Текст книги "Повелитель снов (СИ)"

Автор книги: Ольга Балым

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

– Бред! – фыркаю я нисколько не впечатленная историей. – В моей реальности, сны видят только те, у кого большие способности к магии.

– Ты видела кошмары, – говорит Хейден, бросая на меня оценивающий взгляд. – Ты говоришь, что у тебя нет магии, но все же видела сны. Тебе не приходило в голову, что здесь что-то не так?

Я глубоко вздыхаю: – Конечно же, приходило! Но моего самомнения не хватило, чтобы начать себя считать особенной!

– Думаю, что пора уже начать так считать, – отвечает он.

Мы смотрим друг на друга, несколько долгих секунд. Я ожидаю, что Хейден скажет что-то еще, но он продолжает молчать. Вместо него говорит моя сестра.

– Морфей и боги разозлились на Талана. Они хотели наказать его за беду, что он принес человечеству. Но смиловались. Вместо этого Этан и Неа, решили, что жизнь среди людей была ошибкой. Они приказали своим детям и внукам собраться вместе на высокой горе, у самых небес. Там они поведали своим творениям, что навсегда уходят и забираю их с собой. С тех пор никто не знает, где обитают боги и полубоги.

– И никто их больше не видел? – спрашивая я, вспоминая историю короля драконов.

– Время от времени, они появляются. Но ненадолго. Если тебе повезет их увидеть, то они выполнят твое желание, – отвечает сестра.

– Например, как в той в пещере? – озвучиваю я свои мысли, и краем глаза замечаю, как Хейден вздрагивает.

Лиана кивает: – Да. Так наш король получил власть. Так зародились драконы.

– И ты хочешь призвать ту самую девушку, чтобы заставить ее выполнить наше желание? – предположила я.

– Нет, – отрезает Лиана. – Ту девушку, как ты выразилась, лучше не встречать вживую.

– Почему? – по моему телу пробегают мурашки, а в комнате будто становится на несколько градусов холоднее.

– Потому что Антита – богиня обмана и тьмы, – говорит сестра.

– Ты понятия не имеешь, кем была та богиня, – цедит сквозь сцепленные зубы дракон. – Она... она... была прекрасна...

Мои глаза расширяются от удивления, впрочем, также как и у Лианы. Мы быстро с ней переглядываемся, а затем сестра говорит: – Антита, и, правда, прекрасна. Как и ее младшая сестра. Но безумием они заражены обе.

– Что ты имеешь в виду? – с интересом спрашиваю я, не обращая внимания на свое глухо бьющееся сердце. Мне не хочется думать почему.

Сестра глубоко вздыхает: – Миралия и Антита родились уже после того, как боги оставили нас. Говорят, что они дочери бога войны и смертной, кто-то уверен, что они дочери самого Этана и женщины, которую он встретил на земле и влюбился без памяти. Говорят, что эта была настоящая причина ухода богов. Якобы Нея, так сильно разозлилась, что стала искать девочек по всей земле, чтобы разорвать их и их мать на куски. Тогда Миралия проявила свои способности и стала менять реальность, чтобы запутать высшую богиню. Ей удалось спрятать маму, хотя тогда она была еще совсем крохой. Ей не было еще и десяти лет. А вот Антита, создала непроходимую тьму, чтобы ее и мать не нашли. Тьму, с которой, она сама не была в силах справиться...

– Что случилось с их матерью? – прошептала я, понимая, что меня душат слезы, причину которых мне никак не удается понять.

Лиана поджимает губы: – Нея, все-таки богиня. Конечно же, она нашла Миралию и ее мать.

– Что она сделала с ними? – прошептала я.

– Нея была не так жестока. Оказалось, что увидев перед собой мать и дочь, испуганных и почти лишенных ума от страха, она смиловалась, подарив матери быструю смерть. А малышку, дочь ее мужа, она отпустила. Сказав, что та, никогда не попадет в царства отца и будет вынуждена жить среди людей, – сестра глубоко вздыхает, а затем нервно всхлипывает.

– Где была Антита? – сердито спрашиваю я, борясь с невероятным гневом, который горит в моей груди.

– Антита была во тьме, – тихо поясняет сестра. – С тех пор, ей редко удается выбраться из нее. Но когда она появляется, страдают все, кто оказываются на ее пути.

После этих слов, я смотрю на дракона. Лицо Хейдена изменилось. Он больше не пребывает в блаженной задумчивости. Его щеки горят, а челюсти сжаты. Что с ним происходит?

Но Лиана, будто не замечая этого, продолжает: – Миралия выросла совершенно одна, без семьи, без друзей. Но она является покровителем нашего мира. Эта богиня, всегда появлялась, когда была нужна помощь и исполняла желания.

– Она так и не увидела отца, – тихо говорю я, осознавая, что это не вопрос. Я и так это знаю.

– Понятия не имею, – сестра пожимает плечами. – Думаю, ты услышала достаточно. Пора действовать.

Я вздрагиваю: – И что ты хочешь, чтобы я ей сказала? Что попросила?

– Как что? – ее глаза удивленно расширяются. – Вернуть тебе память и твой мир! Что же еще?

Я неуверенно киваю: – Как скажешь.

– Тебе нужно только слушаться меня и не перечить. Выполнять все, что я скажу. Как думаешь, справишься? – сестра смотрит на меня со смесью сомнения и надежды.

После недолгой паузы, я киваю: – Угу.

После моего согласия, Лиана кладет на стол несколько предметов.

В тусклом свете подвального помещения, я различаю книгу в коричневой потертой обложке, стеклянную миску с красной жидкостью и засушенные полевые цветы.

Смотря на них, я поднимаю одну бровь, а затем ухмыляюсь: – Этот букет для нее?

Сестра переводит на меня сердитый взгляд: – Это букет невесты. Миралия, так ей и не стала.

– О чем ты? – хмуро спрашиваю я. – Причем здесь...

Сестра поднимает вверх руку: – После. Это уже другая история. Мне жалко времени.

– Лучше скажи ей, что она должна отдать ей взамен, – сухо говорит Хейден, откидываясь на спинку деревянного стула.

– Ах, да, – сестра отмахивается. – Ничего особенного. Ты должна отдать ей одно свое воспоминание.

– Что? – шепчу я. – Мое ... воспоминание? Но... зачем?

– Оно должно быть не обычным, – продолжает сестра, нервно заерзав на стуле. – А самым любимым воспоминанием, которым ты дорожишь.

– Что же, без проблем... У меня воспоминаний на две жизни... – задумчиво говорю я, пытаясь найти подходящее. Что это будет? Мой первый поцелуй с Рамом? Или первая тренировка при кровавой луне? Или... мой сон, который однажды, перестал быть кошмаром? Но я не хочу лишаться этого воспоминания.

– Хорошо. Тогда пока подумай, а я расскажу, как все будет происходить...

– Ладно, довольно, – вдруг говорит Хейден.

Мы с сестрой, с удивлением замираем, ожидая продолжения его слов.

Король кладет руки на стол, опуская голову: – Миралия не придет.

– Что? – сестра начинает быстро дышать, словно осознав что-то такое, пока неведомое мне.

Хейден поднимает голову и смотрит на меня: – Богиня не появится. Какой же это абсурд!

Король качает головой: – Прости Мия, но я, все-таки, кое-что вспомнил.

– Правда? – на моих губах мелькает улыбка, но она очень быстро гаснет.

– Но это не имеет значения, потому что я должен выполнить свою часть сделки, – с этими словами, он кладет на стол острый серебряный кинжал, покрытый таинственными, нечитаемыми для меня надписями.

Несмотря на весь ужас и шок, от происходящего, я довольно быстро понимаю, что происходит.

– Сделка с той богиней из пещеры? – шепчет Лиана, которая выглядит так, словно в любой момент готова прыгнуть на короля и вгрызться в его шею.

– Антина сказала, что однажды, я встречу девушку, душа которой сведет меня с ума, – сухо говорит Хейден, не сводя с меня пустых серых глаз.

– Ты же сказал, что уже выполнил свою часть сделки? – мой вопрос звучит глупо и наивно, но все же, дракон терпеливо отвечает мне.

– Я солгал. С самой первой секунду, было ясно, что ты та самая.

Во мне вновь растет гнев, смешанный с отчаянием: – Но почему я? Откуда Антита знает обо мне?

– Небеса, Мия! – возмущенно вздыхает сестра. – Сейчас это не самое главное. Лучше скажи, король драконов, что ты должен сделать с той самой девушкой?

Хейден продолжает смотреть на меня, не удостаивая сестру взглядом: – Скоро все кончится, Мия.

На моих глазах появляются слезы: – Что кончится? Что ты вспомнил?

Дракон рассеянно качает головой: – Я не могу отказаться от своей части сделки.

Он накрывает своей рукой кинжал. Я смотрю на него, и не могу поверить в происходящее. Лиана была права! С самого начала, она знала, что Хейден не на нашей стороне. Мое сердце сжимается от боли и отвращения к самой себе. Он сумел обмануть меня, ловко втираясь в мое доверие.

– Что тогда случится, Хейден? – спрашиваю я, не отводя глаз от кинжала. – Что будет, если ты не убьешь меня?

– Я не знаю, Мия, – в его голосе слышится раскаяние. – Но твоя смерть неизбежна.

Я поднимаю глаза на свою сестру. Лиана тоже смотрит на меня. В ее глазах, помимо шока, мелькает что-то еще. Я никак не могу понять, что именно. Возможно, решимость? Неужели у моей сестры есть план? Мне бы очень хотелось, чтобы это было так.

В следующую секунду, происходят сразу несколько вещей. Король драконов поднимает кинжал, а я словно понимая, что последует после, вскакиваю на ноги и бросаюсь к выходу.

Мне не хватает каких-то двух или трех метров, чтобы добраться до самой последней ступеньке. На мои плечи ложиться тяжелая рука дракона, и он тянет меня назад.

– Нет! – кричу я, в отчаянии, пытаясь вырваться из его смертельной хватки.

Хейден разворачивает меня лицом к себе и прижимает к холодной каменной стене.

– Прости принцесса, – шепчет он, когда холодное лезвие касается нежной кожи моего горла. – Но такова твоя судьба.

Я смотрю в его глаза. Они такие знакомые, родные. В них мелькает столько разных, противоречивых эмоций: боль, гнев, безысходность. Вдруг в моей голове сформировывается мысль: “Он опять это сделал. Опять предал меня”.

Мое дыхание замирает. И мне кажется, что меня ударили под дых, с неистовой силой.

– Я помню, твое настоящее имя, – задыхаясь от ужаса, произношу я. – Боги, я помню его...

В эту секунду, весь мой мир сужается до пяти букв, из которых оно состоит. Это знание такое четкое и ясное, что я готова поклясться, что это его настоящее имя. Оно подходит ему. Оно будто предназначено, именно для него. Как я могла забыть о нем?

Хватка Хейдена ослабевает. Его кинжал больше не прижат к моему горлу.

– Скажи мне его! – с мольбой, произносит Хейден, устало прислонившись к моему лбу. – Прошу тебя...

Запах шоколада заполняет мой нос, мое горло. Я всхлипываю, впервые за долгое время, ощущая себя по-настоящему на своем месте. Теперь, я четко это понимаю. Возможно, это не мой мир, не мой дом, не моя семья. Но он, тот, что стоит рядом со мной сейчас, и просит назвать его настоящее имя, и есть мой дом. Мое убежище. Как я посмела забыть об этом? Кто это сделал со мной? В эту секунду, я понимаю, что в моих воспоминаниях должен быть ответ. Но он ускользает от меня, как и прежде, стоит мне только приблизиться к нему. Но я вспомню. Я должна. У меня нет выбора...

– Мия, скажи...– вновь звучит его голос.

Я открываю рот, чтобы произнести имя, которое когда-то очень часто звучало из моих уст, но не успеваю, потому рядом с нами раздается новый голос.

– Вспомнила, значит?

Мы оба вздрагиваем и отпрыгиваем друг от друга, словно ужаленные.

– Кто это такая? – слышится голос моей сестры. Только сейчас я вспоминаю, что она тоже где-то здесь.

Лиана стоит у самой лестнице, ее лицо, скрывает темнота. Но я вижу, как напряжены ее худенькие плечи и сжаты кулаки. На душе становится теплее. Эта девушка, готова драться за меня, теперь я в этом уверена.

– Молчи, марионетка, – рявкает голос, явно обращаясь к Лиане.

У самого выхода, возле двери, стоит женщина или девушка. Я не могу точно определить, потому что она поглощена тьмой. И эта тьма, настолько неестественна, что кажется мне декорацией, сгустком, созданным магией, намеренно, чтобы скрыть ее лицо.

– Это она мне? – спрашивает Лиана, но никто ничего не отвечает.

– Антита, – шепчет Хейден, который прижимается к стене, устало опустив руки.

– Почему ты хочешь моей смерти, Антита? – мой голос звучит испуганно. – Что я сделала тебе?

Богиня делает шаг вниз, приближаясь к нам, на одну каменную ступеньку. Ее длинное черное платье, сливается с тьмой, так же, как и ее лицо, и я не могу различить, где оно заканчивается и начинается мрак. Но вдруг, я понимаю, что Антита, и есть тьма. И они неразделимы. Они одно целое.

– В этот раз, довольно быстро, – продолжает богиня. – Я впечатлена.

– О чем ты? – я бросаю взгляд на дракона, пытаясь отыскать в нем поддержку, но он словно застыл, и, кажется, даже не дышит.

– Меньше знаешь, лучше спишь, – хихикает Антита. От ее смеха, моя кожа покрывается мурашками. Почему я так сильно боюсь ее? Ведь, вижу ее впервые.

– Ты знаешь, кто я? – спрашиваю я, стараясь совладать со своим страхом. – Прошу, скажи мне!

Антита качает головой: – Тогда, мы упустим все веселье. Ты и сама не хочешь этого знать. Поверь мне.

После этих слов, которые разносятся по подвалу эхом, над головой богини появляются черно-зеленые пятна. Они растут, словно плесень, поглощая реальность.

– Нет! – с ужасом кричу я. – Это опять происходит!

Мое тело бьет озноб. Я смотрю на Хейдена, затем на сестру, ловя ужас и безысходность в ее глазах.

– Зачем ты это делаешь? – кричу я, теперь уже точно зная, кто та самая таинственная женщина, о которой говорил Кристиан. Это богиня. Богиня тьмы Антита. И она, по каким-то неизвестным мне причинам, снова и снова превращает мою жизнь в ад.

– Ты знаешь зачем, – отвечает она, а тьма, разрастается все больше. Теперь она ползет по стенам, почти касаясь Хейдена.

Стараясь не думать об этом, я бросаюсь к дракону и хватаю его за руку.

– Очнись! – кричу я, и тяну его вниз. Конечно же, нам некуда бежать. И я точно знаю, что тьма неизбежно поглотит нас. Но пока, я не готова сдаться.

Мы несемся вниз по каменным ступенькам, под громкий и заливистый смех богини тьмы.

– Глупышка, – говорит она. – Ты бежишь от самой себя.

Эти слова, заставляют меня замереть у самой последней ступеньки. Хейден спускается без меня, и сразу же загораживает мою сестру от богини. Лиана всхлипывает и обхватывает его со спины.

– Что ты сказала? – я оборачиваюсь, а затем втягиваю от ужаса воздух. Тьма уже совсем близко. Пустота скоро поглотит и нас.

– Беги, моя милая, – говорит Антита. – Ты не победишь тьму. Особенно, если она в твоем сердце...

Ледяной ветер бьет меня по лицу. Он проникает мне под кожу. Гул становится более настойчивым, и я понимаю, что не могу больше говорить, и даже кричать. Меня окутало знакомое чувство. Со мной уже это происходило, и не один раз. Неужели, я опять все забуду? Неужели, опять все начнется заново?

Тьма сковывает мои руки и ноги. Закрывает мои глаза. Густой туман заполняет мои мысли и чувства. Я кажусь себе куколкой, запертой навечно в коконе. Но разве, куколка не станет однажды бабочкой? Она должна выбраться из своей клетки и познать неизвестный мир. Думаю, со мной произойдет то же самое. Однажды, я выберусь из своего кокона. Но только не сейчас... Ведь здесь так тепло, спокойно и совсем не страшно... Потом... Сейчас, мне нужно отдохнуть, впитать в себя спокойствие, которое дарит мне тьма. А затем, совсем скоро, я выберусь... Правда, я уже совсем не помню зачем...

Глава 10.

– Доброе утро, милая, – возле моего уха, раздается отдаленно знакомый мужской голос. Я недовольно ворчу себе под нос, и накрываю голову подушкой.

– Пора вставать, – теперь его голос звучит приглушенно, а уже в следующую секунду, моя подушка исчезает, а вместо нее, моя кожа чувствует прикосновение горячих губ. Он целует мое ухо, и в одно мгновение, моя кожа покрывается мурашками.

– Хейден, – шепчу я с улыбкой. Стоп! Нет! Здесь что-то не так!

– Что ты сказала? – спрашивает мужчина. Его голос больше не наполнен нежностью и медом. Кажется, это не его имя. Тогда чье?

Моя кровать прогибается, с его стороны. Громкие шаги раздаются в комнате.

– Ты что, назвала меня сейчас именем прислуги?

– Что? – я резко распахиваю глаза, и все мои мысли, которые только что роились в моей голове, развеиваются. Я пытаюсь ухватиться за имя, что произнесла. Стараюсь осознать, почему оно сорвалось с моих губ. Но не могу. Мои воспоминания, словно вода, медленно утекли в канализацию.

– Я....не понимаю, – передо мной стоит молодой парень с карими, как шоколад глазами, с красивыми тонкими чертами сердитого лица. Яркая, но очень краткая вспышка вдруг показывает мне его, в совершенно другом виде. Его стройная фигура стоит среди деревьев. Его лицо пылает гневом, а глаза полны ярости и ... чем-то животным...

– Ра..фаил, – произношу я по слогам его имя, будто бы впервые в жизни.

Парень хмурится: – Надо же, вспомнила!

Рафаил скрещивает руки на широкой груди, и смотрит на меня с подозрением: – Почему ты назвала меня именем нашего повара?

– Что? Нет! – я качаю головой. – Мне просто...просто снился сон...

Его лицо резко меняется. Злость уходит, остается лишь досада: – О, Рия! Это опять был кошмар?

Я неуверенно провожу рукой по волосам: – Кошмар?

Вновь моя память показывает мне Рафа с перекошенным от злобы лицом. Конечно, же это был лишь кошмар. А как же, иначе? Обычно в моих снах меня преследует мужчина. Я ясно помню черты его лица. Его губы, цвет волос и глаз. Но сейчас, после пробуждения, мне кажется, что мой кошмар был немного иным. Я помню Рафаили, четко, словно прожила в этом кошмаре много часов.

– Да, мне снился кошмар.

Кошмары снятся мне с девяти лет. Каждую ночь, меня преследует мужчина. В них я взбираюсь по каменным ступенькам северной башни нашего замка, а он, словно моя тень, всегда идет позади. Я прячусь от него в одной из пыльных ниш, а он настигает меня там. Всегда. Но почему я сказала это имя? Чье оно?

– Какое имя я назвала? – удивительно, но я уже забыла его.

– Хе...лен? – неуверенно говорит Рафаил, почесав затылок. – Ведь так зовут нашего повара?

Я киваю: – Да... Рафаил? А что ты делаешь в моей комнате?

Парень вдруг краснеет: – Подумал, что никогда раньше не пробирался в твою комнату. Хотел сделать тебе сюрприз. Ведь сегодня у тебя день рождения!

– Ох, точно, – тихо говорю я. День рождения. Но почему я не помню, как готовилась к нему? Как ждала этот день? В моей памяти, словно одна огромная черная дыра. Пустота, великих размеров.

Рафаил хмурится: – Что с тобой такое? Ты ведь хотела отпраздновать, как следует? Разве нет?

– Да, наверное, – отвечаю я. – Но тебе нельзя здесь быть.

– У нас свадьба через месяц! – вновь сердится он. И моя память вновь показывает моего жениха, окруженного высокими соснами. С его кожей было что-то не так... Она была покрыта...чешуей? Следовательно, совершенно точно, это был лишь кошмар.

– Да, поэтому тебе стоит уйти, – говорю я уверенно, словно чопорная старая дева. Да, наша тетушка из провинции была бы мной довольна. Я даже вижу ее счастливую улыбку, от которой ее лицо покрывается мимическими морщинами.

– Я не думаю, что кто-то будет осуждать нас, – в подтверждение своих слов, он делает уверенный шаг к моей кровати.

– Я против! Уходи Рафаил! – я скрещиваю руки на груди, бросая на него сердитый взгляд.

В глазах Рафаила мелькает боль и обида: – Ты совсем не рада мне. Правда?

После его слов, меня накрывает чувства вины. Конечно же, я рада, ведь передо мной мой будущий муж. Я жду с нетерпением нашу свадьбу... Ведь так? Кажется, да...

Но мое смятение после очередных кошмаров, которые я к удивлению, плохо помню, не дает мне полностью влиться в утро дня своего рождения.

– Все не так, – наконец говорю я, и поднимаюсь с пастели. На мне длинная ночная рубашка, темно-зеленого цвета, с короткими рукавами, покрытая рисунками огромных оранжевых цветов. Первой моей мыслью было возмущение. Кто меня убедил надеть эту жуткую вещь? Но следом, я понимаю, что она вовсе не плохая, а очень даже, красивая и модная.

Покачав головой, я подхожу к Рафаилу, и заключаю его в крепкие объятия. Мой будущий муж приятно пахнет. Думаю, это смесь горьких специй и ванили. Я утыкаюсь в его грудь, и все мои сомнения уходят на задний план. Как я могла сомневаться, что не рада ему? Ведь это же Раф. Мой единственный любимый человек. Никто и никогда мне не был нужен.

– Я очень рада тебе, Раф, – шепчу я, в его рубашку. – Просто плохо спала...

Парень кладет руки на мою талию: – Мы должна отыскать снадобье. Тогда все это пройдет.

Снадобье? Это слово, тяжелым камнем падает на мою грудь. Среди хаоса в моей голове, я нахожу информацию о том, что мои родные уже очень давно ищут способ избавить меня от кошмаров. Отец искал знахарей в каждом из уголков нашего света. Но так никого и не нашел. Думаю, в нашем мире, где нет места чудесам и магии, их просто не существует.

– Рафаил, пора признать, что это бесполезно...– тихо говорю я. – Думаю, это просто болезнь, а не проклятие.

Однажды, около года назад, в одной из очень отдаленных от цивилизации деревень, мой отец нашел женщину. Она утверждала, что знает заговор, который поможет мне избавиться от кошмаров. Она даже говорила, что владеет магией предков. Тогда отец, да и все наше королевство, поверили женщине. Все ждали от нее чуда. Все, кроме меня. Я никогда не верила в магию, не верила в сверхъестественное. Но люди всегда ищут чудо, особенно там, где его нет. Никому в нашей королевстве, да и за ее пределами, еще не удавалось доказать, что магия существует.

Как и той самой женщине.

– Рия, – Раф пытается заглянуть мне в глаза. – Ты не больна! Кто-то наслал на тебя наговор. И мы, обязательно его снимем.

– Рафаил... – говорю я с тяжелым вздохом. Но мои слова, так и остаются не высказанными, потому что в мою комнату, буквально врывается, хорошо знакомая девушка.

– Проснись и пой! – кричит моя лучшая подруга.

На лице Аниты играет довольная улыбка, пока она не понимает, что я уже давно не сплю.

– Ты уже проснулась! – расстроено говорит девушка. – Стоило догадаться, что твой жених опередит меня.

Зеленые глаза Аниты недовольно вспыхивают, когда она смотрит на Рафа.

Я начинаю смеяться, краем глаза замечая, голубой торт, украшенный красными розами. Он стоит в коридоре на небольшом сервировочном столике с колесиками.

– Из него выпрыгнет симпатичный парень, переодетый в эльфа или вампира? – говорю я с улыбкой.

– Как из той книги? – подмигивает Анита и раскрывает мне свои объятия.

– Именно как из той книги! На меньшее я не согласна, – мы смеемся, обмениваясь легкими поцелуями в щеку.

– Думаю, что в твой торт максимум поместится гном, – фыркает Рафаил, выглядывая в коридор.

– Этот торт только для твоей невесты! – сухо говорит Анита. – Трехъярусный, для гостей, будет вечером.

Точно! Ведь я уговорила отца устроить прием в честь моего двадцатитрехлетия. Мне очень хотелось, перед своей свадьбой, повидаться со всеми членами своей семьи и друзьями. Ведь после свадьбы, я буду вынуждена переселиться в дом своего жениха, который находится очень далеко от моего родного графства.

Как странно, что после пробуждения, я даже не вспомнила о сегодняшнем званом обеде...

– Я пойду, – говорит Рафаил с хмурым выражением лица.

Анита радостно кивает, а затем подмигивает мне: – Нам есть о чем посекретничать.

Рафаил на секунду задерживается у торта, разглядывая его более скрупулезно. А затем, фыркнув что-то себе под нос, уходит.

Анита закатывает мой торт в комнату и громко хлопает дверью.

– Что он здесь делал? А лучше, скажи мне, как долго он здесь был, – она плюхается на кровать и стучит ладонью на место рядом с собой.

– Решил поздравить меня первым, – я пожимаю плечами и сажусь рядом.

– Я в этом не сомневалась, – фыркает подруга. – Наш маленький лорд, из кожи вон лезет, чтобы привлечь твое внимание. Очевидно, пока это ему не удается.

– О чем ты? – мои глаза расширяются от удивления.

Вместо ответа, Анита откидывается на спинку кровати и игриво улыбается.

– Анита? – почему я не понимаю о чем она говорит? Ведь мы подруги, и не впервые обсуждаем противоположный пол. Так почему же в моей памяти не всплывает подобным разговор?

– Рафаил как приторно-сладкая булочка. Она вкусная, ты ее любишь, но она тебе ужасно наскучила. Вкус слишком пресный, – подруга начинает хохотать увидев мое, вытянувшееся от удивления лицо.

– Другое дело – шоколад. Он никогда не надоедает. Его хочется всегда.

– Ты просто любишь шоколад, – смеюсь я, нисколько не обижаясь на ее издевки над Рафаилом.

– Да! Особенно его запах! – говорит Анита, со странным блеском в глазах. Я замираю, пытаясь расшифровать ее таинственный блеск. Но передо мной, все та же девушка, которую я знаю с самого детства. Анита бесхитростная, честная и добрая. Но почему ее слова кажутся мне неким намеком? Только что же, она пытается сказать?

– Но дело не в самом шоколаде. Рафаил – скучный и глупый! И я не понимаю, почему ты собралась за него замуж.

– Хватит! Я люблю его! – в груди начинает расти гнев. В этот раз, Анита немного переходит грань. И я не знаю почему. Он не скучный, а неторопливый. Он не глупый, а задумчивый.

– Вчера мы с Конором ходили в театр, – она резко переводит тему.

– С моим братом Конором? – я сразу же забываю о своем женихе.

Она хитро улыбается мне: – Он пригласил меня сам. Его никто не заставлял.

– Я и не подумала об этом! – поспешно говорю я, припоминая, что мой брат раньше не проявлял особого интереса к Аните.

– Тебе тоже стоит сходить. Пьеса о девушке, которую предал возлюбленный. А она, не выдержав эту боль рехнулась, и стала мстить всем своим близким...

– И почему же я должна ее посмотреть? – удивленно спрашиваю я.

– Для общего развития, конечно же! – Анита невинно улыбается мне, но несмотря на это, в моей груди становится тесно.

– Ты будто пытаешься мне что-то сказать... – я смотрю на свою подругу и понимаю, что-то не так. Не знаю, как объяснить свое странное чувство тревоги. Передо мной все та же, горячо любимая подруга, но и вроде бы не совсем она.

– Почему ты так на меня смотришь? – спрашивает Анита.

– Почему в день моего рождения, ты заводишь такие странные темы для беседы?

– Я просто делюсь с тобой подробности своего свидания! – закатывая глаза, говорит подруга.

– Что-то не так...– произношу я, стараясь унять свою тревогу, которая будто вырывается из моей груди. – Все должно быть не так.

Антита косится на меня как на безумную: – Ты о чем?

– Сама не знаю, – с досадой вздыхаю я, чувствуя себя невероятно несчастной.

– Я знаю, что тебе поднимет настроение, – девушка загадочно улыбается мне, а затем встает и идет к моему гардеробы. – Сейчас десять утра. У нас шесть часов, чтобы привести себя в порядок перед праздником.

Она распахивает шкаф и испускает тяжелый вздох: – Боюсь, нам его будет недостаточно.

Анита проводит рукой по длинному шелковому платью, бледно-желтого цвета, и закусывает губу.

– Ты права, чтобы надеть платье и накраситься, нужно минимум два дня, – я прыскаю от смеха, когда она начинает согласно кивать.

– Вот, видишь, ты стала понимать в современной моде и требованиях к ней!

– Давай, просто сделаем это, – устало говорю я, морально готовая испытать на себе все тяготы моды нашего графства. Но предложение Аниты, как нельзя кстати. Мне сейчас нужно отвлечь свои мысли от глупостей, которые крутятся в моей голове.

В середине вечера, мой отец произносит речь. Он вспоминает смешные случаи из моего детства, которые я хорошо помню. Все смеются, и я тоже. Но в моей груди лишь пустота. Я не откликаюсь на эти воспоминания. И никак не могу понять почему.

Когда слово держит мой брат, я тоже слушаю его теплые слова с улыбкой, стараясь не показать, насколько она фальшивая. Я не чувствую теплоты, мои эмоции будто дремлют. И одна, навязчивая мысль, бьется в моей голове: “Все не правильно”. Я понятие не имею, что она означает, поэтому просто игнорирую ее.

Но моя тревога растет с каждой секундой, а головную боль, больше невозможно не замечать.

Когда говорит моя сестра, я борюсь с приступом тошноты, стараясь изображать непринужденность.

Сиена говорит очень долго, мне кажется, невероятно долго. И вдруг, она резко умолкает. Точнее, я перестаю ее слышать, потому что полностью погружаюсь в видение, которое врывается в мою голову.

Я вижу темную комнату с облупившимися каменными стенами. Окна, завешанные серыми грязными шторами.

Я лежу на кровати, накрытая одеялом до самого подбородка и смотрю на красивую женщину, стоящую на коленях у изголовья.

Ей не больше тридцати, у нее светлые кудрявые волосы, которые водопадом струятся по ее худеньким плечами. И невероятно голубые и глубокие, как озеро, моего родного города, глаза. Да, сейчас, я четко помню, что родилась в солнечном крае голубых озер. Это место, благословили боги... много веков назад.

– Ты будешь сильной, моя ласточка, – говорит моя мама, и на моих глазах, как в воспоминании, так и в реальности, появляются слезы. Только она называла меня так. И в последний раз, я слышала ее голос, когда мне было девять. Но что произошло? Где моя мама сейчас?

Я пытаясь отыскать ответ в своих воспоминаниях, но натыкаюсь на пустоту.

– Ты у меня невероятно сильная, – продолжает мама, и ее губ касается нежная искренняя улыбка. Только сейчас я понимаю, как сильно скучаю по ее лицу. По ее голосу.

– Мама...– хриплым голосом говорю я, в своих воспоминаниях.

– Ласточка...– она касается моей руки, и продолжает что-то говорить, но я не слышу ее, потому что ее голос заглушает гул. Его звуки нарастают, а с ним и головная боль.

Когда перед моими глазами вновь появляется зал, полный гостей, в моей голове бьется лишь одна мысль: – Я должна защитить ее! Любой ценой!”.

Шум голосов, бьет по моим ушам. Все кричат: “С днем рождения!”. Моя сестра крепко обнимает меня. Но, а я, просто стою, и не понимаю, что я здесь делаю. Как я оказалась в этом зале? Точнее, я прекрасно помню, как пришла сюда, собственными ногами. Я знаю только то, что не должна быть здесь. Это не мое место...

Голова идет кругом, все мои родственники и друзья, сливаются в одно большое пятно. Их лица, будто в тумане. Они словно...куклы...Их движение механические, а улыбки притворные.

Когда наступает время танцев, я и вовсе перестаю контролировать свои поступки. Я грублю отцу, отчего-то злясь на него. Отказываюсь танцевать с Рафом, не находя стоящей причины. Весь прием летит коту под хвост, но мне это совершенно безразлично. Будто на подсознательном уровне, я точно знаю, что он ничего не значит. В конечном итоге, все начинают обходить меня стороной, стараясь не попадаться на глаза. Меня это, больше, чем устраивает, поэтому большую часть вечера, я провожу возле окна, в самом темном углу зала, стараясь избавиться от паники и страха, обхватившие мое сердце своими черными когтистыми лапами.

Анита не солгала, говоря, что трехъярусный торт будет ждать меня вечером. Его вывозят ближе к концу праздника, когда наших гостей, уже посещают мысли об отъезде.

Из торта никто не выпрыгивает, но и это меня не беспокоит. Я будто вообще перестала испытывать эмоции.