355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Наталья Александрова » Полцарства и теща на сдачу » Текст книги (страница 1)
Полцарства и теща на сдачу
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 02:31

Текст книги "Полцарства и теща на сдачу"


Автор книги: Наталья Александрова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Наталья Александрова
Полцарства и теща на сдачу

© Н. Александрова, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

* * *

Молодая мама в короткой шубке из золотистой норки подкатила коляску к подъезду и полезла в сумочку за ключами. Она была в превосходном настроении: на улице светило солнышко, и в воздухе уже чувствовалось приближение весны. Кроме того, ей только что повстречалась школьная знакомая Ленка Восьминогова, ужасная вредина и сплетница, которая вполне оценила шубку, и сапожки, и коляску, и розовое, сонное Гошенькино личико… от того, как вытянулось Ленкино лицо, молодая мама почувствовала особенное, ни с чем не сравнимое удовольствие.

Единственное, что немного омрачало это весеннее настроение, – перспектива втаскивать коляску к лифту. Дом, во всем остальном хороший и довольно дорогой, был устроен удивительно глупо: к лифту нужно было подниматься целый лестничный марш. А консьержка, старая жаба, отказывалась помогать, говорила, что это не входит в ее служебные обязанности.

Однако молодая мама не успела всерьез расстроиться: только она открыла дверь, как к ней торопливой походкой подошел приличного вида мужчина с собачкой на поводке и с пухлым портфелем в левой руке. Собачка была очень симпатичная, породы фокстерьер. Она завиляла коротким хвостом и наклонила голову, с интересом взглянув на коляску. Мужчина тоже был приятный, очень элегантный.

Правда, на взгляд молодой мамы, ужасно старый – наверное, лет пятьдесят. Он придержал дверь и любезно предложил молодой маме помочь с коляской. Правда, муж часто говорил, чтобы она не входила в дом с незнакомыми людьми, но этот мужчина был очень приличный и совершенно безобидный. Опять же, собачка… ну не может у злоумышленника быть такой симпатичной собачки! Молодая мама обрадовалась и ухватила коляску за длинную хромированную ручку. Мужчина нагнулся и взялся за другой конец. Вдвоем они запросто пронесли коляску мимо консьержки, которая даже не подняла глаз от своего кроссворда, и подтащили к лифту. Гошенька даже не проснулся.

– Вы поезжайте, я потом, а то в лифте будет тесно, – предложил вежливый мужчина.

Молодая мама поблагодарила его и уехала.

Однако мужчина не стал дожидаться лифта. Он огляделся по сторонам, взбежал с неожиданной для его возраста прытью на третий этаж и остановился перед стальной дверью, отделанной красным деревом. Здесь мужчина снова огляделся, бросил своей собачке короткую команду «сидеть» и вытащил из кармана связку каких-то странных ключей.

Представители фирмы, которая устанавливала дверь, утверждали, что открыть ее без специального, очень сложного ключа просто невозможно. Наверное, они не были знакомы с этим мужчиной, потому что он справился с дверью за три минуты. Осторожно приоткрыв ее, он, прежде чем войти внутрь, быстро оглядел дверной проем и нашел крошечные контакты охранной сигнализации; Представители фирмы, устанавливавшей эту сигнализацию, опять же утверждали, что справиться с ней просто невозможно. Видимо, они тоже не знали этого мужчину. Он ловко наклеил на контакты какие-то плоские блестящие полоски и только после этого вошел в квартиру. Собачка послушно вбежала следом.

Мужчина снял серое твидовое пальто, повесил его на крючок, сменил тонкие кожаные перчатки на еще более тонкие резиновые, снова бросил собачке «сидеть» и отправился на обход квартиры.

Первое, на что он обратил внимание, были картины. Их было довольно много, на всех изображены лошади. Лошади скакали, медленно прогуливались, стояли в стойлах. Две очень красивые лошади стояли рядом, прижавшись друг к другу головами. Наверное, это были влюбленные лошади. И каждую картину мужчина в перчатках осторожно снимал со стены и снова вешал на место, убедившись, что за ней ничего не спрятано.

Так он обошел две комнаты, и в третьей нашел то, что искал. Сняв со стены картину с вороным конем, перескакивающим через препятствие, он увидел на стене дверцу сейфа.

– Как просто, – усмехнулся незваный гость, склонив голову набок, точно как его фокстерьер. – Даже неинтересно!

Он открыл свой пухлый портфель и достал оттуда целый набор каких-то непонятных инструментов. Непосвященный человек мог бы подумать, что это хирургические или, вообще, медицинские инструменты, и он бы, конечно, очень ошибся.

Мужчина надел специальные защитные очки и принялся за работу. Он простучал сейф, как старые врачи простукивали грудную клетку больного, потом прослушал его чем-то вроде стетоскопа, и, наконец, найдя нужное место, принялся сверлить тонким маленьким сверлышком.

Сталь была очень прочной, плохо поддавалась, и взломщик пару раз вытирал испарину со лба белоснежным батистовым платком. Он даже взглянул на часы и недовольно поморщился – у него оставалось не больше полутора часов до возвращения хозяина.

Наконец сверло достигло цели. Дальнейшее было делом нескольких минут. Взломщик снова вооружился стетоскопом, что-то аккуратно повернул, и дверца плавно открылась.

Мужчина удивленно заглянул внутрь сейфа. Там находилась только маленькая плоская пластмассовая коробочка. Слишком маленькая, чтобы в нее поместилось то, что он искал. Тем не менее взломщик протянул руку в перчатке, прикоснулся к коробочке… и тут же попятился с невольным криком: ему в лицо брызнула струя густой черной краски.

Его, опытного, умелого взломщика, провели как мальчишку! Мало того что он провозился больше часа с ложным сейфом, так еще и попался на дурацкую приманку и перемазался специальной несмываемой краской!

– Черт! – прошипел взломщик.

Он был человек интеллигентный и более крепких выражений не употреблял, даже наедине с самим собой.

Взломщик взглянул на часы и еще раз чертыхнулся: до возвращения хозяина оставалось всего сорок минут. По паркету процокали когтистые лапы: это пришел на шум фокстерьер Монти. Увидев, что стало с лицом хозяина, Монти невольно попятился, сел, как щенок откинув вбок лапы, и изумленно тявкнул.

– Если даже собственный фокстерьер так реагирует на мою внешность, что же скажут остальные! – проговорил взломщик. – Позор на мою седую голову!

Он пригорюнился и направился в прихожую.

Блестящей операции, которой он хотел завершить свою карьеру, явно не получилось.

Леня Маркиз открыл дверь своим ключом, твердо зная, что его подруги Лолы в данный момент нет дома. С утра она бормотала что-то по поводу салона красоты и последующей встречи с приятельницами за чашкой кофе. По своему обширному опыту общения с женщинами Леня знал, что такое времяпрепровождение может затянуться надолго. Поэтому он и открыл дверь своим ключом, несмотря на то что руки были заняты тремя пакетами из супермаркета. Нащупав локтем кнопку выключателя, Маркиз огляделся и едва не выронил пакеты. Спасла его только отличная реакция бывшего циркового артиста.

На улице сегодня была неплохая погода, снегопада давно не было, так что тротуары были чисты. В прихожей же все предметы были покрыты ровным слоем чего-то белого, что напоминало снег, но быть им никак не могло.

– Яблони в цвету, – с отвращением сказал Маркиз, – какая гадость!

Он принюхался: ничем не пахло, и это радовало. Поддев носком ботинка белые хлопья, Леня убедился, что они легкие, шуршат и не пачкаются.

– Бумага, – определил Леня, – тогда все ясно.

Ясно было, что снова нахулиганили звери.

Зверей в квартире было трое: крошечный песик породы чихуахуа, которому маленькие размеры не мешали быть отменным хулиганом.

Лола любила Пу И, так звали песика, без памяти; и все ему разрешала. Присутствовал еще огромный угольно-черный кот, которого Леня назвал в свое время Аскольдом в честь своего погибшего друга и учителя, а также большой попугай по кличке Перришон, который как-то одним морозным утром влетел в открытую форточку и прочно утвердился в квартире.

Махнув рукой на чистоту, Маркиз прошлепал на кухню прямо в ботинках, хотя Лола этого очень не одобряла.

– Где ее носит? – ворчал Леня себе под нос. – Сидела бы дома и стерегла свой домашний зоопарк. Что они еще учудили?

В квартире стояла полная тишина – пушистые и пернатые вредители попрятались в ожидании неминуемого наказания. Клетка попугая на холодильнике была пуста, кот не дремал возле батареи. Леня бросил пакеты на стол и направился в прихожую, но вернулся с полдороги и убрал один пакет в холодильник – в нем находилась готовая курица, а также ветчина и сыр. Лучше потом курицу разогреть, чем вообще ее лишиться. Он-то знает своих питомцев – только зевни, и без ужина останешься!

Обозрев белоснежную прихожую, Леня вздохнул и почесал в затылке. И как прикажете с этим бороться? Он уже нашел пустой пакет из-под туалетной бумаги. Интересно, за какой срок звери успели размотать и разорвать на мелкие кусочки целых четыре рулона?

Леня разозлился на Лолу – зачем оставила пакет на видном месте. Потом он попытался замести мусор веником, но только поднял в воздух целую тучу белых ошметков. Послышался шорох, и в прихожей появился Пу И самый легкомысленный и любопытный из всей троицы. Он никак не мог потерпеть, хотелось поглядеть на реакцию Маркиза. За то песик и поплатился – Леня в сердцах шлепнул его веником. Пу И отскочил с диким визгом, и надо же было такому случиться, чтобы в это самое время вошла Лола.

– Что у вас тут происходит? – холодно спросила она, убедившись, что ее ненаглядное сокровище не пострадало и визжит просто из вредности.

– Сама не видишь? – рявкнул Леня. – Не нужно было туалетную бумагу бросать на виду!

– Очень красиво… – Лола была в отличном настроении и не хотела ссориться, – знаешь, напоминает иллюстрацию к японскому стихотворению хокку. Что-нибудь в этом роде:

 
Всю ночь шел снег.
Земля покрыта белым…
 

– А наши звери – паразиты, – закончил Маркиз.

– Нет-нет, не так, – задумчиво бормотала Лола, – вот еще:

 
Белые снежные мухи
Ложатся на мерзлую землю…
 

– А звери все равно паразиты, – сказал Леня. – Лолка, хватит валять дурака, собирай бумажки.

– Почему я? – обиделась Лола. – Вот так всегда, как только что случится, сразу Лола виновата.

Однако она занялась уборкой, и через некоторое время в прихожей можно было находиться. Пу И уже несколько раз появлялся на виду, но Леня молча грозил ему веником, и песик тотчас пропадал с глаз. Попугай прилетел и сел на вешалку, прикрыв один глаз.

– Думаешь, тебя не достану? – рассердился Маркиз и взмахнул трубой от пылесоса.

– Дур-рак! – спокойно сказал попугай.

– Ну это же надо! – возмутилась Лола. – Перришон, что ты себе позволяешь?

– У-р-родина! – завопил попугай. – Р-рожа чайная!

– Я? – удивилась Лола. – Это ты обо мне?

Она схватила швабру и попыталась достать попугая на вешалке, но по пути задела настенное бра. Плафон упал на пол и разбился вдребезги. Попугай торжествующе захохотал.

Компаньоны поглядели друг на друга в растерянности. И в это время из кухни послышались характерные звуки – шуршание бумаги, хруст и чавканье. Леня сделал знак Лоле и принялся бесшумно красться на кухню. Его боевая подруга поспешала за ним со шваброй наперевес.

Разумеется, они не ошиблись. Двое террористов сидели на столе и выедали курицу из пакета.

– А что же я тогда в холодильник убрал? – в полной растерянности спросил Леня.

На звук его голоса два наглеца отреагировали по-разному. Кот мигом отступил на дальний край стола и ловким прыжком взвился на холодильник. Пу И же как всегда замешкался, запутался в пакете и был схвачен Маркизом за задние лапы.

– Ах вы, мерзавцы! – вскричал Леня, потрясая песиком. – Лолка, они же нарочно послали попугая нас провоцировать!

– Пр-равильно! – сознался прилетевший Перришон.

– Немедленно отпусти Пу И! – приказала Лола. – Это несправедливо, что он должен отвечать за всех!

Пу И тем временем изловчился, перевернулся в воздухе и цапнул Маркиза за палец.

Леня чертыхнулся и выпустил песика из рук.

Пу И шлепнулся на пол, гавкнул от возмущения и улепетнул в Лолину спальню. Там, он знал, его никто не тронет.

Голодный Маркиз исследовал курицу. Оказалось, что негодяи только порвали пакет и отъели одну ножку.

– Если прожарить как следует в духовке… нерешительно проговорил Леня, ему очень хотелось есть. – Вообще, это – форменное безобразие!

– Это – склероз, – веско сказала Лола. – У тебя, Ленечка, начались возрастные изменения. Это же надо придумать – горячие булочки засунуть в холодильник, а курицу оставить на столе!

– Ну перепутал в суматохе, – Леня обиделся и ушел к себе.

Там он лег на диван и задумался, как же так получилось, что за короткое время он так легкомысленно оброс семьей.

«Я ли это, – думал он, тяжко вздыхая, – мошенник экстракласса, широко известный в узких кругах, я ли это, чьи остроумные операции по отъему денег у богатых людей рано или поздно войдут в пособие для молодых мошенников, я ли это вынужден беспрерывно заниматься домашним хозяйством? Вместо того чтобы обдумывать сложнейшие операции, я должен держать в голове уйму вещей: когда нужно платить за квартиру, когда – размораживать холодильник, не забыть купить питание коту и моющие средства…»

Леня Маркиз был убежденным противником женитьбы: «При моей профессии, – повторял он, – семья только мешает».

Не то чтобы он не любил женщин, напротив, он очень любил проводить с ними время. И женщины тоже относились к Лене благосклонно, потому что он был очень обаятельный мужчина.

Иное дело – Лолка. Приходилось терпеть ее в доме, потому что Лолка – это его боевая подруга, компаньонка и помощница. Без нее никак не обойтись в некоторых делах, а Лола – профессиональная актриса. Вообще-то она довольно талантлива, и всегда признает Ленину ведущую роль. Правда, она редкостная лентяйка, свалила на него всю домашнюю работу. И даже со своим ненаглядным Пу И не гуляет, норовит отвертеться в плохую погоду.

И язычок у нее острый, как бритва, и ядовитый, как растение цикута. Ишь, чего выдумала, – у него, Маркиза, возрастные изменения!

Сама вечно все забывает и теряет, растяпа несчастная.

В это время Лола приоткрыла дверь и сказала нежным голоском:

– Ленечка, иди ужинать!

В дверь тотчас полезли соблазнительные запахи жарящейся в духовке курицы и еще каких-то специй. Леня вздохнул и встал с кровати. Вот так всегда: как только начнешь думать, что Лолка – эгоистка и нахалка, она тотчас меняет мнение о себе в лучшую сторону!

– Вениамин! – прогремел по квартире гулкий командирский голос. – Вениамин, ты на часы сегодня смотрел?

– Что такое, Софья Сигизмундовна? – Веня робко приоткрыл дверь и заглянул в тещину комнату. – Что случилось?

– И он еще спрашивает! – Необъятные телеса заколыхались, как холмы в разгар землетрясения, и Веня в который раз подумал, что рано или поздно тещина кровать рухнет.

– И он еще спрашивает! – трубным оглушительным голосом повторила Софья Сигизмундовна, выпростала из-под одеяла руку и гневно ткнула в настенные часы. – Уже половина первого, а я еще не пила свой настой!

Веня тяжело вздохнул.

Его можно было понять. Теща обладала уникальным, просто фантастическим характером, но самым ужасным было то, что Веня жил в одной квартире с этой удивительной женщиной без всяких к тому оснований. То есть теща у него была, а жены не было. Вообще не было. Никогда. Теща была чужая.

– Софья Сигизмундовна, – проговорил Веня, попятившись. – Я не хотел вас беспокоить… я думал, что вы еще отдыхаете…

Так полагалось говорить – «отдыхаете». Не дай бог сказать – «спите». Это стоило бы Вене настоящего скандала. Теща закатила бы глаза и воскликнула с пафосом, достойным лучшей театральной сцены, что ему, Вениамину, должно быть прекрасно известно, что она вообще почти не спит, просто не смыкает глаз, что у нее огромные проблемы со сном, как и со здоровьем вообще, и только такой невоспитанный, нечувствительный и грубый человек, как Вениамин, может этого не замечать. Поскольку из тещиной комнаты каждую ночь доносился богатырский храп, от которого содрогалась посуда в буфете, и нервно взлаивал соседский французский бульдог Дэн, Веня хорошо знал о тещиных проблемах со сном.

Но с тещей лучше было не спорить, и он давно уже употреблял безопасное слово «отдыхаете». Хотя совершенно не понимал, от чего именно может так много и качественно отдыхать эта могучая, громогласная женщина.

– Вениамин, мне иногда кажется, что ты надо мной просто издеваешься! – проревела теща, приподнимаясь в кровати и глядя на него взглядом прокурора, требующего для трамвайного безбилетника высшей меры наказания. – Ты прекрасно знаешь, что я пью свой настой не позднее двенадцати часов! А сейчас уже половина первого! Или ты не видишь часов? Тогда тебе нужно обратиться к врачу! В твоем возрасте просто некультурно иметь плохое зрение!

– Софья Сигизмундовна, – подал Веня голос из-за двери. – Подождите буквально тридцать секунд, я вам уже несу ваш замечательный настой!

Он бросился на кухню и вытащил из холодильника литровую бутыль с отвратительной буро-зеленой жидкостью. Этот загадочный напиток теща употребляла по совету своей приятельницы, бывшего медработника Анфисы Савельевны. Анфиса проработала сорок лет сестрой-хозяйкой в больнице, выдавая простыни с черным казенным клеймом, потому ее медицинский авторитет в глазах Софьи Сигизмундовны был непререкаем. Вене приходилось раз в месяц ездить за этим настоем в крошечную деревушку, расположенную в самом глухом углу Волосовского района. Там жил «потомственный целитель» дядя Вася, который выдавал Вене очередную бутыль с отвратительно выглядящей и соответственно пахнущей жидкостью, брал за нее несусветные деньги и награждал Веню напоследок каким-нибудь афоризмом из своего неисчерпаемого запаса, например: «Свиньи, милок, они болезнь загодя чуют! Ежели от тебя свинья отворачивается, так, стало быть, ты, это, приболел!»

Большинство его афоризмов почему-то касались свиней и их чрезвычайного ума. Веня в глубине души полагал, что и знаменитый настой дяди Васи имеет к свиньям самое прямое отношение, а именно – сделан из свиного навоза. Но свое мнение Веня держал при себе и безропотно поил тещу ужасной жидкостью.

Софья Сигизмундовна не сомневалась, что настой чрезвычайно полезен для ее здоровья.

Здоровье у нее было железное, и если бы настой его еще улучшил, то теща вполне могла бы претендовать на включение в олимпийскую сборную по тяжелой атлетике или классической борьбе.

Заткнув свободной рукой нос, Веня налил в стаканчик небольшое количество настоя и принес его теще. Софья высоко сидела, облокотившись на груду взбитых подушек, и подкручивала левой рукой свои темные усики.

– Наконец-то! – пророкотала она, как отдаленная гроза. – Я уж думала, что ты по дороге заснул или зашел не в ту комнату! Однажды, Вениамин, ты вот так же пропадешь на целый час, и потом застанешь здесь только мой хладный труп! Ведь ты прекрасно знаешь, какое у меня хрупкое здоровье, и что держится оно только на этом чудодейственном настое…

Она выхватила у Вени стаканчик с вонючей жидкостью и лихо, по-гусарски, опрокинула его в свою глотку. Сходство с гусаром очень усиливалось за счет уже упомянутых усиков.

– Кстати, Вениамин, – проговорила она, отставив стаканчик и оглядев свою комнату орлиным взором. – Тебе не кажется, что здесь очень неопрятно?

Вене казалось. Однако он считал, что главная причина царящей в тещиной комнате неопрятности – это сама Софья Сигизмундовна, ее бесконечные склянки и пузырьки с лекарствами, запах все того же свиного настоя и многое другое… но вряд ли она именно это имела в виду.

Так оно и оказалось.

– Зять Анфисы Савельевны сделал в квартире ремонт, – сообщила теща после непродолжительного молчания.

Веня тяжело вздохнул. Этот зять был его проклятием. Теща поминала его как минимум десять раз на дню.

– Я понимаю, – голосом, полным христианского смирения, проговорила Софья, – не каждой женщине так повезло в жизни, как Анфисе… не каждой достался в зятья такой золотой человек… и я ведь, кажется, не требую от тебя чего-то необыкновенного… только немного внимания, немного заботы… совсем немного, Вениамин, и ты прекрасно знаешь, что тебе не так уж долго осталось делить мое общество…

«Совсем недолго, – подумал Веня, окинув взглядом мощную тещину фигуру. – Она-то, конечно, доживет до ста лет запросто… а одна крестьянка в Афганистане, кажется, дожила уже до ста сорока… но я, к счастью, не дотяну и до пятидесяти в такой нервной обстановке…»

– Совсем немного внимания! – повторила теща, на всякий случай повысив голос и добавив в него металла.

– Так что вы хотите на этот раз? – со вздохом осведомился Веня.

– Ну вот, – сказала Лола, с трудом захлопнув крышку багажника, – надеюсь, что запасов нам хватит хотя бы на неделю. Все-таки наши звери совершенно обнаглели – все время обжираются, портят вещи и мебель! Вот интересно, в кого они такие?

– Какими воспитали, такие и есть, – вздохнул Леня, – вот ты, например, все позволяешь своему карликовому волкодаву. А еще говоришь о воспитании!

Лола открыла рот, чтобы достойно ответить компаньону. Ленька сам ужасно разбаловал своего кота, а у попугая, очевидно, просто плохая наследственность. Но родственники его живут на далекой Амазонке, так что с них не спросишь – очень далеко. Лоле было что сказать, но в это время раздался звонок Лениного мобильника. Мобильником этим Маркиз пользовался только для связи с заказчиками, время от времени менял в нем сим-карту, но мелодию звонка оставлял ту же самую – «Полет валькирий» Вагнера. Он говорил, что такая суровая музыка сразу же настраивает его на серьезный лад.

– Леонид Петрович? – послышался тихий женский голос. – Мне вас рекомендовали… – Тут женщина назвала фамилию известного Лене надежного человека, который не раз уже посылал к нему выгодных заказчиков.

– Слушаю вас внимательно, – Леня был сама любезность.

Не то чтобы он остро нуждался в деньгах – нет, Леня Марков по кличке Маркиз был далеко не бедным человеком, но работа, считал Леня, – это святое. Так что Леня плотнее прижал трубку к уху. Его подруга Лола в это время возилась рядом, усаживаясь поудобнее, но тут же вытянула шею и прислушалась.

– У меня очень важное и срочное дело, – говорила женщина в трубку, – и получается, что помочь мне можете только вы…

– А вы уже пытались обратиться к кому-то другому? – тотчас отреагировал Маркиз.

– Да-да… – неохотно призналась женщина, – но я не хотела бы говорить об этом по телефону.

– Вы совершенно правы, – согласился Леня, – не следует доверять сотовой связи. Мы могли бы встретиться и обсудить ваши проблемы…

Он тут же подпрыгнул на сиденье, потому что Лола больно ущипнула его за руку.

– Не соглашайся, – прошипела она, – откажись немедленно!

Маркиз сдвинул брови и сделал свое самое зверское выражение лица. Обычно это у него плохо получалось, потому что от природы Леня был миролюбивым человеком, терпеть не мог никакого насилия, оттого и выбрал бескровную профессию мошенника. Сейчас же он очень разозлился на Лолу. Раньше она никогда не вмешивалась в его отношения с заказчиками! Леня молча показал своей подруге кулак и продолжал слушать.

– Мое дело конфиденциальное, – тихо, но твердо говорила заказчица, – мне не хотелось бы встречаться в публичном месте.

– Желание заказчика – закон, – любезно отозвался Маркиз.

– Мы могли бы поговорить в вашей машине…

«Знать бы еще, какая у меня будет машина», – подумал Леня.

На встречи он никогда не ездил на своем собственном транспорте, неброскую машину подбирал ему друг и помощник по кличке Ухо.

Леня решил назвать что-нибудь распространенное.

– Темно-зеленый «ниссан», – брякнул он, я буду ждать вас завтра в полдень на стоянке у торгового центра «Гулливер», – знаете такой?

Он пытался локтем отпихнуть Лолу, которая порывалась вырвать у него телефон.

– Знаю, – ответила женщина, – поставьте машину справа от входа.

– Что это ты себе позволяешь? – набросился Леня на Лолу, выключив мобильник. Как ты себя ведешь? Я же по делу с человеком разговариваю.

– Леонид! – с металлом в голосе сказала Лола. – Немедленно откажись от этого дела! Пошли ее подальше!

Таким тоном говорить с Леней не следовало. Он убрал телефон в карман и внимательно уставился на Лолу.

– Что это тебе вздумалось диктовать мне, с кем работать, а с кем – нет? – обманчиво тихим голосом спросил он.

– Не связывайся с этой бабой! – Лола была настойчива. – Это ни к чему хорошему не приведет!

– Ты намекаешь на прошлое дело? – процедил Леня. – Но позволь тебе напомнить, что все закончилось благополучно. Я вытащил тебя из передряги, и мы получили неплохой куш!

– Сначала ты меня в эту передрягу втянул! – вспыхнула Лола.

– Твоя беспочвенная ревность переходит уже всякие границы! – не слушая, продолжал Маркиз. – Как только ко мне обращается за помощью особа женского пола, ты начинаешь шипеть и плеваться ядом, как старая кобра!

– При чем тут ревность? – Лола задохнулась от возмущения. – Очень надо было тебя ревновать, казанова несчастный, донжуан доморощенный! Русским языком тебе говорят, что моя интуиция криком кричит, чтобы мы не связывались с этой теткой!

– Почему – теткой? – подначил Леня, хотя и понимал, что не следует этого делать. – Может, она – молодая женщина.

– Да ей по голосу сто лет в обед! А ты еще обзываешься на меня коброй! Ладно бы просто коброй, а еще и старой.

– Ну извини, девочка, – улыбнулся Маркиз, трогая машину с места, – я погорячился.

Пускай это будет молоденькая хорошенькая коброчка, с прекрасной фигурой…

– Послушай меня хоть раз, завтра при встрече откажись от этого дела! – настаивала Лола.

– Я не могу просто так отказаться! – Маркиз повысил голос. – В следующий раз меня могут не позвать. А в нашем деле это не приветствуется. Пойдут слухи – мол, что-то случилось, Маркиз уже стал не тот… Для моей репутации это плохо. Так что смирись, дорогая, знаю, как ты не любишь работать, но придется.

Всю дорогу до дома Лола молчала и дулась, ее компаньон тихонько посмеивался про себя. Лолке полезно поработать, а то совсем разленится.

Назавтра без десяти двенадцать Леня аккуратно припарковал зеленый «ниссан» в условленном месте и огляделся. Машин на стоянке было немного – будний день, довольно раннее время. Леня открыл окно и вдохнул свежий морозный воздух. Неподалеку приятель Маркиза Ухо ждал в своей неброской «девятке» появления женщины и должен был поглядеть на ее машину.

– Пока все тихо, – информировал он Маркиза по телефону. – «Мазда» приехала, на ней мужик толстый. Не то… Вот теперь парочка на «тойоте», баба беременная… Тоже не то…

Две девки на «ауди». Машинка ничего, красненькая, новенькая. А девки так себе, ничего особенного…

– Знаю уж, – хмыкнул Маркиз, – для тебя машина всегда лучше любой женщины…

– А то, – солидно согласился Ухо.

Так они содержательно проболтали минут десять, до двенадцати, когда в окно машины постучали. Женщина была не слишком молода, и одета так нарочито скромно, что Леня сразу понял – это камуфляж. Простое драповое пальто, на голове – темный шарф, скромная сумка…

– Вы – Леонид? – поинтересовалась она без тени улыбки.

– Он самый, – кивнул Леня, – а вы…

– Зовите меня Верой, – сказала она, усаживаясь рядом.

– Приятно познакомиться, – любезно произнес Маркиз и перехватил ее взгляд в зеркальце.

Губы Веры были плотно сжаты, но глаза блеснули так, что Леня сразу понял, что ей-то вовсе не приятно с ним знакомиться и что ее бы воля, так она бы и двух слов с ним не сказала. Он отвернулся и достал из бардачка пачку сигарет.

– Я не курю, – сказала Вера.

– Я тоже, – на всякий случай соврал Маркиз.

После этого он решил малость поторопить свою будущую клиентку. В самом деле, сама звонила, просила о встрече, сказала, что срочно, а сама тянет резину и смотрит волком.

– Так что у вас за дело? – напомнил о себе Леня, потому что его соседка смотрела в окно и не делала попыток начать разговор.

– Простите мою невежливость, – очнулась Вера, – никак не могу решиться. Дело неприятное. Видите ли, меня шантажируют.

Маркиз едва сдержал возглас изумления.

Вот интересно, чем можно шантажировать такую женщину? Какие страшные тайны могут скрываться у нее в прошлом? Не слишком молода, за сорок уж точно, вряд ли сильно богата, кто она? На бизнес-леди явно не тянет, на жену богатого человека тоже. У тех пунктик омолаживаться, причем постоянно, никогда не останавливаясь на достигнутом. Эта явно не из таких – сколько есть лет, на те и выглядит.

Лолку бы сюда, она бы сразу эту даму рентгеном просветила.

Внезапно Маркиза кольнула мысль, что возможно Лола права и что не надо бы ему связываться с этой странной заказчицей. Отогнав эту мысль, как вредную и несвоевременную, Леня сделал самое свое располагающее лицо и приготовился слушать.

– Вы, конечно, думаете, что я преувеличиваю, дескать, что с нее взять? – говорила женщина. – Но я не истеричка и ничего не преувеличиваю. Я вам сейчас объясню.

– Я весь внимание, – сказал Леня, ему уже начинало надоедать такое долгое вступление.

– Мой муж – весьма состоятельный человек, – сказала женщина, решившись, и дальше уже слова ее лились свободно, как будто преодолели внутреннюю преграду. – У него своя фирма, он очень ею дорожит, так как всего добился сам. Браку нашему много лет, мы живем дружно и понимаем друг друга. До недавнего времени все было прекрасно…

«С чем вас и поздравляю», – подумал Леня, сохраняя на лице приветливую улыбку.

– Но в прошлом месяце случилась большая неприятность – мужа сильно подставили конкуренты. Дела фирмы пошатнулись, только благодаря своему уму и предусмотрительности мужу удалось спасти фирму…

В этом месте Вера поперхнулась воздухом и долго молчала, прижав руку к сердцу.

– Я не вмешиваюсь в дела мужа, – наконец сказала она, – но он недели две был в таком состоянии… Я даже временно бросила работу.

– Вы работаете? – удивился Леня.

– Да, преподаю музыку. Конечно, часов не так много, и могу позволить себе брать только талантливых учеников.

Что ж, в этом вопросе Леня ее понимал.

Чем тосковать в четырех стенах, ожидая, когда вернется муж, усталый и взвинченный, лучше заниматься любимым делом.

– За эти две недели я многое узнала о фирме, – продолжала Вера, – выучила имена всех сотрудников, выяснила, из-за чего случилась беда. Не сразу, постепенно, муж рассказывал урывками. В общем, все произошло из-за того, что кто-то похитил важные документы. Вернее, снял копию. И передал конкурентам. Благодаря этому те сумели перехватить крупный заказ. Муж занял в банке деньги под этот заказ под бешеные проценты, в результате заказ уплыл. А потом сорвались две крупные поставки, потому что конкуренты и тут успели первыми. В общем, фирма вышла из этой истории с огромными потерями, но все же осталась на плаву. Муж провел собственное расследование, потому что ясно было как день, что кто-то в его фирме работает на конкурентов.

– И что же он выяснил? – поинтересовался Маркиз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю