Текст книги "100 великих заповедников и парков"

Автор книги: Наталья Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 37 страниц)

Никко

Японская пословица гласит: „Не видел Никко, не говори о красоте“. Никко, как одно из священных мест и достопримечательностей Японии, привлекает большое число паломников и туристов. Национальный парк Никко (Никко в переводе на русский язык означает „солнечное сияние“) известен во всем мире своей необыкновенной природой, многочисленными памятниками архитектуры.

Парк Никко занимает территорию 140 698 га. Он был создан в 1934 году.

Небольшой городок Никко, давший имя известному национальному парку, расположен в 135 км к северо-востоку от Токио, на острове Хонсю. Это один из наиболее живописных районов Японии. На юге парка – горы Никко (скалы отвесные и громадные, устремленные, кажется, к самому небу – их едва видные пики растворяются в белоснежных облаках). На севере – действующий вулкан Насу. Для парка характерны озера, водопады, болота, широколиственные и хвойные леса, альпийская растительность, высокогорные верещатники.

Из животных встречаются черный медведь, олень и др.

Здешние храмы строились исключительно из местного материала (из леса, сваленного на склоне горы, строители сделали колонны, из гигантских каменных блоков, вырубленных здесь же на склоне, выложили стены храмов и мосты). Здания с традиционной конфигурацией крыш прекрасно вписались в ландшафт, природа и архитектура дополняют друг друга и создают гармоничный ансамбль.

На территории национального парка, на вершинах и склонах холмов расположены буддийские храмы, синтоистские святыни. Здесь же находится усыпальница Изясу Токугава (1542–1616) – основателя династии сегунов из рода Токугава и посвященный ему храмовый комплекс Тосегу (Храм восточного сияния).

Храм находится у подножия высоких гор, покрытых снегом почти до самой подошвы. Дорога к нему идет по узкой аллее старинных японских криптомерии, некоторым из которых более 300 лет. Лес криптомерии занимает площадь в 25 кв. миль и насчитывает 17 тысяч корней. „Особенно красивы аллеи ранним весенним утром, – отмечают авторы книги „Парки мира“, – когда лучи поднимающегося солнца проглядывают сквозь нежно-зеленую листву деревьев и легкую дымку тумана“.

Эта красота имеет и вполне определенную цену. Местные жрецы не прочь сбыть корень драгоценного дерева: каждый ствол криптомерии стоит не одну сотню тысяч иен.

К святыням храма Тосегу ведет огромная каменная лестница. Поднявшись по ней, посетители оказываются у главных ворот храма, построенных в виде двенадцатиколонного двухъярусного сооружения в стиле японского барокко. Их называют Иомэймон (Ворота солнечного света), или Хигурасимон (Ворота целого дня). Колонны, стены и фронтоны ворот украшены многочисленными фигурками из дерева. Здесь можно видеть драконов с раскрытыми пастями, фениксов, фантастических животных, рыб, птиц, редкостные цветы, героев древней мифологии, играющих детей и древних старцев. Каждая колонна увенчана фигурой мифического животного-стража, обращенного к посетителям раскрытой пастью. Ворота накрыты сверху массивной шатровой крышей с изогнутыми углами, крыша покрыта бронзовыми листами в форме черепицы.

Храм был воздвигнут сегуном Хидэтада в XVII веке в честь Изясу (1542–1616), основателя последней сёгунской династии в Японии, которому японцы были благодарны за прекращение междоусобного кровопролития в стране, объединение раздробленной Японии, а также за экономический и культурный подъем.

Храм строился с 1635 года (в течение одного года). На его строительство ушло 330 миллионов бревен, шесть акров листового золота, работой были заняты 4 541 230 человек и израсходовано денег, серебра и риса на сумму более 8 миллиардов японских иен (в пересчете на современные цены). Но это еще не все затраты. За время своего существования храм перестраивался более двадцати раз. Каждый год храм реставрируется, на что расходуется 3 тонны лака, 5 кг золота, много эмали.

Совсем недавно в храм Тосегу был открыт доступ посторонним. А сейчас можно войти в храм даже иностранцу и подойти к алтарю, который представляет собой обычный стол с простыми чашами и сосудами с рисом, овощами, сушеной рыбой, фруктами, водой, сакэ.

Потолок храма украшен прекрасной лепной мозаикой и росписью на религиозно-мифологические темы (здесь изображен дракон в ста фазах перевоплощения). В храме можно видеть искусные работы японских резчиков по дереву, Например, пластинки цельной доски криптомерии, выложенные аппликацией из вырезанных тонких деревянных пластин редкой породы дерева. Или массивные колонны из цельного дерева, украшенные ажурной резьбой.

Храм Тосегу представляет собой целый комплекс. Он занимает 80 000 кв. м и состоит из 28 основных сооружений.

А вот Конюшня священной лошади – небольшое строение – выполнена совсем в другом стиле. Единственные ее украшения – два барельефа. На одном из них три ярко раскрашенные фигуры обезьян: одна закрыла лапами уши, другая – рот, третья – глаза (это объясняется старинной буддийской моралью, которая гласит: не слышу ничего дурного, не говорю ничего дурного, не замечаю ничего дурного).

С 1617 года 17–18 мая ежегодно в Никко проводится самый популярный праздник храма Тосегу – фестиваль Сеннин-герэцу (процессия, состоящая из тысячи человек).

В эти дни можно стать участником традиционных представлений, обрядов, состязаний, старинных танцев, игр, развлечений. Тогда же, единственный раз в году, разрешается совершить прогулку по Священному мосту. Правда, в любое время года Священный мост, созданный из дерева и камня триста лет назад, окрашенный в пламенно-красный цвет, привлекает к себе внимание посетителей. Он относительно небольшой – около 30 м в длину и 8 м в ширину, однако японцы говорят, что равного ему в мире нет – так он своеобразен, оригинален по конструкции и гармонии с естественным пейзажем.

В Никко приезжают для того, чтобы полюбоваться кленами или цветами.

Любование листьями клена осенью, или момид-зигари, – одна из традиций японцев. Н. Федоренко пишет: „Клен – по-японски „момидзи“ (одно из названий клена по-японски означает „сто дней красный“). Для любования листьями клена в Японии существуют известные районы и места: Никко, гора Токао, озеро Окутама и другие. Каждое из этих достопримечательных мест имеет свое время для любования кленом, привлекая огромные массы народа из самых различных мест Японии. Примечательно, что в специальных справочниках и путеводителях особо указываются наиболее интересные места и время для любования кленом“.

В Японии стало традицией и любование цветами. Во все времена года японцы приезжают в Никко созерцать красоту цветов. В конце зимы рядом с храмом Рицуин (VII век) зацветают умэ – японские сливы. В середине апреля начинает цвести вишня – сакура. Кстати, около Рицуин растут двухсотлетние деревья редкого вида сакуры – конгосакуры с цветами золотистого оттенка.

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПАРКИ, ЗАПОВЕДНИКИ

АВСТРАЛИЯ

Ройял

Национальный парк Ройял – один из первых национальных парков мира, расположенный в пригороде Сиднея. Он был создан в 1879 году, а в 1886 году объявлен национальным парком. Площадь парка 14 тысяч га.

На заповедной территории парка более 700 видов растений. Холмы парка покрыты густым лесом, спускающимся к морю. Берег окаймлен скалами и пляжами.

У русла реки Хакинг, протекающей по территории парка, встречаются громадные камни и скалы.

На холмах растут эвкалиптовые леса, вершины скал покрыты низкорослым кустарником.

Днем среди ветвей эвкалипта можно разглядеть коалу. У этого сумчатого лазящего животного выводковая сумка открывается вниз (так открывается сумка еще у вомбатов). Коала достигает длины 60–82 см, веса 16 кг. Его уши крупные, закругленные, нос-бульбочкой. При встрече с человеком животные дружелюбны, однако у них очень острые когти. На передних конечностях пальцы противопоставлены друг другу – два к трем (в виде клещей). Взбираясь вверх, коала ставит передние лапы под углом 45 градусов на ствол, а задние поджимает, переступая шажками. Коалы легко влезают вверх по гладкому стволу и могут перепрыгнуть с ветки на ветку.

Большую часть жизни животные проводят в кронах эвкалиптов, только испугавшись, сумчатые медведи начинают быстро передвигаться. Название „коала“ происходит от австралийского „kullawine“ (ничего не пьет). Это действительно так коале хватает влаги, содержащейся в листьях эвкалипта, его единственной пище. Однако из более чем 500 видов эвкалипта коалы едят листья (обязательно свежие) всего 15–20 видов. В листьях эвкалипта содержится иногда синильная кислота (в побегах сахарного эвкалипта достаточно яда для того, чтобы убить барана). А коале такая еда нравится. Ученые объясняют этот феномен удлинением слепой кишки (до 2–3 м).

Коала активен ночью, не строит себе жилища. Обычно живет один и смело защищает свою территорию.

В период размножения самец зовет самку призывным криком – это нечто среднее „между храпением толстого пьяницы, скрипом двери на заржавленных петлях и ворчанием чем-то недовольной свиньи“, – пишет В. Бобров. Период размножения у животного проходит с сентября по январь. Детеныш у коалы появляется один раз в два года, весит 5,5 г. Он сразу же пробирается в сумку матери, в которой присасывается к соску. К шестимесячному возрасту малыш покрывается шерстью, достигает 500 г веса, тогда он поселяется на спине матери и живет там, пока ему не исполнится год. Живет сумчатый медведь в среднем 11 – 13 лет, иногда 20.

Первые сообщения о коале относятся к 1798 году, тогда Джон Прайс и Джеймс Уилсон, отправившись на рекогносцировку к юго-западу от Сиднея, повстречали коалу. Они написали в отчете, что здесь обитает животное, напоминающее южноамериканского ленивца. Через четыре года французский морской офицер Барралье выменял на стрелы и топоры четыре лапы животного и заспиртовал их, а потом добыл шкуру сумчатого медведя, немного позже – и живого зверя.

До появления людей в Австралии это животное было распространено повсеместно, для хищников, кроме динго, он не представляет интереса – его мясо отдает горечью. Аборигены старались не причинять вреда коалам. Они считали, что в этих зверьков переселяются души умерших детей (испуганный коала „плачет“ совсем как ребенок).

Когда в конце XVII века на континенте появился белый человек, он начал вырубать эвкалиптовые леса и охотиться на этих пушистых зверьков. Их доступность для охотников и пушистая шкура (мех коалы исключительно ноский) привели к тому, что эти животные были почти истреблены к началу XX века. Только в Сиднее в 1908 году было продано почти 58 тысяч шкурок, а уже в 1924 году из восточных штатов было экспортировано 2 миллиона шкурок.

Первыми почувствовали опасность, нависшую над уникальным животным, в США – там запретили ввоз шкур в страну. Потом австралийцы встали на защиту добродушного животного. Для этого потребовалось завозить его в особо охраняемые места на островах. В 1927 году Н. Бернетт создал знаменитый Коала-парка в 20 милях от Сиднея. Сначала здесь обитали всего четыре молодые особи, а через 6 лет Коала-парк насчитывал уже 65 обитателей. Коала были завезены в национальный парк Флиндерс-Чейз на остров Кенгуру.

Сейчас коала находится под защитой закона, даже содержание этого животного в неволе без специального разрешения карается большим штрафом. Однако возникла другая проблема – исчезновение эвкалиптовых лесов.

В национальном парке Ройял обитают и другие животные. В глубоких норах на берегу тихих рек селится утконос. Однако увидеть его непросто – он ведет ночной образ жизни. В период размножения самка роет более длинную нору с несколькими отводами. Она забивает вход в нору землей, откладывает 1–3 яйца и сворачивается на 1–2 недели вокруг них клубком. Лишь через четыре месяца детеныши покидают нору. Утконосы питаются мелкими водными беспозвоночными, обитающими на дне водоема.

Ехидна широко распространена и на материке, и на ближайших островах. Она селится в древесных и кустарниковых зарослях, где много муравьев и термитов. Чаще всего ехидны живут поодиночке, в ареале до 3 км. В сентябре у самки на брюхе образуется складка кожи в виде сумки, в которую она сносит обычно одно яйцо и держит его там до двух недель. Детеныш более трех месяцев проводит в этой сумке. Когда малыш покрывается колючками, мать, уходя на охоту, оставляет его под валежником. Набрав килограмм веса, детеныш уже сам может позаботиться о себе.

Мелкие сумчатые землеройки населяют лесную подстилку. По ветвям деревьев лазает сумчатая кошка. Здесь же питается плодами эвкалиптов ки-стехвостый опоссум. Местами видны глубокие норы вомбата, похожие на воронки от бомб. Под покровом ночи с дерева на дерево перелетают гигантские сумчатые летяги и миниатюрные сахарные белочки.

В парке живут также длинноносые бандикуты, болотные валлаби, а также некоторые виды плацентарных млекопитающих (бобровая крыса), рукокрылых (трубконос, рыжая летучая лисица).

В лесу встречается 250 видов птиц, многие из них эндемичны для Австралии: сатиновая беседковая птица, рыжая веерохвостка, чернолицый монарх, медосос Левина, голубь Вонга, щетинистая кукушка и птица-лира.

У сатиновой беседковой птицы, или шалашника, блестящее синевато-черное оперение. Самец строит своеобразную декорированную беседку высотой 50–60 см и диаметром около метра на небольшой площадке под лесным пологом. Птица красит стенки домика краской, которую готовит самостоятельно, разжевывая синие ягоды. Делает и кисть из лубяного волокна деревьев. Потом шалашник, держа кисть в клюве, макает ее в краску и красит стены своего домика, а затем украшает его синими цветами, которые обязательно смотрят вверх. Перед входом в домик шалашник устраивает плоскую площадку, украшая ее также цветами, листьями, ракушками. Птица внимательно следит за оформлением своего жилища: каждый день заменяет увядшие цветы свежими. Однако этот шалаш птицы не используют для вывода потомства (птенцов шалашники выводят где-нибудь рядом в кустах или на деревьях). А беседки служат местом для знакомства, развлечений и проведения брачных игр птиц.

Известный натуралист Гульд еще в XIX веке писал о постройках шалашников: „Я находил много таких беседок или мест увеселений птиц. Они построены под сенью свесившихся древесных ветвей, в уединенных уголках леса. Здесь из плотно сплетенных прутиков устраивается основание постройки, а по бокам из более нежных, гибких прутиков возводится самый шалаш. Строительный материал располагается так, что все острия и развилины ветвей находятся сверху. С каждой стороны оставлен свободный проход. Эти постройки особенно красивы потому, что усердно украшаются яркими предметами. Тут вы найдете хвостовые перья разных попугаев, ракушки, камешки, отбеленные солнцем кости. Перья втыкаются между ветвей, камни и ракушки положены у входа“.

Парк Ройял привлекает многочисленных посетителей не только разнообразием фауны, здесь созданы все условия для их отдыха (парк Ройял, как и Сиднейский парк, сильно страдает от наплыва туристов, которых здесь бывает 2–4 миллиона в год). На пляжах расположены обширные стоянки для автомобилей, места для пикника и купания.

Какаду

Резерват Какаду уникален в природном и этнологическом плане. Он расположен в Австралии, на полуострове Арнемленд, к югу от города Дарвин, у залива Ван-Димен. Площадь парка 6144 кв. км. Национальный парк Какаду – крупнейшая в мире охранная зона с экосистемой, характерной для дельт здешних рек – от мангровых болот и зарослей эвкалиптов до тропических лесов, лесистой местности и гранитных скал.

Этот регион был заселен людьми около 40 тысяч лет назад. Здесь были найдены пещерная живопись и наскальные рисунки, возраст которых примерно 18 тысяч лет. Рисунки выполнены охрой на стенах пещер и скал. Здесь около 150 тысяч работ древних людей, по которым прослеживается эволюция аборигенов – первобытных охотников и собирателей. Эти наскальные изображения людей кажутся на удивление свежими. Местами они похожи на палочки, изображают тщательно очерченных гусей и змей.

А. Хэмилтон пишет: „Вы можете также посмотреть вокруг и увидеть народ, отброшенный в сторону пришельцами из „цивилизованного“ мира, которые разрушили их социальную экологию, приучили к алкоголю, что привело к катастрофическим последствиям, и сделали объектом расовой дискриминации со стороны белых поселенцев старшего поколения. Осознание собственной вины и переоценка ценностей способствовали выработке в Австралии политики экологической корректности и компенсации задним числом нанесенного ущерба, которая приводит порой к самым неожиданным результатам. Северная территория Австралии, где проживает менее одного процента населения, что-то около 175 тысяч человек, занимает шестую часть континента. Около половины этой земли принадлежит аборигенам. Большая часть неосвоенных земель в руках местных жителей и сдается ими в аренду администрации национальных парков и туристским фирмам. Эти организации привлекают сюда туристов, а деньги, которые с них собирают, идут на содержание аборигенов, что позволяет последним, оставаясь экономически независимыми, заниматься собирательством и охотой, как в древности, и не связываться с деньгами, которые всегда несут с собой разложение местам непосредственного проживания аборигенов“.

Главная достопримечательность парка Какаду – живописные водопады Джим-Джим и Твин.

Разнообразные живописные ландшафты национального парка – прибрежные отмели, затапливаемые равнины, низины, плато, долины, леса, заливы, образованные устьями рек, где полным-полно птиц, совсем не изменились с древних пор.

В конце сухого сезона вода отходит в главные реки и в озера или заливы, образованные устьями рек, туда тянется в огромном количестве и вся живность. В сезон дождей равнины заливаются водой, все становится невероятно зеленым и идет в рост.

В Австралии более двухсот видов эндемичных растений, в том числе пальмы, фикусы и эвкалипты.

Из животных в резервате водятся коала, кенгуру, вомбаты, из птиц – казуары, попугаи, лирохвосты и другие.

Казуар – самая архаичная птица континента. Она не летает, а живет на земле. Австралийский эму приходится ей дальним родственником. Оперение птицы рыхлое, длинное и мягкое, окрашено в темный, местами почти черный цвет.

В. Климов пишет: „Из-за отшельнического образа жизни в тропических чащах у казуара сложился очень тяжелый, раздражительный характер. При виде чужаков он сразу возбуждается и решительно нападает на превосходящего его по размерам и силе противника. При этом он весьма интенсивно работает как своими мощными ногами, так и крыльями. Крылья казуара имеют неразвитые маховые перья с пятью длинными когтями-колючками на концах (наследие археоптериксов). Живут казуары во влажных лесах. Высоким роговым гребнем-шлемом на голове с губчатой внутренней структурой они не только раздвигают густые заросли подлеска, но и защищаются от падающих тропических плодов, а также при стычках между собой. Интересно, что у птенцов этого гребня нет, он нарастает постепенно, слой за слоем. Шлем настолько срастается с черепом птицы, что остается на нем даже после смерти, на уже истлевших костях“.

Казуар всеяден. Он ест плоды, упавшие на землю, насекомых, мелких ящериц, лакомится чужими птенцами, яйцами. Птица предпочитает находиться в одиночестве, а хорошее зрение и острый слух казуара этому только способствуют: подступиться к этой птице близко очень сложно.

Аборигены ловят детенышей казуара и выращивают их дома. Крестьянин, вырастивший казуара, становится уважаемым человеком в деревне. За одну птицу он может получить 8 свиней или, отдав его в уплату за супругу, жениться. Большим спросом пользуются когти птицы (из них делают наконечники для копий) и колючки крыльев (из них получаются тонкие, длиной до 10 см иглы для шитья одежды).

В водах национального парка встречается много крокодилов: около двадцати пяти обеих разновидностей – пресноводных и тех, которые обитают в морской воде. Они достигают 30 футов в длину, живут до ста лет и способны, ухватив за морду быка, затащить его под воду. В сезон дождей в здешних водах появляются и ядовитые медузы-убийцы.

250 тысяч туристов едут в эти края, чтобы полюбоваться живой, первозданной природой Австралии.

Туристы посещают национальные парки в жилых автофургонах или двигаются по их территории пешком с пожитками и большим запасом воды, особенно необходимым в сухой сезон (ни в коем случае нельзя пополнять запасы воды из местных болот, иначе можно попасть в объятия крокодила).

Более богатые туристы останавливаются в шикарных отелях, ловят рыбу в специально отведенных местах. Так, отель „Севен-спирит-бей“ на полуострове Коберг располагает спальными номерами и отдельными комнатами под открытым небом. Номер стоит двести фунтов стерлингов в сутки.

Здесь любого туриста обслужат подобающим образом. Можно прогуляться по парку с проводником (настоящих аборигенов в этом районе немного, поэтому проводники редко являются чистокровными аборигенами). А можно совершить поездку по большому и пустынному полуострову Арнемленд на вездеходе (тишину нарушают лишь крики птиц и животных, и вы можете одни любоваться наскальными рисунками и эстуариями, которые пребывают в жутковатом спокойствии).

Конечно, знатоки будут утверждать, что лучше посетить места обитания аборигенов Арнемленда и их племен, расположенных вокруг национального парка Какаду. Но некоторые люди приезжают в Австралию для того, чтобы посмотреть на необжитые земли Северной территории, протянувшейся от тропиков на севере до центральной Австралии в районе Алис-Спрингс. Или же полюбоваться на владение Бонд-Спрингс-Стейшн, находящееся неподалеку от Алис-Спрингс (оно было основано сто лет назад).

В западной Австралии расположено владение Эль-Куэстро-Стейшн площадью в миллион акров. Здесь туристы могут остановиться в палатках, или небольших домиках, или даже в ранчо самого хозяина, расположенном над узким ущельем. Вашему взору предстанет природа Австралии в первозданном виде: земля усыпана красным камнем с минералами; тут и там дают знать о себе горячие источники; монументальные баобабы будут приветствовать вас.