали: в темное время суток народ, проживающий в кемпингах и пансионатах неподалеку от населенных пунктов, массами выходит на единственную дорогу и шастает по ней стадами, ибо только вдоль нее расположены местные злачные места. Расчищать себе путь приходилось злобным бибиканьем. Если Саша наведывался в эти места, он всегда купался на пляже у Морского, у недостроенного санатория фантастического вида: перевернутый усеченный конус и рядом с ним – второй корпус полукруглой формы. Вот и сейчас, доехав до Морского, Пименов притормозил и вылез из машины. Время было скорее вечернее, однако серая галька еще и не думала остывать и сильно обжигала ступни. Пименов скинул джинсы и подбежал к воде. Синяя гладь манила. Молодой человек разбежался и нырнул. Пока еще вода в море не достигла максимальной температуры градусов под двадцать восемь, когда она уже не освежает.

Журналист проплыл метров сто, постоянно напоминая себе, что лучше не задерживаться, и вернулся обратно. В салоне он сразу включил кондиционер. До нужного ему поселка оставалось совсем немного.

Поселок Мидас выглядел как обычный поселок курортного типа. Несколько пятиэтажек и частные дома – вот что он собой представлял. Когда-то эти пятиэтажки, с десяток частных домов и три санатория и составляли весь Мидас, однако в перестроечный период народ стал вкладывать деньги в мини-гостиницы, и побережье начало застраиваться коттеджами. Даже старые частные дома засверкали новыми пристройками и времянками – и не напрасно. Курортники очень любили это место, и летом на пляжах их набивалось столько, что люди даже не могли сесть, не говоря уже о том, чтобы прилечь на теплую гальку. Судя по адресу, в котором указывался номер квартиры, нужная Саше женщина, Ирина Александровна Петренко, жила именно в одной из пятиэтажек, и туда Пименов направил свою машину. Искать долго не пришлось. Парень припарковался возле дома и вошел в прохладную темноту подъезда. Нужная ему квартира располагалась на первом этаже, и журналист порадовался, что в такую жару не надо тащиться на пятый. Палец нажал глянцевую кнопку звонка. На прерывистую трель никто не откликнулся. Саша повторил попытку, но безуспешно. Из соседней квартиры высунулась голова пожилой женщины.

– Вы к Петренко? К Ирочке? Она вышла в магазин. Минуту назад мы столкнулись с ней на лестничной клетке.

Пименов кивнул.

– Спасибо.

– Бедная женщина! – сочувственно проговорила соседка. – Вы знаете о ее трагедии?

– Про мужа и сына? – поинтересовался журналист.

– А про кого же еще? – Женщина поманила его пальцем и, когда он приблизился, сказала: – Представляете, она до сих пор ждет обоих. Как-то раз я пришла к ней, а Ира налила три бокала вина – один себе, два – мужу и сыну.

– Я ее понимаю, – заметил Саша.

Соседка покачала головой.

– Но надо смириться с бедой. Всякому ясно, что они уже не вернутся.

– Насколько мне известно, трупы не нашли, – вставил Пименов.

Женщина скривилась.

– Но ведь уже прошло пять месяцев! Разве бы они не объявились, если бы были живы? Я регулярно смотрю телевизор и знаю: пропавших без вести нужно искать по горячим следам. Если сразу не нашли – уже и не найдут, во всяком случае, живыми.

Журналист собирался поспорить с соседкой, хотя внутренне был с ней согласен, однако дверь подъезда распахнулась, и худенькая женщина неопределенного возраста с плохо прокрашенными светлыми волосами, в голубом платье, явно большом ей, с сумкой, наполненной продуктами, начала подниматься по ступенькам.

– Ирочка, к тебе гость. – Лицо соседки расплылось в улыбке.

Петренко посмотрела на Сашу без всякого интереса.

– Вы ко мне?

Вдруг в ее глазах вспыхнула надежда. Точно такой же блеск Пименов видел в глазах Завьяловых.

– Нашли Игоря и Мишу?

Журналист покачал головой.

– Еще нет. Но я к вам по этому поводу. Мне нужно поговорить с вами.

– Тогда заходите. – Она достала ключ, открыла дверь и впустила его в темную квартиру. Ее обстановка свидетельствовала о том, что хозяева имели деньги, однако сейчас все было грязно и запущено. Солнечный луч пробивался сквозь паутину на окне. На журнальном столике толстым слоем лежала пыль.

– Садитесь. – Ирина указала ему на кресло. – О чем вы хотели поговорить? Вы из полиции?

– Можно сказать и так, – отозвался Саша, и она не обратила внимания на «можно сказать».

– Есть какие-нибудь новости?

– Нет, к сожалению, – сообщил он. – Вот почему меня прислали еще раз пообщаться с вами. Вы должны дословно вспомнить разговоры с сыном и мужем накануне исчезновения. Возможно, тогда вы что-нибудь упустили, какую-нибудь важную деталь, не позволяющую нам выйти на их след.

Она нервно сглотнула.

– Хорошо. Вы знаете, мы открыли два года назад ювелирный магазин. Конечно, он небольшой, однако зачем в нашем поселке большой? – Ирина горестно вздохнула. – А сейчас зачем нам вообще этот магазин… Обычно сын и муж летали в Стамбул за товаром. Там можно купить неплохие вещи по дешевой цене. Муж все время хотел начать ездить в Турцию по морю, он боялся самолетов. И вот они приобрели билеты на теплоход. Муж и сын прекрасно добрались до порта, звонили мне с теплохода, потом из Стамбула. В тот день, когда теплоход возвращался назад, был сильный шторм. Супруга очень укачало. Да, я вам еще не сказала, что до порта они добирались на своей машине. Возле порта есть платная стоянка, на которой они оставили автомобиль. В общем, в тот день за рулем сидел сын. Мужа непрерывно тошнило. Я звонила им непрестанно и советовала где-нибудь отдохнуть. Сын же, наоборот, хотел поскорее добраться домой. По дороге возле Южноморска мужу стало совсем плохо, и им пришлось остановиться в какой-то гостинице. Они переночевали там, а утром позвонили и сказали, что скоро будут. Кто-то посоветовал им срезать путь из Южноморска по заброшенной дороге. Да, так сын и сказал – по заброшенной. Вроде бы можно срезать километров пятьдесят. Ничто не вызвало у меня беспокойства. Супруг уже хорошо себя чувствовал. Но оказалось, этот звонок был последним… – Женщина начала тихо всхлипывать.

Журналист потер переносицу.

– Значит, срезать дорогу им посоветовали в гостинице?

Ирина качнула головой.

– Я не знаю… Наверное… Да какое это имеет значение?

– В вашем случае все имеет значение, – возразил Саша. – После того как они выехали из гостиницы, больше не звонили?

– Нет.

– Все ясно. – Пименов встал и протянул ей свой номер телефона. – Если еще что-то вспомните, звоните мне.

Она кивнула.

– Разумеется.

– Не могли бы вы дать мне фотографии мужа и сына? – попросил журналист на прощание.

Женщина не возражала.

– Сейчас принесу.

Она вернулась через несколько секунд с конвертом.

– Они здесь.

Как и несчастные родители в Тополевке, Ирина поинтересовалась:

– Вы их найдете? Ведь может оказаться, что они живы? Я тут недавно смотрела один фильм. Люди уходили в лес и пропадали. А потом оказалось, что они попадали в параллельный мир. Некоторые вернулись обратно, живые и невредимые.

Саша опустил глаза.

– Да, в жизни бывает всякое.

Он торопливо вышел из квартиры, не в силах выдержать полный надежды взгляд женщины. Сам Пименов ни на минуту не сомневался, что ее близкие мертвы. Все эти байки о параллельных мирах всегда оставляли его равнодушным. Согласиться, что дорога из Южноморска сродни Бермудскому треугольнику, – на это он бы никогда не пошел. Нет, на этой дороге, пустынной и заброшенной, что-то произошло. И это что-то – скорее всего, убийство.

Саша снова сел в салон машины, включил кондиционер, хотя постепенно сгущались сумерки и спадала жара, и впервые за сегодняшний день взглянул на снимки пропавших. Молодые и красивые – чего бы не жить? Подумав об этом, он погнал автомобиль в Южноморск, уже не останавливаясь, чтобы искупаться. Ему было не до этого.