Текст книги "Ген бессмертия. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Оксана Алексеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

– Ты новое Дитя Главы? – голос у него был совсем мальчишеский. Но никаких особых эмоций его лицо не выражало, а глаза выдавали возраст своей прозрачной глубиной. Наверное, он был ровесником Теодора, а может, и намного старше.

– Да, – ответила я, не считая нужным уточнять, что пока у меня нет абсолютной уверенности, что я этого хочу.

Он подошел ближе и погладил меня по руке:

– Как у вас с Ником? Все в порядке?

Значит, он знает о Гемме и о трудностях, вызванных ею. Я молча кивнула.

– Ничего, ничего, деточка, потерпи. Ждать уже совсем недолго. Вы будете очень красивой парой.

Интересненько. Значит, никто и не сомневается, что мы с Ником после Ритуала будем вместе? А если я не захочу? А если, избавившись от Геммы, я решу стать первопроходцем и организую первую в истории пару вампира с охотником? Я не стала с ним спорить, к тому же понимала, что скорее всего он окажется прав.

Я тут же в толпе нашла глазами Ника, и сердце сразу забилось в другом ритме. Он разговаривал с группой вампиров, и, почувствовав мой взгляд, обернулся. Но на мою улыбку не ответил. Мне казалось, что недолгое потепление в наших отношениях было только следствием необходимости. С тех пор он никаких чувств ко мне не проявлял, а был, скорее, еще более холоден, чем обычно. Если это вообще возможно.

Ко мне подошли Олег и Ольга, мои старые знакомые. Теперь уже все Волки знали о моем положении, потому они не стеснялись говорить открыто.

– Ну, ты как? Сильно тогда испугалась? – как всегда, хором затараторили они, и, не дождавшись ответа, продолжили: – Мы теперь присоединимся к вам. Нас Ник попросил. Мы тоже Бойцы, хотя и не такие сильные, как Марк и Кэти.

Произнеся последнее имя, они умолкли. Вот как, значит, они теперь заменят Кэти и Марка. Я не была, конечно, против их кандидатур, но я бы все отдала за то, чтобы такой необходимости вообще не возникло. Мысли о Кэти и о том, как и за что она погибла, снова заполнили голову. Опять стало невыносимо. Но тут я почувствовала приближающегося к нам Ника. Он подошел, обнял меня сзади и легко поцеловал в шею.

– О-о-о-о! – восхищенным дуэтом пропели рыжие. – Оставим вас одних.

Мне была очень приятна его неожиданная нежность, но я все же спросила, повернувшись к нему и обрадовавшись, что он не разорвал объятий.

– Ник, ты это делаешь для меня?

Он слегка улыбался.

– Нет.

– Тогда почему?

– Потому что хочу.

– А что будет дальше… с нами?

Он улыбнулся еще шире.

– А чего бы ты хотела?

Хотела бы, чтобы мне не отвечали вопросом на вопрос! И решила играть в его игру:

– А разве мы хотим не одного и того же?

– Уверен, что так. Тогда я скажу то, что нам обоим уже понятно: Гемма не даст нам игнорировать друг друга, рано или поздно мы окажемся в одной постели, ты никогда не уйдешь от меня к своему охотнику, мы не расстанемся и после Ритуала, потому что Гемма не возникает на пустом месте. Мы хотим друг друга и будем хотеть, когда она исчезнет. Мы будем вместе до тех пор, пока нам это будет нравиться. И может, через месяц, год или столетие мы расстанемся. И будем счастливы оттого, что свободны. А может, к тому времени я уже настолько привыкну к твоему мерзкому характеру, а ты – к моей сногсшибательной сексуальности, что мы решим не расставаться вообще.

Я улыбнулась. В принципе, он довольно ясно изложил все мои смутные предположения. Я могла согласиться на такое будущее. Я хотела на него согласиться. Но все это будет потом, а что сейчас? Я не выдержала:

– Ник, а ты не хочешь меня поцеловать?

Он задумчиво перевел взгляд с моих глаз на губы, и обратно.

– Послушай, я не нарушу приказ Мастера в любом случае. Но я не могу представить, что буду чувствовать, если мы сблизимся сейчас. Я не знаю, насколько мне станет сложнее. А мне нужно еще и соображать, отбивая тебя ото всех, кто хочет заполучить твою бесценную шкурку. Но я не говорю, что не хочу.

Я поняла, что инстинкт, заставляющий его закрепить Гемму, он ощущает постоянно. Он мешает ему уже сейчас, но может быть и еще хуже. Такой отказ я не могу не принять.

– Тогда что нам делать?

Он вздохнул, оглядел зал и сквозь ехидную ухмылку ответил:

– Ну, тебе же не пятнадцать лет. Рассказать, как можно снять сексуальное напряжение? Я буду спать с другими, ты будешь спать с другими. Можешь даже своего охотника использовать, хоть какой-то толк от его влюбленности будет, – он поморщился.

Магия нашей близости треснула с жутким хрустом. Я оттолкнула Ника от себя. Как же меня угораздило втрескаться в такого циничного гада? И слово-то какое подобрал – «использовать»! Он знал, что метит точно в цель – я никогда не стала бы использовать Андрея ни таким, ни любым другим образом. Я его слишком любила и уважала. Ник очень хорошо это знал и не хотел, чтобы я «снимала сексуальное напряжение» в объятиях охотника! А с другими, значит, можно? Видимо, только в Андрее он видел полноправного соперника. Мое раздражение нарастало, но я, вспомнив, где и по какому поводу нахожусь, взяла себя в руки. Просто развернулась и пошла от него прочь.

Бет, заметив мое настроение, поинтересовалась, что случилось.

– Опять поссорилась с Ником, – ответила я.

Она коснулась моих волос рукой, успокаивая.

– Ничего, рано или поздно договоритесь.

В этом я очень сомневалась. А Бет продолжила:

– Хотя очень жаль, что вы так с этим тянете. Секс с ним… это… – она мечтательно закатила глаза.

Меня ошарашила мысль:

– Ты с ним спала?

– Конечно, – видя мою реакцию, она добавила: – Пойми, мы жили бок о бок одиннадцать лет в Неаполе, изображая бездетную парочку. Конечно, у нас был и секс. Правда, это был очень недолгий период. Оказалось, что дружбы между нами гораздо больше, чем страсти. С Ником вообще тяжело быть в таких отношениях. Он безупречный любовник, но любить… не умеет. До сих пор еще не умеет, поэтому вы постоянно и ссоритесь. Да не ревнуй ты! У вампиров к сексу вообще гораздо более спокойное отношение.

Да я и не собираюсь ревновать! Но от этой истории «подруга» могла бы меня и избавить. А я еще думала, что она из этого отребья самая тактичная. Тут поминки вообще-то, а упыри только о сексе и говорят! Может, этих извращенцев возбуждает траур? Надоели эти чертовы вампиры. Пойду, найду единственного тут адекватного человека.

Андрей не стал расспрашивать о причине моей раздраженности.

***

Домой мы вернулись опять вшестером. Теперь с нами были близнецы. Марк, собравший вещи заранее, попрощался с нами еще в «Клыке». Я верила, что обязательно еще с ним встречусь, а сейчас ему надо найти в себе силы отпустить Кэти и эту боль.

Перед сном я вновь постучала в комнату Андрея. Я никогда не считала себя легкомысленной девочкой, которая получает наслаждение, играя чужими чувствами. Поэтому, решившись, сказала:

– Я не буду с тобой и не уйду к охотникам. Я знаю, для меня это был бы лучший вариант, но я не могу. И, пожалуйста, не надейся, что я передумаю.

Он ответил с грустной улыбкой:

– Я это знаю.

Мне было очень жаль, ведь я не нашла в себе сил сделать себя счастливой. И, конечно, его.

– Андрей, если у тебя нет другого выхода, расскажи охотникам обо всем, сделай это. Ты мне ничего не должен. И если захочешь уйти – уходи.

Он кивнул, а я вышла за дверь. Увидела Ника, сидящего внизу в гостиной. Надеюсь, он слышал, как я выхожу из комнаты Андрея! И, надеюсь, он не слышал, что я тому сказала. Не желая говорить с ним, я направилась в свою спальню.

Глава 11

Глава 11. Тупик

На следующий день я встала пораньше, решив, что наступила моя очередь готовить завтрак. И может, мой омлет хотя бы частично загладит вину перед Андреем?

Он зашел на кухню, когда я еще не успела все приготовить.

– Привет, – сказала я Андрею, и моя улыбка была несколько виноватой, ожидающей. Я не знала, к какому решению он пришел и как реагирует на все, что между нами произошло.

– Привет, – он улыбался, как обычно, широко, хотя и с едва заметной ноткой грусти.

С лестницы уже доносились голоса остальных. Хотя говорили только неугомонные близнецы. Бет с Ником не успевали поймать паузу, чтобы вставить хоть слово.

– Надо будет куда-нибудь сходить, – услышала я голос Ольги.

– ...развеяться. Как ты думаешь, Бет? – Олег заканчивал мысль сестры и начинал новую, а та снова подхватывала:

– Мы давно не были в «Бочонке»…

– … и «Александровке». Ник, сейчас ведь безопасно выходить?

– Вот и хорошо! Мы не знаем, сколько у нас в запасе времени, пока все тихо…

– … и надо его использовать!

Они ввалились на кухню и уже хором сказали:

– Доброе утро!

Сегодня я вознамерилась строить из себя радушную хозяйку.

– Привет, Ольга. Привет, Олег. Привет, Бет.

Ника же я решила не заметить. И у моего радушия есть пределы! Я не могла перестать злиться на него. А он, вероятно, и не был против моего раздражения:

– Привет, охотник. Привет, язва. Как спалось тебе сегодня, без меня?

Я бы двинула ему сковородкой, но он же, несомненно, увернется. И омлет погибнет напрасно.

Они рассаживались вокруг стола, Олег и Ольга даже решили присоединиться к трапезе. Остальные, выпив по пробирке с кровью, просто составляли нам компанию. Все было почти также, как раньше… как с Кэти и Марком… Ник, ощутив, как мое настроение портится, поднял на меня глаза, но промолчал.

Вдруг на холодильнике затрещал мой сотовый, который в последние дни валялся там, всеми покинутый. С тех пор, как я стала безработной, я про него и не вспоминала, даже и не знаю, когда в последний раз заряжала.

Увидев незнакомый номер, я решила выйти, чтобы ответить на звонок. Но Ник меня остановил:

– Говори тут. Это могут быть… да кто угодно.

Я пожала плечами, мне скрывать нечего. Села на свое место и нажала на кнопку приема.

– Да?

– А-ах, ты сучка крашенная! – я дернулась от звукового удара. Но мое лицо уже безудержно расплывалось в улыбке.

– Юлька! Ты?

– Нет, Папа Римский! – ответила моя старинная подруга.

– Я так рада тебя слышать, – это было совершенно искренне.

– Да что вы говорите! Ты куда пропала? Я звонила тебе домой, а ты все не подходила, а сотовый-то ты сменила, я ж тогда так и не записала… Потом дозвонилась тете Свете. И знаете, дорогуша, что она мне сказала? А Анюта, подруженция моя, замуж, оказывается, выходит! А сейчас находится не где-нибудь, а в Москве! И совершенно случайно, в той же самой Москве, что и я!

Я оглядела сидящую вокруг стола компанию. Конечно, они слышат весь разговор полностью. С их-то слухом! И с Юлькиным-то криком. Я решила, что обойдусь и без свидетелей, раз это не Змеи, Бабочки и прочая потусторонняя фауна, но Ник вытянул ногу в сторону моего единственного пути наружу, давая понять, что пройти не даст.

Пусть. Мне ж скрывать нечего. Я ж могу и тут.

– Эй, Анюта, ты там чего молчишь? – орала трубка.

– Юль, ты прости меня, я с этим всем так закрутилась, что забыла тебе позвонить. Я как раз собиралась! – убеждала я. – Прости меня, прости, пожалуйста.

– Ань, да ладно. Я не понимаю, что ли? Любовь – она такая. И про старых друзей забудешь, если хахаль такой, как теть Света напела.

– Ну… – я глядела на «хахаля», улыбка которого уже выходила за рамки приличия.

– Так вы в Москве? – не унималась подруга. – Может, вылезете на часок из постельки, повидаете меня?

От Москвы мы далековато.

– Юль, мы не в Москве. Мы… в Италии. Решили провести тут предмедовый месяц. А как приедем, то обязательно увидимся! – врала я, продолжая смотреть на своего учителя в этом нелегком деле.

– Крутотенюшка, – протянула она. – Но ты мне хоть немного расскажи, мне ж интересно. Колян твой красавчик, да?

Колян беззвучно ржал. К нему присоединялись и остальные. Нет, я этому гаду отомщу!

– Знаешь, Юль, так себе. Но, как говорят, с лица воду не пьют. Зато человек хороший!

– Да ладно… – удивилась подруга. – А теть Света расписывала… Я уж подумала, ты себе Мистера Вселенную отхватила. Но ты, в общем-то, права. Если со всеми остальными пунктами все отлично, то внешность, действительно, не самое главное! Как у вас там с остальными пунктами-то? Да не молчи ты!

Я собиралась с мыслями. Всем слушателям было понятно, про какие пункты интересуется моя холеричная подстава.

– Понимаешь, он в детстве много болел… Не могу сказать, что совсем все плохо, но… Но ведь и это не самое главное! Зато человек хороший!

Андрей упал лбом на столешницу. Ну, хоть ему настроение подняла!

А Юлька оторопела:

– Ань, ты чего? Ты зачем тогда? Неужели так влюбилась в этого калечного?

– Ага, – добила я своих зрителей. – Жить без него не могу. Хожу за ним, как привязанная.

– Ты знаешь, люби его, конечно, люби. Но Гришке позвони, он вроде со своей разбежался, – искала она варианты моего спасения.

– Я позвоню ему. Юль, очень хочу с тобой еще поболтать, но мне бежать надо, – я все же решилась свернуть разговор, пока Бет не разорвало от сдерживаемых рыданий.

– Да-да, конечно, позвони!

Отключившись, я осмотрела уже вслух хохочущую компанию и заявила, не сумев сдержать и собственный смех:

– Я ни с кем из вас не разговариваю!

И, секунду поразмыслив, добавила:

– Вы можете внушать по телефону? Я бы ей перезвонила… чтобы она как-нибудь значения этому разговору не придала…

По нечленораздельным звукам я поняла, что нет. Я осматривала этих ржущих монстров и думала о том, что надо будет обязательно навестить Юльку. Сразу, как появится такая возможность.

Телефон прямо в моей руке снова зазвонил. И опять незнакомый номер.

– Да? – ответила я, ожидая, что это снова подруга.

Но мне ответил знакомый бархатный голос, при первом же звуке которого Ник сосредоточился, а остальные тут же притихли:

– Анна, здравствуй. Это Теодор.

Веселье как рукой сняло.

– Чем обязана?

– Дитя, не будь со мной такой холодной. Это разбивает мне сердце.

Я промолчала. Тогда он продолжил:

– Мы можем провести Ритуал в любое время, когда ты будешь готова.

Готова – это значит, хотеть обращения. Иначе что-нибудь может пойти не так. Слишком скоро! Я думала, что у меня есть месяц или около того. Я колебалась:

– Мне нужно еще время. А разве останки моей прабабки Марии Как-там-ее уже нашли?

– Нет. Но в свете последних событий это уже необязательно. Хорошо, Дитя, я подожду. Но не тяни слишком долго, только после Ритуала ты будешь в безопасности. Ник, – продолжил он, ничуть не повышая тона, – ты там как? Справляешься?

Ник ответил таким же спокойным голосом:

– Да, Мастер. Не волнуйся.

– Я в тебе и не сомневался. Она хорошая девочка? – спросил он обо мне, как будто это сейчас не к моему уху была прижата трубка!

А у Ника появился шанс отомстить мне за то, что я плела Юльке. Но он почему-то ответил, глядя мне в глаза:

– Самая лучшая. Хожу за ней, как привязанный.

– Я рад за тебя. Ты это заслужил. Позвони мне потом.

– Конечно, – и сразу после его ответа Теодор отключился.

Я смотрела на Ника. «Самая лучшая» – это было для меня или для Мастера? И упрекает ли он меня за то, что я тяну время? Но он ответил на незаданный вопрос:

– Все правильно. Ты должна быть полностью готова, чтобы все прошло гладко. А я чувствую твое сомнение.

Я внесла номер в память телефона.

***

Вечером, по требованию Ольги и Олега, мы все же решили куда-нибудь сходить. И, поскольку теперь мы могли не ждать массированного нападения, то выбрали обычный, не вампирский, ресторан.

Уже выходя из дома, я поняла, что Андрей продолжает сидеть на диване в гостиной.

– Ты не пойдешь? – спросила я.

Он покачал головой.

– Отстань ты от охотника! – сказал стоявший рядом со мной Ник. – Пусть поплачет тут в одиночестве. Ему будет тяжело наблюдать, как мы с тобой… наперегонки ищем себе утешение. Он-то за нами успевать не будет! Охотники вообще в этом деле притормаживают.

Я ударила его в плечо. Но он только рассмеялся, выходя за порог. Неужели нельзя промолчать? У него аллергия на порядочность? Напоследок еще раз взглянув на Андрея, я вышла следом. Охотнику не нужна моя поддержка. Он справится сам.

Значит, мы идем «искать себе утешение»? И как ты себе это представляешь, Николай Теодорович Мачо-Сексодромский? Ну что ж, поиграем. Мы тоже не лыком шиты!

В ресторане нас встретил администратор, поприветствовал Ника, на которого был оформлен заказ, и повел к нужному столику. Мы проходили мимо других посетителей, многие из которых обращали на нас внимание. Все же наша компания производила впечатление – четыре красавца, как будто сошедших с обложки журнала. И я.

Минуя столик, где миловалась влюбленная парочка, Ник очень громко и отчетливо сказал Олегу, головой кивнув на девушку:

– Эта – моя.

И даже не замедлив шаг, пошел дальше. Амбал, державший обозначенную девушку за руку, начал медленно подниматься. Я видела его краснеющий профиль. Шедшая следом за Олегом Ольга тут же положила парню руку на плечо, усаживая обратно.

– Не обращайте внимания. Он у нас припадочный. А вы веселитесь, веселитесь, – пояснила она.

– Да и девица не в его вкусе, – тоже достаточно громко прокомментировала Бет, которая шла за Ольгой. – А вы веселитесь, веселитесь.

Я же, замыкавшая процессию, старалась слиться с обстановкой. Но шокированная таким хамством парочка всю свою ненависть сконцентрировала во взгляде, предназначенном именно мне. Поэтому я не выдержала:

– Вам же сказали – веселитесь!

И гордо проследовала за остальными. И да, больше я с этой компанией в цивилизованное общество не выйду! А Ник, похоже, включил психологию тарана – утешаться он будет или той девицей, или дракой с ее парнем. Я даже удивилась, что тот не пошел за нами, чтобы сразу выяснить отношения.

Мы сидели за столиком, я пробовала все заказанные блюда, а вампиры с тем же азартом поглощали коньяк. Непрерывная болтовня Олега и Ольги довершала картину обычной веселой компании, просто пришедшей отдохнуть. Они никому не давали скучать, но я уже пожалела, что заняла место между ними, вкушая все прелести стереозвука.

Мы смеялись над очередной их историей, когда к нашему столу подошел мужчина лет тридцати. Он вежливо поздоровался со всеми и, немного стесняясь, обратился ко мне:

– Не согласитесь ли вы со мной потанцевать? – он глянул на присутствующих за столом парней и добавил. – Если… это удобно.

Он пригласил меня, а не по-вампирски великолепных Бет и Ольгу! Я окатила Ника взглядом триумфатора и, конечно же, согласилась.

Мужчина был одного со мной роста и обладал очень приятным лицом. Он спросил мое имя, представился сам и повел кружиться в танце. Я не могла не отметить, что танцевал он гораздо хуже Андрея, но все равно была очень довольна. Когда мы сделали очередной круг, я снова глянула на наш столик. Ник, до этого наблюдавший за нами с ленивой улыбкой, вдруг встал и как будто сосредоточился, немного прищуриваясь. Внезапно мой партнер по танцу остановился и, пробубнив «Извините, вы… я… извините… мне надо», отпустил меня и убежал со скоростью запуганного зайца. Он просто бросил меня одну посреди танцпола, что не могли не заметить другие пары! Я, поняв, что произошло, с нарастающей злостью приближалась к виновнику моего позора.

– Так вот, значит, как? – прошипела я в его торжествующее лицо. – То есть вашему величеству можно «спать с другими», а мне нельзя с другими даже потанцевать?

Ник открыто надо мной смеялся:

– Прости! Не смог удержаться! Он с таким усердием болтал тебя туда-сюда... я испугался, что тебя укачает! – и, не дав мне возможности ответить, закончил: – А теперь моя очередь искать очередную спутницу жизни.

И тут же смылся в неизвестном направлении.

Оставшуюся компанию, похоже, ситуация забавляла. Я села на свое место и обиженно надула губы.

– Могли бы и поддержать меня, ведь это просто нечестно! – заявила я им.

– И как же мы могли это сделать? – со смехом отозвались близнецы.

У меня созрел план, и я обратилась к Олегу:

– Ты! Ну, подыграй мне! На тебя-то он не может воздействовать! Давай притворимся влюбленными!

Олег перебил:

– Я б с огромным удовольствием, но Ник вырвет мне позвоночник.

– Вырвет, – подтвердила Ольга.

Я удрученно опустила плечи. Форменная несправедливость! Но настроение было испорчено только у меня, даже Бет не проявляла должного сочувствия.

Они продолжали болтать, а Ник все не возвращался. Я встала и в ответ на удивленные взгляды друзей пояснила: «В дамскую комнату». Бет решила составить мне компанию, «кабы чего не вышло». Я проходила между столиками, оглядывая зал, но своего личного мерзавца нигде не чувствовала.

Уже в холле, увешанном зеркалами, я наткнулась на них. Ник прижимал к стене ту самую девушку и страстно целовал. Ее возбуждение можно было резать ножом, причем я ясно понимала, что оно не было внушенным. И куда он дел ее амбала? Надеюсь, не закопал прямо перед входом? Обида заполнила всю мою сущность, застилая глаза. Я опрометью бросилась наружу, чтобы попытаться взять себя в руки.

Ник вылетел на улицу вслед за мной. Глаза заполняли слезы ярости, которые я никак не могла сдержать.

– Чего ты от меня хочешь? – крикнул он мне в спину.

Злость блокировала разум. Я развернулась к нему, уже не стесняясь, что он увидит, насколько я расстроена.

– Хочу, чтоб это все прекратилось!

– И закатываешь истерики? А что тогда должен делать я? Мне, по-твоему, легко?

– О! Так это было слишком тяжело вылизывать ту девицу?

– Ведешь себя, как ревнивая мартышка!

– Я?! Да я бы вообще не посмотрела в твою сторону, если бы не эта гребаная Гемма!

– Ха! Ну конечно! Кому ты врешь?

Немногие очевидцы, что застали эту сцену, уже вытягивали шеи, наслаждаясь разыгрывающимся зрелищем. Им бы еще и попкорн… Но остановиться я не могла:

– Уходи! Зачем вообще идешь за мной, раз я просто истеричка? Я не хочу тебе ничего объяснять! Не хочу, чтобы ты обращал на меня внимание!

– Нет, хочешь, – его глаза сочились злобой. – Ты хочешь! Хочешь, чтобы я воспринимал тебя просто как тело с нужными дырками! Так я пытаюсь, уж поверь!

Тело с дырками?! Я даже на секунду потеряла дар речи.

– Самовлюбленный дебил!

Он зарычал. А я добивала:

– Кто тебе вообще внушил, что ты лучше всех? Твой любимый Мастер нашептывает каждый день по телефону?

– Заткнись, – в его голосе звучал однозначный смертный приговор мне, любимой.

– Так вот, я так не считаю! У меня вся жизнь под откос из-за тебя! Если бы не ты и твой мерзкий папаша…

– Заткнись!

– А ты просто сверни мне шею, и все проблемы закончатся! У нас обоих!

– Замечательная идея!

– А давай! Хватит уже сдерживаться!

И еще до того, как я успела понять смысл своего ответа, он уже шагнул ко мне и, обхватив лицо руками, приник своими губами к моим. Как же хорошо! Но как же он меня бесит! Не желая отпускать остатки своей злости, я с силой вцепилась ему в нижнюю губу.

Он тут же отскочил от меня, и, поднеся пальцы ко рту, проверил, не прокусила ли я кожу. Тут и до меня дошло, что я наделала. Что могла наделать. Но, видимо, в этот раз его кровушки мне попить не удалось, по крайней мере, в прямом смысле. Ник, поняв, что катастрофы не случилось, шагнул назад ко мне. Я думала, что за такую ошибку он может меня ударить. Но Ник неожиданно обнял и прошептал:

– Что ж ты творишь, дура?

– Дурак, – не осталась я в долгу.

Он тихо засмеялся мне в волосы:

– Кажется, с другими мы спать не будем.

– Похоже на то, – ответила я.

Бет, Ольга и Олег уже «работали» со свидетелями всей этой сцены, но постоянно оборачивались к нам с нескрываемым весельем. Стыдно-то как.

В машине мы с Ником сидели рядом на пассажирском сиденье. И мир был прекрасен, и небо озаряло звездами наш путь, и впереди нас ждало только светлое будущее. Минуты три. А потом Ник не выдержал насмешливых взглядов остальных на нашу идиллию и заявил:

– Если кто-то вслух скажет хоть слово об увиденном, особенно при охотнике, сделаю больно!

Сквозь смех я заметила:

– Это что за дискриминация? Мы полрайона чужих повеселили, пусть и свои посмеются!

– Это кому он свой? – повернул ко мне лицо Ник.

– Ну понесла-а-ась, – услышала я протяжное от Бет, которая вела машину.

А в моей памяти уже всплывал недавний диалог:

– И это я ревнивая мартышка?

– Да он смотрит на тебя глазами преданного пса, когда не стучит своим!

Я понимала, что за него сейчас говорит ревность, но и не могла спустить это на тормозах.

– Он стучит своим, а ты – любимому Мастеру. В чем разница? Мастер симпатичнее?

Он издал гортанный рык, но тут Ольга, до сих пор сидевшая справа от него, запрыгнула между нами и начала втискиваться, отодвигая друг от друга. И успокоилась только тогда, когда мы оказались на максимально возможном в данной ситуации расстоянии, глядя каждый в свое окно. Они думают, что мы подеремся? Мы дети, что ли?!

Как же я его ненавижу… Вообще просто не буду с ним общаться. С ним же разговаривать все равно невозможно.

Уже засыпая, я услышала, как открывается дверь в мою комнату, и пробурчала:

– Ну и чего тебе надо?

Он в одежде, как и в прошлый раз, улегся на мою постель, обняв сзади. Я все же попыталась еще раз:

– Пошел вон.

– Помолчи ты уже, спать мешаешь, – ответил он таким голосом, как будто и правда уже засыпал.

Я погружалась в сон, улыбаясь. Но все же успела поймать за хвост мысль, что так дальше продолжаться не может. Кто-то из нас точно умрет: или он убьет меня, или он убьет себя. Мне он такого шанса не предоставит. Мы прочно засели в тупике.