Текст книги "Эльфы (не) влюбляются (СИ)"

Автор книги: Наталья Новикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

Глава 6.

Ранним утром мы вышли в дорогу, шли пешком вдоль долины. Дорога была мощёная, передвигаться было легко. Я надела очки и снимала их, когда мы встречали путников. Эльф буквально заставил меня, их одеть, когда я полетела с единственного порога возле его дома. Подхватил он меня у самой земли.

– Антонина, надень уже свои стёкла, а то можем не дойти, – совершенно бесстрастно произнёс он.

– Но кто-нибудь может увидеть.

– Главное, чтобы ты что-нибудь видела.

Движение на дороге было интенсивным в обе стороны: на лошадях, пешком, как и мы, на повозках.

– Здесь такое движение, куда едут все эти люди?

– С той стороны гор находится аорт – цель нашего перехода. Сейчас хорошая дорога, но она ведёт в портал. Нам же придётся скоро свернуть в горы и пройти через перевал. Этой дорогой уже давно не пользуются, и переход будет не простой.

– Ну, ничего, мы справимся. Может тебе всё же лучше через портал пройти?

– Не волнуйся, я тоже справлюсь, – как всегда равнодушно ответил эльф.

Девушка шла бодрым шагом, вертела головой во все стороны и задавала разные вопросы. Её интересовало буквально всё:

– Что это за животное везёт в телеге седой старик?

– А это тоже эльф? Посему у него уши вниз опущены?

– А это в корзине фрукты или овощи?

– А как это дерево называется?

– А это что за птица?

И всё в том же духе. Азизраэль отвечал на все её вопросы. Он был холоден, спокоен, но неизменно вежлив. Несколько раз девушка спотыкалась, и он едва успевал её подхватить.

«Да, девушка определённо нуждается в провожатом. У меня такое чувство, что и в своих стёклах она ничего не видит. Но ничего, зато я стал более внимателен. Это хорошо, дорога будет не простой, надо сразу сосредоточиться. Кроме того, на неё приятно смотреть и мне нравится прикасаться к ней. Правда, это вот, лишнее».

Через некоторое время они подошли к трактиру. Народу было много, но им нашлось место. Эльф с девушкой поели, подкупили немного продуктов и отправились в горы по узкой дороге. Лошадь там прошла бы, а вот телега уже нет. Ближе к вечеру девушка уже еле передвигала ноги.

«Мне хочется сесть прямо на дорогу и не вставать, а лучше лечь», – думала Тоня.

Но Азизраэль сказал, что надо потерпеть ещё немного прежде, чем остановиться на ночлег. Впереди есть небольшая пещерка, а рядом ручей, вот там и заночуем. Примерно через полчаса, наконец, дошли. Эльф сразу стал собирать хворост, девушка вызвалась развести костёр. Она уложила мелкие веточки шалашиком, потом более крупные, получилось красиво. Азизраэль принёс воды из ручья, чтобы сделать взвар из трав. Из своего мешка он достал два тоненьких полотна, поднёс к ним артефакт, и получилось два толстых одеяла.

– Давай спички, костёр разжечь, сказала Тоня.

– Спички? Что это? – удивился Азизраэль.

– Ну, такие палочки с серой на конце.

– С чем на конце?

– Ну, или что у вас есть, чтобы огонь был? Огниво, кресало?

Эльф подошёл к костру, щёлкнул пальцами и на сухих веточках заплясал огонёк.

А Тоня сидела с открытым ртом и смотрела на огонь.

– А если я так не могу, тогда как?

– Тогда есть кристалл, нажмёшь, и плюнет пламя. Но его надо периодически заряжать.

– Это просто невероятно!

Они быстро перекусили, попили отвар из душистых трав, и Тоня почувствовала себя лучше. Она пошла к ручью и немного ополоснулась. Вода была просто ледяная. Эльф уже улёгся на одеяло, а вторым укрылся.

– Иди сюда, ложись рядом. В горах ночи холодные, вдвоём будет теплее.

Тоня пыталась ещё раздумывать, но тут закричала какая-то птица в темноте. Очнулась она в объятьях эльфа, прижимаясь к нему всем телом и вдыхая его запах.

«Он пахнет какими-то травами с древесными нотками. Это восхитительно», – подумала она.

– Что ты так испугалась, это просто дорза, эта птица совершенно безобидна.

«Моё сердце билось где-то в горле и ни как не хотело успокаиваться. Что же я такая трусиха! Так я и лежала в его объятьях и даже усилием воли не могла заставить себя хоть немного отодвинуться».

Чуть позже Тоня провалилась в беспокойный сон.

Проснувшись, Тоня сразу не поняла, где находится. Костёр давно прогорел, воздух в пещере стал холоднее, но она не чувствовала холода, лёжа в объятьях эльфа, наслаждаясь его теплом и ощущая его ровное дыхание на своей шее, потом поняла, что именно упирается в её ягодицы. Мужчина был возбуждён! Он, конечно, спал, судя по ровному дыханию, но Тоне стало неловко, и она попуталась как-то передвинуться, либо откатиться немного вперёд, но рука эльфа, прижимавшая её к себе, была словно из железа. Она никак не могла её сдвинуть.

– Если ты не перестанешь ёрзать и тереться об меня, то я за себя не ручаюсь, – сказал эльф прямо ей в ухо.

Она застыла, боясь повернуться к нему лицом, ведь это будет «тереться»?

– Тогда отпусти меня.

– Спи, ещё час до рассвета, – ответил эльф, даже не подумав хоть немного ослабить объятья.

– Я хочу в туалет, – пошла она на хитрость.

Азизраэль хмыкнул, но отпустил.

– Далеко не отходи.

– Хорошо.

Тоня достаточно долго пробыла у ручья, пытаясь остудить своё пылающее лицо, а заодно разыгравшееся воображение. Азизраэль уже разжёг костёр и повесил котелок с водой, чтобы приготовить взвар.

– Эх, сейчас бы кофе, – проговорила Тоня.

– Что такое кофе?

– Это такой горьковатый напиток, бодрящий по утрам, – стала объяснять девушка, потом рассказала, как его приготовить. На самом деле она пыталась преодолеть неловкость и ей это почти удалось. А вот Азизраэль был, как всегда спокоен, бесстрастен и совсем не смущён.

– У нас есть такой напиток, называется максой, похож на твоё описание. Придём в порт, я угощу тебя им, но он у нас не очень популярен.

Они позавтракали вчерашними пирожками, собрали вещи, эльф снова поднёс артефакт к одеялам и те стали тонкими, как марля. Затушив костёр, они отправились в путь.

Глава 7.

Они поднимались к перевалу по старой дороге, которая теперь была больше похожа на козью тропу. Идти было нелегко, кое-где дорогу завалили оползни и мелкие камешки, поэтому эльф теперь шёл впереди и при надобности помогал Антонине. Шли молча, экономя силы, не эльфа, конечно, девушки. Зато у каждого буквально роились мысли в голове.

АЗИЗРАЭЛЬ.

Ещё вчера я понял, что девушка совсем даже не подросток, а ночью, прижав её к себе, я убедился в этом окончательно. Я с наслаждением ощупал её всю, пока она спала. Результатом стало такое желание, что утром я не мог его скрыть не только от себя, но и от неё тоже. Она смутилась и немного испугалась. Но трогать я её не должен, девочка совершенно невинна, она мечтает о любви и скоро покинет наш мир. Что могу ей предложить я? Эльфы и в самом деле не влюбляются. С самого раннего детства мы учимся контролировать свои чувства, а за 500 лет, прожитых мною, я просто не могу выпустить их на волю. Я пообещал помочь ей добраться до святого источника, а не соблазнить. Беда в том, что во мне проснулось плотское желание и мне трудно его контролировать, обычно я легко могу подавлять желания такого рода до того момента, когда могу расслабиться. Видно я мало провёл времени при дворе и насыщения не произошло. Ну, да ладно, вот вернусь и снова поеду ко двору, где несколько женщин меня ждут и хотят.

АНТОНИНА.

Утром думала, что сгорю со стыда. Как обычно меня всю заливала краска. Мои щёки не перестают гореть с того момента, как я увидела эльфа. А он будто специально меня смущает. Конечно, при такой красоте он может себе это позволить. Я никогда не видела таких красавцев, видно они ходили всегда по другим дорогам, а в этом мире мы столкнулись. Он меня волнует до дрожи во всём теле, но он так холоден и вежлив, до тошноты. Нет, мне не то, чтобы нравились неотёсанные мужланы. Конечно, нет. Но его вежливость – это чудовищное равнодушие, обидно как-то. Он со мной не шутит, не заигрывает хотя, что я в этом понимаю. Вот наверняка, если бы думала, что он заигрывает, то на самом деле он бы надо мной издевался и смеялся. А так всё ровно и спокойно. Ещё бы мне не смущаться так сильно, но как это сделать? Он невероятно красив и лицом, и телом. Да вспоминать его буду долго, хорошо хоть здесь фото не делают, а то точно бы попросила на память. Вот дурная я! Надо о дороге думать, а то уже еле ноги переставляю, а ещё даже трети пути не прошли. Азизраэль показал, где будет привал. Мне показалось совсем близко, а идём уже часа четыре и совсем не приблизились. Ему, конечно, хочется быстрее от меня отделаться. Да, и я хочу быстрее домой. Да, конечно, хочу. Там Ксюша уже извелась от волнения. Я, наверное, ещё ногу растёрла, болит. Руки уже совсем не чувствуют. Сколько раз я споткнулась, даже не посчитать и всё на руки падала, вон все в царапинах, так и хочется в холодную воду опустить и подержать.

Медленно, но верно они приближались к привалу, вернее к одинокому дереву, что росло почти на самой тропе. Эльф с утра обозначил это дерево, и они к нему карабкались. Азизраэль понимал, как трудно городской девушке в горах, но справедливо полагал, что если идти медленнее, то силы израсходуются так же быстро, а до конца пути будет совсем далеко. А им предстоял ещё спуск после перевала, который будет гораздо сложнее.

Наконец, они добрались до дерева. Девушка опустилась под ним, а эльф пошёл за водой и хворостом. Тоня сидела, опираясь на ствол дерева, и не могла шевелиться, а им ещё идти до темноты. Всё тело ныло и болело так, как будто её били палками и не один час. Азизраэль приготовил нехитрый обед. Тоня есть совсем не хотела, но эльф настойчиво ей впихивал в рот еду.

– Если не будешь есть то, где возьмёшь силы на дальнейший подъём? Скоро пойдёт дождь, и идти будет ещё труднее, – убеждал он.

– Дождь? Откуда дождь, солнце светит ярко, и не одной тучки нет? – изумилась девушка.

– Но дождь начнётся совсем скоро, – заверил её эльф.

Он хотел дать девушке отдохнуть чуть дольше, но дождь и правда будет. А если грязевые потоки начнут двигаться, когда они ещё не дойдут до совсем небольшой, но всё же ниши, то им даже его магия не поможет. Всё зависит от того, насколько будет сильный дождь.

– На последнем подъёме, мне показалось или ты хромала? – спросил эльф.

– Да, но это ничего, я наверное ногу растёрла, – смутилась девушка.

– В горах мелочей не бывает. Постой спокойно.

Азизраэль положил руку на голову Антонине, потом на плечо, потом на талию и на колено. Выпрямился и махнул этой рукой на неё.

«Как будто ветром обдало, таким тёплым и ласковым. Но не сверху, а изнутри. Приятно», – анализировала свои ощущения Тоня.

Но всё хорошее быстро кончается. Вот и снова в дорогу. Азизраэль показал, где находится ниша, как обычно, казалось совсем близко, но Тоня уже знала, идти долго.

– Скажи, Антонина, если я тебя сколько-то понесу, это будет считаться, что ты прошла весь путь сама или нет? – спросил эльф.

– Ой, я не знаю. А зачем ты меня понесёшь? Я сама могу идти. После лечения я вообще чувствую, что хорошо отдохнула, – удивилась девушка.

– На самом деле ты не отдохнула. Это вроде обезболивания при лечении, но оно очень быстро пройдёт, и усталость вернётся с новой силой. Если бы можно было так снимать усталость, то я давно бы это сделал, – ответил эльф.

– Но у тебя же может магия кончиться, да?

– Нет, магия, что есть во мне, кончится только с потерей жизненной силы. А нести я хотел тебя, если вдруг мы не успеем дойти до ниши, а у тебя совсем кончатся силы. Нам обязательно надо до неё добраться.

– А что это за лечение? Я и правда лучше себя чувствую, и царапины зажили на ладонях. Пятка тоже не болит, – спросила Тоня.

– Я запустил резерв твоего организма, у всех живых существ он есть, но использовать его не все могут. Только истощать его нельзя, но подлечить мелкие болячки можно. Мелкие ранки не тратят много резерва, если они не обширные, по всему телу.

Как и предупреждал эльф, лёгкость в ногах прошла довольно быстро, но всё же девушке оно помогло пройти часть пути в хорошем темпе. Между тем, стал накрапывать мелкий дождь. Эльф был прав. А теперь он не снижал темпа, хотя всегда старался, чтобы девушке было немного легче. Он часто смотрел на небо и вершину горы. Девушка поняла, что эльф опасается природных неприятностей и всеми силами пыталась поддерживать скорость движения. Дождь становился сильнее.

«Хорошо, что плащ с капюшоном и не длинный, а то я бы уже летела вниз, наступив на подол. И ткань интересная, вроде простая тряпка, а до сих пор не промокла. Хотя, что меня удивляет, меня же Азизраэль собирал в дорогу!» – думала девушка, механически переставляя ноги.

Между тем сильный дождь уже перешёл в ливень, и в трёх метрах было ничего не видно. Эльф взял Антонину за руку и буквально потащил вверх за собой. В какой-то момент они услышали шум, пробивавшийся сквозь шум дождя. И тогда эльф подхватил Тоню на руки и побежал! вверх, откуда шум и слышался. Азизраэль буквально влетел под козырёк ниши, прислонил к стене Антонину, достал какой-то артефакт, что-то нажал, и их отгородила прозрачная голубая стена от внешнего мира. Сразу появилось чувство, что оглох, все звуки пропали и дождь, и гроза. Через одну или две минуты сверху полилась грязь с камнями, ветками и другим мусором. Но они стояли, надёжно укрытыми голубой стеной.

«Он даже не задохнулся! Лишь сердце бьётся немного чаще, чем обычно. Какая же сила заключена в этом эльфе!» – думала Тоня.

А вот её сердце грохотало у самого горла и от страха, и от близости с Азизраэлем, и от ужаса, что могла бы быть здесь совсем одна, если бы эльф с ней не пошёл.

Стихия бушевала почти два часа, но ещё не меньше часа лилась вязкая жижа с гор. Они стояли, прижавшись, друг к другу, места не было совсем, даже присесть. Но эльф и тут смог придумать, как дать девушке отдохнуть. Он подтянул её за талию вверх и перехватил под ягодицы. Она машинально обхватила его за шею и устроилась на руках эльфа, как в кресле. Всё произошло так быстро, что девушка даже «ох» не успела сказать. Но буквально через минуту она осознала, что сидит своим мягким местом на руках эльфа, её ноги почти обхватили его талию, а руки обнимают за шею. И снова краска залила её с ног до головы. Некоторая двусмысленность позы, заставляла Антонину гореть в огне.

– Отпусти меня, ведь тебе тяжело, – пролепетала Тоня.

– Тебе надо немного отдохнуть, а я не устал, ты лёгкая, что пушинка, – совершенно ровным голосом сказал Азизраэль. – Это не закончится быстро, а ноги тебя уже не держат. Расслабься и поспи. Если я устану, то поставлю тебя на землю.

Ровный голос и бесстрастное выражение лица дались эльфу с трудом. Хорошо, что он держал девушку на уровне пояса, а то она поняла бы, что его спокойствие, не отражает и малой доли тех чувств, что он испытывал в данный момент.

«Я придумываю себе изощрённые пытки, не иначе, для выработки стойкости. Но ей и в самом деле надо отдохнуть, а непогода часа на три-четыре. Руки, сложенные в замок, прекрасно чувствуют все мягкости и упругости. Запах её тела проникает в нос и моментально достигает нужной части тела, а эта нужная часть не желает подчиняться ни приказам, ни уговорам. Бездна! Я хочу её», – размышлял эльф, глубже вдыхая её запах.

Несмотря на то, что Тоня нервничала, усталость взяла своё, и она задремала, положив голову эльфу на плечо.

«Самое интересное и глупое, что мне нравится, вот так держать её», – подумал Азизраэль.

Стоило эльфу пошевелиться, как девушка очнулась от полудрёмы.

– Непогода закончилась, можно перекусить и лечь поспать. Я сейчас подсушу здесь немного. Конечно, тесно, но отдохнём всё же. Пойдём, здесь ручей в двух шагах, я наберу воды для взвара, а ты сможешь освежиться, – позвал девушку эльф за собой.

Провожая Антонину к ручью, эльф проверил дорогу и оставил её одну, приводить себя в порядок. Когда Тоня пришла, уже всё было готово для ночлега и ужина. Поев, они легли спать. Эльф уже привычно притянул Тоню к себе, в то время, как она даже не подумала, что надо возражать.

Глава 8.

Утро началось, как и вчера. Антонина проснулась прижатой к широкой груди Азизраэля. Она снова почувствовала его возбуждение, краска залила её лицо и шею. Эльф хмыкнул, выпуская её из объятий.

«Блин, может у эльфов конструкция такая и это вовсе не возбуждение. Не может же быть мужчина настолько бесстрастным и спокойным, если постоянно находится в возбуждённом состоянии, или может? Блин! Я-то точно возбуждена», – размышляла Тоня, плеская себе в лицо ледяную воду.

Они быстро позавтракали и отправились в путь. Азизраэль показал Тоне на целую плантацию кустарника и сказал, что привал будет там, а на ночь они остановятся на перевале, там ещё сохранились целые помещения, спать будут не под открытым небом. Воодушевлённая этим Тоня, сверкая очками, бодро зашагала за эльфом. Уже к обеду они дошли до зарослей. Увидев ярко-красные сочные ягоды, Тоня обрадовалась:

– Да, это же малина! Пойду, наберу горсточку, – поднялась Тоня.

– Я не знаю, что такое малина, но эти ягоды я есть не стал бы, – посоветовал эльф.

– Почему? Они ядовитые? – спросила Тоня.

– Не то, чтобы ядовитые. Умереть не умрёшь, но живот болеть будет сильно, от одной или двух нет, но от горсти точно.

– Ой, я даже не могу тебе поверить. На малину похожи, как две капли воды. А я знаю, как проверить, можно есть незнакомые ягоды или нет!

– И, ка же?

– Надо посмотреть, едят их птицы или нет. Если едят, то можно есть тоже, вот!

– Здорово. Но я знаю точно, что это любимое лакомство дорзы, помнишь ту птицу, которую ты испугалась? Вот дорза и ест эту ягоду с большим удовольствием. Именно поэтому, на дорзу не охотятся, мясо её горькое из-за этой ягоды.

– Вот, блин, всё у вас не как у людей.

– А при чём здесь блины?

– Да, это поговорка у нас такая.

– Понятно. Интересные вы люди, из другого мира, – задумчиво сказал эльф.

До перевала они добрались довольно рано. Эльф выбрал небольшое помещение с крышей и даже с окнами. Антонина сегодня устала не так сильно, и вызвалась собрать хворост для печки, которая здесь имелась. Эльф собрался немного поохотиться, благо было ещё светло.

– Для спуска нам понадобится четыре дня, а припасов совсем мало осталось, поэтому я пойду немного дичи постреляю, а ты далеко не отходи, здесь нет никого, но всё же не рискуй, вдруг куда-нибудь упадёшь.

– Хорошо, я хворост вокруг пособираю.

Эльф снова увеличил одеяла, вдруг девушка вздремнуть захочет. Взял лук и колчан со стрелами.

– Ой, а у тебя стрелы разноцветные, это для красоты?

– Нет, у меня стрелы зелёные, а вот три штуки чёрные, чтобы в бою легко и быстро отличить. Они зачарованные, ни один маг с ними не справится. Я всегда беру с собой две-три штуки, вдруг понадобятся. Ладно, отдыхай.

Эльф ушёл, Антонина быстро собрала хворост, тем более рядом была роща. И стала исследовать небольшие здания, уже почти разрушенные временем. Ничего там не нашла интересного и вернулась в комнату, где они решили заночевать. Тоня прилегла на одеяло и стала размышлять:

«То, что эльф пошёл со мной за компанию, я уже не верю. Судя по тому, сколько денег он потратил мне на одежду, то на перемещение порталом у него точно есть. Тогда зачем он пошёл со мной? Наверное, его попросила герцогиня, а он ей чем-нибудь обязан, и не смог отказать.

Да, вспоминать его я буду до конца жизни. Я не могу найти в нём не одного изъяна. Вот, если бы он мне замуж предложил, смогла бы я отказаться?

Антонина, ты мечтательница. Выбрала себе объект для любования, видимо один из лучших, и строишь воздушные замки. Прекращай это девочка. У тебя даже парня не было, совсем никто не предлагал встречаться, да, даже переспать никто не предлагал!» – она тяжело вздохнула.

Солнце уже садилось, когда пришёл Азизраэль. В сумке у него было три зайца и пять разных птиц. Кроме того, он принёс в каких-то листьях, подобных нашему лопуху, синих ягод, на вид, как голубика. Ягоды были такие сладкие, что липли к рукам.

– Как я понимаю, дичь разделывать ты не умеешь, – утвердительно сказал эльф.

– Ты правильно понимаешь, но если покажешь, то я справлюсь, – ответила девушка.

– Ладно, отдыхай, я сам займусь ужином и остальным.

Эльф довольно быстро справился с задачей. Одну птицу он посолил, обложил со всех сторон травами, которые принёс с собой, положил на печку. Затем обложил со всех сторон камнями и растопил печку. Способ приготовления вызвал у Тони большой интерес, она никогда не видела и не читала о таком. Эльф с серьёзным видом ей пояснил, что на самом деле использовал ещё и магию, при этом птица, как бы запекается в духовке. Птицу, приготовленную таким образом, положил на камень остывать и занялся остальной дичью, пояснив, что в приготовленном виде, они занимают меньше места, а чтобы не испортились, есть специальный артефакт. Приготовив припасы, сели ужинать. Тоня восхищалась приготовленной дичью:

– Это просто невероятно вкусно. У нас тебя взяли бы шеф-поваром в элитный ресторан, – похвалила она.

– Спасибо, Антонина. Просто я часто бываю в походах, и мне самому приходится готовить еду.

– О, ты путешественник?

– Нет, я воин. А война у нас закончилась совсем недавно. Но есть приграничные районы, где она не прекращалась. Там стоят заставы и заслоны, иногда требуется помощь, и кто-нибудь обязательно приходит, я в том числе. Иногда требуются разведывательные марши, вглубь вражеской территории, там я тоже бываю.

– Но это же опасно!

– Конечно, в большинстве случаев. Но для драконов, эльфов и оборотней, не так опасно, как для людей.

– Потому что вы обладаете магией?

– И поэтому, тоже. Но сейчас я редко выезжаю. Вот когда мы воевали с оборотнями, было трудно и нам и им. Но война с оборотнями закончилась двести лет назад, мы подписали мирный договор и помогаем друг другу на границах.

– Да, двести лет прошло, наверное, уже и не помнят об этой войне.

– Мы простили друг друга за обиды, но в памяти всё осталось. Не так просто забыть потерю друзей.

– Но ты же их не терял, поэтому и боли такой нет.

– Почему ты думаешь, что я их не терял?

– Но ты же не был на той войне.

– С чего ты это взяла? Как раз я был там. Вся юность моя прошла на войне.

– Как ты мог там быть, если она кончилась двести лет назад?

– Обыкновенно, в составе эльфийской армии.

– Ты надо мной смеёшься? Сколько же тебе лет тогда? – Антонина нахмурилась.

– Мне 513 лет, а тогда я был совсем юным. На войну ушёл в 50 лет, раньше не брали.

– Сколько? – глаза Тони стали в пол-лица. Рот открылся и не захлопывался.

– А что тебя удивляет?

– Да столько не живут!

– Люди нет. Их предел 200 лет

– Двести? Да, у нас 100 лет, уже долгожитель и этих людей единицы.

– Сто лет? Считай и не жили совсем.

– А сколько живут эльфы?

– Если в среднем, то две тысячи лет, но чаще больше.

– Две тысячи! И это без болезней, совершенно здоровые. Да, тут должно быть, негде наступить. Перенаселение обеспечено. Если ещё драконы и оборотни так же долго живут, то вы должны стоять по двадцать человек на одном квадратном метре.

– На самом деле это не так. У эльфов и драконов дети рождаются очень редко, как собственно и у оборотней. А если учесть многолетнюю войну, то убыль населения колоссальная. Восстановление до довоенного уровня у драконов и эльфов вообще не идёт, даже чуть снижается, а у оборотней есть увеличение, но столь минимальное, что можно считать за погрешность.

– Почему же так происходит?

– Причин много, мы о них знаем, но справиться с проблемой не получается. – Если у эльфа родится малыш, то это праздник у всего дома, если родится второй, то праздник для всех трёх эльфийских Домов. За последние сто лет, такое случалось дважды. Поэтому о любви у нас уже все забыли. Сейчас стоит вопрос выживания всей расы и женятся два наиболее подходящих партнёра, любовь уже более тысячелетие, как ушла в прошлое.

– Как это на подходящем?

– Положим, я собрался жениться, мне нравится женщина или у нас общие деловые отношения. Я предлагаю ей соединить наши жизни. Она тоже согласна. Мы идём к магической сфере. Я не знаю, откуда она взялась, это было так давно, что даже хранители сферы уже не помнят, не иначе Боги нам её дали, чтобы эльфы не исчезли вовсе. Мы прикладываем руки к сфере. Если зелёный цвет, то хорошая совместимость и брак может принести потомство, но это совсем не обязательно. Если красный, то совместимости нет совсем. Бывает ещё жёлтый, тогда пятьдесят на пятьдесят. Вот так мы и женимся.

– А вдруг сфера ошибается и всё наоборот, а цвета означают совсем другое? У нас это светофор, например.

– Что такое светофор?

– Это аппарат или артефакт, который регулирует движение транспорта.

– Тогда это верное определение, здесь регулируется рождение.

– А вдруг не так всё?

– Да, проверено, уже много раз. У кого красный цвет – ни одного ребёнка, в жёлтом – ничтожное количество, в зелёном – чаще всего бывает потомство, но не обязательно.

– О, это так грустно.

– Да, женитьба у нас, это долг обществу, не более того.

– А разводы у вас есть?

– Вообще-то есть, но это касается тех, чья пара не эльф. А сами эльфы между собой не разводятся, без надобности. Если один из супругов хочет переспать с другим партнёром, никто не против. Каждый живёт своей жизнью, нет любви, нет и ревности. А вообще идут снова к сфере и объявляют о завершении брака, вот и всё. Вопросы имущества, решает юрист.

– Непонятно, зачем другие расы женятся или выходят замуж за эльфов? Если знаешь, что он тебя никогда не полюбит.

– Но другие-то расы любят, а эльфы красивы, обеспечены и обходительны. Плюс у драконов и оборотней бывают с ними истинные пары, и они любят изначально, неважно получают ли ответное чувство. Больше всего женятся с людьми. Человек, став парой эльфу, получает от сферы такую же длинную жизнь, как у эльфа. Кроме того в смешанных браках может родиться эльфийский ребёнок.

– А дети не считаются полукровками?

– Полукровок не бывает. Ребёнок рождается либо эльфом, либо человеком, но с продолжительностью жизни эльфа. В нашем мире полукровки бывают только от родителей разных эльфийских Домов. Эльфы черные, белые и рыжие. При смешении крови получаются полукровки, причём всегда. Именно этих эльфов считают, как бы низшими. Вот такая странность в нашем мире. Раса чуть ли не вымирает, а рождение ребёнка от разных Домов считается почти позором. Я же к ним отношусь, как к равным. Но я боевой офицер, а очень многие из них идут именно в армию. Дерутся, как львы, всегда надёжны и верны. Обладают всеми качествами эльфов. У меня много друзей среди них.

– А как вы их отличаете?

– Вообще есть много признаков, но ярко выглядят волосы. Например у белого эльфа чёрная прядь, или рыжая, ну и наоборот. Но и черты лица у всех трёх видов несколько иные, уши тоже. А эльфы, ценители прекрасного, сразу видят несоответствие стандартам. Так, заговорились мы с тобой, надо идти спать. Завтра трудный день.