Текст книги "Изумруд городин (СИ)"
Автор книги: Ольга Абайкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
становления. Досократики Эмпедокл и Анаксагор и поэт Аполлоний Родосский уже
оперируют первозданной беспорядочной смесью материальных стихий.
Но у Овидия его мироздание прямо начинается с хаоса вещей, и сам Хаос трактуется как
rudis indigestaque moles, "нерасчлененная и грубая глыба", хотя уже с животворными
функциями.
В обстановке надвигающегося монотеизма в религии и принципата в политике Овидий
уже чувствует необходимость некоего специального, творческого начала для превращения
беспорядочной материи в упорядоченный космос. Для этих целей выступает у него
сначала некий deus et melior natura, ("бог и лучшая природа"), затем quisquis illi deorum ("тот какой-то из богов"), даже cura dei ("промысел бога"), потом и прямо mundi fabricator, ("устроитель мира") и opifex rerum ("мастер вещей"). Это оформляющее и организующее
начало получает в "Фастах" Овидия глубокую философскую формулировку.
Античная мысль вообще двигалась в направлении тех формул, которые можно было бы
привлечь для характеристики Хаоса как принципа становления. Стали замечать, что в
Хаосе содержится своего рода единство противоположностей: Хаос все раскрывает и все
развертывает, всему дает возможность выйти наружу, и в то же самое время он и все
поглощает, все нивелирует, все прячет вовнутрь. Образ Хаоса в виде двуликого Януса, выступающего как творческое, начало имеется у Овидия. Янус называет себя res prisca ("древняя вещь") и Хаосом. Когда все стихии распределились по своим местам и
образовался стройный космос, то Янус, который раньше был globus et sine imagine moles ("
глыба и безликая громада"), получил определенный facies ("лик") и достойный бога вид.
Но и теперь, говорит он, имеется у него остаток прежнего состояния, а именно:
способность видеть все вперед и назад. Кроме того, Янус своей собственной рукой все
открывает и закрывает, являя как бы мировой дверью. Он может развернуть мир во всей
его красоте и может придать его уничтожению.
Античная концепция Хаоса выдвигала на первый план творческие и животворные
моменты этого понятия. У орфиков Хаос оказался в самом близком отношении к мировому
яйцу, породившему из себя весь мир. Интересно рассуждение у Климента Римского
("Беседы"), излагающего эти древние учения: "Орфей уподобляет Хаос яйцу. Ведь в яйце -
слияние первых элементов. Гесиод предположительно называет Хаосом то, что Орфей
называет порожденным яйцом, выброшенным из безграничности материи". Климент
Римский пишет о первоначальном беспорядочном состоянии материи, которое постепенно
превратилось в этот Хаос-яйцо, а отсюда появляются и все реальные формы мира. О
гесиодовском Хаосе у Симпликия в Комментариях к "Физике" Аристотеля говорится:
"Ясно, однако, что это – не пространство, но беспредельная и изобильная причина богов, которую Орфей назвал страшной бездной". Симпликий развивает мысль, что Эфир и Хаос
являются теми тезисом и антитезисом, из слияния которых образуется все бытие: из
Эфира – эманации богов, а из Бездны– Хаоса возникает вся беспредельность. В
окончательной форме эта концепция сформулирована у Гермия Александрийского: монада
– Эфир, диада – Хаос, триада – яйцо. Следовательно, хаос диадичен в орфико-
пифагорейском смысле этого слова. Однако исходным пунктом является здесь не диада, а
монада, и уже в монаде заключено в свернутом виде все развертываемое в диаде. Поэтому
и неоплатоники представляли Хаос как монаду. В Комментарии к "Государству" Платона
Прокл говорит о noeton chaos , то есть об "умопостигаемом хаосе" как об исходном пункте
всех эманаций и как о той конечной точке, к которой возвращаются все эманации. Учение
о совпадении начал и концов в Хаосе для античного мышления – одна из типичнейших
тем. Из этого видно, что Хаос действительно есть принцип непрерывного, неразличимого
и бесконечного становления, то есть то, что пифагорейцы и орфики называли диадой и без
чего невозможно существование ни бога, ни мира, ни людей, ни божественно-мировой
жизни вообще. Хаос получил яркое развитие и в качестве мифологического персонажа, начиная еще с Гесиода. У орфиков Хаос вместе с Эфиром был порождением Хроноса, но
сам Хронос рисовался как крылатый дракон с головой быка и льва и с лицом бога, который
к тому же именовался еще и Гераклом. С другой стороны, Хаос и Эфир порождали из себя
некоего Андрогина, муже-женское начало, являвшееся началом всех вещей. Сам же Хаос у
орфиков трактовался как "страшная бездна".
Отсюда уже очень близко до того нового значения слова "хаос", которое встречается по
преимуществу в римской литературе и которое либо очень близко связывает Хаос с аидом, либо прямо отождествляет его с ним. Хаос есть та бездна, в который разрушается все
оформленное и превращается в некоторого рода сплошное и неразличимое становления, в
ту "ужасную бездну", где коренятся только первоначальные истоки жизни, но не сама
жизнь. Римляне прибавили к этому еще и острый субъективизм переживания, какой-то
ужасающий аффект и трагический пафос перед этой бесформенной и всепоглощающей
бездной. Уже у Вергилия перед самоубийством Дидоны жрица взывает к богам, Эребу и
Хаосу – характерная близость Хаоса к подземному миру. У Овидия Хаос прямо
отождествляется с аидом. У Сенеки Хаос – общемировая бездна, в которой все
разрушается и тонет. В других текстах Сенеки Хаос понимается как аид.
В трагедиях Сенеки Хаос из абстрактной космической картины превратился в предмет
трагического пафоса ("Медея", "Федра", "Эдип" и др.), в тот мифологический образ, который одновременно и универсален, и космичен, и переживается глубоко интимно и
экстатически. Последним этапом в развитии античного представления о Хаосе является
его неоплатоническое понимание. Поскольку неоплатонизм является позднейшей
реставрацией всей древней мифологии, он по необходимости превращал живую и
конкретную мифологию в философскую систему абстрактных понятий и по
необходимости становился абсолютным идеализмом, в котором главную роль играла
теория чистого мышления. Но и в области чистого мышления тоже имеются свои формы и
своя бесформенность, свой предел и своя беспредельность, свои законченные образы и
свое непрерывное и бесконечное становление. Именно в этом плане древний образ Хаоса
опять начинал играть свою основную роль. Но уже как один из организующих принципов
чистого мышления.
Хаос представляется как величественный, трагический образ космического
первоединства, где расплавлено все бытие, из которого оно появляется и в котором оно
погибает, поэтому Хаос есть универсальный принцип сплошного и непрерывного,
бесконечного и беспредельного становления. Античный Хаос есть предельное разряжение
и распыление материи, и потому он – вечная смерть для всего живого. Но он является
также и предельным сгущением всякой материи. Он – континуум, лишенный всяких
разрывов, всяких пустых промежутков и даже вообще всяких различий. И потому он -
принцип и источник всякого становления. Вечно творящее живое лоно для всех
жизненных оформлений. Античный Хаос всемогущ и безлик, он все оформляет, но сам
бесформен. Он – мировое чудовище, сущность которого есть пустота и ничто. Но это такое
ничто, которое стало мировым чудовищем, это – бесконечность и нуль одновременно. Все
элементы слиты в одно в одно нераздельное целое, в этом и заключается разгадка одного
из самых оригинальных образов античного мифологически-философского мышления.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202205
5. Хаос – разъятость притяженья
***
Хаос – разъятость притяженья,
Несуществующая данность
В проникновении скольженья
Искала, млела, сотрясалась.
Хаос естественным насильем
Из воплощенного кошмара
Веленье отрицаньем вылил
Обледенение угара.
Хаос стремленьем отторженья
Свиваясь, ширясь через осмос,
С обожествленьем отраженья
В себя исторг порядок – Космос.
Космос (от греч. , "порядок", "упорядоченность", "строение", "устройство", "мировой
порядок", "мироздание") • мироздание, понимаемое как целостная, упорядоченная, организованная в соответствии с определенным законом вселенная. Также служит
обозначением и самого закона, управляющего космосом, универсальной формы
организации разных уровней космоса и определенного состояния, характеризующего его.
Космос воплощает в себе идею эстетически отмеченного порядка, украшенности. Он
противостоит Хаосу: Космос всегда вторичен по отношению к Хаосу как во времени, так и
по составу элементов, из которых он складывается. Он и возникает из Хаоса путем
восполнения, прояснения его свойств: тьма преобразуется в свет, пустота – в
заполненность, аморфность – в порядок, безвидность – в "видность".
Для Гераклита Космос един, гармоничен, пластичен, прекрасен, и из разнообразия
создается "прекраснейшая гармония", для Платона "Космос – прекраснейшая из
возникших вещей", "изваяние вечных богов".
Космос подчинен действию общего закона меры, справедливости, выравнивающего
нарушения космической структуры. Этот закон равно определяет и сам Космос, и его
крайнее звено – человека, то есть выступает как принцип, лежащей в основе
мифологической "физики Космоса", с одной стороны, и человеческой нравственности – с
другой. Космический закон еще более связывает Космос и человека (макрокосм и
микрокосм). Этот параллелизм продолжается и в развитых вариантах философской
космологии: Платон в "Тимее" выдвигает именно Космос в качестве образца человека, строимого по той же модели; та же мера кладется им в основание и идеального
общественного устройства государства, которое отражает и продолжает идеальный
Космос. Аналогия человека и Космоса облегчается и тем, что, согласно Платону, сам
Космос представляет собой живое, разумное существо, вместилище космического ума, космической души и космического тела.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202264
6. Начало. Времени нет, места
***
Начало. Времени нет, места;
Ни принадлежности, ни сути –
Бесформенность, которой тесно,
И импульс: было, есть и будет.
Начало. Вечность без закона –
Бесцельность, бездна без размера,
Из пустоты влеченья – лоно –
На импульс противленья – сера.
Начало: расширяясь, сжалось,
От воспаленья, леденея,
Кристаллизуя, руша, Хаос –
Длил Эрос изверженья Гее.
Гею
Прежде всего во вселенной Хаос зародился, а следом
Широкогрудая Гея, всеобщий приют безопасный...
...Гея же прежде всего родила себе равное ширью
Звездное Небо, Урана, чтоб точно покрыл ее всюду
И чтобы прочным жилищем служил для богов всеблаженных.
Гесиод "Теогония"
Гея () • мать-земля. Древнейшее доолимпийское божество, игравшее важнейшую роль в
процессе создания мира в целом. Гея родилась вслед за Хаосом. Она одна из четырех
первопотенций (Хаос, Земля, Тартар, Эрос), сама из себя породившая Урана-небо и
взявшая его в супруги. Вместе с Ураном Гея породила шесть титанов и шесть титанид, среди которых Кронос и Рея, родители верховных божеств греческого пантеона – Зевса, Посейдона, Аида, Геры, Деметры и Гестии. Ее порождением были также Понт-море, оры, трое киклопов и трое сторуких. Все они своим ужасным видом возбуждали ненависть
отца, и он не выпускал их на свет из чрева матери. Гея, страдая от тяжести скрытых в ней
детей, решила пресечь стихийную плодовитость своего супруга, и по ее наущению Кронос
оскопил Урана, из крови которого появились на свет чудовища (гиганты, эринии) и
прекрасная Афродита. Брак Геи и Понта дал начало целому ряду чудовищ. Внуки Геи во
главе с Зевсом в битве с детьми Геи – титанами – победили последних, сбросив их в тартар, и поделили между собой мир.
Гея не живет на Олимпе и не принимает активного участия в жизни олимпийских богов, но следит за всем происходящим и часто дает им мудрые советы. Она советует Рее, как
спасти Зевса от прожорливости Кроноса, который пожирает всех своих новорожденных
детей: Рея вместо младенца Зевса завернула камень, который Кронос благополучно
заглотнул. Она же сообщает о том, какая судьба ожидает Зевса. По ее совету Зевс
освободил сторуких, которые сослужили ему службу в титаномахии. Она же посоветовала
Зевсу начать Троянскую войну. Золотые яблоки, растущие в садах гесперид – ее дар Гере.
Известна мощная сила, которой Гея поила своих детей: ее сын от союза с Посейдоном
Антей был неуязвим благодаря именной ей: его нельзя было повергнуть, пока он
прикасался стопами к своей матери – земле. Иногда Гея демонстрировала свою
независимость от олимпийцев: в союзе с Тартаром она породила чудовищного Тифона, которого уничтожил Зевс. Ее порождением был дракон Ладон. Потомство Геи – ужасно, отличается дикостью и стихийной силой, несоразмерностью (один глаз у киклопов), уродством и миксантропизмом, то есть смешение животных и человеческих черт
(например, Ехидна – дева-змея – дочь Геи и Тартара).
С течением времени стихийно порождающие функции Геи отошли на второй план. Она
оказалась хранительницей древней мудрости, и ей были ведомы веления судьбы и ее
законы, поэтому она отождествлялась с Фемидой и имела свое древнее прорицалище в
Дельфах, которое потом стало прорицалищем Аполлона. Образ Геи частично воплотился в
Деметре, с ее благодетельными для человека функциями, называя Карпофорос -
Плодоносная, в богине-матери Рее с ее неиссякаемым плодородием, в Кибеле с ее
оргиастическим культом.
Культ Геи был распространен везде: и на материке, и на островах, и в колониях.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202300
7. Времен, разыгранная карта
***
Времен, разыгранная карта,
В рулетке звёзд идей катушка,
Непротивлением азарту
Космической системы вьюшка.
Не породи себе кумира
Из азбук, что кладёшь на парту.
Последним хохотом сатира
Откройся до предела фарту.
Коктейль греха из тары мира
С погребицы вины на бар кар –
Бездонных фокусов факиром,
На бартер кинет фатум – Тартар.
Тартар () • пространство, находящееся в самой глубине космоса, ниже аида. Тартар на
столько отстоит от аида, на сколько земля от неба. Если бросить медную наковальню с
неба на землю, то она долетела бы до земли за девять дней. Столько же потребовалось бы
ей, чтобы долететь с земли до тартара.
В тартаре залегают корни земли и моря, все концы и начала. Он огорожен медной стеной, и ночь окружает его в три ряда. В тартаре – жилище Никты, Танатоса и Гипноса.
Великой бездны тартара страшатся даже боги. В тартар были низринуты титаны,
побежденные Зевсом, а также древние хтонические чудовища, побежденные
олимпийскими богами. Там они томятся за медной дверью, которую стерегут сторукие
(Hes. Theog. 717-745). На Олимпе обитают боги нового поколения – дети свергнутых
титанов; в тартаре – боги прошлого поколения, отцы победителей. Тартар – это нижнее
небо (в противоположность Олимпу – верхнему небу).
В дальнейшем тартар был переосмыслен как самое отдаленное место аида, где несут
наказание святотатцы и дерзкие герои – Алоады, Пирифой, Иксион, Салмоней (Verg. Aen.
VI 580-601), Сисиф, Титий, Тантал (Hom. Od. XI 576-600).
Как и все области царства мертвых, тартар локализовался на далеком Западе. Вергилий
придает тартару облик города, обнесенного тремя стенами с железной башней. Изменение
облика тартара и его расположения в подземном мире Вергилием обусловлено лучшим
знакомством с восточной литературой, египетской, вавилонской, где мифологема
подземного мира более разработана. Само слово "тартар" имеет восточное происхождение, но оно было известно уже Гомеру (Гомер "Илиада", VIII, 13 след.).
В "Теогонии" Гесиода тартар персонифицирован. Он – в числе четырех первопотенций -
наряду с Хаосом, Геей и Эросом (116-120). Гея порождает от Тартара чудовищных Тифона
(821 след.) и Пифона. Дочерью Тартара и Геи, по одному из мифов, была Эхидна (Apollod.
II 1, 2).
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202353
8. Хаоса женское начало
***
Хаоса женское Начало,
Тьмы бархатный глоток тревоги,
Молчало, роком, иль кричало:
В конец пути – исток дороги.
Злословье, духи смерти – слуги
Твоих коварных тёмных планов –
Ласкали снами яви муки,
Рисуя судьбы с бук заглавных.
Раздор, обман, отмщенье, тайна –
Случайно ли ты мать конфликта?!
Как День и Ночь рожденьем крайним
Наш мир обожествляет Никта.
Никта () • олицетворение ночи, потивопостовляемой Гемере (Дню). Никта родилась от
Хаоса вместе с богом мрака Эребом, Эфиром (вечный свет) и Гемерой и является одной из
первичных мирообразующих сил. Никта породила целый сонм божеств: Танатоса
(смерть), Гипноса (сон с тяжелыми видениями), Эриду (раздор), Ату (обман), кер
(уничтожение), Немесиду (отмщение за преступление), Мома (злословие и насмешка), мойр (божеств судьбы) и гесперид,– силы, скрывающие в себе тайну жизни и смерти, вызывающие дисгармоничность в бытии мира, без которых, однако, не мыслим ни мир, ни
его конечная гармония.
Жилище Никты расположено в бездне Тартара; там ежедневно встречаются Ночь и День, сменяя друг друга и попеременно обходя землю. Рядом находятся дома сыновей Никты -
Сна и Смерти, на которые никогда не смотрит Гелиос. Здесь же обитают Аид и Персефона.
Величественная богиня ночи покидает свой дом, неся в руках Гипноса и Танатоса.
К людям она была благосклоннее многих своих потомков, навевала покой, успокаивала
страсти.
Никта участвовала в битве с гигантами на стороне олимпийских богов. Некоторые
сказания сближают Никту с божеством смерти и понимают ее как первопричину
существующего в мире раздора.
Изображалась Никта с закутанным лицом и в темной одежде.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202458
9. Мужское Хаоса Начало
***
Мужское Хаоса Начало
Явило насыщенье мрака,
Активным выходом астрала,
В умы людей клещами страха.
Вратами бездны нисхожденье
Он знаменует буйством рока,
Чтоб импульсивно, убыстреньем,
В предел вгонять любые сроки.
Отец Эфира и Гемеры,
Без одиозности потреба,
Перекрещеньем звёздной сферы
Лучится праведность Эреба.
Эреба, Эреб • олицетворение мрака. Вместе со своей сестрой Никтой (Ночью) они
являются детьми Хаоса. В дальнейшем Эреб и Никта породили Гемеру (день) и Эфир.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202531
10.
От тьмы и мрака импульс света
***
От тьмы и мрака импульс света,
Сестра Эфира дивной связи
Эреба с Никтой в мир ответом:
Как чистоту рождают грязи.
Как Хаос Космосом ведомый,
Сияет красотою граней,
Из радуг – неба перелома,
Расцвечивает миг бескрайний;
Как за любым движеньем тени,
Влекомы благостью примера;
День уступает ночи бденье,
Так ясность дарит нам Гемера.
Гемера • богиня дневного света, олицетворение дня, дочь Эреба (мрака) и Никты (ночи), сестра Эфира, спутница Гелиоса. У римлян называлась Диес.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202606
11.Фанат сын Ночи, богом смерти
***
Фанат – сын Ночи, богом смерти
Рождён, чтоб люди умирали.
Однажды лишь в него поверьте,
И завершится жизни ралли.
Соперник Кер, партнёр Гипноса,
Послушник Мойр и Немесиды –
Крыла, не знавшие износа,
Стирают радость и обиды.
Вожди, гадатели, пророки,
Кто не водил зловредность за нос?!
Но ясность истин на пороге
Являет каждому Татанос.
Танатос, Фанат () • бог-олицетворение смерти (Hes. Theog. 211 след.; Гомер "Илиада", XIV
231 след.), сын богини Никты (Ночи), брат Гипноса (Сна), богинь судьбы мойр,
Немесиды.
В древности существовало мнение, что лишь от него зависит смерть человека. Эта точка
зрения выражена Эврипидом в трагедии "Алкестида", где рассказывается о том, как Геракл
отбил от Танатоса Алкестиду, а Сисифу удалось заковать зловещего бога в цепи на
несколько лет, в результате чего люди стали бессмертными. Так было до того момента, пока Танатос не был освобожден Аресом по приказу Зевса, так как люди перестали
приносить жертвы подземным богам.
У Танатоса есть жилище в тартаре, однако обычно он находится у трона Аида, есть также
версия, по которой он постоянно перелетает от одного ложа умирающего к другому, срезая
при этом мечом прядь волос с головы умирающего и забирая его душу. Бог сна Гипнос
всегда сопутствует Танатосу: очень часто на античных вазах можно видеть росписи, изображающие их вдвоем.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202721
12.
Всепроникающая данность
***
Всепроникающая данность
Из безграничности пространства
В предельность сути – мига странность,
Упругой физикой бунтарства.
Источник теплоты и света,
Что невесомым колебаньем
Рождает небо и планеты,
Скрыв в океан и Тартар тайны.
Олимпа ласка и небрежность,
Первичная прозрачность мира,
Начало, сила, неизбежность
В движении основ Эфира.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107050202853
13.
Вникала долго в то, как ты канючил
***
«Бычок»
Агния Барто
«Идет бычок, качается,
Вздыхает на ходу:
«– Ох, доска кончается,
Сейчас я упаду!»
***
Ходил бычок пораниться –
Из лабиринта гид.
Тесеем для избранницы
Был минотавр убит.
***
Вникала долго в то, как ты канючил
И приобщалась к нежностям телка.
Мой Минотавр, какой же ты везучий,
Как запрягал, как гнал издалека!
Тавро и мины с дивным ароматом
Дарил, презрев лирический изыск;
Вдыхая слог под жертвы звездхватов,
Мёрз Посейдон, как айсберг-обелиск.
А лабиринт юлил, вилял и глючил,
И выводил несчастных на рога.
Мой солнце-бык, какой удобный случай
И самому вкусить от пирога!
Твоя ль то месть?! Кто пашет, тот и сеет!
Беги, мой зверь, пока боготворят:
Олимп прославит не тебя – Тесея!
Мне за идею – семь минотаврят!
Минотавр () • чудовище-человекобык по имени Астерий ("звездный"), жившее на Крите.
Рожден Пасифаей (дочерью Гелиоса), женой царя Миноса, от быка, посланного на Крит
Посейдоном, или самого Посейдона. Был помещен в подземный лабиринт, построенный
Дедалом, куда ему приносили в жертву (ежегодно или раз в несколько лет) семь юношей и
девушек, посылаемых афинянами в качестве подати Миносу и в виде искупления за
убийство сына Миноса в Аттике. Страшное чудовище затем пожирало несчастных.
Афинский царевич Тесей добровольно отправился на Крит в числе предназначенных на
съедение Минотавром, убил чудовище и с помощью нити влюбленной в него царской
дочери Ариадны выбрался из лабиринта.
В мифе нашли выражение древние космические и зооморфные представления о
Минотавре (он звездный или солнечный бык, внук Гелиоса и, может быть, сын Зевса), его
связь с морем (он сын Посейдона) и с подземным миром (Минотавр в лабиринте -
ипостась Зевса Лабрандского). Черты героической мифологии отразились в сюжете
убийства Минотавра Тесеем.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107051102555
14.
Я такой послушный с виду
«ВОТ ТАК ЗАЩИТНИК!»
Агния Барто
«Я свою сестренку Лиду
Никому не дам в обиду!
Я живу с ней очень дружно,
Очень я ее люблю.
А когда мне будет нужно,
Я и сам ее побью.»
***
Я такой послушный с виду,
Не обидела б Фемида.
Не дружить с прикольной рожей,
Тут читать: «молись рублю»
Сами знаете, дороже,
Я и сам деньгу люблю.
Фемида, Темида, Темис () • богиня правосудия, дочь Урана и Геи, титанида, вторая
законная супруга Зевса, мать ор, богинь порядка в природе, и мойр, богинь человеческой
судьбы. По одной из версий, Фемида является матерью Прометея, при этом она явно
сближается с землей Геей и мыслится одним божеством под разными именами. Обладая
даром прорицания, богиня открывает Прометею тайну, что женитьба Зевса на Фетиде
приведет к рождению сына, который свергнет Зевса. От матери Геи она получила
Дельфийский оракул, который передала своей сестре Фебе, та отдала это прорицалище
Аполлону – своему внуку.
В Олимпии вблизи алтаря Геи с ее оракулом и алтаря Зевса находился жертвенник
Фемиды. Как богиня олимпийской мифологии Фемида уже не отождестваляется с землей, а является ее порождением, а также супругой Зевса в качестве основы правопорядка.
После того, как она перестала быть женой Зевса, Фемида стала его советницей и
посредницей между Зевсом и людьми. Она передавала им повеления верховного бога.
Фемиду изображают с повязкой на глазах, ибо она символ беспристрастия, с рогом
изобилия и весами в руках. Она олицетворяет правосудие и закон. Судей и юристов
называют жрецами Фемиды.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107051200099
15.
Есть бабушки, как девицы
«ДВЕ БАБУШКИ»
Агния Барто
«Две бабушки на лавочке
Сидели на пригорке.
Рассказывали бабушки:
«– нас одни пятерки!
Друг друга поздравляли,
Друг другу жали руки,
Хотя экзамен сдали
Не бабушки, а внуки!»
***
Есть бабушки, как девицы,
У Зевса на пригорке,
И сводницы, и сплетницы –
Любительницы порки.
Про шалости, пороки,
Всё знают: что с кем будет –
Но у судьбы в дороге
Не бабушки, а люди.
Мойры (, мойра, букв. "доля", "часть", отсюда "участь", которую получает каждый при
рождении) • богини человеческой судьбы.
Первоначально в сознании людей судьба находила воплощение в каком-либо
материальном предмете, камне, животном – фетише, носителе жизненных сил. Так, мойра
Мелеагра заключена в оставшейся от жертвенного костра головне, спрятанной матерью
героя. Желая погубить сына, мать вынула головню и бросила ее в огонь, где та сгорела, вызвав его мучительную смерть. Впоследствии, когда возобладали анимистические
представления, магическая сила судьбы, заключенная в фетише, стала представляться
самостоятельным божеством, которое наделяет той или иной участью человека, изрекает
ему свою волю, определяет его дальнейшую жизнь, ведет его от рождения до смерти, – и
нашла воплощение в образах мойр.
Мойры понимаются теперь как рок ("то, что изречено") и судьба ("то, что суждено"), хотя
для этих понятий в греческом языке вырабатываются специальные термины. Мойры – это
темная невидимая сила, она не имеет отчетливого антропоморфного облика, изображение
мойр в античном искусстве редко. С развитием олимпийской мифологии устойчивыми
стали представления об одной, двух или, что наиболее распространено, о трех мойрах.
Архаические мойры считались дочерями Никты, также породившей смерть, сон,
Немесиду, Эриду и гесперид.
С распространением ткачества у многих народов (хеттов, греков, римлян) мойры
получают облик прядильщиц. Так впервые в греческой литературе их называет Гомер. Они
мыслились в виде суровых старух, прядущих нити судьбы: Клото с веретеном в руке, Лахесис с меркой или весами, Атропос с книгой жизни и ножницами. Разрыв нити -
смерть. Философ Платон, преобразуя народные верования, рисует мойр силами высшего
небесного правопорядка, женщинами в белых одеяниях, с венками на головах, вершащими
под музыку небесных сфер настоящее, прошлое и будущее. Он называет их дочерями
богини Ананке ("необходимости"), вращающей мировое веретено.
С течением времени богини приобретают личные имена, это три божественные сестры -
беспощадные властительницы судьбы, не принимающие апелляций от людей и
неподвластные богам:
Лахесис, "дающая жребий", отвечает за прошлое, она назначает жребий еще до рождения
человека и следит за его исполнением. Лахесис как бы разматывает и пропускает сквозь
жизненные невзгоды, превратности судьбы, через всю жизнь смертного человека ту нить, которую для каждой судьбы прядет Клото. Нарушить жребий невозможно, исполнить его
помогают все боги.
Ее сестра Клото, "пряха", мойра настоящего, прядет нить, на которую нанизаны события
настоящего времени в человеческой жизни.
Атропос же – мойра будущего, "неотвратимая" – неотвратимо приближает будущее
человека и перерезает ножницами нить человеческой жизни, тем самым обрывая ее.
Отношения между мойрами и олимпийскими богами довольно сложные. Как результат
архаики было то, что боги, несмотря на их могущество, также подчинялись мойрам и не
знали ими предназначенного, над ними также властвовала не знающая жалости судьба.
Так, Зевс, желая узнать веления судьбы, взвешивает жребий человеческих жизней на
золотых весах.
Однако существует вариант мифа, согласно которому олимпийский Зевс и был отцом
мойр, рожденных Фемидой – богиней правопорядка и предсказания. Зевс, как верховное
божество неба и как супруг Фемиды в этом случае рассматривался как Мойрагет,
"водитель мойр" и в этом качестве почитался в Дельфах наряду с Аполлоном, пророком
Зевса и защитником установленного им порядка. Так или иначе, богини сопричастны
Зевсу, он именуется Морием. Эпитет Зевса "вершитель судеб" (надпись на жертвеннике в
Олимпии) означает, по словам Павсания, что бог "знает человеческие дела и все то, что
назначили мойры, и все то, в чем они отказали". В храме Зевса Олимпийского в Афинах
над головой статуи Зевса находилось изображение мойр, и всем было очевидно, что
"предопределение и судьба повинуются одному только Зевсу".
В эллинистическую эпоху с мойрами конкурирует богиня Тихе (богиня случая),
характеризующая неустойчивость и изменчивость жизни.
Мойрам соответствуют римские парки.
© Copyright: Абайкина Ольга, 2007
Свидетельство о публикации №107051200407
16.
Две сестры, как акробаты
*** http://www.stihi.ru/avtor/lyol a
«ДВЕ СЕСТРЫ ГЛЯДЯТ НА БРАТЦА»
Агния Барто
Две сестры глядят на братца:
Маленький, неловкий,
Не умеет улыбаться,
Только хмурит бровки.
Младший брат чихнул спросонок,
Радуются сестры:
«– Вот уже растет ребенок -
Он чихнул, как взрослый!
***
Две сестры, как акробаты,
Им Олимп арена,
В день и ночь откроют врата,
Боги пьют с колена.
Сам Дионис ловко пляшет
Под девичью дудку.
Начихать бы на милашек,
Но запрут на сутки.
Орры
Сестрами мойр и харит считались оры или горы (), дочери Зевса и Фемиды. Как и другие
"множества" оры первоначально не имели определенного числа и имен. Затем
"множество" было выражено числом три, и оры стали называться Эвномия (Евномия,
"законность"), Дике ("справедливость") и Эйрене (Ирена, "мир" или "покой").
Оры унаследовали архаические черты божеств – покровителей урожая и живительных сил
природы, выражали идею произрастания, плодородия, отсюда их имена в Афинах:
божество весны, роста – Ауксо; лета, цветения – Талло (Фалло, "цветущая"); осени, зрелого
плода – Карпо ("изобилующая плодами").
Таким образом, природа ор двойственна. Они охранительницы порядка как в природе, так
и в обществе. Будучи дочерьми Фемиды, богини справедливого законодательства, они
упорядочивают жизнь человека, вносят в нее установленную периодичность, наблюдают
за ее закономерным течением. Но также оры – и богини плодородия и времен года. Связь с
природой сохранялась в их внешнем облике: они изображались жизнерадостными девами
с цветами и растениями в руках.
Перенесенные на Олимп, оры были отданы в услужение Гере, которая первоначально
мыслилась как богиня земли и считалась строгой охранительницей неизменного порядка в
природе и человеческих отношениях. Им поручалось скрывать обиталище богов от
