Текст книги "Кейн: Абсолютная сила (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 3

Определённо, днём Париж оказался куда красивее и приветливее, чем ночью. Особенно если учесть, что сидел я сейчас в довольно уютном кафе в центре города, а не в том паршивом районе с его притонами.

– Доброе утро, – поприветствовал я двух подошедших людей, отсалютовав им чашкой с кофе в руке.

Они пришли практически одновременно. Сергей Зорин и та самая целительница. Мари… как-то там. Честно говоря её фамилии я не помнил. Ну, то есть, как «я». Её не помнил Влад, а, значит, не знал и я. Но, сейчас это не так уж и важно. Главное, что Коршунов запомнил номер телефона Зорина. В конце-концов именно он являлся главой той группы «товарищей по несчастью», что решили воспользоваться услугами Карно.

Найденный в сумке телефон так и остался валяться там без толку. Как оказалось, устройство было заблокировано и понятия не имел о том, как снять пароль. Зато милая девушка за стойкой в кафе позволила мне воспользоваться их телефоном, что я и сделал.

В итоге сидел и пил кофе, а передо мной стояли эти двое.

– И тебе, Влад, – мрачно произнёс Зорин, отодвигая стул и садясь за стол.

Мари молчала села рядом со своим напарником.

– Хотите чего нибудь? Кофе? Может быть позавтракать? У них здесь обалденная выпечка, – я указал на стол перед собой с парой пустых тарелок.

Даже не соврал, между прочим. Выпечка действительно оказался отличной. Я уже три булочки успел съесть пока ждал их.

Целительница прикусила губу, глядя на еду. Даже хотела что-то сказать, но Зорин её опередил.

– Что тебе нужно?

– Хм… сразу к делу, значит. Одобряю, – я допил кофе и поставив чашку на стол, в упор посмотрен на него. – Может объяснишь, кто тебе заплатил за то, чтобы я не вышел из рейда живым?

Стоило мне только произнести это, как мой собеседник моментально изменился в лице. Мрачная сосредоточенность моментально исчезла. Рассыпалась, сменившись ни чем не прикрытой злостью.

Сидящая рядом с ним девушка резко повернула голову и шокировано уставилась на него.

– Что за чушь ты несёшь? – сквозь зубы выдавил из себя Зорин.

Видел, что он едва сдерживается.

– Сергей, давай вот только без этой ерунды, хорошо? – спокойно попросил я его. – Это ты позвонил мне и предложил это дело…

– Потому, что мы были знакомы! – вспылил он, но я не обратил на это никакого внимания.

– Ага. Виделись пару раз в академии, пока тебя отчислили от туда. Да. Давай не будем. Я не хочу слушать всю эту чушь? Или, хочешь сказать, что в тот момент, когда наши «проводники» воткнули мне кинжал в грудь рядом никого не оказалось чисто случайно?

– Я…

– Да, Сергей. Ты. Именно ты приказал Мари не заниматься моим лечением. Если бы не она, то я бы действительно там и сдох. Кстати! – я посмотрел на целительница, от чего та тут же отвела смущённый взгляд в сторону. – Спасибо тебе за это, Мари. Правда. Без твой помощи меня бы здесь не было.

И ведь ни единым словом не соврал. Если бы не девчонка, то перенестись моему сознания было бы уже некуда.

– Так, что? – спросил я. – Сколько Карно заплатил тебе за то, чтобы всё это выглядело так, будто мне просто не повезло в том разрыве?

Он беситься. Злиться. Прямо по лицу видно. Но, не только это. Забавно, но сейчас он злился не на меня. Даже не из-за того, что я жив. Потому, что молодой мужчина по имени Сергей Зорин сейчас испытывал чувство куда более неприятное, чем злость.

Он испытывал стыд. Удушающее и жгучие чувство стыда. В первую очередь на самого себя.

– Ни сколько, – наконец выдавил он из себя.

Хм. А ведь не врёт.

– В каком смысле?

– Он ничего мне не платил, – выплюнул слова Зорин. – Но, обещал, что спишет мой долг.

– И этот долг стоил моей жизни? – весело усмехнулся, но улыбка быстро пропала, когда Сергей назвал сумму. – Охренеть. Это каким образом ты оказался должен ему такую сумму?

– Не твоё дело, – огрызнулся тот в ответ. – Чего ты хочешь? Отомстить?

Он едва не вскочил со стула, но мне хватило одного взгляда для того, чтобы Зорин прервал этот порыв, вновь опустив свою задницу обратно на стул.

Я покачал головой и отхлебнул ещё кофе из чашки.

– Нет. Никакой мести. Хоть и поступил ты… паршиво. Но именно Мари спасла мою жизнь. И не думай, будто я не почувствовал то, что ты собирался сделать там, в разломе. Почему передумал?

О, да. Как же я обожаю вот это чувство растерянности на лице человека. Он понял о чём я. Понял, что я почувствовал, как он копил силу для удара после короткой схватки в тварями.

– Не твоё дело, – буркнул он. – Передумал и всё.

– Ну, вот поэтому ты ещё жив, – вздохнул я и одним глотком допил кофе.

– Не не на долго, – кисло произнёс Зорин. – Я облажался, а, значит, Карно придёт за долгом. И хрен я его выплачу.

Хмыкнув, взяв лежавшую рядом с моим стулом сумку, и протянул её Сергею. Ему хватило лишь одного взгляда внутрь, чтобы лицо удивлённо вытянулось.

– Это, что ещё за хрень? Влад, что это?

– Деньги. Ваши деньги.

Зорин переглянулся с Мари.

– Какие ещё деньги… я ничего не понимаю.

– И не надо. Ну, или понимай, как хочешь. Те, что наша группа должна была получить по итогам рейда через разрыв, – пояснил я и подозвав проходящего мимо официанта, заказал себе ещё одну чашку кофе. И ещё пару булочек. После потраченной за ночь энергии есть хотелось просто таки безумно. – Я решил, что то, как с нами поступил Карно… не особо справедливо, так что вот.

Кажется, у Зорина дёрнулся глаз. А, нет. Не показалось.

– Как?

Вместо ответа я показал ему вернувшееся на палец кольцо.

– Я о-о-очень вежливо его попросил.

Мне было жаль этих ребят. По-хорошему жаль.

В местных реалиях экономики я разбирался слабо. Да и это область интересов никогда не являлась моей самой сильной чертой. Но с учётом доставшихся мне воспоминаний смог примерно прикинуть лежащую в сумке сумму. Выходило так, что она почти в два раза превосходила то, что нам обещали. Видимо этот ублюдочный французик выгреб всю свою заначку.

И меня нисколько не смущал тот факт, что во время боя Зорин приказал Мари прекратить тратить силы на моё спасение. Или же то, что сам едва не попытался меня убить, подталкиваемый страхом перед долгом. Безисходность я понять могу. Даже принять её, в некотором роде.

На нём висела ответственность за остальную группу. И он просто не мог себе позволить тратить из без того скромные ресурсы единственного целителя в группе для попыток спасти того, кто выйти из рейда не должен был в принципе.

Предал ли он меня? С одной стороны да. С другой же… по какой-то причине ему не хватило то ли смелости, то ли решимости сделать то, что требовалось от него в тот момент. А в итоге я сейчас сидел тут и пил вкусный кофе.

Так что можно сказать, что в каком-то смысле я теперь должен был ему, хотя ни один из нас этого никогда и не признает. Точнее даже не так. Я должен был этой молчаливой и красивой девочке, что тихо сидела рядом с Зориным, бросая на него такие взгляды, что мне становилось не по себе. Сразу видно, что она не приделах. Ну, или, по крайней мере, не знала о его планах относительно меня.

– Коршунов, ты хоть понимаешь, что ты сделал… – тихо произнёс Зорин, всё ещё не веря в происходящее и явно не способный найти подходящих слов.

– Прекрасно понимаю, – кивнул я и поблагодарил официанта, что принёс мне чашку кофе и новое блюдце с булочками. – Я сделал этот мир чуточку чище. Ты и сам прекрасно понимаешь, что вас тупо кинули. Я скажу тебе больше. Эта сволочь вообще не рассчитывала на то, что кто-то из нас вернётся назад, а не только я. Вам платить не собирались изначально. Так что, нет. Мне нисколько не жаль, и я собой доволен. Твой долг перед Карно, к слову, аннулирован.

Когда ребята уходили, а я доедал последнюю булочку, то смотрел им вслед и думал. Что они станут делать дальше? На самом деле хороший вопрос, если так подумать.

А с другой, это уже не моя проблема. Почему я отдал им деньги вместо того, чтобы оставить всю сумму себе? Очень просто. Потому, что считал это в какой-то степени правильным. И потому, что я так решил. И вообще, двойные стандарты. Есть ещё те, кто могут исправиться, а есть те, кого и могила не исправит. Там только закапывать.

Допив остатки горячего напитка, я взял с соседнего стула небольшой рюкзак и закинув его на плечо вышел из кафе на улицу.

Пора вернуться на родину и наконец разобраться с тем, чего же на самом деле хочет от меня Дауд и его сестра.

***

– Дамы и господа. Через двадцать минут наш самолёт свершит посадку в аэропорту столицы…

Дальше я особо не слушал. Перелёт с территории Французской Короны обратно в Империю занял почти три с половиной часа.

И ведь тот хлыщь из больницы не обманул. На моё имя действительно уже забронировали билеты в аэропорту, на местный самолёт. Довольно дешёвые билеты. Эконом класса. Грубо, между прочим. Даже унизительно. Какой никакой, но я по-прежнему оставался аристократом и имел наследственный титул. Ну, вроде бы. С этим дела обстояли как-то сложно.

Впрочем, мне довольно быстро стало понятно почему они так сделали.

А мне хотелось передохнуть, дабы хоть немного разобраться в том, что я имею на руках. Естественно, что сидение в тесных креслах не особо способствовало комфорту. Так что я просто решил воспользоваться частью добытых денег и поменял билет с эконом класса на первый.

За время полёта я воспользовался моментом и решил наконец немного разобраться в ситуации.

Мир, к слову, как и обещал Дауд имел техно-магическое развитие. Не самый редкий случай, но и не самый распространённый. Обычно имелся перекос в одну или в другую сторону. Либо технологии постепенно вытесняют магию, особенно если она слабо развита. Либо же магия вытесняет технологии. Тут же своеобразный симбиоз, где технологический уровень имел довольно приличное развитие, в то время, как способностью к управлению энергией обладал сравнительно небольшой процент людей.

Корпус порой видел подобное. И почти всегда всё происходило по одному и тому же сценарию. Наделённое особенной силой меньшинство возвышалось над более слабым большинством этой силы лишённой.

Владислав Коршунов, как и весь его Род относился именно к ним и имел предрасположенность к элементу молнии. Не самая редкая, но при том достаточно сильная стихийная предрасположенность. Среди Корпуса я встречал парней и девчонок с этой силой. Другое дело, что в основной массе своей Стражи являлись универсалами, способными, как правило, работать с куда большим количеством стихий. Комбинаторика – это как раз про нас.

Здесь же, похоже, ситуация имела обратную сторону. Сколько я не пытался, но в местной мировой сети – интернете, упоминания об полных универсалах найти не смог. Только отдельных личностей, способных контролировать два, три, и очень редко, четыре элемента. Но последних и вовсе были единицы за всю историю, как я понял. И это не считая отдельных и очень редких индивидуальных способностей.

Я же…

Ну, это сложный момент. Да, учитывая мои предыдущие навыки, я спокойно мог использовать практически любую магию. Точнее не так. Я мог взаимодействовать практически с любой энергией и знал, как применить её для своей пользы. Это не значит, что Корпус использовал всё, что только можно. Мы же не идиоты. Манипуляции с такими вещами не проходят бесследно, как для организма, так и для психики. Поэтому существовали определённые правила, через которые Стражи не переступали. Не потому, что боялись преступить Устав Корпуса. Нет. Потому, что даже со всей своей силой хотели оставаться людьми.

Да и существовали у нас свои фишки, которые делали подобные выкиданы попросту ненужными... Эх, Сэра. Я правда по тебе скучаю, но, похоже, придётся подождать до нашего воссоединения. И с остальным моим "зверинцем", тоже.

А раньше, как говориться, уже прошло.

Так что придётся иметь дело с тем, что есть. А, что собственно есть?

Довольно скудный энергетический резерв, находящийся если и не в зачаточном состоянии, то определённо на одной из первых ступеней своего роста. Ещё предрасположенность к одному единственному элементу. Вот и всё. Нет, понятное дело, что собственные навыки и опыт никуда не делись. Но вот тот факт, что я остался без всего остального… удручает. Нет, серьёзно. Обидно, блин!

Ладно, не в первый раз, как говориться.

– Господин, простите, но я должна забрать ваш бокал перед посадкой.

Милая стюардесса остановилась рядом с моим креслом.

Синяя форма обтягивала стройную фигуру, так и притягивая взгляд, а аккуратный макияж, нанесён ровно в том количестве, чтобы подчеркнуть естественную её красоту. Всё это в купе с доброжелательной улыбкой как-то само собой вызвало у меня собственную, вполне искреннюю улыбку, когда я передавал ей тот единственный бокал белого вина, что мне принесли час назад.

Пить алкоголь не хотелось, а вот просто попробовать, чтобы, так сказать, сравнить – почему бы и нет. На вкус очень даже ничего, между прочим.

Отдав бокал, заметил, что на столике рядом с моим креслом оказалась белоснежная салфетка, которой всего пару мгновений назад там не было. Перевернул и посмотрел на написанное ручкой имя и номер телефона.

О, это даже мило. Видимо она заметила родовое кольцо на пальце и решили попытать удачу? Или я чего-то не понимаю?

В любом случае выглядело это како-то слишком прямолинейно. Да и я не собирался задерживаться в Петербурге настолько надолго, чтобы воспользоваться подобным приглашением.

В целом, посадка прошла быстро. Самолёт мягко коснулся посадочной полосы, а я, захватив свой рюкзак, направился на выход.

Как я узнал во время полёта, самолёты являлись далеко не самым быстрым способом перемещения в этом мире. Имелись и другие, более скоростные аппараты, способные совершать короткие прыжки за пределы атмосферы, покрывая расстояния на совсем уж неприличных скоростях. Только вот стоили они просто несуразно дорого и позволить себе их могли лишь самые богатые аристократы, главы местных корпораций и правители государств.

Пока выходил из самолёта, всё ещё думал, с чего же мне начать в столице. Планов имелось много, но пока что все они носили весьма отдалённый характер.

Но, так уж вышло, что дальнейшие события решили за меня. Стоило только мне сделать шаг внутрь здания, как передо мной появился высокий мужчина, одетый в деловой костюм.

В другой ситуации, наверное, я бы не обратил на него внимания, если бы не два десятка едва ли не одинаковых ребят в тёмных костюмах, да ещё и все вооружённые.

И, как будто этого было не достаточно, они ещё и все являлись одарёнными.

– Владислав Коршунов, я полагаю, – поздоровался тот которого я заприметил первым.

Я огляделся по сторонам. Что характерно, люди с которыми я выходил из самолёта тут же поспешили убраться в стороны от нас. При этом эти громилы явно не обращали на них никакого внимания, сосредоточившись на мне любимом.

– Похоже ответ вы знаете и так, – с короткой усмешкой выдал я в ответ, чем вызвал короткое подобие ухмылки на лице мужика.

– Да. Я Михаил Александрович Голотов. Имперская Служба Безопасности. И я вынужден настаивать на том, чтобы вы прошли со мной, ваше благородие.

Однако.

– Я арестован? – утончил я на всякий случай.

– Хороший вопрос, – Голотов усмехнулся и покачал головой. А затем сразу же добавил. – Всё будет зависеть от того, что мы узнаем в процессе нашего разговора.

Признаюсь, я заинтригован. А с какого перепугу меня так встречают? Да ещё и ИСБ! Интересно? Конечно, интересно! Надо бы узнать о происходящем по подробнее.

– Я так понимаю, что отказаться я не смогу.

Голотов кивнул и на его лице появилось что-то вроде извиняющегося выражения.

– Верно понимаете. И я рекомендую не создавать проблем. Вам же в таком случае будет хуже.

А вот это едва не вызвало у меня откровенный смех.

– Да будет вам. Какие проблемы? Где вы, а где я, как говориться. Ладно, Михаил Александрович. Пойдёмте, пообщаемся.

Глава 4

– Да будет вам. Какие проблемы? Где вы, а где я, как говориться. Ладно, Михаил Александрович. Пойдёмте.

ИСБшник тут же махнул рукой. У меня забрали рюкзак и другие личные вещи. Даже мелочь из карманов и ту забрали. А затем почти что под белые ручки вывели из терминала аэропорта и усадили в один из чёрных внедорожников, что стояли на парковке под охраной.

Надо сказать, что вели они себя вот прямо жуть, как вежливо. До того момента, пока мы не вышли наружу. Вместе со мной уселась пара здоровяков, буквально зажав меня двух сторон, как два ломтя через чур толстого хлеба тонкий кусочек колбасы. Не особо комфортно, вынужден признать. Сам же руководитель всего этого действа поехал в другой машине.

Поездка заняла около сорока минут.

Водитель и сидящие со мной громилы оказались столь же приятными собеседниками, как и асфальт, по которому мы ехали. Так что разговора ожидаемо не вышло. Да и не то, чтобы меня особенно тянуло на болтовню. Тут уж скорее любопытство.

С чего это вдруг ИСБ так заинтересовалась практически нищим аристократом родом из Владивостока, чья семья лишилась прежнего влияния, по голову залезла в долги и вряд ли уже сможет когда либо из них выбраться?

А ведь ответ напрашивался сам собой. Жаль только, что тогда, сидя в машине и раздумывая над этой проблемой, не подумал о самой очевидной причине.

Кортеж остановился только тогда, когда въехал на территорию неизвестной мне усадьбы под Питером. Через тонированные стёкла я успел заметить высокие стены, окружавшие это место. Патрули с охраной и даже несколько сторожевых собак. О, а вот и автоматические турели на небольших башенках. Однако. Неплохо тут подходят к вопросу охраны. Очень не плохо.

Когда машина остановилась, громилы вытащили меня из машины. Ну, скорее вежливо попросили покинуть транспорт, правда вежливости там этой было едва ли больше, чем денег сейчас в моих карманах.

После чего так же «вежливо» они провели меня через вход и привели в небольшую комнату. Честно признаюсь, ожидал что-то вроде тюремной камеры. Классические два на два метра, с голыми бетонными стенами и прибитой к стене койкой. А оказалось какое-то подобие рабочего кабинета. Стол. Пара кресел, в одно посадили меня. Второе же, стоявшее за столом напротив, оставалось пустым.

Впрочем, не долго. Мариновали меня минут десять. Не более того. Дверь за спиной открылась и вошёл... да, всё тот же Голотов. Обошёл меня, развалившегося в кресле и лениво смотрящего через окно напротив и сел в кресло по другую сторону стола.

– И так, Владислав, благодарю вас за ожидание.

– Пф-ф-ф, как будто у меня был выбор, – не удержался я.

– Действительно, не было, – так же усмехнулся Голотов, но сделал это одними губами. В глазах его веселье отсутствовало от слова совсем. – От предложений Имперской Службы Безопасности не отказываются. Мы умеем быть убедительны.

– Даже не сомневаюсь, – отозвался я и присмотрел к нему повнимательнее.

На вид лет тридцать семь. Может быть чуть младше. Спокоен и, что важно, силён. Очень силён. Его ауру я чувствовал даже без попытки проникнуть глубже. Она и так ощущалось, как сильное давление.

И, что обидно, сейчас этот мужчина сильнее меня. Значительно сильнее. Я даже из любопытства прикинул, смог бы я справиться с ним прямо сейчас, вдумайся мне дать дёру отсюда.

Разумный вывод подсказал, что вряд ли. Но и про нашу последнюю заварушку, после чего я оказался в этом теле и на этом стуле, он подсказывал тоже самое. А, что в итоге? Мы всё равно победили! Да, дорогой ценой, но оно того стоило.

– И? Чё вам от меня надо?

Михаил нахмурился, а затем улыбнулся.

– Забавно. Обычно другие, кто сидел в этом кресле в этот момент обливались потом, стараясь вспомнить каждый свой смертный грех.

– Что поделать, – пожал я плечами, – мне бояться нечего. Молодой ещё. Грехов не наплодил.

– Любопытная формулировка. А, как насчёт обвинения в измене? – всё с той же лёгкой улыбкой спросил Михаил.

О, как. Любопытно.

– Ну, я бы сказал, что звучит это, как какой-то бред, – спокойно произнёс я, глядя прямо ему в глаза. – А ещё понимаю, будь в этих обвинениях хоть капля правды, я бы сейчас сидел... на куда менее комфортном кресле.

– Скажем так, вы вряд ли даже ходить смогли бы, – поправил меня Голотов.

И снова эта ехидная улыбочка.

Мда-а-а-а. Всё интереснее и интереснее. В своей памяти я не смог найти ничего, что хоть как-то указывало бы на то, что Коршунов или его отец мог быть замешан в чём-то подобном.

С другой стороны...

Влад практически не участвовал в делах Рода. Ну или того, что от него осталось. Коршуновы жили в Владивостоке и руководили крупной транспортной компанией, что занималась перевозками. До того, как состояние их семьи пошатнулось после короткой, войны между двумя Родами, они, по сути, получали прибыль практически со всей торговли, что шла через один из самых важных морских портов Империи.

Сам же Влад большую часть своей жизни провёл в специальной академии для одарённых детей аристократов, куда его направил отец, едва тому только стукнуло одиннадцать. А когда в семнадцать он её закончил и вернулся обратно в гнездо, то отец только собирался приобщить его к делам семьи. К тому, что от них осталось.

А затем, несколько месяцев спустя, Владислав обнаружил своего отца мёртвым в кабинете.

Похоже, что всё не так просто, как я мог подумать вначале.

– Можете объяснить поподробнее? – попросил я.

– А вы взамен, расскажите мне что в вашем рюкзаке делают сорок тысяч франков и то, для чего вы пересекли границу Франции неделю назад? – предположил ИСБшник.

Ну, здесь скрывать нечего.

– Деньги я нашёл, – не моргнув глазом солгал я ему, – а на территорию Короны я отправился для того, чтобы принять участие в рейде через разрыв.

Что толку врать. По этому мужику видно, что такой ерундой его вокруг пальца не обведёшь. Словно доказывая мои мысли, он тут же подтвердил мои словам.

– В несанкционированном рейде, – поправил меня Голотов и на мгновение отвлёкся для того, чтобы что-то записать в лежащем на краю стола блокноте.

– Если вы и сами всё знаете, то зачем спрашивали?

– А зачем молодому человеку, что ни единого раза не ходил на ту сторону аномалий, подписался на столь... рискованное предприятие? – вместо ответа спросил он. – Насколько я знаю, вы не проходили квалификацию и обучение для участия в рейдах.

– Я быстро учусь.

Голотов хмыкнул, но ничего не сказал.

Честно, этот разговор начал меня немного раздражать. Ещё и потому, что в столице я задерживается не собирался. Мой путь лежал на восток, во Владивосток. И билеты на самолёт, гадство такое, уже были куплены. Только вот судя по всему, этот рейс я пропущу. Обидно, блин...

– Михаил Александрович, давайте не будем тратить время, а? Уверен, что у вас и без меня дел хватает. Для чего я вам нужен? Если бы вы хотели меня арестовать, то, как сами бы выразились, я бы сейчас сидел в куда менее комфортной обстановке. Вы сами так сказали. А вместо этого, я сейчас тут. Разговариваю с вами и трачу ваше и своё время. Так, что вам от меня надо?

В лоб? Да, в лоб. Потому, что не люблю я вот этого хождения вокруг да около.

Голотов внимательно посмотрел на меня. Хмыкнул каким-то своим мыслям, после чего достал из ящика стола папку и положил её передо мной.

– Скажите мне, Владислав, что вам известно об этих компаниях?

Я посмотрел на Голотова. Затем на папку. Затем снова на него. И? Чего он от меня ждёт?

Только вот ИСБшник молчал, держа паузу.

Мысленно выругавшись, я взял папку в руки и сделал вид, что читаю. Почему так? Да потому, что я не имел ни малейшего понятия, о том, что вообще тут написано. Заметил только пару названий, написанных явно на японском языке. Ещё несколько на китайском и итальянском. Но не более того.

– Ничего, – често сказал я ему, пробежав глазами по бумагам. – А должен?

– Это вы мне скажите. В конце концов, именно эти японские компании виноваты в том, что ваша семья влезла в огромные долги...

Так, а вот это уже интереснее...

– И в том, – продолжил Голотов, – что через порты Владивостока, в то время, когда они находились в руках вашей семьи, шло огромное количество контрабанды и запрещённых к импорту и экспорту товаров. В том числе и оружия, которое производилось в Империи.

Я с искренним удивлением посмотрен на него.

– Первый раз об этом слышу, – тут мне даже врать не пришлось.

– Уверены?

– На все сто процентов.

– Хм... Как интересно. Знаете, что я вижу, Владислав?

– Сами мне скажите.

– Мы уже давно следим за Владивостоком. У нас, как вы знаете, в последнее время довольно напряжённые отношения с Японией. Особенно после конфликта на Сахалине. Да и восток Империи слишком долго варился в собственном соку. Мне кажется, что одна семья, в попытке вернуть потерянное благосостояние начала заниматься контрабандой. И, вот ведь, какое совпадение. Этот род, я пока не буду тыкать пальцем, давно владел обширными связями в торговле, да и к тому же ещё и имел значительную долю в портах Владивостока. Ну, как? Никто на ум не приходит?

Хм-м-м...

Я откинулся на кресло, пытаясь что-то сообразить. К сожалению, выходило плохо. Из-за учёбы в академии, Влад практически не участвовал в деловой жизни семьи. Да и отец явно не торопился посвящать его в них после возвращения. А если и собирался, то всё равно не успел.

Но кое что в «своих» воспоминаниях я найти смог. Однажды, через месяц или около того, после возвращения Влада из академии, к ним в усадьбу приезжали несколько японцев. По крайней мере именно так их запомнил сам Влад. Они встретились с отцом в его кабинете, после чего уехали, а глава Рода Коршунов весь вечер ходил мрачным, как туча.

Выходит, что в последних проблемах Коршунов виноваты японцы? Так что ли? Или же нет?

Честно говоря, понятия не имею. Но выяснить это я собираюсь. Для моих целей потребуется помощь.

Видимо пока я размышлял, что-то отразилось на моём лице, раз Голотов вдруг улыбнулся ещё сильнее.

– О чём думаете, Владислав?

– О том, что это абсолютно не ваше дело, Михаил Александрович, – в тон ему отозвался я. – Вы, к слову, так и не ответили на мой вопрос. Я арестован?

– Нет, пока ещё нет.

– Тогда, с вашего позволения, я буду очень благодарен, если вы вернёте мне мои вещи, деньги и доставите обратно в аэропорт. Мне ещё домой лететь.

– Не уж-то собираетесь вернуться обратно во Владивосток, – удивился он.

Как будто он этого не знает.

– Верно.

– С учётом всех ваших проблем?

– Там, где одни видят проблемы, Михаил Александрович, я вижу возможности, – я поднялся со стула, ожидая, что в этот самый момент сюда могли ворваться те самые мордовороты, что сопровождали меня во время поездки.

Боялся ли я их? Да нет. Не особо. Сейчас выиграть в равном бою я , наверное, не смогу. А вот сбежать я сумею. Это уж точно. Ну, по крайней мере мне хотелось в это верить. Другое дело, что я очень хорошо понимал, чего именно добивался этот хмырь, Голотов. И если я не ошибаюсь, то сейчас он...

– Что же, думаю, что в этот раз мы и правда можем попрощаться, – с напускной доброжелательностью произнёс он, а затем указал пальцем на раскрытую папку. – Вы бы взяли её с собой, что ли. Перелёт до Владивостока не быстрый. Вдруг почитать захочется?

Ну, конечно же. Как я и думал.

– Уверен, чтиво занимательное, – с точно такой же фальшивой улыбкой посмотрел я на него.

– О, вы даже не представляете на сколько. В особенности двадцать седьмая страница.

Хмыкнув, я поддел пальцем лежащие на столе бумаги и открыл ту самую, двадцать седьмую страницу.

Там оказалась фотография, дополняющая короткую справочную заметку. Высокая и стройная блондинка, с длинными, цвета платины волосами, вздёрнутым аккуратным носиком и ярко зелёными глазами.

– А это...

– Мой номер есть в этой папке, – пояснил Голотов. – Позвоните, если вдруг встретите её.

– И с чего вы так уверены, что я её встречу? – не удержался я от вопроса.

Только вот ответа не получил.

– Я очень настоятельно рекомендую вам позвонить, Владислав. Уверен, что в противном случае последствия вам не понравятся, – вместо этого произнёс он и из его голоса пропал любой намёк на показное веселье.

Пару секунд я стоял, размышляя, что ответить, а затем просто закрыл папку, забрал её со стола и направился на выход.

***

– Ваше сиятельство, простите меня за вопрос, но стоит ли его отпускать? – спросил подошедший к Михаилу мужчина. – Вы же прекрасно знаете, что его отец работал с японцами. У нас на руках доказательств столько, что мы могли бы закопать то, что осталось от их рода.

Граф Михаил Александрович Голотов, начальник Второго Специального отдела ИСБ, только покачал головой.

– А какой смысл, Володя, – сказал он, глядя на то, как молодой Коршунов забрался в машину. – Сейчас нам от этого не будет никакого толка. Так, разве что репортёры, да новостные сводки взбудоражим на недельку и не более. Да и оставленное его отцом предсмертное письмо убирает пацана из под удара.

– Ну, мы как минимум могли бы лишить его титула, – предложил личный помощник графа. – То чем занимался его отец уже достаточно веская причина.

Будучи простолюдином, Владимир поднялся с самых низов, попав в Имперскую Безопасность и смог стать первым доверенным лицом одного из самых влиятельных людей в Империи.

Естественно, что мало кто об этом знал. Голотовы не особенно распространялись насчёт своих... активов.

А ещё Владимир очень недолюбливал наглых и борзых аристократов, считающих, что титул делал их неприкосновенными. Сколько таких, считающих будто закон им не писан, потом буквально сопли пускали, едва только ИСБ начинала стучаться в их двери.

– А, зачем? – задумчиво спросил Михаил, наблюдая за тем, как машина выехала за пределы его собственной усадьбы. – Только лишняя морока. У Коршуновых ни осталось практически ничего. Меня куда больше волнует те с кем работал его отец. А презумпцию невиновности у нас вроде ещё не отменили.

– Да, Ваше Сиятельство, – с разочарованием согалсился Владимир. – К сожалению, не отменили.

С другой стороны, он сейчас полностью признавал правоту своего господина. Ведь в конечном итоге их интересовала куда более крупная рыбёшка нежели этот пацан.

И следующие слова Графа Голотова полностью подтвердили это.

– Володя, пусти слух по нашим каналам во Владивостоке о том, что пацан возвращается домой. Посмотрим, кто на него клюнет.

Михаил улыбался, глядя на то, как машины покинули территорию его усадьбы, увозя внутри одной из них надетую на крючок приманку. Осталось только закинуть удочку.

А рыбачить граф любил.

***

Мд-а-а. Конечно так себе разговор вышел.

Нет, конечно же я понимал, что этот хлыщь собирается использовать меня в каких-то своих целях. Даже примерно представлял, в каких именно.

Только вот позволять подобного я не собирался.

От одной только мысли о том, что кто-то решил использовать меня в своих играх, появлялось стойкое желание съездить этому самому человеку по морде. Просто и такое доброе. Чтобы потом любое желание отпало.