Текст книги "Люнборгские истории (СИ)"
Автор книги: Оксана Зиентек
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Барон и целитель
Еще одна зарисовка, не вошедшая в книгу «Мачехина дочка». Как мы помним, Кати – многолетняя камеристка Агаты – не смогла сопровождать свою госпожу и подругу в столицу. Помешали неожиданная беременность – следствие связи с военным магом-целителем – и последовавшая за этим скорая свадьба. Ниже описан разговор двух рыцарей – барона Хендрика фон Роде и целителя – рыцаря Ульриха, который позволяет более полно понять мотивацию последнего. Зачем ему вообще нужна эта свадьба и почему маг-целитель отказался от места в столичном гарнизоне.
– Ну, рассказывай, как это тебя так угораздило. – Барон неспешно разливал настойку, поглядывая на собеседника.
– Да... Даже и не знаю, что сказать... – Собеседник – почти ровесник барона – взял свою рюмку и с удовольствием оценил насыщеный цвет напитка. – Мне, конечно, как целителю, на разные вопросы приходится отвечать. Но уж к четвертому-то ребенку ты должен был бы знать, как они получаются.
– Поумничай мне! – Полушутя пригрозил барон. – Но, Уле,я серьезно. Девчонка, конечно, симпатичная, но ведь горничная же... Неужели у вас там такая любовь?
– Да какая там любовь!? – Махнул рукой Ульрих – Маг-целитель армии Его Величества. – Попался, как дурак. И это в моем возрасте... Кому сказать – засмеют.
– Думаешь, она тебя специально подловила? – Нахмурился барон.
– Нет, не думаю. – Целитель покачал головой, словно не допуская даже саму возможность такого коварства. – Я сам виноват: увлекся смазливой мордашкой. Забыл об осторожности... С другой стороны, меня комендант давно женить пытается. „Чтобы редкий дар не пропадал...“ – Ульрих так удачно скопировал голосом манеру старого коменданта говорить, что барон прыснул со смеху. – Так пусть старик порадуется. Ну, давай, Хендрик! За будущего наследника дара!
Мужчины дружно выпили и принялись лениво закусывать. По-настоящему проголодаться с недавнего обеда не успел еще ни одни из них, так что кусочек сыра или копчености был, скорее, поводом взять паузу в беседе для обдумывания ответа.
– А я давно хотел спросить, – прервал паузу барон. – Уле а почему ты до сих пор не женился? Неужели не было никого подходящего? Пусть бы тот же комендант подсуетился, раз ему это так надо.
– Да, видишь ли, Хендрик... – Целитель на миг замешкался с ответом. – Ты так рассуждаешь о „ком-то подходящем“, словно я – барон в надцатом поколении, как и ты. Тебе никогда в голову не приходило, что женщины в поисках мужа тоже оценивают, насколько подходящий ты сам?
– Отчего же, приходило, – Барон усмехнулся невесело. – Первой моей жены сестрица все родню свою изводила, что я ее сестре – не пара.
– Ты-ы? Не пара? – Ульрих искренне удивился. – Ого! Боюсь спросить, какой титул носил твой первый тесть?
– Барон. – Пожал плечами Хендрик.
– Всего-то барон?
– Всего-то. Только он старшую дочку за графа выдать ухитрился. Вот ей титул в голову и ударил.
– Аа-а-а. – Понятливо покивал головой собеседник и добавил. – Наливай, что ли...
В разговоре снова наступила небольшая пауза, но на этот раз первым продолжил разговор целитель.
– Уютно у тебя, Хендрик. Вроде, богато, а присмотришься – все по-простому. Даже и не скажешь, что ты древностью рода некоторых графьев за пояс заткнешь. А у иных, не успел отец титул получить, а уже сын от простых рыцарей нос воротит. Куда уж мне...
– А что ты?
– А я, знаешь ли, вообще не из дворян, я – из ремесленников. Мой отец свою мастерскую в городе держал, он ее потом нашему младшенькому оставил, раз уж меня магия кормит. А рыцарство мне Его Величество пожаловал лет пятнадцать тому назад, за службу и магию. Я тогда еще недалеко от столицы служил, а столичные гарнизоны... сам знаешь.
– Плохо приняли?
– Кто как. – Ульрих пожал плечами. – Свои рыцари, так те – нормально. А местные дворяне... сам понимаешь. Не был бы я целителем, попал бы, наверное, под трибунал. А так только штрафовали да заставляли лечить мною же побитых. Сам знаешь, целители в армиии – на вес золота.
– Не только в армии. – Хендрик нахмурился, вспомнив о жене. – Не окажись тебя рядом... И я тебе скажу, что прекрасно понимаю Его Величество, когда он дворянство талантливым магам жалует. Вот честно, Ульрих, будь у меня свободная дочка постарше, не глядя за тебя бы отдал.
– Ну... Спасибо на добром слове. – Целитель хохотнул. – Только старшая твоя сама бы не пошла. Она, в отличие от тебя, с остальными дворянами согласна. А младшая... Знаешь, дружище, лицом я не вышел, чтобы с принцем тягаться. Да и дите она еще у тебя, если честно. Ей с этим мальчишкой лучше будет
– Сам знаю. – Барон пожал плечами. – Лучше. Но и труднее. А что дите... Твоей-то невесте сколько лет, сластолюбец ты старый?
– Семнадцать. Только будь она таким же дитем, как твоя Гота, кто бы ее тронул. Нет, моя Кати – девица взрослая, вот я с ней и...
– ...По-взрослому. – Ехидно закончил его фразу барон. – Чего тебя вообще на служанок потянуло? Ну, воротят нос девицы, нашел бы себе вдовушку. Можно и с ребенком, а лучше – с двумя. Какую-нибудь из рыцарских, вроде моей Анны. Неужели не хотел чужих воспитывать?
– Скажешь тоже! – Целитель возмутился. – Я так и подумывал, на вас с Анной насмотревшись. Думал, вернусь в гарнизон, поспрашиваю знакомых. Только все равно, Хендрик, не хотелось мне, чтобы женщина за меня из безысходности шла.
– А сейчас?
– Так это она под венец от безысходности идет и боится, глупая. А так-то пришла просто так. Понимаешь? Не в жены метила, не в содержанки... Просто пришла к интересному ей мужику, потому что понравился.
– А ты и голову потерял. – Барон осуждающе покачал головой. Он прекрасно понимал мага, с которым за последние месяцы они успели завести приятельские, почти дружеские отношения. Но, все равно, не мог не осуждать.
– Не то чтобы потерял... – Целитель помялся. – Ну-у, было дело. Я тогда знатно вымотался, вас всех по-очереди после той стычки латая. Если бы не твоя Гота, я бы на одном Его Высочестве полрезерва спалил бы. А так еще и вам хорошо досталось.
– Да уж. Досталось нам хорошо... – Могозначительно протянул барон. – И что теперь? Как ты ее в гарнизон привезешь, жену такую?
– А что теперь? Кому какое дело, кем моя жена до свадьбы была? Гарнизон наш, сам знаешь, в какой глухомани расквартирован. Там и лекарей-то толком нет. Посмотрел бы я на того идиота, который станет с магом-целителем ссориться.
Дом она вести сможет. Еду руками со стола не хватает, все ж, при молодой госпоже прислуживала. Читать-писать... научим, если захочет. И будем жить, детей растить. А если ребенок окажется с даром, так комендант сам на радостях за нее кому хочешь голову оторвет, мне и вмешиваться не надо будет.
– А лет через десять?
– А что – через десять? Ты меня в старики раньше времени не записывай, целитель я или кто? А вот потом... А потом и увидим. Не могу я, понимаешь, Хендрик?! Не могу я своего ребенка вот так просто бросить! Будь его мать хоть горничная, хоть крестьянка... да хоть девка из борделя! Мой ребенок расти бастардом не будет!
Барон кивнул, принимая позицию приятеля, и отсалютовал ему рюмкой. Такой ответ он принимал, но не был уверен, что в схожей ситуации сумел бы переступить через сословные границы, через долг перед родом... Ну да он, хвала Творцу, в подобных ситуациях никогда и не был.
Барон Хендрик в который раз порадовался мысленно, что ему достался именно дар магии земли. Говорят, земляники – самые рассудительные из магов, так же, как огневики – самые порывистые, а целители больше других не любят одиночества. Но своими расуждениями делиться с целителем барон не стал.
– Ладно, давай еще по одной, и будем расходиться. А то Анна волнуется. Да и тебе завтра на свадьбе надо быть не с похмелья. А после храма зайди ко мне, заберешь приданое за женой.
– Хм, спасибо, конечно, Хендрик. Только я, хоть и безземельный, но совсем не нищий.
– А то я не знаю! После истории с принцем, так уж точно – нет. – Коротко хохотнул барон. – Но за приданым зайди. Не понадобится, отложишь на потом, для дочки.
Первый брачный вечер
(Краткое дополнение к истории Эрика и Агаты из книги «Мачехина дочка»)
ПЕРВЫЙ БРАЧНЫЙ ВЕЧЕР
( Один короткий момент из истори Эрика и Агаты)
– Девочка моя, пора. – Ее Величество подошла ко мне и по-дружески взяла за руку.
– Как, уже? – В другое время я бы и сама с удовольствием сбежала из того переполненного зала. Когда я, как любоая девчонка, предсталяла себе свою свадьбу, мне хотелось нарядного платья, пышного праздника, большого бала. Только бал я представляла себе таким. Какими обычно бывают балы в зажиточных домах нашей околицы. И даже не думала, насколько может быть утомительным действительно большой бал.
Сейчас, ближе к ночи, я бы с радостью счезла куда-нибудь, оставив всю эту сиятельную публику развлекаться дальше без меня. Но, увы, до того момента. Когда мы с Эриком сможем остаться вдвоем, мне еще предстоит выдержать унизительный ритуал проводов новобрачной.
Заученно улыбаясь королеве Ариане, я внутренне поежлась от мысли, что каждый из присутствующих в зале сейчас будет пялиться мне вслед, представляя себе, как и что будет происходить там, в наших брачных покоях. Высмотрев в толпе Эрика, я взглядом попыталась передать ему, в какой панике я нахожусь. Но любимый только виновато улыбнулся и пожал плечами. Ну да, понимаю, он ничего не может с этим поделать, и мы это неоднократно обсуждали. Но, все равно, мне страшно и стыдно.
Видимо, поняв наконец-то, что я сейчас просто сорвусь, Эрик воровато оглянулся и знаком показал мне молчать. А потом скорчил хитрую мину и подмигнул. От сердца отлегло: мой Рыжий Лис явно что-то задумал, но просит еще немного потерпеть. Ну что же, потерпим. Знала, за кого замуж шла.
В сопровождении Ее Величества и еще целой толпы старших дам мы прошли через парадную анфиладу комнат и пришли, наконец-то в покои. Как мне заранее обьяснил Эрик, это были просто одни из парадных покоев во дворце. Комнаты, в которых останавливался он, для праздных зевак решили не открывать. Пока мы шли, я мысленно считала шаги, чтобы приглушить волнение. Сейчас дамы помогут мне снять свадебное платье, расчешут волосы и, когда придет Эрик, оставят нас одних. По крайней мере, так мне обьясняли, когда мы с Эриком и его семьей просматривали планы свадьбы.
К моему удивлению, покои были не пусты. Там, сромно стоя у стены. Нас уже ждал господин Торстен – один из придворных магов, весьма приятный пожилой человек.
– Ну, дорогие мои, приступим! – Как-то излишне радостно скомандовала королева Ариана.
– Но... Ваше Величество! – Я растерянно смотрела то на королеву, то на мага. Я что, должна раздеваться при нем?
– Прости, Агата! – Ее Величесто на миг смутилась, но потом посмотрела мне прямо в глаза. В ее взгляде не было ни злорадства, ни издевки. Ничего, что можно было бы ожидать от женщины, которая явно нарочно нарушала все предыдущие договоренности, ставя меня в неловкое положение. Глаза королевы Арианы были полны страха. Перед чем? Не могла же она, на самом деле, бояться меня???
– Прошу меня простить, фройляйн! То есть, Ваше Высочество! – Непривычное обращение заставило встрепенуться. А пожилой маг, тем временем, невесело усмехнулся. – Смею Вас заверить, что в моем возрасте к юным магиням я испытываю исключительно научный интерес. Обращайте на меня внимания не больше, чем, скажем, на целителя.
Вот лучше бы господин Торстен не говорил жту последнюю фразу. Мне, почему-то. Совсем некстати вспомнился единственный знакомый мне целитель, и чем закончилось его пребывание в нашем замке. Это воспоминание смутило меня еще больше. К счастью, маг действительно прекрасно знал свое дело. Пока кто-то из придворных дам колдовал над застежками моего платья, господин Торстен тщательно проверил ночную сорочку, которую мне предстояло одеть.
Эта сорочка была настоящим чудом, над которым не один ень работали лучшие дворцовые мастерицы. Струящийся шелк, тонкая вышивка, пена тончайших кружев... Признаться, уже после первой примерки дождаться не могла, когда смогу надеть эту красоту. Сейчас же, глядя на придворных дам, держащих ее перед магом, я думала, что никогда не смогу избавиться от ощущения чужих равнодушных рук.
– Ничего. Все чисто. – Голос мага звучал профессионально. Сейчас это был просто человек, делающий свою работу. „Человек короля“ – вспомнилось мне определение, котрое дал своим соратникам папа-барон. Ну что же, оставим мастера делать свою работу. Знать бы еще, что так тревожит Ее Величество?
Фрейлены, тем временем, сняли с меня платье и прямо в рубашке усадили в кресло перед зеркалом. Пока господин Торстен тщательно проверял каждый шов, каждую деталь на запретную магию, одна из дам распустила мою прическу. Конечно, я предпочла бы. Чтобы волосы расчесывал кто-то, кого я знаю и кому доверяю. Но и так было сложно сдержать вздох облегчения. Когда волосы освободились от множества шпилек, которые держали тугие косы в модной прическе, мне стало даже легче думать.
И, вместе со способностью рассуждать, ко мне пришло беспокойство. Если сначала я была абсолютно уверена, что никакой запретной магии господин Торстен не обнаружит, то сейчас задумалась. Интересно, сколько людей подходили ко мне за тот вечер? Сколько возможностей было у них, чтобы незаметно вколоть в тяжелый материал платья маленькую шпильку или булавку? К счастью, ответ пришел раньше, чем я успела разнервничаться окончательно.
– И здесь чисто, Ваше Величество.
– Само собой. Надеюсь, никто и не ожидал чего-то иного. – Голос Ее Величества звучал обыденно, словно эмоции в ее глазах я придумала сама. Естественно, фрейлены тут же вразнобой начали подтверждать, что ничего иного они и не предполагали, это все лишь формальность.
Не скажу, чтобы это усыпило мои подозрения, но позволило немного расслабиться. А фрейлена тем временем ловко расчесываа мои волосы: сперва редким деревянным гребешком, потом более частым серебрянным. В самом конце она несколько раз прошлась по всей длине мягкой щеткой и с поклоном доложила королеве.
– Ничего, Ваше Величество!
Ответом ей было хмыканье старого мага. Так это тоже была проверка? По-моему, это уже переходит все границы. Ну, Эрик, подожди, мы с тобой еще поговорим! Кто там обещал мне поддержку и защиту своей мамы? Пока все выглядит так, словно Ее Величество изо всех сил защищает кого-то от меня.
– Теперь рубашка. – Голос королевы звучал все так же заботливо, но этой заботе я больше не верила.
– Нет, Ваше Величество!
– Что-о?
– Я сказала, нет. Я не буду снимать рубашку при посторонних. А если господин маг обязан поискать что-то еще и в моем нижнем белье, он прекрасно может это сделать в коридоре. Рубашку через дверь я ему передам.
Фрейлены ахнули. Да что там фрейлены, я и сама мысленно ужаснулась собственной наглости. Но о сказанном не жалела.
– Девочка, а не рано ли ты начала проявлять характер? – Ее Величество не выглядела ни возмущенной, ни оскорбленной. Скорее, слегка удивленной, словно ожидала сопротивления, но не очень верила в него.
– Простите, Ваше Величество! – Я склонила голову, делая книксен. Попутно подумала, насколько глупо выгляжу сейчас, пытаясь соблюдать этикет, будучи простоволосой и в одной сорочке.
– Мне жаль, Агата, что мой сын не предупредил тебя о престоящих испытаниях. Все невесты в королевской семье Люнборга проходят проверку на магическое вмешательство. Этот ритуал издревле проходит при свидетелях, чтобы никто не мог потом сказать, что бедную девушку оболгали.
И, уже обращаясь к своим сопровождающим.
– Можете идти. Не будем смущать Ее Высочество. – Когда большая часть сопровождающих покинула комнату, королева снова обратилась ко мне. Теперь ее голос звучал устало, и я подумала, что вся эта свадебная суета ее порядком утомила. Ведь именно ей достались почти все хлопоты по подготовке. – Ну, давай уже твою рубашку и закончим на этом. Не волнуйся, Агата, все присутствующие здесь – мои доверенные люди и умеют держать рот на замке.
На какой-то миг я дрогнула, но потом отрицательно покачала головой, решив стоять на своем. Не буду я совсем раздеваться при посторонних. Не знаю, что тут за дворцовые традиции, но что в Горнборге, что в Роде любая порядочная девица со стыда бы умерла, устрой ей родня такие проводы. И если свадьба с Эриком сделала меня принцессой, „рыцарской костью“ от этого я быть не перестала.
Не знаю, к чему привел бы мой маленький бунт, но тут через боковую дверь в покои вошел Эрик.
– Мама? Господин Торстен? – Казалось, мой муж (да, уже муж) очень удивился, найдя в наших брачных покоях такое столпотворение. – Что-то случилось?
– Мы лишь хотели убедитсья, что с Агатой все в порядке. – Казалось. Ее Величество смутилась.
– Агата? С тобой все в порядке? – Взгляд Эрика тут же обратился ко мне. Не зная, что сказать, чтобы не провоцировать дальнейший скандал, я лишь зябко поежилась, обхватив себя руками.
Мечта о красивой брачной ночи рушилась на глазах. Прекрасная ночная сорочка воздушным чудом лежала в одном из боковых кресел, а я стояла посреди комнаты в простой нижней сорочке. Слезы обиды выступили на глазах, ноя попыталась как можно быстрее их сморгнуть. Быстро сориентировавшись, Эрик снял свой халат и укутал меня.
– Эй, Синичка, что случилось? – Продолжал допытываться он, прижимая меня к себе. Предсмотрительный принц укутался в халат поверх обычной рубашки и простых, видимо, домашних штанов.
– Все в порядке, Ваше Высочество. – Вступил в разговор господин Торстен. – Никаких вредоносных агических предметов на Вашей невесте не обнаружено. Но Вы, наверное, и сами это прекрасно знаете.
– Я-то знаю. – Эрик нахмурился. – Но что здесь делают все остальные? Мама, мы же, вроде, договаривались?
– Эрик, после разговора с Его Величеством я решила еще раз перепроверить.
– Понятно. – Обходительный принц сменился грозным воином. – Мама, ты останься, пожалуйста. А остальные – вон!
– Эрик! – Возмутилась-было Ее Величество, но умолкла, взглянув на сына. Я еще теснее прижалась к Эрику. Стараясь казаться как можно незаметнее.
Первым среагировал маг. Вежливо извинившись за причиненные неудобства, он пожелал нам доброй ночи и откланялся. Доверенные фрейлены Ее величества помялись на пороге, но, в итоге, предпочли тоже уйти. Думаю, это было мудрое решение, предоставить членам семьи разбираться между собой без посторонних.
– Итак, мама, давай присядем и ты расскажешь нам, что ты там себе напридумывала. – Эрик постарался перейти на более спокойный тон, ненавязчиво подталкивая меня в сторону кровати. Мы сели на ней, а Ее Величество предпочла одно из кресел.
– Как ты знаешь, Эрик, – начала Ее Величество, – мы с твоим отцом достаточно доверяем друг другу, чтобы обсждать не только семейные дела. Твой бурный роман и раньше меня настораживал, а в свете последних событий все это показалось мне еще более подозритеьным. Поэтому, хотя твое желание защитить невесту весьма похвально, я решила еще раз убедиться, что ты действительно знаешь, что делаешь.
– Это ты про булавки? – Эрик укоризненно покачал головой. – Я поговорю с отцом, чтобы он либо договаривал до конца, либо не волновал тебя понапрасну. Если бы ты просто поговорила со мной, то знала бы, что сегодня утром наши люди задержали артефактора. Ты когда вообще с отцом номально говорила?
– Вчера утром. Потом из-за всей этой кутерьмы нам едва удалось переброситься парой слов. – Ее Величество заметно побледнела.
– В общем так, мама, иди-ка ты к отцу и поговорите нормально. На сегодня нам с Агатой вполне достаточно этих комедий дурного тола.
И, да, мы с отцом решили, что пора мне выходить из тени. Так что можешь слегка намекнуть своим дармоедкам, где я служу. Чтобы трижды подумали, прежде чем открывать рот и сплетничать о моей жене.
– Эрик! – Королва возумтилась. – Выбирай выражения! Ты, все-таки, с матерью разговариваешь.
– Я помню. А ты представь, если бы я их еще и не выбирал. – Эрика явно не смутило материнское возмущение. – А ты вспомни, что сегодня – день моей свадьбы. А после ваших диллетантских дознаний, мне теперь вместо перво брачной ночи до утра успокаивать жену. И чем раньше я начну, тем лучше.
– Ты намекаешь, что мне тоже пора уходить?
– Мама! Ну ты же умная женщина! Я не намекаю, я тебя прямо прошу оставить нас.
Обиженная королева ушла, хлопнув дверью. Эрик, оставив меня сидеть на кровати, деловито обошел комнату, оставляя по амулету на каждой дверной и оконной ручке.
– Все! Теперь можно спокойно поговорить. – Он сел, рядом, и осторожно приподял мое лицо за подбородок, пытаясь заглянуть в глаза. – Сильно напугалась, Синичка? Прости. Мне и в голову не могло прийти, что мама так зацепится за эту бредовую идею.
– Она до сих пор верит, что я тебя приворожила? – Я вздохнула. Испуг, возмущение, злость – все эти чувства схлынули, словно мутная волна, оставляя после себя только усталость и легкую обиду.
– Скажем так, она до сих пор не верит, что можно настолько крепко полюбить за такой короткий срок.
Я только пожала плечами. Раньше, еще несколько месяцев тому назад, я смертельно бы обидилась за недоверие, а то и просто решила бы, что королева просто использовала предлог. Но после того, как мне невольно пришлось немного вникнуть в дела Эриковой службы, я могла понять его мать. Но, все равно, было противно.
– Она теперь на меня обидется? – На данный момент меня волновал только этот вопрос. Эрик ведь не будет рядом круглые сутки.
– С чего бы? – Он удивился, казалось, соверенно искренне. – Скорее, она успокоится, и начнет переживать, не обидилась ли ты.
– Думаешь?
– Уверен. Я сам ей сегодня удивляюсь. Обычно мама ведет себя намного разумнее.
– Это хорошо. – Я замолчала. Не зная. Что ещесказать. Романтическое настроение было напрочь испорено. Больше всего хотелось сврнутсья калачиком и уснуть, но одна мысль не давала покоя.
– Эрик, а ведь они завтра с утра придут, чтобы проверить простыни. – Вот и высказалась.
– Умгу. Придут. Не брачные покои, а городская площадь. Только успевай отшивать всех туда-сюда-ходящих. Но мы приготовим им сюрприз. – Эрик задорно улыбнулся и встал, протягивая мне руку. – Пойдем!
– Куда?
– Увидишь.
И я вложила свою руку в его ладонь, в который раз слепо доверяясь любимому. В конце концов, Эрик меня еще не разу не подводил.
К моему удивлению, прошли мы не к парадной двери, ведущей в коридор, нет. Оказалось, что за ширмой для переодевания прячется еще одна дверь. И вела она в самый настоящий тайный ход. Глядя, как Эрик ловко зажигает лампу, припрятанную тут же в стенной нише, я восхитилась.
– Ух ты! Только, куда же я так пойду? – Я приподняла полы мужниного халата, показывая босые ноги. Вместо ответа Эрик просто поднял меня на руки и понес. Шли мы совсем недолго, несколько раз сворачивая на развилках в узкие боковые коридоры. А в конце пути такая же неприметная дверца привела нас в небольшую комнату.
Пока Эрик точно так же, как и в брачных покоях, обвешивал амулетами все входы и выходы, я огляелась вокруг. Комната была небольшой, больше похожей на гастевую, чем на чьи-то покои. На фоне скромной обстановки особенно бросались в глаза кровать, застеленная роскошным бельем, и маленький столик, на котором стоял неольшой кувшинчик и пара бокалов.
Из этого кувшинчика Эрик налил в бокалы густую, янтарного цвета жидкость. В комнате ощутимо запахло медом.
– Попробуй! – Предложил он, протягивая мне бокал.
– Что это? – Я принюхалась. К медовому аромату примешивался легкий запах алкоголя и, каежтся, каких-то трав.
– Это питьевой мед – традиционный вендский напиток. Попробуй, такого ты ни в одной винной лавке не купишь. Генриху посол из личных запасов отжалел, как будущему родственнику.
– А разве посол – тоже росдтвенник князя?....
Мы сидели, как в старые добрые времена, забравшись с ногами на постель. Пили мед, от которого слегка кружилась голова и хотелось смеяться из-за пустяков. Сплетничали о будущих роственниках кронпринца и любовных похождения вендского посла, который оказался тем еще ходоком... Постепенно волнения дня улеглись. Обиды подзабылись. Брачный вечер плавно перетекал в ночь. Нашу первую ночь, когда не надо постоянно думать о том, чтобы вовремя остановиться.
