Текст книги "Сводные в академии Арканума (СИ)"

Автор книги: Ная Герман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Глава 7. Долг

Я ненавидела ночные дежурства.

Особенно после экзамена, когда все тело горело от усталости, а глаза слипались сами собой. Но правила есть правила – раз в месяц каждый старшекурсник обязан был проверять коридоры Академии после отбоя.

И сегодня была моя очередь.

Фонарь в руке отбрасывал неровные тени на стены, пока я медленно шла по пустым коридорам. Третий этаж, кабинеты практической магии... Дверь в один из них оказалась приоткрыта.

Нарушитель.

Я вошла, подняв фонарь выше.

– Здесь кто-то есть?

Ответом мне стал резкий щелчок – дверь захлопнулась за моей спиной. Я обернулась и увидела в лунном свете его.

Казимир.

Его пальцы только что закончили рисовать в воздухе магическую печать. Теперь дверь была заперта. И это, как и то, как быстро здесь оказался Казимир, до жути нервировало. И самую капельку пугало.

– Что ты здесь делаешь? – мой голос прозвучал резче, чем я планировала, – Комендантский час в силе. Он ухмыльнулся, делая шаг вперед.

– А ты, значит, теперь еще и следишь за порядком? – его голос был низким, обволакивающим. – Как мило. Я сжала фонарь крепче. И отступила.

– Уйди, Казимир.

– А если нет? – он приблизился еще на шаг. – Вызовешь охрану? Пожалуешься куратору?

Его пальцы скользнули по моей руке, отбирая фонарь. Он поставил его на стол, оставив нас в полумраке, освещенных только лунным светом из окна.

– В прошлый раз я не получил всего, что хотел, – прошептал он, и его дыхание обожгло мою шею. Я попыталась отстраниться, но он уже прижал меня к столу.

– Ты использовала ту книгу. Сдала экзамен лучше всех. – Его губы коснулись моей ключицы в вырезе рубашки. – Разве это не значит, что ты мне должна?

– Это... это нечестно... – выдохнула я, теряясь от острых ощущений.

– А кто говорил, что я играю честно?

Его руки скользнули под мою мантию, срывая застежки.

Пальцы обжигали кожу, медленно исследуя каждую кривую, каждый изгиб. Он целовал мою шею, оставляя влажные, горячие следы, которые заставляли меня дрожать.

– Казимир... – мой голос звучал чужим, прерывистым.

– Тише, – он прижал палец к моим губам. – Сегодня ты платишь по долгам.

Его губы снова нашли мои, целуя жестко, требовательно. Я пыталась сопротивляться, но мое тело предательски отвечало на каждое прикосновение. Он срывал с меня одежду медленно, словно разворачивая подарок.

Когда с меня слетел лиф и отлетел в сторону, оставляя полностью обнаженной по пояс, Казимир остановился. Отстранился немного и медленным, чувственным взглядом окинул меня с головы до ног.

На мне остались лишь чулки и тонкие, кружевные трусики.

Вновь шагнув ко мне, он приобнял меня за талию, а после склонился к моей груди, согревая ее своим горячим дыханием.

Когда его губы обхватили сосок, я, не выдержав, хрипло выдохнула и вцепилась пальцами в широкие плечи.

Казимир почти сразу же выпустил его изо рта, проведя напоследок языком, и взял в рот другое полушарие груди, принявшись его посасывать.

От этих ласк я окончательно поплыла, переставая соображать, где я, с кем я и что я вообще творю.

Губы Казимира от груди скользнули вниз по животу. Он опустился на колени, прижимаясь губами к коже в том самом месте, где начинался край трусиков.

Я хрипло выдохнула. И в следующее мгновение Казимир резко стянул с меня кружевной лоскуток ткани, попутно впиваясь зубами в нежную кожу бедра.

Трусики отлетели в сторону. И Казимир поднялся, стягивая с себя пиджак и бросая его на стол.

Его длинные, красивые пальцы быстро пробежались по пуговицам белоснежной рубашки, открывая вид на поджарый торс.

И когда рубашка отлетела в сторону, Казимир поднял на меня свой горячий в полумраке взгляд. И, не отводя от меня глаз, взялся за свой ремень, медленно его расстегивая.

Сглотнув, я ощутила, как между ног все сжалось, а по всему телу прошлась дрожь предвкушения.

Щелкнула пряжка ремня, медленно съехала вниз молния. А в следующее мгновение Казимир подхватил меня на руки и посадил на столешницу, прямо на свой пиджак.

– Ты уверена, что хочешь этого? – он внезапно остановился, его глаза были темными, почти черными в полумраке. Я не ответила. Просто потянулась к нему, целуя в ответ.

Это было все, что ему нужно.

Боль была острой, но краткой. Потом только движение, жар, его руки, держащие мои бедра, мои ноги, обвившие его талию.

Он шептал что-то на ухо – гадости, комплименты, я уже не понимала. Только чувствовала, как внутри меня все сжимается, разжимается, пока волны удовольствия не накрыли с головой.

Но он не остановился.

Перевернул меня, заставив встать на колени. Вошел снова, глубже, жестче. Его пальцы впились в мои бедра, его дыхание было горячим на спине. Второй раз я кончила тихо, подавив стон в ладонях.

Когда все закончилось, мы лежали на полу, тяжело дыша. Его рука лежала на моем животе, пальцы рисовали бессмысленные узоры.

Через четверть часа он поднялся, оделся, не говоря ни слова. И только у двери остановился, достав из сумки ту самую книгу.

– Возьми.

Я уставилась на нее.

– Но... она же в единственном экземпляре...

– Это копия. Семейная реликвия. – Он усмехнулся. – Отец прислал по моей просьбе.

– Зачем?

– Чтобы тебе больше не пришлось воевать за книги в библиотеке.

Он вышел, оставив меня голой, перепачканной, с книгой в руках и миллионом вопросов, на которые не было ответов. Но один был очевиден.

Я влипла. По-настоящему.

Глава 8. Ревность

После той ночи в кабинете Казимир исчез из моего поля зрения.

Не то чтобы я искала встреч – напротив, я вздохнула с облегчением, когда перестала ловить на себе его тяжелый взгляд в коридорах. Но странное дело... без его колкостей, без этих вечных стычек, академия вдруг стала слишком тихой. Слишком пресной.

Я ловила себя на том, что ищу в толпе его высокую фигуру, прислушиваюсь к знакомому голосу. И злилась на себя за это.

Практика должна была отвлечь меня. Нас отправили в старый магический комплекс на окраине леса – живописное место с полуразрушенными башнями и заросшими двориками. Идеально для отработки заклинаний на открытой местности.

Я как раз записывала наблюдения в журнал, когда ко мне подошел Марк – тихий паренек с нашего потока. Раньше я его почти не замечала.

И уж точно не ожидала того, что он неожиданно со мной заговорит.

– Неплохо здесь, правда? – застенчиво улыбнулся он. Я в ответ лишь кивнула.

Марк замялся. Качнулся с пятки на носок, засунув руки в карманы, смущенно посмотрел на меня и вдруг произнес:

– Агата, ты вечером свободна? Хотел предложить прогуляться. Говорят, тут в лесу есть озеро. Я уже открыла рот, чтобы ответить, как вдруг почувствовала его.

Обернувшись, быстро нашла его взглядом.

Казимир стоял в нескольких шагах, окруженный своей свитой. Он не смотрел в нашу сторону, но его лицо... Было будто высечено из камня. Напряженное. Опасное.

Он сжимал кулаки, и я вдруг отчетливо представила, как он бьет Марка. Просто так. Потому что может.

– Да, – быстро ответила я, отводя взгляд. – Прогулка звучит отлично.

Марк улыбнулся, договорился о времени и ушел. А я так и не решилась взглянуть на Казимира снова.

Вечером куратор задержал меня с поручением – найти старые карты местности в подсобке. Я копалаcь в пыльных шкафах, надеясь успеть закончить поскорее, чтобы не опоздать на встречу с Марком, когда дверь с грохотом распахнулась.

Он.

Казимир ворвался внутрь, захлопнул дверь и врезал в нее магический замок. Я даже пикнуть не успела – его руки впились в мои плечи, губы грубо прижались к моим.

Это не был поцелуй. Это было наказание.

– Ты думала, я позволю ему тебя трогать? – он прошипел между поцелуями, срывая с меня куртку.

Я хотела ответить, но он прикусил мою губу, заставив вскрикнуть. Его пальцы рвали пуговицы на блузке, срывали пояс юбки.

– Казимир...

– Молчи.

Он развернул меня спиной, прижал к стеллажу. Одной рукой схватил за волосы, другой расстегнул свои джинсы. Я услышала, как он освобождает себя, почувствовала горячую кожу его члена у себя между ягодиц.

– Ты моя, – он прошипел на ухо и вошел.

Резко. Глубоко. Без прелюдий, без подготовки. Я вскрикнула, но он уже двигался внутри меня, одной рукой сжимая грудь, с которой стащил лиф, другой прижимая мой таз к себе.

– Вот так... – его голос был хриплым. – Ты любишь это, да?

Я не отвечала, но мое тело предательски выгибалось ему навстречу. Он чувствовал это – его движения стали еще жестче, еще глубже.

– Скажи, что ты моя.

– Нет...

Он засмеялся и ударил бедрами сильнее.

– Врешь.

Я кончила неожиданно, с тихим стоном, вжимаясь в стеллаж. Казимир не остановился – он продолжал двигаться, пока его пальцы не впились в мои бедра, и он не замер, изливаясь внутрь.

Мы стояли так несколько секунд, тяжело дыша. Потом он развернул меня, поднял и бросил на старый стол.

– Теперь по-нормальному, – прошептал он и опустился передо мной на колени.

Его язык заставил меня забыть собственное имя. А когда он снова вошел – уже медленно, глядя в глаза – я обвила его ногами, позволяя ему занять меня всю.

На этот раз он не торопился. Целовал, пока двигался, сжимал мои груди, заставлял стонать. А когда мы кончили вместе, он прижал губы к моему плечу, оставив след.

Метку.

Потом встал, оделся и ушел, не оглядываясь.

А я лежала на столе, дрожащая, разгоряченная, с одной единственной мыслью:

Он прав. Я его. До самого конца.

Глава 9. Тише

День выдался долгим и насыщенным. Здесь, на время практики, нас поселили в комнаты по трое. И мне было непривычно делить личное пространство с кем-либо еще.

Но усталость давала о себе знать.

Я едва успела закрыть глаза, когда дверь скрипнула.

Сердце бешено заколотилось, когда холодные пальцы коснулись моего плеча. Я резко перевернулась – и увидела его.

Казимир.

В темноте его глаза блестели, как у хищника. Он прижал палец к губам, затем бесшумно скользнул под мое одеяло.

– Шшш... – его горячее дыхание обожгло ухо.

Я хотела протестовать, но его ладонь плотно закрыла мне рот.

– Ты думала, я закончил с тобой? – прошептал он, задирая мою сорочку.

Холодный воздух коснулся обнаженной кожи, но тут же его заменили горячие ладони. Он сжимал мою грудь, играл с сосками, пока они не затвердели. Потом наклонился и взял один в рот.

Я зажмурилась, кусая губу. Его язык кружил вокруг соска, зубы слегка покусывали. И волны удовольствия разливались по всему моему телу.

– Тише, – предупредил он, переходя ко второй груди. Одна из моих соседок во сне перевернулась. Мы замерли.

Казимир ухмыльнулся и сполз ниже. Его пальцы зацепили резинку моих трусиков и медленно стянули их.

– Нет... – я прошептала, но он уже раздвинул мои ноги.

Первое же прикосновение его языка заставило меня выгнуться.

Он лизал медленно, чувственно, словно пробуя на вкус. Потом сосредоточился на клиторе, заставляя меня вцепляться в простыни.

Я застонала – и он тут же прижал ладонь к моим губам.

– Я сказал, тише, – прошипел он и продолжил.

Его язык творил безумные вещи – то нежно кружил, то резко вонзался внутрь. Я задыхалась, пытаясь сдержать стоны. Когда он наконец поднялся, я уже дрожала от перевозбуждения.

Но Казимир просто лег рядом, ухмыляясь.

Нет уж.

Я резко перевернулась и сползла под одеяло.

Игриво огладила пальцами ширинку. Его член был уже твердым. Я расстегнула его брюки, освободила и, немедля, взяла в рот.

– Черт... – он едва слышно выругался.

Я облизывала головку, проводила языком по венам, потом медленно погрузилась глубже.

– Агата... – он схватил меня за волосы. Но я не останавливалась.

Он начал двигать бедрами, глубже входя в мой рот. Его дыхание стало прерывистым.

– Я... сейчас...

Он кончил мне в рот с подавленным стоном.

Когда я поднялась, он резко притянул меня к себе и впился в губы поцелуем.

Его пальцы скользнули между моих ног, раздвигая складки и вбирая влагу. Большой палец лег на мой клитор, а указательный скользнул ниже, медленно входя внутрь.

Я впилась зубами в одеяло, чтобы не застонать.

А Казимир, широко ухмыльнувшись, лишь усилил напор, одновременно делая поступательные движения и поглаживая меня. Всего минута мне понадобилась на то, чтобы с тихим вскриком кончить.

А Казимир, огладив складочки напоследок, убрал руку.

– Мы чуть не попались, – прошептал он, облизывая мою нижнюю губу. За окном запел соловей.

А где-то совсем рядом мирно посапывали мои соседки, даже не подозревая, что происходило в их комнате. Казимир ушел так же тихо, как и появился.

А я осталась лежать с бешено колотящимся сердцем и мыслью:

Это опасно. Это безумно. И я хочу еще.

Глава 10. Запретная башня

Академия после практики казалась слишком тесной.

Мы с Казимиром научились находить друг друга в толпе без слов – взгляд, жест, и вот уже наши тела тянутся навстречу, как магниты.

Но сегодня он шепнул мне на ухо всего три слова:

– Запретная башня. Полдень. И я, конечно, пришла.

Солнце падало сквозь пыльные окна, рисуя золотые полосы на каменном полу. Казимир ждал меня, прислонившись к стене, с той самой ухмылкой, от которой подкашивались колени.

– Опоздала на три минуты, – проворчал он, но в глазах читалось одобрение.

– Ты считал? – я приподняла бровь, подходя ближе.

Он не ответил. Просто схватил меня за подбородок и притянул к себе.

Его поцелуй был голодным, властным. Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как под мантиями уже твердеет его член.

– На колени, – приказал он, отрываясь от моих губ.

Я опустилась перед ним, не сводя глаз с его лица. Мои пальцы дрожали, расстегивая ширинку.

– Погоди, сейчас... – Казимир резко сбросил с себя пиджак и бросил его на пол. – Встань на него.

Я послушалась, чувствуя мягкую ткань под босыми ногами. Потом снова взяла его член в руку, нежно сжала, провела языком по головке.

– Ммм... – он закинул голову назад, но тут же опустил взгляд на меня. – Смотри на меня. Я подчинилась.

Мои губы медленно обхватили его, язык скользил по напряженному стволу. Я сосала его томно, соблазнительно, наслаждаясь тем, как лицо Казимира искажается от удовольствия.

– Черт... Агата... – он прошипел, впиваясь пальцами в мои волосы.

Я ускорилась, чувствуя, как он напрягается. Но Казимир внезапно вырвался член из моего рта и поднял меня на ноги.

– Хватит, – прохрипел он. – Иначе кончу слишком быстро.

Следующее мгновение – и он уже толкнул меня к окну, разворачивая спиной к себе и надавливая на поясницу так, что мне пришлось выгнуться и упереться руками в подоконник.

– Не двигайся, – последовал отрывистый приказ.

Его пальцы задирают мою юбку, стягивают трусики до щиколоток и оставляют их болтаться там. Блузка расстегнута одним рывком. Пуговицы полетели по камену полу с тихим звоном, на который никто из нас не обратил внимания.

Лифчик тут же был сдвинут вниз, обнажая грудь.

– Казимир... – я застонала, чувствуя, как его ладони сжимают мои соски.

– Ты уже вся мокрая, – он провел пальцем между моих ног, и я вздрогнула. Потом – один резкий толчок, и он вошел в меня полностью.

– Боже... – я выгнула спину, чувствуя, как он заполняет меня до предела.

Он начал двигаться медленно, почти лениво, но каждый толчок заставлял меня стонать. Его руки не знали покоя – то сжимали грудь, то шлепали по заднице, то цеплялись за мои бедра, притягивая глубже.

– Ты так туго обхватываешь меня... – он прошептал на ухо, покусывая мочку. Я могла только мычать в ответ, теряя рассудок от удовольствия.

Он ускорился, его дыхание стало прерывистым.

– Я... Агата...

Мы кончили почти одновременно. Он со стоном впился в мою шею зубами. Я вскрикнула. И Казимир тут же заглушил мой крик поцелуем.

Мы стояли так несколько минут, тяжело дыша.

– Нам нужно идти, – наконец сказал он, вынимая из меня член.

Но перед тем, как уйти, Казимир повернул меня к себе и поцеловал так нежно, что у меня перехватило дыхание.

– До вечера, – прошептал он.

И исчез в полумраке башни, оставив меня одну – растрепанную, довольную, с дрожащими ногами и одной мыслью:

Я пропала.

Теперь уже окончательно и бесповоротно.

Глава 11. Официально

Шумный коридор после лекции кишел студентами. Я пробиралась сквозь толпу, уткнувшись носом в конспекты, когда услышала знакомый голос:

– Эй, Шарп!

Я узнала этот наглый тон – один из прихвостней Казимира. Голова автоматически опустилась еще ниже.

Просто пройти. Просто не реагировать.

Но внезапно передо мной возникла чья-то грудь, облаченная в белую рубашку и распахнутую черную мантию. Я чуть не врезалась в нее носом.

– Простите... – начала я, поднимая глаза.

Казимир.

Его серые глаза смотрели на меня с непривычной мягкостью. В коридоре внезапно стало тихо. Прежде чем я успела что-то сказать, его ладони обхватили мое лицо.

И он поцеловал меня.

На глазах у всей академии.

– Что... – я попыталась отстраниться, когда он отпустил мои губы, но он лишь притянул меня ближе.

– Теперь мы официально вместе, – объявил он так громко, чтобы слышали все. Коридор взорвался возмущенными возгласами.

– Ты с ума сошел? – прошептала я, чувствуя, как горит лицо.

Он лишь ухмыльнулся и, не отпуская моей руки, повел меня прочь – под взглядами ошарашенных студентов.

***

Вечером он привел меня в свою комнату.

– Ты совсем спятил, – пробормотала я, пока он запирал дверь.

– Да, – согласился он, поворачиваясь ко мне. – И ты тоже.

Его пальцы медленно расстегивали мою блузку. Каждое прикосновение обжигало.

– За что? – я задрожала, когда его губы коснулись ключицы.

– За то, что терпела меня все это время.

Он уложил меня на кровать, снимая с меня одежду с непривычной нежностью. Потом достал галстук.

– Руки вверх.

Я послушалась.

Шелковая ткань обвила мои запястья, привязав их к изголовью.

– Теперь ты вся моя, – прошептал он, опускаясь между моих ног.

Его язык творил безумные вещи – медленные, мученически сладкие круги, от которых я выгибалась, дергая руками.

– Казимир... пожалуйста...

Он поднялся, входя в меня одним плавным движением.

– Смотри на меня, – приказал он, начиная двигаться.

Я не могла оторвать глаз от его лица – от того, как он наслаждался каждым моим стоном. Когда я была на грани, он вдруг остановился, развязал галстук и перевернул меня на живот.

– Подними бедра, – прошептал он, подкладывая подушку.

Его член снова вошел в меня, теперь глубже, сильнее. Его руки сжимали мои бедра, пальцы впивались в кожу.

– Ты... так... тугая... – он стонал, ускоряясь.

Мы кончили почти одновременно – он с рычанием впился зубами в мое плечо, я – с криком, который он тут же заглушил поцелуем.

***

Позже мы лежали, обнявшись, его пальцы лениво перебирали мои волосы.

– При следующей поездке домой скажем родителям, – внезапно произнес он. Я подняла голову:

– О чем?

– О том, что мы женимся.

– Что?!

Он усмехнулся:

– Отец давно намекал.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но он перекрыл вопрос поцелуем. И я поняла – сопротивляться бесполезно.

Я всегда была его. С самого начала.

Конец