Текст книги "Град Камен. Путешествие в Китеж"

Автор книги: Николай Морохин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

№ Элемент; Концентрация, мг/л; ПДК

1. Натрий; 5,0; 200,0

2. Калий; 1,2; 0,05

3. Кальций; 18,0; 180,0

4. Магний; 5,0; 40,0

5. Железо; 0,07; 0,30

6. Цинк; <0,001; 5,0

7. Стронций; 0,06; 7,0

8. Ртуть; <0,0005; 0,001

9. Мышьяк; <0,05; 0,01

10. Алюминий; 0,30; 0,50

11. Барий; 0,08; 0,10

12. Бор; 0,005; 0,50

13. Бериллий; <0,0001; 0,0002

14. Марганец; 0,008; 0,50

15. Хром; 0,003; 0,050

16. Олово; 0,001;

17. Свинец; 0,008; 0,010

18. Никель;;

19. Сурьма; <0,005; 0,005

20. Ванадий; 0,0005; 0,0010

21. Молибден; 0,003; 0,070

22. Серебро; 0,0002

23. Медь; 0,006; 2,0

24. Кадмий; <0,001; 0,001

25. Кремний; 2,0; 10,0

Из таблицы видно: вода Светлояра действительно очень чиста и безусловно полезна для питья. Все растворенные вещества содержатся в ней в количествах, которые во много раз меньше предельно допустимых концентраций, а некоторые – в столь ничтожных (цинк, ртуть, мышьяк, бериллий, сурьма, кадмий), что точную цифру уже не в состоянии был уловить прибор. О каком-то ощутимом содержании серебра в воде тоже не стоит вести разговор (хотя рассуждения о том, что его тут много, я слышал очень часто). Если учесть, что жесткой считают воду, в которой содержится растворенных солей, главным образом кальциевых и магниевых, больше 4 мг-экв. на литр, то у Светлояра этот показатель 1,4–1,8: вода мягкая, приятная на вкус, у нее нейтральная реакция (как правило, показатель рН – около 7,0). Исследователи отметили: содержание взвешенных веществ в озере ничтожно мало – до 0,6 мг/л. Ближе ко дну оно увеличивается почти в десять раз, но и это небольшой показатель. Вода Светлояра необычно для озер средней полосы России прозрачна, причем это ее качество обычно повышается в сентябре и октябре. Свет проникает на большие глубины. Поверхностные воды бесцветны, но после 14 метров начинается темно-коричневый, характерный по цвету для болотной воды слой. У самого дна вода опять светлеет. Температура на глубине от 7 метров в любое время года держится около 4–6 градусов. Циркуляция воды обеспечивает ее достаточное насыщение у поверхности кислородом, потому заморов рыбы в озере обычно не бывает.

Озеро обогнул край леса. Сейчас это ельник сосновый – так характеризуют его ботаники. Но в старых книгах, в легендах не раз можно встретить упоминание о дубраве, которая росла «на горах». Не выдумка ли это? Как попал дуб в эти края, ведь встречается он обычно куда южнее? Почему его нет сейчас?

А ведь там, где дорога из Нижнего Новгорода пересекала Керженец, у села Быдреевка, тоже росли именно дубы. Причем вековые.

Это установили палеоэкологи: предшественником тайги тут был ландшафт, который принято называть тундростепью. 30–15 тысяч лет назад здесь было очень холодно. Лето, дождливое и короткое, не давало этому краю толком отойти от зимнего оцепенения, от бесконечного дождя со снегом осенью и весной. В двух-трех сотнях километров отсюда к северу дышал холодом Валдайский ледник, последний в истории Центральной России. А здесь болота чередовались с островками низкорослой растительности: ягелем, карликовой березой. В краеведческих музеях севера области можно встретить кости мамонтов, шерстистых носорогов, гигантских оленей, наводящих ужас своими размерами пещерных медведей и саблезубых кошек. Они были хозяевами этих мест в ледниковую пору. Еще в начале ХХ века в Поветлужье жили северный олень, росомаха, исчезнувшие в ХХ веке, а полярная птица белая куропатка по сей день встречается буквально в сотне километров отсюда – в верховьях Керженца.

Но ледниковый период подошел к концу. Глыба льда, доходившая в высоту до 3–5 километров, стала полтора десятка тысяч лет назад таять. Потекли гигантские реки, ширина которых достигала 20 километров. И живой мир тундростепи был вынужден уступить место лесу. С потеплением климата сюда двинулись с востока уральская тайга, а с запада – широколиственный лес европейского типа. И здесь, на нижегородских землях, произошла их встреча, создавшая южную тайгу, которая удивляет своим разнообразием и разноликостью. Здешний лес – это именно тайга, ведь преобладает в ней ель, а на Ветлуге встречаются участки пихты и лиственницы. Но тайга это необычная. В некоторых ее урочищах с тех далеких пор есть и дуб, и другие деревья более южных широколиственных лесов: ясень, липа, клен. Вероятно, леса по берегам Светлояра были похожи на те дубравы по Керженцу. Такой лес-реликт сохранился в немногих точках России. А дуб на северной границе своего распространения исключительно уязвим. Дубрава не восстановится, если ее спилят или случится лесной пожар. Она может погибнуть за несколько веков и просто потому, что по ней слишком часто ходят люди и, сами того не желая, уплотняют почву, вытаптывают подрост. Но как узнать точно, каким был лес в прошлом?

Институт озероведения РАН поднял донные отложения Светлояра и сделал их анализ. Стало ясно: дуб и даже характерное для более западных территорий дерево граб на протяжении нескольких тысячелетий действительно росли на берегах озера. Об этом свидетельствует их пыльца, обнаруженная с помощью микроскопа в слоях ила.

Но оказывается, тундра на берегах Светлояра не исчезла. Она просто спряталась, затаилась и продолжает жить в самом нижнем ярусе растительности.

У берега в травостое можно встретить растения, редкие в этих местах и характерные для более высоких широт, – рдест длиннейший и тростянку овсяничную. Но особый интерес у людей, изучающих ботанику, вызывает северная часть озера – заболоченный участок со сплавиной. Он сохранил настоящие реликты – росянку английскую (то самое известное по школе растение, которое поедает насекомых, приманивая их сладкими каплями на листьях), иву лапландскую и лосняк Лезеля. Сведения о том, каким было прошлое этой земли, убеждают: северный уголок Светлояра как минимум на пару десятков тысяч лет старше окружающего леса. Он, несмотря ни на какие природные катаклизмы, сохранился со времен Валдайского оледенения!

– Я шла по берегу озера и почувствовала запах ладана, – рассказывала мне совсем даже не набожная женщина.

Это показалось ей чудом: может быть, где-то под землей шла служба в китежских церквях?

Ладан – это смолы и травы. Не их ли духом пахнёт здесь на странника?

Это первые загадки озера. И тут же – первые ответы на них.

* * *

Про то, как образовалось наше озеро, много есть легенд, но эта, думаю, самая древняя, и сложили ее еще в те языческие времена племена, которые жили в здешних лесах за много веков до нас. Немало богов и лесных духов окружало древнего человека. И всех-то он боялся, стремился задобрить, поклонялся им, приносил жертвы. Больше всех боялись люди далекого прошлого богиню леса и лесного зверья Девку-Турку. Где конь ее огромный ударял копытом, там проваливалась земля, образовывалась яма.

В наших заволжских лесах, в глухих местах жило в селении гордое, непокорное племя, которое забыло про Девку-Турку. И та, разгневавшись, напустила на жителей селения своего коня. Конь бил землю копытом, все провалилось и заполнилось подземной водой. Так и возник на месте, где жило это племя, Светлояр.

А название его, я думаю, тоже очень древнее. Соединились два слова «светлый», что значилось «добрый», и «Яр» – Ярило, языческий бог.

8

Надо признаться: это самая простая из загадок – про ладан.

Главное: так был ли все-таки здесь град Китеж? Не провалился ли он? Нет ли на дне его остатков? Что в древних легендах – правда, а что – вымысел? Как и когда озеро образовалось?

Найдутся ли ответы на все эти вопросы?.. А не найдя их – хотя бы даже для себя самого, – нечего садиться за работу над книгой.

Эти ответы надо искать, осваивая горы литературы. Правда, горы все-таки скромные, как те, которыми называют берег самого Светлояра.

Да, необычность озера уже в конце позапрошлого века привела на его берега самых первых исследователей. Они пытались разобраться и в особенностях природы озера, и в истории легенды, и это были самые разные специалистов. Так что думаю, что ни одно из озер в нашей области не изучено лучше Светлояра.

Общее место в разного рода публицистике о Светлояре – «загадочно происхождение озера».

Чем дальше живу, тем острее понимаю: нужно отдавать себе отчет в том, что происхождение почти любого подобного природного объекта – загадка. И не надо обольщать себя мыслью, что мы знаем, как возникли эта река, этот холм, это болото. Да не знаем!

Что до происхождения Светлояра, то во всех книгах, выпущенных примерно до середины ХХ века, если заходила речь о его образовании, причиной называли карст.

С этим явлением в Нижегородской области, к сожалению, знакомы не понаслышке. Гипсы, известняки, ангидриты составляют солидный по толщине слой подо многими ее территориями. Образовались эти породы 400–250 миллионов лет назад на рубеже пермского и девонского геологических периодов. Тогда поверхность в наших местах покрывали теплые мелководные моря с лагунами. В них во множестве водились моллюски, иглокожие, кораллы, были уже и первые рыбы. Известковые остатки той древней жизни и откладывались на дне. Слои могли потом оказаться перекрытыми сверху водонепроницаемыми глинами юрского и мелового периодов, и тогда они хорошо сохранялись. Но уж если в них начинала просачиваться вода, то она растворяла, вымывала, или, как говорят специалисты, выщелачивала, известковые породы. И на месте тверди на глубине в несколько десятков метров оказывался этакий бульон: насыщенные известковыми солями подземные воды и в них более крепкие, не размякшие еще камешки. С веками в таких местах неизбежно проседала поверхность земли под собственной тяжестью. Но чаще всего это случалось там, где были построены большие дома или проходили дороги. В этих случаях земле приходилось держать больший груз. Зимой 1994 года в оттепель недалеко от Арзамаса карстовая воронка образовалась буквально за секунды под проходившим грузовым поездом, и произошло крушение. Спустя год из-за такого же проседания пришлось на несколько дней остановить движение поездов возле станции Жолнино. Из Нижнего Новгорода шла электричка вслед за грузовым составом. И машинист увидел: впереди рельсы словно бы уходят куда-то вниз – он немедленно затормозил, и, видимо, только благодаря этому обошлось без пострадавших. В Дзержинске не раз в карстовые воронки проваливались заводские хозяйственные постройки. Есть такие воронки возле Первомайска, Выксы, Ардатова… Почему бы не быть им и здесь?

Однако исследования, проведенные в 1958 году известным нижегородским ученым доктором геолого-минералогических наук Георгием Бломом, эту вроде бы очевидную и простую версию совершенно не подтвердили.

Блом руководил тогда сплошной плановой геологической съемкой. Она проводилась в течение нескольких лет фронтально во всем нижегородском Заволжье, чтобы получить общее представление о строении его недр.

«Буровая скважина в несколько сот метров, пройденная вблизи озера, а также изучение естественных выходов горных пород этого района говорят за то, что распространенные здесь на земной поверхности суглинки, глины и пески не могут интенсивно растворяться и давать карстовые провалы. Породы, способные растворяться и образовывать провалы, залегают на глубине 200 м, поэтому какие-то мгновенные обрушения и воронки исключены. Залегающие ниже глин и песчаников известняки, вскрытые глубокими буровыми скважинами, также совершенно не подвержены процессам выщелачивания», – писал потом о береге Светлояра Георгий Блом. И его вывод: «Озеро… возникло в течение длительной геологической истории, представляя когда-то старицу р. Люнда, с которой оно и сейчас связано протоком. Через этот проток в период весеннего снеготаяния и во время дождей вода из озера стекает в р. Люнда».

С этим выводом в 1970-х годах не до конца согласился московский озеровед кандидат географических наук Дмитрий Квасов. Нет, он не поставил под сомнения результаты бурения. А просто предложил другой «сценарий» появления озера. Приведу обширную выдержку из его работы:

«…Уже несколько сот лет назад несомненно существовали представления о том, как образуются некоторые типы озер (например, озера-старицы в речных долинах). Было известно также, что озера постепенно заиливаются и зарастают. От внимания наших предков не могло укрыться также и то, что сходные по своим особенностям озера обычно располагаются группами. Происхождение Светлояра не удавалось объяснить на основе тех явлений, свидетелями которых были люди… а на сотни километров вокруг нет подобных озер. Поэтому мысль о затонувшем городе вовсе не казалась неправдоподобной…

Вдоль него расположены три холма – по-видимому, остатки единого вала, впоследствии рассеченного оврагами. Холмы сложены красными глинами. Местность вокруг озера довольно пересеченная и напоминает моренный ландшафт. Мне приходилось видеть очень многие озера Валдайской возвышенности, Карельского перешейка, Литвы, Латвии. Ледник ушел оттуда 12–18 тыс. лет назад, и озера заняли неровности ледникового рельефа. Там озеро, подобное Светлояру, ни у кого бы не вызвало удивления. Здесь же, в районе низовьев Ветлуги, история рельефа совершенно другая – ледник отступил не позднее двухсот тысяч лет назад, и за это время все ледниковые озера успели залиться или были спущены вытекающими из них реками. Красные глины, из которых сложены Светлоярские холмы, представляют собой не морену, а морские осадки, образовавшиеся сотни миллионов лет назад. Поэтому Светлояр не может быть озером ледникового происхождения. Он не может быть также остатком старого русла реки Люнды, протекающей неподалеку, – слишком непохож он на речную старицу, и слишком ничтожны верховья Люнды. Вместе с тем все свидетельствует о том, что Светлояр – молодое озеро. Конечно, оно образовалось не на памяти людей, но в рамках геологической хронологии, оперирующей промежутками времени в миллионы и миллиарды лет. Тысячи лет – это даже не молодой, а младенческий возраст.

Попробуем разобраться с тремя версиями образования озера, которые к нашему времени вполне сложились в исследованиях: тектонической, карстовой и метеоритной.

Хотя в центре Русской равнины и не бывает землетрясений, здесь продолжаются чрезвычайно медленные движения земной коры, которые изучает целое научное направление – неотектоника. Однако весьма маловероятно, чтобы в пределах совсем небольшого участка имели место поднятия и опускания, создавшие рельеф с амплитудой свыше 50 м (сумма высоты холмов и глубины озера). Более вероятно карстовое происхождение озера – растворение залегающих ниже горных пород. Но по данным бурения, произведенного неподалеку от озера, соленосные отложения залегают здесь на слишком большой глубине – примерно 256 м.

Научный сотрудник Института географии Академии наук СССР Н.Л. Хотинский предложил сочетание тектонической и карстовой гипотез. Дело в том, что соли под большим давлением обладают текучестью и с одних участков могут быть выдавлены в соседние места. Может быть, такой соляной шток приподнял вышележащие породы, образовав Светлоярские холмы, а часть солей, попав в область относительно быстрого движения подземных вод, растворилась, благодаря чему и возникло озеро. Следует отметить, что карстовые озера встречаются в Мещере, например в Туголесском бору, под Шатурой, где, однако, соленосные отложения залегают на глубине всего около тридцати метров. С такими озерами тоже связаны легенды о затонувших церквах и т. п., подобные Китежской легенде. Карстовые провалы могли совершаться и на глазах человека. Конечно, сомнительно, чтобы в озера провалились какие-то постройки. Но в глазах наших предков такие предположения казались вполне вероятными. В ходе подводных исследований на Светлояре на глубине 6 – 10 м найдено несколько стволов деревьев, торчащих из дна. Не исключена, конечно, возможность, что это шесты, когда-то кем-то воткнутые в ил, или топляки, сами воткнувшиеся в него. Но следует рассмотреть и другие предположения – об опускании берега и о сильном понижении уровня озера.

Чрезвычайно важно было бы определить время, когда начали накапливаться иловые отложения. Для этого нужно получить колонки ила из самой глубокой части озера, а также из того района, где под водой найдены стволы. Удобней всего было бы произвести бурение со льда, когда озеро замерзнет. Ил можно затем подвергнуть спорово-пыльцевому анализу. Пыльцу и споры растений находят в отложениях, имеющих возраст до сотен миллионов лет. Особенно хорошо они сохраняются в илах. По содержанию пыльцы разных деревьев и трав можно судить о растительности, которая была в окрестностях озера тогда, когда отлагались разные слои ила. Сравнивая эти данные с материалами по многим десяткам уже изученных озер и торфяников, определяют возраст с точностью до нескольких сот лет. Возраст самых нижних образцов ила соответствует, очевидно, возрасту озера. Если оно действительно обязано своим возникновением растворению солей, то озеро могло образоваться 8–9 тыс. лет назад, когда холодный засушливый климат конца оледенения сменился климатом, напоминающим современный…

Наконец, для проверки гипотезы Н.Л. Хотинского следовало бы заложить скважину на самих Светлоярских холмах, а в окрестностях произвести геофизические работы. Только так можно выяснить, действительно ли под холмами находится соляной шток.

…Не исключено, что не будет найдено признаков интенсивных тектонических движений или признаков карста. Тогда придется обратиться к метеоритной гипотезе… теория имеет очень мало шансов на успех, но все-таки такие шансы есть. К тому же она соответствует стилю современного мифотворчества и, конечно, привлечет большое внимание; поэтому рассмотрим некоторые связанные с ней соображения. Метеоритные озера встречаются чрезвычайно редко. В нашей стране известна только одна группа таких озер на острове Сарема. Там удары метеоритов образовали воронки в известняках. В районе же Светлояра развиты только рыхлые породы, поэтому его не с чем сравнивать. Может быть, метеорит, летевший с севера, вызвал образование овальной воронки, а холмы на южном берегу озера – это остатки вала, возникшего при взрыве. Этот же взрыв мог вызвать испарение метеорита. За дальнейшими подробностями следует обратиться к астрономам».

Дмитрий Квасов рекомендовал изучить остатки растений, пыльцу в озерных отложениях. Это способ определить их возраст.

Такая работа и была проделана в Институте озероведения РАН позднее, в начале ХХI века. И результаты опубликованы. Найти их оказалось достаточно просто.

Стал ясен не просто состав леса в прошлом. Радиоуглеродный метод анализа позволил представить себе, как он постепенно менялся за несколько последних тысячелетий. Это метод, который, датируя отложения, по сути, дал возможность прорисовать историю Светлояра. В итоге специалисты все-таки воздержались от того, чтобы назвать хотя бы примерное время его образования. Однако они заключили, что это было в прошлом безусловно пресноводное озеро и первоначально донные отложения формировались в условиях сурового климата. Ведь в глубоких слоях, в основном сложенных зеленовато-серой глиной, встречены только остатки холодолюбивых растений – карликовой березки, ивы, полыни, злаковых и цикориевых. Позднее, около 12 тысяч лет назад, озеро, судя по накопленным осадкам, начало постепенно пересыхать и заболачиваться. И это было естественно для той эпохи: ледник растаял, климат потеплел и снизилась влажность воздуха. Именно об этом свидетельствует то, что в торфе тех времен отложилась пыльца ели и сосны, а позднее появляются береза, ольха, дуб, вяз, липа, начинает встречаться граб. Сменяются периоды незначительных потеплений и похолоданий, и несколько другим становится видовой состав растений в разных слоях. Наконец, в результате этого самого потепления озеро полностью пересыхает почти на семь тысяч лет. Что случилось затем, три – две с половиной тысячи лет назад, сказать трудно. Но на месте Светлояра начался по каким-то причинам подъем грунтовых вод. Возникло низинное болото, и в нем стал накапливаться торф. Скорость его отложения в таком случае тоже постоянна – около метра за тысячу лет. Об этом пишет известный нижегородский ботаник Александра Смирнова, которая изучала Светлояр в 60 – 70-х годах ХХ века. Она установила, что, судя по составу слоев торфа на дне, почти все это время озеро было мелководным. И лишь самый верхний слой свидетельствует о том, что он складывался уже на глубине в несколько метров. Когда именно в последние тысячелетия озеро стало резко глубже, на этот вопрос исследования подобного рода ответа дать не могут.

Хорошо – но из-за чего же озеро резко углубилось?

В последнее время все чаще приходится читать о том, что такое резкое углубление стало результатом удара метеорита – на этом явно с излишним упорством настаивает один из молодых нижегородских авторов. Его можно понять. Космическая катастрофа – это уже и звучит как-то солидно, и выглядит увлекательно.

Но помилуйте, где логика? Если бы на место, где находится Светлояр упал метеорит, никто и никогда не получил бы в руки со дна озера аккуратные все эти слои ранних отложений, в которых запечатлены столько разных эпох.

Еще одна версия, которая была высказана, – землетрясение. Она кажется даже еще более надуманной, чем падение метеорита. С чего бы? Восточно-Европейская равнина – территория, которую мы считаем совершенно спокойной и надежной в сейсмическом плане.

Однако оказывается, что не все так просто. Базальтовая платформа – фундамент равнины – образовалась в архейскую эру и представляет собою твердь, накрытую сверху слоем осадочных пород. Толщина этих пород от двух с половиной до четырех километров. Базальтовая твердь плавает на поверхности раскаленного ядра Земли. За свою солидную, длящуюся два-три миллиарда лет историю наша Восточно-Европейская платформа успела расколоться на две плиты – северную и южную. Они получили в геологии название Варяжской и Сарматской. Плиты несколько расходились на сотни миллионы лет и затем снова сошлись. Специалисты считают, что сейчас происходит медленное поднятие Сарматской и опускание Варяжской плит на зоне разлома. Разница в их уровнях составляет сотни метров и увеличивается в течение тысячелетия на несколько миллиметров. А сама эта полоса разлома пересекает центр России. Начинается она в Карпатах от массива Вранча, где землетрясения часты, идет вдоль границы Украины и Белоруссии, мимо Орши, Смоленска, Москвы. Дальше стык плит начинает выразительно прослеживаться на поверхности как своего рода ступенька в рельефе, цепочка «гор» в широтном направлении. Двигаясь на восток, впервые это легко ощутить в городе Вязники. Все, кто приезжает туда, непременно стараются побыть на Венце – стометровом обрыве над рекой Клязьмой и Ярополчским бором, который видно на низком левом берегу не на один десяток километров. Пужалова гора в Гороховце и горы Березополья, на которых стоит Горбатов, – словно ворота, пропускающие с юго-запада Оку. Дальше Волга, текущая с севера, упирается, бьет течением в гряду, которая возвышается над Сарматской плитой, и сворачивает на восток – течет дальше вдоль Дятловых гор – на них стоит Нижний Новгород, вдоль Фадеевых, Лисиных гор. Затем идут возвышенные массивы, на которых стоят Васильсурск, Козьмодемьянск, Мариинский Посад, Верхний Услон… К северу от зоны большого разлома перпендикулярно ему – в сторону Ветлуги, Вятки – идут трещины, разломы малые, возникшие, вероятно, в результате сильного напряжения стыкующихся плит. Возле одного из них находится, например, совершенно неприметная деревня Воротилово – на севере Городецкого района. Бурение установило, что стоит она возле погребенного осадочными породами древнего вулкана. Высота его конуса над уровнем Варяжской плиты достигает двух километров. Страшное извержение, которое сопровождалось взрывом, произошло около 60 миллионов лет назад. А землетрясения и в зоне большого разлома, и на периферийных трещинах случаются. В Московском Кремле в XIII веке, судя по летописям, наблюдалось именно оно – был разрушен Успенский собор. И на вятских землях такое случается. Со ссылкой на труды замечательного нижегородского геолога Бориса Фридмана «Энциклопедия земли Вятской» приводит их даты: за ХХ век их было пять: в 1908, 1914, 1933, 1938 и 1989 годах.

– Наблюдения на территории Кировской области ведутся с 1795 года, – рассказывал мне Борис Исаевич, к которому я обратился с вопросами по геологии. Благо мы несколько лет проработали на одной кафедре в педуниверситете. – И за это время есть информация об одиннадцати землетрясениях. Сила их была до пяти баллов: в домах такие толчки чувствуются, хлопают двери, лопаются стекла в окнах, качаются люстры, останавливаются часы. Люди это ощущают, но не все понимают, что происходит: о землетрясениях на Русской равнине думать не принято. Зафиксированы они также в Татарстане и Марий Эл. Фактов, подтверждающих, что такое было и на территории Нижегородской области, мне найти пока не удалось. Но строение земли убеждает в том, что это возможно. Что же касается землетрясений катастрофических, то, по данным известного казанского историка и археолога Альфреда Халикова, в 493 году до н. э. произошло в Поволжье и такое событие. Эпицентр был недалеко от места впадения Вятки в Каму – это стык Кировской области, Татарстана и Удмуртии. Тогдашних жителей этого края археологи относят к людям ананьинской культуры эпохи раннего железа, это предки коми и удмуртов. Они в панике бежали с Вятки и сохранили воспоминание о землетрясении в мифологии. Затем почти 700 лет весь бассейн реки был безлюден, находился в запустении. Археологические следы этой эпохи не обнаруживаются! Потомки ананьинцев вернулись туда лишь во II–III веках новой эры.

Кандидат геолого-минералогических наук Валерий Никишин сопоставил с геологическими данными о разломах другие материалы – карты аэромагнитной съемки. Во время такой съемки напряженность магнитного поля Земли, его отклонения от фона замеряется с летящего самолета в миллиэрстедах. Сгущение линий на таких картах указывает на места повышенной трещиноватости пород – это и есть полосы большого разлома. На восток и юго-восток от Светлояра отходят глубинные трещины, и он сам оказывается в точке их пересечения. Кстати, на одном из ответвлений в паре десятков километров отсюда расположено и другое озеро, которое называют «вторым Светлояром», – у деревни Озерское…

Никишин предположил, что именно тектонические процессы – в этом случае опускание земной поверхности – во взаимодействии с размывом пород на большой глубине и вызвали образование озера Светлояр. Произойти это могло с точки зрения геологии совсем недавно – несколько тысяч или сотен лет назад, причем провалиться поверхность могла быстро, на глазах у людей. И это потрясшее их геологическое событие положило начало легенде о затонувшем городе.

Если так, может быть, на дне озера есть его следы или хотя остатки каких-то построек?

Приличная глубина долгое время не подпускала к себе исследователей: не то еще было снаряжение, чтобы нырнуть на десятки метров. Но в начале 1960-х годов группа аквалангистов из Москвы во главе с инструктором по подводному спорту Судакевичем отправилась к Светлояру…

Об этой экспедиции вспоминали многие жители Владимирского в дни моей первой экспедиции. Они рассказывали: «водолаз», спустившись на дно Светлояра, увидел там что-то очень страшное и потерял дар речи. Слава богу, что его успели поднять на поверхность, то бы умер. А говорить, что там такое, на дне, он не решился.

Правда ли это?

Почитаем, что писал об этом сам Судакевич:

«На дне озера в прибрежной полосе оказалось большое количество поваленных деревьев, а в одном месте мы обнаружили остатки купальни, построенной еще в середине XIX века, часть которой в конце дня с помощью автомашины и троса мы вытащили на берег. В этот день больше ничего заслуживающего внимания обнаружено не было.

Как выяснилось, столбы этой купальни были выполнены в виде человеческих фигур, наводивших ужас на местных жителей и приезжих ныряльщиков.

В последующие дни, при исследовании более глубокой части озера с направлением движения шлюпки через центральную часть его, на глубинах 20–28 метров изредка попадались нам почти полностью погребенные в иле (толщина его достигала местами двух метров) стволы деревьев с частично сохранившимися ветвями, но остатков каких-либо сооружений больше не было обнаружено».

Можно сказать, что именно аквалангисты стали одним из ударных отрядов масштабной экспедиции, которую в 1969–1970 годах снарядила на поиски града Китежа «Литературная газета».

Без материалов этой экспедиции, пытаясь разобраться в истории озера, просто не обойтись – и их тоже потребовалось копировать.

Возглавил экспедицию и, собственно, ее инициировал, снарядил Марк Баринов.

Сын крупного бакинского хозяйственного руководителя, репрессированного в конце 30-х, Марк Баринов участвовал в войне, а после, уже немолодым человеком, окончил Литинститут. Он так и не стал писателем, но вел литературный кружок для старшеклассников при Центральном доме работников искусств в Москве, печатал статьи в журналах. Баринов, вероятно, был в душе авантюристом и мечтал о необыкновенных открытиях. В последние годы жизни он возглавлял экспедиции добровольцев на помощь музею в Пушкинских Горах и сам стал директором московского Музея Пушкина, но не успел поработать в этой должности долго. Согласно завещанию, его похоронили на сельском кладбище в Пушкинских Горах как доброго друга музея. А экспедиция на поиски града Китежа стала, судя по всему, главным событием его жизни. Экспедиция, которая его так и не нашла.

Сохранились вспоминания об этих поисках одного из аквалангистов исследовательской группы Арсена Гогешвили. И без них не обойтись: речь идет не только о находках, о выводах, но и о самом духе поиска, который царил в экспедиции. Казалось, вот еще немного – и все увидят следы града Китежа.

«На дворе был сентябрь, и с каждым днем становилось все холоднее. На поверхности вода имела температуру 13 °C, на глубине 25 м держалась постоянная температура 6 °C. В нашем распоряжении были костюмы “Садко-2”, под которые одевалось теплое белье. Все же кисти рук и ноги порядочно мерзли. Погружения проводились двумя пловцами с берега. Их все время сопровождал наш катамаран со страхующим и двумя обеспечивающими. Для связи использовались сигнальные концы. Ориентация под водой велась с помощью компаса КИ-13, укрепленного на акваплане простейшей конструкции.

Проверив последний раз аппараты, мы с Генрихом Назаровым уходим в воду. Цель – пройти озеро по длинному диаметру, по линии С – Ю. Дно у самого берега песчаное, затем начинается ил. Растительность довольно разнообразная и пышная. Встречаются рдест, роголистник, пузырчатка, кувшинки, на прогалах между растительностью и на кустах водорослей – повсюду сидят раки. Рыбы мало, редкие стайки окуней, мелкой плотвы. Из-под протянутой руки вылетает щуренок и через 2 м неподвижно повисает зеленой черточкой. Дно полого понижается, на глубине 4,5–5,0 м растительность исчезает, только кольца опустившейся ряски колышутся, будто змеиная кожа. Ил очень тонкой консистенции, рука в перчатке не чувствует, как погружается в него. Проглядывается вертикально стоящий предмет. Подплываю ближе, оказывается – торчащий из ила приблизительно на 1 м 20 см остаток дерева диаметром в основании 10–12 см. Продвигаюсь дальше, но в сознании всплывает коническая форма торчащего дерева, черный, обугленный вид и утолщения на месте бывших сучьев, а главное – необычно строгая вертикальность. Когда мы всплыли и наверху своим товарищам рассказали о находке, нам в довольно энергичных выражениях дали понять, что в другой раз не следует пропускать таких находок.