Текст книги "Обреченный жених"

Автор книги: Ольга Баскова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– И таких людей мы отправляем пачками. Верно?

Он кивнул:

– Точно.

– Если бы мы немного почистили его кошелек, он бы никуда не заявил, потому что ничего бы не вспомнил, – задумчиво проговорила девушка.

Петр пожал плечами:

– Наверное.

Она повернулась к нему:

– Ведь нам нужны деньги?

Шаманов даже отшатнулся, догадавшись, куда она клонит:

– Но не таким способом.

– А каким ты еще заработаешь? – усмехнулась Инна. – Думаешь, я не вижу, как Рубен обирает тебя? А все потому, что, по его словам, он и так облагодетельствовал тебя, взяв на работу.

– На подобное дело я не пойду, – ответил Петр, но уже начал колебаться. И девушка это заметила:

– Ну посуди сам, кто узнает? В худшем случае сюда придет полиция и начнет интересоваться, не запомнили ли мы номера машины, в которую усаживали клиента. Мы им что-нибудь наплетем. И потом, облегчать карманы нужно не каждый день. Мы будем предельно осторожны. Если что – заляжем на дно на время.

– А таксист? – поинтересовался Петр. – Для достижения лучшего результата необходимо, чтобы и он был с нами в доле.

Она хитро улыбнулась:

– Такой человек есть. Это мой двоюродный брат.

Вот так в один прекрасный день и родилось преступное сообщество, обчищавшее клиентов. На их счастье, еще ни одна жертва не заявила в полицию. Преступники выносили почти бесчувственное тело из машины недалеко от его дома и усаживали на скамейку. Вероятно, пробуждаясь, потерпевшие думали, что их ограбили на этом месте. Если бы не дело Алины, возможно, сообщники процветали и дальше.

– Ну, вот вы и в курсе моих художеств, – излив душу, Шаманов откинулся на спинку стула. – Отрицать очевидное не буду. Но Алину я не убивал. А если бы она сказала мне про ребенка, я бы женился на ней. В моей семье аборт всегда считался грехом. Вы мне верите?

– Когда преступник задает такой вопрос, ответить на него сложновато, – признался Истомин.

– Однако мне вы должны поверить, – Шаманов захрустел пальцами. – А результаты генетической экспертизы? У вас они есть?

– Эксперты не сочли нужным делать такой анализ, – соврал Иван. – Мы ведь сначала думали: это простая авария.

Глаза Петра потухли.

– Жаль. Но знаете, я бы не удивился, если бы отцом ребенка Алины оказался другой человек. Когда она меня соблазнила, моя падчерица не была девушкой. Эльвира говорила мне, что неоднократно видела дочь с незнакомыми мужчинами. Возможно, кто-то другой…

– А вы знали кого-нибудь из ее ухажеров? – спросил Иван.

Петр вскинул брови:

– Откуда? Девочка уверяла: мол, любит только меня. А вот Тоня Милованова могла знать. У них не было друг от друга секретов. Видите, Алина рассказала ей о наших отношениях, хотя клялась, что не сделает этого. Мой вам совет: потрясите ее еще раз. Скажите: я тут ни при чем. Может, она станет откровеннее.

– Может, – Иван вызвал конвойного. – Эту и многие другие ночи вы проведете за решеткой.

Петр ничего не ответил.

Глава 11

Тоня Милованова стояла на углу улицы и оглядывалась по сторонам. Ее злило, что она торчит здесь вот уже полчаса. Правда, человек, которому она назначила встречу, предупреждал ее о своем опоздании.

– Мог бы и пошевелиться, – недовольно буркнула она, и тут, как на заказ, перед ней остановился белый «Мерседес». Девочка сразу узнала машину. Передняя дверь открылась, и Милованова юркнула в салон.

– А я уже хотела уходить, – пропела она.

– И ничего бы не получила, – отозвался водитель.

Тоня усмехнулась:

– Вот как? Значит, мне стоило рассказать полицейским о вас. Вы принесли деньги?

– Такие суммы я храню в сейфе на даче, – пояснил собеседник. – Туда мы сейчас и направимся.

– Почему же вы не взяли деньги вчера? – удивилась Милованова.

Он сделал неопределенный жест:

– Потому что моя жена увидела бы это и поинтересовалась, зачем мне такая сумма.

Она откинулась на спинку:

– Ну, тогда вперед. Далеко ли ехать?

– На Тигровый мыс.

Это Тоню не поразило. Обеспеченные люди все мечтали иметь там жилье. Девочка устроилась поудобнее:

– Вперед.

Настроение у Миловановой было отличное. Максимум через час она тоже станет обеспеченной.

Витя Хромов с трудом дождался, когда его родители выехали в город, и пошел в сарай, где прятал подводное снаряжение. С облегчением парень посмотрел на нетронутый мешок и расхохотался. Десять дней назад он стащил у отца приличную сумму денег – снял с его кредитной карты, которую украл из борсетки, сразу, как только ему удалось узнать пин-код, и теперь радовался, что поторопился. Как только папа заметил пропажу, тотчас связался с банком, и карту заблокировали. Но она уже сделала свое дело. Витина мечта – подводное снаряжение, не хуже, а даже лучше, чем у его друзей, было куплено.

Вот отыскать бы деньги на подводное ружье! Мальчик осторожно спустился по тропинке, извивавшейся в скале, и пристроил мешок между двумя валунами. Потом он переоделся, пошлепал к воде, вошел по колено и, пятясь, как рак, готовился к погружению. Его взгляд упал на большой камень, один бок которого омывался морем. На его вершине лежала сумочка, и довольно приличная. Его мать носила похожую. Глаза Виктора радостно загорелись. Возможно, ее хозяйка во время крутого спуска на пляж уронила сумку и не смогла найти. Вот и деньги на ружье! Юноша крякнул и зашагал обратно. Скинув ласты, он вскарабкался на камень и протянул руку. Вдруг парень отчаянно вскрикнул, давясь от приступов рвоты. Хозяйка сумочки с разбитой головой лежала между камней и смотрела на него застывшими голубыми глазами.

Глава 12

Пименов вздрогнул от пронзительного звонка городского телефона и нехотя снял трубку:

– Слушаю.

– У меня для тебя неприятные известия, – сказал Иван. – Обнаружен труп Антонины Миловановой.

– Как ее убили? – выдохнул Александр. Истомин немного помедлил:

– Возможно, ее никто не убивал. Она упала со скалы на Тигровом мысу в районе Райского пляжа.

– Это же твой район, – крикнул журналист.

– Да, – недовольно отозвался приятель. – Накликал ты мне беду. Вероятно, если бы я не взялся тебе помогать, мне бы не пришлось сейчас возиться с этим телом.

– А почему ты так встревожен, если она просто сорвалась со скалы? – удивился Александр. Он хорошо знал Ивана. – Тебе что-то показалось подозрительным?

– Приезжай – и все увидишь сам, – буркнул Истомин.

Пименов не заставил себя ждать.

В кабинете у Ивана, как всегда, было душно. Приближалось лето, и погода радовала солнцем и теплом, однако огорчала духотой и отсутствием дождей.

– Сквозняков не боишься? – Истомин подошел к окну.

– Распахивай, – отозвался журналист.

– Так вот, – майор с наслаждением вдохнул. – Ее обнаружил пацан, у его родителей дача в этом районе. Эксперты назвали приблизительно время смерти – около одиннадцати утра. Заметь, она скончалась сегодня.

Пименов кивнул:

– Понятно. А что смутило тебя?

Истомин подошел к черному пакету, лежавшему на столе:

– Это я принес из комнаты вещдоков. Вот ее босоножки, – он вытащил летние туфельки на высоких шпильках. – Если девушка собиралась на пляж на Тигровом, какого черта она напялила такую обувь? Сам знаешь, как там трудно спуститься к воде.

Журналист пожал плечами:

– Однажды я такое наблюдал!

Прошлым летом он со своим другом решил провести день на Тигровом. Оба не отличались любовью к лазанию по скалам и выбрали тот пляж, к которому вел некрутой спуск. Когда друзья дошли до середины, боясь смотреть вниз и держась то за корни растений, то за камни, сверху на них посыпалась земля. Это означало: кто-то спускался следом. Каково же было их удивление, когда этот кто-то приблизился к ним. Желающей позагорать оказалась девушка в короткой джинсовой юбке и майке, туго обтягивавших ее округлые формы. Но больше всего смутила парней ее обувь. На длинных ногах красовались босоножки на шпильках.

– Вам удобно спускаться, мадам? – поинтересовался приятель. Девушка оглянулась, словно только что заметила молодых людей.

– Какое вам дело?

От нее исходил запах перегара, и друзья поняли: дама пьяна.

– Сорвется же, дура! – проговорил друг. – Вам помочь?

Она улыбнулась:

– Катись, – и принялась спускаться дальше. Странно, но ее ни разу не занесло в сторону обрыва. Незнакомка благополучно преодолела спуск. Вспомнив об этом, Пименов рассказал Ивану об отчаянной девушке.

– Но Милованова не была пьяна, – отмахнулся Истомин. – Впрочем, хорошо, я допускаю модельную обувь, но есть еще кое-что, – он вытащил открытый купальник. – Смотри сюда.

Александр взглянул на трусы и лифчик:

– И что?

– Знаешь, сколько он стоит? – поинтересовался Иван. – Настоящий Карден. Ей он явно не по карману.

– Может, взяла у кого-нибудь? – высказал предположение журналист. Иван качнул головой:

– Вряд ли кто-то из ее знакомых носит такие. Фирма известная и дорогая. Скорее всего, вещь принадлежит убийце или члену его семьи. Преступнику покупать новый было некогда, да и боялся засветиться, и взял то, что нашлось под рукой. Нет, милый, как ни крути, а вырисовывается неприглядная картина. Во-первых, кто-то столкнул ее вниз. Во-вторых, этот кто-то хотел, чтобы мы подумали: мол, девчонка сама свалилась. И у него были на то все основания. Тигровый славится крутыми спусками и подъемами. Однако кое-что он не принял в расчет, и это погубит его.

– Сначала бы найти убийцу, – тоскливо заметил Пименов. Истомин щелкнул пальцами:

– Найдем. Кстати, я сейчас к ее родителям. Поедешь со мной? Прихватим и купальник, чтобы развеять последние сомнения.

– Конечно, я с тобой, – отозвался журналист. Они спустились, и Истомин усадил друга в немного потрепанные «Жигули».

– От деда достались, – похвастался он. – Теперь не буду ходить пешком. Сначала отец хотел забрать их себе, но потом мы решили, что мне они нужнее.

– Верно решили, – поддакнул журналист. – А у меня от отца остался «Москвич». Все никак не выведу его из гаража.

– Ну, не «Мерседес», конечно, – усмехнулся майор. – Зато сразу видно: взяток я не беру.

– И то верно.

Машина, прежде чем завестись, несколько раз вздрогнула и недовольно фыркнула, но все же послушалась нового хозяина и поехала по гладкой дороге.

Глава 13

Пименов всегда боялся встречи с родными погибших или убитых, однако в этот раз дверь открыла совершенно спокойная женщина. Сначала журналист решил, что это подруга матери Антонины, которая пришла поддержать осиротевшую семью. Однако Истомин своей фразой развеял его подозрения:

– Мы по поводу вашей дочери.

Она пожала плечами:

– Заходите.

Сизое лицо и тонкие ноги хозяйки выдавали любительницу спиртных напитков. Вскоре это подтвердилось.

– Выпить не захватил? – с тоской спросила мать Тони.

– Мне, гражданка, ваши показания нужны, – буркнул Иван. – А еще нужно, чтобы вы их прочитали и подписали, будучи во вменяемом состоянии. Поэтому выпивка отменяется.

Казалось, это огорчило даму больше, чем смерть дочери.

– А потом нальешь? – поинтересовалась она.

– Посмотрим.

– Тогда торопись, – заявила дама. – Потому что я ничего не знаю. С дочерью мало разговаривала. Да и когда мне было разговаривать? – Она перешла на плаксивый тон. – Работаешь с утра до ночи, а денег едва на проезд хватает.

– И на бутылку, – заметил Истомин.

Женщина побагровела:

– А ты мне наливал?

Иван демонстративно сунул руку в карман:

– Может, собираюсь.

– Вот это разговор, – она уселась напротив оперативника на колченогом табурете. – Вы про Тоньку хотите узнать? Да шалава она, хоть и всегда считала себя лучше нас. И поделом ей. Я предупреждала ее: допрыгаешься. Но такую мать не слушают.

– Почему ты ее предупреждала? – спросил Иван.

Пьяница усмехнулась:

– А вы зайдите в ее комнату. Там увидите много интересного.

Мужчины переглянулись:

– Где ее комната?

– Да перед тобой.

Двери эта каморка не имела, ее заменял полог из грязной тряпки. Товарищи ожидали увидеть такую же убогую обстановку, однако ошиблись. На современном, видимо, недавно купленном столе стоял компьютер с плоским экраном, на тумбочке – маленький телевизор фирмы «Панасоник». Мать смотрела на вещи жадными глазами.

– Сказала нам с отцом: пропьете – ночью убью обоих. Вот стерва.

– Да, на какие деньги она все это покупала? – удивился Истомин.

– Вот я и говорю, не зря ее… – Мать подперла рукой подбородок.

Александр и Иван стали открывать ящики небольшого секретера. Один из них был полон дорогой косметики. А в тайничке на книжной полке мужчины нашли пакетик с пятью тысячами долларов и множество стогривенных купюр. Пименов наморщил лоб:

– Что ты об этом думаешь?

Истомин пожал плечами:

– Если мы находили подобное у молодых симпатичных девчонок, все оказывалось следствием проституции.

Журналист покосился на фотографию Тони, стоявшую на тумбочке:

– Неужели она была дорогой проституткой? Непохоже.

– У тебя другое мнение?

Александр потер переносицу:

– Пока не представляю, как ей удалось столько насобирать.

– Смотри сюда, – майор извлек из шкафа маленькую записную книжку. – Чует мое сердце, здесь можно найти много интересного.

Пименов подошел ближе. Иван листал страницы.

– Я оказался прав, – он фыркнул. – Представляешь, это блокнотик Алины. Но как он тут очутился?

– Близкая подруга могла его забыть или специально оставить, – предположил журналист.

– И то верно. Впрочем, для нас это уже неважно. – Истомин с интересом изучал книжечку. – А девочка записывала сюда всякую ерунду наподобие адресов магазинов, где можно купить дорогую одежду или косметику.

– Тогда понятно, почему она ею не дорожила, – заметил Александр.

– А это что? – Истомин ткнул пальцем в какой-то список. Пименов вгляделся в странные слова, составлявшие аккуратный столбик. Мужчинам они ничего не говорили.

– Так, первая запись – ФМ ОДОЖАБВАГИ, – пробормотал оперативник. – Вторая – такой же бред, но некоторые буквы повторяются.

– Возможно, Алина что-то зашифровала, – бросил Александр.

– Возможно. И теперь нам предстоит разгадать этот шифр.

– А если это ключ к раскрытию преступлений? – высказал мысль Пименов.

– Вот поэтому нам и придется поломать голову, – откликнулся майор. Они еще раз обыскали комнату, но ничего, заслуживавшего внимания, не нашли.

– Пора уходить, – оперативник направился в прихожую. Как тень отца Гамлета, перед ним выросла мать Антонины. Гости с брезгливостью смотрели на хозяйку. Она и Эльвира Вихляева так построили свою жизнь, что их дочери встали на опасный путь, но свою вину не признавали. Таких матерей, по мнению майора, нужно было расстреливать.

– Подожди, начальник, – хрипло произнесла женщина. – Ты мне что-то обещал.

– Если бы ты припомнила, кто еще, кроме Алины, общался с твоей дочкой, то получила бы больше, – сказал ей Иван. Она наморщила желтый лоб.

– Друзей-мужиков она сюда не водила. А подружек Алинку и Кристину вы знаете.

– Какую Кристину? – удивился Истомин.

– А черт знает, как ее фамилия, – отмахнулась мать Тони. – До девятого класса они учились вместе в пятнадцатой школе. А потом моя ушла в училище, а подруги остались. Алинки больше нет, а Кристинку я давно не видела. Вот и все, что мне известно, командир, – она подняла на него слезящиеся глаза. – Честное слово.

Майор швырнул ей бумажку. Она опустилась на колени, а мужчины поспешили покинуть квартиру.

– Значит, подруг было три, – размышлял вслух Иван. – Теперь все наши надежды на некую Кристину.

– Знать бы ее фамилию, – проговорил журналист.

– Это нетрудно. Сейчас мы зайдем в пятнадцатую школу, – заметил майор. – Она за углом. Думаю, классная руководительница Вихляевой еще не ушла в отпуск. Сейчас время экзаменов.

Пименов кивнул.

Учительница математики Галина Ивановна Ларионова, худая и невзрачная, рано поблекшая, с седыми волосами, собранными в пучок, встретила их настороженно.

– Неужели мои дети, еще не выйдя на каникулы, успели совершить правонарушения? – она силилась улыбнуться.

– Смотря какие, – уклонился Иван. – Впрочем, мы к вам по другому делу. Бывшая ученица вашего класса была убита.

Женщина побелела:

– Кто?

– Антонина Милованова.

– Тоня? – Она прикрыла ладонью рот. – За что?

– Это мы бы тоже хотели знать. И поэтому нам нужны сведения о ее подруге Кристине, как можно более подробно. Вы подтверждаете тот факт, что Кристина, Алина и Антонина были близкими подругами?

Она кивнула:

– Да… Алина тоже… мне сказали: ее нашли мертвой. Кристина, наверное, чего-то боялась, вот и уехала в поселок Лозовое за два месяца до конца учебного года.

Иван сжал кулаки:

– Значит, сейчас ее нет в городе?

– Вы правильно поняли.

– Тогда дайте нам ее адрес.

– Конечно, – Галина Ивановна открыла ящик учительского стола и вытащила общую тетрадку. – Вот, пожалуйста. Кристина Иванова. Улица Оборонная, дом восемь, квартира пять. А вот адрес ее дяди в Лозовом, куда она и направилась.

– Она уехала с родителями?

Учительница усмехнулась:

– У нее был один дедушка. Но два года назад он умер, – она помрачнела. – Если бы не его смерть, Кристина бы не связалась с Вихляевой. Дедушку она слушалась и любила. Когда ее родители пропали без вести, уехав на заработки на Север, он фактически один вырастил ее. Бабушка умерла, когда малютке исполнилось три года.

Оперативник и журналист присели за парту.

– Продолжайте, – попросил Истомин.

– В начальной школе девочки не дружили, – пояснила Ларионова. – За общением внучки следил Иванов-старший. И он не допустил бы дружбы Кристины с девочками из таких семей… Ну, у Алины еще куда ни шло. А вот господа Миловановы всегда доставляли мне кучу хлопот. Хотя, как ни странно, более испорченной казалась Вихляева, – учительница подперла рукой подбородок и задумчиво посмотрела на гостей. – В детстве Алина была гадким утенком, знаете, такая маленькая, худая, как тростинка, большеротая и нескладная, она много натерпелась от одноклассников. Ее обзывали, с ней не хотели дружить. Но шло время, и утенок превращался в прекрасного лебедя. Сначала эти метаморфозы оценили мальчики и наперебой начали оказывать ей знаки внимания. Надо заметить, эта девочка очень быстро поняла цену своей привлекательности. Скажем, за поход в кино она требовала дать ей списать уроки. А потом, наверное, решила, что от одноклассников многого не добьешься, и стала заигрывать со взрослыми людьми. – Она сняла очки и положила их на стол. Помню, однажды я вызвала отца одной из учениц, работавшего в нашей мэрии и считавшегося очень влиятельным человеком. Он пришел после шестого урока. Алина в тот день была дежурной и мыла доску. Я хотела поговорить с ним с глазу на глаз и попросила девочку закончить и отправляться домой. Однако она некоторое время делала вид, что не слышит, потом долго собирала книжки, которые неизвестно как вдруг выпали из портфеля на парту, и собирала очень неприлично. Алина нагнулась, словно желая поднять с пола тетрадь, короткая юбка задралась, и показались кружевные трусики. Только теперь до меня дошло: она же пытается вызвать интерес у отца ее одноклассницы! И причем нисколько не стесняется меня. Я попросила прощения, подошла к ученице, схватила ее за руку и строго сказала:

– Бери портфель и уходи.

Она упиралась, и мне пришлось силой вытолкнуть ее в коридор. Было ужасно неловко перед мужчиной. Мы с ним говорили, наверное, минут пятнадцать. Потом он ушел, а я направилась к окну, отодвинула занавеску и увидела такую картину. Отец моей ученицы уже садился в машину, когда возле него оказалась неизвестно откуда взявшаяся Алина. Она что-то проговорила, мужчина кивнул и усадил ее на переднее сиденье. Я в тот день не находила себе места со стыда, однако все закончилось благополучно. Он просто подвез ее домой. Но, как вы понимаете, другие мужчины могли поддаться ее чарам… Я попыталась поговорить с ее матерью, пришедшей на родительское собрание, однако та была слишком занята собой, чтобы обратить внимание на дочку.

– Сколько лет тогда исполнилось Алине? – поинтересовался Александр.

– Тринадцать, – ответила женщина. – Но выглядела она на все шестнадцать. Поэтому я и боялась за нее. Именно в это время Вихляева и сдружилась с Миловановой и Ивановой. В этой троице задавала тон именно она. Честно говоря, я вздохнула свободно, когда Алина заявила, что они с Антониной после девятого класса понесут документы в профессионально-технический лицей. Возможно, для нее это было бы лучше. Однако мать девочки категорически воспротивилась этому. Она мечтала, чтобы дочь получила высшее образование, – Ларионова вздохнула. – Милованова ушла, Алина и Кристина остались. Они вели себя по-прежнему. А потом случилось это несчастье с Вихляевой. Через два месяца Кристина сообщила мне, что уезжает в Лозовое к родственникам. Это меня удивило. Бросить вот так учебу… Странно, что девочка уезжала из города, несмотря на то, что у нее, оказывается, имелся еще один родственник в Южноморске.

Друзья переглянулись:

– Кто?

– Еще один дядя. Он звонил мне незадолго до вашего прихода и тоже записал адрес в Лозовом.

Иван напрягся:

– Ему неизвестно местожительство лозовской родни?

В ее глазах вдруг появился страх.

– Я об этом не подумала.

Истомин посмотрел на Пименова:

– Мы должны поторопиться. Похоже, и за этой малышкой уже начали охоту.

Попрощавшись с учительницей, друзья с неудовольствием вышли в духоту. С моря дул ветерок, но он не приносил свежести, лишь поднимал придорожную пыль и разносил во все стороны тополиный пух. В салоне маленького автомобиля было жарко, но сейчас приятели не обращали на это внимания, их волновало другое.

– На Оборонную? – спросил журналист.

– Да, – оперативник достал мобильный. – А с лозовскими коллегами свяжется Павел. Мы не должны терять ни минуты.