Текст книги "Мужчина из научной фантастики"

Автор книги: Наталья Косухина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Глава 23

Я стояла перед дверью и нажимала на звонок. По бокам от меня расположились Джим и Кира. Вот щелкнул замок, дверь открылась, и перед нами предстала женщина чуть старше меня.

– Фиса, родная, наконец-то! А это твои милые друзья? Добро пожаловать! – И, выдав все это, нас затащили внутрь квартиры.

Друзья были немного в ступоре от такого приема и, совершенно ошарашенные, двигались практически на автомате.

– Привет, ба! Я тоже очень рада тебя видеть.

Бабуля сначала осмотрела Киру, потом Джима и сказала:

– Если тебя окружают такие мужчины, как он, то я не понимаю, почему ты одна?

– Ба!

– Что, ба? Что, ба?

– Познакомься, пожалуйста. Это Джим Крофт – мой друг.

– Джим Крофт, – задумчиво постучала пальцем по губе бабушка. – А твой отец случаем не Алекс Крофт?

– Да, мэм.

– О, он в свое время помогал в спасательной операции, которой я руководила. Тогда он еще не был знаком с твоей мамой, и могу тебе сказать, был еще тем шалуном. Несмотря на то, что он ракш.

И пока Джим в шоке переваривал новую информацию о своем отце, она повернулась ко второй гостье.

– А это моя подруга и соседка – Кира Громова. Ее родственники владеют корпорацией по добычи полезных ископаемых.

– Ого, какие люди у меня дома!

– Очень приятно познакомиться, Маира Сергеевна, – покраснела подруга.

– Мне тоже, проходите. Я приготовила вам поесть. А то вы на казенных харчах поди совсем стосковались по нормальной еде.

– Не то слово, мэм, – проговорил Джим, широко улыбаясь.

– Вот и отлично. Садитесь за стол, я сейчас всех накормлю.

Пока мы рассаживались, Кира наклонилась ко мне и шепотом спросила:

– Она правда для нас готовила? Сама?

Но бабушка услышала и рассмеялась.

– Конечно, милая. Женщина всегда должна уметь позаботится о себе. Разные ситуации бывают, – поучительно заметила моя умудренная опытом родственница.

А Джим, ехидно улыбнувшись и кося на меня взглядом, обратился к Громовой:

– Вот представляешь: Мельник – на недавно открытой планете, вокруг никого, и…

– Если не заткнешься, уйдешь на макароны! – прошипела я.

В это время к нам подошла бабушка, поставила перед нами тарелки с едой и, внимательно оглядев нас цепким взглядом, попросила:

– А ну-ка рассказывайте!

И мы, перебивая и дополняя друг друга, начали свое повествование. Эти предатели за тарелку с едой выложили бабуле все подробности моего обучения, особенно выделив наши взаимоотношения с куратором. Я же только дополнила все это своими впечатлениями. Ба внимательно слушала, периодически бросая на меня задумчивые взгляды. Сейчас возраст опять проглядывал в ней.

– Ну у вас там весело, – подвела итог бабушка. И, повернувшись ко мне, спросила: – Какой он?

– Кто? – не поняла я.

– Глава безопасности вашего сектора. Адмирал Ремарк.

Джим с Кирой переглянулись и тоже посмотрели на меня.

– Самоуверенный, властный, прямой, язвительный, в некоторой степени циничный. А в общем, довольно самодостаточная личность.

– Ты хорошо его знаешь, – заметила бабушка.

– Не думаю.

– Как скажешь. Но, на мой взгляд, он довольно интересный мужчина.

– Ты просто не общалась с ним лично, – возразила я на это утверждение родственницы.

– Возможно. Но я могу тобой гордиться?

– Конечно. Я одна из лучших студенток этого набора, старшая группы и названа лучшей среди нашего потока. Ремарк обещал, что это отразится на моей стипендии.

– Как часто ты общаешься со своим куратором?

– Довольно часто, – встряла в наш разговор Кира, за что получила от меня предупреждающий взгляд.

Джим был умницей и сидел молча.

– Ба, давай оставим это. Лучше скажи мне, как тут мама.

– Понятия не имею. Месяц назад мы с ней поругались. Но, думаю, тебе лучше зайти к ним.

– Завтра. Сегодня мы с одногруппниками идем отмечать окончание учебного года.

Бабушка улыбнулась.

– Ну, желаю тебе хорошо отдохнуть, милая.

Поболтав еще некоторое время, я взяла у бабушки ключи, и мы втроем отправились на дачу. Она была недалеко от города, и добрались мы до нее за какой-нибудь час.

Дачей это строение можно было назвать условно. Большой белый трехэтажный дом, выполненный из стекла и термостойкого пластика. Довольно дорогое сооружение даже для нашего времени. Но друзья, видимо привыкнув и не к таким хоромам или по другим причинам, промолчали.

Устроившись и разобрав вещи, мы принялись обживаться. И все наши с Кирой старания сопровождались нытьем Джима.

– Фиса, ну давай ты мне сначала позволишь увидеться с Женей? Ты что, не понимаешь, как долго я этого ждал?

– Сначала дело.

И все время, пока мы прибирались и осваивались, он бубнил и бубнил. В итоге я не выдержала и ляпнула:

– Да я уже давно ей позвонила! Она будет с минуту на минуту.

В этот момент Джим, раздетый до пояса, заканчивал вешать шторы. Он замер и открыл рот. Но ничего членораздельного сказать так и не смог.

На этом я его оставила – переваривать новость – и начала завершать уборку. Когда дом уже сверкал чистотой и все было разложено и сделано, раздался звонок. Так как Кира находилась на улице, а Джим мылся, я пошла открывать.

На пороге стояла Женька. Только увидев меня, она прыгнула обниматься.

– Боже, как я рада тебя видеть! – сказала побратима, потискав меня. А сама смотрела в глубь дома.

Я же, прислушавшись, отметила, что шум воды стих, и в то же время осмотрела подругу.

Побратима была все так же хороша, а черные джинсы и обтягивающая кофта очень выгодно подчеркнули все достоинства ее фигуры.

– А ты прекрасно подготовилась. И не смотри на меня так укоризненно. Я верю, что ты скучала. Но предвижу, что по Джиму ты скучала еще больше. Так что пошли.

И, схватив ее за руку, я потащила побратиму в сторону кухни. В этот момент оттуда как раз вынырнул мой друг и, увидев гостью, замер, не сводя с нее глаз. Женька также застыла. А я вспомнила, что, несмотря на год общения, это их первая встреча вживую.

Крофт вырулил из кухни после душа в одних штанах, и голодный взгляд побратимы нужно было видеть.

– Ну что стоим, чего ждем? – спросила я, подталкивая Женьку к своему другу.

После моего особенно сильного толчка она практически влетела в раскрытые руки Джима. Он, конечно, тут же сцапал добычу. И, пока побратима возмущенно поворачивалась ко мне, подмигнул, благодаря за помощь и давая понять, что дальше справится сам.

– Ну ладно, пойду-ка я подышу свежим воздухом. Душновато тут, – сказала им я и, уже выходя, краем глаза заметила, что Джим склоняется к Жене для поцелуя.

На крыльце я посидела минут пятнадцать, прежде чем ко мне присоединилась Кира.

– Она приехала?

Я кивнула, не уточняя, о ком спросила соседка, – и так все было понятно.

– Ну, что будем делать? – спросила я.

– Сыграем в карты? – ответила вопросом на вопрос подруга.

– А давай. На что?

– На желание.

– Заметьте: не я это предложила.

И, включив коммуникатор, я воспроизвела голографические карты.

– Ну что, начнем?

Закончили мы игру, когда уже пора было собираться, и направились в дом. Зайдя в гостиную, я увидела Джима в кресле и сидящую у него на коленях Женьку. Они целовались.

Я покашляла, привлекая внимание сладкой парочки. Оторвавшись друг от друга, они посмотрели на нас ничего не понимающими взглядами.

– Нам пора собираться. Так что давайте приходите в себя.

Они переглянулись, и на их лицах появилось желание остаться здесь наедине.

– Даже не думайте! Джим, я только из-за тебя согласилась на это мероприятие. Так что давай иди одевайся.

Скрипя зубами и сверкая глазами на недовольной мордуленции, мой друг, ворча, отправился в свою комнату. А я посмотрела на Женю.

– Я тебе еще не представила Киру, мою соседку.

Громова кивнула, явно неудобно себя чувствуя под оценивающим взглядом Жени.

– Женя, а ты очень сильно похудела. Поговорить не хочешь? – спросила я побратиму.

Ракша замялась.

– Если я кого-то смущаю, то могу выйти, – сказала Кира.

Я вопросительно посмотрела на побратиму.

– Я много переживала, – решила начать разговор Женя.

– Из-за чего? – спросила я.

– В основном из-за вас двоих.

Мы с Громовой удивленно переглянулись.

– Нужны пояснения, – решила уточнить я.

– В общем, как сказать… – замялась подруга.

– Она ревнует, – выдала Кира.

Я удивленно посмотрела на побратиму.

– Ты что, серьезно?

Она встала из кресла и отошла к окну.

– Ты же знаешь, Фиса, насколько я ревнива. Вернее, моя раса очень, очень ревнива. Мы жуткие собственники! А тут… Он большую часть года не со мной. А рядом еще поди вьются женщины.

– Евгения, я готова тебе поклясться, что Джим меня как мужчина не интересует. Меня вообще никогда не интересовали твои ухажеры. Но в этом случае Джим мой друг, и я считаю, что тебе повезло. И вот ты мне скажи… Как далеко зашла ваша привязка?

– У меня уже вторая стадия.

– Значит, для тебя пути назад нет. И, если вы войдете в третью, вам будет сложно оставаться вдали друг от друга.

– Ну вторая стадия при таком редком общении у нас затянется…

В комнате повисло задумчивое молчание. Затем разговор начала Кира:

– Я тоже отношусь к Джиму как к другу. Могу поклясться, чем захочешь. Да и не стоит тебе так волноваться! У нас темп учебы такой, что времени поспать не хватает. Если ты учишься, конечно, а Крофт – учится. К тому же, если он посмотрит на другую, Фиса ему шею свернет. Да и привязка у него тоже началась. Тебе не о чем волноваться.

Женя неуверенно посмотрела на мою соседку.

– Вот что. Ты сегодня идешь с нами, – приняла я решение.

– Что?! – воскликнула побратима.

– Правильно! – поддержала меня Кира. – Пусть посмотрит, кто нас окружает, – может, волноваться будет меньше.

В этот момент раздался звонок, и Громова, посмотрев на коммуникатор, скривилась.

– Кто это? – Мне стало интересно.

– Джордано.

Мои брови против воли поползли вверх.

– Ты не против, если я поговорю из соседней комнаты?

– Конечно.

Как только одна из моих подруг вышла, вторая тут же и почему-то шепотом спросила у меня:

– Это случаем не?..

– Да, это глава по освоению нового, по крайней мере – пока. Но они должны были стать женихом и невестой, пока все не переиграли. Хочешь знать больше – спроси у Киры.

– Да… Мне действительно нечего беспокоиться по вашему поводу.

Резко развернувшись в ее сторону, я прищурилась и спросила:

– Здравая мысль. Но почему она только сейчас пришла тебе в голову?

– Знаешь, Фиса, а ты изменилась.

– Не уверена. Так что же?

От ответа побратиму спас Джим, который зашел в комнату и возмутился:

– Ты что, еще не готова?

Подорвавшись из кресла, я потопала собираться, на ходу бросив Джиму:

– Поторопи Киру – она с Джордано разговаривает.

– Как всегда, меня – в клетку со львом, – вздохнул друг.

– И Женя идет с нами, – крикнула я, уже выходя из комнаты, но тем не менее успела заметить ревнивое выражение, появившееся на лице Крофта. И не одна я его заметила. Побратима довольно улыбнулась.

Приняв душ и одевшись, я столкнулась внизу с Кирой, которая тоже была готова.

– Быстро ты. А где наши влюбленные?

– Опять обнимаются, но уже на веранде. Это ужас какой-то. Как будто у обоих спермотоксикоз начался. По отдельности – вполне нормальные, но стоит оказаться вместе, то просто рук друг от друга оторвать не могут.

– Такова любовь ракшей.

– Она очень…

– Простая. В ней нет ничего лишнего. Ладно, я пошла их оттаскивать друг от друга.

Получилось это у меня не сразу, и в паб мы пришли с опозданием. Джим шел к столику с одногруппниками позади нас и вцепился в Женю, как клещ. А та едва увидела сорок восемь здоровых, накачанных мужиков, пышущих силой и тестостероном, даже рот приоткрыла.

– Ну что, теперь ты окончательно успокоилась? – спросила я у нее.

– Теперь – да, – ответила побратима и сосредоточилась на Джиме, который уже начал злиться.

Присоединившись к ожидающим нас ребятам, мы представили Женю. После того как мужчины услышали об отношениях, связывающих ее с их товарищем, все вопросы о ее присутствии здесь тут же отпали. И взгляды на нее окружающие стали бросать только как на невесту товарища. По-другому было нельзя, ибо с ракшем в этом отношении шутки плохи. А эти двое с первых мгновений дали понять, что у них уже пошла привязка.

В общем, парочка устроилась в самом углу, потягивала весь вечер пиво и была занята друг другом. А мы пили, веселились и отдыхали. Через некоторое время друг с моей побратимой ретировались, и, если я не ошибаюсь, то они отправились не в шахматы играть.

Глядя им вслед, я радовалась за них, и в то же самое время мне было грустно. У землян и у всех остальных рас отношения были сложнее. Столько препятствий и возможных проблем выстраивались вместе с любовными отношениями! Такая путаница могла возникнуть. Наверное, именно поэтому романов в моей жизни было так мало. Ну, еще и из-за работы. А у ракшей все просто. Или одноразовый секс, или серьезные отношения с полной отдачей и верностью. Но, увы, далеко не всем это было по душе.

Вынырнув из своих мыслей, я наклонилась к Кире и спросила:

– Зачем звонил адмирал?

– Проблемы с родителями. Они опять на него давят из-за помолвки.

– И что?

– Его интересовало мое мнение по этому поводу, не изменился ли мой взгляд на этот вопрос.

– А он не изменился?

– Сейчас врежу, несмотря на то что ты моя подруга.

– Тогда давай лучше выпьем за нас.

– Вот это предложение!

Мы чокнулись и выпили. Потом еще и еще. Далее сознание начало мутнеть, и помню, как мы выходили из паба очень, очень пьяненькие. Нас с подругой дожидалось такси, а вот ребята, несмотря на мои уговоры, отправились кутить дальше. Что ж, дело хозяйское. Дальше – полный пробел.

Глава 24

Разбудил меня звонок коммуникатора. Резко сев на кровати, я схватилась за голову. Она просто гудела. Взглянув на вызов, я застонала. Господи, ну почему опять он? У меня же увольнительная… Но делать было нечего – пришлось отвечать.

Стоило мне нажать нужную кнопку, как передо мной появилось изображение Ремарка. В черной форме, как всегда, идеально причесанный и одетый. А вот он, увидев меня, удивленно приподнял брови.

– Позвольте сказать вам, Мельник, что выглядите вы сегодня просто поразительно. Особенно хороша эта футболка в голубых барашках.

Вот… галантный мужчина. Чтоб ему пусто было!

Пригладив стоявшие дыбом волосы, я, все еще не до конца проснувшись, ответила:

– Спасибо, сэр.

– Как вы уже, наверное, догадались, позвонил я не просто так. Вчера вечером ваша группа отмечала окончание учебы, и для некоторых это мероприятие имело свои последствия. Сейчас пять человек сидят и ожидают решения своей судьбы. Старший группы обязательно должен присутствовать. Поэтому через час жду вас в военном ведомстве.

– А?..

– Подробности – после. Советую поторопиться, – ответил адмирал и отключился.

Железка!

Поднявшись с постели, я постаралась побыстрее привести себя в порядок и собраться. Вроде бы получилось. Выглядела я вполне представительно и, прихватив с собой пару бутербродов, чтобы пожевать по дороге, отловила такси и отправилась к главному военному зданию Земли.

Находилось оно в центре города, и я еле успела добраться к нему за отведенное время. Остановившись перед величественным сооружением, построенным из какого-то новейшего материала, я внимательно посмотрела на него. Оно было громадных размеров – литое, глянцевое и переливалось в лучах заходящего солнца. В общем, полная противоположность консервативному стилю Звездной Академии.

Интересно, а какое оно внутри? Еще немного нерешительно постояв, я собралась с силами и направилась на КПП. Предъявив документы и поприветствовав старших по званию, я прошла проверку, и меня пропустили внутрь. И только я вошла в большой и шикарный вестибюль, как мне в глаза сразу бросился Ремарк, который явно меня ждал. Он был не в духе. Сильно не в духе.

– Наконец-то, – сказал он, едва я подошла и поприветствовала его. – Пойдемте, разбирательство начнется через полчаса.

И, развернувшись, стремительно зашагал по коридору, а я практически бежала за ним, не желая отставать. Интерьер внутри был столь же современным, что и снаружи. Кругом глянцевый материал высокой прочности, напоминающий пластик. Только, в отличие от своего прародителя, этот был преобразованный и отличался неимоверной прочностью и износостойкостью. Военные хорошо позаботились о своей безопасности. В это здание просто так не проникнешь, да и уничтожить его можно, если только планету подорвать.

Мы зашли в лифт и начали подниматься. На электронном табло была нажата кнопка самого верхнего этажа, который принадлежал руководству. Я слегка покосилась на Ремарка. Проучившись под его началом год, я воспринимала его больше как преподавателя, чем как высшее руководство, обладающее огромной властью. И именно здесь, а не в нашем закрытом от внешнего мира военном корпусе, я сразу стала остро ощущать его высокое положение и то, с КЕМ я нахожусь рядом.

Как только двери лифта открылась и мы вышли, куратор сказал:

– Что-то вы притихли, Мельник. Это здание вас так впечатлило?

– Да, сэр.

Подозрительно покосившись на меня, командир остановился в просторном шикарном вестибюле и подошел к одной из дверей. Открыв ее, он сказал:

– Заходите, у меня есть несколько дел. Подождите здесь.

Чувствуя себя очень неловко, я зашла внутрь и поняла, что это его кабинет. Черная отделка стен, минимум мебели, все очень строго и представительно. Шикарный вид из окна. Так вот, значит, где наш адмирал проводит так много времени.

– Ну, как вам кабинет главы безопасности одного из самых больших секторов космоса?

– Очень… стильно, сэр.

Посмотрев на хозяина этого помещения, я заметила, что тот наблюдает за мной с иронической усмешкой.

– Я так и думал. Садитесь.

И, сказав это, он тут же забыл про меня, занявшись своими делами. Но не прошло и десяти минут, как дверь открылась, и к нам присоединился высокий, здоровенный мужчина с седыми волосами. А как только я взглянула на его нашивки, у меня глаза на лоб полезли. Сам генерал-адмирал собственной персоной! Я вскочила, приветствуя старшего по званию.

– Ремарк, нам пора.

– Да, сэр. Практически закончил, – ответил куратор, завершая что-то печатать на терминале.

А в это время самый высокий чин военного ведомства заметил меня. Махнув мне рукой, чтобы я расслабилась и садилась, он обратился к Железяке:

– О, у тебя здесь девушка. И какая прекрасная. Что же ты, Наран, не предложил ей чаю? Она же может подумать, что мы неотесанные вояки.

– Она и сама вояка, – ответил на это замечание Ремарк, вставая из-за стола.

– Но в отличие от нас с тобой более симпатичная.

После этих слов хозяин кабинета открыл дверь, мы вышли и отправились куда-то прямо по коридору. Я – посередине, а по бокам – большие мужчины, наделенные большой властью. Чувствовала себя в этот момент я просто ужасно. Но самое интересное оказалось впереди.

Разбирательство прошло без происшествий, а его суть оказалась банальна. Пописали ребята в фонтан, настучали кому-то в бубен… На их несчастье, все это зафиксировали камеры видеонаблюдения.

Вызывали меня для свидетельских показаний об их моральном облике в группе и выяснения моего мнения как непосредственного руководителя. Как могла я постаралась помочь ребятам. В итоге отчислили только одного из пяти – за неуважительное отношение к противоположному полу и применение силы. Второго перевели в другое учебное учреждение.

И, как только все закончилось и мы с куратором вышли, нас тут же обступили репортеры. Кое-как отбившись от них, я вынырнула из толпы и отошла в сторону, прикидывая, как буду добираться домой. Внезапно меня схватили за руку, и, когда я попыталась вырваться, над головой знакомый голос произнес:

– Не дергайтесь. Пойдемте, я вас довезу. В два часа ночи вы не поймаете машину или такси в городе, который никогда не спит. А пешком идти неразумно. А то будет у меня завтра новое разбирательство.

И, не удосужившись выслушать мой ответ, он потащил меня к машине, держа за локоть. А вслед нам щелкали фиксирующие устройства.

Вот мне открыли дверь, усадили в машину и потом присоединились ко мне. Отметив современную марку нашего средства передвижения и шикарный кожаный салон, я подумала о том, что чувство стрема меня, видимо, не покинет сегодня до самого дома.

– Вас отвезти по адресу, указанному в документах?

– Нет, сэр, – ответила я и назвала другой.

На меня несколько удивленно покосились, но расспрашивать не стали и просто сообщили пункт назначения роботизированному водителю.

– Не знал, что вы живете за городом.

– Да… Так получилось.

Как отреагировал на мой ответ командир, я смотреть не стала – и так неуютно себя чувствовала. Но дальше меня не расспрашивали. Добравшись в молчании до места назначения, я попрощалась со старшим по званию, услышала в ответ: «Спокойной ночи, Мельник», и отправилась в дом. Кира, похоже, уже спала, а Джим, наверное, был все еще у Женьки. Уставшая и измотанная таким непростым днем, я приняла душ и отправилась спать. А уже засыпая, подумала, что к родителям сегодня так и не попала.

На следующий день я встала уже ближе к обеду, и когда привела себя в порядок и спустилась вниз, то увидела в гостиной сидящих в одном кресле и обнимающихся друга с побратимой и подругу – они смотрели телевизор.

А по нему… шел репортаж о вчерашнем разбирательстве в военном ведомстве.

– Громче на десять пунктов! – крикнула я, круглыми глазами глядя на трехмерное изображение, и терминал послушно прибавил громкость.

«…И в связи с уже сказанным, вчера было проведено рассмотрение дела пяти студентов Звездной Академии. Как многие уже знают, последний набор курируют адмиралы, и провинившиеся были подопечными главы безопасности. Он отказался комментировать произошедшее, возможно, потому, что был не один, а с молодой девушкой, являющейся старшей группы арестованных студентов. И, хотя официально ни о чем не объявлялось, но уж очень близко и по-свойски адмирал общался со своей подчиненной».

И появилась картинка: Ремарк держит меня под руку и сажает в машину.

«А теперь подробнее об остальных событиях…»

– Выключить изображение!

– А я-то тебя вчера обыскалась… А ты была на разбирательстве! Ну, рассказывай!

– Что рассказывать, вы и так все по телевизору видели.

– Мы не только по телевизору видели, мы еще и в газете прочитали, – сказал Джим, показывая мне тоненькие пластиковые листы, на которых была напечатана статья и размещена движущаяся фотография – мы с адмиралом. И снята она была так, что как будто мы идем под ручку, а потом поворачиваемся и одновременно смотрим в камеру.

– Кошмар!

– Правда, фото не на первой странице, а всего лишь на третьей. Но пресса прессой, а нам нужны подробности, – добавил Джим.

И я, вздохнув, все подробно рассказала.

– Ты была на этажах руководства и в кабинете Ремарка? Вот это да! – вскричал мой друг.

– Ты видела генерал-адмирала и разговаривала с ним? – вскричала Громова.

– Да. Он совершенно обалденный мужчина с очень добрыми глазами.

– Знали бы вы, как этот мужчина в свое время воевал, не назвали бы его таким милым, – заметил друг.

– Ничего ты не понимаешь.

– Это ты не понимаешь. Его положения милые пушистые кролики не достигают.

Показав ему язык, я повернулась к Кире.

– Что собираешься делать сегодня?

– Не знаю, наверное, полежу дома.

– Я позвоню своей двоюродной сестре. Ох, мне же еще к родителям заходить! – простонала я.

Мои друзья сочувственно на меня посмотрели.

– В общем, вы развлекайтесь, а у нас свои планы. Верну Джима обратно перед вашим отлетом на учебу, – сказала Женя.

– Смотри, чтобы родители не узнали. А то одноразовыми ваши отношения трудно назвать, – заметила я.

– Папа в командировке, а мама улетела к бабушке, так что я не волнуюсь. Но если вдруг кто-то и нагрянет, то познакомлю Джима с ними.

Посмотрев на взволнованного друга, я сказала:

– Смотри, у нее папа адмирал и отлично стреляет!

– Фиса! – укоризненно воскликнула Женя, а Кира громко рассмеялась.

Надувшись, сладкая парочка, не отлипая друг от друга, направилась к выходу, и я только успела крикнуть им вслед:

– Женя, он умеет готовить!

За что чуть не получила из прихожей ботинком.

– Ну что, будем строить планы на сегодня? – спросила я улыбающуюся подругу.

Увы, сегодня я попала только к родителям, и то ближе к вечеру. Дверь мне открыл папа, и я вздохнула с облегчением.

– Фиса, дочка, как я рад тебя видеть! – воскликнул отец, увидев меня на пороге.

Пропустив меня вовнутрь, он указал глазами на кухню. А я, оглядев квартиру, поняла, что ощущаю себя в гостях. Наверное, так происходит у всех, но все равно это было несколько неприятно.

Пройдя в указанном отцом направлении, я чуть не застонала. Мама читала газету. И именно на странице с моей фотографией. Дедушка сейчас был в командировке, а бабушка, как и папа, не стали бы акцентировать на этом внимание. Но вот моя родительница – совсем другое дело.

– Привет, мам.

– Здравствуй. Приехала в увольнительную?

– Да. На месяц.

– Интересные новости. Ты видела?

Покосившись на папу, который молча заваривал мне чай, я ответила:

– Мне еще утром друзья показали.

– Друзья?

– Со мной приехали в увольнение подруга и друг.

– Расскажешь о них?

– Джим Крофт и Кира Громова. У Джима отец адмирал и один из глав дальнего сектора. А у Киры родители владеют корпорацией по полезным ископаемым.

Брови мамы поползли вверх.

– С тобой там все такие учатся?

– Да нет. Большинство вполне обычные люди, такие, как я.

Папа поставил передо мной кружку и спросил:

– Не расскажешь?

Поймав внимательные взгляды, я предупредила их о клятве о неразглашении и в общих чертах рассказала про обучение, но и этого хватило, чтобы родители все поняли.

– Конечно, тебе это не понравится, но я все равно еще раз скажу. Я тебе говорила и предупреждала, а ты… – произнесла мама.

Неодобрительно посмотрев на жену, папа спросил:

– Дочь, ну ты справляешься?

– Папа, в этом году я одна из пяти лучших студентов Академии. Я старшая группы, и моя группа лучшая на своем потоке. Так что, пожалуй, да, я справляюсь.

Сказав это, я увидела промелькнувшую в глазах родителей гордость. И, несмотря на то что мама мне говорила, я поняла, что кто-то завтра будет хвастаться на работе.

– Кстати, могла бы и позвонить перед приездом.

Папа опять укоризненно посмотрел на супругу.

– Мам, у меня практически нет ни на что времени. Учеба съедает все. Ты ведь не думаешь, что отличницей в Звездной Академии быть легко. Лучше расскажите мне о том, что у вас происходило за это время.

И началось… Родители, перебивая друг друга, принялись рассказывать мне о своих новостях – о том, что происходит в мире науки, о том, что происходит у наших знакомых и родственников…

В общем, вечер прошел не так уж плохо, как я думала. Про мои отношения с Ремарком родители спрашивать не стали. Видимо, с ними предварительно поболтала бабушка. И давления по поводу своей учебы я больше не ощущала. Наверное, мама хоть и не полностью, но смирилась с таким положением вещей. Да и как не смириться – все равно изменить уже ничего было нельзя, осталось только смотреть в будущее и идти по выбранному пути с наименьшими потерями.

С двоюродной сестрой увидеться я смогла только на следующий день. Придя в парк и расположившись на травке, мы с Кирой стали ждать нашу сладкую парочку и Анфису. Опоздавшие подошли практически одновременно и расположились рядом с нами. Поприветствовав друзей, которые опять не отлипали друг от друга, я повернулась к новой в нашей компании девушке.

– Анфиса, позволь тебе представить Киру и Джима, моих друзей по Звездной Академии. С Женькой ты уже знакома давно.

Ася расположилась на травке, посмотрела на моих друзей и поздоровалась. А потом повернулась ко мне и спросила:

– У тебя совесть есть? Ты отучилась год в Звездной Академии, а я только вчера из газет узнаю, что ты вообще имеешь к ней какое-то отношение!

– Не кипятись. Все произошло неожиданно. Я поступила туда, куда и хотела, но только не на гражданское, а на военное отделение.

– Ты военная? А я думала, репортеры сочинили.

После этого она внимательно осмотрела нашу компанию, остановившись на Женьке и Джиме. Женя напряглась, Джим улыбнулся и крепче прижал ее к себе. Ася рассмеялась.

Безусловно, волнение Жени можно было понять. Моя сестра хоть и не отличалась красивым лицом, но благодаря своей профессии имела ухоженную внешность, шикарные волосы и пышную, приятную глазу фигуру.

– Милая, ты так будешь реагировать на всех представительниц своего пола? – спросил наш Ромео.

– Ну, ты же реагируешь на мужскую половину, – парировала Джульетта.

Ася перевела взгляд с одного на другого и высказалась:

– Я вообще не понимаю, чего вы рефлексируете. Ясно же, что вы оба уже во второй стадии привязки. Чего переживать-то?

Мы переглянулись, и Джим спросил:

– Она всегда такая?

– Да. Пошла в бабушку, – ответила я.

Вопросов больше не было ни у кого, кроме Аси.

– Э, вы не отвлекайтесь. Фиса, рассказывай, что у тебя произошло после того, как ты окончила колледж. И очень, очень подробно. А остальные пусть проследят, чтобы она ничего не упустила.

И они проследили. В итоге я чуть ли не по часам рассказала все, что со мной произошло за целый год, а мои одногруппники-предатели еще и поделились своими впечатлениями. Закончив это повествование, я посмотрела на Асю и предупредила:

– Только попробуй спросить: «Что у тебя с Ремарком?» Загрызу!

– Ладно, не буду. С вами и так все понятно.

Не выдержав, я прыгнула на нее и, к своему удивлению, моментально ее скрутила, хотя Анфиса раньше занималась какими-то боевыми искусствами.

– Слезь с меня! Ты тяжелая до невозможности!

И, когда я ее отпустила, она добавила:

– Я нашла еще одну причину, почему ты пошла в Звездную Академию. Только там мужики способны тягать такие тяжести.

Я насупилась, а друзья захохотали.

– Она вообще изменилась – и внешне, и по характеру. Идеальная фигура, и не спортивного типа, а классическая, с красивыми изгибами и округлыми бедрами. Плюс ко всему в твоих повадках появились властность, уверенность в себе и еще много чего. Выразить не могу, – сказала Женя.

Вот после такого я покраснела и пробормотала:

– И совсем все не так…

– Ладно, вечереет уже, мы пошли. Как надумаете еще прогуляться, звоните, – сказал Джим и, подняв свою ненаглядную, потащил ее прочь.

– Никак в шахматы пошли играть, – заметила Ася, а мы с Громовой рассмеялись.

Но, оглянувшись, я заметила, что действительно вечереет и нужно перебираться из парка куда-нибудь в более гостеприимное место, о чем не преминула сказать, и девушки, сговорившись, потащили меня в ресторан.

Там за столиком разговор продолжился. Мне нужно было выяснить то, что меня беспокоило. И, когда Кира отлучилась по делам, я решилась:

– Ася, скажи мне, что тут на самом деле происходило за этот год?

– Бабушка очень долго ругалась с твоей мамой на тему твоего поступления и ее опеки. Вот и совсем недавно они опять поссорились, как раз перед твоей увольнительной. Твой отец посодействовал, и им все-таки удалось примирить твою мать с уже свершившимся фактом. Несмотря на то что ты не замечаешь, они как могут следят за твоей жизнью. Правда, у них не очень-то это получается. Доступной информации маловато.