Текст книги "Рухнувшие надежды"

Автор книги: Николай Побережник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Часть 2

После волны. День 41-й

Проснулся рано, только начало светать и сразу ощутил приятное тепло от ладони Светланы у меня на груди. С вечера она демонстративно постелила нам на топчане. Мальчишки отреагировали на это, скажем так, положительно – хихикали и шептались часа два, прежде чем угомониться и уснуть. Как только я сел на край топчана, опустив ноги на пол, сразу подскочил Бим и, встав на задние лапы, стал активно «говорить доброе утро», махая хвостом и пытаясь лизнуть меня я в лицо. Одевшись, вышел на дорогу и посмотрел вниз в сторону моря. Наша вчерашняя находка никуда не делась, и оранжевый пузатый корпус бота еле заметно покачивался на слабом прибое.

После завтрака я и дети направились чахнуть над златом, то есть провести ревизию всего, что есть на борту. Мальчишки уже недели три писали «амбарную книгу», в которую записывали все материальные ценности и старательно вели учет, полезное, надо сказать, занятие. Закрепив понадежнее трап поднялись на борт. Андрею я вручил сумку с инструментами и поручил откручивать страховочные ремни.

– Откручивай все, кроме вот этих шести, пусть будут. Болты все на место вворачивай потом.

– Хорошо, – кивнул Андрей и принялся за работу.

– А ты, Дениска, устраивайся на ступеньках, будешь заносить в книгу все.

– Ну поехали с этого борта, – сказал я, осматривая правый борт и то, что находится на виду, начинай записывать:

– Огнетушитель – 2 шт., спасательный круг с линем в 30 метров – 2 шт., опреснитель ручной с комплектом шлангов – 1 шт., ручная помпа для откачки воды – 1 шт.

– Записал?

– Да, а что такое опреснитель?

– Специальное устройство, с помощью которого можно морскую воду переработать в пресную, то есть питьевую.

– А как? – с неподдельным любопытством поинтересовался Дениска.

– Ну вот тут все в картинках изображено, разматываем шланг и перекидываем за борт, потом вот этим рычагом качаем, пресная пода будет скапливаться вот в этой емкости, – я постучал по трехлитровой полиэтиленовой канистре, закрепленной рядом.

– Понятно.

– Ну, пиши дальше, – сказал я и открыл нишу у пола.

Список того, чем был укомплектован этот спасательный бот, оказался очень внушительным, вот часть самых важных находок: рационы питания, двухлитровые тетрапаки с чистой водой, очень большая аптечка, в которой оказался даже портативный дефибриллятор, два мощных фонаря и несколько элементов питания, один набор выживания, собранный с японской дотошностью, ракетница, несколько плавающих фальшфейеров и дымовых шашек и еще некоторые полезные вещи, даже надувная лодка 2-х двухместная, тоже ярко-оранжевая со светоотражающей полосой по всему борту и сборные весла. Пацаны на эту лодку сразу, как говорится, «положили глаз». В рубке, в одной из ниш обнаружился небольшой кофр, в котором была стационарная морская рация, размером с автомагнитолу, и две портативных, кабель с антенной и зарядное устройство для аккумуляторов. Этой находке я радовался, как ребенок, теперь у нас будет связь! Разобраться бы еще, как это все работает, ну да инструкция есть, аж на пяти языках, но, к сожалению, кроме русского. Оставив на борту необходимое только для пятерых членов экипажа, остальное перетаскали домой в подвал, где мальчишки потом разместили все аккуратно на полках.

Разобравшись с имуществом с бота, начали готовить материал для строительства пирса. По обочинам дороги от кромки воды до моего дома и выше было несколько стопок разного объема бруса, бревен, досок и другого строительного мусора, которые после потопа прибивало к берегу и просто валялось по округе. Мы каждый день что-то вытаскивали на берег и складывали сушиться. Я прошелся с мальчишками по этим штабелям и показал, какие доски и бруски стаскивать к дому бабы Зои, несколько длинных бревен и брусьев тащили втроем – некогда части чьего-то сруба, хорошо, что под горку. Потом вернулись к дому, сложили в тачку крепежный материал и инструменты. Я надел свой пояс, переоснастив его в «режим плотника», распихав по карманам инструмент, гвозди и прочее. Дениска сбегал в подвал и принес банку холодного морса из смородинного варенья, которую аккуратно примостили в тачке.

– Ну идите, созидатели, – сказал я пацанам, – катите это к берегу, а я прихвачу веревку и вас догоню.

Они подхватили тачку, хитро переглянулись и покатили ее к берегу, а я пошел в мастерскую, взять моток веревки… и посмотреть на Свету, которая копошилась в огороде.

– Ну как успехи, огородница? – спросил я, выйдя из мастерской.

– Замечательно, видишь, как «повеселели» помидорки после того как организовали навес, – ответила Света, подняв голову на меня и приложив ко лбу ладонь «козырьком». – Солнышко к полудню, так что вы там не увлекайтесь, обедать через пару часов.

– Хорошо.

Спустившись к берегу, я присел на толстый брус, приглядываясь к торчащей из воды кладке стены дома бабы Зои. Так, ну сбить два ряда кирпича и получится ровная площадка в полуметре над водой, 30 × 80 см одна сторона угла кладки и 30 × 100 см другая. Напротив той стороны, что длиннее и параллельной берегу, уложу кусок бруса, ну примерно понятно.

– Андрей, бери молоток, только не забудь к поясу привязать его, как я тебе говорил. Вон кусок стены торчит из воды.

– Ага, вижу, и что делать?

– Отсчитаешь семь рядов кирпича от поверхности воды и остальное сбивай, чтобы ровная площадка более-менее была, кирпичи только в воду не бросай.

– А куда их?

– Как куда, пригодятся. На берег выбрасывай, Дениска подберет.

Пройдя по настилу от берега до разрушенной стены дома, который я сделал еще в первую неделю, Андрей начал откалывать кирпичи от кладки. А я тем временем начал отмерять бревна и делать в них пропилы на краях, чтобы стесать небольшую площадку для удобства и более плотной обвязки. Потом приволок два булыжника с одной плоской стороной и прикопал у берега напротив нужной стенки, что обрабатывает Андрей, предварительно обмотав проволокой, оставив торчать вверх «усы». Сверху толстую доску не тоньше «пятерки», которая когда-то у кого-то была ступенью лестницы, и привязал проволокой. Вроде крепко, доска не «гуляет».

– Сергей, я все, – доложил Андрей, кидая последнюю отколотую половинку кирпича на берег.

– Отлично, иду. Давай на берег.

Я взял еще одну доску, аналогичную той, что прикрутил на берегу, и прибил ее в нескольких местах «стодвадцатками», кроме двух согнувшихся, четыре гвоздя вошли в красный кирпич без особых проблем. Потом мы втроем, кряхтя от натуги, уложили два шестиметровых бревна, диаметром около 120 мм, спилами на подготовленные поверхности. Подровняли их до нужной «параллельности», затем с двух сторон прихватил гвоздями, расстояние между бревнами получилось чуть меньше метра. Надо еще кое-что сделать и потом положим третье бревно. Я взял в руки кувалду и, держа равновесие, дошел примерно до середины бревна.

– Мужики несите вон ту железяку, – указал я на полутораметровый металлический уголок «пятидесятку», что я приготовил заранее, и в котором кто-то когда-то давно сделал газосваркой несколько отверстий разного диаметра.

– Так, чуть на меня, еще… сюда наклоните, еще… вот так держите.

Мальчишки стояли по пояс в воде под бревнами, удерживая уголок, а я, как говорили в старом кино, стал его загонять в грунт, «сильно, но аккуратно». Звон конечно, раздавался на всю округу, на Васином острове тоже было слышно, наверное. Верхняя часть уголка деформировалась, но мне это не важно, заколотил на нужное расстояние между краем уголка и нижней частью бревен. Затем собрал конструкцию, забив между уголком и бревнами толстый брусок в форме буквы «Т», которая будет поддерживать от нагрузки бревна примерно посередине пролета, перекладину подпорки прикрутил к бревнам проволокой.

– Ну что, кладем третье бревно и идем обедать?

– Мы не хотим, – за двоих ответил Дениска.

– Даже слышать не хочу, – нахмурил я брови.

– Я правда не хочу.

– Так, хватаем бревно, укладываем.

Мы опять закряхтели, но уже было проще, готовую конструкцию мы использовали как направляющие. Уложили третье бревно, я все подровнял и прибил.

– Ну все, идем обедать.

Пережидая послеобеденную жару, мы уселись за эскизы кубрика, точнее я просто подкинул мальчишкам идею, что, мол, хорошо бы обустроить все внутри бота, чтобы было удобно и уютно. Дети с радостью подхватили идею и даже не пошли в свой «штаб» на развалинах, вместо этого они на листах от вахтенного журнала принялись реализовывать себя как дизайнеры. Света спустилась в подвал провести ревизию запасов и придумать ужин, а я уселся разбираться с радиостанциями. Аккумуляторы были «живые» на 1/3 от уровня заряда, но проверить, что все работает, хватило. Собрал все обратно, отнесу на бот, зарядить от бортовой сети. Затем я до конца обеда копошился в мастерской, где собрал кое-какие ГСМ для двигателя бота, и когда солнце начало уходить из сектора жары, мы с мальчишками пошли продолжать строительство.

Удлинить пирс дальше в воду не представлялось возможным, а вот развернуть его почти параллельно берегу мы сможем, используя торчащий из воды на тридцать сантиметров бетонный пасынок от опоры ЛЭП. Расстояние между ним и углом дома бабы Зои было около 4,5–5 метров. Глубина около пасынка была примерно два метра, может чуть больше, поэтому мы накачали лодку, обнаруженную в боте, правда не насосом, а выдернув чеку из баллона со сжатым воздухом, что был прикреплен к одному из бортов. За несколько секунд шипя и извиваясь, бесформенный оранжевый комок превратился в готовое плавсредство. Теперь предстояло придумать, как соорудить на коротком бетонном «пеньке», торчащем из воды, некую опору для настила бревен, да еще эту опору было необходимо поднять от воды на полметра. В общем, изрисовав набросками пару листков бумаги, решение нашлось. Сделав заготовки из кусков шпалы, уголка и бруса, сгрузил все в лодку и поплыл к пасынку. Работать оказалось очень неудобно, не имея под ногами жесткой опоры, но повозившись и красноречиво матерясь, шепотом, чтобы дети не слышали, я все-таки закрепил куски шпал, установив их спилами на «пенек» и скрепив кусками тонкого металлического прутка, затем сделал обвязку доской. Уложив сверху на всю эту конструкцию кусок бруса, сделал от него с двух сторон упоры в «пенек» под сорок пять градусов. Потом все это «произведение» скрепил для верности, где металлическими скобами, где гвоздями, а где многократно замотав проволокой. Выглядело это все, конечно, ужасно, но конструкция получилась достаточно крепкой. Теперь оставалось уложить бревна от стены до «пенька», чем мы и занялись, столкнув в воду три бревна подходящей длины. После того как все несущие бревна были закреплены, я промерил рейкой необходимую длину досок для настила и озадачил Дениску размечать заготовки углем, а мы с Андреем «в две ножовки» принялись пилить доски. Еще часа через три работы пирс был готов, и на него ушла добрая половина запаса гвоздей. Я прошелся по нему подпрыгивая, затем попытался ногами раскачать и обнаружил, что бетонный пасынок все-таки прилично «гуляет», раскачиваясь в сторону моря и обратно к берегу. Задумался. Идея пришла в голову, когда я увидел, как от скуки Дениска, сидя на углу пирса, то есть на стене дома бабы Зои «рыбачит» веревкой, на конце которой была привязана «кошка» из то есть согнутых гвоздей, скрепленная проволокой.

– И что ты там ловишь?

– А вон кружка лежит.

Я подошел к нему и увидел, что действительно, наполовину погрузившись в смесь суглинка и грязи на дне лежала эмалированная кружка, глубина была около полутора метров и было сносно видно дно. Дениска в очередной раз закинув свою снасть, аккуратно подтягивая веревку все-таки удачно подцепив кружку, выволок ее на пирс.

– Молодец! – потрепал я его за чуб и отправился сооружать свою «удочку».

Когда я вернулся к пирсу из сарая, у меня в руках была десятиметровая буксировочная стропа из багажника «Террано», пара металлических уголков, обрезки арматуры и десять метров толстой металлической проволоки восьмерки, к которой был когда-то привязан пес прежнего хозяина моего дома и бегал вдоль нее на цепи. Скрепив крестом два уголка проволокой и крепко связал, прокручивая гвоздодером пару подлепленных витков. Затем к этому «якорю» прикрутил проволоку восьмерку и отправился на край пирса. Где-то в глубине, метрах в шести от пирса, должны быть остатки еще одного дома, возможно удастся за что-то крепко зацепиться. Я кидал якорь в воду и вытаскивал более десятка раз, занятие оказалось не из легких, но закинув в очередной раз «снасть», я все-таки за что-то хорошо зацепился. Несколько раз сильно подергал, ага, есть контакт!

– Андрей, Денис, идите сюда. Держите внатяг проволоку, – сказал я детям, а сам принялся изготавливать что-то вроде талрепа, намотав на полуметровую доску несколько витков колючей проволоки и накинув получившуюся петлю на толстую металлическую скобу, заколотил эту скобу в торец пирса, в недавно сооруженную опору. Теперь проволоку от якоря в петлю и закрепить. Закрутив немного самодельный талреп, натянул проволоку якоря, но не сильно, надо теперь в противоположную сторону сделать растяжку. Привязал к скобе стропу и перебросил ее на берег, где втроем максимально ее натянули и привязали к трубе бывшего забора вдоль дороги, труба была забетонирована и выглядела очень надежно. Потом вернулся на пирс и сделал еще несколько оборотов на талрепе. Вот! Это совсем другое дело, получив натяжение в две стороны, опора нашего пирса теперь стояла почти намертво. Осталось только привязать с краю пару старых покрышек (бывшие клумбы у кедров сзади дома), чтобы бот не бился бортом о край пирса. Располагать швартовочные устройства на пирсе я побоялся, поэтому я просто протянул от забитых на берегу уголков два линя, пропустил их через крючки из арматуры, которые я изготовил и закрепил на пирсе. Теперь при швартовке нужно будет просто снять с крючков лини и завязать их на носовом и кормовом швартовочных кнехтах бота.

Потом мы завели бот, и пришвартовались к нашему пирсу. Пока я удерживался багром за край пирса, мальчишки шустро спустились по бортовому трапу на пирс, схватили по линю и, вернувшись на бот, привязали лини к кнехтам.

– Отлично, всем пять! – сказал я радостно спустившись на пирс. – Ну, теперь опять кто-то скажет, что не голодный?

– Неееет, – хором ответили мальчишки, – уже очень есть хочется.

– Ну вытаскивайте резиновую лодку на берег, вон к дереву ее прислоните, собираем инструмент и топаем ужинать.

До заката оставалось не более часа, мы, конечно, сегодня очень устали, но и работа проделана о-го-го! Теперь сполоснуться и ужинать.

– О, работнички чумазые явились, – сказала Света, увидав нас подходящих к дому, – ну как успехи?

– Мама, давай сходим после ужина, я тебе там все покажу, мы там столько построили… там такие тяжелые деревяхи были… а еще потом доски прибивали, и прям как мост получилось, – затараторил радостно Дениска.

– Хорошо, сынок, обязательно сходим, только завтра, сейчас мыться, ужинать и спать.

– А почитать? – надулся было Андрей, он уже не первый вечер после ужина с интересом зачитывался советскими журналами.

– Ну конечно почитаешь, – улыбнулась Светлана, – мойтесь идите, чумазики.

Сложив весь инструмент и остатки материалов в мастерской, я присел на стопку досок рядом с домом и наблюдал за Светланой, которая помешивала в кастрюле на очаге что-то очень вкусно пахнущее. Бим сидел рядом с ней, как статуя, вытянув голову вперед и втягивая шевелящимися ноздрями блестящего носа аромат готовящейся пищи. «Да… рисовать их надо», – подумалось мне.

Что-то сосредоточенно обсуждая, от родника возвращались мальчики, и я, подхватив чистую одежду, тоже отправился сполоснуться, где улегся в половину бочки, вкопанной в землю. Холодная, но без ощущения дискомфорта родниковая вода, мгновенно сняла усталость. Быстро намылился и смыл пену, поливая себя сверху черпаком, сделанным из литровой консервной банки из-под ананасов.

После ужина я отрубился еще до того, как мое тело заняло горизонтальное положение на топчане, как говорится – «на подлете к подушке».

После волны. День 42-й

– Ну что, какие планы на сегодня? – спросила меня Светлана, разливая чай по чашкам.

– Хочу обойти остров вокруг, посмотреть. Рацию тебе оставлю, заодно проверим связь.

– Один пойдешь?

– Нет, Андрея возьму.

– А я? – надувшись, спросил Дениска.

– А кто за мужика останется? Маму охранять, дом? – ответил я.

– Да, мне здесь оставаться страшно без мужчины одной, – подыграла мне Светлана.

– Ладно, останусь. Но в следующий раз, Сергей, я с тобой.

– Договорились, – кивнул я, отпивая чай.

Собирались мы с Андреем недолго, взяли кое-какой сухпай и воды. Из снаряжения нацепил на себя свой пояс в режиме «разведка», то есть патроны, немного инструмента, фомку, молоток и еще мелочи всякой. Вооружился СКСом и Андрею вручил обрез и пяток патронов.

Пока прогревался двигатель, я надежно прикрутил на панели базовую станцию, вывел и закрепил на рубке антенну.

– База, ответь боту. Как слышишь?

– Отлично слышу, – ответил «приятный женский голос».

– Хорошо, буду вызывать тебя периодически по ходу движения.

– Договорились, мой капитан, будь осторожен.

– Постараюсь, целую, отбой связи.

Андрей шустро отшвартовался и забрался на борт. Я прибавил газу, и оранжевая посудина из стекловолокна тихонько потарахтела вдоль берега. Обойти остров решили по часовой стрелке. Держался примерно метрах в пятидесяти от берега, а Андрей, сидя на носу, вглядывался периодически в воду, мало ли, вдруг наскочим на что. В принципе картина берега была везде одинаковая – кое-где поваленные деревья вперемешку с плотным кустарником, выше воды все как прежде, то есть тайга, только она стала зеленее, что ли, и плотнее. Вообще заметил во время прогулок по лесу, что нижний слой травы стал как-то сочнее, свежая листва на кустарниках и деревьях, которые до волны уже «собирались зимовать», вспыхнула ярким зеленым оттенком. А вот хвойные деревья начали желтеть, посыпая землю ровным слоем иголок, с моря это было отчетливо видно, этакие желтые проплешины в зелени.

– Андрей, иди сюда, – крикнул я, высунувшись из рубки.

Андрей быстро прибежал и вопрошающе посмотрел на меня.

– Давай, бери руль, то есть штурвал, попробуй право-лево, скорость больше-меньше.

Он даже подпрыгнул на месте от оказанного доверия.

– Ну а что, Андюха, что-то мне подсказывает, что морская жизнь это часть нашего будущего, так что дерзай.

Андрей, нахмурив брови, подошел к штурвалу и крепко ухватился. Потом сосредоточился и, посматривая по сторонам, поводил судно вправо и влево.

– Молодец, теперь газу, вот этот рычаг, ага, давай смелее.

Бот поплыл быстрее, радостно плюхая тупым носом по воде.

– Развернись теперь на 360 градусов и возьми прежний курс.

Андрей аккуратно вывернул штурвал, и бот послушно начал разворачиваться от берега.

– Хорошо, только скорость сбавь. Чем меньше скорость, тем меньше радиус разворота.

– Понял, – ответил Андрей и сбавил газ.

Бот описал круг и лег на прежний курс.

– Молодец, ну давай дальше рули, – сказал я и похлопал Андрея по плечу.

– База, как меня слышишь? – сказал в рацию, решив проверить связь.

Через минуту, когда я уже собирался делать повторный вызов, в динамике отозвалось:

– Слышу… слышу.

– Как дела?

– Огородничаем с Дениской.

– Слышно хорошо?

– Да, отлично.

– Мы через некоторое время к берегу пристанем, перекусить.

– Ну приятного аппетита, мореплаватели, целую.

– Отбой связи… и я целую.

Взяв бинокль, я всматривался в берег. Один и тот же пейзаж, ничего интересного. Наше путешествие продолжалось еще четыре часа, пока у меня не начало урчать в животе. Андрей уже вполне уверенно управлял ботом, что ему очень нравилось.

– Андрей, давай вон к тому завалу поворачивай, – сказал я, указав на небольшой овраг с завалом.

Бот, плавно развернувшись, устремился к указанному мной месту.

– Молодец, дальше я сам, готовь линь для швартовки, – сказал я Андрею, принимая управление судном.

Сбавив ход до минимума, вывернул штурвал влево, потом чуть прибавил газу и вывернул обратно, бот почти параллельно «прилип» к берегу, немного черканув бортом о ствол поваленного дерева.

Андрей с линем в руках сиганул с борта на ствол, выбрал натяжение и намотал линь на толстый сук.

– Ну, давай осмотримся, – сказал я, спрыгнув на берег и поправив карабин на плече.

Андрей вернулся на борт и, захватив обрез, присоседился ко мне.

Обошли место швартовки метров на триста вглубь и спустились обратно оврагом, в котором обнаружился небольшой поджим и ниже тонкий ручей. Я зачерпнул рукой воду и отпил. Хорошая, чистая вода.

Расположились почти на берегу, метрах в десяти от кромки воды. Поставили мой армейский котелок на костер для чая, затем, развернув небольшую тряпицу, в которой была лепешка, я передал Андрею банку фасоли.

– На, открывай.

Андрей вытащил из ножен на поясе подаренный мной нож и принялся вскрывать банку.

На обед у нас ушло около часа, потом мы залили костер и собирались было отчаливать, но я услышал что-то очень знакомое…

– Куо-ко-ко-ко, – донеслось из леса.

– Курица! – подскочив, сказал Андрей.

– Точно, она, пошли.

Аттракцион «поймай куриц» у нас продлился еще почти час, левее от оврага мы поймали трех куриц и петуха, еще одна смылась в лес, и на ее поиски и поимку ушел еще час. Итого четыре курицы и петух, разодрал мне предплечье, гаденыш, мы захватили в плен и поместили внутрь бота. Потом отдышались, я с помощью Андрея перевязал руку. Раны не глубокие, но неприятные, прополоскал руку в морской воде перед перевязкой.

– Откуда они тут? – спросил меня Андрей, завязывая узел на бинте.

– А мы тут откуда? Тоже, наверное, «счастливчики» выжившие из нашей деревни.

– Здорово! Теперь курятник у нас будет.

– Да, это действительно здорово, – согласился я, – ну поплыли дальше, а то жара через несколько часов наступит, надо успеть.

Через три часа мы уже причаливали к нашему пирсу.

– Мы прибыли, – сообщил я в рацию.

– Это хорошо, обед готов, – ответила мне Светлана.

Я выдернул из стакана-зарядника рацию, что я воткнул перед выходом в море, скинул клеммы с аккумуляторов, и, сойдя на берег, мы направились вверх по дороге.

После обеда я с мальчишками занялся подготовкой к строительству курятника, то есть выпрямляли и связывали куски сетки-рабицы, которые я в первые недели после волны свалил в кучу под стены дома, вот и пригодилась. Затем сколотил лоток кормушки и изготовил поилку. А когда солнце ушло из зенита, принялись за строительство. К вечеру курятник был готов, получился лучше, чем прежний, но в два раза меньше. Загородку для выгула накрыли нарубленными ветками, чтобы создать тень. Потом мальчишки сбегали к боту и перетаскали по одной птиц в курятник.

Перед тем как уснуть, посидел еще над картой, по «моей штриховке» получалось, что за Васиным островом должен быть небольшой архипелаг из четырех островов, бывшие две небольшие сопки и один хребет «седлом», с двумя вершинами. Примерно два часа ходу было до самого южного острова.

– Завтра сюда пойду, – показал я Свете отметки на карте.

– Далеко.

– Да, около двух часов тарахтеть туда.

– А зачем? – спокойно спросила Светлана, но уже зная, что я отвечу.

– Нужно знать, что рядом с нами, и, может, что-нибудь нужное там по берегам прибило.

– Один хочешь пойти?

– Да, один.

– Андрея возьми, не ходи один, – сказала Света и так посмотрела на меня, что ничего против говорить не хотелось.

– Ладно, утро вечера мудренее, давай уже спать. Мальчишки вон уработались и сопят.

– Хорошо, только через «ванну», – ответила Света и улыбнулась.

Уснули мы только через пару часов, ведем себя, как студенты в коммуналке, надо будет к оврагу с водопадом сходить, там как-то интимнее.