Текст книги "(не) Любовное зелье. Ведьма на море (СИ)"

Автор книги: Нина Ульянина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Глава 4. Камень на берегу

Глава 4. Камень на берегу

Утром, когда рассветное солнце ещё только лениво выкатывалось из-за горизонта, я была готова к свиданию с Максом. Я надеялась не только приятно провести время, но и от души поплавать, поэтому под лёгкое парео надела мой любимый купальник – шорты и лиф в зелёный горох. Тонкий и невесомый, он дарил мне ощущение лёгкости и игривости. Сняв привычные тёмные платья из плотной ткани, я чувствовала себя не ведьмой, а феей. Только вместо крыльев у меня был язвительный фамильяр и дрянной характер, смириться с которым без специального средства будет ой как непросто. Я от души надухарилась зельем мисс Беренсби. Теперь, когда у Макса появился ко мне интерес, оно точно должно подействовать.

Симус, развалившись на кровати, наблюдал за моими приготовлениями с ленивым интересом.

– Шляпу возьми, не то голову напечёт, – он подбросил в воздух широкополую белую шляпу и магией переправил ко мне.

– Ты остаёшься? – спросила я, надевая шляпу на голову и красиво загибая поля.

– Тут ветерок, тут спокойно, – он потянулся, открыл рот, будто хотел что то сказать, но передумал. – Удачи с красавчиком, – промурлыкал он, и я рассмеялась.

– Спасибо, Симус. Постараюсь не разочаровать себя и тебя.

* * *

Дорога к пляжу шла мимо главного входа по той самой дорожке, что я приметила вчера, и плавно переходила к песчаному берегу. С каждым шагом шум волн становился всё громче и приятнее уху. Я уже предвкушала, как сниму лёгкие туфли и опущу ноги в прохладную воду, когда у больших валунов впереди себя увидела вчерашнего усатика. Склонившись над гладкой серой поверхностью, он старательно записывал что то в свою тетрадь. Путь вперёд перегораживал он, возвращаться назад не хотелось. Вдруг Макс ждёт меня дальше по берегу? Мы не обговаривали конкретного места. А пляж большой, но в какой-то мере и маленький. Второй раз за два дня я натыкаюсь на этого парня. Вот же невезение!

Я нахмурилась. Моё самолюбие ещё не забыло его вчерашний взгляд – такой жалостливый, такой осуждающий. Червяк злости заворочался внутри. Этот усатик был таким правильным, таким занудным. Даже противно. Особенно в сравнении с Максом он проигрывал по всем фронтам: Макс был ярким, живым, умел рассмешить одним словом. А этот…

Ну что в нём может быть интересного? Одни правила и цифры. Или что он там пишет?

Я попыталась незаметно пройти мимо и подсмотреть в его тетрадь. Ведьминское любопытство – вещь такая, против неё не попрёшь. Вытянув шею, я осторожно со спины попыталась рассмотреть написанное. Хотя буквами назвать их было нельзя. Скорее, рисунки или иероглифы: волны, глаза, птицы, цветы, солнце. Ничего не понятно, но очень интересно.

Блондин резко развернулся.

– Доброе утро! Тоже интересуетесь древней письменностью? – самые голубые в мире глаза посмотрели на меня. На губах – лёгкая приветливая улыбка.

А учёный, несмотря на дурацкие усы, очень даже неплох собой. Если сбрить эту жуткую поросль у него под носом…

Я мысленно одёрнула себя, напоминая, что мне нравится Макс! Он красивый, он тот, кто мне нужен, и вообще – он красивый, обаятельный, притягательный. Я отстранилась, чувствуя, как щёки заливает румянец.

– Нет, я… я просто гуляла.

– А, – протянул он. – Я Октавиус Хейз, учёный. Изучаю древние языки. А вы?

– Лилиана Бэлворд, – на автомате ответила я. – Ведьма.

Октавиус кивнул и ткнул самопишущим пером в поверхность камня.

– Хотите, расскажу? Подойдите ближе, – он отодвинулся немного в сторону, освобождая место для меня.

Я послушно подошла и наклонилась над валуном.

– Вот смотрите, – он указал на первый ряд знаков. – Здесь написано, что это камень очищения. Ему, возможно, больше двух тысяч лет. – Он провёл по второму ряду, словно читая буквы, а не символы. – Каждое двадцатое полнолуние каждого третьего столетия в лунное затмение, когда первый луч солнца касается камня, заклинание активируется.

– И что происходит? – шёпотом спросила я, будто парень открывал мне страшную тайну.

Октавиус пожал плечами, и на его лице мелькнула озорная, почти детская улыбка.

– Вот этого я пока не знаю, – признался он. – Осталась самая сложная часть. Но я близок к разгадке.

– Как разгадаете – поделитесь? – в шутку спросила я, ловя себя на мысли, что мне действительно интересно и я слушаю его совсем не из вежливости. Его увлечение иероглифами было заразительным. Он рассказывал так, будто валун на пляже был не просто камнем, на котором древние набили символы, а настоящим артефактом, наделённым силой. Я провела рукой над поверхностью, но ни грамма магии от валуна не ощущалось.

– Обязательно! – воодушевился учёный. – В тот же день. Доброе утро, ант Тэрн!

Он обратился к кому то за нашими спинами. Я обернулась, натыкаясь на самую очаровательную в мире улыбку.

– Моя прекрасная ведьма! – воскликнул он, подходя ближе. – А я тебя везде искал!

Я хитро улыбнулась.

– Не теряю времени даром. Изучаю древнюю письменность.

– И как, нравится? – Макс будто не замечал застывшего Хейза в ожидании ответного приветствия.

– Очень, – я загадочно улыбнулась.

– Но ты лучше! Пойдём купаться? – Он взял меня за руку и потянул за собой.

– До свидания, мистер Хейз, – бросила я через плечо, едва поспевая за Максом.

Ответ его я не слышала: жаркий шёпот красавца прямо в ухо посылал приятные мурашки по коже.

– Извини, что опоздал, выбирал плавки. Хотел выглядеть безупречно для тебя!

Я рассмеялась, чувствуя, как его беззаботность передаётся и мне.

– Ну, теперь то ты выглядишь идеально, – поддразнила я его.

Мы шли вдоль берега, сняв обувь и погрузив ноги в белую морскую пену. Макс болтал без умолку, рассказывая смешные истории, а я смеялась, как девчонка-адептка ведьмовской школы, но мысли мои то и дело возвращались к парню на берегу и надписям на камне.

Глава 5. Лунное затмение

Глава 5. Лунное затмение

Стоило нам с Максом дойти до той самой уединённой лагуны, которую он так таинственно обещал показать, как светло голубое безоблачное небо вдруг потемнело. В считанные мгновения поднялся ветер, и налетели серые свинцовые тучи.

– Ничего себе, – засмеялся Макс, запрокинув голову. – Похоже, сама природа против нашего свидания.

Он не успел договорить, как с неба хлынул ливень, такой сильный и плотный, что за стеной воды не было видно даже собственных рук. Шляпа не спасла: кокетливо завёрнутые полы прилипли к голове на манер шапки, а парео облепило тело, как вторая кожа.

– Да это не свидание, это катастрофа! – прокричала я сквозь шум дождя.

Макс расхохотался, схватил меня за руку, и мы побежали обратно к гостинице. Песок под ногами превратился в вязкую жижу, и, проклиная внезапную непогоду и скользя на каждом шагу, вымокшие до нитки и с грязными ногами, мы влетели в свои номера.

Симус, дремавший у приоткрытой балконной двери, приоткрыл один янтарный глаз, оглядел меня с головы до ног и фыркнул.

– Похоже, само Проведение против твоей затеи, Лилимяу, – промурлыкал он, снова сворачиваясь клубочком. – Сначала скандал в лавке, потом неудачное свидание… Может, тебе ауру почистить?

– А может, тебе язык почистить?

Я стянула мокрый купальник, накинула халат и плюхнулась на кровать.

Кот проигнорировал моё замечание и, хитро прищурившись, подытожил:

– Кто, если не я, скажет тебе правду? Этот Макс… ну, он, конечно, славный, красивый и всё такое, но как будто не из нашей истории, понимаешь?

– Это как? – устало спросила я.

– Мы живём в реальности, Лилимяу. А он – картинка из театра иллюзий, – невозмутимо пояснил Симус. – Много блеска, много движения, а смысла и чувств маловато.

Я хотела было возразить, но вдруг поняла, что в какой то мере он прав. Макс был ярким, весёлым, обаятельным, но в нём не было глубины: все его мысли были на поверхности. Каждое слово было заготовлено заранее, и я могла предугадать, что он скажет в следующее мгновение.

– Ну и что, что он не очень умный. Зато красивый!

– Ты тоже красивая, Лилимяу, но ещё и умная, – парировал кот. – Подумай своей умной головой и прими решение. Он нам не подходит. Просто морской бриз вскружил тебе голову, и ты потеряла себя.

Я фыркнула, но отвечать не стала. Спорить с фамильяром – то же самое, что спорить с собой. Он говорил то, о чём я старалась не думать. Обманывать Макса, конечно, нехорошо. Но ещё один вечер в его обществе я всё же решила провести. Последнее, но настоящее свидание!

К вечеру распогодилось, и на ужин я собиралась с особой тщательностью. Новое красное платье в пол, распущенные волосы, открытая шея и руки.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале, и оно мне очень понравилось. А особенно – отражение Симуса, развалившегося на кровати и с воодушевлением вылизывающего задние лапы и животик. Я совсем перестала уделять ему время, даже минутки не находила в эти два дня, чтобы почесать его за ушком и погладить мягкую спинку. Но я исправлюсь. Вот только схожу на свидание с Максом, и завтра же исправлюсь.

Достав из сумки два флакончика, я осторожно смешала их содержимое: духи, вызывающие влечение, и любовное зелье. Аромат получился необычным: жасмин переплетался с шиповником, а лаванда – с пряными нотами. Я капнула смесь на запястья, за ушки и на шею, чувствуя, как запах окутывает меня с головы до ног. Потрясающе!

– Даже я в тебя влюбился, Лилимяу, – буркнул кот.

Помахав ему на прощание ручкой, я отправилась вниз на ужин.

Я планировала быть этим вечером самой красивой, самой желанной, самой неотразимой. Входя в распахнутые двери ресторана, я почему-то в первую очередь посмотрела на столик у окна, за которым сидел прошлым вечером парень-учёный. Он пустовал. Я обвела глазами остальные – и там его не было. Зато у выхода на террасу меня ждал Макс с корзинкой в руках.

– Планы меняются! Я приглашаю тебя на пикник! – Он махнул корзинкой, из-под крышки которой выглядывал угол ресторанной салфетки. – Сегодня редкое небесное явление – лунное затмение. Оно бывает раз в триста лет. Пойдем, посмотрим?

Я вспомнила рассказ Октавиуса: раз в триста лет, в двадцатое полнолуние…

Я колебалась всего секунду. Любопытство победило.

– Ладно, – кивнула я, и губы Макса растянулись в довольной улыбке. – Только пойдём к камню, хочу увидеть магию древних надписей.

Мы вышли через террасу и пошли к берегу. После дождя заметно похолодало. Ветер усиливался, и я пожалела, что не взяла свитер. В лёгком открытом платье совершать ночные прогулки не очень приятно.

– Держи, – Макс заметил мой озноб и, сняв свой жакет, накинул мне его на плечи. – Не хочу, чтобы ты замёрзла.

Ткань ещё сохранила его тепло, и я укуталась в жакет, вдыхая присущий только ему запах – свежий, холодный, с лёгкими нотками цитруса. Я подняла глаза и увидела, как лунный свет играет на его широких плечах и груди. Да, он был по-настоящему красив и галантен.

Мы дошли до камня, и я увидела, что там уже всё готово: расстелено покрывало, расставлены свечи и приборы для ужина. Макс предложил мне присесть, а сам вытащил из корзинки фрукты, сыр и конфеты. Я взяла дольку апельсина и с удовольствием съела, пока мой спутник наполнял два фужера на тонких ножках яблочной минеральной водой.

Мы сели рядом, заворожённо глядя на ночное небо, в котором луна медленно закрывалась багровой тенью.

– Знаешь, – тихо произнёс Максим, наклоняясь ко мне и обдавая кожу горячим дыханием, – ты самая удивительная женщина, которую я встречал. – Он запнулся, словно решаясь на что-то очень важное, и громко добавил: – Лилина, я хотел бы провести рядом с тобой всю мою жизнь!

Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать. Я обернулась к нему… И в этот момент из темноты раздалось громкое некрасивое чихание. Наши губы замерли в миллиметрах друг от друга. Я улыбнулась, и тут чихание повторилось снова.

– Да какого! – не выдержал Макс и встал на ноги, высматривая нежеланного свидетеля нашего свидания.

Октавиус Хейз вышел из-за камня, смущённо потирая нос.

– Простите, – пробормотал он. – У меня аллергия на дикий шиповник.

Я замерла. Шиповник был одним из главных ингредиентов моего зелья.

Максим нахмурился.

– Что ты тут забыл? – резко спросил он, явно не настроенный на дружескую беседу. Только что Октавиус испортил ему предложение руки и сердца.

Учёный скромно пожал плечами.

– Изучаю надписи на камнях. Я же говорил утром. – Он посмотрел на меня. – Я расшифровал последние символы! – Он бросил быстрый взгляд на луну. – Уже сейчас! Смотрите! Они должны засветиться в отражённом свете смены луны.

Как будто в подтверждение его слов, надписи на камне вспыхнули золотым светом, и волна энергии прокатилась по пляжу. Яркая вспышка на мгновение ослепила, и, закрыв глаза ладонью, я слышала восторженный голос Хейза:

– Оно работает! Древнее заклинание очищения!

А потом я почувствовала, как что-то внутри меня изменилось. Я чувствовала себя обнажённой, хотя всё так же оставалась в платье и обуви. Действие всех моих настоек исчезло. Я посмотрела вниз на свои волосы и увидела не ярко рыжие пряди, а всего лишь тёмно-каштановые. Мой настоящий цвет волос, не окрашенный специальным шампунем.

– Святое Проведение! – прошептала я.

Максим вдруг отступил от меня на шаг, глядя с недоумением.

– Ты… – начал он, моргая. – Что со мной было?

Его голос звучал растерянно. Очарование спало. Теперь он смотрел на меня не как на желанную женщину, а просто как на незнакомку, обманувшую его.

– Это зелье, – тихо сказала я, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Прости.

Максим сжал кулаки, его лицо исказилось от гнева, превращая из прекрасного принца в жуткого монстра.

– Ты меня околдовала?! – закричал он. – Меня! Максимилиана Тэрна! Да как ты могла?!

Я хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Я с ужасом следила, как на ладони Макса вспыхнул ярко синий, потрескивающий от силы, энергетический шар.

Я приготовилась к неминуемой смерти. Ведьма не может противостоять стихийному магу. Даже Симус в такой ситуации не смог бы меня защитить.

Помощь пришла, откуда не ждала. С криком: «Стой!» – Октавиус Хейз бросился вперёд. Одним движением он развеял стихийную магию, а заодно и нижнюю часть гардероба Максима. Полы обрезанной до талии рубашки смешно хлопали по его накачанному животу, выставляя на всеобщее обозрение не очень то большое достоинство. Даже совсем маленькое, крохотное.

Я истерично захохотала. Холодный ветер хлестнул Макса по ягодицам, и он, осознав потерю и покраснев от стыда и ярости, бросился прочь, прикрываясь руками.

Я закрыла лицо руками, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.

– Тише, – мягко произнёс Октавиус, садясь рядом со мной и мягко касаясь плеча. – Всё хорошо. Он уже ушёл.

Я подняла на него заплаканные глаза.

– Так ты маг? – прошептала я.

Октавиус улыбнулся.

– Маг демиург. Могу создать, могу развеять, – бесхитростно признался он. – Я не люблю использовать магию. Предпочитаю науку.

Я рассмеялась сквозь слёзы.

– Ты самый странный парень, которого я встречала.

– А ты – самая глупая ведьма, которую встречал я, – парировал он.

Я вскинула на него глаза.

– Почему на тебя не подействовало зелье, если ты маг?

Октавиус и тут нашёлся с ответом:

– Я с рождения не чувствую запахов, и зелья со мной не работают.

Октавиус протянул мне руку.

– Забудем о зельях. Хочешь, я завтра покажу тебе пещеру с останками настоящих древних драконов? Говорят, они жили здесь ещё до того, как люди пришли на эти земли.

Я кивнула, откидывая прядь каштановых волос за спину. Если этот усатый парень, увидев меня настоящую, с конопушками, большой родинкой на правой щеке и курносым носом, не испугался и позвал меня на прогулку, я не могла отказаться. Ведь Провидение лучше знает, что нам подходит.

– С радостью. А можно я возьму с собой своего фамильяра Симуса? Он очень любит пещеры, – попросила я, вспоминая про котика.

– Конечно. Втроём будет только веселее!

Луна, освободившись от преграды, щедро лила свой свет на берег. А мы ещё долго болтали о древних артефактах, уплетая самый вкусный в нашей жизни ужин – конфеты, яблоки и апельсины.

Конец.