355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Наталья Гладышева » Муж номер семь (СИ) » Текст книги (страница 7)
Муж номер семь (СИ)
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 01:45

Текст книги "Муж номер семь (СИ)"


Автор книги: Наталья Гладышева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Штурм. День пятый

Его Светлость метался по комнате, когда слуга доложил о приходе капитана Торнскайна. Бормотание герцога Абиэйгла, которое сводилось к банальному: «Я ей еще покажу!» тут же прервалось. Мужчина буркнул:

– Пусть войдет, – и хмуро уставился на дверь.

– Доброго дня, – поприветствовал его друг. – Ты как? Способен внятно мыслить? Нам нужно поговорить.

– Нет, не способен, – признался герцог. Давно сдерживаемая злость прорвалась и он воскликнул. – Я не понимаю эту фурию! Все женщины как женщины, а эта! У нее, по-моему, тайная мечта сделать меня калекой. Лоб мне разбила, плечо ушибла, нос чуть не сломала! Это вообще ни в какие рамки! Постоянные злые шутки, которые и шутками-то не назовешь. Скорее членовредительством.

– Не ворчи. Женщина защищается как может, – вздохнул капитан и устроился в удобном кресле. – Ты не пробовал действовать мягче?

– Пробовал, – рыкнул герцог в ответ и взвесил в руке том, лежавший до этого на столике. – Цветами засыпал, можно сказать. А эта стерва что сделала? Продала их! – рявкнул он и в сердцах запустил книгой в стену да стукнул кулаком по столу.

Мебель крякнула, но устояла. Книге повезло меньше, деревянный, старинный переплет, украшенный драгоценными камнями и бархатом, отделился от листов, которые разлетелись по комнате, покрыв желтым, шелестящим ковром мраморный пол.

– И больше ничего ты не сделал, чтобы внимание дамы заслужить. При этом ждешь, что она отдастся тебе, стоит только поманить, – философски пожал плечами капитан.

– Это ты виноват! – крикнул герцог и пнул стул, неудачно подвернувшийся ему под ноги.

– Я? Чем? Тем, что предупредил достойную женщину о том, что против нее задумана подлость? – вкрадчиво осведомился Арни. – Дэрт, ты не думал пойти к магу, как я советовал? Хотя бы для того, чтобы залечить царапины на лице. Почему ты не хочешь к нему сходить? Там смогли бы снять с тебя то, что навесил на тебя Родерик.

– Ты что-то знаешь? – насторожился мужчина.

– Не просто знаю, вижу, – Арни встал с кресла и подошел к другу. – Тебе нужен сильный маг. И срочно.

– Не знаю, не хочу я к магу идти, – протянул задумчиво Дэрт. – А ты можешь помочь?

– Не могу. Перегорел я недавно. Теперь восстанавливаться долго. Амулет, который ты просил, съел последний запас, как и лечение. Я выпил сам себя досуха. А этого делать нельзя, любой маг знает. Дорого подобное легкомыслие обходится. Поэтому, последуй моему совету, сходи к магу.

– И пойду. Но только завтра, – герцог плюхнулся в кресло и поморщился, да подскочил. – Проклятая герцогиня! Представляешь, как с прогулки приехала, вызвала к себе мага. Защиту дома усиливает. И охранников наняла. Вот ведь, предусмотрительная. Амулет действительно поможет пройти через любую охранку?

– У тебя прямой телепорт в ее спальню. Если она поставит специализированную защиту от них, тогда могут возникнуть проблемы. Но, думаю, об этом она не догадается. Ты амулет перед герцогиней не светил? – капитан задумчиво прошелся по кабинету, подошел к камину и провел пальцем по лепнине.

– Нет, – ухмыльнулся герцог. – Она до сих пор уверена, что я лазаю в окна. Защиту будет ставить в первую очередь на них.

– Твои соглядатаи так и ходят за ней по пятам? – спросил Арни, не отводя взгляда от огня в камине.

– Да, – ответил мужчина и спросил. – Так почему ты рассказал ей, Арни? Я хотел бы услышать более внятные объяснения.

– Она спасла мне жизнь, – пожал плечами парень. – И этого более, чем достаточно, чтобы отблагодарить человека. Притом она отнюдь не такая стерва, какой ее описывают. Это я успел понять. И если бы ты не поспорил на нее, и не напирал так сильно, кто знает, как бы все повернулось. Прекращай ты это дело, Дэрт, – вздохнул капитан. – Неблагородно и неблагодарно. Очень некрасиво с твоей стороны. Ты хоть это понимаешь? Или зелье подействовало настолько сильно, что ты уже ни в чем не отдаешь себе отчета?

– Не знаю, но меня будто что-то толкает пытаться снова и снова, – хмуро ответил герцог. – Завтра я обязательно схожу к магу и разберусь со всем наведенным волшебством. Но, думаю, волшебством и не пахнет в том, что я хочу ее заполучить. Это уже дело чести! Никто и никогда мне так жестоко не отказывал. Я не успокоюсь, пока не увижу герцогиню своей любовницей. И пойду на все, чтобы ее заполучить. Мне не важен выигрыш. И даже если я не добуду доказательство того, что герцогиня стала моей, не расстроюсь. Но моей она станет или я буду не я.

– Даже на женитьбу пойдешь? – задал вопрос с подвохом капитан.

– Если не будет другого выхода…, – ответил герцог и, поморщившись, поерзал в кресле. – Должна же она мне хоть как-то заплатить за поврежденный лоб, губу, кхм, зад и плечо.

– Что? Все настолько плохо? – капитан рассмеялся. – Ты после дуэлей и более сильные ранения переживал спокойно. Отчего же сейчас шкурка такой нежной стала?

– От того, что нанесены увечья рукой женщины, – насупился герцог и с яростью блеснул глазами. – Она за все поплатится.

– И сколько раз за ночь она поплатится? – иронично приподнял бровь Арни. – А, Дэрт?

– Столько, сколько я захочу, – зловеще ответил герцог. – Доступ в ее спальню у меня есть. Спасибо тебе, друг.

– Значит, друг? Все обиды забыты? – с ожиданием улыбнулся капитан.

– Я уже не злюсь на тебя, – спокойно признался герцог. – Когда бы еще мне было так интересно жить, не веди себя герцогиня столь непредсказуемо?

– Так поблагодари ее, Дэрт, – весело рассмеялся Арни.

– Сегодня ночью и поблагодарю, – глаза мужчины блеснули предвкушением. – Ей понравится мой сюрприз. Должен же быть и на моей улице праздник?

– Ох, берегись, Дэрт. Так можно и влюбиться. А герцогиня та женщина, рядом с которой это может произойти абсолютно незаметно, – задумчиво и с сожалением протянул парень.

– Она тебе нравится? – прищурился герцог и поднялся с кресла. Подойдя к другу, положил руку ему на плечо и сказал. – Она очень красива.

– Да, нравится, – с досадой ответил молодой человек. – Только как партнершу для брака или любви я ее не рассматриваю. При всей ее красоте, у герцогини сложный характер. Она подомнет меня под себя и не заметит. Ей нужен более взрослый и сильный человек, которого она не сможет держать под каблуком.

– На кого ты намекаешь? – герцог убрал руку и отошел к столику.

– На тебя. Не на Родерика же, – хмыкнула Арни и тоже отошел от камина. Задумчиво прошелся по комнате и спросил. – Не боишься, что он вмешается? Под воздействием зелья ты даже толком не обговорил условия. На твоем бы месте, я бы предусмотрел возможность вмешательства второй стороны и обезопасил бы условием подобный договор. У него же развязаны руки из-за твоего недочета.

– Мне кажется, он уже вмешивается, – герцог щелкнул по кувшину с вином ногтем и кивнул на него. – Будешь?

– Буду, – ответил капитан. – Что ты имеешь в виду?

– Его наблюдатели, виконт Лиель и баронет Траувиль появляются везде, где можно встретить меня и герцогиню вместе. Какие-то места встречи, как в первый день, я им озвучиваю по условиям спора. Но сегодня они вмешались тогда, когда я их не предупреждал и когда их присутствие было нежелательно. Они заставили думать герцогиню, что я собираюсь применить к ней силу.

– А это плохо. Если герцогиня подумает так, она просто больше не даст тебе подойти к себе. Ты ни на шаг не сможешь приблизиться. Ее изобретательность ты успел испытать на своей шкуре, должен понимать, что это может стать проблемой, – покачал головой капитан и задумался.

– Именно этого виконт и баронет добивались, мне так кажется, сегодня утром, – герцог тоже задумался. – Придется действовать более решительно. В любом случае, завтра Большой Бал. Там она будет, значит, и поговорить с ней, не пробираясь в спальню, я смогу. Посмотрим… Посмотрим… Кстати, как ты вчера смог уйти от этих гадюк? – вспомнил мужчина о вчерашнем дне и тут же помрачнел, удовольствия воспоминания ему не доставили.

– Ты мне будешь должен за то, что я тебя прикрыл. Эти валькирии чуть не разорвали меня на куски. Если бы я был девственником, у меня были бы все шансы вчера с этой девственностью распрощаться. Столько непристойных предложений я никогда за раз не получал. Я начинаю бояться наивных и неопытных на первый взгляд девушек. Они становятся опасны, когда находятся под действием возбуждающего средства и желания поскорее выскочить замуж.

– Так они были опоены? – герцог скривился так, будто выпил уксус.

– Да, – усмехнулся капитан, наблюдая за тем, как меняется выражение лица друга.

– Герцогиня, – с обещанием прошептал герцог. – Опять герцогиня. Придется ее наказать.

– Надеюсь, никто при этом не пострадает. В том числе и ты, в очередной раз.

– С герцогиней ни в чем нельзя быть уверенным, – признал ловелас и вздохнул. – Все мои планы разваливаются, не успев толком начаться.

– Она умна и коварна. А еще жутко зла на тебя, – ответил Арни и отхлебнул, из забытого им бокала, вина.

– И кто в этом виноват? – с намеком спросил Дэрт. – Впрочем, забудь… Так даже интересней… Победа будет слаще. Во много раз. О поражении я даже думать не буду. Ты даже не представляешь во сколько оно мне обойдется.

– Что ты поставил на кон? – заинтересовался капитан.

– Половину своего состояния, – буркнул герцог.

– Сколько? – переспросил молодой человек и поперхнулся вином. – Ты с ума сошел? А Родерик сколько проиграет?

– Столько же, – мрачно отозвался мужчина и вздохнул, поморщившись, шевеление в кресле вызывало неприятные ощущения. – И что-то мне вся эта история не кажется такой хорошей идеей как раньше… Как я на такие условия подписался?

– Благоразумие возвращается? Или действие напитка закончилось? – Арни откашлялся и удивленно покачал головой. – Нет, ты хорош, такие деньги ставить на кон… И почему меня в тот день с тобой не было?

– Кстати, да. Почему? – заинтересовался хозяин дома. – Ты обещал прийти на пирушку, но не явился.

– Именно в этот вечер герцогиня спасла мне жизнь, – Арни прикрыл глаза и вымученно улыбнулся. – Я попал в серьезную передрягу… До сих пор не могу понять, кому я перешел дорогу.

– Расскажешь? – спросил герцог.

– Пока нет. Хочу все-таки сделать выводы и понять, кто так хотел моей смерти, – капитан открыл глаза и поставил бокал с вином на столик.

– Может быть, я смогу помочь? – спросил признанный ловелас.

– Обдумать? Не знаю… Не уверен… Вся эта история так запутана, – расстроенно поморщился Арни. – Я лучше озвучу тебе ее тогда, когда буду хоть немного понимать что к чему…

– Как скажешь, – пожал плечами герцог.

Мужчины замолчали, думая каждый о своем. Пострадавшая от гнева герцога книга так и лежала сиротливо на полу, а желтые листы шелестели, когда кто-либо из собеседников делал резкое движение.

Вечер я провела беспокойно, все мысли о кобылке герцога покоя не давали. Жалко животинку, пострадала из-за этого «хорошего» человека. Беспокойно перебирала события сегодняшнего утра и не могла прийти к какому-либо определенному мнению. Герцог был вроде искренен, когда говорили о том, что не ждал друзей в парке. Или он просто хорошо притворялся? Если же нет? Тогда что делали эти трое там, где мы гуляли. Случайная встреча? Верится с трудом… Но, с другой стороны, случайностей никто не отменял. Как и наблюдателей, которые должны засвидетельствовать факт выигрыша или проигрыша. И как свидетельствовать будут? Свечку держать? Наверняка ведь существует какое-нибудь условие, которое будет считаться неоспоримым доказательством. Какое? Это наиважнейший теперь для меня вопрос. Если удастся понять, что послужит доказательством, можно сыграть так, чтобы обезопасить себя наверняка.

Раз решено больше не будить в герцоге зверя и избегать встреч с ним всеми возможными способами, буду ломать голову над тем, что же может, кроме того, что его застукают в моей постели, послужить доказательством. А то успокоюсь, решу, что охранники и магическая защита дома избавили меня от проблем, а окажется, что существовало еще что-то, что не смогла предусмотреть. Не хотелось бы после всего, что устроила для защиты себя любимой, проколоться на мелочи.

Провела весь день на нервах и вечер так же. К ночи чувствовала себя очень вымотанной. Бессонные ночи не пошли мне на пользу. Еще и постоянное нервное напряжение. Так доведу себя до того, что сорвусь и чего-нибудь натворю. Нельзя жить постоянно как на вулкане. Это очень дорого обходится нервам и самочувствию. Эту ночь решила провести, вопреки всему, спокойно и выспаться, наконец. Завтра Большой Бал, а моя благоприобретенная томная бледность все усиливается. Скоро стану похожа на мертвеца и вполне буду в состоянии составить компанию призракам своих бывших мужей, буде такие заведутся в моем доме. Чур меня, чур!

Предусмотрела все. Окна плотно закрыты. Ставни, которые появились на окнах с сегодняшнего дня, захлопнуты и щеколды задвинуты. Пара охранников разгуливают по коридору, еще двое стоят на входе в дом. Можно бы и спать ложиться, вот только паранойя, которой я обзавелась за последние дни, не дала мне этого сделать в своей комнате. Спальню я сменила, выбрала одну из гостевых и даже там, долго ворочалась, прежде чем погрузилась в сладкую полудрему. Только одного я не предусмотрела, планов герцога на эту ночь.

«Любовь!» – завыл чей-то голос под окном и дружно грянули гитары, скрипки, барабан и труба.

Не поверила своим ушам и подскочила в постели, проклиная того, кто устроил под моими окнами концерт. Распахнула ставни, открыла окна, выглянула и готова была взвыть от досады. Целый оркестр расположился на улице и вторил ему хор мужских голосов. В свете фонарей картинка выглядела шедеврально. Захлопнула окно и ставни, зажала уши руками и так нырнула в постель. В отчаянии накрыла голову подушкой и поняла, что спать этой ночью мне не придется. Подушка не спасала от звуков музыки и хора голосов, которые выводили рулады про любовь и счастье. Бум! Бум! Бум! Сильнее всего раздражал барабан, огромный барабан – и где его раздобыл, гад? – по которому кто-то сильно злой лупил с особым воодушевлением. Звон медных тарелок, вплетшийся в ритм, заставил меня застонать.

– Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – закричала в матрас.

Откинула подушку в сторону и уселась на кровати, с отчаянием вглядываясь в темноту. Есть вариант попробовать переночевать в другой части дома, той, где окна комнат выходят в сад. Решила так и поступить. Перебралась в другое крыло… Но и там мне не было спасения. Неужели сила звука усилена магически? На месте герцога, желай я отомстить, не пожалела бы денег на мага, чтобы уж наверняка проделка запомнилась.

Остается только одно, отправить охранников разгонять музыкантов и надеяться на усиленную магическую защиту дома от проникновения извне. Необходимые указания раздала быстро и отправилась в гостевую спальню следить за выполнением. Открыла ставни, распахнула окно и высунулась. Картина, открывшаяся моим глазам, заставила забыть о весеннем холоде.

Охранники дружным строем пошли в наступление на оркестр, музыканты бросились врассыпную. Хор же, не менее дружно, печатая шаг, отошел в сторону, не забывая выводить рулады. Музыканты развели какофонию, перестав играть слаженно. Беготня по улице мешала поддерживать нужный ритм. Трубачу явно не хватало дыхания, вой трубы стал каким-то судорожно-всхрапывающим. Только барабанщик, молодец, продолжал пусть и не так часто, но не менее сильно, чем раньше, выбивать свое «бум». Музыканты, а за ними и хористы, активно уворачивались от бросков охранников, умудряясь продолжать свое черное дело – мешать мне отдыхать. И самое интересное, что явно не собирались никуда бежать. За этим что-то такое стояло… Смутное подозрение мелькнуло в голове…

– Пфиятнофо фечефа, ферцофиня, – шепелявящий голос за спиной и я, вздрогнув, развернулась к его обладателю лицом.

Герцог собственной персоной, с розой в зубах, стоял передо мной на одном колене, прижав правую руку к сердцу, а левую держа на отлете.

– Комедиант, – фыркнула я, лихорадочно обдумывая пути к отступлению.

Только окно, другого варианта нет. Второй этаж. Если прыгнуть, то можно остаться почти целой… Что именно я сломаю, если неудачно приземлюсь? Можно делать ставки уже сейчас. Герцог вытащил розу из зубов и ответил:

– Вы немногословны этим вечером и невероятно прекрасны… – сделал он интригующую паузу и поднялся с колена. – В этой восхитительной сорочке.

Только тут почувствовала, что сильно замерзла, пока стояла у открытого окна. Неблагоразумный поступок, пусть даже действовала в пылу гнева.

– Что вы себе позволяете?! – как-то вяло воскликнула я, мечтая сейчас только об одном, о теплой постели. – Как вы проникли в дом?!

– Признайтесь, герцогиня, – проигнорировал мужчина мои реплики. – Я ведь вам нравлюсь… Ну же, скажите правду, – вкрадчиво произнес он и сделал пару шагов в мою сторону, отложив розу на столик.

– Я вас терпеть не могу, герцог, – произнесла спокойно, без запала и с тоской оглянулась.

Позади только окно, места для маневра нет. Что делать? Прыгать или нет?

– Неужели я вам настолько противен? – голос герцога звучал мягко, обволакивающе, соблазнительно.

– Вы невыносимы и отвратительны, Ваша Светлость, – вздохнула я, мысленно готовясь к неизбежному – к прыжку.

– Ну уж нет! – воскликнул он в ответ и сделал резкий рывок в мою сторону. – Я не позволю вам в очередной раз уйти от меня.

Дэрт оказался быстрее, пока я собиралась с силами, чтобы прыгнуть, успел крепко схватить меня за талию и прижать к себе.

– Вот вы и попались, герцогиня. Не так уж это было и сложно, – герцог потянул меня в сторону постели.

– Что, решили все-таки взять меня силой? – сказала как можно небрежней, пытаясь не показать того, что отчаянно ищу пути побега.

– У вас слишком бурная фантазия, – прошептал мужчина куда-то в район моей шеи, вызвав приятную дрожь в теле. – Я вам нравлюсь, я же вижу… Вы сами скоро попросите меня овладеть вами… – дыхание его было прерывистым, герцог вовсю воплощал свой коварный план по совращению меня в жизнь.

Теплые руки, скользящие по моей коже, вызывали дрожь предвкушения и я сокрушенно подумала: «Слишком давно не было у меня мужчины», закрыв при этом глаза. Ладони, которыми упиралась в его грудь, протестуя, скользнули вниз, сил толкаться не осталось. Веки сами сомкнулись, а руки обвились вокруг шеи ловеласа. Разум бил в барабаны, звенел литаврами, орал на все лады: «Очнись! Он тебя использует!»… А организм просил другого – сдаться и не думать ни о чем. Уж очень сладкими были прикосновения пальцев и губ к моему телу. Вяло подумала: «Где-то на столике стоит подсвечник». Вот только с каждым мгновением моя решимость использовать его становилась меньше и меньше.

– Ты совсем замерзла, – прошептал мужчина, на мгновение оторвавшись от меня. – Я тебя согрею…

Разум не успел вернуться из облаков на землю и герцог беспрепятственно опрокинул меня на кровать. Сам пристроился сверху, тяжесть его тела была приятной и мне действительно стало теплей.

– Совсем руки ледяные, – улыбку ловеласа почувствовала кожей, когда он выдохнул слова мне в ухо. – Заболеешь… Но я тебе не дам…

Дышал мужчина тяжело, но не забывал про ласки. Руки его проникли под тонкую сорочку, скользили по ногам. А я только тяжело вздыхала, не в силах сопротивляться умелым действиям соблазнителя. Только сердце ныло и портило момент. Ему не нравилось происходящее, не хотело оно быть разбитым и как и разум толкало меня к тому, чтобы вырваться из рук моего позднего визитера… Только слышала я его глас с трудом и сводился он для меня к невнятному бормотанию, которое стоило бы послушать… Но не сейчас… Потом…

Герцог стянул с себя куртку, потом рубашку. За это время я успела немного очнуться и даже вспомнить о том, что неподалеку находится подсвечник. Но мужчина снова накрыл меня своим телом. Ощущение его гладкой кожи под моими ладонями было таким приятным и так захотелось забыть обо всем и хоть на миг стать желанной… Но не любимой! Эта мысль помогла мне протрезветь и несколько охладить мой пыл. Воспоминание об источнике желания ко мне герцога, воскресило былую обиду и я приготовилась к тому, чтобы протянуть руку к подсвечнику.

Герцог сдавленно охнул, дернулся, раздался звон чего-то разбитого и довольное:

– Так-то будет лучше.

Этого мне хватило, чтобы вывернуться из ослабевших объятий и вскочить на ноги. Говорить была не в состоянии. Хотелось глупо расплакаться и от разочарования, и от облегчения. Даже не смогла бы сказать, чего было больше. Того или другого. Руки и ноги дрожали, губы пришлось кусать, чтобы сдержаться и не выдать себя с головой. За меня решила говорить тетушка. Спасибо ей за это.

– Ваша Светлость, – донельзя сухим и официальным тоном обратилась она к ночному гостю. – Будьте так любезны, покиньте этот дом.

– Навсегда! – все-таки не выдержала и добавила дрогнувшим голосом.

– Тьяна, помолчи! – рявкнула баронесса. – У меня будет к тебе отдельный разговор, – родственница срочно решила озаботиться моим моральным обликом? Или это театр одного актера? – Ваша Светлость! – более настойчиво и рассерженно произнесла она. – Уходите! Вам не место в спальне моей племянницы. Найдите себе невесту, а доброе имя герцогини Дарновской не порочьте своим поведением. То же самое касается и тебя, Тьяна!

Ух, как грозно звучит! Не знай я о похождениях самой баронессы Дориан, легко бы поверила, что все это она всерьез говорит. Сейчас же только делала вид, что смущена, пусть в свете фонарей, льющемся с улицы, не так много и видно, но для герцога этот спектакль сойдет и в таком виде.

Мужчина поднялся с кровати и в голосе звучала невеселая усмешка:

– Что будет в следующий раз? Кинжал? Яд? Топор?

– Следующего раза не будет, – мне удалось справиться с эмоциями и эту фразу я произнесла твердо и уверенно, так, как себя совсем не чувствовала. – Для вас меня теперь всегда нет дома.

– Боитесь, герцогиня? – сказал и охнул мужчина, когда коснулся рукой затылка.

– Уходите, Ваша Светлость! – надменно сказала баронесса, а я промолчала, больше не собираясь разговаривать с герцогом.

Мужчина наклонился, поднял с пола рубашку и куртку, держа их в руках, сделал несколько шагов к двери, мимо нас с тетушкой, остановился и пообещал:

– Это меня не остановит, Тьяна, – мое имя он произнес мягко, нежно, тягуче. – Я своего добиваюсь всегда.

И на это ничего не ответила, наблюдая за уходом герцога, в гробовом молчании. Я на него злилась, обижалась и в то же время… Мне не хотелось, чтобы он уходил. Слабые мы существа женщины, так легко привязываемся к негодяям.

– Тьяна, – баронесса обессиленно рухнула в кресло и поморщилась, трубач на улице особенно лихо выдул странный звук из своего инструмента. – Я вовремя?

– Очень, – вздохнула я и опустилась на кровать. – Что мне делать, тетушка? Я, кажется, сошла с ума… и… готова забыть о том, что он спорил…

– Ты много лучше, чем герцог… От тебя мужчины умирают, – невесело пошутила баронесса Дориан, напомнив о не таком и далеком разговоре перед вечером в доме графини Талейн. – А от него только мухи на подлете падают.

– Вы правы, тетушка, – закрыла лицо ладонями, не в силах говорить спокойно и судорожно всхлипнула. – Вы очень вовремя напомнили мне о скоротечности бытия моих супругов. Думаю, в субботу я уеду, – с трудом удержалась от очередного всхлипа и продолжила срывающимся шепотом. – Вы можете оставаться в моем доме и выезжать в свет. Денежное содержание я оставлю за вами. Мне же больше нечего делать в столице. Утром прикажу слугам собрать вещи. Домик на водах ждет меня. Море, солнце, горы и минеральные источники. Что мне еще для счастья надо?

– Если бы герцог не поспорил, – с сожалением, многозначительно протянула баронесса.

– Что говорить об этом? – глухо спросила и отняла руки от лица. – Кажется, музыканты перестали мучить моих соседей, – сказала безучастно.

– Изобретательный мальчик, – вздохнула с сожалением тетушка. – Та ваза, в твоей гостиной, мне никогда не нравилась… Надеюсь, ты не будешь о ней жалеть.

– Нет, – с тоской произнесла я, думая о том, что разбитую вазу при желании можно склеить, а вот сердце нет.

– Вот и чудно! – с напускной бодростью воскликнула баронесса. – Купим другую.

– Купим, – улыбнулась через силу и произнесла ласково. – Идите спать, тетушка. Эта ночь выдалась беспокойной, а завтра Бал… О! – всплеснула руками в отчаянии. – Я совсем забыла про Большой Бал! Что мне делать?

– Сходи, развейся. Я буду все время рядом с тобой, ничего он не сможет тебе сделать, – моментально ответила родственница, подошла ко мне, похлопала рукой по тыльной стороне моей ладони, лежащей на колене.

– Я боюсь, он слишком нагл, – поднялась с кровати и подошла к окну, захлопнула, наконец, створки и закрыла ставни. – Я теперь всего боюсь, даже оставаться в этом доме. Как он проник в дом? Как это можно сделать, если…

– Охранники на улице были? – с пониманием спросила тетушка. – Вот так и проник… Надо проверить, закрыли ли горе наемники дверь, после выхода в люди.

– Распорядитесь, тетушка? – обессиленно провела рукой по лбу. – Мне еще нужно выбрать комнату для сна. Не хочу я здесь оставаться…

– Иди, девочка, ложись. И выпей снотворного. Иначе не уснешь и завтра на балу будешь очень плохо себя чувствовать. Еще одной бессонной ночи ты не выдержишь, – сказала с сочувствием баронесса и направилась к двери.

– Спасибо, тетушка, – поблагодарила родственницу и добавила тихо. – За все. Проклятый герцог!

Баронесса Дориан права, еще одной бессонной ночи я не выдержу, тем более что она будет снова по вине герцога. Хватит уже ходить полумертвым полутрупом а ля «томная бледность». Иначе меня скоро начнут пугаться на улицах и даже мама родная не признает в этом привидении родную дочь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю