Текст книги "100 историй великой любви"

Автор книги: Наталия Костина-Кассанелли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Уинстон и Клементина Черчилль

Есть пары, глядя на которые так и хочется воскликнуть: вот она, настоящая любовь! И именно такой парой, прошедшей вместе через все препоны и сложности, которыми изобилует любое супружество, были Уинстон и Клементина Черчилль – истинные английские лорд и леди. Они пронесли взаимную любовь, нежность, привязанность и преданность друг к другу через всю свою более чем пятидесятилетнюю совместную жизнь.

Уинстон и Клементина Черчилль

Они познакомились летом 1904 года на одном из аристократических приемов. Клементине Хозьер было девятнадцать, и она была в самом расцвете своей классической, величественной красоты. Уинстон, который был на одиннадцать лет старше, рядом с похожей на лилию девушкой выглядел как сбежавший из цирка дрессированный медведь; но у него, кто никогда не умел красиво ухаживать за женщинами, в кармане были свои козыри. Однако на том памятном обоим приеме они так и не познакомились как следует – он молчал и только не отрываясь смотрел на нее, своим пристальным и тяжелым взглядом вгоняя молодую девушку в краску…

Второй раз они встретились только через четыре года, и снова Уинстон не проявил себя расторопным кавалером. Однако в этот раз они все же начали встречаться, и через пять месяцев будущий премьер-министр Великобритании решился представить Клементину родне. Он пригласил девушку в родовое поместье герцогов Мальборо, но даже там, среди прекрасной природы, не смог преодолеть своей скованности, и все три дня они с Клементиной не приближались друг к другу, как на это рассчитывал Уинстон, а лишь отдалялись.

Черчилль был в таком отчаянии от осознания провала своей миссии, что на третьи сутки пребывания в поместье даже не захотел вставать с кровати. Он сидел, угрюмо насупившись и завернувшись в одеяло, и смотрел в одну точку. Клементине было не легче – на этот раз рядом с ней был тот, кто ей действительно нравился до безумия. До Уинстона она уже разорвала три помолвки и сейчас ждала предложения, которое наконец-то должно было сделать ее счастливой! Но вместо этого ей пришлось в одиночку пить кофе в столовой и раздумывать над тем, что же она сделала не так…

Спас положение сам герцог Мальборо: он буквально вытащил кузена из кровати. Напутствуемый грозным предостережением: «Уинстон, если ты не признаешься ей в своих чувствах сейчас, то, боюсь, тебе не представится такая возможность никогда!» Черчилль поплелся вниз, где Клементина пребывала в раздумьях: не лучше ли ей возвратиться в Лондон?

Уинстон пригласил девушку посмотреть розарий, но здесь уверенность в своем красноречии снова покинула его. К тому же началась гроза и им пришлось укрыться в беседке. Продрогшие влюбленные сидели, пережидая ливень, и… молчали, хотя время и место для предложения были как нельзя более подходящие. Клементина уныло наблюдала за жуком, который уже полчаса полз по полу, неумолимо приближаясь к трещине в каменном полу. «Если Уинстон не сделает мне предложение прежде, чем этот несчастный жук доползет до трещины, – подумала девушка, – он не сделает этого никогда!»

Черчилль все же опередил медлительное насекомое, и уже через пять дней сияющие влюбленные объявили родным о помолвке и о том, что со свадьбой они тянуть не намерены. Однако все, кто знал Уинстона близко, были уверены в том, что этому браку суждена недолгая жизнь: жених, по мнению света, не был создан для семейных уз. О, как ошибались все те, кто предрекал близкий крах этого союза! Уинстон и Клементина прожили душа в душу целых пятьдесят семь лет, и в своих воспоминаниях Черчилль напишет: «Я женился в сентябре 1908 года и с тех пор жил счастливо».

Клементине нравилось в муже далеко не все: Уинстон не расставался с виски и сигарами, мог целыми днями пропадать в казино, а потом так же увлеченно заниматься политикой; муж писал книги и разъезжал по всей стране – однако она и не пыталась критиковать его характер. Да, ей не было с ним легко, но зато и никогда не было скучно!

Кроме того, Клементина не сделала распространенной ошибки многих – она не пыталась переделывать мужа на свой лад, а просто принимала любимого таким, какой он есть, и именно это стало залогом долгой счастливой жизни четы Черчилль. Разные по характеру и вкусовым предпочтениям, они тем не менее прекрасно уживались. Уинстон был типичной «совой», а Клементина вставала чуть свет, и поэтому они никогда не завтракали вместе. Позже славившийся остроумием премьер-министр скажет: «Совместные завтраки – это то, чего не может выдержать ни один семейный союз!»

Однако их семейная лодка сносила любые бури. Известно, что Уинстон Черчилль не принимал ни одного важного политического решения, не посоветовавшись с женой, – это ли не признак высшего доверия между супругами? Живой интерес жены к заботам мужа был не просто пустым звуком – Клементина действительно вникала во все вопросы и интересовалась каждой мелочью.

Именно Клементина в 1940 году написала Черчиллю историческое письмо, начинающееся словами: «Ты просто невозможен!» В нем она предостерегала любимого, но упрямого и самоуверенного супруга от самого страшного, что только может случиться с политиком и что едва не случилось с всесильным премьер-министром: он начал скатываться в пропасть авторитаризма, перестал прислушиваться к мнению окружающих и относиться критически к самому себе.

Леди Черчилль жила отнюдь не в тени своего знаменитого мужа – нет, эта женщина была вполне самодостаточна! Она лично возглавляла многие начинания. В частности, под ее руководством работал «Фонд Красного Креста помощи России», и во многом благодаря именно таланту Клементины фонд собрал просто гигантскую по тем временам сумму – около восьми миллионов фунтов стерлингов!

Все эти деньги до последнего пенни были вложены в медикаменты, одежду, оборудование для больниц, и День Победы 1945 года Клементина Черчилль встретила в Москве! Советское правительство по достоинству оценило труд жены премьер-министра Великобритании и наградило ее Знаком Почета и орденом Трудового Красного Знамени.

Помимо наград, которые она получила в Советской России, Клементина Черчилль была отмечена и у себя на родине. В 1965 она получила титул баронессы Спенсер-Черчилль. Причем титулом наградили ее саму, а не знаменитого мужа, и тем самым признали ее выдающиеся заслуги и перед Великобританией, и в многочисленных международных благотворительных комитетах и фондах.

За долгие годы совместной жизни любовь и потрясающие воображение верность и преданность этих двоих не только не угасали, но, казалось, разгорались все сильнее. За пятьдесят семь лет совместной жизни Уинстон и Клементина написали друг другу около тысячи семисот писем, записок, телеграмм, и почти в каждом из этих памятных посланий есть строки: «Я люблю тебя!», «Я скучаю по тебе», «Я жду твоих писем, а те, которые получил, перечитываю снова и снова…»

Уинстон Черчилль, язвительных и метких замечаний которого многие откровенно боялись, был настолько нежен и ласков с женой, что буквально дня не мог прожить без своей Клемм… Недаром биографы Черчилля единодушны в своем мнении: Черчиллю всегда очень везло в политике, но больше всего ему повезло с женой. Сам же Уинстон однажды написал Клементине: «Моей самой большой удачей в жизни было найти тебя и жить с тобой!»

Генри и Клара Форд

В нравоучительных книжках для детей, изданных в прошлом веке в Америке, все истории заканчивались примерно одинаково: плохие дети, которые не ходили в школу и мучили животных, в конце концов оказывались в тюрьме, а хорошие становились президентами Соединенных Штатов. Или, по меньшей мере, Генри Фордами.

Генри Форд

Генри Форд родился в большой фермерской семье, и работать много ему было не в новинку. Однако кукурузные поля и свиные стойла не привлекали Генри, и, достигнув того возраста, когда дети уходят набивать свои собственные шишки, он собрал вещи в узелок и отправился искать лучшей доли. По дороге к светлому будущему ему встретилась механическая мастерская. С детства плененный видом всевозможных механизмов, Генри устроился в нее подмастерьем. Платили ему два доллара в неделю, а кров и стол стоили три с половиной, поэтому по ночам он подрабатывал еще и починкой часов.

Однако сколько Генри ни чинил часов и сломавшихся сеялок, его дебет и кредит никогда не сходились в нужном месте. Промаявшись так два года, юноша вернулся на ферму, которая, кстати, была образцовым хозяйством, ее фото было размещено в местных иллюстрированных журналах.

Возможно, Генри все же смирился бы с фермерской долей, но судьба была к нему благосклонна: она вовремя послала ему соседа со сломанной паровой молотилкой. Генри разобрал механизм по винтику, и уже следующим утром молотилка работала как часы. Сам же мастер заболел новой болезнью: он хотел не только ездить на механизме по полям с целью сбора урожая, но и изобрести такую машину, которая везла бы его по дорогам без помощи лошадей.

Генри колесил по округе, чиня все, что только умело ломаться. И однажды на сельской вечеринке встретил ту единственную, заглянув в черные глаза которой он на мгновение забыл все – и даже свою заветную мечту! Ибо глаза, волосы и улыбка Клары Брайант, несомненно, того стоили. Ради того чтобы жениться на этой девушке, он был согласен даже остепениться и осесть на земле: отец выделил ему 80 гектаров пашни, а уютный дом Генри построил сам – своими собственными золотыми руками.

Однако фермерствовать чете Форд пришлось недолго: после того как на соседней упаковочной фабрике Генри увидел механизм, называемый рабочими Молчаливый Отто и работавший на бензине, его обуяли прежние мечты. Ферма была брошена, а Форд с женой перебрались в Детройт, где Генри поступил на работу в «Электрическую компанию Эдисона».

К чести Клары нужно сказать, что на всем далеко не гладком пути мужа к успеху она ни разу ни в чем его не упрекнула! Эта удивительная женщина ни разу не пожалела о том, что связала жизнь с человеком, который во что бы то ни стало желал изобрести нечто такое, чего никто никогда не видел. Более того: когда Генри притащил домой свой первый мотор, она сама воткнула шнур от него в розетку. Мотор заработал и разнес вдребезги кухонный стол и раковину, но Клара и тогда не укорила мужа! А когда любимый собрал в сарае свою первую тележку с бензиновым двигателем и та не смогла выехать на улицу из-за слишком узкого дверного проема, Клара схватила кирку и собственноручно выбила дыру нужного размера. Форд с триумфом выкатил тележку на улицу, к великой радости жены и удивлению привлеченных шумом соседей.

Созданный в 1908 году «Форд Т» оставался любимцем всей Америки долгие годы: машинка была на редкость неприхотливой, легкой, простой в управлении и дешевой. Она не сходила с конвейера рекордный срок – двадцать лет! Генри разбогател, стал миллионером, но характер его любимой Клары, переехавшей в особняк стоимостью один миллион долларов – по нынешним меркам его цена приближалась бы к пятидесяти миллионам – от этого не испортился.

Жена по-прежнему была рядом с мужем и разделяла его убеждения и увлечения. И даже то странное мнение, если не сказать прямо – чудачество, что все выпускаемые компанией «форды» должны быть непременно черного цвета. Это подтверждал и слоган рекламного буклета, сочиненный самим Генри: «Каждый покупатель может приобрести автомобиль любого цвета, какой только пожелает, если только этот цвет – черный».

Клара была рядом со своим мужем всю жизнь – и в трудные времена, когда их семье приходилось жить на три доллара в неделю, и тогда, когда достаток позволял им буквально все: путешествовать, участвовать в благотворительных фондах, повышать зарплату рабочим корпорации в то время, когда в стране свирепствовала безработица и многие предприниматели заставляли рабочих трудиться буквально за гроши.

Клара и Генри всегда составляли единое целое, и жена не противоречила мужу никогда, полностью разделяя его высказывание: «Когда кажется, что весь мир настроен против тебя, помни, что самолет взлетает против ветра!» Сам же Генри Форд всегда верил в идею реинкарнации и однажды на вопрос журналистов, хочет ли он прожить еще одну жизнь, Форд ответил так: «Только если можно снова жениться на Кларе».

Принц Хуан Карлос и принцесса София

Король Испании Хуан Карлос и его жена, королева София, прожили вместе пятьдесят лет – срок немалый для любого брака. И именно на примере этой семьи, отношения внутри которой остаются отношениями обыкновенных людей, и можно попытаться понять: что же необходимо паре для того, чтобы оставаться счастливыми в браке такой длительный срок?

Принц Хуан Карлос и принцесса София (слева)

Они познакомились на дипломатическом приеме в 1954-м, но тогда знакомство еще не переросло во что-то большее. И лишь спустя шесть лет они получили возможность узнать друг друга поближе. Константин, брат Софии, принимал участие в Олимпийских играх, и его яхта выиграла гонку. На празднование победы были приглашены многие, в том числе и Хуан Карлос. Принцесса София подошла к тому, кто впоследствии станет ее мужем, и сказала: «Хуан, эти ужасные усы, которые ты отрастил, тебе совсем не идут!» Хуан Карлос растерялся и спросил: «Так что же делать?» Принцесса взяла его за руку, отвела в ванную комнату, усадила перед зеркалом и… собственноручно сбрила усы!

После истории с усами Хуан Карлос понял, что поступить так могла только та, что была предназначена ему судьбой. Разумеется, кроме усов у влюбленных было много других общих интересов – и письма, как почтовые голуби, так и летали между Испанией и Грецией!

Наконец наследника испанской короны пригласили погостить при дворе греческого монарха. Именно там произошла притирка характеров будущих супругов: Хуан обожал морские прогулки на яхте и командовал Софией так, как будто она была не хрупкой девушкой, а одним из матросов. Если возлюбленная не понимала команды, он ужасно сердился и даже кричал на нее! Народная мудрость гласит: «Если вы собираетесь пожениться, сначала поклейте вместе в комнате обои. Если и после этого вы не передумаете, то будете жить счастливо всю жизнь». Обыкновенные люди клеят обои, ну а графы и принцессы ходят в море на яхтах…

Несмотря на то что Хуан Карлос носил громкий титул графа Барселонского, со средствами в семье испанских монархов было туговато. Поэтому жених принес к ювелиру золото, рубины и… бриллианты из пуговиц от парадного мундира своего отца!

Помолвка, скрепленная кольцом, в котором сияли пуговичные бриллианты, состоялась в сентябре 1961 года. Хуан не стал преподносить кольцо в торжественной обстановке, как делают многие. Он просто бросил Софии коробочку с кольцом и закричал: «Софи, лови!» Принцесса ловко поймала коробочку – и счастье оказалось прямо у нее в руках! Однако до брака было еще далеко – на пути у влюбленных стояли многие трудности, в основном связанные с вероисповеданием: София была православной, а Хуан Карлос – католиком.

После свадьбы София переехала на родину мужа. У власти тогда стоял диктатор Франко, а Хуан Карлос лишь номинально носил графский титул. Теперь София и Хуан со смехом вспоминают прошлое, но я уверена: тогда им было вовсе не до смеха. Недаром о тех временах они говорят: «Когда мы были никем…»

Политические распри оставались снаружи, а в их общем доме царило удивительное счастье. И как в каждой семье, где слова «счастье» и «дети» сосуществуют, их дом был трижды посещен аистом. Птица счастья принесла Хуану и Софии сначала принцессу Елену, затем принцессу Кристину, а затем и Фелипе – нынешнего наследника испанского престола.

То, чего ждали не только Хуан и София, но и вся страна, наконец-то свершилось в 1969-м году: Франко объявил венценосную чету принцем и принцессой Испанскими. После смерти Франко эти двое стали королем и королевой. Но если отбросить формальности, они были ими всегда – и по праву рождения, а также по праву всех влюбленных, отпраздновавших золотую свадьбу и с самого первого дня называвших друг друга «мой король» и «моя королева»!

Тем, кто считает, что для полного счастья супруги должны как можно больше походить друг на друга, стоит посмотреть на Хуана Карлоса и Софию. Он любит водить автомобили, мотоциклы, самолеты, обожает скорость, охоту, а она предпочитает тихие конные прогулки, живопись на лоне природы, археологию, музыку и общение с детьми и внуками, которых у королевской четы уже девять. Он радиолюбитель-коротковолновик, она имеет зеленый пояс по каратэ. Общее увлечение обоих – лишь яхты и морские прогулки, но, видя счастье, которым так и лучатся глаза этих двоих, любой придет к выводу, что быть одинаковыми – это еще не значит идеально подходить друг другу.

София, гречанка, так полюбилась испанскому народу, что, согласно опросу, более пятидесяти процентов граждан страны утверждают, что они «монархисты только из-за королевы»! Королева София – настоящая гордость своей страны. Эта отважная женщина, вышедшая замуж по любви за человека, у которого в то время не было практически ничего, а положение в Испании было таково, что никто не мог предвидеть, что может ожидать страну и монархию уже завтра…

Заканчивая историю о любви Хуана Карлоса и его жены Софии, хочется привести слова самой королевы Испании: «Человеческое достоинство – самое главное. Оно есть у всех нас. И если человек его теряет, он – конченый человек. Достоинство так же важно для короля… как и для какого-нибудь простолюдина с улицы. Но королевское достоинство – это не снобизм, а ответственность. Вы меня спрашиваете, что это значит? Это означает всегда, всегда, всегда подчинять свои собственные интересы интересам общим. Королевская мораль очень строга и ко многому обязывает. Она обязывает тебя служить людям. И если кто-то хочет царствовать, он должен прежде всего уметь служить и быть готовым к самопожертвованию, поменьше думать о себе и побольше – о людях».

Король и его королева прожили всю свою супружескую жизнь рядом и не потеряли достоинства. Ни королевского, ни простого, человеческого: верности и преданности друг другу, причем верности и преданности самой высокой пробы!

Михаил и Раиса Горбачевы

Эти двое пронесли свою любовь через все испытания. Хотя быть политиком, находиться постоянно на виду и оставаться при этом таким нежным и любящим мужем, наверное, очень сложно. Еще сложнее было быть женой такого политика, который ломал устоявшееся и искал выход из тупика в стране, где им довелось встретиться и прожить всю жизнь…

Михаил и Раиса Горбачевы

Их роман начался еще в студенческие годы, когда ей было всего девятнадцать, а ему – двадцать. Она, Раиса Титаренко, только-только перенесла личную драму, и ей было не до ухаживаний Михаила. Однако он был настойчив, упрям, а кроме того, в нем чувствовалась та основательность, на которую, как на ту самую каменную стену, можно было опереться.

Целых полгода прошло с начала их знакомства, но она так и не принимала его чувств и самое большее, что позволяла, – взять себя за руку. И эту самую руку, за которую взял ее в самый первый раз, он не отпустит больше никогда. Даже на официальных приемах в трудный момент он будет искать ее небольшую, узкую, но такую надежную ладонь, в поддержке которой он так остро нуждался всю жизнь.

Они поженились в 1953-м. Сыграли скромную студенческую свадьбу, и началась та самая семейная рутина, которая и является основной проверкой на прочность. Однако казалось, что для этих двоих даже повседневные дела становились праздничными. Очень скоро у них образовались и общие привычки, следовать которым они будут всегда, где бы ни находились и какую должность ни занимали. Пешие прогулки – непременный атрибут их собственной, личной жизни, большую часть которой они прятали от чужих глаз, как самое сокровенное и самое лучшее, что у них было…

Им, выходцам из простых рабочих семей, приходилось самим пробивать себе дорогу. И хотя после окончания МГУ обоим была предложена работа в Москве, они решают ехать в Ставропольский край. Решение было более чем мудрым: на периферии яркой личности можно выдвинуться гораздо быстрее, чем в столице. Карьера Михаила в качестве политика быстро идет вверх, а Раиса занимается наукой и защищает кандидатскую диссертацию по близкой им обоим социологии.

Когда Михаил Горбачев вознесся на самый верх иерархической партийной пирамиды бывшего СССР и стал генеральным секретарем, а затем и президентом, Раиса Горбачева также оказалась в самом центре внимания. Тем более что те перемены, что задумал ее муж, были неслыханными для тогдашнего застойного общества. Естественно, что вопрос «Как вести себя на людях?» встал перед ними – теми, кто раньше жил лишь тихой семейной жизнью. И если у него был опыт выхода «на публику», то у его жены – практически никакого. Однако на этот вопрос ими обоими был дан только один ответ: «Будем вести себя как раньше. Как всегда».

То, что жена генерального секретаря неожиданно вышла из тени мужа и встала рядом с ним, в СССР шокировало многих. Место жен высокопоставленных мужей практически всегда было дома, на кухне, в крайнем случае – где-нибудь в тихой конторе. Но никак не на международных переговорах, рядом с женами президентов других стран! Такого в бывшем СССР еще не видели и, если честно, многие и не желали видеть.

Раиса Горбачева всегда была невероятно элегантна – сказывалось врожденное чувство вкуса, а уж достоинства этой женщине, проходящей сквозь толпу под пристальными, а часто и недоброжелательными взглядами, было не занимать! Однако Раиса постоянно находилась рядом с главой государства не только затем, чтобы производить впечатление своей безупречной прической или сдержанно-стильными нарядами: без ее ободряющего присутствия муж чувствовал себя не совсем уверенно. Но стоило только ему поймать ее успокаивающий взгляд, как нужные слова находились сами собой и всплывали в памяти.

Когда Горбачев выступал, его жена обычно находилась в первых рядах слушателей и многие замечали, что ее и мужа связывала некая энергетическая нить. Некоторые называли это магнетизмом, гипнозом, но я, лично наблюдавшая эту поразительную пару, назову это тем, что встречается в жизни все реже и реже – настоящей, неподдельной, вечной любовью.

Эта пара – Михаил и Раиса Горбачевы – сделала для той страны, которая сегодня называется Россией, и для всех ныне живущих в ней необыкновенно много. Можно сказать, что благодаря именно им рухнул так называемый «железный занавес», была практически отменена цензура, а из-за границы пахнуло первым ветром свободы.

Любовь не умирает, но смертны те, кто любит и любим… В 1999 году Раисе Горбачевой поставили страшный диагноз – лейкоз. Болезнь развивалась очень быстро, но, наверное, в ее течении сказывались и напряжение жизни последних лет, и то, что многие считали мужа Раисы виновным в развале Союза, и ее собственная усиленная работа во многих комитетах – в том числе и в обществе борьбы с лейкемией. Раису Горбачеву увезли на лечение в Германию, но лучшие врачи мира порой бессильны перед теми болезнями, которые не оставляют людям надежды…

Уже смертельно больная, она находила в себе силы читать письма, которые приносили ей в палату каждый день в огромных количествах. Ей писали все – люди, которые знали ее лично, но больше те, кто видел только на экранах телевизоров, но и до них дотянулась от нее та самая ниточка, которая зовется обаянием личности.

В сентябре 1999 года этой замечательной женщины не стало. Осиротела ее дочь Ирина, но мужу, для которого Раиса всегда была центром его личной вселенной, пришлось, наверное, хуже всех. Что чувствует человек, от которого отрезают половину и который вынужден всю оставшуюся жизнь жить с незаживающей раной в душе? Ему довелось заново учиться всему: говорить без нее, ходить на прогулки без нее, упрямо держась за руку, которой больше не было…

Сегодня Михаилу Горбачеву восемьдесят. После потери жены никто не смог занять ее место рядом с ним. Однажды, давая интервью какому-то журналу, на вопрос о личной жизни он ответил: «Я женат навечно».