Текст книги "Убийца"

Автор книги: Олег Бубела

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Я не удержался и хмыкнул, вспомнив о своем обещании, чем привлек внимание Крота.

– Выкидыш хропа, какого... ты тут вытворяешь! – закричал он.

– Тихо, Крот, – я зажал руками уши. – Не так громко, я еще не полностью восстановился.

– Чтоб тебя кашна за задницу укусила, нельзя же так пугать! Мы уже думали, ты совсем окочуришься!

Я смущенно улыбнулся в ответ, увидав, что вокруг нас стоят все ребята в разной степени одетости, все с мокрыми волосами, а с некоторых еще капает на землю вода. Похоже, что не только Крота мои эксперименты оторвали от купания.

– Ага, лыбится он! – негодующе воскликнул друг. – А ты представь, как мы, ничего не подозревая, плещемся в речке и тут прибегает Аскор и кричит: «Там Алекс кончается, что делать?» Мы и дернули, кто в чем был. Прибегаем, а ты тут корчишься и стонешь, а что нам делать, не знаем. Хорошо, что хоть Дарек соизволил рассказать, что вы клятву проводили, иначе бы вообще все с ума посходили.

Я за время его тирады уже полностью пришел в себя и тихо сказал:

– Спасибо, ребята. Спасибо и... извините, если напугал. Я опять не рассчитал последствий.

– Извините! Не рассчитал! – передразнил меня Крот. – Если бы не клятва, так бы врезал, чтобы больше таких шуточек не устраивал! Сам же обещал, что больше подобными вещами не будешь заниматься, так нет! Мало того что сам чуть не сдох, еще и нас всех перепугал до заикания.

– Ну, если хочешь, можешь меня ударить. Разрешаю, – ответил я взбешенному парню.

Я думал пошутить, но тот сделал шаг и с размаху отвесил мне подзатыльник, да так, что звон пошел в голове. Помотав тыковкой, я сфокусировал зрение на лице Крота и с иронией спросил:

– Ну как, полегчало?

Тот в ответ только сплюнул, а я задумчиво протянул:

– И за что же ты так меня не любишь?..

– За все хорошее, – мрачно ответил Крот и, развернувшись, потопал обратно к речке.

Первым засмеялся Волчонок, за ним смех подхватили остальные ребята, и вскоре все ржали как кони во весь голос. Даже наемники и то улыбались, лишь Даркин хмурил брови.

– Привыкай, – сказал я ему. – У нас в отряде все равны, и командир также может иногда получить по голове от подчиненных.

Я почесал пострадавший затылок и обратился к своим ребятам:

– Идите, мойтесь дальше, а мы будем учиться!

Глава 12
Операция

Наемники довольно быстро восприняли и усвоили мои знания. Правда, процесс проходил немного дольше, чем в первом случае, но я все списал на возраст. Ведь наемники были старше моих ребят лет на пять-десять, а кое-кто и побольше, поэтому их способность к обучению в среднем была намного ниже. Одно хорошо, никаких ЧП за время передачи не произошло, чего я втайне боялся и потому старался не форсировать передачу информации. После того как она завершилась, я сказал:

– Все. Теперь вы владеете знаниями Рассветной школы и кое-чем еще. Рекомендую немного потренироваться и привыкнуть к новым навыкам, а потом отправиться повторять подвиг моих ребят – хорошенько помыться, чтобы ночью вас кочевники издали не учуяли.

Я поднялся на ноги и почувствовал, что, несмотря на то что прошло довольно много времени, встряска от эксперимента давала о себе знать.

– А я ничего такого не чувствую, – с сомнением протянул Аскор.

Вместо ответа я молниеносно метнул в него кинжал. Тот машинально, абсолютно не задумываясь, перехватил его в сантиметре от своего тела и развернул для обратного броска, но опомнился и с удивлением посмотрел на клинок в своей руке.

– А сейчас почувствовал? – усмехнулся я и протянул руку.

Аскор сначала непонимающе посмотрел на мою раскрытую ладонь, а потом догадался и швырнул кинжал обратно. Я поймал его и засунул в ножны.

– У вас есть время, чтобы опробовать новые навыки. Но только не переусердствуйте, чтобы ночью были в форме. А сейчас давайте подберем вам оружие и доспехи по плечам.

Всей толпой мы отправились в центр лагеря, где нас поджидала груда трофейного вооружения. Рядом с ней лежала кучка монет и украшений, выглядевшая гораздо скромнее, чем в прошлый раз. Ну, это понятно, ведь в этом лагере было не так уж много знатных особ с большими кошельками. Я немного понаблюдал, как парни с энтузиазмом роются в этой куче железа, надеясь найти что-нибудь стоящее, а потом решил пройтись и позаботиться о своей лошадке, да и искупаться еще раз напоследок. Вместе со мной отправились и те наемники, которые путешествовали с нами от предыдущего лагеря. Им не нужно было подбирать себе вооружение, всего пару колчанов стрел для пополнения боезапаса.

По пути я связался с Кротом и поинтересовался, где обретается мое четвероногое. Он уже оттаял и вполне спокойно объяснил, что сейчас все лошади находятся у реки, так что, если я пожелаю, могу помыть свою кобылу сам. В ответ я заявил, что такое дело я точно не могу доверить никому, чем вызвал веселый смешок и понял, что Крот уже не злится. Дойдя до речки, наемники сразу принялись снимать доспехи, а я нашел свою кобылу, флегматично объедающую какой-то особо вкусный кустарник. С трудом оторвав ее от него, я расседлал лошадь, разделся и вместе с ней вошел в воду, которая была уже не столь кристально чистой, как в первый раз. То ли ребята взбаламутили речку общими усилиями, то ли это был результат помывки, но я решил долго в ней не плескаться и наскоро помыл свой «внедорожник», блаженствовавший в прохладной воде, пока я оттирал соль с его боков.

Мои парни так же тщательно мыли своих скакунов и стирали пропыленную одежду. По-моему, здешняя речка такого обилия посетителей не встречала уже давно. Кочевники ведь совсем не мылись, то ли религия им запрещала, то ли просто нравилось ходить, источая благоухание немытого тела. Почему это являлось в их среде нормой, я не знал, а моя память молчала. Размышляя по этому поводу и дивясь обычаям отсталых племен, я закончил с водными процедурами и увидел, что к нам присоединяются остальные наемники, уже подобравшие себе железо из кучи трофеев. Многие из них были в кожаных доспехах, видимо, просто не нашлось подходящих лат, но у всех за спиной висел лук и три полных колчана со стрелами.

Осмотрев их вооружение, я одобрительно кивнул и предоставил им возможность смывать с себя пот, появившийся после кратковременной тренировки. По довольным лицам наемников я понял, что они успели оценить полученные ими знания и горят желанием опробовать их на практике. Дождавшись, пока все закончат с водными процедурами, я подсушил желающим одежду, и мы отправились обратно в лагерь. Там состоялась приятная процедура дележа золота, доставшегося от кочевников. На каждого вышло примерно по тридцать монет, десятку колец и прочей мелочи. Ну а после я отправил парней собирать продукты в дорогу, а сам подхватил все оружие и прикопал поблизости, просто подняв метровый слой каменистой почвы и свалив железки в образовавшуюся яму. Получилось практически незаметно – со стороны виден только небольшой холмик. Если еще раз сюда загляну, нужно будет откопать все это добро и пустить в дело, ведь в этом мире металл на дороге не валяется.

Когда отряд был почти готов выехать, Аскор попытался вернуть мне мой лук, но я не стал его забирать, решив подарить бойцу. После вживления в тело большого сафруса мои магические стрелы ненамного уступали обычным, так что мне он был уже без надобности. По загоревшимся глазам бывшего наемника я понял, что лук нашел себе хорошего хозяина. После окончания всех приготовлений я скомандовал: «По коням!» – и мы отправились на юг, к следующему лагерю. Как я узнал, расспросив пленников, этот лагерь был немного меньше, но зато там было много очень умелых воинов, поэтому я решил начать именно с него. Был еще один лагерь, на севере, но он представлял собой, по словам тех же пленников, довольно жалкое зрелище. В общей сложности, считая с рабами, там находилось не больше тысячи человек, в основном пешие, так как лошадей при дележе им не досталось, а своих практически не было. Его я решил пока не трогать, так как назревала у меня одна задумка по поводу разведки обстановки, которую следовало осуществить в ближайшие дни.

Наш увеличившийся отряд быстро приближался к цели. При такой скорости мы могли достичь лагеря около полуночи, когда будет совсем темно, но меня это не беспокоило. Я все свои мысли сосредоточил на защитных амулетах. В принципе, вещь хорошая, может здорово помочь парням, но имеет и ряд недостатков, которые достоинств отнюдь не превышают. Во-первых, зарядка амулета. Если сделать так, что он будет выдерживать прямые попадания стрел, то больше чем на пять случаев его не хватит, дальше потребуется подзарядка. А магами ребята не были и не могли знать, когда в амулете иссякнет заряд. Во-вторых, его может легко обнаружить маг противника, а вряд ли амулет сможет защитить от прямого магического удара. Чтобы учесть это, придется делать амулеты наподобие моих браслетов, но они собственного резерва не имели и питались напрямую от мага, а переделывать плетения смысла не было никакого. Существовало еще и в-третьих, и в-четвертых, но первых двух пунктов хватало за глаза. Поэтому, поразмыслив немного, я пришел к выводу, что идея с амулетами себя не оправдает. Нет, пусть лучше ребята учатся доверять своей интуиции, так будет гораздо надежнее.

Я оглядел отряд. Пока признаков усталости не подавали ни люди, ни лошади, поэтому я решил скакать дальше и не размениваться на привалы. В крайнем случае можно просто перейти на шаг. Хотя время не поджимало, но его оставалось все меньше. Было отчего-то у меня такое чувство, однако чем оно вызвано, я совершенно не понимал. Вроде бы делал все правильно, но только сидела в душе какая-то заноза, настойчиво твердившая: «Поспеши, иначе не успеешь!» Может, это моя интуиция наконец-то научилась говорить?

От размышлений меня отвлек Даркин, скачущий рядом и уже добрых полчаса демонстрирующий мне задумчивое выражение лица.

– Алекс, а можно задать вопрос? – скромно поинтересовался он, видимо так ничего и не придумав.

– Мог бы сразу спросить, без вступлений, – ответил я.

– Ты сказал, что твое родовое имя эр’Таррин... Я очень долго вспоминал, почему оно мне кажется знакомым, и сейчас наконец сообразил. Алекс, кем ты приходишься королю Шаракху?

«Вот какой догадливый на мою голову, – недовольно подумал я, взглянув на Даркина. – Никто из ребят не заподозрил, а он насторожился. Ладно, чего уж тут скрывать, между своими?»

– Сыном, – ответил я.

Бывший наемник выглядел очень удивленным, несколько новичков, скачущих рядом с ним, также смотрели на меня, широко раскрыв глаза. Чувствую, будет им сегодня тема для обсуждений. Даркин тем временем переварил новость и спросил:

– А как так получилось...

Я не дал ему закончить:

– Даркин, у меня сейчас нет никакого желания рассказывать, как все это произошло. Как-нибудь в другой раз. Но предупреждаю сразу: попробуешь назвать высочеством, обижусь.

– Договорились, – улыбнулся бывший наемник.

Дальше скакали в молчании, потом Жилан затянул грустную песню о нелегкой доле наемника, мы послушали, прониклись. В ответ на это Трит спел о красавице-селянке легкого поведения, мы посмеялись, а после завязалась песенная дуэль, в которую включились практически все члены отряда. Песни, которые были очень известными, умудрялись даже петь хором, пугая лошадей, нервно поводящих ушами в ответ на изумительные вокальные способности своих седоков. Растянувшийся было цепью по степи отряд во время этого импровизированного концерта сгруппировался, в буквальном смысле наплевав на пыль, летевшую из-под копыт. Даже Даркин после долгих уговоров выдал балладу о герое-наемнике, ценой своей жизни защитившем короля от подлых убийц. После его выступления все стали на меня поглядывать, и я не стал ждать уговоров и исполнил «Дезертира» моей любимой «Арии» в вольном переводе на общий. Конечно, пришлось помучиться, чтобы добиться хотя бы какого-то подобия рифмы и приспособить текст к понятным всем реалиям.

Песню восприняли на ура, заставили еще два раза повторить, а под конец даже умудрялись подпевать. После этого концерт продолжился, я вспомнил некоторые тексты «Эпидемии», исполнил еще парочку хитов «Арии», которая пошла лучше всех, и завершил концерт по заявкам, сославшись на то, что уже песок на зубах скрипит. Парни были в восторге и единогласно высказались в том духе, что «эльфы могут сочинять хорошие песни». Я с улыбкой промолчал, понимая, насколько эти песни «эльфийские», и подумал, что, если сильно припрет, можно податься в менестрели, их здесь все любят. А что, неплохая идея, можно будет потом постранствовать в свое удовольствие... если из Марахи живым вернусь, а то что-то в последнее время было у меня неприятное предчувствие...

Мы перекусили взятыми из лагеря запасами и с новыми силами поскакали дальше. Начинало темнеть, потянуло приятным холодком, слева пролетали деревья и кусты. Значит, и речка была неподалеку. Она на карте не была отмечена, поэтому я мог только строить догадки, откуда и куда она течет. Может быть, прямо до самой Марахи, а может быть, исчезает по дороге, питая собой всю эту буйную зелень, радующую мой глаз. Все-таки лес для меня более приятен, чем степь, сказывается эльфийская половинка, наделившая меня многими своими привычками и пристрастиями.

Свернув мыслями на свою характерную эльфячесть, я начал размышлять о том, что и ребятам наверняка вскоре придется почувствовать изменения в своем организме. Все-таки лимэля они выхлебали немало, и он уже должен давать о себе знать. Надеюсь, что до ушей у них дело пока не дойдет, но волосы выпадать со всего тела будут буквально на днях. Я усмехнулся, представив себе живописную картину, как Крот возмущается по поводу потери растительности на теле и требует вернуть ему все как было. Машинально я заправил локон, выбившийся во время скачки, себе за ухо, чтобы не висел перед глазами... и тут внезапно осознал нечто странное. Слишком уж высоко я поднял локон, чтобы завести его себе за ухо, даже как-то непривычно показалось.

Спрятав улыбку, я ощупал рукой свой локатор. Нет, мне не показалось. Ухо действительно стало больше и уже почти вплотную приблизилось к натуральному эльфийскому размеру. Нет, не к тому, который любят изображать наши художники, рисуя анимешных эльфят, а к совершенно обычным эльфийским ушам, распространенным в этом мире, то есть заостренным и почти в два раза больше человеческих. Прекратив мять свое ухо, а то уже Крот как-то странно начал на меня смотреть, я стал вычислять, когда же произошло изменение моих локаторов и почему я этого не ощутил. Вроде раньше у меня были практически нормальные уши, пусть заостренные, но вполне человеческие. Хотя... Вот в Городе и деревнях меня все принимали за эльфа, а я не думаю, что небольшое отличие стало бы так бросаться в глаза.

Чем больше я размышлял, тем яснее становился вывод – мои уши уже были практически эльфийскими, когда я закончил обучение у мастера Лина. Просто до этого я их не замечал или замечал, но думал, что этот размер в порядке вещей... Нет, что-то не сходится. Все равно мои локаторы хотя и были немного больше обычных, но сохраняли стабильный размер – где-то посередке; так сказать, ни то, ни се. А сейчас они стали того размера, который был у меня в Эльфийском лесу в мою бытность эльфом. Что же произошло? Ответ тут мог быть только один – результат моего эксперимента. А почему он так повлиял на мое тело и чем мне это аукнется в дальнейшем, гадать не имело смысла. Лучше просто спросить, тем более что моя подруга уже ответила на несколько вопросов, так что мне мешает задать еще?

Наступила ночь. Мы снизили скорость, чтобы исключить всякие неприятности вроде незамеченной ямы, я зажег рассеянный светляк, так как до лагеря было еще далеко, и мы продолжили путь с его неярким светом. Спустя еще несколько часов езды на грани моего восприятия появилось размытое пятно. Я понял, что лагерь близко, и потушил светляк, предупредив всех, чтобы не шумели. Заодно произвел небольшую реорганизацию в наших рядах, сделав сержантами Даркина и Аскора и еще двоих по их советам, велев им взять себе по пятерке бывших наемников. Я решил не разбавлять новичков старожилами отряда, но на первый раз проконтролировать их действия, ведь они еще не овладели полностью своими новыми знаниями.

Вскоре я отдал мысленный приказ остановиться и спешиться. Заметив своим обострившимся зрением небольшую ложбинку невдалеке, я велел отвести наших лошадей туда и ждать моих приказов, а сам отправился на разведку. Неслышно подойдя поближе к лагерю, я увидел, что он располагается на развалинах древнего города и занимает довольно большую площадь, а это ломало все мои планы. Поглядев на лагерь, я пришел к выводу, что здесь придется сильно постараться. По количеству аур можно было подсчитать, что живых здесь больше двух тысяч. Если представить, что все сведения верны и там собрались лучшие воины кочевников, то мне придется основательно потрудиться. Прислушавшись к себе, я ощутил, что мысль о том, что опять нужно будет убивать, вызывает у меня недовольство и отвращение. Значит, я пока еще оставался человеком, что не могло не радовать. А если в этот раз попробовать не отключать эмоции? Может, так будет лучше? Причем не легче, а именно лучше. Нужно рискнуть.

Я просканировал весь лагерь и обрадовался, не обнаружив там практически никаких следов магических образований. Пара десятков амулетов, явно сделанных шаманами степняков, не в счет. Оглядывая лагерь, я искал характерные ауры наемников с плетениями-паразитами, но не находил. Слишком много было камня, затрудняющего обзор, и если ауры я еще кое-как видел, то детали различить не мог, особенно на противоположном от меня конце лагеря. Жалко. Придется проводить более детальную разведку, но пока нужно сообщить ребятам, чтобы выдвигались. Рисковать и ждать утра не стоит, в крайнем случае я посвечу парням, устроив парочку пожаров в центре. Думаю, на их фоне они смогут разглядеть выбегающих из лагеря степняков.

– Всем внимание, – мысленно обратился я к отряду. – Выдвигайтесь и аккуратно окружайте лагерь, только близко пока не подходите.

И тут я подумал: а если каналы спокойно передают мысли, то почему бы им не передать и образы? Я представил себе схематичный вид лагеря с высоты птичьего полета, набросал туда ярких точек, а потом интуитивно синхронизировал этот образ, передавая его всем парням.

– Всем видно, что я показываю? – спросил я.

– Ух ты! – восхищенно воскликнул Крот.

– Ого! – поддержал его Аскор.

Остальные отозвались не менее восторженно.

– Тогда смотрите дальше, – продолжил я. – Вот тут находятся дозоры. – Я сделал некоторые точки на схеме немного ярче. – Их всего четыре, на каждой стороне. Располагаются в развалинах домов, так что стрелами их достать будет проблематично, поэтому определитесь, кто ими займется и вырежет по моей команде. Группа Даркина заходит отсюда и контролирует эту дорогу, – я принялся показывать яркими стрелками направление движения моих бойцов. – Парни Ринока и Крота пойдут с севера и будут находиться там. Аскор и его парни будут приглядывать за западным направлением. Там располагается загон с несколькими десятками лошадей, следите, чтобы никто не слинял под шумок. Группа Карта следит за югом, там большая стена, поэтому больших прорывов быть не должно. Остальные группы собираются тут, – я высветил на схеме красную стрелку, – и после уничтожения дозоров направляются в лагерь, убивая все, что шевелится.

Красная стрелка, повинуясь моей команде, стала вытягиваться, устремившись в лагерь. Затем она разделилась на несколько стрелок помельче, а те, в свою очередь, – на еще более мелкие. Маленькие красные стрелки двинулись во всех направлениях, и яркие точки на их пути угасали. Я развеял план, достаточно поэкспериментировав, и спросил у ребят:

– У кого-нибудь остались вопросы?

– Да куда там... после такого-то, – ответил Даркин.

– Тогда ждите сигнала, а я пойду на разведку.

Я прервал связь и начал неторопливо приближаться к лагерю. Хотя привычным лагерем степняков это назвать было сложно. Скорее это просто был город, пусть и полуразрушенный, в некоторых местах сильно занесенный землей, но все же город. Когда-то давно здесь стояли двух– и трехэтажные каменные дома, но все они были безжалостно разломаны. Сохранились только низенькие строения, да и они выглядели жалко, кое-где без одной стены, с дырявой крышей, а иногда и вовсе без нее. Остатки городской стены не давали рассмотреть больше, но, кажется, раньше это было довольно красивое место. Никем из дозорных не замеченный, я миновал груду развалин и очутился на широкой улице, когда-то вымощенной камнем, а сейчас уже основательно запорошенной землей.

Первые четыре домика оказались пустыми, наверное, потому, что у них не было крыш и зияли огромные дыры в стенах. Зато в следующем строении, сохранившемся чуть лучше, обнаружилось сразу четыре степняка, мирно спавших на шкурах. После того как я заглянул к ним в убежище, они получили по магической стреле и тихо умерли. Постояв немного, я понял, что ничего особенного не почувствовал – легкое омерзение и небольшую усталость. Может быть, сказывались полдня, проведенных в седле. Я забрал энергию из мертвых тел и пошел дальше.

В соседнем домике спали еще трое, получившие свое, а дальше было большое строение, где даже сохранилось некое подобие крыши. В нем я обнаружил шестерых бородатых воинов, коих также наградил магическими стрелами, а потом тихо двинулся дальше по улочке и обнаружил, что она стала не совсем тихой. А все дело было в том, что впереди прямо по курсу был один домишко без крыши, откуда доносился крепкий мужской храп. Причем, судя по его силе, вероятнее всего, этим и объяснялось отсутствие кровли на данном строении. Заглянув через оконный проем, я увидел настоящего гиганта, храпевшего в одиночестве. Хмыкнув, я не стал его убивать, так как отсутствие храпа могло привлечь внимание окружающих, но зато прошелся по соседним домам, лишив жизни еще два десятка степняков.

Прикинув, что такими темпами не справлюсь и до утра, я решил поторопить процесс и удвоил скорость движения. Теперь я не приглядывался к спящим, а просто тихо их убивал, не обнаруживая знакомых паразитов в аурах, и выкачивал энергию из их тел. На тридцатом домике и неизвестно каком трупе я достиг небольшой площади, где располагалось внушительное строение, бывшее ранее неким храмом. Во всяком случае, я так решил, потому что простые здания вряд ли будут украшать барельефами. Внутри, по моим ощущениям, находилось десятка три людей. Я не стал мешкать и забрался туда.

Там оказалось несколько перегородок, разделяющих главный зал и четыре небольшие комнатки, зиявшие пустыми дверными проемами. В первых двух никого не было, а в третьей обнаружилось три степняка, сразу же перешедших в разряд физических тел. Но в четвертой я увидел трех личностей, явно на кочевников не смахивавших. Хоть они и были бородатыми, но разрез глаз и рабский ошейник говорили об их принадлежности к совсем другому народу. Решив оставить невольников на потом, я заглянул в главный зал и повосторгался остатками роскоши. Я даже зажег маленький светляк, чтобы посмотреть на причудливую лепнину на потолке, пока впитывал энергию всех мертвых кочевников, ранее спавших в зале на каких-то подстилках.

Впечатлившись мастерством древних жителей, я вернулся к той четвертой комнатке с рабами, надеясь получить от них немного информации, чтобы дальше не бродить вслепую. Повесив на комнату полог тишины, я громко сказал:

– Подъем!

Один из невольников сразу зашевелился и начал недоуменно крутить головой. Обнаружив меня на пороге комнаты, он поднялся и спросил:

– Чего желаете, господин?

– Разбуди остальных, у меня есть к вам пара вопросов.

Мужик немного помедлил. Вероятно, мой голос показался ему незнакомым, а видеть меня четко он не мог. В комнате было темно, а зажигать светляк я не стал, так как боялся, что его свет может кто-нибудь увидеть через оконный проем. Растолкав остальных, мужик повернулся ко мне, ожидая дальнейших указаний, а двое других спустя несколько секунд к нему присоединились.

– Сколько еще рабов в лагере? – спросил я.

– Около двух десятков, – ответил мужик, а потом робко спросил: – Кто вы, господин? Я не узнаю ваш голос.

– Меня зовут Алекс, я со своим отрядом пришел уничтожить кочевников. А теперь быстро ответь мне, есть ли в лагере наемники.

Реакция мужика меня удивила. Вместо того чтобы обрадоваться или хотя бы удивиться, он открыл рот и завопил во все горло:

– Тревога! Нападение!

Не успел он набрать воздуха для следующего крика, как я костяшками пальцев разбил ему кадык. Мужик упал на пол, силясь вдохнуть, а я спокойным голосом повторил вопрос для двух других, понимая теперь, почему они находятся без охраны и в довольно приличном месте, имея крышу над головой, что не всем кочевникам доступно:

– Есть ли в лагере наемники?

– Есть, господин, – залепетал один из них. – Я все скажу, только не убивайте!

– Где они находятся?

– В бывшей ратуше вместе с вождями.

– В какой стороне?

– В той, – указал мужик на оконный проем.

– Где находятся остальные невольники?

– Шестеро рядом с поварами, четверо у загона с лошадьми, а все остальные – женщины, сейчас они наверняка у вождей или командиров отрядов, – с готовностью ответил раб.

– Спасибо, – поблагодарил я и проводил взглядом два падающих тела с отверстиями во лбу.

К тому времени первый уже перестал дергаться, и я спокойно забрал у всех троих энергию и деактивировал полог. Никогда не любил таких скунсов и жополизов, которые попадались мне и на Земле. Я смотрел на них как на любопытных зверушек, с усмешкой наблюдая за их попытками выслужиться перед начальниками, добиться их внимания и благосклонности. Они вызывали у меня только жалость, так как их поведение напоминало повадки домашних собачек, при случае радостно облизывающих лицо хозяев. Я никогда не позволял себе опускаться до подобного, что в редких случаях вызывало непонимание, а иногда и конфликты с окружающими. Но я однажды решил для себя, что лучше молчать и тихо делать свою работу, чем лизать чужие зады в попытках продвинуться немного повыше или устроиться чуток получше, и никогда своего решения не менял.

Выбравшись из оконного проема, я отправился в указанном направлении, надеясь, что уж ратушу точно не пропущу. Так и случилось. Широкая улица упиралась в высокое здание с почти полностью разрушенным верхним этажом. Там можно было заметить остатки большого купола. Подходя к ратуше, я внимательно рассматривал окружающее пространство, ведь мне не улыбалось поднять тревогу именно сейчас. К своему удивлению, я обнаружил, что ратуша охраняется. Четверо кочевников бодрствовали, тихо беседуя прямо за дверным проемом. Стрелами и лезвиями их было не достать, стены были слишком толстыми, поэтому их энергии явно не хватило бы, поэтому я решил тихонько подобраться поближе.

Стараясь ступать аккуратнее, я направлялся ко входу, но тут остатки древних ступеней сыграли со мной злую шутку. Плохо лежащий камень с легким шорохом сдвинулся у меня под ногой и привлек внимание стражей. Один из них встал и выглянул из проема, уставившись на меня, и получил магической стрелой между глаз. Понимая, что счет пошел на мгновения, я впрыснул в кровь изрядную дозу адреналина и привычно для себя замедлил течение окружающего времени. Однако на этот раз получилось не совсем так, как я ожидал.

Ускорившись, я побежал по лестнице вверх, чувствуя, что все мои движения внезапно становятся медленными, а воздух вокруг постепенно густеет, обволакивая мое тело, словно кисель. С трудом преодолевая эту вязкую субстанцию, я достиг дверного проема и с удивлением обнаружил, что кочевник с аккуратной дырочкой во лбу еще даже не начинал падать. На ходу я развернулся и буквально влетел внутрь, награждая лезвиями трех замерших кочевников, держащихся за рукояти сабель. Видя, как плетения неторопливо достигают цели и разрезают тела степняков, я попытался остановиться, но мои ноги внезапно заскользили по полу, отказываясь сцепляться с ним.

А потом я понял, что неумолимая сила инерции несет меня прямо к внутренней стене. Выставив вперед руки и правую ногу, я дождался, пока меня подтащит к ней, а потом уперся и наконец-то остановился. И только тогда я понял, что мне нечем дышать, и, словно рыба, начал хватать воздух, но все никак не мог наполнить легкие. Опомнившись, я постарался успокоиться и вернуться в реальное время. Спустя несколько секунд мне это удалось, и я смог вдохнуть полной грудью живительный кислород. Услышав шорох у дверного проема, я повернулся туда, чувствуя страшную слабость во всем теле и бешеные удары сердца, грозившего вырваться из грудной клетки, но это лишь рухнуло на пол тело первого кочевника. Остальные воины также начали разваливаться на части, оседая грудами мяса. Все-таки я с лезвиями перестарался, хватило бы и трех.

Отойдя от стены на ватных подгибающихся ногах, я стал успокаивать сердцебиение и шумное дыхание, одновременно пытаясь осмыслить происшедшее. Обалдеть можно! Я ускорился настолько, что все действие не заняло и одной секунды окружающего времени, но как же такое возможно? Раньше ведь было все нормально, и при непродолжительном применении таких сильных побочных эффектов не замечалось, а теперь за подобное ускорение сразу пришлось расплачиваться дикой слабостью. Нехорошо. Новые способности – это приятно, но когда получаются такие сюрпризы, поневоле пропадает все желание экспериментировать дальше.

Приведя себя в относительную норму, я подумал, что однозначно нужно будет научиться дозировать ускорение, чтобы не загнать организм. Это хорошо еще, что моя регенерация также усилилась, иначе я бы долго тут простоял, сращивая порванные связки. А вот интересно, это предел или еще нет?.. Так, хватит! Обещал же себе, что не буду безрассудно испытывать свой организм. Нужно заняться делом!

Прежде чем направиться по коридорам ратуши, я осмотрелся и вычленил характерные ауры наемников с плетениями-паразитами. Они располагались совсем недалеко от меня, но я решил пока к ним не заходить, а разобраться с остальными обитателями ратуши. В центре строения оказался большой зал, сейчас совершенно пустой, в котором было четыре проема. Обследовав один из них, я обнаружил две комнатки, где крепко спали пять воинов. После моего заглядывания они заснули еще крепче. Во втором проеме я увидел только ауры наемников и оставил его на потом. Из третьей комнаты доносились звуки, характерные для порнофильма.

Эта комната была даже с дверью, чудом уцелевшей с древних времен. Да, она покосилась и висела на одной верхней петле, но тем не менее это была дверь, из-за которой доносились стоны, плач и пробивалась полоска неяркого света. Рывком открыв ее, чем вызвал негромкий скрип, я зашел и сразу же повесил на комнату полог тишины, наблюдая открывшееся глазам зрелище. Степняки занимались банальной групповухой, развлекаясь со своими рабынями.