Текст книги "Отказ"
Автор книги: Наталья Патрацкая
Жанры:
Научная фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 39 (всего у книги 45 страниц)
Глава 6
Рассада для мистики…
Артем (Эдик) в ночном клубе приобретал популярность, он стал любимцем публики.
Его внешность пользовалась успехом и приносила доход. Эльвира держала его на коротком поводке, никуда не отпускала, никого к нему не подпускала. У него появилась машина с личным шофером, но жил он все еще на даче братьев. Зимой дорога становилась проклятьем, поэтому он снял номер в гостинице на имя Эдуарда.
Это стало известным Виктории, она повадилась его встречать у номера. Эльвире донесли о ней. Две женщины крупно поговорили, и Эльвира сняла ему однокомнатную квартиру, рядом с ночным клубом. У квартиры появились женщины, его ожидающие в любое время суток. Об этом ей тоже донесли. Эльвира взяла его к себе домой. Как-то она заметила, что одна дорогая дверь, вся превратилась в труху. Выяснила, оказывается, он в нее кидал нож. Это ее насторожило, она боялась ножей и запретила ему кидать ножи в доме. Артем кидал нож в дверь от ненависти к своему лицу, он его не любил, он скучал по Ирине, а Эльвира его одного никуда не выпускала. Чем больше у него становилось денег, тем злее он становился.
Он хотел – свободы! Ради нее он изменил внешность, но был опять на привязи. Для него тайга становилась раем, хоть куда лишь бы подальше от ночного клуба и женских глаз! Его всегда сопровождал крепкий мужик, однажды Артем не выдержал и стал у охранника просить, чтобы тот отпустил его в магазин. Мужик охранник сказал, что живым его не выпустит, и пошел к двери, на свой пост. В спину полетел ему нож. Артем подошел к трупу, вынул нож, вытер его, взял документы, деньги и ушел без сумки. Как обычно уходят мужчины.
Серж Чаркин понял, кто был в городе. Опрос родственников ничего не дал, Артема давно никто не видел, о его сходстве с неким Эдиком, Ирина и Родька благоразумно промолчали.
Артем поехал на море, к Даше, но не доехал, а пересел на другой поезд, до знакомого полустанка в тайге. Он, рассчитывал выйти на заброшенном полустанке, где нет перрона для пассажиров, но за время его отсутствие, здесь все изменилось.
Его нога из вагона ступила на новый перрон, вокруг, куда ни глянь, разворачивалось строительство. От такого вида, он хотел нырнуть назад в вагон, но поезд стоял минуту или две, и сразу стал набирать скорость. Он прямо, скажем, растерялся и немного обрадовался, раз строительство идет на начальной стадии, значит, люди здесь нужны. К своему удивлению, в отделе кадров строительства сидела дочь лесника. Она его не узнала, да и имя у него было иное, а не то, что она кричала с Родионом, когда его искали. Нужны были бульдозеристы, разравнивать площадку под новый, промышленный поселок, говорили, что рядом нашли залежи какой-то редкой руды. Он сказал, что права у него на вождение машины есть, но он ехал в лес, в отпуск, и с собой их не взял. Ему назначили испытательный срок, и на следующий день он вышел на работу. Девчата, в косынках, завязанных на шее, приметили Эдика (Артема), над ним посмеивались, ему строили глазки. А он пытался освоить рычаги бульдозера с помощью одной такой девушки, помня, что последнее его вождение на машине было неудачным.
С бульдозером у него получилось лучше, или ему очень хотелось его освоить.
Убитого охранника он пытался не вспоминать, о себе никому, ничего не говорил.
Здесь все его звали Эдиком. Однажды он взял свой дорогой, складной нож и забросил в одну из самых глубоких на стройке ям. Таких ножей в местном сельпо не продавали. Ножами он старался не пользоваться. По новому паспорту он был не женат, что сразу отметила дочь лесника, он ее притягивал, как магнит. Девчата заметили страсть начальника отдела кадров и дорогу ей не переходили. Эдик работал старательно, насколько вообще мог это делать. Они стали встречаться, дочь лесника звали Флора.
Его утонченное лицо загрубело от ветра, солнца, дождя, приобрело бронзовый оттенок, теперь бы его в ночной клуб не взяли. Волосы отрасли, он их завязывал резинкой в хвостик, их неухоженный вид его вполне устраивал. Он начинал свою вторую, двойную жизнь. Ходил в простых куртках, телогрейках, в таких же ватных штанах, в кирзовых сапогах. На голове у него была старая кепка, потом шапка из затертого кролика. В одном из первых домиков он поселился с Флорой. Они расписались, он взял ее фамилию. Теперь он сам не помнил, кем раньше был.
Простая задача, как скрестить новую мебель, со старой корзиной была по силам Ирине, это Аня четко осознавала. Дерево к дереву, и чтобы лучилось! Сердце Ирины в это время было абсолютно свободно, деньги ей были нужны, и вечерами она сидела с сыном и прорисовывала вензеля с вплетенными в них прутиками из корзинки.
Корзинку расплели, предварительно замочив, чтобы она не сломалась, веточки напоминали по внешнему виду копченый сыр. К ней на огонек стал заходить Родька, то ли его тянула корзинка, то ли она сама, но он играл с малышом и уходить домой не собирался. Раиса стала забываться, а вот Ирина, заполонила все его существо, или это корзина их связывала? Кто знает.
Она иногда шутила:
– Артема не боишься?
– Эдика, который? Не знаю, если честно, но мне с тобой уютно.
– Как у Прохора работается? Не обижает?
– А чего нам делить? У нас разные обязанности, я свои выполняю.
– Давай назовем новый комплект мистической мебели "копченый сыр".
– Ирина, ты лучше ничего не придумала?
– А чем плохо? Предложим его директору мясо – молочного комбината, где этот чудесный сыр выпускают.
– Ты, чего этот сыр любишь? Он дорогой!
– Так он сухой, есть иллюзия, что ешь его, ешь, челюсти устанут, а ты при этом не поправляешься.
– Если так, а по мне лучше бутерброд. Сообрази чай с лимоном и бутерброд с обычным сыром и маслом, я это все купил, в холодильнике лежит.
– Раз лежит – сделаем, мне не долго.
Интересные у них складывались отношения, без страсти, без видимых взглядов. Так, теплые отношения, тихие слова, никаких совместных планов на будущее, у обоих были однокомнатные квартиры, и не было родственников в этом городе. Работа у Прохора на фирме благоприятно отразилась на внешнем облике Родиона, он стал уверенней в себе, в следующем дне, стал лучше одеваться, лучше стричься. Ирина и Родион не кидались друг другу на шею, не было поцелуев, но все чаще вечера они проводили вместе, втроем гуляли по выходным в парке. Возникало ощущение, что, они начинают жить с чистого листа.
Этого не могла не заметить Зоя Зиновьевна, но и она не возражала, против дополнительной опеки ее внука, Евгения. Название нового комплекта мебели, "копченый сыр", Аня приняла без улыбки, по деловому и тут же предложила его директору комбината, производящего копченый сыр. Тот, удивился, рассмеялся и купил, за хорошие деньги.
Весной князь Гриша, вместе с Викторией приехал на дачу, видно было, что здесь никого зимой не было. Виктория отказалась от услуг Полины и сама занялась уборкой помещений, ее хозяйская жилка, подсказывала ей, что роскошь одним жить на такой большой даче. Она предложила ее одному городскому детскому саду.
Приехала комиссия, дачу одобрили и к лету сюда заехали малыши с воспитателями.
Виктория, таким образом, спасала своего Гришу от посягательств чужих женщин. Он не возражал.
Полина после такого расклада в жизни Гриши, пошла на работу к Прохору Степановичу, его предприятие расцветало, и ее взяли на упаковку готовой продукции, оплата у нее повысилась. Прохор Степанович, получая зарплату, сразу отстегивал деньги ей на Инну.
Неважные дела складывались у Раисы, она не могла дозвониться до Родиона, дома его постоянно не было, а работу он сменил, его визитка морально устарела. Один месяц беременность оказалась в скрытом варианте, потом так стала развиваться, что ничем нельзя было ее спрятать. А Родион молчал. Раису дома ни то, что ругали, а молча презирали. Хуже было другое – средств, для существования, в их доме хронически не было, деньги их дом стороной обходили. В гостинице, где он жил, она узнала его домашний адрес, на последние деньги купила билет на поезд, и приехала к его дому, ждать его там, пока не появится. Он пришел поздно от Ирины, у нее он спать не оставался.
На скамейке у подъезда сидела Раиса с большим животом, он ее с трудом узнал, да и она его узнала, только потому, что впивалась глазами в каждого мужчину, заходящего в подъезд. Код замка она не знала и в подъезд пройти не могла. Он привел ее к себе домой. Срок у нее был серьезный, живот такой огромный, что Родька его с первой минуты забоялся. Рае было немного плохо, после переезда. Она сразу легла на диван, теперь уже пришлось бегать Родьке и ухаживать за Раисой.
Он не отрицал своего участие в образовании этого гигантского живота. После работы он теперь шел домой, а к Ирине не заходил, та и не спрашивала его не о чем. Был – хорошо, нет – тоже хорошо.
Родька и Рая были вынуждена расписаться, потому что Раисе требовалось наблюдение врачей, она и приехала со своей медицинской картой. Родила она ближе к лету мальчика и девочку. Весь временный лоск с Родьки слетел, деньги уходили на детей и Раису.
Все это так, но для дополнительного заработка нужна вновь рассада для мистики на новую мебель, это понимали все, кто работал под руководством Анны Михайловны.
Где ее взять? И главное, что взять? Ясно одно, это должно быть дерево. Родьку так напрягала Раиса с детьми, что его Аня не могла послать далеко и надолго.
Свободным оставался сам реставратор Шурик Селедкин. Куда его послать? Вот в чем вопрос. Ане явно везло.
Позвонил молодой человек и спросил:
– Вы берете ларцы, двухсотлетней старости? Или его надо в другое место сдать. У меня прабабка умерла.
– Размер большой у ларца? – 300х200х300, он с выступающей крышкой.
– Привозите! – с надрывом сказала Аня, боясь, что его отдадут кому-то другому.
Приехал симпатичный парень, поставил на стол ларец, она быстро сообразила, что он настоящий и ему лет триста, или ей так хотелось думать. Деньги заплатила, чтобы случайно не забрал ларец назад. После его ухода Аня открыла ларец и чуть не закричала от обиды, внутри он был из свежего дерева, и как насмешка лежали деревянные бусы. Бусы на самом деле были старые и деревянные. Аня еще раз осмотрела ларец и поняла, что его термическими циклами снаружи искусственно состарили, это кто-то парня из знакомых надоумил.
А вот бусы? Что если они тоже состарены? Их Аня отдала на дорогую экспертизу.
Получила ответ: им лет 250. Надо было проверить их на мистичность. Вызвала знакомого экстрасенса. Тот запустил свой стеклянный шар. Шар умудрился поговорить с деревянными шарами, ответ был тот же: 250 лет и бусы обладают свойством мистификации. Бусинок диаметром в 15 миллиметров было девять штук.
Вполне достаточно для комплекта мебели, на этот комплект руку наложил экстрасенс, он не захотел бусы выпускать из своих рук, а Аня без мебели, в которую их заточат, продавать ни за какие деньги не собиралась. Они договорились о том, какая мебель нужна в данном случае.
Шурик пошел к Ирине прорабатывать новый заказ мебели "бусинки". Ребенок подрос, и внимательно посмотрел на Шурика:
– Книги читать будешь, или азбуку со мной изучать?
– Я вообще-то пришел к твоей маме проработать новый, мебельный заказ.
– Она без тебя нарисует, а ты мне книги читай, или смени мне видеофильм. Мог бы и машинку подарить, чего так просто пришел?
– Исправлюсь, давай сменю фильм.
Маленький Женя взял власть над Шуриком и к Ирине его не подпускал, пока она не закончила работу.
Ирина посмотрела на сына и сказала:
– У меня вырос личный охранник.
– Нет, я твой личный сын, – ответил ребенок и бросил карандаш в пол, тот острием попал в ковер…
Артем (Эдик) забыл, что когда-то он был Фиолетовым Богом, он задыхался от избытка воздуха и свободы на стройке. В дождливую погоду работы прекращались.
Ему стало надоедать роль мужика, не мог он больше ходить в ватниках и быть таким замусоленным. Захотелось ему нежной жизни. Флора заводить детей не собиралась, пила таблетки, пачки за пачкой. Цивилизованной женщиной оказалась, а так баба – бабой. Он все локти искусал, что нож свой уникальный закинул в яму, на нем уже завод вырастал, стены были видны, для переработки руды, оборудование завозили.
Ему мучительно захотелось уехать, знал он за собой такую особенность. Он почти врос в новую почву, да зашатался от своих желаний. Как обычно, взял деньги свои и Флоры, документы, в которых была вписана она, сел на проезжающий поезд и был таков.
На вокзале он зашел в парикмахерскую, навел лоск, удивился, что так изменился за короткое время. И поехал навестить Ирину и Женьку, а потом можно ехать, куда глаза глядят. Приоделся в магазине в новую одежду, старую в нем оставил. Из-за дерева посмотрел на свой дом, подъезд, вздохнул и пошел в подъезд.
Ирина открыла ему дверь, и, не смотря, на то, что он был с новым лицом, его узнала, но сказала:
– О, Эдик пожаловал, какими судьбами?
В прихожую выскочил Женька:
– Привет, Эдик! Маме работу принес?
– А, что все маме работу приносят?
– Да, бывает.
– Можно я зайду?
– Заходи, мне на компьютере сменить игру надо.
Когда Женька уснул, она спросила:
– Артем и долго ты так будешь с чужим лицом и именем жить?
– Всю жизнь, а что узнала?
– Со спины, последний раз, когда тебя видела. Много еще чего натворил?
– Хватает.
– К матери пойдешь?
– Не знаю, но посмотреть на нее надо.
– Куда поедешь?
– Наездился, не знаю, чего хочу. Покоя хочу, а его нет.
Ночью к ним постучали, пришел Серж Чаркин и сопровождающие его милиционеры:
– Привет Артем, он же Эдик!
– А как вы обо мне узнали?
– Секрет, но тебе он уже не поможет, могу сказать, что на входе в город, на вокзале стоит турникет, он отслеживает отпечатки пальцев, приезжающий в город людей. Вчера там твои отпечатки появились, нам поступил сигнал о твоем прибытии, ты – наш заказ, вот мы и приехали сюда, долго ты нас за нос водил. С Ириной, с сыном попрощался? Тогда пойдем. Два убийства, – это больше, чем одно.
Ирина посмотрела им вслед и ничего не сказала, затем подошла к окну и глянула вниз: в свете фонаря два милиционера лежали на земле с ножами в спине. Артем убегал, за ним мчался Серж Чаркин. Она прикусила нижнюю губу, посмотрела в спину Сержу – тот подвернул ногу и упал, Артем скрылся.
Чем знаменит Бонд? Он всегда побеждает, он положительный герой. А Артем – он Бонд наизнанку. Он уходит от погони, он наказывает тех, кто ему мешает. Почему он попадает в переделки? У него нет терпения, и его благоразумие носит относительный характер.
А почему ему она могла изменять, как говорят при живом муже? Потому, что его соперники не считали его серьезным противником. А если они были, значит, Артем, как мужчина не очень силен, свою несостоятельность он и заглушил ударом ножа.
Большая месть слабого мужчины. Дальше – больше, череда преступлений нанизывается на первое преступление.
Страшное чувство, когда Ирина испытывает страх из-за своего мужчины, и такое чувство редкостью не является. Она прячет ножи в доме, боится сказать ему слово поперек, выполняет все его прихоти, терпит любую любовь, а она бывает приятной и садистской в исполнении одного и того же человека. На протяжении совместной жизни каскад страха и унижений меняется. Любовь воспринимается, как адское наказание, самое большое желание женщины – прекратить садистскую любовь.
Самое большое желание – остаться одной. Помните святые слова из песни: "женщине из высшего общества, трудно избежать одиночества". Чем выше женщина стоит на социальной ступени, тем большей свободой она обладает. Свободой от повиновения, какому бы то ни было мужчине. Есть пары, редкие супружеские пары, где все гармонично и без садизма. Но в таких парах, скорее всего, есть чья-то мудрая хитрость, которая все держит в рамках приличия. В период революции и после нее, любимый анекдот был: "белые придут, грабят, красные придут, грабят".
У женщины, когда она женщина в расцвете лет, бывает такое: один придет, любит, второй придет, любит. Не отбиваться же от каждого физически? А мужики лезут. У Ирины появился страх загнанности: кого больше бояться? По поводу социальной ступени, что это такое? Но точно, она не определяется структурой государства.
Это не значит, что царица стоит на самой высокой, социальной ступени. А если у нее царь – садист и распутный мужчина? Очень тонкий момент. Такие царицы, принцессы и прочие – были, в самом затравленном состоянии.
Так, что тогда высшее общество? Это точно не Богатое шоссе. Где очень большие деньги, там страсти, и криминал неизбежен. Ревность страшная штука в таких местах. Так, где эта ступенька для женщины, где ей ничего не грозит? Старость?
Нет, она не спасает ни от любви, ни от социальных проблем, ни от насилия. Где женский рай? На небесах? Об этом не будем, Ирину интересует жизнь на земле, безопасная для женщины. Ой, ей, ой, как трудно быть женщиной! Сказать по секрету, где хорошо? Мужчины обидятся. Хорошо после развода, как после грозы, но остается чувство потаенной обиды. И это не панацея. А любовь? Иногда от нее надо качественно отдохнуть, и Ирина отдыхала.
Глава 7
Подари мне корыто…
Ирина отдыхала от любви, ее муж Артем убежал. Судя по информации, и опросам детектива Сержа Чаркина его не догнали, не нашли. Женька рос и рос. Она работала и работала. А мужчины, как сквозь землю провалились, вернее, чтобы не провалиться в землю, к ней не подходили. Она от любви основательно отдохнула, ей это стало надоедать. Не вешаться самой на первого встречного! Она вспомнила Виктора, Князя Гришу, Артема. А дальше, что? Прохора она побаивалась, не для нее он был создан, ей бы красивее мужчину.
Мысли ее колечком улеглись с памятью о Стасе, и сама она в кресле колечком сложилась. Сын играл на компьютере, на мать внимания не обращал. Такая тоска разлилась по ее организму, хоть волком вой. Захотелось Ирине любви, любой, хоть плохой, хоть хорошей, но лишь бы ни эта отчаянная пустота! Или это интуиция в ней проснулась?
В дверь позвонили, на пороге стоял Стас.
– Стас, ты ведь уехал за границу!
– Я вернулся, там сейчас военные действия, а я умудрился уехать до начала бомбардировок, буквально за день, узнал данные разведки и я здесь, цел и невредим.
– А я сижу, о тебе вспоминаю.
– И я о тебе постоянно думал, жалел, что вообще туда второй раз поехал, на одни грабли наступил два раза. А как Артем поживает? Где он? Чего мне бояться? Жилет надевать?
– Артем в бегах, теперь ему сюда нельзя возвращаться.
– Ирина, давай сменим квартиру, чтобы не нашел он нас.
– Он найдет, хотя это вариант. Здесь мне трудно стало. У тебя есть деньги?
– Успел, я успел деньги сюда переслать, до закрытия банков. Есть вариант проще, можно снять квартиру, а эту сдать, заодно проверим наши отношения.
– Второй вариант мне больше нравится. Давай снимем квартиру на троих!
Они сняли двухкомнатную квартиру, на первый взгляд в ней все было современное, ничего лишнего. В маленькой комнате сделали комнату для Жени, себе они купили две кровати и поставили их рядом, вроде вместе, вроде врозь. Кухня была достаточно большой, в нее вошел диванчик и телевизор, для тех, кто спать не хочет. Заплатили они за год вперед, и свою квартиру она сдала. Маленький рай.
Первая неделя была наполнена эмоциональной любовью, потом эмоции улеглись, страсти поутихли. Ирина готова была перейти спать на кухню, вторую неделю любви она уже с трудом выдерживала. Женька ныл, просился домой. Выдержали они втроем месяц совместной жизни, она мудро за свою квартиру за долгий срок денег не брала, и вернулась с сыном в свою квартиру. Больше любовь Ирине была не нужна, в ближайшее время.
Стас остался жить в съемной квартире, без особой обиды на нее. Одному ему больше нравилось жить. Он решил сам сделать генеральную уборку квартиры, залез на табурет, посмотреть, а, что лежит на антресолях. С одной стороны лежали книги, журналы, с другой стороны лежали в полиэтиленовых пакетах, расписные, деревянные ложки, он взял их. Развязал один пакет, его поразила яркость красок и узоры на ложках. Он осмотрел ложки, получалось, что ими играли, есть такие ансамбли, где играют на деревянных ложках.
Где-то в его памяти отложилось, что Ирина не равнодушна к деревянным предметам старины. Он позвал ее к себе. Ложки были не очень старые, им было лет тридцать.
Она сама залезла на табурет, и заглянула в глубь антресоли. Где-то по центру виднелся забавный, деревянный предмет. Стас достал его. Это оказалось, деревянное корыто. Похоже, здесь жили артисты, а это их инвентарь. Корыто тоже было разрисовано, как ложки, но смотрелось оно по иному. Оно слабо светилось.
– Стас, подари мне корыто!
– А если его искать будут?
– Будут искать – вернем.
– Бери.
Пришлось Ирине оплатить корыто натурой, а куда денешься?
Корыто оказалось очень старым, сверху, видимо, его прикрыли краской, а внутри оно было старое, до трухлявости. Она смотрела на него с затаенной радостью, любила она старые, деревянные предметы.
– Ирина, а как мы с ним поступим? На щепки расколотим?
– Нет, целиком оставим.
– Это как?
– Понимаешь, там еще есть ложки, надо сделать кухню под старину с росписью.
– Разумно, это для подобного любителя деревянного музея в доме, клад.
Марина позвонила Ане с одной целью, сказать, что янтарный номер стал пользоваться огромной популярностью, в начале его существования, он приносил убытки, но после отъезда в столицу некой Раисы, он стал приносить немалый доход.
Эта Раиса работала на самом плохом месте в гостинице: собирала мусор и выносила его. И именно она, после ночи в этом номере вышла замуж за столичного парня, у которого она была первой женщиной, и он на ней женился, у них родились мальчик и девочка одновременно. У нее семья была очень бедная, а теперь она живет, как принцесса. Эта сказка ходит из уст в уста, и люди стоят в очередь, чтобы хоть сутки пожить в мистическом, янтарном интерьере, приносящем, такую редкую удачу.
Аня получила импульс счастья от такой прекрасной новости и спросила:
– Марина, Вы еще что-то хотите приобрести?
– С удовольствием, но что-нибудь дешевле, для менее обеспеченных женщин.
– У нас сейчас готовиться национальный комплект мебели из предметов домашнего обихода, есть музейные образцы, именно они дают эффект мистики.
– Возьму, не глядя, найду куда поставить. Ведь Вы знаете, какое чудо еще происходит в янтарном номере? Женщины, можно сказать вдовы, в нем во сне видят своих мужей, как наяву. А девушкам сняться их суженные или они просто вскоре выходят замуж. У нас такое столпотворенье у этого номера! Спасибо Вам!
Позвонил Ане известный хоккеист и сказал, что не знает с чем связать свое счастье. Он ушел на пенсию весь в ранах и шрамах, но после жизни в квартире с мебелью, все раны затянулись боли прошли, он чувствует себя здоровым, и теперь собирается идти работать тренером, а раньше он об этом и думать не мог.
Совсем неожиданно позвонил Ане хирург по пластической хирургии, сказал, что ему один пациент за операцию предложил комплект антикварной мебели с вырезанными зверями из дерева, так вот, у него самого произошла растяжка рубцов. Он давно страдал образованием рубцовой ткани после операции не пластического характера, а теперь у него все нормально. Так он этот комплект мебели поставил в реабилитационный центр, и все больные выздоравливают намного быстрее.
Хирург назвал Ане дачу, на которой купил этот комплект у некого Эдика. Эта новость ее просто удивила. Она этот комплект продала лично Стасу, тот думал, что его продала Виктория, однако это сделал некий Эдик, по описанию хирурга, до операции он был похож на Артема.
Задуматься Ане не дали, позвонил экстрасенс, и сказал, что после приобретения мебели с деревянными шарами, у него усилились свойства распознавать события прошлого и будущего. Клиенты сидят в очередь, а раньше такого не было. Позвонил Ане директор молочного комбината и сказал, что его сыр раскупают по всем регионам, не успевает изготавливать.
Целый день она слушала дифирамбы в свой адрес, когда все затихло, Аня позвонила Ирине и передала все слова благодарности и заодно спросила, не знает ли она Эдика? Она ответила, что это уже не секрет, Артем и есть Эдик, и он в бегах. И она рассказала, как он метнул два ножа в двух милиционеров, но они выжили. Серж Чаркин подвернул ногу, ползком дополз до них, вытащил ножи, а она вызвала скорую помощь. С одной стороны куча приятной информации, а с другой – невыносимый Артем!
Ирина сказала Ане, где можно найти Стаса и предложила сказать ему, куда делся комплект мебели с дачи. Позвонила Аня Стасу, тот так обрадовался этой новости, что готов был простить пропажу мебели, он так устал от невезения, что раскрытие пропажи мебели с дачи, воспринял за счастье. Аня пообещала ему сделать для него солнечный комплект в подарок. Пообещала она комплект Стасу в качестве компенсации, и решила сделать мебель из модного ясеня, но чем его мистифицировать Аня не знала! Этот вопрос она вынесла на собрание своих людей по мистическому бизнесу.
Все сотрудники, одновременно получили одно задание: найти деревянный предмет прошлого, и обязательно настоящий! Родьке деньги нужны были так, что и передать нельзя! Раиса с детьми нуждались в постоянных деньгах, и жить вчетвером на его одну зарплату было неимоверно тяжело. А еще он хотел от них сбежать под благородным предлогом. Рая была в курсе дел мужа, и готова была отпустить его на поиски того, не зная чего, но ненадолго.
Он, не долго думая, сел на пригородный автобус и поехал до самой дальней деревни, куда не ходят поезда. Вышел он на последнем клочке асфальта, кругом была первозданная грязь после дождя. Виднелось несколько домов, старая ферма, конюшня.
Погладив себя по голове, за то, что взял с собой высокие резиновые сапоги, переобулся и пошел месить грязь по деревне. Он сразу заметил дальний дом.
Постучал, а в ответ тишина. Толкнул дверь. Она открылась. Обошел бедную хибару, в дальнем углу, на кровати лежал старик. Он еще дышал.
– Дед, ты жив?
– А чего тебе здесь надо?
– Так, мимо шел, дай, думаю, зайду, поговорю с местным аксакалом.
– Про меня, откуда знаешь?
– Есть хочешь, дед?
– Давай свою еду, ко мне тут заходят, кормят. Мне чай восемьдесят седьмой год пошел.
Достал Родион еду, для себя припасенную, и выложил ее перед дедом. Тот радуется, жует пищу тремя зубами. Выпил стопочку кагора, разговорился, после второй стал хвастаться. Родька беседу поддерживает, да на антиквариат местного производства наталкивает, а сам избу оглядывает. С первого взгляда ничего не нашел. После третьей рюмки дед намекнул, мол, сходил бы за соленым огурчиком в подпол, ему, мол, тяжело спускаться.
Родьку упрашивать не надо полез в подпол. Три ступеньки и земляной пол под ногами, в нишах стояли несколько банок с солеными огурцами. Маленькая, деревянная бочка с солеными грибами, с плесенью на марле. Две трехлитровые, стеклянные банки с брусникой, залитой водой. Из фанерных ящиков выгладывал картофель. Взял банку огурцов и решил уже выходить на свет, и свечку тушить, да вдруг его взгляд натолкнулся на крашенный шкафчик. Открыл его, там пустые стеклянные банки. Ничего больше! Потушил свечу, к деду пошел, а тот уснул, сопит себе.
Стал Родька избу обходить, да все шкафчики открывать. Потом пошел ставни закрыл, свет потушил, и стал ждать чуда, вдруг, что деревянное засветиться! Сам задремал после кагора, сон ему приснился: вроде девушка берет его за руку и ведет на чердак.
Он проснулся. Темно. Открыл ставни, на улице светло. Посмотрел, как на чердак забраться. Полез. Залез. Свечу зажег. На фанере плесневелые яблоки лежат. В дальнем углу сундук стоит, большой, без замка. Открыл он сундук, в нем оказались тряпки старые из темного сукна. Вытащил все. Некоторые вещи молью сообща подернуты. Брезгливо перебрал все, ничего деревянного в сундуке, кроме самого сундука не было. Он словно взгляд в спине почувствовал, резко обернулся и увидел свечение. Оно шло снизу вверх. Подошел. Посмотрел на пол чердака.
На полу лежала доска с рельефом, раньше такими досками белье гладили, до утюгов с угольками; до чугунных утюгов, которые просто на печь ставили. Поднял он гладильную доску, а рядом еще валик лежит, свет излучает, вспомнил, что раньше гладили как-то двумя этими предметами. Взял валик и доску, стал спускаться с крыши, ступеньки под его тяжестью, обломились. Он полетел кубарем, и потерял сознание.
Очнулся – рядом дед стоит:
– Так ты вор, стало быть? А я думал ты человек! Смотри, чего натворил, сказал бы уж, чего ищешь, продал бы тебе.
Родьке стыдно стало.
– Дед я все починю, я все расскажу.
Пришлось Родиону чинить лестницу, забор, и все, что дед ему наметил, за работу получил он предметы быта из далекого прошлого.
Аня обрадовалась его находке, оплатила, но подумала, что все это уйдет в комплект для Марины, а для Стаса?
– Родион, у тебя талант! Отдай деньги Раисе, няньку найми, да попробуй найти еще что-нибудь, такое, ну, сам знаешь.
– Мне надо отдохнуть, с детьми посижу, потом поеду. Привык я к своим карапузикам.
Ирина позвонила лучшей подруге, то есть сестре Ане, и призналась в том, что пишет романы, попросила ее прочитать их. Она стала говорить о Тургеневе, а Аня его сама недавно перечитывала. Интересное дело! Ирина целые сутки жила с мыслями, что Аня, ее читает! Вот ужас! Все ее нервы свертывались в клубок, а потом развертывались! Ирина волновалась до чертиков, а Аня ей не звонила, ничего не говорила. Ночью Ирина не выдержала, нажала по очереди на уничтожение своих произведений, потом сделала контрольный выстрел по всей странице в Интернете!
Все! Она себя уничтожила! Аня ее больше не найдет! Но жить под вымышленным именем больше суток она тоже не могла, не подводная она лодка, всплыла на поверхность, где ждут читатели.
А, Аня ее прочитала, точнее, просмотрела и промолчала.
Следующее утро новой жизни Ирина начала с тренажера. Этот загадочный белый станок для корректировки фигуры стоит рядом с ее постелью. Зачем изматывать себя зарядкой, бегом? Она встала в тренажер, натянула на себя ленту с резиновыми выступами, включила вторую скорость и вперед, к новой фигуре. Кто сказал, что это легко? Стоишь, а по тебе лента бьет и бьет, а ты ее по себе передвигаешь туда, сюда. Теперь кофе, грим, одежда, зонт и вперед, к эмоциям жизни. Ноги Ирины плотно обтянуты джинсами, немного вытянуты каблуками, она шагает навстречу судьбе.
Две машины сделали полукруг и остановились. Не глядя на них, она знает, что в одной из них сидит тот, ради кого все ее потуги в области фигуры, это Стас. Он неотразим для нее. Рядом с ним она ощущает себя стопроцентной женщиной. Он выше ее, плотнее, и она рядом с ним смотрится изящней. Блаженство находиться рядом с ним! Он ее визуальное счастье! Счастье длилось ровно столько, сколько лифт поднимается до их этажа, они работают в разных офисах. Вот и все, куда спешила?