Текст книги "Наперегонки с убийцей"

Автор книги: Николай Леонов

Соавторы: Алексей Макеев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 10

Выстрел грянул, подобно раскату грома, и эхо заметалось среди стен коридора. Одновременно с этим Гуров бросился на пол, и пуля, выпущенная из пистолета «камуфлированного», просвистела над его макушкой в опасной близости. Полковнику даже показалось, что она шевельнула волосы. Однако рассуждать на тему своего везения или профессиональной реакции – что бы там ни послужило причиной его спасения – у Гурова не было времени. Он откатился к противоположной стене коридора в то же мгновение, когда «камуфлированный» произвел второй выстрел. Попутно полковник с изысканной ловкостью расстегнул наплечную кобуру, и его не раз проверенный в боевых условиях «штайр» как по команде впрыгнул в правую руку.

– Ах, ты, гаденыш! – почти по-змеиному прошипел «камуфлированный», передергивая затвор своего оружия и смещаясь чуть дальше по коридору.

Очередная выпущенная противником пуля сбила штукатурку над плечом Гурова. Полковник выстрелил в ответ, и его профессиональные навыки оказались на куда более высоком уровне. «Камуфлированный» выронил оружие и схватился за простреленное бедро. Покачнулся, осел на пол. С уст его сорвалось нечто подобное протяжному волчьему вою. Гуров перевел дуло «штайра» на седовласого. Тот испуганно вскинул ладони вверх.

– Нет! Не надо! – Даже при тусклом свете полуподвального помещения было видно, как его сухое изможденное лицо покрылось мертвенной бледностью. – Я не собирался причинять вам никакого вреда. Я всего лишь уборщик. Работаю за еду и жилье. Пожалуйста, не убивайте меня. Я проведу вас к Широкову…

– Мне нужен производственный цех, – жестко отчеканил полковник.

У него не было оснований причинять этому человеку вред. Даже если седовласый врал относительно своих намерений, в остальном он наверняка говорил правду. Дуло «штайра» опустилось вниз.

– Хорошо.

Седовласый согласно кивнул, и бледность слегка схлынула с его лица. Немного помедлив, он позволил себе опустить руки. Гуров никак на это не отреагировал.

– Сколько здесь еще охранников? – спросил он, кивая в сторону скрючившегося на полу «камуфлированного».

– Двое. Один в цехе и один в гараже. Но гараж отсюда далеко. Это, если не с пустыря подъезжать, а…

Полковник не дослушал объяснений. Согласно словам седовласого, производственный цех находился сейчас у него за спиной, и, если там услышали выстрелы… Гуров обернулся. Уборщик среагировал молниеносно. Он, словно коршун, узревший дичь с высоты своего полета, камнем обрушился вниз и подхватил с пола оброненный охранником пистолет. Гуров не стал стрелять. Вместо этого он, как только седовласый разогнулся, исполнил стремительную «вертушку» и жесткой подошвой ботинка врезал неприятелю в грудь. Тот тряпичной куклой отлетел метра на три и опрокинулся на спину. Глаза его закатились, а на бледных тонких губах и окаймляющей их кустистой растительности выступила розоватая от крови пена. Гуров грозно шагнул в его сторону, но уборщик не пошевелился. Похоже, что сыщик слегка не подрассчитал силу своего удара.

– Все равно тебе крышка, легавый, – превозмогая боль в бедре, сдавленно произнес лежащий неподалеку «камуфлированный».

Гуров перевел на него взгляд и нахмурился. Откуда-то этому типу было известно о его принадлежности к органам? А если известно ему, то об этом наверняка знают и остальные. Значит, его уже ждали. Как же так получилось?..

– Что ты сказал? – Полковник опустился на корточки рядом с поверженным и с силой стиснул ему плечо. – Повтори.

Глаза «камуфлированного» полезли на лоб, но, как выяснилось, он мог неплохо владеть собой.

– Убери руки, козел! – просвистел он с придыханием. – Ты прекрасно слышал, что я сказал. Никто тебя отсюда живым не выпустит. Понял? Туши свет, сливай воду, как говорится.

– У тебя рация есть? – Гуров словно и не слышал последней угрозы в свой адрес.

– Отвали…

Резкий удар согнутыми костяшками пальцев в основание подбородка заставил «камуфлированного» выключиться. Гуров тяжело вздохнул. В какой-то степени он оказал парню услугу, избавив его от боли в бедре. Под ногой уже натекла приличная лужа крови, но это обстоятельство сыщика уже мало волновало. Быстро и сноровисто он обыскал охранника, но ни запасного оружия, ни переговорного устройства не нашел.

Полковник поднялся на ноги, когда его слух уловил звук быстро приближающихся шагов. Он обернулся в сторону, противоположную той, где располагался цех. Шаги доносились оттуда. Новые действующие лица не заставили себя ждать. Дальняя дверь распахнулась, и в проеме появились двое. Камуфляжа на них не было. Его заменяли просторные белые рубашки с короткими рукавами и джинсы. А вот огнестрельное оружие имелось.

Гуров не дал им времени, чтобы грамотно сориентироваться, и выстрелил первым. Цель была поражена именно так, как и рассчитывал Гуров. Пуля попала одному из парней в плечо, и он не столько от испуга или ранения, сколько от неожиданности привалился к стене. Однако переполоха в рядах противника, на который и рассчитывал полковник, его выстрел не вызвал. Напротив, второй парень тотчас открыл ответный огонь, и сыщику пришлось укрыться в ближайшей дверной нише. Пули застучали по бетонному перекрытию. Со своей позиции Гуров мог видеть, как уборщик пришел в себя и стал быстро отползать к вовремя подоспевшему подкреплению. Послышались еще шаги, а затем из-за стрелявшего из пистолета парня раздалась автоматная очередь, на фоне которой одиночные выстрелы казались сиротливыми и малоопасными. В отношении количества местной охраны седовласый явно приврал. К тому же, судя по звуку, нападавшие осторожно стали двигаться в сторону выбранного сыщиком укрытия. Гуров лихорадочно искал выход из сложившегося положения, когда с противоположной стороны коридора с металлическим лязгом распахнулась дверь. Вероятно, та, где располагался производственный цех. Пули посыпались и на этот край ниши.

Полковник оказался в ловушке. Развернувшись, он дернул вниз ручку двери, но та не поддалась. Сохраняя хладнокровие, Гуров бегло осмотрел замок. Достал из кармана плоский ключ и резким движением вогнал его в щель между дверью и стеной. С силой надавил на язычок. Тот немного поддался, но этого явно оказалось недостаточно.

– Чего вы ждете? – прогремел в коридоре раскатистый бас, эхом взметнувшийся под потолок. – Прикончите его! Вы что, не видите, что он, как крыса, забился в угол и боится высунуть морду. Куда ему деваться? Вперед! Нашпигуйте этого козла свинцом!

Выстрелы на мгновение прекратились, и тот же голос загрохотал еще громче:

– Какого хрена? Не прекращать стрельбу, мудаки! Не давайте ему возможности высунуться. Прикрывайте тех, кто движется.

Пистолеты и автомат заговорили снова. Гуров старался не обращать внимания ни на стрельбу, ни на крики обладателя сочного баса. Сунув «штайр» под мышку и придерживая дверь левой рукой, он еще раз надавил на ключ. Затем еще и еще… С четвертой попытки замок щелкнул, язычок выскочил из паза, и полковник дернул дверь на себя. Одна из пуль пролетела рядом с покрывшейся обильной испариной спиной Гурова. Дверь поддалась, сыщик рванул внутрь помещения и тут же захлопнул ее за собой. Повернул замок и привалился спиной к стене.

– Мать вашу! Уроды! – взвыл все тот же бас с противоположной стороны двери. – У вас мозги есть? Или они совсем оплавились от жары?

– Да какие проблемы, Алексей Викторович? – отважился кто-то на ответ. – Куда он теперь денется? Выход один, мы тут… Так что это только вопрос времени.

– А если ворваться? – предложил еще один человек за дверью. – Выбить замок и…

– И нарваться на пулю? – усмехнулся первый. – А смысл, Ринат? Говорю же, деваться ему некуда. Либо выйдет, либо сдохнет там сам. Впрочем, если ты такой смельчак, валяй. Я мешать не стану.

– Заткнитесь! – рявкнул бас и уже значительно тише и не так грубо обратился через дверь к Гурову: – Эй, легавый! Ты нас слышал? Кончай дурить и выходи. Подумай сам, что для тебя лучше. Геройски погибнуть от пули? Или сидеть там и разлагаться? Не самая приятная перспективка. Ты не находишь?

Полковник ничего не ответил. Пошарив рукой по стене, он нащупал выключатель и зажег свет в помещении. Котельная. Те, кто загнал его сюда, были абсолютно правы. Выбраться отсюда иначе, чем через дверь, не представлялось возможным. В помещении не было даже окон.

– Легавый! – Обладатель баса попытался еще раз докричаться до Гурова. – Я с тобой разговариваю, сучье отродье. Все равно тебе кранты. Разве ты еще этого не понял?

Голые, плохо выбеленные стены затхлой котельной образовывали полукруг. Держа пистолет в опущенной руке, Гуров прошелся по периметру и после визуального осмотра невесело усмехнулся.

– Ну, и черт с тобой! – прорычали за дверью. – Подыхай. – И, уже обращаясь к подчиненным, тот, кого окрестили Алексеем Викторовичем, негромко произнес: – Внутрь не суйтесь. Патронов, я думаю, у него еще в избытке. Улан прав – никакого смысла в таких геройствах нет. Просто останьтесь пока здесь и стерегите его. Дежурить по четыре человека. Меняться каждые шесть часов. Я пришлю вам еще ребят. Вопросы есть?

– А что, если его гранатами забросать?

– Ты рехнулся, да? Одной гранаты будет достаточно, чтобы все наше производство посыпалось как карточный домик. И костей не найдут. Я сказал, сторожить его.

Больше вопросов и предложений со стороны подчиненных не последовало.

Гуров опустился на пол у стены слева от двери и расстегнул рубашку.

Глава 11

– В чем дело? Что ты здесь делаешь? Я же сказал тебе, ждать меня в квартире.

Лариса встретила вернувшегося Крячко на дороге, метрах в двухстах от того места, где с основной улицы можно было между домов проехать во двор. Она сидела на тротуаре, натянув рубашку на колени и низко опустив голову. Раздосадованный тем, что он так по-глупому упустил двух оставшихся в живых налетчиков, возвращавшийся на «Оке» Крячко не сразу заметил ее. Затормозил лишь в последний момент.

Лариса подняла голову. Глаза сухие, лицо спокойное, отрешенное.

– Я думала, ты не вернешься, – тихо произнесла она, когда Стас, выскочив из машины, набросился на нее с вопросами. – А что за тачка?

– Одолжил. Так почему ты ушла из квартиры?

– Я же говорю, я решила, что ты уехал с концами. Но, знаешь, я ужасно рада тебя видеть. Рада, что ты вернулся и что с тобой все в порядке. Тебя не ранили?

Она поднялась с тротуара, подошла вплотную к Крячко и с каким-то особым выражением на лице заглянула ему в глаза. Пару минут они молча стояли так, а затем Станислав, не отдавая отчета в том, что он делает, обхватил ее за плечи и легонько привлек к себе. Девушка ткнулась ему в грудь. В это мгновение у него из головы как-то улетучились все мучившие его до этого неразрешенные вопросы. Стас просто стоял и чувствовал, как по всему телу разливается приятное тепло. Она тоже обняла его.

– Нет, со мной все нормально, – произнес Крячко, когда прошла, казалось, целая вечность. – А как ты?

– Вроде бы тоже.

– Ну и отлично. – Стас погладил ее по волосам и только после этого заставил себя отстраниться от девушки. – Пошли?

– Куда?

Лариса машинально потянула рубашку вниз, прикрывая голые ноги, когда проезжавший мимо них на старенькой «копейке» пожилой мужичок едва не свернул голову, высунувшись в раскрытое окно.

– Обратно. В квартиру. Машину только надо вернуть, но это я… – Крячко потянул ее за руку, но девушка уперлась. Он удивленно вскинул брови. – В чем дело? Что опять не так?

– Мы не можем, Стас. – В эту минуту она лишилась некоторой доли привлекательности и стала похожа на маленького испуганного зверька. – Мы не можем туда вернуться.

– Это еще почему?

– Там… – Ей трудно было решиться на откровенность, но все-таки она это сделала. Сказала, как в омут с головой кинулась: – Там милиция. Кто-то вызвал их, и они приехали очень оперативно. Поэтому я и ушла. Два трупа и вообще…

– Не понимаю, в чем проблема. – Крячко нахмурился. – Я сам из милиции. Удостоверение у меня при себе, а ты со мной. Пообщаться с ними нам, конечно, придется, но в этом нет ничего страшного, Лариса. Напротив… Я остался без связи, а мне нужно поставить в известность напарника… Да и не только его одного…

Девушка отрицательно покачала головой. Она отступила от полковника на шаг назад и с опаской обернулась. Туда, где был проезд во двор.

– Ты не понимаешь, Стас. Мне нельзя встречаться с представителями власти. Ты – исключение. Уже хотя бы потому, что с тобой я столкнулась случайно и ты убедил меня в том, что тебе можно доверять. Но остальные…

Лариса примолкла, словно осознала, насколько много она сказала, по сути, незнакомому ей человеку. Но произнесенного и так уже было достаточно. И Стас и Лариса прекрасно понимали, что теперь ей в своей откровенности придется идти до конца. Полковник даже ничего не спросил. Он просто молча ждал продолжения. Девушка тяжело вздохнула.

– Что ж. Я думаю, пришло время нам с тобой поговорить по душам, – сказала она.

– Не столько мне, сколько тебе. – Станислав попытался слегка разрядить обстановку неуклюжей шуткой, хотя им самим в эту секунду владело немалое напряжение. К чему приведут ее откровения? В состоянии ли он будет оказать ей помощь? И будет ли эта помощь соответствовать букве закона? – Но ты права. Время пришло.

– Хорошо. Только ты не сердись, ладно? – Лариса снова посмотрела ему в глаза, и на этот раз Крячко заметил, насколько печальным было выражение ее лица. – Я не могла рассказать тебе раньше. У меня не было уверенности, что ты не один из них…

– Из кого?

– Из оборотней. Ты же не мог не слышать об оборотнях в погонах?

– Так тебя преследуют они?

– Я не знаю. – Лариса затравленно оглянулась по сторонам. – Я теперь уже ни в чем не уверена…

– Опять двадцать пять. – Крячко повел плечами. – Я думал, ты хотела поделиться со мной. Как на исповеди.

– Да, хотела!

– Ну, так давай.

– Даже не знаю, с чего начать, – замялась она.

– Начни сначала, – посоветовал полковник.

– Хорошо. Я из ФСБ.

Крячко показалось, что он ослышался. Уже заготовленный вопрос, готовый сорваться с губ, так и завис в воздухе. Челюсть слегка отвисла, отчего он напоминал набитое опилками чучело. Полковник удивленно взирал на Ларису, отошедшую к «Оке» с раскрытой дверцей и демонстративно уставившуюся в противоположную сторону.

– Откуда ты? – с трудом выдавил из себя Станислав. – Из ФСБ? В смысле, ты – информатор?

– Нет, я не информатор. Я – штатный сотрудник Федеральной службы безопасности. Майор Николишина, – с улыбкой представилась Лариса. – Только я умоляю тебя, Стас, давай уберемся отсюда подальше. Я все тебе объясню, но… Я есть хочу. Ты сам-то не голоден?

– Немного, – вынужден был признать Крячко и почувствовал, как после этих слов у его призывно заурчало в желудке.

– Ну, тогда нам есть смысл разместиться в каком-нибудь приличном местечке и перекусить, – предложила Лариса. Она обошла «Оку» и распахнула дверцу со стороны пассажирского сиденья. – Там и поговорим. Только это должно быть какое-нибудь заведение, куда нас с тобой пустят в таком виде. Найдем?

– Найдем.

Стас вышел из временного ступора, приблизился к машине и покорно занял место за рулем. Начало Ларисиной исповеди, мягко говоря, заинтересовало его, и ему не терпелось выяснить всю подноготную. А следовательно, он теперь вынужденно выступал в роли ведомого. Девушка села рядом, и рука ее скользнула в нагрудный карман рубашки. Однако ничего, кроме пустоты, она там не нашла.

– У тебя сигарет нет?

– Нет. Оставил на столике. Так что придется потерпеть. Купим в «Руладе».

– Что такое «Рулада»?

– Небольшое кафе, куда мы сможем без проблем наведаться, – пояснил Крячко. – Владелец мой хороший знакомый. Должник, можно сказать, по одному делу. Ни он, ни кто-либо еще там не станет задавать нам лишних вопросов. И у него есть телефон, – добавил полковник, уже отвечая на свои собственные мысли. – Это недалеко.

– Расстояние для меня значения не имеет. – Лариса улыбнулась. – Поехали.

«Ока» тронулась с места и взяла курс на парк Победы. На этот раз Стасу не было смысла выжимать из автомобиля все соки. Надобность в спешке отпала, а вернуть машину ее законному владельцу он намеревался чуть позже. Лариса хранила молчание, время от времени косясь в сторону Крячко, что сам полковник не мог не отметить боковым зрением. Видимо, у нее еще оставались определенные колебания, но Стас не собирался больше давать ей шанс к отступлению.

– Вот это место, – указал он, когда они свернули на Киевскую.

Девушка подняла голову. За длинным невысоким зданием располагалось летнее кафе, выполненное в германском стиле. Над входом в виде салунной двери красовалась слегка выпуклая красочная вывеска «Рулада». Рядом стояло несколько автомобилей, преимущественно иномарки. Стас пристроил машину им в хвост и заглушил двигатель.

Лариса первой выбралась из салона под палящие лучи солнца. Воздух был неподвижен и даже казался каким-то густым. Возможно, еще день-два, и на Москву обрушится циклон с ураганом и проливным дождем. Но сейчас дышать было совершенно нечем.

Крячко запер автомобиль и, взяв девушку под локоть, повел ее ко входу в кафе. Прикосновение его было нежным и в то же время вполне уверенным. Лариса не стала противиться.

Они зашли внутрь. Посетителей было немного: две-три компании. Стас выбрал столик поближе к выходу. Едва они приземлились, появилась девушка-официантка в светлом брючном костюме. Перед Крячко и Ларисой легло по экземпляру меню. Однако полковник не стал открывать его.

– Девушка, будьте любезны, принесите нам что-нибудь перекусить, – попросил он с улыбкой. – Что-нибудь мясное. Свиные краешки или мясо по-французски. Все равно. На ваше усмотрение…

– Две порции? – уточнила официантка.

– Да, две. И пару салатиков. Мне с кальмарами, а девушке…

– Грибной, – подхватила Лариса.

– И что-нибудь попить.

– Вино, пиво, шампанское?

– Боже упаси, – открестился полковник. – Употреблять спиртное в такую жару – сумасшествие. Неужели кто-то так делает? Принесите минералки.

– А мне свежевыжатый сок, – попросила Лариса. – Грейпфрутовый.

– И сигарет.

– Хорошо.

Официантка хотела было удалиться, сноровисто взяв заказ на карандаш, а папки меню сунув под мышки, но Крячко остановил ее.

– Скажите, а Клеточников здесь? – спросил он.

– Альберт Васильевич? Да, конечно. Сказать ему, чтобы он подошел?

– Нет, не надо. – Крячко пригладил волосы рукой. – Я сам чуть позже загляну к нему. Просто передайте привет.

– Передам.

Официантка ушла, и, как только полковник остался наедине с Ларисой, он спросил, пристально глядя ей в глаза:

– Итак, ты из ФСБ? Я правильно понял? И как же возникла вся эта история с покушениями? Я внимательно слушаю.

Лариса откинулась на спинку стула, а руки опустила на колени. Вместо того чтобы смотреть на Крячко, она все внимание сосредоточила на густо растущих деревьях на противоположной стороне улицы.

– Неделю назад я получила задание, – призналась она, разговаривая будто сама с собой. – Ты ведь наверняка слышал про «Местардж»?

– Фирма-производитель алкогольной продукции? Разумеется. И что?

– Они гонят паленую водку. Нет, у них есть, конечно, и официальное производство, но есть и подпольный цех, через который проходит некачественная продукция. В технологии я не очень разбираюсь, но эти ушлые ребята во главе с Александром Бесшапошниковым – генеральным директором «Местарджа» – намеренно или случайно что-то там перехимичили. Продукция их подпольного цеха – чистейший яд. По всей России массовые отравления алкоголем…

– Об этом я слышал. – Крячко нахмурился, машинально отметив, что в дверном проеме, ведущем в служебные помещения, появился Клеточников и приветливо помахал ему маленькой пухлой ручкой. Стас ответил ему тем же. – И о том, что по этому факту завели уголовное дело, но не знал, что это имеет отношение к «Местарджу».

– Еще как имеет, – хмыкнула Ларисой. – Более детальное рассмотрение ситуации привело к тому, что «Местардж» остался единственным подозреваемым по этому делу. Вся паленая продукция – это их зараза. Доказанный факт, Стас. Но основная проблема даже не в этом. То есть я хочу сказать, что дело, которым занимаюсь я, имеет совсем иную подоплеку. Было установлено, что незаконную деятельность «Местарджа» прикрывают бойкие ребята в погонах. Более того, фактически это их бизнес, а Бесшапошников – это так… Пешка…

– Ребята в погонах? – переспросил Крячко. – Те самые оборотни, о которых ты говорила в самом начале?

– Вот именно. Причем погоны на них не самого высокого достоинства, как выяснилось…

– И из какого они ведомства?

– Этого я не знаю. – Лариса оторвала взгляд от деревьев и вынужденно прервала свой рассказ, поскольку к их столику вернулась все та же официантка.

– Альберт Васильевич тоже передавал вам привет, – сказала она Крячко, выставляя на стол бутылку минералки, пустой бокал и грейпфрутовый сок. Рядом с девственно чистой пепельницей легла запечатанная пачка «Мальборо».

– Да, спасибо, – несколько рассеянно откликнулся полковник.

– Возможно, что они даже из вашего ведомства, – продолжила Лариса, когда официантка ушла, пообещав подать салаты через пару минут. – Из Главного управления. Понимаешь? Поэтому я и не могла доверять тебе. Я считала… Впрочем, это теперь не важно. Меня направили в «Местардж» под видом журналистки, которая собиралась написать статью о самом Бесшапошникове. О его бизнесе, основанном еще Бесшапошниковым-старшим, о нем, как о человеке, о его семье и так далее.

– То есть ты работала под прикрытием?

– Получается, так. И поначалу все шло гладко. Но потом… Потом меня, видимо, раскрыли, Стас. Не спрашивай как, я и сама этого не знаю. Вчера вечером я действительно отправилась в ночной клуб, о котором тебе говорила. Мне позвонил Алексей Елисеев, начальник службы безопасности «Местарджа», и назначил там встречу. Я прождала его больше часа, но он так и не явился. А когда я вышла из клуба, появился черный «мерин». О нем я тоже уже говорила. Они пытались сбить меня, но тех, кто был внутри, я действительно не видела. Это правда, Стас. А потом ты… И все эти новые покушения… Мне нужно связаться с подполковником Лишайниковым, хотя не уверена, что это как-то изменит ситуацию. Задания я ведь не выполнила, никого из оборотней не вычислила, вот и получается, что мне Лишайникову и сказать-то нечего.

– Зачем тогда они на тебя охотятся, если ты ничего не узнала? – задал резонный вопрос Станислав.

– Понятия не имею. Может, запугивают.

Им снова пришлось замолчать. Официантка поставила на стол по салатику, столовые приборы, салфетки, хлеб.

– Налегай, – предложил Крячко и сам взялся за вилку. – Калории способствуют умственной деятельности.

– Дай мне сначала сигарету, – попросила девушка. – Для аппетита, так сказать.

Полковник бросил ей нераспечатанную пачку, затем отдал зажигалку, а сам голодным ястребом накинулся на салат с кальмарами. Вилка так и мелькала в его руках. Лариса, с улыбкой наблюдая за его действиями, закурила. Официантка оставила их.

– Ну а сам-то ты как думаешь? – Девушка придвинула к себе пепельницу. – Могут они меня просто запугивать?

– Честно говоря, не знаю. Меня больше беспокоит другое. Как они так быстро находят тебя? В этом есть какой-то профессионализм, присущий сотрудникам органов, и… Постой!

Крячко чуть не выронил вилку от неожиданно пронзившей его догадки. В памяти моментально всплыл образ молодого человека в красной футболке и со странной штукой в руках, похожей на пульт дистанционного управления. И как же это сразу не пришло ему в голову. Ответ буквально напрашивался сам собой.

– Что случилось? – насторожилась Лариса.

Крячко не ответил. Пристальным взглядом он окинул свою сотрапезницу с ног до головы.

– Покажи руки.

– Зачем?

– Покажи.

Лариса показала. Ни колец, ни браслетов на них не было. Не было и наручных часов. Ногти лишены лака. Стас поднял глаза выше и сфокусировал взгляд на сережках. Потянулся и слегка коснулся их указательным пальцем. Девушка вздрогнула.

– Ты думаешь?..

– Сними-ка их.

Она подчинилась и на этот раз. Две золотые сережки с небольшими глазками рубинов легли в ладонь Крячко. Вновь пришла официантка и достаточно долго размещала на столе блюда с горячим. Аппетитный аромат свинины ударил полковнику в ноздри. Он отогнал прочь это ощущение и сосредоточил внимание на изучении сережек. Визуально они были вполне обычными, но такой результат не удовлетворил Крячко. Взяв нож, он грубо разогнул оправу и извлек камни. Поднял их на свет по очереди и присвистнул.

– Что там?

– Взгляни сама. – Он передал камни Ларисе.

Она взяла их так осторожно, словно это было взрывное устройство. Тоже рассмотрела на свет сначала один камень, затем второй и негромко ахнула. Второй не был рубином. Это был просто кусок стекла красного цвета, и лишь при рассмотрении на свет в нем можно было заметить слабую пульсацию. Камешек вспыхивал с завидной периодичностью.

– Это маяк? – Лариса сама боялась поверить в собственное, уже очевидное предположение.

– Боюсь, что так, – ответил Крячко. – И это многое объясняет. Очень многое.

– Кроме одного, – ввернула она. – Как он сюда попал. Ведь его кто-то поставил мне. Верно?

– Да.

– Но кто?

Аппетитный запах витал над столом, но желание продолжать трапезу у полковника к этому моменту как-то испарилось. Приблизительно то же самое чувствовала и Лариса. Она даже забыла о дымящейся между пальцев сигарете. Девушка не притрагивалась и к салату. Крячко покосился за деревянное ограждение летнего кафе, туда, где он припарковал «Оку».

– Думаю, что над этим нам стоит поразмыслить чуть позже, – напряженно произнес он. – Сейчас есть проблемы поважнее. Нам лучше убраться отсюда. И чем быстрее, тем лучше. У меня ощущение, что эти ребята где-то неподалеку.

– Ты прав.

Лариса ткнула окурок в пепельницу и стремительно поднялась из-за стола. Заметив это ее движение, к ним стрелой устремилась официантка, но Крячко дал ей отмашку. Девушка остановилась.

– Только мне надо сначала позвонить. Жди меня здесь.

Садиться обратно Лариса не стала. Так и осталась стоять, сжимая в левом кулаке пресловутые камни из своих сережек. Крячко тем временем бегом направился к служебным помещениям.

Клеточников сидел в своем кабинете, подсчитывая деньги. Заметив вихрем ворвавшегося в помещение полковника из главка, круглолицый толстяк живо смахнул все дензнаки в верхний ящик стола и, широко улыбаясь, поднялся гостю навстречу.

– Кого я вижу! Полковник Крячко. Очень-очень рад видеть. Просто безмерно. Вы с дамой, как я заметил…

– У меня нет времени на разговоры, Альберт, – оборвал его Станислав. – Очень срочное дело. Я могу воспользоваться твоим телефоном?

– Да, конечно. Что-то с моим кафе, полковник? – засуетился Клеточников.

Подобно колобку он выкатился из-за рабочего стола, нервно пожал Крячко руку, а затем, сорвав с радиотелефона черную перламутровую трубку, протянул ее сыщику.

– Нет, с твоим кафе это не связано. Я совсем по другому делу.

Первым делом полковник набрал номер Гурова и, едва услышав начало фразы: «К сожалению, абонент…» – смачно выматерился. Клеточников так и подпрыгнул на месте.

– Неприятности, полковник? – с открытым участием поинтересовался он.

– Как всегда, – буркнул Крячко и дал отбой.

Совет, а еще лучше участие Левы было бы ему сейчас очень даже кстати. Но, как говорится, на «нет» и суда нет. Однако на этом Крячко не остановился. Недолго думая, он позвонил в управление, Орлову. Генерал, слава богу, оказался на рабочем месте.

– Стас! – с ходу обрушился на него старый товарищ. – Где тебя черти носят, развратник? Мы тебя с Левой все утро ищем…

– Не ори, Петя, – недовольно откликнулся Станислав, никак не ожидавший нарваться на словесную взбучку от начальства. – Я сам пытался дозвониться до Гурова, но он куда-то запропастился. У меня неприятности, Петя. Нужна помощь.

– Что случилось? – Орлов сменил тон.

Проблемы своих подчиненных, тем более таких ценных, как Гуров и Крячко, он всегда принимал близко к сердцу и готов был оказать посильную помощь.

– Я тут ввязался в одну историю, а в итоге оказался в полном дерьме, – не скупясь на выражения, поделился Крячко. – Рассказать по телефону всего не могу, да и обстоятельства, честно говоря, не позволяют. Каждая секунда на счету. Я приеду сейчас к тебе. И не один… Будешь на месте?

– Конечно, буду. Куда я денусь?

– Вот и отлично. Жди. Мы уже в пути!

– А с кем ты, Стас?..

Но Крячко не стал отвечать на этот вопрос. Нажав на кнопку сброса, он вернул телефон Клеточникову.

– Если нужна моя помощь, полковник… – пролепетал владелец кафе, но Стас только отмахнулся.

– В следующий раз, Альберт. Но спа-сибо.

Лариса все так же стояла возле столика. Он с облегчением отметил, что за время его недолгого отсутствия ничего трагического не произошло. Не считая того, что заказанные ранее аппетитные свиные краешки успели остыть и пахли теперь не столь приятно.

– Где маячок? – на ходу бросил полковник, хватая девушку за руку.

Лариса раскрыла ладонь.