Текст книги "Арон. Бывший для истинной (СИ)"
Автор книги: Ника Горская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц)
Глава 41
Рада
Что-то не так…
Я понимаю это сразу, как только портал закрывается.
Всё по-другому…
Меня будто затягивает в какую-то воронку с неимоверной силой. И я не могу ей сопротивляться.
Становится физически плохо. Больно.
Тяну ладони вверх и прижимаю их плотно к ушам, потому что от адского гула возникает ощущение, что голова вот-вот треснет.
Может я сделала что-то не так?
Слова перепутала или ещё что-то?
Не знаю…
Но мне всё сильнее кажется, что из этого ада назад дороги нет.
Малыш…
Опускаю руку на низ живота.
Какая же я дура…
Ослепленная болью от предательства я совершенно не подумала о том, что такой переход может быть опасен для него.
Сильно зажмуриваюсь и про себя снова и снова повторяю заученные с помощью Аделаиды слова.
В какой-то момент воронка прекращает меня тянуть. Всё замедляется.
А потом меня будто куда-то выталкивает.
И я лечу.
Падаю, ударяясь о землю.
Больно так, что невозможно вдох сделать. Сжимаюсь вся, сворачиваясь клубком.
Мне кажется это конец…
Нет сил даже глаза открыть, чтобы посмотреть, где я нахожусь.
Сцепляю зубы пытаясь выдержать приступ адской боли. Чувствую, как сознание, не выдержав мук начинает сдаваться. Цепляюсь всеми силами за него, но проигрываю.
Последнее что я слышу перед тем, как меня полностью поглощает тьма это приближающиеся шаги и старческий голос.
– И как тебя ко мне-то принесло?
Я словно сама невесомость… парю над землей…
Качаюсь в объятиях легкости и беззаботности…
И мне так хорошо…
– Просыпайся, милая. – слышу откуда-то издалека. – Нужно выпить целебный отвар.
С трудом открываю глаза, тут же упираясь взглядом в старушечье лицо.
– Не бойся меня. – говорит она, замечая мою реакцию.
Да, мне становится страшно. Потому что я не понимаю, где я и кто эта старушка.
– Я Сурина. Ведьма, как и ты.
Что?
Разлепляю губы чтобы опровергнуть её слова сказав, что я совсем не ведьма, но она не даёт мне сказать.
– И не спорь со мной. То, что у тебя нет активной силы не означает что ты перестала быть ведьмой.
Она садится на край кровати, на которой я лежу и протягивает ко мне руку, в которой держит кружку со сколотым краем.
Верчу головой по сторонам пытаясь рассмотреть комнату, в которой я нахожусь.
С виду вполне обычная.
– Где я? – слова даются с трудом.
– Ну уж явно не там куда ты направлялась.
Снова смотрю на старушку.
Она настолько сильная? Иначе как объяснить то, что она знала куда я направлялась?
– Ты к Королевстве Ледяных драконов.
Ужас от её слов заполняет собой всю меня без остатка.
Я по-прежнему в этом мире…
В эту секунду меня пронзает мысль о ребёнке.
Дергаюсь, опуская руку на живот. Только сейчас обращаю внимание на то, что он… болит.
Нет…
Пожалуйста, нет…
– Что… – как же страшно спрашивать.
Слезы собираются в глазах. Часто моргаю пытаясь их сдержать.
– Ну-ну, перестань. Всё с твоим малышом хорошо.
Я такого облегчения как сейчас не испытывала ни разу в жизни.
Словно стягивающие душу оковы разом спали.
– Но он в огромной опасности.
Радоваться пришлось не долго…
– В опасности? – осторожно спрашиваю я, совершенно ничего не понимая.
– Выпей, потом всё скажу тебе. – тут же послушно делаю несколько глотков горькой жидкости, морщусь и отодвигаю от себя кружку.
– Умница. – она слишком пристально смотрит на меня.
Создаётся впечатление что заглядывает куда-то дальше, чем это вообще возможно.
– Многим не по нраву сила такого масштаба.
О чём она говорит?
Какая сила?
– Ребёнок, рожденный в истинном союзе. От могущественного дракона и сильной ведьмы. – она смеётся словно сумасшедшая. – А я ведь думала, что лишь дитя короля будет диковинкой для этого мира.
– Я не понимаю вас. – шепчу ей.
– Слушай меня внимательно, ведьма. И запоминай.
Ужасно напрягаюсь от этих слов.
– Шанс выжить в этом мире у твоего ребёнка мал. – сердце сжимается так сильно будто его кто-то сдавливает с неимоверной силой. – Но он есть.
Сурина замолкает, а у меня от страха за малыша речь отняло, нет сил попросить её продолжать.
Но она, немного помолчав делает это сама.
– Я наложу на тебя скрывающее заклятие. Ты станешь для любой магии невидимкой. Как и твой сын. – она всем корпусом склоняется надо мной. – Но, огненная девочка, ты никому в этом мире не должна доверять. Поняла меня? Повтори за мной! Никому!
– Никому. – голос дрожит, полностью выдавая моё состояние.
– С этой минуты для тех, кто знал о ребёнке – ты его потеряла.
– Но…
– Суеверия это всего лишь суеверия. А вот реальность в разы опаснее.
Эта старуха видит меня насквозь. Я не успеваю спросить, а она уже даёт ответ на неозвученный вопрос.
– Твой дракон тоже не должен знать, что его ребёнок жив.
– Над этим я не властна. – имею ввиду их способность видеть своё потомство ещё в утробе матери.
– За это не беспокойся. Я же сказала, что скрою тебя ото всех. И от него в том числе.
На языке так и вертится вопрос о том почему Арон не должен знать правду, но ничего не спрашиваю, потому что я в любом случае не собираюсь с ним больше контактировать.
И тут лавиной накрывает последнее воспоминание…
– Каким бы не было сильным ваше скрывающее заклятие, но надолго его всё равно не хватит. У меня есть всего несколько месяцев до того, как станет виден живот.
– Если всё пойдёт как надо, то к тому времени ты уйдёшь отсюда.
В душе расцветает надежда…
– А в моём мире? Там тоже малышу будет грозить опасность?
– В своём мире у тебя есть твоя вторая половина, с которой вы образуете то, что наводит ужас даже на древний ковен.
Задерживаю дыхание боясь предположить…
– Спрашивай. – улыбаясь говорит старуха.
Шумно сглатываю и задаю очень важный для себя вопрос.
– Вторая половина это Аделаида? Моя сестра?
– Да.
– Она жива…
– Живее всех живых.
Всё тело начинает неконтролируемо дрожать от переизбытка самых разных эмоций, испытанных за такое короткое время.
– Она единственная кому ты можешь доверять.
Всё это более чем странно…
Я не понимаю ровным счётом ничего, но раз Сурина не поясняет свои слова то и спрашивать не имеет смысла, уверена в этом.
– Почему у меня не получилось вернуться в свой мир?
– Так нужно было.
Больше она ничего не говорит, встаёт с кровати и причитая о нелёгкой старушечьей жизни, направляется к выходу из комнаты.
И уже стоя в дверях обернувшись говорит:
– Пойдёшь работать в дом к нашему правителю. Там он точно не станет тебя искать, да и до простой прислуги как правило никому дела нет. Таким образом выиграешь нужное тебе время. А сейчас спи, позже принесу тебе поесть.
Не дожидаясь от меня хоть какой-то реакции на свои слова, старуха уходит.
Всё происходящее выглядит более чем странно…
Ведьма говорит о том, что я никому не должна доверять. А она сама в это «никому» входит?
Аккуратно поворачиваюсь на бок и прикрываю глаза.
Беспокойство о малыше отступило и мне бы и правда лучше поспать, потому что чувствую я себя ужасно. Но боль внутри не позволяет забыться.
Перед глазами стоит картина, которую я мечтаю забыть и никогда не вспоминать. Но, словно издеваясь, память снова и снова рисует перед глазами сцену предательства… в мельчайших деталях…
Я только сейчас вижу, как крепко Арон сжимает бедра своей потаскухи… как она морщится, но далеко не от боли… и триумф… я вижу его в глазах Торин в тот момент, когда она поняла, что я всё же пришла…
Как противно…
Противно понимать, что всё это время я любила предателя…
* * *
Два месяца спустя…
– Рада, нужно навести порядок в кладовой. – вздрагиваю от неожиданности, когда в кухню входит повариха. – Сейчас зашла туда, а там чёрт ногу свернёт. И я вместе с ним.
Быстро отодвигаю от себя тарелку с соленьями, пока она не смотрит на меня. Дожевываю кусок солёного огурца, проглатываю и от удовольствия прикрываю глаза. Это божественно.
Я понимаю, что моя внезапная любовь к соленьям вызвана беременностью и следуя совету Сурины, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я ем их украдкой.
Выхожу из кухни и направляюсь к кладовой.
Следующий час, как и было велено, навожу там порядки.
Снимаю с деревянных стеллажей различные банки, коробки. Вытираю полки от пыли и мусора, затем протираю банки от пыли и снова расставляю их по местам.
Мету, затем мою пол.
Ненужные коробки компактно складываю в угол.
В какой-то момент от усталости начинает ломить поясницу.
Выдвигаю небольшой ящик и присаживаюсь на него чтобы отдохнуть.
Мысли тут же утекают в сторону недавнего прошлого.
С каждым днём я всё больше волнуюсь о том, что время неумолимо бежит вперёд, а я по-прежнему нахожусь в этом мире.
Ведьма сказала что, если будет идти всё как надо я вернусь к себе домой. Но что, если что-то идёт не так, и я просто не знаю об этом?
От этих мыслей становится невыносимо страшно.
Не за себя, а за моего малыша.
Когда я думаю о том, что ему грозит опасность, а его отец, который обязан был его защищать предпочёл нам потаскуху Торин, в эти моменты я ненавижу Арона ещё больше.
Хотя, казалось бы, куда больше…
Только лютая ненависть к мужчине, которого я совсем недавно безумно любила не позволяет мне впасть в уныние.
Особенно тяжело мне даются ночи.
Когда ничто не мешает воспоминаниям…
Отгоняю прочь ненужные мысли и встаю с места, задвигаю ящик обратно, убираю в угол инвентарь для уборки и выхожу из кладовой.
Мне всё чаще стало казаться что после предательства Арона я выгорела изнутри.
Меня ничего не радует.
Я всё время думаю только о том, как бы найти способ вернуться в свой мир.
Иду по коридору глубоко погрузившись в свои мысли.
Не успеваю свернуть в сторону кухни как в меня врезается… Велакса.
Как поговаривают она истинная пара их правителя. Беременная, но не является его женой. В законном браке король состоит с другой девушкой. Наверное, у всех драконов так принято.
Верность у них не в почёте.
Смотрю на неё и пытаюсь понять, как она может вот так жить?
Спать с женатым.
Носить его ребёнка.
Может это я неправильная?
Может это мои принципы давно устарели?
– Прости меня, пожалуйста. Я не хотела. – говорит она.
До меня постепенно начинает доходить что она имеет ввиду.
Велакса опрокинула на меня кружку с горячим чаем. Странно, но боли я не чувствую совсем.
– Пойдём я обработаю место ожога специальным средством.
Она не ждёт от меня ответа, хватает за руку и тащит за собой.
Велакса заводит меня в свою комнату и усаживает на небольшой диван.
Затем просит расстегнуть пуговицы на моей рабочей форме, и стоит мне это сделать как она тут же берётся смазывать покрасневшую кожу маслом.
Смотрю на эту красивую девушку и думаю о том, что она… хорошая.
Тогда почему её жизнь складывается подобным образом, но она не сопротивляется и никак не пытается это изменить?
Или может я делаю неправильные выводы?
Ведь, по сути, я особо ни с кем в этом огромном замке не общаюсь. И всё что у меня имеется для выводов это случайно услышанные разговоры слуг.
– Тебе правда не больно? – спрашивает она.
– Нет.
– Я тебе ещё с собой это масло дам. Будет лучше если ты ещё несколько раз сама обработаешь травмированную кожу.
– Хорошо. – отвечаю ей.
Велакса бросает на меня заинтересованные взгляды, которые всё больше заставляют меня напрягаться.
– Спасибо. – встаю с места, отодвигаю её руку от себя и застёгиваю платье. – Мне пора работать.
Другими словами, пора убегать.
Я настолько прониклась словами ведьмы, что повышенный интерес ко мне со стороны кого бы то ни было сейчас вызывает что-то сродни лёгкой паники.
Направляюсь к двери, когда меня останавливает мелодичный голос.
– Подожди, пожалуйста.
Оборачиваюсь и вопросительно смотрю на девушку.
– Масло. – приподнимает руку с небольшим пузырьком, тем самым поясняя причину, по которой она меня задержала.
Велакса приближается ко мне и вкладывает в ладонь целебное средство.
Нервно сжимаю пальцы, думая о том, что в нём нет никакой необходимости, но отказывать девушке неохота.
– Ещё раз прошу меня простить. – говорит она. – Я задумалась и от этого была невнимательная.
– Не волнуйтесь. Со мной правда всё хорошо.
– Давай на «ты»? Кажется мы с тобой одного возраста. – она так открыто улыбается, а я борюсь с желанием немедленно убраться отсюда. – Я знаю, что тебя зовут Рада. Кстати, очень красивое имя.
– Извините. То есть, извини. Я пойду.
– Хорошо.
Заметно расслабляюсь только когда оказываюсь за пределами её комнаты.
Насколько я знаю она такая же необщительная, как и я. Тогда почему ко мне проявила повышенное внимание?
Ни к чему всё это…
На следующий день я как обычно занималась своими делами, когда ко мне подошла Велакса.
– Добрый день, Рада.
Смотрю на неё пытаясь понять, что она хочет.
– Добрый.
– Будь добра принеси мне чай в комнату.
И ведь понимаю, что это просто уловка, но отказать всё равно не могу.
– Хорошо, сейчас принесу.
Она уходит, а меня потряхивать начинает.
В голове снова и снова крутятся слова ведьмы о том, что никому нельзя доверять.
Моя настороженность и опасения немного снижаются спустя пару дней.
Велакса в противовес моим ожиданиям не пыталась лезть мне в душу с расспросами. В какой-то момент мне даже стало казаться что она такая же потерянная в этом мире, как и я.
В один из вечеров, когда мы прогуливались с ней по саду, она неожиданно начала говорить то, к чему я не была готова.
– Я беременна.
На мгновение зажмуриваюсь, истерично соображая, чтобы ей такого ответить, чтобы перевести разговор на другую тему.
– И я не хотела этого ребёнка до недавнего времени.
От её слов аж дышать сложно становится.
Как она может такое говорить?
– Даже мысль о том, что во мне растёт ребёнок от… него, сводит с ума.
А мне наоборот прокричать на весь мир охота о том, что у меня будет малыш, но мне нельзя.
Проглатываю вставший поперёк горла ком и заставляю себя идти дальше.
– Да и сейчас я не до конца всё осознаю, но по крайней мере мне уже не хочется сбросится с крыши.
Резко останавливаюсь и смотрю на неё широко раскрытыми глазами.
– Как ты можешь говорить так? Ведь малыш это счастье. Он ни в чём не виноват. – меня понесло. – Даже если его отец чудовище.
Велакса с нескрываемым удивлением смотрит на меня и только сейчас до меня начинает доходить что я сделала. И опережая её вопросы говорю:
– Недавно я потеряла своего малыша. – и такая боль в душе от этих лживых слов.
Ну почему моя жизнь так складывается?
Почему чтобы сохранить жизнь своему ребёнку я должна сказать, что он… что его больше нет…
Из глаз текут слёзы, которые я слишком поздно замечаю.
– Прости меня. – тихо говорит Велакса. – Я не хотела сделать тебе больно.
Тошно мне от всего этого…
От вынужденного вранья… и от мира этого…
Глава 42
Рада
Каждое утро я просыпаюсь с надеждой на то, что сегодня именно тот день.
День, когда я вернусь домой.
Жить в постоянном напряжении становится всё труднее. А мне элементарно хочется расслабиться и ни о чём не переживать. Но в этом мире я сделать этого не смогу. Теперь я это точно знаю.
Страх за малыша никуда не делся. И, мне кажется, с каждый днём он становится только сильнее.
Тяжело вздыхаю, застёгиваю платье моей рабочей формы, бросаю беглый взгляд в зеркало и выхожу из комнаты, которая последние пару месяцев является моим убежищем.
После вчерашнего разговора с Велаксой на душе остался тяжелый осадок.
Стараюсь не думать о том куда катится моя жизнь, но выходит откровенно плохо.
Вхожу в подсобное помещение, находящееся рядом с кухней, снимаю с вешалки передник и завязываю его на пояснице.
– Доброе утро, Рада. – здоровается со мной кухарка. – После приготовления завтрака в раковине гора посуды.
Я и сама её вижу.
Подхожу, включаю воду и начинаю перемывать кухонный инвентарь.
Работы я никогда не боялась, поэтому мне несложно даётся роль прислуги.
В какой-то степени занятость помогает мне не сосредотачиваться на хаосе, в который превратилась моя жизнь.
Перемыв горы посуды и расставив её по полкам, принимаюсь за мытье плиты.
Так в заботах совершенно незаметно проходят несколько часов.
– Ой, ну ты словно заведённая. – слышу за спиной голос кухарки. – Присядь отдохни. Да и поесть тебе не помешало бы. Такая худая стала, скоро светиться будешь.
Аппетита у меня последнее время и правда нет, но я всегда заставляю себя есть. Ради малыша.
Вот и сейчас, ничего не ответив мою руки, беру тарелку и иду к плите, на которой стоят кастрюли с блюдами, приготовленными для персонала.
Поочерёдно открываю крышки раздумывая над тем, чего бы мне хотелось съесть, когда за спиной снова слышится голос кухарки.
– Правитель вернулся.
Никак не реагирую на эти слова, сказанные с восторгом, который я не разделяю. Может быть их король и хороший правитель, раз его народ настолько сильно его почитает и любит. Но уверенна что как мужчина он чудовище, иначе бы Велакса не ужасалась от мысли что носит его ребёнка.
Моё отношение к ней в корне изменилось.
Я была не права, когда думала, что она намеренно стала любовницей женатого мужчины. И хоть прямо об этом она не сказала мне ни разу, но я поняла, что Велаксе далеко не по своей воле досталась эта роль.
Что в моих глазах делает правителя ещё более мерзким человеком. Но мои мысли это только мои мысли. Ни с кем ими делиться я не собираюсь. Демонстрировать своё отношение к королю тем более.
Единственное чего я хочу это как можно скорее вернуться домой.
– И что это за красавчик с ним приехал? – продолжает говорить кухарка, пока я накладываю в тарелку немного молочной каши. – Глаз отвести невозможно.
Накрываю крышкой кастрюлю и направляюсь к столу.
– Радка, иди посмотри. Таких красавцев небось отродясь не видела. Да и вряд ли увидишь. Грех упускать такую возможность.
Мне абсолютно плевать какой красавец составляет сейчас компанию их королю, но чтобы не акцентировать на себе её внимание и дальше, подхожу к окну у которого она стоит и смотрю вниз.
По телу проходит огненная волна, которая бьёт в самое сердце.
Выжигая меня изнутри в пепел.
Нет…
Этого не может быть…
Я не верю…
Но реальность бьёт меня наотмашь.
Из груди вырывается сдавленный стон.
У меня вмиг будто всё тело одеревенело. Из онемевших пальцев падает тарелка с кашей, разбиваясь на осколки, но я этого даже не замечаю.
Потому что не могу отвести глаза от моего… предателя.
– Эй, ты чего? – дёргает меня за руку повариха. – Так от восторга обомлела, что посуду побить решила?
Она пытается придать голосу злости, но я понимаю, что это больше показное.
Да и вообще меня сейчас она меньше всего заботит.
Как и осколки, по которым я ступаю медленно пятясь назад.
В груди растёт нехорошее предчувствие…
– Прибери тут за собой. – слышу будто из-под толщи воды.
Да и вижу я сейчас плохо, потому что фокус мажут слёзы.
Отрицательно верчу головой. Мне нужно уходить.
Нужно бежать отсюда как можно скорее.
Разворачиваюсь и что есть силы бегу прочь.
Я понятия не имею куда мне идти, но тут оставаться больше нельзя.
Добегаю до своей комнаты и закрываюсь изнутри, хоть и понимаю, что в этом нет особого смысла. Стоит только королю приказать меня привести и никакие двери меня не спасут от королевской стражи.
Подхожу к кровати и сажусь.
Почему Арон тут?
Насколько я успела узнать он не сильно празднует правителя. Не разделяет его некоторые взгляды касаемо правления. Соответственно вывод напрашивается сам собой.
Он тут из-за меня…
Об этом даже думать страшно.
Потому что если он приехал за мной, то сбежать у меня больше не будет возможности.
А жить с ним после…
Сознание пронзает фантомная боль.
Ни за что…
Встаю с кровати и начинаю нервно ходить по комнате.
Но ведь Сурина утверждала, что он не сунется меня искать тут.
Так может есть хотя бы малая вероятность что Кант тут не из-за меня?
Успокаиваю себя этими мыслями, потому что после того, как сходит первая волна паники я начинаю думать здраво.
Идти мне некуда, а мир за стенами этого замка слишком опасен. И я бы рискнула, но меня останавливает мой ребёнок. Им я точно не имею права рисковать.
Я не покидаю комнату до тех пор, пока за мной не приходит одна из таких же, как и я служанок и не требует у меня идти делать свою работу. Которую в связи с моим долгим отсутствием, с её слов, почему-то должна делать именно она.
Я обещаю ей прийти через пять минут, которые трачу на то, чтобы взять себя в руки.
Тот факт, что за мной до сих пор не явилась стража вселяет в меня робкую надежду что всё-таки Арон тут по каким-то своим делам и скоро уедет.
Но, к моему сожалению, вечером я случайно узнаю, что красавчик, как его окрестили служанки, пробудет в замке какое-то время, выполняя поручение короля.
От этой новости мне становится настолько плохо, что я едва удерживаюсь на ногах.
Словно издевательство какое-то…
Следующие два дня нахожусь как на иголках.
Стараюсь без лишней необходимости вообще не передвигаться по замку. Беру на себя самую грязную работу, только бы скрыться с глаз.
Единственное что немного расстраивает это мои вынужденные отказы Велаксе в прогулках по саду, к которым мы обе уже привыкли.
Вероятность встретиться с Ароном на территории замка как могу свожу к минимуму. И каждый день с надеждой жду что вот-вот услышу расстроенные голоса прислуги, обсуждающие отъезд красавчика.
Странно, но мне иногда кажется, что я кожей ощущаю его присутствие рядом. И мне это не нравится.
Мне думать о нём стало неприятно.
И это тоже странно. Ведь ещё совсем недавно я безумно любила этого мужчину, а сейчас даже мысль о том, что мы можем встретиться вызывает у меня приступ тошноты. И дело не в страхе…
До сих пор в груди болит от воспоминаний…
Я не хочу, но та ужасная картинка сама лезет в голову.
И чаще всего по ночам.
Только моя подушка знает сколько слёз было выплакано за эти месяцы. А легче так и не стало…
Страшно вот так разочароваться в мужчине, с которым видела своё будущее…
Беру поднос с ужином для Велаксы и иду в её комнату. Передвигаться стараюсь тихо и максимально незаметно.
Открываю дверь её комнаты и вхожу. Я одна из немногих кому можно сюда входить без стука, чем я пользуюсь крайне редко. Сейчас так делаю просто оттого, что руки заняты.
– Велакса? – тихо зову девушку.
Подхожу к столу и ставлю на него поднос. Верчу головой по сторонам и понимаю, что хозяйка комнаты отсутствует.
Уже собираюсь выйти, когда неожиданно дверь открывается.
– Велакса, а я думаю куда ты подевалась. Я тебе ужин принесла. – говорю я наблюдая за тем как девушка заходит в комнату.
– Спасибо, но что-то аппетита нет совсем.
Улыбаюсь, глядя на неё.
Но буквально в долю секунды что-то меняется. Будто солнце затягивает непроглядной тучей.
По спине ползёт противный холодок, мгновенно заполняя душу ужасом…
Потому что я уже знаю…
Непроизвольно подскакиваю на месте от стука резко открывшейся двери, ударившейся о стену.
Пячусь назад, пока не упираюсь спиной в стену.
Безотрывно смотрю в ледяные бездны почти бывшего мужа и не могу поверить глазам…
Он в ответ смотрит с недоверием. Так будто впервые видит.
Смотрит по-другому, не так как прежде.
А я в его глазах вижу конец своим мечтам вернуться домой…
Никто из нас не нарушает тишины.
Пожалуй, кроме моего сердца, которое стучит слишком громко…
Время словно замедлилось или вовсе остановилось. Весь мир исчез.
Есть только он и я…
– Арон, ты что тут делаешь? – бесконечность спустя, слышу словно издалека голос правителя.
Но мой предатель будто не слышит, продолжает прожигать меня своим темным взглядом.
– Арон? – в голосе короля удивление.
Именно в этот момент Кант приходит в себя.
Часто моргает будто пытается до конца осознать, что я ему не привиделась.
Затем отворачивается и бросает королю:
– Нужно поговорить.
После чего покидает комнату.
– Ты его знаешь? – через какое-то время спрашивает Велакса.
Он ушёл, а его тяжелая аура до сих пор тут.
– Да. – кусаю губы.
Врать нет никакого смысла. Уверенна Кант прямо сейчас рассказывает правителю о том, что я его жена и что он заберёт меня.
– Но… откуда?
Велакса удивлена.
Оно и понятно. Служанка и могущественный дракон…
– Он мой муж. – собственные слова царапают глотку.
– Муж?
Я будто только сейчас отмираю.
– Мне нужно уходить, пока он не вернулся.
Я понимаю, что шансов скрыться у меня практически нет, но и безропотно ждать, когда он явится за мной не собираюсь.
– Куда ты пойдёшь? Давай ты просто успокоишься и скажешь мне, что происходит.
– Ты не понимаешь. Он не должен был меня найти. – паника всё сильнее накрывает меня.
– Рада, ты его боишься? – осторожно спрашивает она.
Раньше бы с уверенностью сказала нет. Но я больше не опираюсь на то, что было раньше.
– Тут тебе нечего опасаться. – как может пытается успокоить меня Велакса.
Усмехаюсь.
– Ты просто его не знаешь. Для Арона нет запретов и преград. Он заберёт меня, если я сейчас же не уйду отсюда.
И даже если я уйду, это не даст никакой гарантии.
– Если он настолько могущественный, что даже сам король обратился к нему за помощью, почему он только сейчас тебя нашёл? Ведь насколько я знаю во дворце ты находишься по меньшей мере несколько месяцев. – задаёт вполне логичный вопрос.
– Мне помогли спрятаться от него. – в подробности вдаваться не хочу. – Велакса, я должна бежать.
– Хочешь, я поговорю с правителем?
Смотрю на неё, взглядом передавая всю благодарность, которую сейчас испытываю, ведь я знаю, что для неё это очень сложный шаг.
Может этот вариант и дал бы мне призрачную надежду, но я не хочу пользоваться расположением Велаксы.
– Нет, ты не понимаешь. Король ничем не сможет помочь. Я жена Арона Канта. Спасибо, Велакса. Я пойду, подумаю, что можно сделать.
– Хорошо. Только прошу тебя ни шагу за пределы дворца, мы обязательно что-нибудь придумаем.
Направляюсь в сторону двери, но меня останавливает громкий стук.
Замираю.
– Войдите. – тихо произносит хозяйка комнаты.
Наблюдаю за тем, как в комнату входит королевская стража.
– Здравствуйте, Велакса. У нас приказ сопроводить Раду Кант в отведённую ей комнату.
Дракон из стражи короля переводит на меня взгляд, и я понимаю, что Арон предусмотрительно отрезал мне возможность для побега.
– Кто отдал такой приказ? – интересуется Велакса не понимая, что, по сути, это уже не имеет никакого значения.
– Правитель.
– Она никуда не пойдёт. – как может пытается защитить меня эта хрупкая девушка.
– Велакса, не надо. Я пойду.
Смотрю на неё и мысленно благодарю за всё понимая, что скорее всего мы видимся последний раз. Отворачиваюсь и иду на выход, проходя мимо стражи.
Драконы тут же разворачиваются и выходят вслед за мной.
Гордо вскидываю голову и чеканю шаг.
А внутри месиво...
Наверное, именно так себя чувствуют, когда идут на казнь…
