Текст книги "100 историй великой любви"

Автор книги: Наталия Костина-Кассанелли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Светлана Немоляева и Александр Лазарев

Есть в мире такие потрясающие семейные пары, глядя на которые испытываешь только светлые эмоции. Светлана Немоляева и Александр Лазарев излучали столько счастья, что многие из тех, кто был с ними рядом и лишь мимолетно прикоснулся к их семье, долго еще испытывали такое чувство, будто на их глазах произошло самое настоящее чудо.

Их имена всегда связывали вместе, да они и были неразлучны: в жизни ли, на сцене ли… Пятьдесят лет отыграть на одних подмостках – что может быть и труднее, и одновременно легче? Знать, чем дышит партнер, видеть его полные любви глаза…

Светлана Немоляева родилась в 1937 году в московской актерской семье. В гости к Немоляевым захаживали актеры Целиковская и Жаров, знаменитый клоун Румянцев-Карандаш и режиссер Пудовкин… Какую профессию можно было выбрать, живя в таком доме, кроме той, что напрямую связана с искусством? Светлана окончила театральное училище, и талантливую молодую актрису приняли в Театр им. В. Маяковского.

В такой же близкой к театральным кругам семье, но в городе Ленинграде в 1938 году родился мальчик Саша Лазарев. Учиться Александр приехал в столицу и в 1959-м окончил школу-студию МХАТ.

Они познакомились в том же Театре им. Маяковского, на сцене которого им предстояло играть вместе более полувека: оба были заняты в одном спектакле. Знакомство началось с… ревности. Саше Лазареву показалось, что партнер Светы – Толя Ромашин – как-то уж слишком приударяет за красивой девушкой. Роман развивался стремительно, и меньше чем через год после начала знакомства Лазарев и Немоляева создали семейно-творческий союз.

У молодоженов не было ничего, кроме огромного чувства – ни свадьбы, ни собственного жилья. Три года они ютились в тесной для двух семей квартире родителей Светы, пока не получили комнату в коммуналке. Но они были счастливы, потому что счастье невозможно измерить квадратными метрами, это – состояние души. В их одиннадцатиметровом «пенале» в Кисловском переулке перебывали многие актеры, режиссеры, художники. Частенько захаживал сюда и Андрей Тарковский – режиссер, чьи фильмы сегодня входят в золотой фонд мирового кинематографа. В тесном помещеньице Тарковский забирался на… шкаф, утверждая, что оттуда ему все видны как на ладони! На столе всегда стоял чайник, в корзинке лежали сушки… А семейное счастье все прибывало, и через семь лет после свадьбы родился еще один Александр, Лазарев-младший.

Людям, далеким от мира театра и кино, наверное, кажется, что актеры – это какие-то небожители. На самом же деле актерская профессия не подарок судьбы, а скорее дорога, с которой невозможно свернуть. И приходится идти до конца, отдавая все силы и умения.

Вне работы Немоляева и Лазарев жили той же жизнью, что и все остальные: ребенок, кухня, быт и даже ссоры, которых не избежать ни в какой семье. Тем более там, где сходятся два таких таланта, два ярких темперамента, два характера – и только любовь у них была одна…

Они сыграли просто огромное количество ролей в театре и кино – на двоих более четырехсот. Однако самой главной в их жизни была все же любовь, и чувство это было настолько неподдельным, что язык не поворачивается сказать, что эти двое в него играли. Нет, они просто жили в своей необыкновенной любви, в то время как другие меняли жен, мужей, работы, города и страны…

Они всегда много работали: на их долю пришлись и годы застоя, и перестройка, и лихие девяностые, когда актерам особенно трудно было выжить… Уже будучи в преклонном возрасте – как-никак семьдесят лет – Александр Лазарев играл по 12–13 спектаклей в месяц! Любой, кто связан с театром, скажет, что это нагрузка, непосильная и для молодого актера, но он был не просто актером – он был мужчиной с большой буквы, мужем, отцом, а потом и счастливым дедом.

Мир театра – очень непростой мир. Закулисье чем-то сродни Зазеркалью – здесь непросто существовать, но те, кто любит театр всей душой, не мыслят для себя иной жизни. Для Немоляевой и Лазарева театр стал вторым домом, и именно ему они отдали самое дорогое, что имели, – своего ребенка. Сегодня Александр Лазарев-младший, который, кстати, очень похож на своего отца, известный актер театра и кино.

Когда у них выпадали редкие выходные или отпуск, они, как правило, проводили это время на земле – в подмосковном дачном поселке Ново-Абрамцево. Деревянный домик, построенный Лазаревым-старшим еще в 1979 году, был таким крохотным, что друзья постоянно удивлялись – как сами владельцы в нем помещаются? Зато участок был роскошным: дубы, ели, липы, березы… и прямо под деревьями росли грибы. Светлана Немоляева говорит, что даже в самый плохой год грибов можно набрать хотя бы на сковородку. А уж какое жаркое делает с ними хозяйка!

Все, кто был знаком с Немоляевой и Лазаревым, считали их идеальной парой. Однако сами актеры очень стеснялись этого и всячески отнекивались: говорили, что и скандалы у них в семье бывают, и даже тарелки летают… Но бытовые скандалы, чтобы выпустить пар, – вещь в любой семье обычная, а вот хранить верность друг другу более пятидесяти лет не каждому по плечу. Светлана и Александр в этом смысле удивительно походили друг на друга: считали, что «поход налево» – это не просто физическая измена, а оскорбление человеческого достоинства того, с кем ты связал свою судьбу. Связал не на один день – на всю жизнь.

Сцена забирает человека целиком, без остатка – такое можно услышать от многих. Однако какую-то часть своего «я» Александр Лазарев-старший пронес через все перипетии их нелегкой профессии. И эта часть была ничем иным, как любовью – к ней, единственной женщине его жизни, его Свете, Светочке, Светлане…

Он и умер у нее на руках – через десять дней после выписки из больницы, куда его положили, чтобы подлечить больные почки и сердце. Оторвался тромб, и не стало того, кому Светлана Немоляева и сегодня говорит: «Я люблю тебя». Потому что их любовь не умерла. И глядя в такие же лучистые, как и прежде, глаза Немоляевой, понимаешь, что тот, кому эта замечательная актриса посвятила всю жизнь, отдала всю свою любовь – всю, без остатка, – не мог умереть. Он просто ушел за какой-то поворот, откуда когда-нибудь они пойдут уже вместе…

Екатерина и Александр Стриженовы

Брак в шоу-бизнесе – это совершенно особая форма совместной жизни, которая гораздо чаще, чем другие, проверяется на прочность. Однако если звезды небесные благоволят звездам театра и кино, то супружество приносит таким парам больше радостей, чем огорчений!

Екатерина и Александр вместе уже больше двадцати пяти лет, они с легкостью взяли «серебро» и уверенно идут к «золоту». Давайте и мы с вами, дорогие читатели, разберемся, какие секреты нужно знать для того, чтобы жить душа в душу, даже если вы имеете отношение к такому непростому явлению, как шоу-бизнес.

Многие люди, умудренные опытом, утверждают, что ранние браки быстро распадаются именно потому, что молодые люди еще не успевают стать зрелыми личностями. Ну, а вторая и, пожалуй, главная причина того, что скоропалительные союзы разрушаются так же быстро, как и создаются, – это то, что называется бытом. Однако Катя Стриженова недавно заявила, что если бы она не вышла в 18 лет замуж за Сашу – то, возможно, и вовсе никогда бы не вышла замуж, причем не только за него!

Встретились Катя и Саша на съемках фильма «Лидер», где шестнадцатилетняя Катя играла одну из главных ролей. Саша играл в том же фильме, и между молодыми людьми вспыхнул роман, не запланированный сценарием. Чувства были настолько сильны, что уже через год они поженились. А еще через год Катя родила старшую дочь – Анастасию.

Несмотря на семью и маленького ребенка, и Саша, и Катя много работали: она закончила режиссерский факультет, умудряясь во время учебы еще и сниматься в кино! Муж не отставал от жены, делая карьеру, да и вообще поддерживал свою вторую половину во всем. Когда Катя рожала вторую дочку, он даже присутствовал при родах – событие в те времена почти экстраординарное. Саша, хотя и испытывал определенное чувство страха за жену, держался очень мужественно. Он не хлопнулся в обморок, как многие молодые отцы в подобной ситуации, а активно подбадривал жену. Родившаяся же малышка, услышав папин голос, тут же перестала плакать и капризничать!

Совместная жизнь этой звездной пары не всегда была безоблачной: на десятом году брака они едва не расстались. Разъехались на два месяца – и… именно эти месяцы друг без друга и оказались самыми тяжелыми в их браке. Как только семья воссоединилась, личное счастье вернулось!

Что же помогает сохранить столь долговременные и прочные отношения? Давайте разберемся не спеша и по порядку. Первое – это, бесспорно, доверие. Из-за своей непростой работы телеведущей одну-две ночи в неделю Катя вынуждена проводить вне дома. Разумеется, если бы Саша хоть раз усомнился в своей замечательно красивой половине, то их брак если не рухнул бы сразу, то, несомненно, дал трещину. А брак Стриженовых, похоже, никаких трещин не дает, да и в будущем давать не собирается – и все потому, что отношения в нем строятся на доверии как на прочном фундаменте.

Как-то в интервью Катя дала совет семьям, в которых работают оба родителя: планировать свою рабочую неделю таким образом, чтобы освобождать один день для общения с детьми. Потому что детям нужно именно внимание родителей, а не подарки. Все мы хорошо знаем, что «отдариваться» от собственных детей – это весьма порочная практика, однако многие родители все же попадают в эту ловушку. Также Стриженовы обязательно устраивают детям летние каникулы у моря – не забывая, впрочем, и о себе, любимых!

Есть у семьи Стриженовых и другие личные секреты: Катя, например, считает, что каким бы глубоким ни был конфликт, выгонять супруга из спальни – дело последнее. Ведь именно там происходят все супружеские примирения. Еще Екатерина очень правильно считает, что подозрительность и беспочвенная ревность могут убить любой, даже самый благополучный союз. И поэтому она никогда не контролирует мужа, не открывает его записные книжки, не заглядывает в его мобильный, не говоря уж о такой постыдной вещи, как залезть в чужой карман в поисках компромата. Если бы Катя хоть раз сделала такое, то наверняка бы перестала себя уважать…

Катя и Саша Стриженовы стараются никогда не расставаться больше чем на две недели, а поскольку обе половинки этой семьи люди творческие, занятые во многих проектах, выполнение этого правила наверняка дается им нелегко.

Напряженная актерская жизнь постоянно дает о себе знать – и прекрасным выходом из этого положения является не что иное, как романтическое путешествие. А уж когда это путешествие становится ежегодной традицией и ежегодным медовым месяцем, семье Стриженовых остается только позавидовать, причем совершенно белой завистью, по-доброму! И не только позавидовать, но и пожелать оставаться все теми же дружными Катей и Сашей.

Лес и Хелен Браун

Многие сказки и выдуманные романтические истории о любви заканчиваются словами «Они жили долго и счастливо и умерли в один день». Люди читают, и по щекам их текут слезы умиления, однако они прекрасно понимают, что всегда один из любящих переживает другого и прожить всю жизнь в любви и согласии и умереть в один день – невиданная милость небес, которая не дается никому из смертных…

Хелен Браун

Но одной паре из миллионов и даже, наверное, из миллиардов всех любящих, живших на земле во все времена, удалось это почти невозможное: Лес Браун и его жена Хелен прожили супружескую жизнь в семьдесят пять лет! Более того: они умерли с разницей всего в сутки – и это так поразило весь мир, что история их жизни и любви облетела весь земной шар, ее перепечатали многие издания, а фотографиями Леса и Хелен до сих пор пестрят интернет-сайты.

История жизни Леса и Хелен также началась необычно – они оба родились в один и тот же день, 31 декабря 1918-го, в самый канун Нового года. Должно быть, праздничные небеса уже тогда уготовили им необычную и счастливую судьбу…

Встретились молодые люди в школе и буквально с первого свидания почувствовали необычайное притяжение характеров, душ, общность привычек. А когда им исполнилось по восемнадцать, они уже настолько стали единым целым, что не представляли жизни друг без друга! Многие журналисты, исследовавшие историю Леса и Хелен, проводили параллели между этими американскими подростками и вымышленными персонажами Шекспира – Ромео и Джульеттой. Потому как Лесу и его невесте пришлось пройти почти через те же препятствия, что и легендарным влюбленным: родители юноши были категорически против свадьбы.

Лес Браун происходил из очень обеспеченной семьи американских пионеров, а вот родня Хелен не могла похвастать ни происхождением, ни достатком. За их брак были только искренние чувства самих молодых людей да отвага, с которой они оба решили бороться за свое счастье. Несмотря на противодействие родителей Леса, они с Хелен просто-напросто ушли из дому – бесповоротно и навсегда. Сыграли очень скромную свадьбу и зажили своим умом.

Ежегодно в США и других странах по всему миру совершается просто огромное количество побегов подростков из семей и скоропалительных свадеб, после которых, как правило, наступают суровые семейные будни. Молодые люди оказываются один на один с проблемами, о которых ранее они могли лишь догадываться: зарабатывание денег, уборка, приготовление еды, воспитание детей – и все это ложится на плечи, которые в большинстве случаев не бывают готовы принять, а уж тем более нести тяжелую ношу.

Однако в случае с Лесом и Хелен все было с точностью до наоборот. Чем больше трудностей было на их пути, тем крепче становился их брак и привязанность друг к другу. Видимо, они действительно были двумя половинками единого целого – стройный юноша с приветливым, но одновременно и твердым выражением лица и хрупкая девушка с романтическими кудряшками над лбом…

Они твердо и уверенно делали карьеру: Лес работал фотографом, а Хелен занималась продажей недвижимости. Появившиеся у пары дети – сначала Лес Браун-младший, а затем еще один сын, Дэниел, – не мешали деловому росту родителей и лишь сплотили эту на первый взгляд такую обычную американскую семью.

Позже, когда история любви Леса и Хелен попала в газеты, сыновья этой замечательной пары рассказали, что их мать и отец в своей жизни не расставались буквально ни на день. Может быть, эта энергетическая подпитка друг друга и помогла им достичь такого преклонного возраста – девяноста четырех лет? Дэниел рассказал: мать как-то обмолвилась, что не представляет жизни без мужа. А Лес говорил, что не хотел бы ни на день пережить свою дорогую жену…

Старость не приходит без болезней: у Хелен диагностировали рак желудка. Она умерла 16 июня 2013 года, а на следующий день скончался и Лес. На тот момент Лес Браун уже страдал болезнью Паркинсона, но мне думается, что кто-то свыше, кому не безразличны были терзания мужа, потерявшего жену, с которой он прожил долгие и счастливые семьдесят пять лет, поторопился снова соединить их – на тех самых небесах, на которых совершаются браки.

Луиджи Педутто и Мокрина Юрзук

Еще одна история любви, о которой весь мир узнал благодаря Интернету и программе «Жди меня», также потрясла тех, кто верит в настоящие чувства.

Они встретились тогда, когда, казалось бы, о любви и помышлять было глупо – война, разруха, разлука с родными и близкими… Однако в таких условиях люди еще больше тянутся друг к другу, ища тепла, нежности, понимания, даже если они говорят на разных языках. Луиджи и Мокрина встретились в Австрии, в лагере для военнопленных. Он – итальянец, она – украинка, угнанная с родины на принудительные работы. У Мокрины на руках была годовалая дочка. Молодую женщину привезли сюда уже беременной, и девочка родилась в лагере – единственная память о том, что где-то была мирная жизнь и семейное счастье…

Луиджи также тосковал о потерянной семье, и оказавшаяся рядом молодая женщина с ясноглазой и улыбчивой, как солнышко, девочкой напоминала ему о тех, кто остался дома, в теплой Италии. Луиджи как мог помогал молодой матери: присматривал за малышкой, делился едой, которой у него и так было немного, но все же больше, чем у славянской рабыни, которая вместе с дочерью за колючей проволокой жила впроголодь…

Эти двое стали друг для друга всем: потерянными семьями, теплотой домашнего очага, поддержкой дружеского плеча. И не сразу оба поняли, что все, что их связывает – и разломленная пополам горбушка черствого хлеба, и сорванный по дороге с работы в поле цветок, и держащие их с двух сторон ручки малышки, – все это и есть та самая любовь, которой не место на войне. Однако любви везде есть место и время!

В конце концов эти двое, на руках которых был совсем маленький ребенок, решились на побег: воспользовавшись тем, что в связи с близким подходом войск Красной Армии лагерь охранялся не так хорошо, как прежде, они сбежали. Долго плутали лесом, потом прятались в кукурузном поле…

Однако не война стала главной помехой их дальнейшему счастью, а – каков парадокс! – ее окончание. Стальные тиски советского режима, в которые снова попала Мокрина, не дали ей соединиться с любимым. Ее не впустили в Италию, а Луиджи отказали во въезде в Советский Союз.

Расставание было тяжелым: оба рыдали, когда их буквально отрывали друг от друга, чтобы развезти за тысячи километров. Казалось, Луиджи навсегда терял ту, которую он нежно называл Марией – и потому, что имени Мокрина не было в родном языке, и потому, что самой Мокрине больше нравилось быть Марией.

Тайком Луиджи отрезал у любимой прядь волос, а она нацарапала на случайном клочке бумаги свой адрес… Этот истертый обрывок он хранил всю жизнь – так же как и случайно сделанную фотографию, где они были сняты вместе…

Жизнь в украинском селе шла своим чередом. Но, работая в огороде или готовя на кухне обед, Мокрина нет-нет да и глядела на дорогу: ей все казалось, что сейчас на горизонте покажется он – тот, кого она любила больше жизни и ждала, упрямо ждала, не думая о том, что их встречи не может быть, пока людей разных национальностей, граждан разных стран разделяет железный занавес.

Время потихоньку залечивало раны, стирало из памяти любимые лица… Нужно было жить дальше. И они жили – у обоих появились семьи. Но все же где-то глубоко в душе они упрямо хранили память о той, военной любви, расцветшей, словно роза на минном поле…

У Мокрины родились еще две чудесные девочки, а у Луиджи появился сын. Но что-то постоянно не давало ему покоя. И даже дожив до девяноста лет, он все равно был уверен, что Мокрина-Мария также жива и ждет его!

То, что они встретились спустя почти шестьдесят пять лет, казалось настоящим чудом не только им, но и тем, кто сидел в студии, и тем, кто переживал за них у экранов телевизоров. Мокрину нашли не по тому адресу, который она дала Луиджи – с Хмельнитчины она с семьей переехала под Кривой Рог, в Днепропетровскую область. Когда ей, стоявшей на пороге скромного сельского домика, сказали, что ее ищут, она даже не спросила кто – в этом у нее не было сомнений. Искать ее мог только один человек в мире – он, ее Луиджи!

Слезы были не только на глазах Луиджи и его Марии, вытирала слезы вся студия, плакали даже те, для кого съемки передачи – обыденное дело. Луиджи наконец обрел свою Марию – постаревшую и поседевшую, но все с теми же молодыми глазами, тем же голосом, который он так хорошо помнил, и, главное – с теми же ямочками на щеках! «Ямочки, ямочки!» – приговаривал он, гладя ее поседевшие волосы, целуя милое лицо, на котором нелегкая жизнь проложила свои следы-морщины…

Он приезжал к ней в гости, сам готовил спагетти для любимой, накрывал стол во дворе, чтобы видеть, как за горизонт садится солнце, – и приглашал любимую к ужину при свечах. А затем они включали приемник и танцевали – прямо под ночным небом, усыпанным звездами… Потому что звезды и в Италии, и в Украине одни и те же.

Им оставалось не так много земного счастья, и они оба это знали. Уже поздно было что-то менять в жизни – она уже никогда не станет хозяйкой его европейского дома в Кастель-Сан-Лоренсо, а он не переедет навсегда в ее деревенскую беленую хату, вокруг которой цветут мальвы. И тем не менее они встречались еще не однажды: Луиджи прилетал из солнечной Италии в Украину, песни которой он находил такими же мелодичными, как и песни его родины, а небо – таким же синим. И здесь ждала его вновь обретенная любовь – Мария. И она побывала в Италии, ходила по тем же крутым каменистым улочкам, по каким он ходил всю жизнь, вспоминая ее улыбку, ее ямочки на щеках… и храня у сердца локон ее волос.

Он еще успел сделать ей предложение – и, хотя она не согласилась, не терял надежды назвать ее своей женой. Она все еще любила его, но боялась выглядеть смешной в глазах тех, кто ее знал: односельчан, знакомых… Невеста в девяносто два года! Но и без обручального кольца на пальце она любила его всем сердцем. И ждала. И готовилась к его приезду: затеяла генеральную уборку, положила на стол его любимые газеты, но…

За несколько дней до вылета к той, кто его ждала, Луиджи Педутто умер от сердечного приступа. Его сердце не выдержало и остановилось… Когда-нибудь остановится и ее сердце, потому что никто из нас не вечен. Однако любовь Луиджи и Мокрины пережила не только войну и десятилетия разлуки – она стала бессмертной.

История итальянца Луиджи Педутто и украинки Мокрины Юрзук настолько потрясла всех, кто о ней узнал, что в Киеве, над Днепром, на Мосту Влюбленных этой паре, пронесшей свою великую любовь через всю жизнь, был поставлен памятник. И теперь к нему ездят те, кто только начинает свою семейную жизнь. Невесты в белых платьях и женихи, которые держат их за руки, глядя на памятник, клянутся любить так же, как Мокрина и Луиджи.