Текст книги "Играя со стилями – 1 (СИ)"

Автор книги: Олеандр Олеандров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Как вдруг… слышишь в ответ:

– Нет. Мы мертвы…

Это тебя поражает.

Убивает.

Сотрясает.

– Тогда почему Вы… разговариваете со мной?.. Впрочем… Стоп! – Ответ не нужен.

– К черту Вас! – Бормочите Вы себе под нос. И больше не поднимаете голову… – К черту!

Причудится же такое!!!

Но новые друзья – они реальны.

И теперь – они не отстают от тебя.

– Привет – Вдруг поздоровается с тобой огонь в камине… – Видишь как я переливаюсь красным цветом в раскалённом пепле?

– Ну и что?

– Так и тела мёртвых… будут переливаться однажды.

Ты слушаешь этот тихий голос как будто загипнотизированный.

– Я уничтожаю планеты… вселенные… – Продолжает шептать огонь тебе на ухо. – Так и тебя сожгу тоже… однажды…

– Зачем Вы говорите мне это? – Как будто просыпаетесь Вы, не в силах оторвать глаз от пламени огня.

– Не бойся меня… знаешь… новая жизнь потом начнётся… – Голос огня звучит спокойно и размеренно – Хочешь, расскажу про неё?

– Нет! Не хочу!

Огонь хочет что-то рассказывать тебе, но ты – отскакиваешь от камина.

Новые друзья!

Черт знает что!

С меня довольно!

Хватит!

А затем – приходит третий друг.

Однажды, когда ты сидишь на берегу… глазеешь как волны перекатываются… расслабленный солнцем… пьёшь пиво…

И вдруг опять – Привет!

Это я, твой новый приятель!

– Что? Что?

– А ничего. Просто я – такой же огромный… как космос. – Шепчут тебе волны.

Она перекатываются… как будто смеются.

– Ну и что из этого?

– А ничего. Я пепел смываю.

– Пепел?

– Пепел. Всех. И твой – смою тоже.

Вот так, брат.

– Хватит! – Бормочешь ты. Встаешь. И уходишь домой. Подальше от новых друзей. Которых не звал.

Новые друзья– не радуют тебя.

Странные, непонятные.

В них нету ненависти.

Или злобы.

Нету равнодушия.

Они смотрят на тебя – как на часть механизма. Которому пришёл срок выработки. Его нужно – заменить другим.

И они напоминают тебе – об этом.

Так значит, скоро конец?

А как же мои чувства?

Хлопоты?

Заботы?

В груди у меня стучит сердце… я переживаю… кого-то люблю… страдаю… и я – всего лишь выработанный механизм?

Кто дал право вселенной – так издеваться надо мной?

Хочу знать ответ!

Но ответа – нету.

Твои волосы – от старости выпадают, твои суставы расшатываются, зубы изнашиваются.

Механизм – доживает последнее.

И вот однажды – ты не выдерживаешь.

Вскакиваешь ночью дивана… растворяешь шторы… и моментально… звёздный мир врывается в твою комнату снова.

Он как будто ждал этого.

– Привет!

– Нет! Не привет! – Ты шепчешь кому-то в небе – Мой новый приятель… которого я не звал… отвечай мне… Моя любовь… разум… душа? Зачем всё это?

– Ты и в правду… не приятель мне – Отвечает небо – Душа… Ты хоть знаешь что это такое?

Хочу что-то возразить ему… а не получается.

Только сейчас до меня доходит – я и вправду ни черта о себе не знаю.

Кто я?

Почему здесь?

И почему в виде двуногого?

– А вправду… кто я? – Спрашиваю я ошеломлённый страшной догадкой.

И уже не сержусь.

Но контакт с тем, кто здоровался со мной недавно – проходит.

Светает.

Звёзд всё меньше на небе.

И тогда я кричу в небо – А Бог, он есть?

Кричу это во весь голос. Отчаянно и сильно.

Не боясь что кто-то услышит.

Что разбужу соседей.

– Бог – он есть?

И всё это… лишь чтобы сделать мне приятно?

Оживить камень… на краткий миг?

Почувствовать себя – кем-то?

Но небо – лишь улыбается в ответ. Окрашиваясь первыми лучами восходящего солнца.

– Прощай…

И едва слышно, добавляет – Ты мне больше, чем приятель…

Гибель Ля Буркони

История кораблекрушений. Их было много… печальных… трагических… роковых…

Но лишь одно из них – стоит в стороне.

Нервно курит…

Почти 100 лет – про него стараются забыть…

– Не было этого! – Хочет крикнуть человечество.

Закрывает уши… глаза… в ужасе повторяя – Не было! Не было!

Но оно было… про него остались записи – в вахтенном журнале… в документах суда… в воспоминаниях свидетелей.

Память о нём – живёт. Как вино, которое со временем не портится. А лишь больше ценится.

Вот вкратце, что произошло.

7 июля 1898 года – с корабля заметили в море человека. Выловили его.

От слабости, он не мог ничего рассказать…

Да от него ничего и не требовали. – Живой… Ну и ладно!

Через неделю доставили на берег. И только там выяснили – он с корабля Ля Буркони.

– А где сам корабль

В ответ, прозвучало что-то нечленораздельное.

И это было странно – на корабле перевозили много ценных товаров.

Не прошло и 4 дня как дело направили в суд – чтобы страховые компании выплатили компенсацию.

И вот на суде – выживший матрос вдруг заговорил.

Вот что выплывало из его слов.

Произошло столкновение. В 5 часов утра. С незнакомым судном. Которое смылось затем в неизвестном направлении.

Зато их корабль – стал тонуть.

Сначала моряки разбудили пассажиров, стали выводить их на палубу. Распределять по лодкам.

Как вдруг… раздался ужасный взрыв.

Что случилось

Никто не знал.

Началась паника. Большую часть пассажиров – всё-таки посадили на лодки.

Но начался шторм.

И лодки понесло в разные стороны.

– Где они

Моряк молчал.

Лишь бормотал что люди в океане – очень хотели жить.

Даже когда лодки переворачивались…

Судьи слушали его рассказ не перебивая, а старый, выживший чудом моряк – вдруг расплакался… ведь он сам помогал затаскивать людей в уцелевшие лодки… тащил за руки… успокаивал…

Но что он мог сделать… Шторм становился всё сильнее.

Ну вот. Вроде бы и все. Дело ясное как день.

Только вот казус… не прошло и трёх дней как вдруг появился ещё один свидетель. Его тоже выловили в океане – за сотню миль от первого моряка.

И вот уже новый свидетель даёт показания в суде.

Тогда и возникли первые вопросы.

Оказывается, на судне среди пассажиров, также были моряки с другого корабля. Который незадолго до этого – тоже потерпел кораблекрушение.

Это звучит фантастично!

Просто невероятно!

Но так случилось… люди, которые ещё недавно боролись за жизнь в ледяной воде и сумели выжить… через неделю вдруг попадают в новое кораблекрушение.

Снова оказываются в воде.

Ну что сказать

Даже нечистая сила не могла бы придумать более изощрённое издевательство.

Наверняка в то утро, люди сидели в своих каютах… молились за чудесное спасение – как вдруг услышали что пол трещит под ними снова… в каюту хлынула вода…

Тьфу черт!..

Не дай Бог такого.

Одно лишь любопытно – что чувствует человек, когда его корабль уходит под воду

Когда волны лижут пятки ног… как будто шепча – Мы любим тебя… не сопротивляйся… спускайся к нам…

А океан – раскрывает свою бездонную пасть.

Там, в черной воде – глубина в несколько километров. Но Вы не опуститесь на дно.

Все будет страшнее.

Сначала ледяная вода удушит Вас в волнах.

Затем, на глубине в сотню метров – ваше тело обгрызут рыбы до костей.

И затем, на глубине в километр – его раздавит толща океана.

Наконец, на дно – в черной кромешной темноте, опустятся Ваши жалкие, белые, раздавленные кости.

Что-бы никогда больше – не увидеть солнечный свет.

– Не хочу – Мечетесь Вы по палубе – Не надо!

И вдруг понимаете… не океан это, а врата ада.

Лишь тот кто тонет – видит океан настоящим.

Сама смерть – приняла форму океана.

Вот она – перед Вами.

Огромная, чёрная.

Желая лишь одного… ласково лизнуть Вам ноги – своей волной на прощания.

– Иди ко мне… пора уже…

Так вот.

Люди, которые во второй раз оказались на тонущем корабле – не выдержали… поддались истерике.

Как будто потеряв разум от ужаса, они метались по палубе, создавая панику среди пассажиров.

К счастью, матросы корабля смогли успокоить их.

Ведь потерявших рассудок – было немного. Только 25 человек. А матросов – 80.

– Ладно. – Сказали судьи. – Вроде бы все ясно. Никаких вопросов.

Но вдруг…

Новый поворот.

Внезапно – вылавливают третьего спасшегося матроса.

И он даёт совершенно иные показания.

Вот тогда, у судей – и стали подыматься волосы дыбом.

По словам матроса, обезумевших матросов никто не успокаивал.

Наоборот – безумие охватило весь корабль.

И то что началось затем – было столь жутким что не укладывалась в человеческое сознание.

Моряк рассказал долго, сбивчиво. Картину произошедшего пришлось соединять из разных кусков.

Но когда их соединили – все содрогнулись. Нечто неописуемо мерзкое предстало перед глазами. Как будто восставшее из преисподнии – оно появилось прямо в зале суда, в грязном окровавленном балахоне, и смотрело пустыми глазницами черепа на судей. Затем выдавило своим мерзким гнилым ртом – Я вернулось…

И улыбнулось.

Но нет.

Оно не вернулось.

Преисподняя – не отпускает обратно.

Лишь рассказ моряка – это всё что осталось о нем.

Моряк был в трюме корабля когда раздался взрыв. Вместе с капитаном они осматривали пробоину.

Оказавшись в полной темноте и оглушённые взрывом – потеряли друг друга… потом матрос очнулся… сначала думал что умер… воя от страха и ужаса стал царапать стены ногтями. Лишь когда почувствовал боль в пальцах понял что живой.

Стал искать выход – но не нашёл. Завалило брёвнами.

Оказался в ловушке.

Страшной, смертельной.

Лишь треск разваливавшего корабля – под ногами.

Лишь крысы мечущиеся между бочками.

Лишь капитан – хрипел где-то в темноте.

И вода, которая всё стремительнее прибывает в трюм.

– Тонем! – Заорал матрос. – Помогите!

Но его никто не слышал

– Рештк – Вдруг прохрипел капитан.

– Что – Не понял матрос.

– Решётка…

И матрос наконец понял что хочет капитан. Из трюма на палубу вела вентиляционная решётка. Путь по ней мог вывести наружу.

– Справа – Хрипел голос капитана.

Матрос стал руками щупать по стенам и наконец нашёл её.

Вода уже была по пояс.

Окровавленными пальцами матрос вырвал решётку… в трюм хлынул воздух и тут же вспыхнул огонь который где-то тлел между мешками с провизией.

Наконец увидел капитана – весь в крови, тот лежал хватаясь руками за доски.

Подтащил его к люку.

Едкий, ядовитый дым уже не давал дышать… глаза слезились.

– Ползи первым! – Сказал капитан а сам ухватился за его ноги.

Надеясь хоть так выбраться наружу.

Матрос, царапаясь ногтями, пополз в тесный вентиляционный люк таща за собой капитана. Прополз метров десять и вдруг почувствовал что дальше не может… то ли люк тесный… то ли капитан застрял и не пускал его ноги.

А густой дым уже – выедал все внутренности. И сознание – стремительно уплывало куда-то.

Из последних сил вырвал ногу из объятий капитана и коленом стал толкать боковую стену – вскоре деревянная обшивка треснула и появился просвет.

– А -а -а -а! – Раздался внизу хрип капитана. Кажется огонь уже лизал ему ноги.

Руками стал раздирать просвет между досками и наконец вывалился наружу.

– А -а -а! -Крик капитана стал пронзительным.

Из последних сил матрос пополз на палубу крича о помощи, и чувствуя что вот-вот потеряет сознание… полз по какой-то лестнице вверх – туда где за дверью виднелся свет солнца… попытался подняться на ноги, опираясь руками об пол.

Наконец смог подняться, сделал шаг и распахнул дверь.

К свободе.

К спасению.

К солнцу.

Только там, за дверью – не было солнца… то что он увидел – в ужасе отшатнуло его. И чуть не полетел обратно вниз…

Моряк замолчал тупо смотря куда-то в угол комнаты где происходило заседание суда.

Молчали и судьи.

– Ну, и что ты увидел там – Наконец сухо выдавил из себя один из судей.

То что он увидел там – можно было сравнить с картиной ада – нос корабля уже скрылся в воде. Правый борт наклонился. А разбитые спасательные лодки – выглядели как скелеты в ярком свете утреннего солнца.

На противоположном борту – матросы и пассажиры боролись за последние уцелевшие лодки – отчаянно, злобно…

Доносились крики… вой… ругань.

В ход шло всё – кулаки, ножи.

А лодки – всё никак не спускались за борт. Зацепившись креплениями.

Топорами и лопатами – люди пытались рубить канаты.

Слышались всплески – это тела падали за борт… чьи-то отрубленные пальцы ещё держались за канат держащий лодку на палубе.

Матрос снова повалился на палубу… пополз за канаты чувствуя что сознание покидает его.

Через пару минут пришёл в себя – вылез из-за канатов.

Но ничего не изменилось.

Драка,по прежнему продолжалась. Только теперь, силы у дерущихся были неравные.

Пассажиры отступали во внутрь палубы.

Моряки были сильнее.

Минут через пятнадцать, почувствовав победу – они совсем потеряли рассудок. И бросились на пассажиров с новой силой.

Крики… вой…

Правила были простые цена за место в лодке – жизнь.

Отдай свою.

Или забери чужую.

Теперь – ножи, топоры и лопаты – подымались всё быстрее… блестя своими окровавленными лезвиями на ослепительно ярком солнце… лишь отрубленные куски кожи и мяса – отлетали далеко по сторонам.

Спрятавшийся матрос вдруг подумал что спит. Что это страшный сон.

Стал кусать себя за руки.

Через 10 минут пассажиров стало ещё меньше. И вот уже женщины и дети сбились в одну кучу…

За спинами последних – защищающих их.

– Пощадите… умоляем…

Но их голоса – утонули в общем вопле отчаяния и ужаса.

Уже никто никого не жалел.

И не слышал.

Лишь озверелые люди. Чьи удары топоров раскалывали человеческие черепа как ореховую скорлупу… людей, которые недавно обнимали и целовали своих жён… теперь лежали с разбрызганными мозгами у их ног.

– Нет! Нет! – Какая-то женщина сошла с ума. И кинулась прямо высокому матросу под ноги. Пытаясь обнять и целовать их.

Удар тот лопатой убил её мгновенно.

Другая женщина – поседела прямо на глазах.

Лишь с любопытство смотрела как над её головой заносится топор. И затем – плавно опускается вниз.

В мускулистых руках крепкого загорелого парня. В матроской тельняшке.

– Ух!

Брызги крови и мозгов – разлетелись по палубе снова. Матрос вытер их со своего лица. Как вдруг кто-то из пассажиров лежащих рядом с отрубленной рукой… схватил другой рукой что-то острое и воткнул этому матросу в живот…

– На! – Заорал он. И стал бить его по звериному – На! На! На! – Втыкая заточку в живот ещё и ещё…

Затем оба с хрипом повалились за борт…

Никто их не спасал.

Уже потом, выяснили что по видимому этим пассажиром был всемирно известный борец Юсубов. Но это лишь предположение.

А трагедия на борту – продолжалась

Звериная пляска достигла апогея.

Пощады – не было никому.

Только борьба за место в лодках – решала, кому жить на белом свете. А кто пойдёт на дно, в чёрную пасть океана.

И тогда старуха смерть – вдруг появилась во плоти. Села на рею… и заиграла в свою трубу, посылая привет – славным морякам.

И ребята услышали её.

Взял под козырёк.

Как будто она – их новый капитан.

– Кувалды… топоры… лопаты… – они добивали оставшихся в живых пассажиров как тараканов. Или крыс. Не глядя им в глаза. Не слушая их стоны. Лишь отрубанные головы катились по палубе. Лишь ноги спотыкались об выпущенные человеческие кишки. Лишь палуба всё больше покрывалась густым кровавым ковром человеческой плоти. Которая шевелилась как будто ещё была жива и стонала от боли…

Женщины, которые оставались живыми – плакали и заслоняли своими телами детей.

А потом стали молится.

Именем Христа.

Доставать крестики спрятанные на своих грудях. И протягивать их матросам… как будто те могли защитить их…

И матросы вдруг действительно остановились…

Оглянулись.

И ужаснулись.

Картина была воистину ужасной.

– Посмотрите туда лучше – Взвизгнула смерть. И показала на лежащие лодки. – Чего Вы ждёте ребята

В них – теперь достаточно свободного места.

Лодки – это жизнь!

Это наслаждение!

Это рай!

Они спасут Вас! Унесут далеко от страшной пасти голодного океана. Заставят забыть всё это – как страшный сон!

Матросы смотрели на лодки и в их глазах появлялся луч надежды.

– Только вот… что делать с этими несчастными… чьи заплаканные глаза сейчас смотрят с мольбой… а губы – молятся

– Они выдадут нас – Сказал один из матросов хмуро глядя на женщин.

И женщины всё поняли… перестали выть и сдвинулись телами поближе – чтобы попытаться хотя бы спасти детей…

– Заканчивайте ребята! – Крикнула смерть с реек. И хлопнула в ладоши.

– Слушаемся! – Ответили бравые матросы.

И топоры с лопатами – снова заплясали по головам несчастных. Раскидывая мозги и кровь – по полосатым зумасоленым матросским робам. Топтая ногами крестики. И не жалея – ни женщин, ни детей, ни раненых…

Лишь старый океан – молча смотрел на это. Как вдруг… что-то случилось в нем… волны утихли. Будто бы ужаснувшись от происходящего.

Не тот был ад, что спрятан под волнами. А этот… на борту. Он был – ещё страшнее.

И океан вдруг стал другим – не чёрным, а синим.

Плачь детей, пронзительный вой женщин… мольбы о пощаде. И громкие всплески воды – это женщины стали кидать детей в океан, а затем прыгать сами… Чтобы хоть он помог им… единственный, кто ещё мог спасти их из этого ада…

И тогда, старый океан – стал принимать их к себе… даря долгожданный покой и тишину…

Как будь-то хотел хоть так – спасти людей от озверевших матросов.

Кровавое побоище на корабле подходило к завершающей фазе.

Смерть на мачте – хохотала во весь голос и и хлопала в ладоши.

И в такт ей – моряки рубили на куски уже умерших… Чтобы никто не выжил… не рассказал ни о чем…

Что-бы – наверняка.

Люди окончательно обезумели от вида крови и страданий.

Впрочем, они больше не были людьми.

Матрос – замолк.

Судьи, выслушавшие рассказ матроса, тоже сидели молча, не в силах выдавить ни слова.

– Это неправда! – Заорал матрос которого выловили первым – Не убивали мы их… не убивали!..

– Где же была правда – Трудный вопрос встал перед судьями.

Ответа не было… как и доказательств.

Но правда – всё же открылась.

Через неделю.

Несколько кораблей – выловили сразу 4 лодки. С того самого корабля.

И вот в суде – теперь сидели 80 людей которые спаслись с того корабля.

– Не убивали мы. – Твердят все вместе. В один голос.

И тогда пожилой судья вдруг вскочил со своего кресла – А где же тогда, женщины и дети 170 человек… где они – Спросил он сурово – Почему только Вы спаслись Крепкие мужчины

Матросы не отвечали. Лишь хмуро смотрели себе куда-то в ноги.

Отпираться было бессмысленно.

Показания третьего матроса – оказались правдой.

Вдобавок, вскоре выяснилось что ещё несколько пассажиров с корабля – выжило. Те, кто свалились с палубы и сумели продержаться на воде. Но вскоре и они умерли – от ран и истощения. А двое – потеряли разум. Ещё на корабле.

Упав в воду, они долго смотрели как окровавленный корабль, медленно погружался в воду… как куски порубленных человеческих тел – свисают с его палубы… как ручейки крови… сбегают по корме и падают прямо в воду… кровь тех кто ещё недавно был близким им… кого они любили… обнимали, целовали. А теперь в воде -лишь плавают их руки, ноги, тела… смотрели как отрубленные головы пассажиров – качаются по волнам – вот они, совсем рядом – уплывают вдаль тускло смотря глазами куда-то в небо… как будто не веря что пришёл долгожданный покой.

Покой!

Пусть даже не на этом свете. А на а том…

Все равно… кто знает… где им лучше теперь…

Выжили лишь те пассажиры, кто притворились в воде мёртвыми.

Хот все они в тот день – мечтали лишь об одном… умереть тоже.

Над водой ещё долго разносились удары – матросы добивали последних выживших. Вода из черной – сначала стала серой… а потом красной. Кровавой.

Свидетелей – не должно было остаться!

Но они остались.

И главным – был тот матрос что выбрался из трюма. Некоторое время он прятался за снастью. Затем прыгнул за борт.

Израненный… окровавленный… слабый…

Почему океан – пожалел его

Не взял к себе

Я не знаю.

Может, хотел, чтобы хоть один – донёс правду о том что было.

Под тяжестью неопровержимых улик, матросы признались в содеянном.

Часть из них – осудили на смертную казнь.

Других – отправили на каторгу.

Вот и вся история!

Лишь последний вопрос, который не даёт покоя до сих пор – Ля Буркони… где его место в истории человечества

Как объяснить что такое могло случиться В наш современный век… с христианством… с состраданием… с воспитанием

Трудно понять.

Ну не укладывается такое в голове. Никак.

Вот тогда, впервые и прозвучал слово Не было.

От которого на душе – у всех сразу стало легче.

Случай в лифте

Соседка с 12-го этажа.

Как бабочка она впорхнула в дверь лифта… раскрасневшаяся… весёлая…

– Здрастьте! – Кивнула мне через плечо и вдруг… застыла как статуя.

Минуты две не мигая смотрела на меня и её взгляд наполнялся тревогой и ужасом.

Я растерялся… не знал что думать.

На всякий случай сказал ей два раза – Здрасьте.

Но она не отвечала.

Я покраснел.

Сконфузился.

И вдруг – всё понял…

– Неужели? Этого не может быть!!!

Да, я знал что некоторые женщины могут угадывать мысли мужчин по глазам. Про их мечты… А мечты мои – признаюсь Вам, были далеки от совершенства.

Глаза у соседки в лифте стали широко открытыми. Как будто от изумления.

И я опустил голову.

Ведь там, в своих мечтах, я пару дней назад уже уже встречал её в лифте.

Она была в сиреневом платье.

– Зачем ты одела такое длинное платье? – Спросил я её тихо. Затем нагнувшись стал рассматривать платье поближе – Непорядок. Дай-ка я укорочу его!

В моих руках тут же появились огромные ножницы – и я с треском обрезал платье, так что оно теперь едва прикрывало трусики.

– Вот так! – Удовлетворённо крякнул я. – Теперь хорошо!

И спрятал ножницы.

– Спасибо – Прошептала мне она. – Наверное Вы очень хорошо разбираетесь в платьях?

– А как же! – Самодовольно ответил я – Модельер!

– Чем же мне отблагодарить Вас? – Спросила она озабочено – Ведь Вы так трудились, нагнулись, обрезали… наверное устали?

– Устал – Согласился я. – И вспотел.

Подумал и добавил – А знаешь что? Я еще не закончил… а ну-ка, расставь ноги шире!

Она с удивлением посмотрела на меня но расставила их насколько позволял узкий лифт нашего подъезда.

Ноги у неё были красивые. Он них шёл какой-то запах… который притягивал…

– Поправлю твой фасон трусиков – Пояснил ей. И в моих руках опять появились огромные ножницы – Думаю, тоже укоротить придётся…

После чего срезал резинку на трусах и они упали…

Вот такие были мечты у меня пару дней назад… – Тьфу черт! – Я краснея смотрел в потолок лифта стараясь забыть эти воспоминания. Стереть их. И думать – только о природе. Про цветы в поле… и фиалки.

Затем опустил глаза вниз и встретился взглядом с соседкой снова. В её глаза был всё то же ужас.

– Я уже стер эти мечты – Подумал я. И постарался сделать взгляд твёрдым, чистым.

В ответ, глаза соседки стали очень внимательными. Теперь она смотрела на меня – как будто в саму душу.

И я понял – скрывать другие мои мечты было бессмысленно.

Недавно я встретил её в тёмном коридоре. Она как раз присела чтобы поправить босоножек на ноге,

И я присел рядом.

– Вот… не застёгивается… – Пожаловалась она.

– Надо расслабить ногу – Посоветовал я. – Ты очень напряжена…

– Расслабить?

– Конечно! – Воскликнул и посмотрел на неё как на глупышку которая не знает элементарных вещей.

Затем осторожно погладил её ногу – Вот так… вот так…

– Кажется помогает – Согласилась она – расслабляет.

– Только нога у тебя очень тёплая – Озабочено сказал я ей. – Что-то тут не так…

И стал гладить ногу повыше.

Затем резко засунул руку в трусики – Я так знал! Там влажно у тебя!

– Это мешает одеть босоножек? – С тревогой спросила она.

– Конечно! – Воскликнул я. – Когда между ног влажно – босоножек не одевается…

И стал гладить пальцами – её мокрое место. Заботливо приговаривая – Сейчас всё сделаем… там скоро успокоиться. Станет сухим.

– Вы большой специалист – С восхищением произнесла она – По босоножкам. Как же мне повезло сегодня Вас встретить!

– Стоп! – Прервал я эти свои воспоминания. И взял себя в руки снова. После чего старательно – стер все эти мечты из моей памяти. Как будто их не было.

Мы снова смотрели друг другу в глаза. И в моих читалось – Я чистый! Сама видишь!

Но тревога в её глазах – стала возрастать ещё больше.

– Она действительно всё видит! – Ужаснулся я. – Скрывать бессмысленно…

Пришлось мне признаваться дальше… в прошлую среду, в моих мечтах я уговорил её взять в рот…

– А если кто узнает? – Тихо спрашивала она смущаясь.

– Никогда! – Жарко возражал я – Никто и никогда… и вообще – только раз… если не понравится – то сразу остановимся.

Но она – всё ещё сомневалась.

И тогда я зашептал ей прямо в ухо: – Знаешь, как это полезно! Это прочищает горло… лечит гланды… развивает речь… помогает от ангины… и вообще, часто прописывается врачами как лекарство! В каждом втором рецепте…

– Ну, тогда ладно – согласилась соседка. И осторожно взяла его в рот.

Рот у неё был тёплый, даже горячий.

И она потянула его в себя – как насосом.

– Ты очень способная – Одобрительно произнёс я – В первый раз делаешь а так здорово получается!.. Наверное отличницей в школе была? А?

– Да, с золотой медалью кончила – С гордостью ответила. Но речь её было трудно понять – ведь рот был полным.

– Что? Эти мечты тоже стереть? – С сожалением подумал я. Но соседка всё так же упорно не отводила свой взгляд.

И молчала.

– Понял – Подумал я смущённо – и стер эти воспоминания тоже.

Теперь всё кончено! У меня больше не нету!

Но соседка оказалась умнее чем я думал… внезапно она подошла ко мне вплотную и стала очень пристально разглядывать лицо.

– Ах да. – Покраснел я как рак – Запамятовал… Две недели назад… я мечтал что поимел её на своём диване… Дело было так. Перед этим, её супруг повесился… утопился… машина раздавила… отравился… да тьфу, какая разница!? Главное, что она в слезах стучит в мою дверь – Помогите! Кто-нибудь! Иначе я не выдержу… Помогите!

– Как же не помочь? – Бормочу себе под нос и открываю дверь.

Тут же она кидается в мои объятия захлёбываясь в рыданиях. И я ласково обнимаю поглаживая волосы.

– Что случилось детка?

Прошло пол часа. Час.

– Всё будет хорошо… вот увидишь…

– Правда?

– Правда… обещаю тебе…

Она прижимается всё сильнее.

А мои поглаживания становятся всё ниже.

Ниже.

Грудь… живот… и вот уже ноги….

А она всё рыдает – успокоиться не может.

– Ну успокой же меня…

Я кладу её на диван..

– Щас – Тихо шепчу в её горячее ухо. Правой рукой расстёгивая себе штаны. И наконец достаю его… засовываю…

– Да… да… хочу… сильнее – Всхлипывает она.

– Куда уж сильнее – Отвечаю я – И со всей силы двигаю им вверх… вниз… вправо… влево – с такой силой как будто хочу разорвать ей стенки.

– Больно – Наконец шепчет она.

Но я лишь колочу им – еще быстрее, как будто это в последний раз в моей жизни…

Вправо… влево…

Она что-то говорит мне, едва шевеля губами.

С трудом различаю слова – Кажется… у меня там стало шире теперь…

– Правда? – Спрашиваю задыхаясь.

– Да ладно… я просто хотел успокоить тебя!

И ещё раз, толкнув им со всей силы – вдруг кончаю в неё.

Долго… плавно… сладко.

– Как больно – Скривив губы, повторяет она снова. И вдруг выгнув тело, кончает тоже. Ногти впиваются мне в спину… – Ах! Ах!

Её руки затем – медленно ослабевают… расслабляются.

И наконец, безвольно застывают на моей спине.

Я медленно вытаскиваю его наружу

Лишь одна мысль – …я ещё никогда так сильно не крутил им… болит теперь… а что если сломал его там, прямо в тебе?.. Мелькает в голове.

– Спасибо – Она едва улыбается, превозмогая боль. – Только больше не надо сегодня… ладно? Ты чуть не раздёр меня…

Ну его к черту… даже если сломал… оно стоило этого!

Кажется, теперь мне вспоминать больше нечего. Я опустил свои глаза и стал тоже непрерывно смотреть в её.

– Я знаю. Ты обо всём догадалась – Думал я – Но теперь там действительно чисто, видишь?

– У Вас родинка выскочила на щеке – Вдруг произнесла она всё так же не отрывая свой взор от меня.

– Родинка? – Переспросил я ошарашенно.

Дверь лифта открылась и она выскочила наружу. – Сходите к косметологу а то вырастет большой прыщ!

И весело улыбаясь побежала к двери своей квартиры.

Дверь лифта закрылась. И он поехал дальше.

– Родинка? – Ещё раз переспросил я машинально. Затем сплюнул с досадой на пол лифта – Тьфу черт! Какие мечты стёр!

Впрочем… вдруг вспомнил как она весело бежала к двери своей квартиры. Крутя попкой во всё стороны.

И загадочно улыбнулся…

Четыре сущности кота

Всю жизнь возле меня жили коты.

Рыжие…

Чёрные…

Серые…

Но всех их объединяло одно – я любил их.

Должен признаться, что это было странно… ведь по натуре, я – эгоист, жмот. Даже порой, кое-кто называл меня бездушным подлецом. Который не ценит женскую любовь.

Только коты – никогда не жаловались на меня. Не раз и не два – я полз к этой мохнатой твари на коленях, умоляя её покушать, или хотя бы полежать со мной на диване. Слёзно просил потереться со мной носиком…

Где была моя гордость?

А хрен его знает.

Что же особенного в этой твари?

Я не знал…

Перерыл горы литературы – но без ответа.

Но загадка эта, будь она проклята, мучила меня, не давала спать по ночам. Заставляла внимательно смотреть в глаза коту – Признавайся сволочь, чем заворожил меня? Отвечай гад! – Я вопил брызгая слюной и делал угрожающие позы.

Но мохнатая тварь – лишь лениво зевала.

И тогда я сдавался… снова полз к ней на коленях – умолял простить меня за нелепый тон… обещал что больше не буду…

Однако вопрос этот – продолжал мучить меня.

Лишь на старости, вспоминая всех котов которые у меня были – я открыл загадку.

Она оказалась проста.

И сложна одновременно.

Вот она.

Кот – привлекает нас, потому что в нём живут четыре разные сущности.

И какая из них проснётся внезапно – никто не знает.

Первая сущность.

Это отголосок древних родственников – тигров. пантер, львов…

Когда в нём просыпается эта сущность – кот сразу меняется в поведении… в повадках… К примеру играясь – изображает охоту, устраивает засады, нападает на игрушку раскинув лапы. Как будто настоящий тигр.

Наигравшись, может лечь посреди дороги и заснуть. Уверенный в своей силе, в том – что все его боятся. И будут обходить стороной.

Мы действительно – обходим его стороной. Потому что нам это нравится.

Мы любуемся котом.

Вторая сущность.

Она просыпается чаще чем первая.

Мелкий подхалим и обманщик, без гордости и хорошего воспитания. Готовый украсть кусок колбасы и позорно смыться под диван. Может часами сидеть у холодильника… клянчить что-то вкусненькое… или тереться носом об Ваши ноги, в знак вечной любви. И личной преданности.

Кот внимательно смотрит в Ваши в глаза – изучает Ваш характер, привычки, слабые стороны.

А найдя их, пытается эксплуатировать для своей корысти.

Но вам это нравится. Ведь многие люди – тоже не прочь так делать…

К тому же, всё что хочет кот от Вас – это немного взаимной любви… еду… чистый туалет… и свободно передвигаться по квартире – куда он хочет.

Вот и вся цена – за дружбу.

Недорого.

(У собак – дороже).

Эта сущность кота – наиболее близка нам. Мы понимаем её. Мы ценим её.

И кот живущий с нами рядом – становится близок, дорог.

Третья сущность.

Это – дебил. Который делает всё наоборот.

Когда просыпается эта сущность – начинается беда. Вместо туалета, он может наделать в тапок. Или на диван. Может разбудить всю в квартиру – в 3 часа ночи, сам не зная почему… Или облизывать капли валерьянки валяясь рядом… может вдруг начать дико звать кошку, уверенный что она спрятана для него в шкафу.