Текст книги "Книга третья. Ковчег"

Автор книги: Николай Башилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Глава двадцать пятая

Жена Сан Саныча Ида со своей группой, состоящей из трех десантников-предтеч Прона, Урдала и Кареза, избрали в качестве легенды прикрытия уличный цирк-шапито, путешествующий по городам и весям и существующий на доходы от цирковых представлений. На идею натолкнуло увлечение Прона фокусами, а Урдала – силовым культуризмом. Сама Ида выступала в качестве гимнастки или с клоунадой, а Карез – в роли музыканта.

Обычно по прибытии на новое место их тут же окружала малышня. Фокусник Прон моментально делал рекламу тем, что доставал из спутанных волос ближайшего мальчугана или девчушки монету небольшого достоинства. После этого разыгрывалась небольшая пантомима с участием Иды.

– Эй, дружок, а где это ты сегодня спал, что у тебя из волос деньги сыпятся? А ну-ка, тряхни-ка головой! Обескураженный малыш начинал послушно трясти головой. Тут в дело вступала homo artificialis Ида, которая, благодаря своим возможностям, могла перемещаться с неуловимой для человеческого глаза быстротой. Она высыпала в районе головы малыша горсть мелких монет. Изумленная малышня бросалась подбирать монетки, что порой сопровождалось небольшими потасовками, после чего девчонки и мальчишки мчались домой поделиться с взрослыми подробностями увиденного чуда. Вскоре подтягивались заинтригованные родители, и представление начиналось.

Чудеса акробатической ловкости и жонглирование любыми предметами, которые демонстрировала Ида, огромная сила Урдала и поразительные фокусы Прона неизменно вызывали изумление публики, а когда переодетая клоуном и соответствующим образом загримированная Ида начинала демонстрировать творческие находки клоунов разных времен и планет, народ хохотал до икоты. Карез, меняя инструменты, обеспечивал соответствующее музыкальное сопровождение. Слава о необыкновенной цирковой группе летела впереди них, и когда они на четвертый день миссии прибыли в столицу селтаната – славный город Мангу, проблем с организацией очередного выступления не возникло. После первого же представления к Урдалу, который подвизался в роли старшего труппы, подошел представительный вельможа и сказал, что завтра они будут выступать во дворце селтана, а о времени им сообщат дополнительно.

Вечером этого же дня, когда они ужинали в таверне при гостинице после второго выступления, Ида обратила внимание на молодого человека, который, стараясь скрывать лицо под капюшоном, незаметно, как ему казалось, наблюдал за ними. Ида предупредила товарищей, и они решили дать ситуации развиваться своим чередом. Посидев минут пятнадцать и дождавшись, когда в зале они остались одни, юноша решился, быстро подошел к ним и почти прошептал:

– Мне необходимо обязательно встретиться с вами без свидетелей по очень важному делу.

Ида среагировала мгновенно:

– Через полчаса ждем тебя в четвертом номере на втором этаже.

Юноша появился только через час.

– Извините. Ждал момента, когда будет возможность проскользнуть к вам незамеченным.

– Садись. Чем обязаны?

Молодой человек выглядел бледным и изможденным. Глаза его лихорадочно поблескивали.

– Вы знаете меня?

– Откуда? Мы только сегодня приехали в Мангу.

Юноша глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду.

– Я – наследный принц селтана Карат. Меня хотят убить. Примите меня в труппу и позвольте вместе с вами покинуть город. Иначе мне не жить. Я готов выполнять любую работу. И хорошо заплачу за услугу.

– Постой-постой, парень. Давай по порядку, – вступила Ида. – Начнем с того, что о твоем высоком происхождении мы пока слышали только с твоих слов. Ты можешь это как-то подтвердить?

Молодой человек молча вытащил из рукавов своего плаща руку, и они увидели на ней дивной работы драгоценный перстень с эмблемой правящего дома на печатке.

– Хорошо, Ваше Высочество, будем считать, что с этим мы разобрались. Но почему Вы решили, что Вас хотят убить, и почему покинуть город можно только с нашей труппой? Расскажите нам все с самого начала.

Еще раз глубоко вздохнув, принц приступил к рассказу.

– Мой отец, селтан Урум, женился через полгода после смерти моей любимой матушки, селтанши Юмоны, случившейся при весьма загадочных обстоятельствах. Его новая жена Ирода – ведьма. Она добавляет отцу в пищу какое-то зелье, отчего тот становится слепым и глухим, когда речь заходит об Ироде или ее сыне Гаме, развратном и наглом ублюдке. Я знаю это точно, потому что начальник охраны дворца, мой крестный, не раз ловил ее на этом. Но отец не хотел ничего слышать на эту тему. После свадьбы в течение года умирают два моих старших брата и сестра. Тоже при загадочных обстоятельствах. Хотя всем во дворце прекрасно известно, что это за обстоятельства. Я – последнее препятствие на пути к трону для ее сыночка. Через месяц мне исполняется восемнадцать лет, после чего, согласно правилам, меня официально должны объявить наследником престола. Уверен, что Ирода этого не допустит. После меня, не сомневаюсь, наступит черед отца, и она со своим сыном станут полноправными правителями селтаната. На днях она добилась смещения моего крестного с поста начальника охраны. Теперь я обречен. Бежать самостоятельно у меня не получится. Ее ищейки повсюду. Я буду схвачен в первый же день. Сегодня, возможно, в последний раз, мне удалось покинуть дворец, воспользовавшись случайно обнаруженным древним подземным ходом. Все думают, что я занемог. Я сказался нездоровым и объявил слугам, что хочу отлежаться. Похоже, это никого не удивило. Подозреваю, что мне уже начали добавлять в пищу отраву. Перед отставкой крестный предупреждал о такой возможности. Я не ел уже четверо суток. Воду пил только из фонтана. В городе увидел ваше выступление и подумал, что, спрятавшись среди реквизита, смог бы вместе с вами выехать из столицы. Дальше было бы уже легче. В стране остались люди, которые любили мою милую матушку и с радостью предоставили бы кров ее сыну. Ну, а сейчас мне нужно возвращаться, иначе мой обман скоро будет раскрыт.

Ида молча поднялась и поставила перед наследным принцем то из еды, что нашлось в номере. Благодарно кивнув, тот накинулся на угощение, с трудом стараясь удерживаться в рамках приличий.

Пока принц насыщался, разведчики через ИПИ проанализировали сложившуюся ситуацию.

– Вот что, Карат. Извини, но о «Вашем Высочестве» тебе придется пока забыть, – слегка усмехнувшись, заговорил силач Урдал. – Возвращаться во дворец тебе никак нельзя. Узнав, что ты еще дышишь, Ирода непременно придумает что-нибудь еще, чем можно тебя удивить. Ненадолго, правда. Например, отравленной водой в фонтане. К родственникам и друзьям тоже нельзя. Этим ты подставишь их под удар твоей мачехи. Мы поможем тебе скрыться, если во всем будешь слушаться нас. И не из-за денег. Но об этом потом. Согласен?

– Да, – с огромным облегчением выдохнул принц.

– Для начала, начинай привыкать к новому имени. Отныне ты будешь зваться Карила. Мы загримируем тебя под девушку-служанку.

– Я ни за что… – вскинулся принц.

– Так, а ну остынь! Или ты предпочитаешь порцию яда для себя и кинжал в спину для отца из-за ложно понимаемых понятий о чести?

– Почему – «ложно понимаемых»?

– Потому что честь правителя заключается в том, чтобы максимально эффективно управлять своим народом, раз уж судьбе было угодно дать ему такой шанс. Скажи, сможет Ирода или ее сын эффективно управлять селтанатом?

– Ирода и Гам? Управлять? Да им абсолютно плевать на селтанат. Их ничего не интересует, кроме сиюминутных прихотей.

– А ты? Сможешь?

– Я готовился к этому всю жизнь вместе с покойными братьями и сестрой. У нас были хорошие учителя. И мне есть, на кого опереться.

– Вот видишь? Ты всегда должен в первую очередь думать не о себе, а об интересах своей страны. А в ее интересах сейчас главное – не допустить к управлению твою мачеху-интриганку и ее сыночка. И для этого хороши все средства, если они не противоречат морально-этическим нормам. Переодевание – это ведь не убийства, практикуемые твоей мачехой. Селтанат сейчас, как никогда, нуждается в надежном управлении, ибо впереди его ждут тяжелые испытания.

– Но что скажет Изолина, если узнает… – вырвалось у принца.

– Кто такая Изолина? Ей угрожает опасность, как тебе? – вмешалась Ида.

– Моя… возлюбленная. Дочка одной из фрейлин моей матушки. Мы росли вместе, – потупившись, тихонько произнес юноша.

– Ирода знает о ваших взаимных чувствах? – настойчиво переспросила Ида.

– Возможно… Не знаю точно. Но погодите. О каких тяжелых испытаниях говорил ваш э… товарищ? Извините, вы не представились, и я пока не знаю ваших имен. И еще: как-то ваша речь не ассоциируется у меня с представлениями о бродячих артистах. Хотя, конечно, я с ними раньше особо и не сталкивался…

«О государстве думает в первую очередь. Умен. Пожалуй, нам действительно нужно вмешаться» – передала друзьям свое мнение через ИПИ Ида. Они ответили согласием.

– Ида. Урдал. Прон. Карез. – коротко представила она своих товарищей. Не ассоциируется, потому что мы не обычные бродячие артисты. Но об этом, как и об угрожающей селтанату опасности, мы еще успеем поговорить. Вернемся к твоей возлюбленной. Учитывая способности твоей мачехи к интригам, будем считать себя ближе к опасности и полагать, что ей известно о ваших чувствах. В таком случае, ее жизнь тоже под угрозой. Ее нужно немедленно спасать. Где она живет? Как выглядит?

– Недалеко отсюда. Их дом на перекрестке Каретной и Красной улиц. Она очень приметна, спутать невозможно: волосы рыжие с красноватым отливом. Очень редкий цвет.

Ида подала ему бумагу и карандаш.

– Нарисуй подробнее, – где это?

Спустя пару минут принц подал ей набросок плана. Скользнув по нему взглядом, Ида бросила:

– Ждите тут. Я быстро, – бросила она, направляясь к выходу. Вдруг резко остановилась и повернулась к юноше.

– У тебя есть что-нибудь, чтобы, если я увижу Изолину, она поняла, что я пришла от тебя?

– Да. – Молодой человек слегка покраснел. Вот это. – Он протянул бережно свернутый женский платочек, и по комнате тут же поплыл аромат тонких духов.

– Очень хорошо, – произнесла Ида, принимая платок. – Вернусь – отдам, не переживай. – И с этими словами она покинула комнату.

– Куда это она?

– Увидишь, – отозвался Карез. Ты кушай, кушай.

Ида зашла в магазин готового платья, некоторые из которых еще работали, и сделала необходимые покупки. Затем, выбрав безлюдный закоулок, включила режим невидимости и скользнула к нужному дому.

Внутрь она проникла без труда, воспользовавшись открытым окном на верхнем этаже, и вскоре обнаружила Изолину. Та кушала в нижнем зале вместе с матерью. Прислуживавшая им служанка почему-то категорически не понравилась разведчице своим тяжелым взглядом, направленным прямо в затылок ужинавшей девушки. Без труда найдя комнату Изолины, Ида принялась ждать. Ожидание, впрочем, не оказалось долгим.

Девушка вошла в комнату и закрыла дверь. К ее удивлению, высокое кресло у стола, до того стоявшее к ней спинкой, вдруг начало вращаться вокруг своей оси, и она увидела, что в кресле, доселе скрытая, сидит незнакомая женщина. Девушка приоткрыла было рот, чтобы что-то воскликнуть или сказать, но женщина опередила ее.

– Изолина, ты любишь принца Карата? Если да, то готова ли помочь ему? Принцу грозит смертельная опасность. И тебе тоже.

Несколько секунд девушка боролась с замешательством от неожиданности.

– Я не знаю, кто вы. Но о том, что принц в опасности, догадываюсь. Я сделаю для него все. Но какая опасность грозит мне? Не понимаю. И кто вы все-таки?

– Меня зовут Ида. Я из цирковой труппы, прибывшей сегодня в город.

– Я слышала об этом. Мы собирались сходить завтра с матушкой на ваше представление.

– Представление ты увидишь. Может быть. Принц находится у нас в гостинице. Возвращаться во дворец для него очень опасно. Мачеха Ирода расчищает для себя и своего сына путь к трону, не брезгуя ничем. Ты ведь знаешь о судьбе его братьев и сестры. Карат – последнее препятствие, и в течение месяца он гарантированно умрет, если ничего не делать, поскольку через месяц ему исполняется восемнадцать. Ирода ни за что не допустит его официального объявления наследником. А ты в опасности потому, что она знает о ваших взаимных чувствах.

Вспомнив взгляд служанки, Ида по наитию спросила:

– Скажи, а новых слуг последнее время вы не нанимали случайно?

– Нанимали, – с некоторым удивлением отозвалась девушка. Наша старая служанка недавно сломала ногу на рынке. Говорит, толкнул кто-то случайно. Вот и наняли новенькую. Буквально вчера.

– Неслучайно. А чтобы новая служанка вошла в ваш дом и оказалась рядом. Кто вам ее рекомендовал?

– Мамина знакомая, фрейлина Ироды.

– Хорошая знакомая?

– Да нет, так…

– Вот и ответ, какая тебе грозит опасность. И маме заодно тоже, скорее всего. Порция яда. Через несколько дней. В первые дни не станет травить, слишком очевидные подозрения может вызвать ваша смерть сразу после ее появления. Хотя, кто знает. Ироде не нужны потенциальные враги.

Глаза девушки округлились от страха.

– Но… как это все связано: вы, принц, цирк, я, Ирода?

– Мы решили помочь вам.

– Ради денег? – Тень презрения мелькнула по лицу Изолины.

– Нет. Деньги нас не интересуют. Наш интерес в другом. Мы хотим, чтобы ввиду предстоящих стране испытаний у ее руля стоял надежный, честный и ответственный правитель. Отца Карата эта дрянь Ирода чем-то опоила. Он неадекватен. Поэтому мы постараемся, чтобы в самые ближайшие дни управление селтанатом перешло к Карату и к его жене.

– Что?!! Это дурная шутка??? Какой жене???

– Мы хотели бы увидеть в качестве таковой тебя, если ты ничего не имеешь против. Скажи, Изолина, какое образование ты получила?

– Образование? При чем тут образование? Что за дурацкую игру вы вообще затеяли? Уходите немедленно! Иначе я позову на помощь!

– Кого? Новую служанку – убийцу?

– Вы все выдумали! Чего вы добиваетесь?!

– Успокойся, милая. Надеюсь, это тебя убедит? – С этими словами она протянула Изолине платочек, полученный от Карата. – Всего полчаса назад он покоился возле самого сердца принца.

Девушка схватила платочек, понюхала его и счастливо заулыбалась.

– Ну вот, другое дело. Нужно было сразу его тебе показать. Ну, ничего. Так ты ответишь мне по поводу образования?

– Я училась в группе с принцем, и у нас были очень хорошие учителя.

– Сейчас проверим. Ты знаешь о том, что наше светило подобно звездам, что украшают небосвод, только находится гораздо ближе к Зере?

– Да, нам излагали эту современную теорию. Лекции читал профессор Крафт, один из лучших астрономов в нашей части света.

– Это уже лучше. Тогда тебе будет понятно, что я тебе сейчас скажу. Дело в том, что к Зере приближается еще одна звезда. Она пролетит очень близко от планеты и тем самым разрушит ее. И случится это уже очень скоро.

– Вы щутите? – Лицо девушки заметно побледнело.

– Такими вещами не шутят, Изолина. Скажи, ты доверяешь своим глазам?

– На глаза не жалуюсь. У меня очень хорошее зрение.

– Тогда смотри.

Внезапно девушка увидела, как ее незваная гостья плавно всплыла к потолку и зависла там. Ей не удалось сдержать испуганного вскрика.

– Не шуми, – строго произнесла странная посетительница, опускаясь обратно в кресло.

– Кто… кто вы?

– Ваши друзья. Оттуда. – Она показала пальцем вверх.

– Вы… вы… вы – богиня?

– Это смотря что ты под этим понимаешь. Если существ, живущих среди звезд и умеющих делать то, что не умеете вы – то да. Если некое иррациональное и не подчиняющееся никаким физическим законам существо – то нет. Таких вообще не существует в природе. Нам, во всяком случае, не встречались. Но не будем сейчас заниматься теологией. Короче, Зера – не единственная планета среди звезд. Есть и иные, и мы оттуда. Но главное в другом: мы можем вам помочь и спасти жителей Зеры.

– Правда? Ой, дайте мне минутку прийти в себя… Столько всего и сразу…

– Да, глаза у тебя сейчас сравнялись размером вот с этим блюдцем. Жаль, принц не видит. – Ида протянула ей стакан сока со стола, предварительно проверив на наличие яда.

– Спасибо. Чуть лучше. Но как вы…

– Постой. Давай по порядку, иначе мы застрянем тут надолго, а у нас мало времени. Ты согласна помогать принцу в борьбе с ведьмой-мачехой?

– Да, – твердо ответила девушка.

– Ты согласна стать его женой и вместе с ним принять ответственность за страну в этот сложный момент истории?

– Д… да, если он этого захочет, – зарделась Изолина.

– Уже хочет. Поехали дальше, – слегка улыбнулась Ида, глядя на расплывшееся в счастливой улыбке лицо девушки. – Ты согласна постричься и переодеться юношей прямо сейчас, ибо это требуется в соответствии с разработанным нами планом спасения принца?

– Да, – вновь твердо сказала Изолина.

– Отлично. План такой. Сейчас я усыплю служанку, чтобы не путалась под ногами. Она проспит минимум сутки. Если при этом сходит по нужде под себя – это ее проблемы. Ты идешь к матери и убеждаешь ее срочно на пару дней уехать в гости к какой-нибудь подруге. Затем я гримирую тебя, и мы отправимся к принцу. Согласна?

– Согласна. Только один вопрос: при чем тут все-таки цирк?

– Под видом артистов мы собираем информацию, необходимую для успешного выполнения миссии по вашему спасению, – слегка подредактировала Ида основное задание группы. – Ну, все. Действуем. Ступай к матушке. Встречаемся тут же.

Спустя полчаса они вновь встретились в комнате Изолины. Когда та появилась на пороге, увидела, что ее новая и столь странная знакомая уже все подготовила для стрижки.

– Садись, приступим. Как все прошло?

– Это было непросто, но я справилась. А у вас?

– Молодец. У меня без проблем. – Ида окинула девушку оценивающим взглядом. – Так. Грудь у тебя хоть и не маленькая, но и не выдающаяся. Это упрощает задачу. Завяжем потуже – и все будет прекрасно.

– А зачем переодевать меня в юношу?

– Затем, что вас с принцем скоро хватятся. И начнут искать ищейки Ироды. Тебя будут искать среди девушек, а принца, соответственно, среди юношей. Поэтому тебя мы превращаем в юношу, а принца переоденем девушкой.

Изолина хихикнула.

– И он согласился?

– Без энтузиазма. Высказавшись в том смысле, что в таком виде некая Изолина не разглядит в нем присущей ему мужественности.

– Вот дурачок. Я разгляжу его качества под любым покровом.

– Нечто в этом роде мы ему и сказали.

– А вы замужем, Ида?

– Да.

– А как вы познакомились с вашим мужем?

– Наше знакомство началось с того, что он напоил меня самым подлым образом и воспользовался моим беспомощным положением.[16]16
  См. часть первую трилогии.


[Закрыть]

– Как?!! И вы ему это простили?

– Любовь зла, – философски ответила разведчица.

– Как же вы смогли с ним жить после этого?

– Живем и души друг в друге не чаем.

– Но как это возможно?..

– Жизнь – сложная штука, милая… Кстати, запомни: тебя теперь зовут Золид. И постарайся разговаривать более низким голосом.

Спустя полчаса молодая женщина и стройный юноша покинули дом на углу Каретной и Красной улиц.

Глава двадцать шестая

– Нас догнали двое помощников, вот этот парень и девушка, – обратилась Ида к дежурному на первом этаже гостиницы. Обратив внимание, что дежурный сменился, она тут же симпровизировала. – Девушка уже поднялась к нам. Нам нужно еще два номера. Есть свободные по соседству?

– Есть, госпожа. Вот ключи.

Поднявшись на второй этаж, Ида и молодой человек без стука вошли в комнату, где пребывал принц и остальные члены ее группы.

– Заждались? Знакомьтесь. Это Золид.

Прон, Урдал и Карез с интересом, а принц с явным недоумением посмотрели на юношу.

– Кого вы привели? – не выдержав, поинтересовался принц. Потом немного потешно повел носом, принюхиваясь. Вдруг глаза его вспыхнули, он шагнул вперед и заключил «юношу» в объятия.

– Изолина!

– Я подумала, что ты меня уже забыл так быстро, – счастливо засмеялась та.

– Так мы далеко не уедем, – строго сказала Ида. – Не Изолина, а Золид. Не «подумала», а «подумал». Это, во-первых. Привыкайте быстрее. А, во– вторых, – быстренько марш мыться. Делай что хочешь, но женскими духами от тебя пахнуть не должно. Кстати, дай-ка мне свои духи. Они пригодятся принцу. Пока ты будешь мыться, я им займусь.

Хихикнув, девушка помчалась выполнять указание, а когда вернулась, невольно ахнула: узнать в черноволосой красавице блондинистого принца было решительно невозможно.

– Ну, вы даете! – ахнула она.

– Изо… Золид, иди сюда! – позвал принц, показывая на диван рядом с собой.

– Иду, подружка, – опять хихикнула веселая девушка.

– Нет, Карила, так не годится. Слишком у тебя низкий голос. Замотаем-ка мы тебе горло тряпкой. Ты простужена, и у тебя болит горло. Говорить не можешь. Ясно?

Принц кивнул, пододвигаясь на диване со счастливой улыбкой, чтобы усадить свою возлюбленную.

– Мы без тебя не посвящали принца в наши планы, – произнес Урдал. Поинтересовались только расстановкой сил во дворце. – Урдал скинул через ИПИ информацию, полученную от Карата.

– Итак, принц, о наших планах. На завтра мы получили приглашение выступить во дворце. Утром будет известно точное время. Вас уже, наверное, ищут. Ну, пусть ищут на здоровье. Только бы из-за вашей пропажи не отменили выступление. Но не думаю. Ирода не захочет выносить сор из избы и объявлять о вашем исчезновении, поэтому вряд ли станет нарушать обычный распорядок дворца. Выступление – очень удобный момент для совершения государственного переворота.

– Какого переворота? – На лице принца-Карилы отразилось недоумение.

– Завтра мы планируем устранить от власти Ироду и ее сыночка, отправить на лечение и отдых твоего отца, и усадить на трон тебя и Изолину. Глаза принца расширились, он буквально онемел. Неизвестно, сколько времени это бы продолжалось, если бы будущая селтанша не толкнула его локтем в бок.

– Может, не стоит спешить? Может, мне просто спрятаться на время?

– Времени у нас как раз нет. Изолина позже расскажет тебе, почему. Или, быть может, тебя не устраивает будущая жена?

– Нет, что вы! Жениться на Изолине – моя главная мечта!

Изолина поцеловала принца в щеку.

– Тогда все в порядке. Всю работу мы берем на себя. Вам ничего делать будет не нужно. Только помалкивать и изображать из себя наших ассистентов. Подать – забрать реквизит. Бояться вам тоже нечего. Опознать вас невозможно. Никому не придет в голову, что беглецы, из-за которых вся тайная полиция селтаната поднята на ноги, могут находиться прямо под носом.

– Но как вы планируете все это проделать завтра?

– Увидите. Вы будете наблюдать это из первых рядов. Один вопрос, принц: Сохранились ли где-нибудь портреты твоей матери и убитых братьев и сестры?

– Да, в моих покоях. Они на них, как живые. Очень хороший художник рисовал.

– Объясни мне поточнее, где именно.

– Но зачем?

– Потом узнаешь. Рисуй…

Ночью принц и Изолина допоздна не спали, обмениваясь невероятными новостями. Впрочем, времени им хватило не только для этого…

Ида, которая не нуждалась во сне вообще, посетила той же ночью дворец, где тщательно отсканировала портреты покойных родственников принца Карата. Затем она посетила его крестного и недавнего начальника охраны генерала Судзуфа, с которым имела длительную и весьма плодотворную беседу.

… Представление во дворце началось с забавного и курьезного казуса, изрядно испортившего султанше Ироде и без того неважное настроение. Когда Ида, облаченная в облегающее трико, появилась на сцене и начала показывать чудеса акробатики и эквилибристики, сын Ироды Гам позволил себе очередную хамскую выходку.

– Какая классная телка! – громогласно провозгласил он, сидя рядом с матерью и селтаном Урумом на установленных для них креслах в том месте дворцового парка, откуда обеспечивался наилучший обзор. Селтан не отреагировал никак, а Ирода лишь снисходительно покосилась на сына. А вот среди остальных зрителей прокатился возмущенный шумок. Наглость и безапелляционность Гама были у всех притчей во языцах. Но громко возмутиться никто не посмел. Зрителей было около трехсот человек: придворная свита, иностранные гости, охранники и свободные из обслуживающего персонала, все строго по своим местам в соответствии с табелем о рангах.

Безнаказанность, как известно, окрыляет хамов. И молодой начинающий хам продолжил:

– Я бы ее с удовольствием трахнул!

Никто из зрителей не решился на открытое возмущение, чтобы призвать зарвавшегося наглеца к порядку. Но то, на что оказались неспособны люди, с лихвой компенсировала птица, аналог земного попугая ара. Непременный атрибут любого уважающего себя цирка-шапито, она вдруг вспорхнула со своего шесточка, где до этого спокойно сидела, поднялась над ареной и начала кружить над зрителями, громко выкрикивая:

– Как-к-кой классный дур-р-рак! Я бы его тр-р-рахнул! Я бы его тр-р-рахнул!

Высказав свое мнение о Гаме раз пять или шесть, говорливая птица вновь спланировала на свой шест и замерла там.

О том, что птица – искусная голограмма, созданная и озвученная homo artificialis, никто из присутствующих догадаться, естественно, не мог. Ида лишь воспользовалась ситуацией.

Гам покраснел до корней волос. Ирода прикусила губу. Народ грохнул со смеху: над птицей смеяться было можно – что с нее возьмешь? Веселья прибавилось, когда руководитель труппы, здоровенный силач, попытался «неуклюже» оправдать птицу. На несколько секунд прервав выступление, он громко обратился к селтану:

– Извини, государь, нашу неразумную птицу. Она лишь повторяет то, что услышала. Слова «телка» она не знает. Заменила первым подходящим из доступного ей словаря. Прошу не гневаться на нее.

Зрители сразу уловили двусмысленность словосочетания «первым подходящим» и захохотали еще громче.

Лицо Ироды начало некрасиво подергиваться от сдерживаемого гнева. Лицо Гама пылало. Селтан отреагировал молча, лишь вяло махнув рукой. Это было воспринято как сигнал к продолжению выступления, и представление возобновилось.

Никто не обращал внимания на двух подсобных работников труппы, парня и девушку, подававших реквизит в ярких цирковых костюмах. В противном случае внимательный наблюдатель непременно заметил бы, какие колоссальные усилия они прилагают, чтобы сдержать смех. Золид и Карила вполне оправились после почти бессонной ночи, наполненной постижением вселенских тайн и выяснением личных отношений.

В конце выступления силового жонглера на сцене появился клоун. Загримированная под клоуна Ида подошла к тяжеленным гирям, которыми перед этим с заметным напряжением сил манипулировал силач, и произнесла высоким дискантом:

– И что ты тут расхвастался перед народом, здоровяк? Подумаешь, гири! Эй, помощники, принесите еще одну!

Зорид и Карила вдвоем с трудом вытащили на сцену еще одну гирю. Вдруг клоун, легко подхватывая гири одну за другой, принялся жонглировать ими так, будто они были не тяжелее мячиков, которыми совсем недавно жонглировала на сцене женщина-гимнастка. Для homo artificialis Иды трехпудовые гири действительно были не тяжелее пушинок. Народ пораженно замер, не понимая, в чем подвох.

– Мошенничество! Гири надувные! Нас дурят! – заорал, как оглашенный, сыночек Ироды, жаждавший после перенесенного унижения тоже кого-нибудь унизить.

Разрисованное белой краской лицо клоуна выразило сначала удивление, затем искреннее огорчение по поводу столь явно выраженного недоверия к его безусловной честности. Жестом он пригласил крикуна убедиться в том, как сильно он заблуждается. Абсолютно уверенный в своих выводах, Гам быстро выбежал на сцену и схватился за ближайшую гирю. Но смог лишь едва оторвать ее от земли. Он бросился ко второй, третьей, но с тем же результатом. Лицо его выразило искреннее недоумение и детскую обиду. Обескураженный, он побрел на свое место. Но тут проклятая птица вновь не вовремя проявила свое рвение, вспорхнула с шеста, сделала один круг над сценой, сопровождая полет все с той же обидной кричалкой, а затем направилась куда-то в сторону рынка. Наверное, захотела размяться. Гал вновь покраснел до корней волос, второй раз с начала представления. Народ хохотал, как оглашенный. Ирода от гнева сравнялась цветом лица с сыном. Особенно ее выводило из себя то обстоятельство, что не к кому было применить дисциплинарные санкции. Не наказывать же, в самом деле, птицу, выставляя себя на посмешище. Но глухой гнев против артистов шапито начал копиться в ней, прекрасно понимавшей, что назавтра о позоре ее сына будет гудеть уже вся столица..

Между тем, представление продолжалось. После клоуна на арене появился фокусник. Прон показывал действительно потрясающие фокусы, и публика то и дело восторженно ахала. Фокусы были из вчерашнего репертуара, поэтому вполне естественным в какой-то момент показался выкрик кого-то из челяди в адрес фокусника:

– Это мы вчера в городе видели! Покажи что-нибудь новенькое!

Но для Иды и ее товарищей это была условная фраза, говорящая о том, что со стороны крестного принца генерала Судзуфа все идет по плану, и можно переходить к следующему этапу.

Фокусник Прон, только что закончивший очередной фокус, поднял руку вверх и громко объявил:

– А сейчас, уважаемые гости, по вашей просьбе мы покажем фокусы, которые ранее не видел еще никто. Предупреждаю сразу: эти фокусы – не для слабонервных. Если такие есть среди уважаемой публики, просим их отвернуться и не смотреть на сцену. Первый фокус – распиливание живого человека двуручной пилой.

Заинтригованные зрители удивленно зашушукались, но отворачиваться никто из них не стал. Ирода, смотревшая доселе представление с надетой на лицо маской легкого пренебрежения, ибо мысли ее были заняты пропавшим принцем, слегка оживилась, как и ее сыночек Гам. Глазки их заблестели в предвкушении.

Между тем подсобные рабочие, юноша в униформе и девушка в такой же униформе, но с повязанной на шее косынкой, вынесли на сцену специальный лежак, на который улеглась женщина-гимнастка.

Этот простенький фокус, известный на многих планетах Содружества, стал настоящим откровением для собравшейся публики, ибо на Зере изобретен не был. Поскольку детей на представлении не было, руководивший действом Прон усугубил воздействие на публику тем, что в момент, когда пила начала «перепиливать» прикрытое простыней тело гимнастки, белая простыня вмиг обильно окрасилась красной «кровью», а гимнастка дико заверещала от боли.

Происходящее на сцене настолько приковало внимание всех присутствующих, включая охрану, что никто не заметил странных перемещений каких-то людей среди публики.

В толпе зрителей послышались крики ужаса и возмущения. Несколько особо впечатлительных дам упало в обморок. Ирода, находясь почти в сексуальном экстазе, облизывала губы, и даже селтан зашевелился в своем кресле.

В какой-то миг Ироде показалось, что вместо лица гимнастки она видит искаженное страданием лицо предыдущей жены селтана, отравленной ею собственноручно. Но морок тут же исчез, и Ирода с облегчением начала промокать платочком вмиг взмокший лоб. Однако показалось не только ей, ибо селтан Урум, до этого почти не реагировавший на происходящее, вдруг вздрогнул и начал с недоумением оглядываться по сторонам, словно очнувшись после долгого сна.