Текст книги "Алмазное ассорти"

Автор книги: Наталья Александрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Заварив чай в большом фарфоровом чайнике, старушка, кряхтя и охая, вскарабкалась на высокий металлический табурет.

– Сижу тут, как сорока на колу! – пожаловалась она. – Садись, сынок, выпей чайку со старухой!

Пока Леня устраивался на табурете, к нему подошел Пушок. Видимо, он решил помириться – принялся тереться о Ленины ноги. Маркиз почесал его за ухом, и кот уютно заурчал – он почувствовал в Лене настоящего котовладельца со стажем.

– Надо же, как к тебе Пушок-то ластится! – проговорила Фекла Федоровна, наливая Лене чай в большую чашку с красным петухом. – Видать, понравился ты ему! Он в людях-то разбирается. На Витьку-то все больше шипит…

– На Витьку? – переспросил Леня. – А кто это такой – Витька?

Старушка поняла, что снова сболтнула лишнее. Она поперхнулась чаем, испуганно покосилась на Леню, потом почему-то на кота и придвинула Маркизу конфетницу, в которой лежали простые сушки и дешевые карамельки в полосатых фантиках.

– Ты угощайся, сынок… – забормотала она, стараясь не встречаться с Леней глазами. – У меня сушек много, мне Виктор еще принесет…

– Мне как-то неудобно… – проговорил Леня, отпивая чай. – Я к вам с пустыми руками… а эти карамельки вы, наверное, из Козловска привезли? Здесь я таких не видел…

– Оттуда, – подтвердила бесхитростная старушка. – Я их у Татьяны покупала, которая напротив почты… Два кило взяла… впрок…

Она снова испуганно взглянула на гостя.

– А давно вы из Козловска переехали? – продолжал Маркиз расспросы.

– Да уж больше полгода… – вздохнула Фекла Федоровна, не в силах дальше соблюдать конспирацию. – Ты, сынок, Виктору-то ничего не скажешь? Он мне не велел никому ничего говорить, а я тут с тобой разболталась… заругает он меня!

– Да что вы, бабушка! – успокоил ее Леня. – Да я же Виктора знать не знаю! В жизни его не видел! Где я его встречу-то? Не беспокойтесь, он ничего не узнает!

Фекла Федоровна тяжело вздохнула. Она посмотрела на Пушка, который уютно устроился на руках у Лени, и заметно успокоилась. Она решила, что раз кот доверяет этому симпатичному мужчине – значит, и она может поговорить с ним по душам.

А поговорить ей очень хотелось – ведь она целыми днями сидела в этой большой неуютной квартире, где единственным ее собеседником был Пушок.

– У нас-то в Козловске люди лучше, – выдала она выстраданное и обдуманное жизненное наблюдение. – У нас люди душевнее, а здесь никому друг до друга нет дела!

– А что же вы сюда переехали? – поинтересовался Маркиз.

– Да я бы ни в жизнь не переехала! – воскликнула Фекла Федоровна. – У меня там домик был такой хороший, садик, в садике мальвы цвели, душистый горошек, гвоздика турецкая – красота! А только приехала ко мне Тамара, племянница моя. Пожила у меня дня три и говорит: что ты, тетя Фекла, одна здесь маешься? Здесь, говорит, дыра дырой! Переезжай к нам в Питер! У нас жизнь совсем другая…

Я ей отвечаю – чего мне переезжать-то? У меня здесь все знакомые, садик опять же… А Тамара – да что ты, какие такие знакомые? Ты же, тетя Фекла, старая совсем, не дай бог заболеешь, а тебе и стакан воды подать некому…

В общем, говорила-говорила да и уговорила.

Домик свой я продала, деньги отдала Тамаре – она сказала, что так они сохраннее будут и что она мне на эти деньги в Питере приличную жилплощадь купит…

Ну и купила… в коммуналке заплеванной комнатку возле туалета! Окошко маленькое, и в него-то солнышко никогда не заглянет – за окошком этим двор-колодец. Я как попала в комнатку эту, так чуть не заплакала! Только и сдержалась, чтобы Пушка не расстраивать…

И потом еще – как проснусь там, да как вспомню свой садик с мальвами и душистым горошком – чуть не плачу! Одна радость, что Пушок у меня под боком – замурлычет, и все как-то веселее.

А тут еще соседи меня обижать вздумали. На кухню не пускают, как в коридоре встретят – непременно обругают словами нехорошими. Когда, говорят, помрешь, старая карга, когда комнату освободишь?! Нам уже ждать надоело…

– Вы же говорили, что эта комната слова доброго не стоила? – проговорил Маркиз.

– Так-то оно так, жить в ней нельзя, да они хотели кладовку в ней устроить, а тут я!

– А что же Тамара, племянница ваша?

– А Тамара-то, как деньги мои получила да как впихнула меня в ту комнатку, так и забыла, что мы с ней родня. За все время ни разу ко мне даже не заглянула.

Я ее адрес-то нашла, решила сама приехать, посмотреть, что с ней – не заболела ли. Только меня и в квартиру не впустили. Валерий, муж ее, на пороге встретил и прямо сказал:

– Нечего к нам таскаться! Нечего нам мешать! Тамара тебя знать не хочет и видеть не желает! У тебя есть своя жилплощадь – вот и отправляйся на нее, не мешай людям культурно отдыхать! А будешь еще нам надоедать – я участкового милиционера вызову, он с тобой по-своему поговорит, враз дорогу сюда забудешь!

Старушка пригорюнилась, тяжело вздохнула и продолжила:

– А тут еще какая беда… в Козловске-то все дешевле было, так мне там пенсии на весь месяц хватало, да еще с огорода кормилась. А тут все такое дорогое… еле мне пенсии на две недели хватило! Тогда стала я ходить на рынок, что возле метро. Глядишь, что-нибудь и продам – то колечко материно, то сахарницу, то ступку медную… я ведь, слава богу, кое-что из дома все-таки привезла. Так и перебивалась…

А тут как-то стою, продаю скатерть вышитую. Сама в молодости гладью вышивала. А тут он мимо идет…

– Кто – он? – переспросил Маркиз.

– Так Виктор же! – Фекла Федоровна опасливо взглянула на собеседника. – Остановился возле меня и спрашивает:

– У тебя, бабка, паспорт есть?

– А как же, – говорю. – Разве же нам можно без паспорта? Это только бомжи какие-нибудь без паспорта живут!

– А хочешь, – говорит, – денег заработать? Ты мне на время будешь свой паспорт давать, а я тебе – каждый месяц деньги платить буду!

Я прямо перепугалась. Слышала, что у вас в Питере много жуликов развелось, так как бы и мне не попасть в историю!

– Нет, – говорю. – Я на это не согласная!

А он из кармана деньги вынул и пошуршал. Хорошие деньги, целая моя пенсия.

А я со своей скатертью с утра уже стою, и никто даже не приценился! А дома у меня Пушок голодный!

Подумала я, подумала да и согласилась. Думаю – что мне терять? Хуже, чем есть, уже не будет! Дала ему свой паспорт. Еще в каких-то бумагах расписаться пришлось. Только велел Виктор, чтобы я никому про это не рассказывала…

В общем, приносил он мне раз в месяц деньги, и зажили мы с Пушком немножко получше. А только дня три назад пришел ко мне Виктор и говорит:

– Собирайся, баба Фекла, в новую квартиру переезжай!

Мне собраться-то недолго… перевез он нас с Пушком в эту квартиру и велел, чтобы сидели мы тихо, никого не впускали и ни с кем не разговаривали. Ну, мы и сидим тихо… прямо как в гробу! – Старушка перекрестилась. – Там хоть сосед лишний раз обматерит – все живой человек… А тут и словом не с кем перемолвиться! А тут ты пришел… Ох, попадет мне от Виктора!

– Да не бойтесь, Фекла Федоровна, Виктор ничего не узнает! – заверил ее Маркиз. – А кстати, он ведь такой толстый, маленького роста и с длинными усами?

– Да что ты, сынок! – Старушка махнула рукой. – Вовсе даже не такой! Это ты его с кем-то путаешь! Виктор – он худой да высокий, волосы у него длинные, сзади в хвост собраны, как у девушки…

Услышав такие слова, Леня едва не разинул рот. Описание полностью подходило под известного ему мошенника по кличке Доктор. Неужели это он действовал под именем Виктора? Купил эту квартиру по бабкиному паспорту и поселил тут свою… не любовницу, нет, а помощницу. А что? Девица интересная, таскалась по разным тусовкам, высматривала там драгоценности, встречалась с богатыми людьми. Вроде как у него Лола.

Лолка умная, тут же подумал Маркиз, она никогда бы в краденых сережках на людях не появилась… Бывают, конечно, и у нее закидоны, но он, Леня, всегда начеку и ничего подобного ей никогда бы не позволил. Вот ведь увидала же эту блондинку обокраденная Стрешнева, устроила скандал. Девица, конечно, смылась, однако круги по воде уже пошли. Наверняка эта блондинка взяла серьги без спроса, а потом пришлось ей во всем признаться своему шефу.

И мало ей не показалось. Маркиз на минутку представил, что он сделал бы с Лолкой в такой ситуации. Убить не убил бы, конечно, но руки его даже сейчас зачесались устроить Лоле хорошую трепку.

Доктор, или кто он там есть, действовал оперативно. Спровадил свою блондинку куда подальше, а сюда поселил бабулю с котом, которую про девицу и спрашивать не стоит – она ее в глаза не видела.

Леня осторожно ссадил Пушка на пол и прошелся по кухне, раскрывая многочисленные шкафы. Ничего там не было интересного – обычный сервиз под стать оформлению кухни – без рисунка и чашки квадратные. Пакетики со специями навалены просто так. Леня чихнул и закрыл шкаф.

– Ты, мил человек, ищешь чего? – встрепенулась Фекла Федоровна.

– Да нет, так смотрю…

На самом деле Леня искал хоть что-нибудь, что укажет путь к таинственной блондинке, потому что надеяться на то, что здесь он найдет следы Доктора, значило бы сильно переоценивать благосклонность судьбы. Доктор следов не оставляет…

Леня нашел в шкафу набор для суши, а еще валялась там разное барахло – салфетки, зубочистки, ароматические свечи.

Пакет, заправленный в мусорное ведро, был чист.

Леня переместился в ванную. Остатки косметики и пачка бумажных носовых платков. Еще капли в нос и пузырек марганцовки. Негусто.

В квартире были две большие комнаты. Старуха, судя по всему, занимала только одну – там стоял безликий набор мягкой мебели, плазменная панель и низкий журнальный столик, заваленный глянцевыми журналами. Тут же на диване лежала свернутая постель.

Леня вздохнул и переместился в другую комнату. Тут была большая кровать, криво застеленная розовым покрывалом, шкаф-купе и комод. В отличие от всей квартиры здесь на полу и на мебели Леня заметил комки пыли.

– Я сюда и дверь не открываю, – поспешила заметить старуха, – мне и той комнаты хватит…

Леня кивнул и без надежды на успех раздвинул створки шкафа. Ничего, хоть у блондинки должно было быть много одежды. Успела все забрать. В прикроватной тумбочке разные ненужные мелочи, которые никак не характеризуют человека.

В комнату заглянул Пушок. Осторожно ступая, он вышел на середину и вскочил на кровать. Потрогал лапой подушку, поточил когти об одеяло.

– Пушок! – встревожилась старуха. – Не порти вещи!

Пушок кубарем скатился на пол и скрылся под кроватью.

– Ну, все, – вздохнула Фекла Федоровна, – теперь его оттуда нипочем не достать.

Леня отогнул покрывало и заглянул под кровать. Где-то вдалеке виднелись два зеленых глаза. Он постучал по полу. Глаза переместились еще дальше. Старуха уже совала ему в руки швабру. Чтобы дотянуться, Лене пришлось лечь на пол. Швабра попала на что-то мягкое, кот зашипел и выскочил в раскрытую дверь. Маркиз поднялся, чертыхаясь и счищая пыль, и тут заметил на полу скомканную бумажку, которую, очевидно, прихватил с собой кот, вылезая из-под кровати.

Леня осторожно развернул бумажку. Это оказалась квитанция.

«Фирма Саби-Ваби, – было написано сверху. – Доставка суши на дом».

Далее шел список. Судя по количеству суши и роллов, блондинка была поесть не дура. И наконец внизу Леня увидел самое интересное – номер заказа и реквизиты заказчика – имя и номер мобильного телефона.

Неуловимую блондинку звали Илона. Номер Лене ничего не сказал – самый обычный, Мегафон.

Однако это было уже кое-что. Если, конечно, блондинка не выбросила свой мобильник в мусоропровод.

– Нашел чего нужное? – спросила старуха, возникнув на пороге с Пушком на руках.

– Ладно, Фекла Федоровна, – сказал Леня, на прощание почесав кота за ухом, – живите мирно, ничего не опасайтесь. Виктора не бойтесь, квартира ваша, я в ТСЖ узнавал, все документы в порядке. А про то, что я приходил, никому не говорите.

Леня ни минуты не сомневался, что словоохотливая старуха тут же выболтает неизвестному Виктору, или Доктору, про его неожиданный визит. Однако кто он такой – старуха понятия не имеет, да и Доктору скоро будет не до того, чтобы проверять неизвестных визитеров. Леня об этом позаботится.

– Лолка, есть для тебя дело! – начал Маркиз еще за дверью и тут же остановился на пороге, забыв закрыть рот, потому что вместо Лолы ему открыло жуткое чудовище – не то инопланетянин, не то привидение.

– А… – сказал Маркиз и шумно сглотнул. – А-ва-ва…

Он закрыл глаза и тут же их открыл. Ничего не изменилось. Однако Леня успел заметить, что на чудовище надеты Лолины розовые тапочки с помпонами. Он поднял глаза выше и понял, что дальше идет тоже Лола – ее фигура, ее руки, даже шея кажется тоже ее. Но вот лицо… Вообще голова явно принадлежала не его боевой подруге.

Начать с того, что голова эта была лысой. Не гладкой, как бильярдный шар, а какой-то шишковатой. И грязно-розового цвета. А лицо… То есть то место, где должно быть лицо, было совершенно белым, как у алебастровой статуи. Только у статуи просматриваются все же человеческие черты – нос, губы, а тут не было ничего. Все плоско, только узкие щелочки, через которое чудовище смотрело на незнакомый мир.

– У-у, – промычало чудовище и сделало приглашающий жест.

– Спасибо, я, пожалуй, хозяина на улице подожду… – Леня попятился.

Тут до него дошло, что хозяин квартиры он и есть, так что его слова неуместны.

– У! – грозно сказало чудовище. – У-у!

Интонация была до боли знакома. Будь на месте чудовища Лолка, Маркиз готов был поклясться, что она говорит: «Немедленно войди в квартиру и не валяй дурака!»

Опасливо оглянувшись на дверь соседей, Леня вошел в квартиру. На вид ничего такого не случилось – не было беспорядка, не валялась сломанная мебель, не летали пух и перья от подушек. Чудовище заняло квартиру без боя. Но где же звери? Как они такое допустили?

Леня рванулся к себе.

– Аскольдик! – позвал он. – Где ты?

Комната была пуста. Кот не валялся на кровати, не сидел на письменном столе, не прятался на шкафу. Леня побежал на кухню. Специальная скамеечка возле батареи тоже была никем не занята. Больше того – клетка попугая также пустовала! У Маркиза в голове мелькнула дикая мысль, что чудовище сожрало всех зверей. Он толкнулся в комнату Лолы. И конечно, чудовище было там. Оно как ни в чем не бывало лежало на кровати и читало гламурный журнал.

– У-у? – спросило оно недовольно. Леня уже навострился, так что понял сразу. «Чего тебе?»

– Где Пу И? – крикнул он.

– У! – Чудовище мотнуло головой и добавило: – У-у-у. – Что означало: «И незачем так орать!»

Леня махнул рукой и продолжил поиски зверей. И нашел всех троих в гостиной перед телевизором. Звери спокойно смотрели телесериал про животных.

– Ребята, вы в порядке. – Леня присел на диван, отдуваясь.

Сериал кончился, Пу И соскочил с дивана и побежал в Лолину спальню. Однако тут же с визгом выкатился оттуда задом и спрятался за кота, который распушился и зашипел. Чудовище появилось на пороге.

– Ребята, а кто это? – Леня давно уже все понял, но не мог отказать себе в удовольствии поразвлечься. – Как оно попало в квартиру? И где Лола? Оно ее съело? А ты, Пу И, куда смотрел?

Песик возмущенно затявкал.

– Кошмар-р! – присовокупил попугай.

– А почему оно молчит? – продолжал Маркиз. – У него рта нету? А как же оно ест? А, понимаю, у него, как у всех примитивных, одно отверстие на все про все…

– Я тебе покажу одно отверстие! – заорало чудовище Лолиным голосом и кинулось на Маркиза. – Я в тебе сейчас столько отверстий понаделаю – будешь как дуршлаг!

– Лолка! – Леня сделал вид, что ужасно удивился. – А это ты? А я думаю – кто это у нас в квартире хозяйничает? Лолка, а что это с тобой? Ты теперь всегда такая будешь?

Между делом он ловко уклонялся от Лолиных кулаков.

– А ты, оказывается, разговаривать можешь… – бормотал Маркиз. – Ой!

Лоле удалось попасть ему кулаком в нос. Было не больно, но унизительно.

– Ты что? – Леня подбежал к зеркалу. – Теперь нос распухнет! Вон, уже кровь идет!

– Ничего у тебя не идет! – заорала Лола. – У тебя вообще не кровь, а мерзкая ядовитая субстанция!

– Это у тебя на морде мерзкая субстанция! – Леня всерьез разозлился. – Это же надо такое устроить! Человек после трудного, утомительного дела приходит домой и что он видит? Лолка, так и инфаркт можно получить! И главное – молчит!

– Потому что губами шевелить нельзя! – Лола подбежала к зеркалу. – Ну вот, все потрескалось…

– Что ты опять придумала? – устало спросил Маркиз. – И не жаль тебе своего лица?

– Ты не понимаешь… – Лола отколупывала кусочки чего-то белого. – Бофенака не просто маска. Она должна долго находиться на коже, тогда микрочастицы впитываются во внутренний слой и долго там работают… Ой, больно!

– Вот теперь снимешь всю кожу вместе со своей бармаглотой… – злорадно произнес Леня.

– Все из-за тебя! – В Лолином голосе послышались слезы, и Маркиз уверился, что его боевая подруга окончательно повернулась на своей бофенаке. Ну надо же, вроде бы он такого за ней раньше не замечал. Правду говорят – все бабы дуры! Так и эта, блондинка Илона, не смогла удержаться, нацепила ворованные серьги и поперлась на тусовку. И хорошо, что она оказалась такой безмозглой, хоть какой-то след в этом темном деле.

– Лолка, смывай нафиг свою брахмапутру! – отрывисто приказал Леня. – Ты мне нужна! А на голове-то у тебя что?

– Ну, шапочка резиновая, чтобы волосы не запачкать…

– Слава богу, я тебе не муж! – с чувством высказался Леня. – Муж, если бы тебя в таком виде узрел, – в ту же минуту бросил бы!

– Моя личная жизнь тебя совершенно не касается! – взвизгнула Лола, отчего от лица ее отвалилось еще несколько кусочков сухой бофенаки.

– Пять минут! – рявкнул Маркиз. – И ни секундой больше! – и скрылся в своей комнате, прихватив по дороге кота.

Аскольд не сопротивлялся, он понял, что хозяину нужно снять стресс.

Пять не пять, но через пятнадцать минут Лола явилась пред светлые очи своего компаньона и повелителя чисто умытая и скромно одетая. Она чинно уселась рядом на стул.

– Какие успехи? – спросила она, опустив глаза.

– Да уж нарыл кое-что, – ответил Леня, ворчливо, но тут же перешел к делу: – Вот, смотри, это ее имя и телефон.

– И что?

– Ну что, можно, конечно, попробовать выяснить по номеру… у Уха есть знакомая девица в Мегафоне…

– Ухо завел девушку? – оживилась Лола. – Почему я ничего не знаю?

– Потому что языком метете вы, бабы, почище веника! – рассердился Маркиз. – Вот, теперь знаешь! Не вздумай его расспрашивать, там все сложно…

– Да уж не дура… – обиделась Лола, в ответ ее компаньон очень выразительно покрутил головой, намекая на бофенаку.

– Может быть, мы перейдем к делу? – нервно заговорила Лола: будучи в ванной, она рассмотрела себя в зеркале и не нашла никаких изменений к лучшему. И несмотря ни на что, Ленькины слова насчет мужа, который убежал бы куда глаза глядят, запали ей в душу. Но с другой стороны, про бофенаку рассказывают чудеса… А может, все-таки Ленька прав и она мается дурью?

Лола испуганно оглянулась, как будто кто-то мог услышать ее мысли.

– Ты позвонишь этой Илоне и представишься Аленой Перепелкиной, – неуверенно заговорил Маркиз, – как ты хочешь, а они знакомы, возможно, близко…

– А если она трубку не возьмет?

– Не возьмет так не возьмет, – помрачнел Маркиз. – Тогда, значит, день работы сегодня коту под хвост!

При этих словах Аскольд негодующе фыркнул, но его хозяин этого не заметил.

– А если она мне не поверит?

– А ты сделай так, чтобы поверила! В общем, действовать будешь по обстановке. Ты девочка взрослая, не мне тебя учить. Приступай! – Он протянул Лоле специально купленный для этой цели мобильник и сам набрал номер Илоны.

Долго никто не отвечал на звонки, и Лола уже показала глазами Маркизу, что план его не удался и придется его изменить. Но вот наконец послышался запыхавшийся голос:

– Да! Слушаю!

– Хм… – Лола сделала вид, что кашляет.

– Алло! Кто это? – надрывались в трубке.

– Это я… – прохрипела Лола.

– Кто это?

– Ну я…

– Ты что ли, Перепелка? – спросила Илона, как будто ее осенило внезапно, а Леня обрадованно ткнул Лолу кулаком в бок – говорил же, что они подружки.

– Не называй имен! – Лола говорила шепотом, задыхаясь и проглатывая слова.

– Да что с тобой? Ты почему не уехала?

– Я хотела… – Лола замолчала, делая вид, что слова ей даются с большим трудом.

– Тебя кинули? – чуть помолчав, спросила Илона, понизив голос. – Не дали обещанного?

– Да… кажется… я не могу по телефону…

– Тебя пасут? Ты вообще где сейчас? – Илона приняла неприятности подруги близко к сердцу, что, несомненно, говорило в ее пользу. И Лола решилась.

– Илька, нам надо встретиться! – сказала она, вложив в свой шепот бездну отчаяния. – Я все расскажу!

– Ну не знаю… – Илона нисколько не удивилась своему уменьшительному имени, стало быть, Лола действовала верно.

– Очень нужно! – умоляла Лола. – Приходи через час в…

– Я не могу, я занята!

– Сможешь! – резко сказала Лола. – Иначе у тебя тоже неприятности будут! Причем серьезные! Значит, через час в бистро «Крокодил» на Вознесенском!

– Где это?

– Найдешь! – и Лола поскорее повесила трубку.

– Ну? – спросила она. – Как тебе разговорчик?

– Молодец, вроде бы она тебе поверила… Теперь вот что из себя сделай…

Леня заговорил было, помогая себе выразительными жестами, но Лола пренебрежительно отмахнулась – не учи ученого, мол, что касается образа, она сама управится. Маркиз не мог не согласиться со своей боевой подругой – в этом смысле она никогда его не подводила. Лола удалилась к себе в комнату подбирать соответствующий наряд, а Леня набрал номер своего приятеля Ухо.

– Привет, можешь через час достать милицейскую патрульную машину с мигалкой?

– А сейчас сколько времени? – деловито спросил Ухо.

– Мне к трем надо!

– Тогда нет проблем! Тут двое ментов в это время как раз у Люси обедают!

Люся была симпатичная полноватая шатенка с аппетитными ямочками на щеках и удивительно синими глазами, Ухо связывала с ней нежнейшая дружба, потому что он не раз доводил до ума Люсин скромный «жигуленок». А Люся за это постоянно подкармливала Ухо домашней едой, сетуя на то, что он такой худенький. Кормили в ее кафешке и правда вкусно, там всегда был народ.

– Ну, до встречи! Лолка, ты готова?

В коридоре Леня поймал попавшегося под руку Пу И и подбросил его в воздух. Песик легонько цапнул его за палец.

Илона вошла в полупустое бистро и опасливо огляделась по сторонам. Обеденное время в соседних офисах закончилось, и в зале было всего несколько человек. Алены среди них не было.

До условленного времени оставалось еще десять минут. Илона села за столик в глубине зала, откуда хорошо просматривался вход, и заказала чашку кофе и сухое пирожное. Она сидела, маленькими глотками отпивая кофе и не сводя глаз с дверей заведения.

Назначенное время прошло, а подруга так и не появилась.

Илона уже хотела уйти, как вдруг в бистро вошла разбитная девица в коротенькой кожаной курточке и высоких, сильно поношенных сапогах-ботфортах. Оглядев зал, девица прямиком направилась к Илоне и, не спрашивая разрешения, села за ее стол.

– Чего надо? – спросила Илона неприязненно.

– Ты, что ли, Илька? – спросила незнакомка, отбросив падающую на глаза прядь.

Прежде чем ответить, Илона оглядела ее более внимательно.

Волосы у девицы были сальные, торчали во все стороны неопрятными лохмами. Турецкая курточка продрана на локте, из-под нее виднелась несвежая блузка. Темные зубы явно не были знакомы со стоматологом. Излишне жизнерадостный цвет лица говорил о пристрастии незнакомки к крепким спиртным напиткам. В довершение ко всему под левым глазом у нее отчетливо просматривался кое-как запудренный синяк. Синяк был недельной давности и уже начал желтеть.

– Чего разглядываешь? – процедила девица, верно оценив внимательный взгляд Илоны. – Не нравлюсь? Ты мне, может, тоже не очень нравишься, но что делать! Нам с тобой детей не крестить, на море в отпуск не ехать! Меня Алена прислала…

– Алена? – недоверчиво переспросила Илона. – Что же она сама не пришла?

– Боится она, – прошептала девица, опасливо оглядевшись по сторонам. – Ужас до чего боится! Поэтому меня послала… я-то давно ничего не боюсь! Отбоялась свое!

Она вальяжно откинулась на спинку стула, пригладила пятерней грязные волосы и спросила:

– Слушай, подруга, а тут выпить не подают? Сама понимаешь, за знакомство выпить полагается!

– Не подают, – мстительно ответила Илона. – Это не забегаловка привокзальная! И я с тобой знакомиться не намерена, ты сама сказала – нам с тобой детей не крестить!

– Фу-ты ну-ты! – фыркнула незнакомка. – Тоже мне, народная артистка! Ну, если выпить нельзя – закажи мне чего-нибудь пожрать! Жрать хочется – просто сил нет!

– Обойдешься! – отрезала Илона. – Говори, зачем пришла, и разойдемся как в море корабли.

– Ну, раз так… – Девица снова огляделась по сторонам, схватила с тарелки недоеденное Илоной пирожное, отправила его в рот и с набитым ртом прошамкала:

– Она фкафала, фто ты даф фенек…

– Чего? – переспросила Илона, с неприязнью глядя на наглую незнакомку.

Та торопливо дожевала пирожное, ухмыльнулась и проговорила:

– Сама виновата! Заказала бы мне что-нибудь… В общем, она, Алена, сказала, что ты ей дашь денег.

– С чего бы это? – Илона сузила глаза. – Ей же обещали кучу денег заплатить! Она хвасталась, что квартиру новую купит… все уши мне этой квартирой прожужжала!

– Ну, это уж я не знаю, что она тебе говорила, только сейчас она на мели. И послала меня к тебе. Ей денег нужно, чтобы подальше уехать.

– А я-то при чем? – процедила Илона.

– А при том, – в тон ей ответила наглая девица. – При том, что она велела передать – если ее сцапают, она молчать не будет. Все выложит про тебя, и про дружка твоего, и про сейф…

– Про сейф? – прошипела Илона. На этот раз уже она огляделась по сторонам. – Что ты знаешь про сейф?

– Я, может, ничего не знаю, – ответила девица, хитро сверкнув глазами. – Я только то говорю, что мне Алена велела. А дальше уж ты сама думай… Только точно тебе говорю – молчать она не будет… все выложит, что знает, а знает она много!

– Ну, ты же понимаешь – у меня с собой таких денег нету… – Илона сменила тон. – Кто же с собой большие деньги носит?

– Этого я не знаю! – уперлась девица. – У меня больших денег отродясь не было. А только если ты ей не поможешь, она все выложит, можешь не сомневаться…

– Ну что ты заладила! – разозлилась Илона. – Слышала уже! Только если бы у меня даже были деньги – я бы через тебя не стала передавать! Я тебе рубля бы не доверила!

– Вот ты как, – пробормотала девица обиженно. – Катька не какая-нибудь! Я порядочная!

– Да, сразу видно, какая ты порядочная! Вон, проба под глазом!

– Это не то, что ты подумала! – воскликнула та возмущенно. – Это я за любовь пострадала!

Она начала подниматься из-за стола:

– В общем, я смотрю, разговора у нас не вышло. Так и передам Алене, что ты со мной говорить не захотела…

– Подожди! – резко прикрикнула на нее Илона. – Сядь! Мы еще не закончили!

Девица послушно опустилась на стул, подозрительно взглянула на Илону и недовольно буркнула:

– Ну, чего еще?

– Отведи меня к Алене! Я с ней должна увидеться и поговорить…

– Вот еще! – фыркнула девица. – Мы так не договаривались! Алена не велела тебя приводить…

– А я только так согласна! – отрезала Илона.

– И потом… если я тебя к ней приведу, вы, может, и договоритесь, да только мне своих денег точно не видать! Алена-то мне обещала заплатить за работу, а если я тебя к ней приведу – вы меня кинете. Я жизнью битая, никому не верю!

– А сколько она тебе обещала? – осведомилась Илона.

Глаза девицы вспыхнули, она облизнулась и выдала:

– Две тыщи… то есть что я говорю? Три!

– Я тебе заплачу четыре, если ты меня к ней отведешь.

– Только сразу! – потребовала девица. – Я жизнью битая, на слово никому не верю…

– Э нет! – возразила Илона. – Ты меня за кого принимаешь? Думаешь, я лохушка какая-нибудь? Ты деньги возьмешь, а сама смоешься!

– Ну, давай так – ты мне две тыщи сейчас дашь, а две потом, когда я тебя приведу…

– Сейчас тысячу!

Девица закусила губу. Илона вытащила из кошелька новенькую купюру и пошуршала перед носом своей собеседницы. Это решило дело. Та жадно уставилась на деньги, облизнулась, схватила бумажку, сунула ее за декольте и махнула рукой:

– Ладно, так и быть! Вот всю жизнь страдаю через свою доверчивость! Так и быть, отведу тебя к Аленке. Только смотри – вместе идти нельзя, выследят нас. Я выйду, а ты за мной, чуть погодя.

Она поднялась и, вихляя бедрами, направилась к выходу.

Илона встала, положила на стол деньги и пошла следом.

Сквозь стеклянную дверь бистро она увидела, как бойкая девица настороженно огляделась по сторонам и быстро зашагала направо. Выждав несколько секунд, Илона тоже вышла на улицу и двинулась вслед за новой знакомой, стараясь не потерять ее из виду.

Та прошла квартал, перешла улицу и свернула в арку двора.

Илона последовала за ней и успела увидеть, как девица свернула в следующую арку.

Илона прибавила шагу, проскочила темную подворотню, вышла во второй двор и чуть не свалилась, споткнувшись о какой-то бесформенный предмет, валявшийся на асфальте.

В последний момент она затормозила, отступила назад и вгляделась в этот предмет.

При ближайшем рассмотрении предмет оказался женским телом в короткой курточке и высоких поношенных сапогах. Та самая девица, с которой Илона несколько минут назад беседовала в бистро, лежала на земле вниз лицом и не шевелилась.

– Ты что? – пробормотала Илона, склонившись над телом.

Тело не отзывалось.

– Эй, брось прикидываться! Как тебя… Катька! – Илона наклонилась еще ниже и опасливо дотронулась до обтянутого потертой кожей плеча.

Девица никак не отреагировала на это прикосновение, зато Илона почувствовала, что вымазала чем-то руку. Вокруг было темновато, и она машинально поднесла руку к глазам.

И тут же отдернула, испуганно вскрикнув.

Рука была в чем-то темно-красном.

– Мама! – негромко проговорила Илона, безуспешно пытаясь осмыслить увиденное.

Она еще раз вгляделась в лежащее тело и на этот раз отчетливо поняла три вещи: во-первых, что это тело не просто неподвижно – оно не подает никаких признаков жизни; во-вторых, не только плечо незнакомки, но и вся ее спина залита той же самой темно-красной жидкостью, больше того – на земле вокруг тела скопилась уже порядочная лужа; и в-третьих – эта жидкость не что иное, как кровь.

Рядом с телом лежал какой-то темный продолговатый предмет. Илона машинально подняла его.

Это был нож с длинным узким лезвием. Лезвие было покрыто точно такой же темно-красной жидкостью.

Кровью.

– Мама! – повторила Илона.

Она бросила нож и попятилась.

До нее наконец дошло, что странная непутевая девица убита, убита только что вот этим самым ножом, и убийца ее, возможно, находится где-то совсем рядом.