Текст книги "Джодха и Акбар. История великой любви"
Автор книги: Наталья Павлищева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
О ком вы, королева Рукия, о королеве Джодхе?
Позови ее завтра ко мне, только не говори зачем. Не приказывай – пригласи. Посмотрим, на что она способна.
Хорошо, Ваше высочество, – удивилась Лалит. – Вы хотите поставить эту раджпутку на место? Это пыталась сделать Махам Анга, но ничего не вышло.
Как это?
Да из-за ее бога Кришны. Махам Анга попыталась запретить статую чужого бога в гареме, но королева Джодха настояла, что император ей разрешил, и поставила.
Об этом я слышала. Пусть молится кому угодно, мне нужно всего лишь, чтобы за год, который она пробудет в гареме, она так и осталась на своем месте. А еще лучше внушить императору, что ее стоит отправить домой поскорей. Но для этого нужно узнать слабые места раджпутки и показать их Джалалу. Что я делаю лучше всего?
Командуете императором! – захлопала подведенными глазами Лалит.
Играю в шахматы, дурочка!
Да, и это тоже. – Лалит давно научилась не обижаться на Рукию ни за какие слова, у нее просто не было выбора, приходилось терпеть любые оскорбления, молча глотать обиды, словно это похвала, а не поношение.
– Значит, сыграем в шахматы…
Джодха удивилась приглашению главной королевы к себе, да еще и вечером, но не меньше удивилась Лалит, потому что император пожелал видеть Рукию, а она вместо того, чтобы поспешить к Джалалу, вдруг приказала срочно привести Джодху.
Ах, королева Рукия, стоит ли испытывать терпение Его величества? Разве вы не можете поиграть в шахматы с раджпуткой завтра?
Немедленно приведи ко мне королеву Джодху! Она должна быть здесь раньше, чем Его величество придет ко мне. Только будь вежлива, чтобы это не вызвало подозрений.
Вы что-то задумали?
Задумала, но если ты немедленно не выполнишь мой приказ, то я разобью вот эту шахматную доску о твою голову!
По собственному опыту зная, что это не пустые угрозы, Лалит поспешила к Джодхе.
Та изумилась:
Прямо сейчас?
Да, Ваше высочество, прямо сейчас. Прошу вас, королева Рукия ждет.
Джодха только пожала плечами и поспешила за Лалит. За ней шли Моти и Рампати, хотя необходимости охранять Джодху в покоях главной жены не было.
Королева Рукия, вы посылали за мной? – Джодха пообещала себе не ввязываться ни в какие ссоры и споры. Если Рукия попросила (не приказала!) прийти, она это сделает. В конце концов, следует уважать просьбу главной жены императора. Эти три женщины – мать Джалала королева Хамида, его названая мать Махам Анга и королева Рукия – действительно правят гаремом, с этим нельзя не считаться.
Ничего, год она вытерпит…
Да, посылала… – Глаза Рукии смотрели внимательно и чуть с вызовом. Прошло время, когда Джодха принимала это действительно как вызов, но постепенно поняла, что такой взгляд привычен для Рукии, перестала удивляться и беспокоиться. – Вы можете идти, вас позовут, когда будет нужно, – махнула Рукия рукой Моти и Рампати и снова повернулась к Джодхе: – Хочу предложить вам партию в шахматы…
Та кивнула своим служанкам, чтобы удалились. Здесь нечего бояться. Рампати отправилась по своим делам, а упрямая Моти немного погодя вернулась к покоям Рукии и притаилась в соседней комнате за занавесками.
Рукия повела рукой, приглашая Джодху сесть за невысокий столик, на котором уже стояла шахматная доска с фигурами.
Это белые… а это черные… Первый ход делается всегда белыми…
Джодха с легким недоумением смотрела на главную жену. Она решила объяснить правила игры? Но ответить не успела, от входа раздался голос императора, довольно раздраженный ГОЛОС:
Я звал тебя к себе! Почему… – Видимо, Джалал заметил Джодху не сразу, потому что удивился: – Что это вы делаете?
Я хочу научить королеву Джодху играть в шахматы. Как раз начала объяснять ей правила…
Джодха, наконец, ответила:
Нет необходимости учить меня, я играю в эту игру и прекрасно знаю все правила, если, конечно, у вас они такие же, как у всех.
Ответила не Рукия, а Джалал:
Играете? Нет числа вашим талантам, королева Джодха. Вы ездите верхом, поете, хотя я так и не слышал ваше пение, но доверяю рассказам слышавших, говорят, прекрасно готовите, играете в шахматы… Что еще вы умеете?
Очень многое, Ваше величество.
И все это делаете великолепно? – в голосе насмешка.
Джалал не заметил, как напряженно наблюдает за ним Рукия. Женщину не обманешь, Джалал мог перед кем угодно делать вид, что Джодха ему безразлична, но сердце Рукии сразу почувствовало фальшь в его пренебрежении, а острый ум отметил излишнюю горячность императора. Ого, надо быть осторожней!
Джодху не смутил выпад Джалала, она спокойно ответила:
Насколько это возможно, Ваше величество. Просто отец и мама учили меня тому, что, если что-то делаешь, делай это очень хорошо, если чему-то учишься – учись так, словно это самое важное дело в твоей жизни.
Что он мог ответить на такие мудрые слова? Она права, только эта правота почему-то раздражала. Рукия чутко уловила недовольство Джалала и быстро нашла выход:
Ваше величество, если королева Джодха и без моей помощи прекрасно играет в шахматы, может, мы с ней сыграем? Вы не хотите посмотреть? Если, конечно, у вас нет более важных дел?
Я посмотрю, – согласился Джалал, устраиваясь на третьем диване поудобней. Жестом он пригласил жен к шахматной доске. – Победительница получит вот это, – на указательном пальце императора слегка покачивалось роскошное ожерелье, изумруды которого заиграли зайчиками света по углам комнаты.
Он явно нес ожерелье в подарок главной жене, а теперь предлагал в качестве награды за выигрыш? Это немного покоробило красавицу, но Рукия решила, что так даже заманчивей, и принялась обдумывать, как будет капризничать, принимая подарок, как Джалал будет вынужден добавить еще и еще драгоценностей, чтобы загладить свою вот эту вину.
Конечно, Рукия вложила все свое умение, чтобы доказать императору, что лучшей шахматистки во дворце не было и не может быть, она играла так, как не играла никогда.
Время от времени красавица вскидывала глаза на мужа и заговорщически улыбалась. Сейчас надменная раджпутка будет уничтожена и поймет, что с королевой Рукией соперничать нельзя ни в чем…
Это было ее ошибкой, потому что, будучи увлеченной сначала мыслями о предстоящей победе и требованием нового подарка от императора, а потом тем, как поставить Джодху на место перед Джалалом, Рукия пропустила важный ход соперницы и…
Королева Джодха, вас, конечно, учили играть в шахматы, и вы неплохо это делаете, но против меня не стоит садиться за доску. Даже Его величество редко у меня выигрывает. Вам грозит шах.
Рукия повернулась к Джалалу и протянула руку за ожерельем. Тот с улыбкой встал, предвкушая, как наденет красивое украшение на не менее красивую шею главной жены. Он так любил это делать – лично надевать ей подаренные украшения, а потом оставлять обнаженной только с ними на теле. Это возбуждало…
Взгляды императора и его главной жены были прикованы друг к другу, они явно предвкушали общение наедине.
Но тут раздался голос Джодхи, о которой едва не забыли!
Королева Рукия, не спешите, игра еще не закончена. Мой ход, и теперь вам шах и… мат!
Что?! – Рукия даже не сразу поняла, что произошло.
Джодха не стала делать ход, пока соперница не повернулась к доске, и теперь продемонстрировала, как намерена пойти.
Вы забыли о защите своей королевы. Вам мат.
Джалал замер с ожерельем в руке. Надевать его на шею Джодхе он не собирался, но и отдать Рукие тоже не получалось. Посмотрел на доску, оценил мастерство новой королевы, убедился, что мат поставлен правильно, и, усмехнувшись, протянул ожерелье Джодхе:
Возьмите, оно ваше, королева Джодха.
Джодху задело то, что император делал все, неглядя на нее саму, протягивал ожерелье, а взгляд прикован к Рукие. Лучше бы вовсе не давал!
Ваше величество, мне кажется, вы принесли это ожерелье королеве Рукие…
Джалал даже не сразу поверил в ее дерзость, его взгляд, обращенный уже на Джодху, был полон ярости. Эта надменная особа посмела отказаться от его подарка?! Воедино слилось все – и то, что она сорвала свидание с Рукией, и что победила лучшую шахматистку гарема, которую самому Джалалу редко удавалось обыграть, и то, что отказалась от подарка. Но больше всего разозлили ее правота и наблюдательность.
А Джодха поспешила добавить:
Я выиграла почти случайно, королева Рукия очень сильный игрок и просто отвлеклась. Вы, Ваше величество, отвлекли королеву Рукию, а потому должны отдать ожерелье ей, а не мне.
Наступила пауза, все трое замерли, не зная, как быть дальше. Джодха уже открыла рот, чтобы попросить разрешения удалиться в свою комнату, как Джалал вдруг усмехнулся:
Вы считаете, что я причина проигрыша королевы Рукии? Хорошо, в таком случае мы повторим игру. Я не буду наблюдать и мешать. Но только не сегодня, я объявлю когда.
Ваше величество, могу я удалиться?
Ожерелье все же возьмите. За новую игру я назначу новую награду, королева Джодха. – Рука императора снова протягивала украшение, а глаза снова смотрели на Рукию.
На мгновение Джодха замерла, не решаясь ни взять, ни отказаться, но потом подумала, что это будет настоящим оскорблением, и приняла ожерелье.
Благодарю, Ваше величество. Могу я удалиться?
Конечно, королева Джодха.
Она шла к себе в комнату, пытаясь разобраться, чего в душе больше – обиды на такое откровенное пренебрежение со стороны императора и предпочтение, выказанное главной жене, или гордости за то, что выиграла. Джодха могла бы выиграть эту партию и без невнимательности Рукии, та сделала ошибку уже на десятом ходу, исправить которую невозможно, в крайнем случае, могла быть ничья. Джодха так и собиралась предложить, но Рукия объявила о своей победе, пришлось ставить шах и мат.
Моти, семенившая следом за хозяйкой, пыталась выяснить, что же такого сказал император, что Джодха поспешила удалиться?
Ваше высочество, что случилось?
Джодха резко остановилась и повернулась к служанке-подружке:
Моти, хоть ты не зови меня так! Я для тебя Джодха, и все!
Моти, налетевшая на хозяйку, испугалась еще больше:
Да, Ваше высочество.
Моти, – вдруг рассмеялась Джодха, – ты хоть понимаешь, что говоришь?
У девушки отлегло от сердца, она тоже рассмеялась, но не уточнить не могла:
Так что случилось, Джодха?
Я обыграла в шахматы королеву Рукию, а Его величество подарил за выигрыш вот это ожерелье, – она протянула украшение Моти. – Примерь, тебе должно понравиться, ты любишь все зеленое, а я этот цвет терпеть не могу. Здесь, кажется, изумруды…
Моти ахнула:
Что ты, Джодха?! Разве можно так? Его величество рассердится, если ты не будешь носить его подарок.
Они уже вернулись в комнату, Джодха присела на диван, сокрушенно покачала головой:
Нет, Моти, это не подарок и даже не награда за выигрыш. Он просто не замечал меня, даже если на моем месте была бы старая Маниса, он поступил бы так же. Император смотрел только на Рукию, завтра он и не вспомнит об ожерелье.
Ты расстроена? Ты же все время твердишь, что не ждешь внимания Его величества, что хотела бы держаться от него подальше?
Джодха словно очнулась, решительно закивав:
Конечно! Мне все равно, заметил он меня или нет и на кого смотрел все это время. Помоги мне раздеться, я хочу спать.
Моти внимательно смотрела на хозяйку, что-то здесь не так…
Джодха ушла, а Рукия осталась стоять, уставившись на доску. Она пыталась понять, когда допустила ошибку. Джалал знал, что королева не успокоится, пока не разберется, как же это произошло. Он тоже встал над доской, мысленно восстанавливая ход игры.
Вот здесь… Ты неверно пошла конем и не заметила растущей угрозы еще два хода, а потом было поздно. В лучшем случае могла быть ничья.
Рукия развернулась и в сердцах швырнула в стену насадку от кальяна:
Она права! Я думала о тебе, а она об игре.
Джалал спокойно кивнул и привлек Рукию к себе:
Значит, завтра вы сыграете снова, и ты поставишь ей мат в несколько ходов. Я не буду отвлекать тебя. Успокойся, это случайный выигрыш.
Нет, не случайный. Махам Анга сказала, что очень боится этой женщины, что раджпутка завоюет всех, в том числе и тебя.
Рукия, прекрати. Я уже говорил тебе, что наш с королевой Джодхой брак заключен всего на год, этот год она тихо проживет в гареме, чтобы вернуться домой ни с чем. А по поводу завоевания меня… ты же сама твердишь, что я королеве Джодхе не нужен.
Тебя это не оскорбляет?
Почему это должно оскорблять меня, если она мне тоже не нужна? Успокойся. Завтра ты одержишь над ней победу в шахматной партии, а в любовной королева Джодха и спорить с тобой не станет. Ты моя королева, я всегда и перед всеми отдавал предпочтение тебе. Твои позиции главной жены непоколебимы. Не хмурь свой лобик и не сверкай глазами, не то на лбу появятся морщины. Лучше иди ко мне, я соскучился.
Я… не могу, Джалал. Сегодня не могу…
Это было так обидно, потому что близость с ним была нужна Рукие как воздух. Именно сегодня!
Хорошо, перенесем на завтра.
Рукия покачала головой:
Еще два дня…
Джалал рассмеялся:
Послезавтра, через неделю… Я подожду, только не злись и не ревнуй. Но сыграть-то ты завтра сможешь?
Да! – Глаза несчастной королевы сверкнули, как молнии в черном небе.
Вот теперь я вижу свою Рукию. Не хочешь сыграть со мной сейчас?
Чтобы проиграть и тебе и испортить настроение совсем?
Джалал ласково провел по волосам любимой жены:
Успокойся. Я по-прежнему ценю только тебя.
Рукия почему-то подумала, что он не сказал «люблю», хотя сама всегда подчеркивала, что Джалал любить не может, потому что у него нет сердца, а их союз – это союз разума, недоступный для других женщин гарема. Теперь она вдруг почувствовала, что появилась еще одна достойная такого союза. Нет, Джодха пока ничего такого не сделала, чтобы быть оцененной, кроме сегодняшнего выигрыша, но каждый ее шаг, каждое слово оказывалось правильным, новая королева всегда была права.
Не спалось Рукие, не спалось Джодхе.
Рукия впервые потерпела поражение от кого-то, кроме Джалала, и именно в том, в чем считала себя сильнее всех. Даже император играл в шахматы хуже нее, а если и побеждал, то чаще всего Рукия просто позволяла делать это.
А тут какая-то раджпутка! Мало того, что выиграла на глазах у Джалала, так еще и объяснила свой выигрыш невнимательностью Рукии! Эта снисходительность Джодхи бесила Рукию не меньше проигрыша. А потом ее пожалел Джалал. И это тоже было обидно, потому что жалость всегда унизительна, даже если вызвана приязнью и давней дружбой.
Рукия снова подумала о том, что нет слова «любовь», они с императором всегда говорят о родстве разума, что соскучились, что желают физической близости, но никогда не говорили о любви! Даже когда произносились слова «любимая жена», Рукия прекрасно знала, что они означают нечто иное.
Если бы она могла провести ночь с Джалалом, все встало бы на свои места, королева убедилась бы, что по-прежнему желанна и муж жаждет близости, смогла бы поболтать с ним, упиваясь своей способностью вести непринужденную и умную беседу, пересказала бы Джалалу гаремные новости со своими комментариями… Но сегодня она и этого не могла, все сложилось против!
Джодха не была виновна в ее трехдневных страданиях, но так хотелось обвинить проклятую соперницу во всех неудачах, даже тех, что были когда-то, очень давно.
Джодха тоже не спала. Она не искала встречи с королевой Рукией, не ждала встречи с императором и вовсе не хотела ни выигрывать эту партию в шахматы, ни вообще играть. Ее позвали, заставили сесть к доске, играть, а когда она сделала все правильно, осталась виноватой. Это несправедливо!
Джодха пыталась убедить себя, что сердится именно из-за несправедливости, но в глубине души понимала, что досада возникла из-за откровенного невнимания императора. То, как он смотрел на Рукию и совсем не смотрел на нее саму, почему-то задело.
– Какое мне дело до их отношений?! Мне все равно, и ожерелье я носить не буду! – проворчала девушка и неожиданно для себя добавила: —
И следующую партию в шахматы выиграю! Да, а в качестве награды потребую, чтобы император отпустил меня… например, погостить дома!
Она действительно выиграла, потому что играла так, словно от этой партии зависела ее жизнь. На сей раз Рукия не допустила никаких промахов, но так случилось, что Джодха знала продолжение партии, а Рукия нет. Джодха играла такую партию с отцом и проиграла, делая такие же ходы, какие делала Рукия. У нее прекрасная память, тренированная все теми же шахматами, поэтому на сей раз удалось выиграть.
Но кто же мешал и Рукие запоминать ходы в партиях?
Джодха не заметила, как внимательно наблюдает не за ходом игры, а за ней самой Джалал, зато это заметила Рукия. Женщину больно ранило такое внимание императора к ее сопернице, как и второй проигрыш. Когда Джодха предложила ничью, Рукия отказалась и сама положила набок своего ферзя:
– Вы милостивы, королева Джодха, но мне не нужна милость победительницы. Я вижу, что через три хода непременно будет мат, потому признаю поражение до того, как вы его поставите.
Теперь Джалал смотрел на главную жену. Рукия, как всегда, великолепна! Кто еще мог признать поражение с таким достоинством? Поднялся, протянул Джодхе еще одно ожерелье, куда более дорогое, чем вчерашнее:
Вы и теперь откажетесь от награды, королева Джодха?
Нет, но попрошу другую, Ваше величество, – с неменьшим достоинством произнесла Джодха.
Глаза Джалала слегка сузились:
Какую?
Ваше величество, позвольте мне съездить домой, погостить? Когда-то вы обещали, что сделаете это.
Джалал гневно сверкнул глазами:
Вы всего месяц здесь и уже соскучились? Что не так, королева Джодха?
Все хорошо, просто я попросила съездить домой на праздник…
Какой?
Джанмаштами – День рождения бога Кришны, – Джодха просто не была готова к вопросу и сказала первое, что пришло в голову.
Когда он состоится?
В месяце шравана.
Джалал усмехнулся:
Хорошо, к этому времени вы успеете основательно соскучиться по своим родным.
Рукия внимательно следила за их беседой, Джалал пояснил:
Месяц шравана будет еще не скоро, вы успеете не раз сыграть в шахматы, если пожелаете.
Откуда вы знаете, Ваше величество? – не выдержала Джодха, досадуя на саму себя за то, что не сказала о празднике Савитри, который состоится гораздо раньше.
Император улыбнулся:
Мне сказал ваш брат Бхагван Дас, сегодня мы обсуждали возможность их поездки в Амер на этот праздник. Потерпите немного, королева Джодха, и возьмите ожерелье. Я не только отпущу вас на праздник, но и сопровожу независимо от этой награды. А ожерелье вы сможете снова кому-то подарить.
Рукия ахнула:
Королева Джодха подарила то ожерелье?
Она подарила свое еще по пути в Агру, чтобы женщина из деревни смогла сделать свадебный подарок какой-нибудь родственнице.
Теперь ахнула Джодха:
Вы слышали наш разговор у реки?!
Джалал рассмеялся:
Я же говорил вам, что у меня слух, как у тигра. Не стоит рядом со мной говорить что-то даже шепотом.
Рукия напряженно вслушивалась в их беседу, ей совсем не нравилось, что Джалал не рассказал ей многого из того, что произошло в Амере и по пути в Агру. Наличие тайн между Джалалом и Джодхой означало, что император относится к раджпутке вовсе не так, как хочет показать. Здесь было над чем подумать, это куда важней даже проигрыша в шахматы.
Королева Джодха, у меня к вам просьба.
Слушаю вас, королева Рукия, – удивилась Джодха.
Его величество часто бывает занят, а мне не с кем играть в шахматы. Вы не могли бы стать моей постоянной партнершей?
Хорошо.
Благодарю вас за согласие.
Когда Джодха вышла из комнаты, Джалал заглянул в лицо Рукие:
Что ты задумала?
Та пожала плечами:
Ничего, просто хочу поиграть с достойной соперницей, у тебя же не хватает на это времени, и я могу разучиться, если буду все время играть сама с собой.
Джалал не поверил давней подруге, но предпочел промолчать. Он никогда не вмешивался в отношения женщин в гареме, для этого была Рукия, которая твердой рукой наводила порядок среди жен и наложниц, а со служанками справлялась Махам Анга. За это тоже Джалал ценил Рукию.
Весь следующий день Рукия ходила странно задумчивой, Лалит даже испугалась:
Ваше высочество, вы не заболели?
Нет! Не мешай, я думаю.
Но вы занимаетесь этим всегда, почему же вы сегодня такая странная?
Рукия не стала объяснять евнуху, что размышляет над тем, как отвратить Джалала от раджпутки. Перед всеми она делала вид, что заботится о новой жене императора как его главная жена, но в действительности ломала голову над новой проблемой. Упрямая Джодха вполне могла завоевать сердце Джалала именно своей строптивостью и нежеланием завоевывать его самого.
Рукия прекрасно знала, что Джалал всегда получает то, что хочет. Это выручало Рукию, она заставляла желать себя сильно, но никогда не отдавалась сразу. У других жен не хватало ума повторять ее опыт, но Джодха иная, она сопротивляется, значит, Джалал будет добиваться ее.
Может, помочь Джалалу заполучить эту зазнайку, чтобы он потерял к раджпутке интерес? – Рукия не заметила, как произнесла это вслух.
Лалит решила, что королева разговаривает с ней, и тут же ответила:
А если сердце императора останется с королевой Джодхой хотя бы отчасти?
У императора нет сердца!
Тогда чего вы боитесь?
Чего я боюсь? – усомнилась Рукия. – Того, что сердце все же есть.
Нет… следовало поступить как-то иначе, только как?
На то она и Рукия, лучше всех других знающая Джалала, немного погодя она нашла выход… Такое не смогла бы придумать ни одна женщина гарема, даже Джодха!
Джалал, мы с королевой Джодхой снова играли в шахматы…
И как?
Ничья! – Рукия объявила об этом так, словно способность к шахматам у Джодхи была ее, Рукии, личной заслугой.
Она действительно хорошо играет?
Да, очень, особенно для принцессы Амера.
Через день разговор повторился, только на сей раз речь шла не о шахматах, а о пении:
Королева Джодха прекрасно поет, жаль, что знает только свои индусские гимны.
Потом:
Королева Джодха восхитительно танцует, она очень гибкая и музыкальная…
Королева Джодха прекрасная повариха, Ее величество рассказывала, что Джодха знает множество рецептов блюд…
Королева Джодха умеет подбирать украшения к нарядам. Правда, она терпеть не может зеленый цвет, зато любит желтый, который ей идет куда больше зеленого…
Королева Джодха…
Королева Джодха…
Королева Джодха…
Хватит! – не выдержал Джалал. – Я уже слышать не могу это имя. Ты можешь говорить о ком-то другом?
Прости, я думала, она тебе нравится и тебе приятно слышать о ее успехах, – Рукия с трудом сдержала возглас радости.
Произошло то, чего она так добивалась – несколько дней беспрестанных разговоров о Джодхе с восхвалениями произвели нужный эффект. В этом и состояла задумка Рукии. Если человека все время пичкать халвой, то через неделю он возненавидит это лакомство на всю оставшуюся жизнь.
Когда император удалился, Лалит бросилась к хозяйке:
Королева Рукия, вы самая хитрая женщина на свете! Теперь никто не сможет укорить вас в плохом отношении к королеве Джодхе, но император ее не переносит. А понадобилось всего лишь неумеренно хвалить. Я восхищаюсь вами!
Не вздумай никому проболтаться об этом.
Что вы, что вы!
Джодха не знала, радоваться или страдать – император, казалось, совсем потерял к ней интерес, Рукия тоже больше не звала играть в шахматы, не изводила долгими беседами ни о чем и не просила спеть что-нибудь. О Джодхе забыли.
Королева Хамида уехала куда-то помолиться, с ней отправились и несколько женщин гарема, даже Махам Анга не вспоминала о строптивой раджпутке.
Джодхе радоваться бы, а она вдруг почувствовала пустоту. Привыкшая дома быть среди родных и приятных ей людей, всегда окруженная любовью и заботой, сама заботливая, девушка по-настоящему тосковала.
У Моти свои проблемы – у них с сыном Махам Анги Адхам-ханом разгорался настоящий роман. Джодха с ужасом думала о том, что будет, когда об этом узнает Махам Анга, вернее, кормилица наверняка уже знала, но пока не понимала, как все серьезно. Адхам-хан ужасный человек, он груб, жесток и коварен не меньше своей матери, но любовь зла, влюбиться можно в отъявленного злодея и самого мерзкого человека.
Джодха боялась за Моти, а Аша, блестя глазами, утверждала, что Адхам-хан влюблен не на шутку и, конечно, благодаря Моти изменится.
Или погубит саму Моти, – вздыхала Джодха.
Что вы, рани Джодха?! Нет, он станет хорошим и женится на нашей Моти.
Джодха снова вздыхала, как бы ни был силен и самостоятелен Адхам-хан, он никогда не позволит Моти оставить свою веру, а став мусульманкой, она попадет в полную зависимость от Адхам-хана. Девушка не подозревала, что все намного хуже, сам Адхам-хан и не собирался брать Моти в жены, ему достаточно было бы несколько раз переспать с раджпуткой.
Зато его увлечение красивой служанкой Джодхи не укрылось от матери, Махам Анга немедленно взяла это на заметку. Иметь зависимую от нее служанку у королевы Джодхи – о таком можно только мечтать. Махам Анга попыталась поговорить с сыном. Адхам-хану было все равно, что думает о его переглядываниях с Моти мать, но он понимал, что через служанку можно как-то влиять на королеву, а это прибавляло Моти цену.
Она послушна, будет делать все, о чем я ни попрошу, – заверил Адхам-хан мать.
Мне нужно всего лишь знать, переспал ли ты с ней.
Нет, эти недотроги из Амера… Кажется, она всерьез полагает, что я могу на ней жениться! – расхохотался Адхам-хан.
Хорошо, не торопись, сделай вид, что послушен и готов ждать.
И долго мне ждать? – фыркнул Адхам-хан, привыкший получать все и немедленно.
Столько, сколько понадобится! – разозлилась мать. – Хватит думать только о своих удовольствиях! Так ты никогда ничего не добьешься.
А чего я могу добиться? Устроить еще одно покушение на раджпутку или теперь на самого императора? Чего я должен ждать?
Адхам-хан, прекрати! – не на шутку испугалась несдержанности сына Махам Анга. – Не забывай, что в гареме и у стен есть уши.
Она не подозревала, насколько права, не за стеной, но за большим занавесом замерла Анима – евнух королевы Салимы, которая разыскивала беспокойного Рахима. Слова о покушении на раджпутку заставили Аниму остановиться и прислушаться. Она не понимала, о ком идет речь, похоже, Махам Анга говорила о какой-то новой любовнице Адхам-хана. Но при чем здесь покушение?
Так ничего и не поняв, Анима отправилась разыскивать мальчика. Как же опасно в гареме, хотя с виду все тихо и спокойно, но это как в настоящем омуте – на поверхности воды большого водоворота не видно, зато в глубине… Ох, эти подводные ямы, о них даже думать страшно. Она порадовалась, что служит у королевы Салимы, которая не вмешивается в дворцовые интриги и старается держаться подальше от других королев.
К Джалалу пришел Бхагван Дас. Император кивнул:
– Пусть войдет.
Приветствую вас, Ваше величество. Я хотел бы поговорить наедине.
У тебя какие-то жалобы или просьбы?
Нет, это касается поручения, которое вы мне дали…
Джалал кивнул и жестом приказал остальным выйти.
Говори.
Вы обещали выслушать, даже если окажется, что в деле замешан кто-то очень важный.
Джалал внимательно смотрел на родственника. Раджпуты считают ложь одним из главных грехов, они не унизятся до обмана. Если Бхагван Дас что-то говорит, ему можно верить. Снова кивнул;
Говори.
То, что услышал от Бхагван Даса, заставило нахмуриться. Принц Амера напрягся;
Ваше величество не верит?
Я подумаю над этим. Хотя не понимаю, зачем ему так поступать.
Но это же его перстень?
Перстень можно украсть и кому-то подбросить, Бхагван Дас.
А также что-то оплатить, Ваше величество. Судя по цене перстня, дело должно быть важным, за простого слугу столько не дадут, тем более, думаю, это только половина оплаты.
Наверное, ты прав, Бхагван Дас. Я подумаю. Пока никому ничего не говори.
Как прикажете, Ваше величество.
Бхагван Дас возвращался от императора в свои покои удрученным. А чего он ожидал, что Джалал поверит новому родственнику против давнего? Но к чему тогда давать задание расследовать? Он обнаружил у второго из нападавших на Джодху в лагере перстень, который удивил – слишком богатый и к тому же явно великоват для его пальца. Преступник признался, от кого получил подарок. Он уверял, что это и впрямь дар, но Бхагван Дас не поверил, Адхам-хан, а это был его перстень, не дарил от души ничего, кроме тумаков и ударов плетью.
Зачем Адхам-хану давать дорогое кольцо ничтожному человеку? Это возможно только в качестве оплаты за что-то. Император Джалал не поверил брату своей жены, но обещал разобраться.
Едва ли он предпринял бы какие-то шаги, но почти сразу после разговора с братом Джодхи императора попросила о беседе королева Салима. Салима обычно говорила только о Рахиме или посещении могилы Байрам-хана. Рахим был настоящей отдушиной для Джалала, и, надеясь увидеть вместе с приемной матерью малыша, император с удовольствием приказал пригласить королеву в свои покои.
Но Салима была одна и чем-то явно встревожена.
– Что случилось, королева Салима, неужели Рахим опять провинился или убежал?
В голосе Джалала неподдельная тревога, он действительно любил детей, особенно Рахима, которого безумно баловал.
Салима покачала головой:
Нет, Ваше величество, с Рахимом все в порядке. Надеюсь… – уже не слишком уверенно добавила она потому, что с этим мальчишкой не в порядке могло оказаться в любое следующее мгновение. – Я хотела бы поговорить наедине…
Выслушав Салиму, которой ее Анима рассказала о невольно подслушанном, Джалал помрачнел.
Королева Салима, прошу об одном: никому ничего не рассказывать. И прикажите это своей Аниме тоже. Надеюсь, она не болтлива?
Она никому ничего не скажет, Ваше величество. И я тоже. О какой раджпутке шла речь, неужели о королеве Джодхе? Она хорошая женщина, королеву Джодху очень любит Рахим, да и все малыши, что есть в гареме, а детей не обманешь.
Джалал кивнул, он и сам не раз наблюдал, как Джодха возится с малышками – дочерьми служанок, при любом появлении раджпутки во дворе за ней непременно увязывался кто-то из детей.
На королеву Джодху по пути сюда было совершено нападение. Ее спасла Моти, заслонив собой от удара ножом.
Потому Моти и ранена…
Да, это очень неприятно, мы сейчас расследуем это дело. Потому и прошу молчать. Я приставил к королеве Джодхе защитницу, она сумеет справиться с любыми злоумышленниками.
Это Рампати? Да, она сильна. К тому же они с Джодхой подружились…
Что-то в голосе Салимы было такое, что заставило Джалала сдвинуть брови:
О чем вы, королева Салима?
Салима слегка смутилась – вдруг она выдала то, что Джодха хотела бы скрыть? От Джалала не спрячешь свои мысли, проницательный взгляд заставит выдать их. Император потребовал сказать, королева вздохнула:
Возможно, королева Джодха рассердится на меня… Они с Рампати каждый день занимаются стрельбой из лука и… еще много чем…
