Текст книги "О, Боже! Какие мужчины! Трилогия (СИ)"

Автор книги: Наталья Яблочкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 52 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]

– Без ритуальных одежд? – в комнате ощутимо похолодало от того, каким тоном был задан вопрос.

– Да, легко одета была. Загорала, – вздёрнула подбородок, не желая признавать вины там, где её не было.

– Легко – это как? – уточнил Морок, прекрасно помнит, наверное, как я иногда вырядиться могу, когда провоцирую.

– Мы о делах будем говорить или о моих нарядах? – нахмурилась, не собираясь выдавать всех подробностей своего знакомства с Учителем.

– Ева, – тихо-тихо, с намёком на порку, произнёс первый урмыт. – Что ты скрываешь?

– Там Яр в заключении, – попыталась перевести тему во второй раз и поднялась с ложа, благо руки мои из захвата Морок выпустил. – А мы тут о какой-то ерунде разговариваем, – буркнула недовольно и отвернулась, чтобы не замечать тяжёлого взгляда, которым гипнотизировал меня мужчина.

Подошла к пульту, понажимала кнопки, сменила мир и почувствовала, как крепко обвились руки урмыта вокруг моей талии.

– Почему так сложно ответить на мой вопрос? – судя по всему, первый урмыт напрочь забыл обо всём, что на Совете было, и обо всех наших проблемах и вознамерился всеми возможными способами выяснить отношения.

– Морок! – протянула возмущённо.

– А ему ты какое имя дашь? – ревниво спросил мужчина, торопливо избавляя меня от одежды, и не давая возможности повернуться.

– Морок номер два, – не удержалась, съязвила.

И поняла, что это был неверный порыв, потому что разозлившийся первый урмыт впился жёстким поцелуем мне в шею и переместил руки на мою грудь, крепко и довольно болезненно её сжимая.

– Ты делаешь мне больно! – выдохнула возмущённо, пытаясь вывернуться из крепких объятий.

– Ответь! – потребовал он яростно.

– Зачем тебе это знать? – задохнулась, когда почувствовала, что мужчина задирает одежду на мне, забыв напрочь о том, что она от одного прикосновения и нужного пожелания просто исчезнет.

– Я хочу понимать, почему он снова попросился в урмыты, Ева, – и проник рукой между моих ног, оттягивая плавки купальника.

– Ты ещё скажи, что это была любовь с первого взгляда, – попыталась возмутиться произволом и сжала колени.

Только поздно было, пальцы Морока уже хозяйничали между ножек, поглаживая и надавливая.

– Ева, – с угрозой выдохнул мне на ухо мужчина. – Просто ответь.

– Обнажённая я была… Почти-и-и… – застонала, не выдержав остроты ощущений.

– Почему? – в голосе мужчины проскользнула ярость, и он вспомнил о том, что одежду снять очень просто.

Лишилась ритуального одеяния в короткие сроки, и развернуться лицом к мучителю мне так и не дали. Мужчина подтолкнул меня в спину, заставляя нагнуться и опереться руками о стену. Живо всплыли воспоминания о том, как он вот так вот когда-то уже надо мной издевался. Решил повторить экзекуцию, сволочь?

– Почему, Ева? – вкрадчиво спросил первый урмыт, снова приступив к ласкам, но, теперь не ограничиваясь развилкой между ног.

– Чт-т-то п-п-почему-у-у? – выдавила из себя с трудом, полностью уйдя в те ощущения, что дарили руки Морока.

– Почему получилось так, что ты была обнажённой? – для тугодумки меня повторил мужчина.

– Ты ещё паранджу на меня надень, – сглотнула несколько раз, немного отошла от тумана возбуждения и смогла почти спокойно ответить. – Загорала я-я-я… – последнее слово протянула, урмыт нырнул пальцем во влажную глубину. – О-о-о… Ты сади-и-ист, – захныкала от того, что ласка прекратилась.

– Голая? – процедил вопрос сквозь зубы Морок, и теперь уже двумя пальцами проник вглубь моего тела.

– И что? – попыталась повернуться к нему лицом.

– Тебе понравилось, как он на тебя смотрел, да? – зло прошептал мужчина и склонился надо мной, чтобы укусить в шею.

Вскрикнула, эта игра на грани боли хоть и заводила, но и нагоняла страху.

– Ты меня пугаешь, – прошептала, чувствуя, как сердце ухнуло куда-то вниз.

– Ответь! – потребовал мужчина.

– Морок, – выдала возмущённо, всё ещё шёпотом. – Он ничего толком не успел увидеть. Яр сразу же отключился, как заметил, что я… Прекращай ревновать и дай мне повернуться.

– Ты его хочешь, да? – с горечью спросил мужчина, отодвигаясь и убирая руки, давая мне пространство для манёвра.

– Откуда такие выводы? – начала сердиться, и возбуждение стало спадать, уступая место раздражению. – Ты понимаешь, что всё получилось случайно? И что там хотеть? Зарвавшегося мужика, который спит и видит, как наш дом под каток Совета кинуть во имя своих амбиций? Пропусти, – вознамерилась уйти в душевую, подумать и остыть.

Вот ведь, на пустом месте придумал себе чего-то, ещё и мне мозг вынес.

– А меня не хочешь, значит, – сделал из этих моих слов совершенно неожиданный вывод мужчина и шагнул назад.

И ещё мужики будут что-то там про женскую логику говорить? Сами ничем не лучше.

– Хочу… Но ты разозлил меня глупыми придирками, – фыркнула обиженно и направилась в сторону душевой.

– Не уходи, – попросил Морок тихо.

И я остановилась, не зная, как поступить. Повернулась к нему лицом, снова, и задохнулась от тоскливо-жаркого взгляда, которым он меня провожал. А потом он тягуче, медленно, перевёл взор на мою грудь, а потом и ниже… Внизу живота полыхнуло жаром. Упёрла руки в бока, собираясь высказать что-нибудь нелицеприятное о некоторых личностях, которые из-за ревности не способны адекватно мыслить… Только набрала воздуха в лёгкие, как ощутила руки Морока на талии и обнаружила, что уткнулась носом прямо ему в грудь. И одежда, красная, ритуальная, явно как-то лишней оказалась.

Рот мне заткнули профессионально и страстно. Очень быстро забыла и о возмущении, и о проблемах. Мы куда-то пятились, а я была озабочена тем, как бы побыстрее урмыта от одежды избавить. Почувствовала спиной стену и, не заостряя на этом внимания, просто опёрлась об неё.

– Скажи, что хочешь меня, – потребовал мужчина, оторвавшись от моих губ, задыхаясь и полыхая зелёными глазами.

Промолчала, решив чуток наказать заразу за его наезды, и показала ему язык, прежде фыркнув.

– Скажи! – потребовал снова, потемнев взором.

Опустил голову ниже и обхватил губами моей сосок, прикусил, вырывая стон… И глянул на меня встревоженными, напряжёнными глазами.

– Скажи! – ещё чуть-чуть и взорвётся от эмоций, и чего-нибудь учудит, не иначе.

– Хочу, – не стала мучить его дальше. – Очень-очень хочу.

Глаза бывшего Главнокомандующего стали совсем бешеными, и мужчина как с цепи сорвался. Сминал моё тело пальцами, скользил по коже языком, прикусывал её там и здесь, доводя до исступления…

– Попроси! – потребовал жёстко, остановившись, прекратив ласки.

– Продолжай, – выдала жалобно, не желая, чтобы он останавливался.

Хотелось большего, много большего, а Морок так и не переходил к делу, ограничиваясь прикосновениями. И сейчас не стал позволять себе большее. Снова ограничившись ласками, довёл меня до того, что ноги более не держали, а в глазах плясали звёздочки от перенапряжения и желания получить долгожданную разрядку. И в очередной раз мужчина остановился, не давая возможности мне в неё рухнуть с разбегу.

– Попроси! – снова требование, а у меня нет сил ни на гордость, ни на что-то ещё.

– Возьми меня, – всхлипнула и закусила губу, обхватив мужчину за шею.

Охотно подчинилась, когда он подхватил меня руками под попу, обвила его талию ногами, с дрожью предвкушения ощущая то, насколько урмыт возбуждён. И нетерпеливо подалась вперёд, желая вобрать его целиком, почувствовать “от” и “до”.

– Скажи, что хочешь меня, – Мороку всё так же требовались устные подтверждения того, что он нужен мне.

– Хочу, пожа-а-алуйста! – застонала, ощутив, как медленно твёрдая плоть проникает вовнутрь.

Находилась сейчас на такой острой грани возбуждения, что мне не надо было многого, чтобы взобраться на самый пик удовольствия. Несколько движений и я забилась в руках мужчины, умирая от острого наслаждения. Так и держалась руками за его шею, не имея сил сейчас самостоятельно передвигаться. И только отдышавшись, заявила, сердито глядя прямо в зелёные, наглющие, и всё ещё тревожные глаза:

– Не смей меня ревновать и в чём-то там подозревать. Я – тэйалия. Сам меня выбрал. И сам выбрал судьбу урмыта. Ты мне нужен, это правда. Как воздух, как вода. Без тебя… жизнь будет не жизнью. Но если ты станешь постоянно устраивать мне такие сцены ревности… Обижусь, – а ещё помру от передозировки секса.

– Тебе не понравилось? – сделал очередной кривой вывод Морок.

– Занятие любовью, понравилось. Претензии – нет, – не могла долго на него злиться.

И Морок улыбнулся в ответ на мои слова, а потом без тени раскаяния сказал:

– Я не могу сдержаться. Я хочу, чтобы только моя была, – и стал серьезным-серьезным. – Он не отступит так легко, как я. И потребует свою ночь… Он Глава, умеет на своём настоять.

– А то ты не умеешь, – не согласилась с ним. – На что вы мне с Яром? Будете защищать мои интересы. А мои интересы, как и интересы Дома заключаются в том, чтобы Учитель, в качестве Советника попал на Совет Урмыт, не ранее того времени, когда мы сможем дать достойный ответ на любые притязания Совета. Без помощи Учителя, мы можем забыть о Свободном Крае. И что-то мне подсказывает, что весь сыр бор с карательным походом на анархистов, связан как раз с личностью бывшего Главы. В мою постель этот индивидуум попадёт не скоро. Если вообще попадёт. Посмотрю на лояльность его ко мне и дому. И если что… Я просто не стану держать данное ему слово. Нам нужно завершить это дело и решить проблему, Морок. И скрыть то, что человек, чью голову Совет желал бы увидеть отсеченной, прячется у нас.

– Это будет сложно, Ева. Я боюсь потерять тебя, – в зелёных глазах затаилась грусть. – В Дом Ррван Ррхан попал вследствие нашумевшей истории. Дерзко заговорил с тэйалией напрямую, хоть и не имел права. Рисковал жизнью. И риск оправдался. Она взяла его к себе урмытом. Тэйалия этого Дома потеряла способность здраво мыслить, после обряда и дня проведенного с ним. И потом выполняла любые его прихоти. Я неплохо знал его… Это человек, который ради достижения цели пойдёт на все.

– Мы можем отказаться? – спросила бывшего Главнокомандующего с хитрой улыбкой и попросила. – Отнести меня в душ… – но что-то версия Морока несколько разнится с тем, что Ррхан Фраон рассказывал.

– Ты права, – сказал он с горечью и перехватил меня покрепче. – Это наш шанс. Но и очень большой риск.

– Тогда поступим просто. Я соглашусь, но на определённых условиях и возьму с него клятву. Магически её закрепить получится? – спросила у Морока, который медленно, но верно шагал в направлении душевой, несмотря на некоторое неудобство.

– Получится, я за этим прослежу, – усмехнулся урмыт и в зелёных глазах промелькнул хищный огонёк.

– Тогда не вижу никаких проблем. У нас масса отговорок в наличии имеется. Всегда можно будет отложить его вхождение в Совет на неопределенное время и под благовидным предлогом, – мурлыкнула, когда Морок прислонил меня спиной к стене и включил теплую воду.

Это так приятно было, тугие струи воды и сладкий мужчина рядом. Потянулась к нему, получила свою долю поцелуев, и с удовольствием потрогала тёмный ёжик волос, уже не такой короткий и колючий, и пружинит под пальцами. Приятно… Потерлась щекой о плечо урмыта и расслабленно вздохнула.

– Поможешь? – спросила у него тихо.

– Конечно. Как прикажет тэйалия, – но хоть не с постным выражением лица, как когда-то, сказал, а с многообещающей улыбкой.

– Какой же ты… – фыркнула и потянулась.

Ну, вот совсем не хотелось какие-то серьёзные переговоры с всякими шантажистами вести. Было бы так хорошо остаток дня понежиться в постели под бочком у Морока… Ну и Яра тоже. А дела отвлекают. Тяжела жизнь тэйалии. Не получается быть просто счастливой. А с другой стороны, претензии этого Учителя, помогли намертво забыть о том, что месячных все нет и нет. И признаков никаких, как и примет беременности. Не тошнит, спать не тянет… И грудь вроде в размере не увеличилась…

Морок с удовольствием вымыл и меня, и сам ополоснулся… И даже добавки захотел…

– Я тебя хочу, милый, – сладко протянула, заметив, к чему привела совместная помывка. – Но лучше сразу решить все дела, а вот потом, когда отдохну…

С сожалением облизнулась и попыталась переключиться с игривого на рабочий настой. Вид возбужденного Морока наводил на вполне определённые желания и мысли. Пришлось усмирять дыхание и проснувшееся вновь желание. Если бы не Яр и необходимость что-то срочно решать…

Даже не стала Морока мучить подробными расспросами о том, как Совет прошёл. Урмыт же отчитался очень коротко и малоинформативно:

– У нас две недели осталось, войска практически готовы к выступлению.

Подумав, решила сеанс связи снова прямиком из леса устроить. Мало ли, Учителю-Орлику странным покажется, что в доме так мало народу… Надеюсь, Лис не разболтал, сколько всего урмытов в моём распоряжении. Эти сведения могут сыграть решающую роль в вопросе оставляния будущего урмыта с носом. Если будет точно знать, что нас очень мало… Не станет ли для него соблазн обменять жизни заговорщиков слабаков на собственную неприкосновенность слишком велик? Или же я просто перебарщиваю с паранойей? Проверю это только опытным путём.

Снимать ритуальную одежду не буду. Выйдем же только для того, чтобы поговорить. Дальше прогулку продолжать не намерена. Потому не стала ничего под низ одевать. Лишнее… Вот и вышли мы из Дома, все такие торжественные и нарядные, при полном параде. И маски снимать не стали, когда позвала Яра и пожелала с ним поговорить. И только потом до меня дошло… Что количество браслетов само за себя говорит и о числе урмытов, и, косвенно, о статусе самого Дома. Конспираторша из меня никакая получилась. И зря я параноила… Привыкла к украшениям, в Доме они как-то и не мешают, исчезают куда-то. А вот когда я выхожу, да ритуальные одежки надеваю, тогда и проявляются. Так что, можно было и в Доме остаться.

Глава 7

– Вы решили? – начал разговор первым Учитель.

Яр молчал и не вмешивался, только сидел на какой-то серой подстилке, прямо на полу и недовольно хмурился. Морок тоже не стал ничего говорить, демонстрируя каменную неподвижность.

– Да. Решила. Я готова предоставить вам возможность стать урмытом, впоследствии и Советником, в обмен на клятву о неразглашении нашей договорённости, помощи в переселении людей Свободного Края в безопасное место и лояльности мне и моим интересам, – сказала и стала ожидать его ответа. – И ещё, меня не устраивает та версия вашего выдворения из Дома Ррван, что вы попытались мне скормить. Она расходится с некоторыми сведениями, которые есть у меня.

– Клятвы мне кажутся лишними, – выдал он своё заключение, подумав. – Урмыты и так под контролем Дома находятся, – надо же, как много он об этом знает. Откуда? – Вы всё равно будете иметь возможность следить за мной и постоянно проверять на лояльность. И то, что я вам рассказал о себе – правда.

– Вся ли? – хмыкнула скептично. – Я объясню, почему именно клятва. У вас вполне определённая репутация и я вам не доверяю. Вы не рассказываете мне всей правды о своём прошлом. С какой стати мне вам доверять? Это – раз. Вы будете своими людьми в образе урмыта командовать? А они вас послушаются? Насколько помню, к тэйалиям и урмытам они не очень уважительно относятся. Яра вы раскусить смогли, даже под маскировкой. У вас есть гарантии, что вас кто-нибудь так же не раскусит? Это – два. Пока вы не станете моим урмытом, я буду не доверять вам вдвойне. А им вы не станете, во избежание малейшего намека на срыв операции, пока люди не будут переселены. Я так же готова дать слово, что после того, как операция будет завершена, вы сможете пройти через обряд Единения, – не полностью, добавила про себя.

– Магическая клятва, – поколебавшись, ответил Учитель, блеснув синими глазами. – Вы тоже её дадите. Предоставление должности Советника. Возможность отомстить. И я готов положить все силы на то, чтобы помочь вам поднять ваш захолустный Дом настолько, что это станет возможным… Не думайте, тэйалия, – усмехнулся он совсем нехорошо. – Я довольно долго лелеял желание вернуться и отомстить, чтобы упустить представившуюся возможность из-за поспешности. Я даже готов подождать пару лет, пока всё утихнет, и не показывать Совету своего лица и настоящей ауры.

– Месть – блюдо, которое едят холодным, – покачала головой, продуманный урмыт, и ему удалось удивить меня.

Здравым подходом к вопросу, в первую очередь.

– Ваш Дом не выдержит удара, если Дом Ррван решит нанести его, – циничная улыбка на губах мужчины мне не понравилась, но выбор всё равно был небольшим. – Но пройдёт время… И можно будет многое сделать…

– У вас и планы имеются, так? – это было скорее утверждение, чем вопрос, прекрасно понимала, что права в своих догадках. – Но… Помните? Лояльность мне и Дому стоят на первом месте. И проливать кровь своих урмытов ради вашей мести, я не позволю. Если и удар, то только наверняка и с минимальными потерями. Вы понимаете меня?

– Конечно, – будущий третий урмыт моего дома приспустил веки, пряча взгляд. – Как прикажет тэйалия… – взял интригующую паузу, а потом продолжил. – В пределах интересов развития Дома и клятвы.

– А после? После того, как отомстишь? – спросила, не скрывая насмешки и переходя на “ты”. – Подставишь меня, Дом, моих урмытов?

– Клятва помешает. Вы же хотите обезопасить себя в любом случае? – взглянул остро, проницательно, словно мог видеть сквозь маску. – Я не против. У нас пока одни цели и один путь. А дальше… Надоем, – усмехнулся, всё так же жёстко глядя на меня. – Выгоните.

А человек-то уверен в том, что не надоест. Придётся держать ухо востро и не подпускать к себе близко. Вдруг, какими-нибудь приворотными вещами балуется? Потом буду, как послушная собачка бегать за ним… А этого мне точно не надо. Прежде чем вообще в полные урмыты брать… Пару лет придётся на расстоянии подержать. Его никто не тянул за язык, этот срок озвучивать. Только не подозревал Учитель, на что подписывается, так легкомысленно годы ожидания должности в Совете озвучивая. Стоит воспользоваться этой оговоркой в собственных целях.

– Клятва. Когда готов произнести? – не стала продолжать расспросы.

Личность и так ясно, что мутная, за ней глаз да глаз нужен будет. А время идёт. А дел впереди… Вагон и маленькая тележка. Две недели очень маленький срок, чтобы всё успеть, а нам придётся в него уложиться. И следы тщательно затереть. Много тщательней, чем ранее думалось. И хорошо, что предусмотрела необходимость дополнительного запасника…

– Сейчас, если твой человек перенесёт меня. Давно магией не пользовался, тэйалия. Уж извини, придётся вам мне с этим помочь, – синие глаза так многообещающе блеснули, что поёжилась под своим красно-золотым одеянием.

– Придётся вспоминать, со временем, – кивнула Яру, давая добро. – Маги нам сейчас как воздух нужны, – невольно выдала всё бедственное положение Дома этой фразой, и мысленно себя одёрнула, призвав следить за языком.

– После того, как завершим операцию, – серьёзно ответил мужчина. – Ты права в том, что как мага или урмыта анархисты меня всерьёз не воспримут. Как уведём, тогда и стану способности снова использовать. Изменения в ауре выдадут с головой. Такое не подделаешь, – скривился он, явно больная, любимая мозоль ныть начала.

– Яр, – не стала задавать вопросов и повернулась ко второму урмыту. – Сделаешь?

– Сделаю, – устало произнёс он и скривился так, будто уксуса выпил.

– Ждём, – отключилась и обратилась к Усладу и Лешему.

Предупредила обоих, чтобы следили за визитёром в оба, в меру возможностей – это скорее к Лешему указание относилось – но, за пятки не кусали. Успею скормить своему лесочку, если уж слишком опасным противник окажется. Пока этот человек играет на нашей стороне, более-менее, доверять, проверяя, можно будет. Но как только цели разойдутся…

Морок тронул меня за плечо, и я обернулась… Орлик бывший урмыт, стоял прямо за нами, рядом с Яром.

“Леший! Он?” – обратилась к лесочку.

И получила положительный ответ.

– Любопытное место, – только и сказал господин Учитель.

– Яр, одежда! – кратко напомнила о том, что ритуальное одеяние ещё и защита, и его стоило бы надеть.

Кивнул, обозначая, что понял и спорить не стал. После этого развернулась лицом к гостю и пытливо принялась его рассматривать, не торопясь заговаривать с ним. Хорош, по-своему хорош, зараза. Не могу сказать, что люблю блондинов. Мне как-то больше шатены всегда нравились. Но этот блондин. Пришлось напомнить себе, что он, скорее враг, чем друг. Но разворотом плеч он мог помериться и с Мороком, как и ростом. Более изящно сложенный Яр на фоне двух этих здоровяков, смотрелся мальчишкой. Повезло мне матёрых волков в стаю подобрать. Как бы теперь саму меня не загрызли. И если удастся не приручиться самой, но при этом приручить всех, а главное, Учителя, то жить станет намного проще.

Обмен клятвами произошёл довольно буднично. Смогла поиграть с формулировкой, дав себе достаточно места для манёвра и отказа, и господин будущий урмыт мне это позволил, не заметив мелких хитростей и оговорок. Либо посчитал, что глупая девчонка вряд ли его обмануть сможет или переиграть. И тем сильнее во мне разгоралось желание поставить гада на место, как можно долее не допуская его до постели и места рядом с собой. Вот заслужит, тогда и перетерплю как-нибудь… Хоть и не хочется. Двое мужчин уже много. А третий… Как мне с вбитыми с детства установками, что это разврат-разврат, справиться? Но всё это было дело будущего, в которое пока лучше было не заглядывать. Справиться бы с проблемами настоящего.

И мы приступили к их решению, после того, как Яр с Мороком магически закрепили клятвы, связав нас в случае невыполнения смертью. На таком варианте расплаты за не сдержанное слово, настаивал сам господин Учитель. Поупиралась для вида, но, памятуя об оговорках, произнесла требуемое. Если следовать букве соглашения, то я могу сколько угодно тянуть с предоставлением должности Советника. Либо здесь юридические сделки не так тонко и тщательно прорабатываются, либо от меня действительно не ждали подвоха… Но на месте Учителя, я бы более подробно попыталась условия проговорить. Оформила бы договор листах на десяти, чтобы “от” и “до” себя обезопасить. А мы всего лишь несколькими предложениями ограничились. Или я чего-то не знаю о самой сути магических клятв? В этом случае, спохватилась поздно. Ранее думать надо было. Теперь повязана и бессрочно… Сама же тоже не озаботилась граничные сроки действия договора проставить. И куда так торопилась, а?

А потом мы разговаривали, сидя на траве. Долго разговаривали. О том, что нужно сделать. О том, что необходимо в лесочке обустроить для того, чтобы Совет даже не догадался здесь искать. И в какой-то момент отвлеклась, вдруг поняв, что есть возможность обойти запрет и попытаться людей через Дом в другой мир провести. Потребует времени, связей – у бывшего Учителя и Главы Совета, думаю, они имеются – но идея стоит того, чтобы попробовать её реализовать. Сначала обдумать хорошенько, с Усладом нюансы некоторые выяснить, потом людей в лес перекинуть, и вот тогда и взяться за реализацию переселения. Сейчас всё равно энергии впритык, взятки давать нечем. А вот после…

– Светлячок, – снова тронул меня за плечо Морок, отвлекая от дум нелёгких, заметил, что я отвлеклась. – Что случилось?

– Ррхан, – обратилась к будущему третьему урмыту. – У тебя есть знакомые священнослужители в храме, которые не станут афишировать то, что обряд с тобой был проведён? Мне не хотелось бы, чтобы Совет раньше времени узнал о том, кто вошёл третьим урмытом в мой Дом.

Мужчина многозначительно скользнул взглядом по моим рукам, намекая на то, что и сам заметил, что браслета только два. Или что-то другое подумал?

– Я попробую поднять старые связи, – низким, глубоким голосом, в котором проскальзывали бархатные, пробирающие до дрожи в ногах нотки, ответил он. – Ты права… Могут и доложить. Жрецы иногда любят болтать на важные для Совета темы.

– Тогда решение этого вопроса на тебе, так как и тебе не выгодно, чтобы о том, куда ты делся, узнали раньше времени. Чем меньше следов, тем лучше, – сколько же всего необходимо учесть, чтобы не проколоться на какой-нибудь глупой мелочи.

– Сделаю, – прошёлся взглядом по моей фигуре, скрытой красно-золотым одеянием, Ррхан.

И разговор снова вернулся в русло обсуждения великого переселения народа. Задача казалась вообще не подъёмной. И только сейчас мне стало понятно, что взялись мы, на самом деле, за невыполнимое дело. Быстрые подсчёты, которые произвёл Яр, показали, что на содержание людей потребуется едва ли не раза в три энергии больше, чем мы запасли (и почему мы об этом раньше не подумали, кто бы подсказал?). Рассчитывали-то только на открытие порталов да заметание следов потратиться. А расходов-то, в реальности, много больше будет. И что тех запасников, что уже наполнены, мало.

– Я обеспечу, – сказал на это Учитель. – У меня есть пустые кристаллы и кое-какие знакомые, которые по старой памяти, помогут с наполнением.

– Несколько пустых отдашь мне, – потрясла головой, пытаясь в тоннах информации, что на меня свалилась, хоть так навести какой-нибудь порядок. Вдруг на место всё встанет? – Я попрошу Дом излишки туда скидывать.

Энергия – это полбеды. Лес не резиновый и, хоть и велик, но долго прятаться люди в нём не смогут. Раньше или позже выдадут себя. И бунтовать начнут, если запереть их в пределах лесопарка. Леший-то с этой задачей справится, но от этого надежда людей жить свободно, никуда не денется. В анархисты уходят те, в ком желание не подчиняться никому, сильнее всего остального. И вот этих людей собиралась в лесу неопределённо долго держать? И где была моя голова, когда я в это дело лезла? Но теперь уже поздно сдавать назад. Не зря же на шею такого зловредного урмыта повесила? Что теперь, мучиться всю жизнь, и ничего из того, ради чего себя на такую пытку обрекла, не сделать? Не вариант, однозначно. Придётся очень быстро проворачивать то, что задумала. Главное, чтобы Услад ничего против не сказал… Тогда проще будет. И миры новые открывать надо учиться, и срочно. Больше миров – больше энергии, легче прокормить такую прорву народа.

Глава 8

С появлением союзника в лице Учителя, дела сдвинулись с мёртвой точки. Морок и Яр целыми днями стали пропадать в Свободном Крае. Готовили порталы, не оставляющие после себя следов. А я работала, усиленно работала с Лешим. Выращивала дома, пусть и медленно. Сразу с плетённой мебелью, непроницаемыми для непогоды стенами и крышами, и удобные в проживании. Роскоши предложить господам анархистам не смогла бы, не хватило бы на это ресурсов. Но поселения появлялись. Одно за другим, готовые принимать людей. Учитель же активно готовил народ к тому, чтобы собраться и поговорить о будущем. Раньше времени точную информацию о переселении распространять он не стал, опасаясь шпионов Совета. Так, слухи и слушки о том, что где-то там, далеко, есть земля обетованная, которая ждёт их всех, не дождётся. Готовил массы к восприятию новости о том, что разом и очень срочно всем придётся сняться с места и свалить куда подальше. Моисей из него получился хороший, народ не роптал и, судя по рассказам Лиса и Морока, воспринимал слухи либо благосклонно, либо равнодушно. Отрицательно настроенных были единицы, что радовало. Не хотелось бы войны в Свободном Крае между своими же.

А вот в Доме мира не было. Напряжение витало в каждом уголке. Урмытам явно не нравилось то, что скоро их станет больше. Морок регулярно устраивал мне сцены ревности и показательные секс-экзекуции. Яр же вёл себя мягче, но недовольства при упоминании имени Учителя, не скрывал. Как-то разладилось у нас с ними… Каждый из урмытов пытался урвать сладкое по-отдельности, позабыв о моём распоряжении напрочь. Да я и сама забыла, если честно… И задалась вопросом, а почему урмытов в мою комнату Услад всё равно, не глядя на запрет, пропускает, только через несколько дней. Дом, как обычно, колоться не хотел, продолжая подкидывать сюрпризы. Одним из них послужила новость, прозвучавшая в самый разгар подготовки… Новый мир был открыт Усладом для исследования. Но мы просто отмахнулись от этого. Некогда было заниматься осмотром новых территорий. Отложили до того момента, как ясно станет всё с переселением народа.

В этой круговерти проблем, мне даже особо некогда было задумываться о том, беременна или нет. Признаков, как не было, так и не появлялось. Впрочем, та же ситуация сложилась и с месячными, и я решила пока ни о чём не гадать. Успею понервничать, если выяснится, что всё-таки “да”. Каждый день приносил новые впечатления и увеличивал напряжение между мной и урмытами. Не до сбоев в организме было. Господин Учитель с удовольствием провоцировал этот разлад, и явно чувствовал себя рыбой в воде. И не забывал сказать мне комплимент, когда через Яра связывался со мной – Морок всеми возможными способами избегал близкого общения с будущим урмытом. Боялся, что не сдержится и морду набьёт? Вполне возможный вариант, и вполне в характере бывшего Главнокомандующего.

Морок ещё пару раз присутствовал на заседаниях Совета, вызывали его. Демонстрировал там своё равнодушие к обсуждаемым вопросам, при этом держа ушки на макушке и мониторя любую информацию о выдвижении войск в интересующем нас направлении. Мы тщательно готовились обвести Совет вокруг пальца, с головой уйдя в подготовку.

Первые партии обживальщиков появились в нашем лесу где-то через полторы недели, и с этого момента время понеслось вскачь. И мне некогда стало думать о том, почему отношения между мной, Мороком и Яром стали такими напряжёнными. Всё свободное время занимало обустройство поступающих в лес людей. Леший стал тянуть энергии больше, Услад на это жаловался. Но я велела давать лесопарку столько, сколько нужно. Ещё одна непредусмотренная нами мелочь… А тех мелочей копился вагон и маленькая тележка. Анархисты, к примеру, оказались теми ещё индивидуалистами, и жить по нескольку человек в домиках не хотели. Приходилось уговаривать, притом сняв с себя одежду тэйалии и щеголяя в комбинезончике. А простую араи все эти мужчины и женщины слушать не хотели. Без Учителя вся затея изначально была обречена на провал, так как и Ярило, и Морок для людей авторитетами не являлись. Стоило же только гуру анархистов показаться там или тут, и споры разом утихали и люди делали то, что от них требовали. И как с этой толпой будем справляться, если Учитель станет урмытом? Они же сразу его слушать перестанут. Или нет?

Как-то незаметно и мы все стали прислушиваться к мнению бывшего Главы Совета, который представлял собой реальную и живую силу. Он организовал среди своих людей тех, кто нам помогал и не отказался тряхнуть стариной и вспомнить, как пользоваться магией. Благодаря им, процесс шёл быстро и споро. Но к добровольным помощникам я относилась с опаской. Они были преданы лично Учителю и никому другому. Подчинялись только ему, и в их глазах, когда они смотрели на гуру, горел фанатичный огонь. Вот как ему удалось в условиях Свободного края и, будучи изгнанником, создать личную гвардию, которая готова за него и в огонь, и в воду? Очень странная личность – этот Учитель. И харизматичная, и зловредная, и загадочная. Он успевал везде и всюду – Карлсон с моторчиком. И я не знала, то ли радоваться тому, что он затесался в нашу компанию, то ли грустить по этому поводу. Иногда ловила на себе его очень задумчивый и оценивающий взгляд, который заставлял меня передёргивать плечами и вспоминать о том, что когда-нибудь я и бывший Глава Совета должны стать любовниками. Морок, если перехватывал такой взор, сразу же замыкался в себе и начинал злиться. А Яр… Казалось, что он одновременно уважает Учителя, опасается и ненавидит его. Смотрел второй урмыт на него уж очень задумчиво и многозначительно, будто каверзу какую обдумывал. Сложно всё стало с появлением возможного третьего урмыта и в то же время, без него никак было не обойтись.