Текст книги "Тайна звездной башни"

Автор книги: Наталья Владимирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Они до сих пор не догнали меня, – с натянутой улыбкой отозвалась я.

– Звери? За тобой кто-то гнался? – не понял нашего разговора Яррин и ухватил Эдгарда за грудки. – Ты его бросил, зная, что за ним гонятся звери?

– Да никто за мной не гнался! – Я повисла на мускулистой руке, пытаясь ее разжать и освободить мага. – Соседи-однокурсники, ну те, что бросили нас в кабаке, увязли в болоте. Я хотел помочь. А Эдгард решил, что они заслужили наказание, поэтому побежал дальше. Мне пришлось немного задержаться и бросить соседям веревки. Но они до сих пор не догнали. Возможно, не вышло выбраться из магической топи…

– Ты помощь оказал, остальное – не твоя забота, – отрезал Яррин. – Пошли. Все-таки это пробежка, а не экскурсия. К полуночи даже последние лузеры обязаны прибыть к месту назначения и отметиться.

Остальной путь не доставил практически никаких хлопот, во всяком случае мне и Эдгарду. Перепрыгнуть глубокий ров на веревке, вроде знакомой тарзанки, оказалось проще некуда благодаря Яррину. Он подтолкнул сначала меня, а затем Эдгарда так хорошо, что, долетев до противоположной стороны, нам оставалось лишь разжать ладони и оставить в покое перекладину. На канатной дороге сильные руки телохранителя поддерживали нас обоих за шкирки. А на высокий забор, преграждающий путь, Яррин нас просто забросил, после чего перемахнул его сам и помог спуститься нам.

– Танай, Эдгар! – встретил нас Лотт на выходе из леса. – Вы чего так долго? Все уже вовсю отдыхают, а вас все нет и нет. Я даже решил пойти поискать, вдруг вы застряли на какой преграде.

– Спасибо. Все хорошо, – улыбнулась я зверю и покосилась на израненного Яррина. Тот явно не желал демонстрировать свою спину. И если раньше с одним Эдгардом это легко выходило, то сейчас парень заволновался. – Неужели все собрались? И наши соседи тоже? – деланно удивилась я, отвлекая на себя внимание зверя.

– Эти пусть ждут в лесу преподов, – категорично отрезал Лотт, не желая вспоминать сокурсников-предателей.

– Пойду к себе, душ, что ли, приму, все равно награждение не скоро, придется ждать остальных, – с наигранной ленцой протянул Яррин.

– Да уж, сегодня ждать придется долго, – усмехнулся Лотт. – В этот раз маги не самые медлительные. Вперед, ребята, покажите, что тоже на что-то способны, – подбодрил нас парень сделать последний рывок до парковой зоны. – Глядишь, может, даже мясца достанется.

– Вот он удивится, когда его соплеменники все-таки объявятся на празднике, – прыснул Эдгард, отбегая от зверя на расстояние. Я оглянулась и заметила задумчивый взгляд Лотта, по-прежнему стоящего на окраине леса. Эх, брат, никак ты не привыкнешь к тому, что у зверей отменный слух.

Мы прибавили скорость и за пару минут донеслись до парка. Оставалось преодолеть небольшой склон. А там на украшенной иллюминацией поляне…

Среди дыма костров и ароматов жареного мяса в окружении студентов и преподавателей перед седовласым ректором стоял с опущенной головой Яррин. Его прилюдно отчитывали за нарушение главного правила академии – не сходить с лесной тропы.

– Ваша спина тому подтверждение, – четко поставленным голосом вещал ректор, грозно сведя кустистые брови к переносице. При этом его печальные глаза выдавали, что старик сам донельзя расстроен наказанием лучшего ученика. – Таким образом, я вынужден отчислить вас, Яррин Уорд. Выпускного диплома вы не получаете и возможности восстановиться тоже. Соответствующие документы и письмо вашему отцу вы получите завтра утром. Думаю, столь вопиющий случай станет для остальных хорошим уроком.

– Нет! – заорала я как оглашенная и бросилась вниз по склону. Ноги едва касались земли, не навернулась я лишь чудом.

– Почему? – не понял ректор неожиданного протеста и, обернувшись в мою сторону, смешно захлопал глазами.

– Потому что меня надо наказывать! – возмутилась я, добежав до Яррина и вставая рядом. – Это я сошел с тропы и попал в беду! Яррин меня спас.

– Ну… – растерялся ректор. И было от чего – терять наследника Лоуса в качестве студента своей академии ему хотелось еще меньше. – А чем докажете?

– Вот, – я выставила вперед обожженную ногу и, подражая Яррину, склонила голову.

– Хм. Что ж. Придется тогда исключить из академии вас обоих.

Что?

– Идиот, – сквозь зубы прокомментировал мой поступок Яррин. Согласна, но о поступке не жалела.

– Неужели ради соблюдения правил академии Уорд должен был оставить товарища в беде? – возмутилась я. – Меня растили иначе – сам погибай, а товарища выручай.

– Правила – есть правила, – расстроенно произнес ректор и потер переносицу. Видимо, прикидывал, как будет объясняться с высокопоставленными особами за отчисление наследников сразу двух богатейших родов.

– Тогда и меня наказывайте! – услышала я требовательный голос за своим плечом и обернулась. К нам спешил непонятно откуда взявшийся Фюфик. Выходит, звери все-таки выбрались при помощи веревки? Парень встал рядом со мной и громко отчитался: – Танай нарушил правило, чтобы вытащить меня из болота.

– Вижу, – устало вздохнул старый маг и махнул рукой. – С вас до сих пор капает болотная муть.

– И меня! – подошел следующий сосед по комнате.

– И меня!

Что они делают? Чего добиваются? Я в растерянности вертела головой, не понимая, что происходит.

Все семь зверей, побывавших сегодня в ловушке Лотта, по очереди присоединились к нашему строю провинившихся. Кустистые брови ректора застряли где-то в седой шевелюре. Подозреваю, в своем удивлении я выглядела не лучше. Смысл разворачивающейся драмы пока не давался моему осознанию. Что звери задумали? Фюфик незаметно пожал мою руку когтистой лапой и подмигнул, мол, не волнуйся, все под контролем.

– М-да, – почесал подбородок глава академии, рассматривая нашу странную компанию.

Студенты, ставшие свидетелями незаурядного происшествия, загомонили, обсуждая сложившуюся ситуацию. Но сюрпризы этого вечера еще не закончились.

– Тогда уж и меня, – громко провозгласил Лотт, вальяжной походкой спускаясь со склона. В этот момент он был хорош, как никогда. Белокурые волосы рассыпались по плечам, глаза горели благородным гневом. – Это я отправил в болото всех семерых.

– Ох! – прокряхтел ректор, хватаясь за сердце. Шутка ли – отчислить десяток одаренных разом?

Но и это казалось еще не все. Вишенкой на торте стал выход брата из толпы студентов.

– Я со всеми, – тихо сообщил Эдгард и примкнул к нам, высоко задрав подбородок. О нет! Что они все творят? Неужели надеются на помилование? А если ректор не посмотрит на количество и отчислит всю ораву? Это же безумный риск!

– А ты почему? – ласково поинтересовался старик, уже мало похожий на вменяемого и переполняемого пафосом мага.

– Потому что несправедливо! Не хочу учиться в академии, где наказывают самых отважных и способных!

8

– Что? – в голосе ректора сквозило раздражение напополам с недоумением.

– А ведь он прав, – хохотнул Солс, разводя толпу эффектным жестом фокусника и выдвигаясь вперед. – Все вернулись живы и почти здоровы, преодолев не только заготовленные для праздника препятствия, но и ловушки леса. Ни одного не пришлось вытаскивать. Справились сами. Ну не молодцы ли, а?

– Что вы такое говорите, профессор! – возмутился ректор, но без особой уверенности. Скорее для порядка осадил подчиненного.

– Лиэр Аллен, – к начальнику подошел профессор Троул и громко зашептал: – Вы действительно хотите исключить из академии одиннадцать студентов?

– Хм. Хм. – Тот и сам понимал, что оказался в неудобном положение, но пока не готов был капитулировать или не знал, как это лучше сделать, сохранив лицо. – Нельзя же оставлять ослушание безнаказанным.

– Совершенно верно! – снова вмешался Солс с азартом в голосе. – Однако наказание должно соответствовать проступку. В правилах сказано, что отчислению подлежат те, кого застали в чаще леса или того паче вытащили из ловушки. Эти студенты нарушили запрет, однако под правило об отчислении не попадают.

– Хорошо! – с облегчением согласился ректор. – Какое назначим наказание?

Солс расплылся в улыбке и подкрутил ус. Весь его вид говорил: «Не молодец ли я? Отстоял одиннадцать студентов!»

– А давайте посадим их в одиночный карцер! – мрачным тоном, не соответствующим его довольной физиономии, предложил он.

– Отличная идея! – поддержали его коллеги, желающие проявить себя перед начальством строгими, но справедливыми педагогами, и дружно закивали.

– Всех одиннадцать? – переспросил ректор.

– Ой! – разом выдохнули коллеги, сообразив, что идея «физрука» иррациональна.

– А что такого? – сделал невинное выражение лица Солс. Он единственный наслаждался происходящим.

– Они там все не поместятся! – строго ответил недовольный глава академии.

– Тогда не посадим, а поставим! – проявил смекалку усатый профессор, с серьезным видом прохаживаясь вдоль нестройного ряда провинившихся.

– Как?

– Как-как, поплотнее, чтоб все вместились.

Грохнул хохот. Студенты вместе с преподавателями валялись по земле, хватаясь за животы и рыдая от смеха. Ректор в сердцах, что была нарушена столь серьезная и поучительная атмосфера, плюнул и ушел к себе. Наказание уже не имело никакого смысла. Правда, нам позже все-таки предписали дополнительные физические занятия под надзором Солса, но разве подобное взыскание можно сравнить с отчислением или карцером? Подозреваю, дополнительной учебной нагрузкой глава академии отплатил подчиненному за срыв карательной процедуры.

Случай, в котором маги и звери встали на защиту друг друга, потряс академию. Преподаватели ходили, лопаясь от гордости. Подумать только, взрастили сплоченный дух в студентах противоборствующих рас! Каждый профессор был уверен, что именно он оказал влияние своими мудрыми изречениями на лекциях и практике. Одаренные чувствовали растерянность. А наша комната, наконец, вздохнула спокойно, освободившись от напряжения взаимных обид и недопонимания. Даже Эдгард, всегда настроенный категорически против зверей, стал мягче и терпимее.

– Все же благодаря им ты не вылетел из академии, – объяснял он проявившиеся перемены в себе. – За это я готов им простить все на свете, даже их невыносимый нрав и отвратительный вид.

Единственный, с кем отношения у меня по-прежнему не ладились, так это Яррин. После праздника Костров он намеренно избегал меня. Не раз и не два я пыталась подойти к нему и поговорить. Меня тревожили его подозрения насчет упавшего дерева, хотелось расспросить об имеющихся фактах и найденных уликах. Но парень оказался неуловим. И только сообразив, что он специально сторонится меня, я решила и сама держаться от него подальше. Нужно иметь гордость. Что этот самовлюбленный тип о себе возомнил? Можно подумать, я покушаюсь на его невинность! Хотя… если вспомнить происходящее в овраге в тот день… Как раз-таки покушалась. Ох. Не удивительно, что теперь он брезгливо от меня шарахался.

Но долго переживать из-за подобных глупостей мне не пришлось. Следующий же урок по построению заклинаний напомнил про мою главную проблему. Половина первокурсников уже успешно выполнила задание профессора и не посещала занятия Филлека, поэтому в поредевшей группе одаренных я выделялась белой вороной. Стоя в сторонке и завистливо поглядывая на парней, бросавшихся энергетическими сферами, я снова и снова возвращалась к мысли, как было бы здорово развить в себе хоть малюсенький магический дар. Что если действительно люди способны, но просто не в курсе, как это делается? Разумеется, с одаренными сложно будет соперничать, однако оказаться вовсе пустышкой в магической академии – позор. Черт! Где же настоящий Танай, когда он так нужен? Неужели не понимает, что обычный человек не способен его полноценно заменить?

От отчаяния я вспоминала советы Эдгарда и старательно медитировала по вечерам. Но, разумеется, единственным результатом – и должна сказать, отличным – был крепкий сон. Кто бы сомневался!

Выхода из сложившейся ситуации я не видела. Катастрофа! Оставался вариант с побегом, который донельзя меня пугал своей неопределенностью.

Нужно ли говорить, что с каждым днем я становилась все рассеяннее и раздражительнее? Эдгард относился с пониманием и старался помочь, но его рекомендации не срабатывали, как я ни старалась. К выходным мое отчаяние возросло до размеров Вселенной.

– Танай, какие планы на сегодня? – поинтересовался за завтраком Эдгард, как только среди лиэров пошли разговоры о предстоящем отдыхе.

– Не знаю, – вздохнула я, – наверное, в библиотеке посижу. Ты же знаешь, у меня не все ладится с учебой. – Я покосилась в сторону магов, которых не собиралась посвящать в свои проблемы. Но нас, к счастью, никто не собирался слушать, у старшекурсников хватало своих интересов.

– Давай лучше в парк. – Брат многозначительно поиграл бровями. – Есть идея.

– Давай, – согласилась я без особого воодушевления. На этой неделе у Эдгарда возникало множество идей, совершенно не спасающих меня, а потому я лишний раз не обольщалась на этот счет. Однако в этот раз все вышло иначе.

– Что? Новый метод заглянуть в себя вспомнил? – вежливо поинтересовалась я, когда мы вышли с ним на парковую дорожку. Изо рта вырвалось облачко пара. Первые заморозки.

Колкий прозрачный воздух кружил голову. Под ногами хрустели заиндевелые листья, словно корочка свежего хлеба под острым ножом.

– Нет. Я подумал, что раз уж у нас с тобой не выходит найти в тебе магию, то следует иначе подойти к проблеме.

– И что ты предлагаешь? – Я окинула взглядом поникшие от холода растения. Скоро зима. Не самое лучшее время года ударяться в бега.

– У нас нет времени докапываться до источника. Нужно срочно сдать зачет профессору Филлеку. А для этого все способы хороши, как ты считаешь? – все еще кружа вокруг да около, осторожно поинтересовался Эдгард.

– Ты совершенно прав! – согласилась я. – Но, надеюсь, ты не предлагаешь его убить? Я в таком деле не особо ловок.

– Как ты мог такое подумать? – испуганно воскликнул брат, но увидев мою грустную улыбку, успокоился. – А. Ты шутишь. Так я о чем? Если ты не против…

– Не против! – перебила я Эдгарда. – Говори уже, не томи.

– Если, предположим, – по-прежнему с опаской продолжил он, – я создам сферу и дам ее незаметно от профессора тебе…

– …а я брошу… – стала догадываться я, что хочет предложить брат.

– …то зачет может быть получен и без применения собственной магии, – закончил мысль Эдгар и вопросительно взглянул на меня.

– Стоит попробовать, – наконец, заразилась его воодушевлением и я.

– Останется лишь потренироваться с попаданием в цель.

– С этим не должно возникнуть осложнений, ведь я… – Ох, чуть не ляпнула, что одно время посещала клуб юных стрелков, где регулярно практиковалась в меткости, в том числе и при помощи игры дартс. – …Лоус!

– Тогда давай попробуем. Смотри, что я принес. – Эдгард распахнул полу теплого плаща и продемонстрировал мишень. – Стащил с полигона, чтобы позаниматься без свидетелей.

Мы отправились в самый отдаленный уголок парка, куда мало кто заглядывал из студентов или преподавателей, установили щит и принялись экспериментировать.

Эдгард создавал сияющую сферу и передавал мне в руки. Моя задача заключалась в том, чтобы ее бросить до того, как она испарится без магической подпитки. Поначалу дело шло не очень.

– Бросай, бросай ее скорее! – шипел он, не понимая причины моей медлительности.

Я переводила растерянный взгляд со сферы на мага и обратно, безуспешно пытаясь нащупать то, чем мне предстояло кидаться.

– Как? Я ее совсем не чувствую! – нервничала я, сжимая и разжимая пальцы, которые проходили через сияющий шар, как если бы это было привидение. – Сфера не материальная. – С досады я пнула поникший грузный бутон подмерзшей хризантемы, которому уже не суждено было распуститься.

– Конечно, нет! Это же сгусток энергии!

– Как можно бросаться светом? Или воздухом? Это безумие!

– Танай, ты чего несешь? А если тебя кто услышит? Вспомни уже, что ты маг! Ты управляешь и светом, и воздухом, и всем, чем только пожелаешь!

– Да, я могущественный маг, – повторяла я словно мантру, мечтая, чтобы мои слова стали реальностью. – Мне все подвластно.

Но сияние проходило сквозь мою ладонь, совершенно не реагируя на пассы и глупые уговоры.

– Давай, миленькая. Ну, что тебе стоит? Лети во-он в том направлении. А? – Я готова была заплакать от бессилия.

– Так, хватит, – наконец, не выдержал Эдгард. – Давай иначе.

– Как?

– Потри ладони.

– Так?

– Да. Просто разотри хорошенько, чтоб потеплели. Еще. Еще. Еще! Не останавливайся!

– Горячо же!

– Еще немного. Все. Теперь отодвигай друг от друга руки. Чувствуешь? Ощущаешь между ними что-то?

– Прохладно стало.

– Нет! Напряжение. Ну? Между ладонями появилась энергия?

– Кажется… – На самом деле я не была уверена.

– Пытайся. Всеми органами чувств, а те, что не работают, заменяй фантазией. Ну?

– Стараюсь.

– Какая у тебя энергия, Танай? Она?.. Ну? Она мягкая и упругая одновременно, верно?

– Да…

– Хорошо. А теперь впусти в круг своей энергии мою.

Эдгард создал сферу и поместил между моими ладонями.

– Немного подними руки.

Я послушно выполнила требование, и, к моему удивлению, сфера приподнялась вместе с ладонями.

– О-о-о!

– А я что говорил! – довольно выдохнул Эдгард. – Теперь-то ты ее чувствуешь?

– Да-а-а, – протянула я, не смея поверить в то, что видела и ощущала в собственных руках. Магия! Я ее действительно чувствовала. Это было невероятно! Невероятно приятно. Все мое существо наполнялось радостью и счастьем. Не просто светлое пятно, а энергия, мощная, сладкая, пьянящая. Она потекла по моим пальцам, перешла с рук на плечи и грудь, наполняя каждую клеточку тела жаждой жизни…

– Э! Не впитывай ее! – возмутился Эдгард, заметив, что сфера начала меркнуть и уменьшаться в размерах. – Ты должен научиться ею управлять, а не поглощать!

– Ой. Извини. – Я сделала взмах рукой и толкнула сферу в направлении мишени. Шар плавно поплыл к щиту, но не долетел и с шипением впечатался в остекленевшую от мороза траву.

– Уже что-то, – оценил Эдгард и подал следующую сферу. – Теперь вспоминай формулы и не только рукой, но и мысленно направляй, рассчитав расстояние, силу толчка и сопротивление воздуха.

Легкотня. В формулах я прекрасно ориентировалась. Сложность оказалась в другом.

До самого вечера я училась не соблазняться магической эйфорией и бросать созданную для меня энергию сразу же, как только она попадала ко мне в руки. Признаюсь, пришлось трудно. Расстаться со «светлячком», доставляющим небывалое удовольствие, то еще испытание. Но я справилась. Что касается меткости попадания, то я без прикрас в этом действительно хороша. Мне достаточно было сделать резкий бросок до того, как сознание воспротивится расстаться с неожиданно попавшей в руки магией, и сфера летела точно в цель.

– Отлично! – удовлетворенно подвел черту Эдгард в конце дня. – Осталось дело за малым – во время урока передавать сферы так, чтобы не заметил профессор.

В новую учебную неделю я вступила с улыбкой и верой в будущее. Правда, все сложилось не так, как мне хотелось. Ну, да мне не привыкать.

Придя на урок по построению заклинаний, я сразу же заняла место напротив одной из мишеней, но так, чтобы меня не особо было видно за крупными мускулистыми зверями. Не хотелось привлекать к себе излишнее внимание преподавателя. За мной пристроился Эдгард.

Профессор Филлек появился на полигоне, довольно потирая озябшие ладони, обветренные и неприглядные, как это часто бывает у представителей его расы.

– Отличная погода, не находите? – пружинистой походкой он протанцевал к барьерной линии. – Те, кто не получил оценку ранее, сейчас имеют уникальную возможность включить в свои формулы расчёта полета сфер низкую температуру воздуха, замедляющую скорость движения энергии.

Кое-кто из зверей задумчиво почесал затылок. Подозреваю, к концу месяца сложностей со сдачей зачета еще прибавится. Я просто обязана сделать это сегодня!

– Приступим?

По сигналу профессора в мишени полетели огненные сферы. Долетали, как обычно, не все, имея погрешности в расчетах. Некоторые сгорали по пути, какие-то уходили вбок, самые точные с яркими вспышками всасывались в щиты, оставляя до конца урока цветные кляксы.

Я растерла руки друг о дружку, после чего незаметно спрятала одну позади себя. То, что Эдгард вложил в нее сферу, я поняла сразу же, как ощутила характерное тепло и легкое покалывание в ладони. А вот справиться с нахлынувшим острым удовольствием, контрастировавшим с морозным, почти звенящим воздухом, оказалось невероятно сложно. Даже мучительно. Дрожа всем телом и превозмогая себя, я усилием воли выбросила руку вперед, почти не просчитывая и не целясь.

Выпучив глаза и закусив губу, чтобы не заорать от разочарования, я наблюдала, за полетом того, что бросила. А именно – за крошечным тусклым диском – только он и остался от полноценного огненного шара после моего энергетического вампиризма. Основательно я его «подъела».

Словно в насмешку над крупными, ярко сверкающими сферами мой мелкий неказистый снаряд, тоненько свистя, долетел до мишени и попал точно в цель. Плюх! М-да, несолидно как-то.

На полигоне воцарилась минутная тишина. Звери, до того бурно реагирующие на собственные и чужие результаты, примолкли. Мне в руку ткнулся следующий теплый комок энергии. Верно! Пока профессор не сообразил, что к чему, следует продолжить.

Я успела бросить еще три полудохлые сферы под все усиливающийся хохот, только тогда преподаватель выскочил перед линейкой студентов и засек меня.

– Танай! Прекратить балаган! Это что за издевательство?

– А? – прикинулась я, будто ничего не понимаю. Ни за что не признаюсь в подлоге! Буду до последнего отпираться. Щеки у меня уже горели алым пламенем. Снова стала посмешищем для одаренных. У сокурсников слезы текли ручьями и начиналась икота. – Что?

– Я все видел! Месяц стояли в стороне, стало скучно и решили развлечься?

– Почему? Я же попал в цель.

– Вот этим? Пись-сь-сь… – Мужчина махнул в сторону мишеней, изображая мой снаряд с горошину, летящий с комичным звуком. – Что это за сферы вы создаете, лиэр Лоус? На смех зверям!

Сокурсники с удовольствием поддержали реплику преподавателя дружным хохотом.

– Ну… – замялась я.

– Но разве задание заключалось в создании сферы? – вмешался в наш разговор Лотт. – Мне казалось, главное – это мишени. Вы говорили в начале практики, что нужно попасть в цель. Танай попал четырежды.

– Умничаете, Лотт?

– Уточняю. А то вдруг я не на то сориентировался и тоже допущу ошибку. Профессор, можно еще раз повторить задание для таких, как я, невнимательных?

– Вы правы, задание – попасть в центр мишени, – сдался Филлек, поджимая губы. – Однако подобные сферы… Танай их специально создал, чтобы сорвать урок.

– Вовсе нет, я лишь хотел попробовать усложнить себе задачу в попытке побросаться мелочью. Для нее же нужны особые расчеты.

– Подобное в программу не входит.

– Тем интереснее!

– Принято, – буркнул профессор Филлек. – Ввиду усложнения задачи, зачет ставлю сейчас, до следующего месяца, лиэр Лоус, на моих уроках не появляйтесь. – Он сделал жест рукой, отгоняя меня от поребрика. – Спектакль окончен, продолжаем тренировки.

– Он тебе этого не простит, Лоус, – шикнул кто-то из сокурсников, когда я покидала группу.

Но даже неприятное предупреждение не умалило моей радости. Я не смела и ожидать, что получу зачет по практике, а уж тем более так быстро и просто. Поэтому на следующий урок по щитам и контрзаклинаниям топала безмерно довольная. Рано расслабилась!

– Вспоминаем простейшие щиты и их укрепление, которые проходили на прошлых двух уроках. А затем готовимся к спаррингу, – объявил профессор Троул, едва войдя в зал для практики. – Я пока отлучусь ненадолго.

Эдгард бросил на меня встревоженный взгляд. Мы дождались ухода преподавателя, после чего маг без слов вызвал перед собой щит.

– Примешь? – протянул он ко мне руки, подавая охранную магию. Однако стоило мне раскрыть ладони, как радужная пленка щита лопнула.

Мы повторили нашу попытку несколько раз, но результат был все тот же.

– Не выйдет, – наконец, вздохнула я, припоминая теорию. – Щит можно подпитать чужой энергией, накрыть им кого угодно, но передать не получится. Он синтезируется не из источника и неотделим от мага или зверя. Это защитная реакция организма, как у ежика иглы, – сказала и сама ужаснулась тому, как явно прозвучало признание в человеческом происхождении. У меня-то подобная реакция точно отсутствует. Но… Как так получилось, что на прошлом спарринге Танай не успел раскрыть щит и словил удар от Эдгарда? Странно. Ведь наследник Лоуса точно маг? Во всяком случае, преподаватели и многие студенты в этом убеждены, оказавшись свидетелями демонстрации его дара. Могло ли то быть подлогом?

– Что? Новый сюрприз готовишь? – подошел к нам Фюфик и хлопнул меня по плечу. – На прошлом уроке у тебя здорово вышло всем нос утереть. Уважаю! Пока народ учился в цель попадать, ты осваивал более крутой приемчик.

Он вальяжно отошел от нас, время от времени оборачиваясь и жестами давая понять, что в восторге от моего эпатажа.

– Правда, что ли? – вывел меня из задумчивости голос Лотта.

Я вздрогнула и подняла глаза. Парень с тревогой посматривал то на меня, то на Эдгарда.

– Ты о чем?

– Фюфик по секрету всем рассказывает, что ты не удовлетворен одной победой над профессором Филлеком и готовишь нечто и для Троула.

– А ты слушай больше всяких пустомель! – возмутился Эдгард. – У Таная проблемы с магией после последнего спарринга!

Как только последнее слово вырвалось у мага, он закрыл обеими ладонями себе рот и смешно выпучил глаза.

– Проболтался, – хором прокомментировали мы с Лоттом и обменялись понимающими взглядами.

– Ага, – повинился с грустью в голосе Эдгард, опустив глаза.

– Мне можно, я сохраню ваш секрет, – успокоил его Лотт, по своей любимой привычке хлопнув мага по спине и чуть не сломав тому хребет. Эдгард, пошатнувшись, крякнул и уткнулся носом мне в грудь.

– Не переживай. – Я шутливо растрепала ему волосы на макушке, и он отпрянул.

– Это не я, а ты должен сейчас переживать, – напомнил он мне о проблеме.

– А смысл? Мне все равно капец.

– Что, совсем никак не получается выставить щит? – уточнил Лотт, заглядывая мне в глаза.

– Никак.

– Но на прошлом уроке…

– Я подавал Танаю свои сферы, – признался Эдгард.

– Вот оно что! Понятно, почему они были такие… хм-хм…

– Мелкие, – подсказал ему маг.

– Ага. Просто крошечные, – зверь прыснул, вспомнив про недавнее представление на полигоне.

– Но со щитом подобное не срабатывает, – доложился Эдгард.

– К лекарю Паккету обращались?

Мы с магом переглянулись. Он – с удивлением, что самому не пришло в голову подобное простейшее решение. А я с испугом, понимая, что если меня начнут всерьез исследовать, то мигом раскусят.

– Нет. Не хочу ославиться, – поторопилась я ответить и умоляюще взглянула на Эдгарда. Тот с пониманием кивнул.

– А! – догадался Лотт. – Гордость лиэра.

– Точно, – согласилась я. – Именно она.

– Что ж. А энергией подпитать щит сможешь? – зверь пытливо глянул на меня, синющие глаза словно просканировали насквозь, вызвав по телу толпу мурашек.

– Что задумал? – уцепился за ниточку надежды Эдгард.

– Попросить работать парами, – ответил ему Лотт. – Так что? Сумеешь подпитать? – снова обратился ко мне.

– Вряд ли.

– Почему? Это же легко! Просто касаешься напарника и вливаешь в него магию.

– Сказано же, что в ней-то как раз и заключаются неприятности! – вспылил Эдгард.

– Давай попробуем! – упорствовал Лотт, тряся белокурой головой.

– Давай, – согласилась я, все равно ничего не теряю.

Лотт распахнул надо мной, словно огромный зонт, прозрачный щит, искрящийся всеми цветами радуги. Я без особой надежды коснулась богатырского плеча.

– Закрой глаза и почувствуй, как силы перетекают по твоей руке к Лотту, – подсказал Эдгард.

Я послушно выполнила рекомендацию и услышала удовлетворенный вздох. Открыв глаза, и сама ахнула. Над нами сверкал щит с золотыми прожилками, напоминающими вены.

Выходит, это правда, и у людей тоже есть нечто схожее с магическими способностями? Пусть не мощный дар, но некоторые зачатки к сверхъестественным способностям все же имеются? Иначе как бы я могла подпитать щит зверя магией, которой у меня, согласно учебникам, нет и не может быть?

Я стояла в полнейшей растерянности, не смея поверить в собственные выводы. Удивительно! Если бы в детстве меня воспитывали в традициях одаренных, сейчас я умела бы управлять собственной энергией и создавать самое настоящее волшебство?

– Действительно слабенькая магия, – сокрушенно сделал вывод Лотт. – Совсем никакая.

– Но смешавшись с твоей, это совершенно незаметно! – Эдгард хлопнул в ладоши. – Осталось убедить профессора Троула в необходимости практики по парам.

– Я сейчас. – Лотт пригладил двумя руками волосы и поправил одежду. На его лице появилась очаровательная улыбка, а на щеках заиграли ямочки. Парень оглядел народ и принялся одного за другим обходить наших соседей по комнате. Звери шушукались, кивали и обменивались многозначительными улыбками.

К тому времени, как вернулся преподаватель, среди однокурсников гуляло мнение, что, разбив студентов попарно, можно выиграть время и выставить оценки всем, а не половине группы, как обычно.

– Профессор, вы могли бы выигранный час посвятить более детальному объяснению новой темы. Зимой экзамены, хотелось бы подготовиться к ним как следует.

Разумеется, Троул не стал возражать, обрадованный столь рьяному интересу к собственному предмету. Я была спасена! Разумеется, временно. Но и небольшая отсрочка для меня имела значение.

В очередной раз получив от ректора месячное пособие, назначенное отцом Танаю, я принялась к тщательным сборам. Уход запланировала в следующие выходные. А предстоящие я намеревалась провести в библиотеке, чтобы перерисовать карту окрестностей Подгорска – не хотелось заблудиться, когда отправлюсь в вынужденное путешествие. Признаюсь, боялась неимоверно. И более всего неизвестности. Оказаться в бегах в чужом мире – сомнительное удовольствие. А то, что искать меня будут, даже не сомневалась, все-таки Танай не кто-нибудь, а наследник целого лиэрства. Да и с планами на будущее у меня выходило не особо надежно, оставалось ощущение, что я многое упускаю из вида, не имея знаний о здешних реалиях. А на фантазиях далеко не уедешь.

Последний будний день перед выходными выдался суматошным. На каждом уроке – проверочные работы. К обеду первокурсники перенервничали настолько, что в столовой разговоры сводились к необходимости отдохнуть и хорошенько расслабиться. Меня позвали с собой в город сразу несколько компаний – не только лиэры, но и звери.

– Не могу, – с искренним огорчением отказывалась я, памятуя про обещание Яррину не выходить за пределы академии. – У меня проблемы с практикой, придется позаниматься в выходные.