Текст книги "Кто помогал Гитлеру? Европа в войне против Советского Союза"

Автор книги: Николай Кирсанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Англо-французская позиция на переговорах

В Москве советско-англо-французские политические переговоры проходили с 15 июня по 2 августа 1939 года. Советский Союз представлял на них Молотов.

Министр иностранных дел Великобритании Э. Галифакс, получив приглашение провести в Москве прямые переговоры трех держав, заявил, что «все министры заняты», и назначил руководителем английской делегации второстепенного чиновника – директора одного из департаментов Форин офис У. Стренга. Как отметил У. Черчилль, «назначение столь второстепенного чиновника являлось оскорбительным для СССР актом». Во французском МИДе охарактеризовали будущие переговоры язвительно и элегантно – «небольшой тур вольса с Советским Союзом». В переговорах участвовали послы Великобритании и Франции.

Советская сторона так и не получила от своих западных партнеров убедительных доказательств их окончательного разрыва с курсом на «умиротворение». По этой причине переговоры шли трудно. Хотя над миром уже нависла угроза новой фашистской агрессии, Лондон и Париж продолжали свою игру в переговоры, надеясь остаться в стороне от надвигавшейся войны.

Отрицательно, даже враждебно отнеслось к возможному заключению договора о взаимопомощи правительство Польши. В прежние годы оно не раз давало знать Гитлеру о своей готовности вместе с Германией участвовать в войне против СССР, претендуя на Советскую Украину и на выход к Черному морю. Даже тогда, когда над Польшей нависла угроза гитлеровского нападения, ее правители не захотели пересмотреть враждебную СССР политику. Воспротивилось договору о взаимопомощи и правительство Румынии, искавшее опоры в Берлине, чтобы сохранить за собой захваченную в 1918 году советскую Бессарабию.

Противилось подписанию договора (пакта) против Германии и правительство Н. Чемберлена. Лишь общественное мнение вынуждало его за одним столом с СССР и Францией вести переговоры о заключении советско-англо-французского договора. США не вмешивались в переговорный процесс, но молчаливо одобряли его бесконечное затягивание и срыв.

Попытка заключения военной конвенции

Еще более воспротивились Англия и Франция советскому предложению начать переговоры между представителями вооруженных сил СССР, Англии и Франции, сделанному 23 июля 1939 года, особенно предложению заключить военную конвенцию одновременно с пактом о взаимопомощи.

Работа над военной конвенцией началась через три месяца после начала переговоров по пакту о взаимопомощи. Она была поручена военным миссиям. К 5 августа, дню отъезда на военные переговоры в Москву, у английской и французской военных миссий не было конкретных предложений. Обе миссии правительство Чемберлена отправило в Москву не самолетом, а тихоходным почтово-пассажирским пароходом как бы в приятное морское путешествие. До Ленинграда они добирались более пяти суток. Большая часть этого времени прошла в соревнованиях английской и французской команд в пинг-понг.

На военных переговорах стало ясно, что англо-французский проект военной конвенции исключал настоящее сотрудничество вооруженных сил Англии, Франции и СССР, англичане и французы не имели никакого плана совместных операций. Да и возглавляли их миссии второстепенные чиновники: английскую – престарелый адмирал Р. Драке, близкий к королевскому двору. Известность он снискал своими публичными призывами к войне против СССР. И, словно в насмешку, правительство Чемберлена не наделило его никакими полномочиями на ведение переговоров. Французскую делегацию возглавил член Верховного военного совета генерал Ж. Думенк. Как сообщал в Москву советский полпред во Франции, она состояла из узких специалистов, имевших разведывательные намерения – «в первую голову ознакомиться с состоянием нашей армии», выявить военный потенциал СССР. Англо-французская делегация не собиралась посвящать советское правительство в свои истинные намерения.

Советскую делегацию возглавлял К.Е. Ворошилов, нарком обороны. В нее входили: Б.М. Шапошников, начальник Генерального штаба РККА; Н.Г. Кузнецов, народный комиссар Военно-морского флота; А.Д. Локтионов, начальник Военно-воздушных сил РККА; И.В. Смородинов, заместитель начальника Генштаба РККА. В отличие от своих западных партнеров они представили подробно разработанный план совместных действий вооруженных сил СССР, Англии и Франции на все возможные случаи агрессии. Советский Союз готов был выставить против агрессора в Европе силы, внушительные по численности и технической оснащенности.

Директивы и инструкции, выработанные правительствами Англии и Франции и их военными штабами для своих делегаций, ориентировали военные переговоры в Москве «вести… очень медленно». В директиве английского правительства своей военной делегации указывалось: «Британское правительство не желает принимать на себя какие-либо конкретные обязательства, которые могли бы связать нам руки при любых обстоятельствах. Поэтому следует стремиться к тому, чтобы в военном соглашении ограничиться как можно более общими формулировками. Этому вполне соответствовало бы что-нибудь вроде согласованной декларации о политике». Позиция Англии и Франции в отношении Польши, Румынии и Прибалтийских стран, согласно директиве, была следующей: «Если русские предложат английскому и французскому правительствам обратиться к Польше, Румынии или прибалтийским государствам с предложениями, которые повлекут за собой сотрудничество с Советским правительством или Генеральным штабом, делегация не должна брать на себя каких-либо обязательств… и обсуждать вопрос об обороне прибалтийских государств, так как ни Великобритания, ни Франция не давали им никаких гарантий». Аналогичным образом была ориентирована и французская делегация. «Не в наших интересах, – говорилось в инструкции французского Генерального штаба, – оставить его (СССР. – Авт.) вне конфликта». Речь шла о таком «конфликте», как война СССР с Германией.

Поражало крайнее неравенство предлагавшихся взаимных обязательств: на СССР возлагалось безмерно много, на Англию и Францию – почти ничего. Себе они оставляли роль наблюдателей, когда Советский Союз окажется в войне с Германией.

Работа военных миссий потеряла смысл, когда выяснилось, что Польша и Румыния решительно отказываются от сотрудничества с СССР В то время Польша была союзницей Англии и Франции, и было ясно, что безопасность Польши могла быть обеспечена только путем заключения советско-англо-французского оборонительного договора (пакта) с ее участием. Однако польское правительство исключало даже мысль об участии в таком союзе. Не согласилось оно и на проход советских войск через польскую территорию в случае военных действий против Германии.

Потерявшие всякий смысл переговоры с военными миссиями Англии и Франции прекратились.

Секретные англо-германские переговоры

Во время советско-англо-французских переговоров состоялись секретные англо-германские переговоры. Первая встреча их участников прошла 12 мая 1939 года в Берлине, куда со специальной миссией прибыл представитель, близкий к премьер-министру Н. Чемберлену. Он многозначительно заявил, что «политические комбинации, в которые вступает Великобритания, не останавливают ее от предоставления Германии во всем мире, а в особенности в Восточной Европе и на Балканах, такой экономической активности, какая ей принадлежит по праву».

Переговоры продолжились в Лондоне. В начале июля Г. Вильсон, в то время экономический советник Н. Чемберлена, и Хадсон, министр внешней торговли, предложили Берлину заключить пакт о невмешательстве, который включал бы «разграничение расширенных пространств между великими державами, особенно между Англией и Германией». В эту формулу англичане встроили соглашение, превращавшее Восточную и Юго-восточную Европу в сферу влияния Германии.

Германский посол сообщал из Лондона, что правительство Чемберлена ставило своей целью достигнуть с Германией соглашения, которое можно считать заключением англо-германской Антанты пакта о ненападении. «Соглашение с Германией предоставит Англии возможность получить свободу в отношении Польши на том основании, что соглашение о ненападении защитит Польшу от германского нападения, таким образом, Англия освободилась бы начисто от своих обязательств. Тогда Польша была бы, так сказать, оставлена в одиночестве лицом лицу с Германией». В случае успеха англо-германских переговоров посол заверял Берлин, что «свои переговоры о пакте с Советским Союзом Англия также прекратила бы».

11. СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В 1939–1941 ГОДАХ

Пакт Молотова – Риббентропа

Действия ведущих держав Запада убеждали Гитлера, что у СССР нет союзников, что Германия может напасть на Польшу, а затем и на СССР, что Англия и Франция готовы предать Польшу ради столкновения Германии с Советским Союзом.

Эти замыслы грозили Советскому Союзу войной на два фронта: на западе – с Германией, на востоке – с Японией.

В августе 1939 года военные действия на Дальнем Востоке у реки Халхин-Гол достигли наивысшего напряжения. В любой день они могли перерасти в большую войну Японии против СССР и Монгольской Народной Республики.

Сговор в Мюнхене и ликвидация Чехословацкой республики сместили вероятность германской агрессии против Советского Союза в сферу новых предположений. Большую опасность представляло усиление экономической и политической изоляции СССР. Ее начальным проявлением стало резкое сокращение торговых связей с Англией, снизились объемы торговли с другими странами Запада, тогда как строящимся в СССР многим сотням заводов требовалось новейшее оборудование и технологии, современные приборы и машины.

Благоприятные условия для взаимной торговли у Советского Союза стали складываться с Германией. Еще в конце июля 1939 года между двумя странами начались переговоры о торговле и кредитах. В ночь с 19 на 20 августа в Берлине было подписано торгово-кредитное соглашение, выгодное для обеих сторон. Для закупки немецких товаров Советский Союз получил кредит в 200 миллионов германских марок сроком на 5 лет под 4,5 процента годовых, с правом заказов под него в течение 2 лет. В первый год СССР мог разместить заказы на 120 миллионов марок, во второй – на 80 миллионов. Оплата заказов по кредиту предполагалась только с 1945 года. Согласно этому соглашению СССР должен был поставить Германии товары на сумму 180 миллионов марок.

Еще с весны 1939 года Берлин настаивал на пересмотре германо-советских отношений в целом. Для советского руководства это было трудное решение. Лишь по истечении более четырех месяцев бесплодных переговоров с Англией и Францией и лишь убедившись окончательно в действительно антисоветских намерениях руководителей этих стран, советское правительство решилось на пересмотр отношений с Германией. Кто мог забыть, как открыто «западные демократии» предавали Австрию, Чехословакию, попирали нормы международного права ради своих корыстных интересов. Такого рода действия ожидались от них и в отношении Советского Союза, чему было немало свидетельств. Так что советскому правительству пришлось выбирать из двух зол. Другого выбора не было. Речь шла о защите национальных интересов Советского государства.

Заключительные советско-германские переговоры по проблемам двусторонних отношений прошли в Москве в ночь с 23 на 24 августа. Народный комиссар иностранных дел СССР В.М. Молотов и германский министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп 23 августа подписали Договор о ненападении и приложенный к нему секретный дополнительный протокол. Договор обязывал обе стороны воздерживаться от «всякого насилия, агрессивного действия и от нападения в отношении друг друга как отдельно, так и совместно с другими державами»; не поддерживать третью державу в случае ее нападения на одну из сторон; информировать друг друга о «вопросах, затрагивающих их общие интересы»; не участвовать в какой-либо группировке держав, которая «прямо или косвенно направлена против другой стороны»; решать спорные вопросы исключительно мирными средствами. Договор был заключен на 10 лет и вступал в силу «немедленно после его подписания».

Отвечал интересам защиты национально-государственных интересов СССР и секретный дополнительный протокол о разграничении сфер интересов Германии и СССР в Восточной Европе. В сферу интересов СССР вошли Финляндия, Эстония и Латвия (без Литвы, которая войдет позднее). В случае «территориальных изменений» в Польше «линия государственных интересов» Германии и СССР устанавливалась по рекам Нарев, Висла, Сан. В протоколе признавался «особый интерес» советской стороны к Бессарабии, в то время как германская сторона заявляла о незаинтересованности своей в этом районе. Обе договаривающиеся стороны обязались хранить протокол в строгом секрете.

И хотя Договор о ненападении был рассчитан «на 10 лет», мало кто сомневался в его крайне ограниченных сроках. Продержался он около 22 месяцев. За это время в Советском Союзе, выполняя задания Третьего пятилетнего плана развития народного хозяйства, построили и ввели в действие 2200 крупных предприятий промышленности, в основном за Волгой, на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке. Были осуществлены мероприятия, важные для сельского хозяйства, культуры, образования и для обороны страны.

Выход СССР к новым границам

28 сентября 1939 года, в связи с капитуляцией Польши в войне с Германией, был подписан советско-германский договор о дружбе и границе. К нему прилагались два секретных и один доверительный протокол. Они давали Советскому Союзу ряд стратегических преимуществ. Главное было в том, что СССР оказался вне конфликта, когда столкнулись две «империалистические группировки», развязавшие Вторую мировую войну. В состав СССР были возвращены Западная Украина и Западная Белоруссия, отторгнутые в результате польской агрессии в 1920–1921 годах.

Укреплению международных позиций и безопасности Советского Союза в условиях начавшейся Второй мировой войны служило подписание договоров о взаимной помощи между СССР и Эстонией (28 сентября), между СССР и Латвией (5 октября), между СССР и Литвой (10 октября 1939 года). В противном случае они могли стать плацдармом для нападения Германии на Советский Союз. Такой опыт имелся. 22 марта 1939 года, вслед за захватом Чехословакии, Германия отторгла у Литвы Мемель (Клайпеду) с округой без какого-либо сопротивления с ее стороны и при молчаливом согласии стран-гарантов. Такого рода намерения были у Гитлера и в отношении всей восточной части Балтии, в которой фашистские правители добивались протектората Германии. Но этого не случилось. Социалистические революции и волеизъявление народов Литвы, Латвии и Эстонии обеспечили приход к власти народных правительств. На выборах в народные сеймы (в Эстонии – в Государственную думу), состоявшихся в июле 1940 года, за кандидатов, представлявших трудовой народ, отдали свои голоса много больше 90 процентов избирателей, участвовавших в голосовании. Вновь избранные органы, изъявляя волю избирателей, провозгласили советскую власть. Так образовались Литовская, Латвийская и Эстонская Советские Республики. В августе 1940 года по их просьбе они были приняты в состав СССР в качестве равноправных союзных республик.

Начало Второй мировой войны и усиливавшаяся фашизация Румынии угрожали тяжелыми последствиями для СССР и на юго-западных границах. Здесь тоже активизировалась антисоветская политика. В мае 1940 года румынские правители демонстративно объявили военную мобилизацию и обратились к Германии с просьбой помочь им создать «восточный вал» против Советского Союза на территории Бессарабии, расположенной между Днестром, Прутом и низовьями Дуная. Эту территорию Румыния отторгла от Советской России в годы интервенции и Гражданской войны, а теперь превращала в плацдарм для нападения на СССР. Советское правительство никогда не признавало этот захват. У советско-румынской демаркационной линии была сосредоточена основная часть румынской армии, военные власти систематически организовывали здесь антисоветские провокации. Военные приготовления сопровождались усилением социального и национального гнета.

Советский Союз не был безразличен к тому, что происходило в Бессарабии. 26 июня 1940 года советское правительство потребовало от правительства Румынии возвратить Бессарабию. С огромным воодушевлением трудящиеся Бессарабии встретили свое возвращение в братскую семью народов СССР. Одновременно был разрешен вопрос о передаче Советскому Союзу Северной Буковины, населенной славянами. По просьбе населения Бессарабии и Молдавской АССР, входившей в состав Украинской ССР, была образована Молдавская Советская Социалистическая Республика, которая 2 августа 1940 года вошла в состав СССР в качестве союзной республики.

Советско-германский договор от 28 сентября 1939 года позволил СССР приступить к разрешению территориального вопроса с Финляндией. Однако переговоры с Финляндией не удались. Не были приняты предложения об обмене территориями. Чтобы отодвинуть границу от Ленинграда в целях его безопасности, Финляндии предлагалась много большая территория в Карелии. Хотя не были исчерпаны возможные альтернативы, обе стороны не скупились на взаимные обвинения и склонялись в пользу военного решения вопроса. Под зиму, 30 ноября 1939 года, войска Ленинградского военного округа перешли границу, началась Советско-финляндская война, ненужная для обеих сторон. В Москве полагали, что она будет легкой и по времени краткой, и потому даже не позаботились уточнить, где проходят укрепления «линии Маннергейма», не подготовили войска к действиям в зимних условиях. Эти ошибки обошлись дорого. С большими потерями советские войска сломили сопротивление финнов. 13 марта 1940 года военные действия прекратились.

В результате войны была обеспечена безопасность Ленинграда и Мурманской железной дороги. К СССР отошли Карельский перешеек и ряд других территорий. Стратегическое положение Советского Союза на северо-западе и севере улучшилось.

Однако Советско-финляндская война резко подорвала международный престиж СССР, ухудшила его отношения с другими странами, особенно с Англией и Францией, которые оказывали помощь Финляндии и планировали удары по северным коммуникациям и портам Советского Союза, его нефтяным районам на юге.

Эти перемены в целом способствовали укреплению позиций Советского государства. Его территория расшилась более чем на 400 тысяч квадратных километров, а население увеличилось более чем на 20 миллионов человек. Советские западные границы были отодвинуты на 250–300 километров.

Экономические отношения с Германией

Советско-германский договор о ненападении принес и немало других положительных результатов. Например: был нарушен Антикоминтерновский пакт, что вызвало такие демарши ее союзников, как подписание Японией соглашения с Москвой об урегулировании конфликта в районе реки Халхин-Гол, отказ Италии начать европейскую войну в одно время с рейхом, испанский диктатор Франко выступил с декларацией о нейтралитете в будущей войне.

Советско-германский договор полностью дискредитировал мюнхенскую политику «западных демократий».

Вслед за Договором о ненападении был заключен ряд новых экономических соглашений, также кредитуемых Германией. Это были: «Хозяйственное соглашение между Германией и СССР», подписанное 11 февраля 1940 года в Москве; «Соглашение о железнодорожном сообщении между СССР и Германией», подписанное 1 октября 1940 года в Берлине; «Хозяйственное соглашение между СССР и Германией», подписанное 10 января 1941 года, и другие договоры, умножавшие взаимные поставки товаров.

Из Германии в СССР поступали станки, оборудование, машины, оптические приборы, листы брони, образцы новейшей военной техники и т.д.

СССР поставлял в Германию свинец, хлопок, кормовые злаки, жмых, зерно, фосфаты, необработанные меха, древесину, нефть, платину, железную, марганцевую и хромовую руды, железный лом, чугун и другие товары. Кроме того, Советский Союз оказывал Германии транспортные и прочие услуги при транзитных перевозках грузов из Ирана, Афганистана, стран Юго-восточной Азии. В третьих странах СССР закупал для Германии различные партии товаров. В общей сложности поставки товаров из СССР вместе с услугами составили почти 800 миллионов марок. В свою очередь поставки и услуги со стороны Германии, как предусматривалось соглашениями, не превышали две трети советских поставок и услуг. В целом торговый оборот между СССР и Германией предполагался на уровне 1,4 миллиарда марок.

Товарооборот между СССР и Германией в 1940 году превысил когда-либо достигнутые между двумя странами наивысшие объемы. Если в 1939 году он составил 61 миллион марок (0,6 процента всего внешнеторгового оборота Германии), то за 1940 год возрос в десять раз и достиг 607 миллионов марок (7,8 процента всего импорта и 4,4 процента всего экспорта Германии). До дня нападения на СССР Германия получила из Советского Союза не менее 2,2 миллиона тонн зерна, кукурузы и бобовых культур, 1 миллион тонн нефти, 100 тысяч тонн хлопка, 80 миллионов кубических метров древесины и другие товары, в том числе стратегически важные металлы. Германская сторона отмечала, что «объем сырья, обусловленный договором, доставляется русскими пунктуально, несмотря на то, что это стоит им больших усилий».

Согласованные сроки поставок германских товаров нередко срывались, а весной 1941 года поставки стали попросту саботироваться, хотя именно в это время должны были последовать самые крупные из них. Огромных денег стоило приобретение тяжелого крейсера «Лютцов». Это был корабль без механизмов и вооружения. Весной 1940 года немецкий буксир доставил его в Ленинград, где по плану германских поставок завершить его строительство предполагалось в 1943 году при помощи немецких инженеров и механиков.

Немцы настояли, чтобы свои обязательства по поставкам СССР выполнил за 18 месяцев – к середине 1941 года, а Германия – за 27 месяцев, к концу 1941 года. Советские поставки первых 12 месяцев немцы компенсировали за 15 месяцев, а советские поставки первых шести месяцев 1941 года германская сторона обязалась компенсировать… через полгода после нападения на СССР.

Назначив срок нападения на СССР, Гитлер заведомо шел на обман. За весь период «дружественных отношений» импорт Германии из СССР составил 536 миллионов марок, а ее экспорт в СССР – лишь 318,7 миллиона марок. В 1940–1941 годах германские поставки покрыли советские только на 57–67 процентов. Даже в ту ночь, когда германские войска готовились для атаки советской территории, из СССР в Германию следовали эшелоны и корабли с зерном, нефтью и другими товарами.

По экономическим соглашениям СССР получал из Германии готовую продукцию, и немцы объясняли задержки своих поставок трудностями ее изготовления. Это было уникальное промышленное оборудование для военных заводов, тяжелой, химической и разной другой промышленности, армейская аппаратура для радиосвязи, в приобретении которых СССР отказывали Англия, Франция, США. Русские специалисты получили в свое распоряжение образцы новейших марок немецкой военной авиации: пять самолетов «Хейнкель-100», два «Юнкерса-88», два «Дорнье-215», шесть «Брюккер В.И. – 131» и «Брюккер В.И. – 133», три «Фокке-Вульфа», два «Юнкерса-207», пять «Мессершмиттов-109» и пять «Мессершмитт-110». Самолеты всех марок поставлялись с запасными моторами и частями к ним.

Советско-германский договор о ненападении – важный успех советской дипломатии. Главный носитель угрозы Советскому Союзу был нейтрализован, отсрочено столкновение с Германией, хотя и на незначительное время, всего на 22 месяца, что позволило провести крупные мероприятия по укреплению обороны страны. СССР получил ряд стратегических преимуществ: пребывание вне вооруженного конфликта двух империалистических группировок; западные границы Советского Союза были отодвинуты на 250–300 километров. Усилились позиции СССР в Балтийском регионе. К весне 1940 года советские войска переместились в новые районы дислокации, но, оказавшись лицом к лицу с вермахтом, не имели достаточного времени для оборудования новых укрепленных районов.