Текст книги "Развод. Фальшивая семья (СИ)"

Автор книги: Наталия Ладыгина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

Глава 17

Приезжаю домой, а его нет.

Но время уже десять. Он мог покормить Варю и уехать в офис. А может, к Дарине помчался. Кто его знает…

А мне даже безразлично. С того момента как я узнала всю эту сокрушительную правду – я отрезала его от себя. Пусть спит с ней, если хочет. Теперь у него нет никакого смысла сохранять мне верность. Хотя, он и не хранил ее мне никогда. У него с ней с того раза ничего не было только потому, что она просто не появлялась. А так бы он при первой возможности бежал бы к ней. Зависимый.

Поднявшись, я нахожу в себе силы войти в комнату Варвары. Она за ноутбуком сидит, в наушниках. В игру какую-то играет.

Заметив меня, сразу закрывает крышку ноутбука и снимает наушники.

– Мама, ты где была?

Мама… Я все еще мама.

Ладно.

– К бабушке ездила. Надо было поговорить с ней. Отец твой где?

– Мы с папой позавтракали, а потом ему срочно нужно было уехать. Он сказал, что ты отвезешь меня в музыкальную школу.

Он до сих пор не знает, что она там с Дариной снова и снова встречается. Да ему все равно.

– Что ели?

– Папа заказал кое-что вкусное. Быстро привезли. Там тебе осталось.

– Ясно. Не хочу, – отрицательно качаю головой и разворачиваюсь в сторону двери. Не могу я с ней долго теперь находиться. Мне тяжело. Даже невыносимо. Я эмоционально нестабильна и могу не так себя повести. – Кстати… Ты сегодня не поедешь в музыкальную школу, – произношу, пристально отслеживая реакцию дочери на эту новость.

Варя шире распахивает свои светлые глаза и начинает часто дышать, глядя на меня. Она будто напугана. Как же она хочет на встречу к ней…

Ее реакция причиняет мне боль, но я проявляю самообладание.

– П-почему?

– Потому что мне позвонила Виолетта Дмитриевна и отменила занятие.

– Нет…

– Что, нет?

– Она не могла… Она же…

– Ну?..

– Там же ма… тетя Дарина будет. Она обещала, что придет со мной встретиться. Мне нужно пойти на занятие.

Слов просто нет. Они меня живую в землю закапывают. По-моему, только тогда они смогут перестать причинять мне боль.

– Его не будет, Варя.

– Но она там будет! – психует Варя.

– Так, хватит, – строго выдаю я. Пока я официально ее мать – она будет меня слушаться. Довольно этих капризов. А когда ее настоящая мать вступит в официальные права, то это уже будет не мое дело. – Я тебе сказала, что ты никуда не едешь. И никаких встреч с Дариной у тебя не будет.

– Я хочу! – восклицает, готовая расплакаться.

Да она сама на себя не похожа.

– А я сказала «нет». Или что, ты тогда сказала правду мне за столом? Мамой своей ты меня больше не считаешь и слушаться не будешь?

– Но мама… Дарина хорошая. Она тебе тоже очень понравится. Давай встретимся с ней вместе. Она тоже красиво играет на пианино. Мы вместе играем.

У меня мутнеет в глазах, к горлу подступает огромный ком, а пол подо мной будто дрожать начинает.

Пианино…

Это же Космос настоял отправить ее в музыкальную школу. На пианино.

И она играет на пианино. Он из дочери ее копию решил растить.

Может, это неосознанно у него выходит, но это так.

– Так… – судорожно выдыхаю. – Я больше ни слова не хочу слышать о Дарине.

– Мама…

– Я все сказала! Сейчас же прибери у себя в комнате. Ты уже не маленькая. Почему я постоянно за тобой прибираю? Раскидала тут все, постель расправлена… Быстро! А потом чтобы села и почитала что-нибудь, что задали на лето. Все понятно?

Варя не выдерживает такого натиска. Отстраняется к кровати, садится и накрывает лицо ладошками.

Я в миг такой тварью себя ощущаю. Ведь я никогда так себя с ней не вела. Но сейчас… Сейчас я просто не могу.

Уже подхожу к ней, чтобы дать ей понять, что все хорошо, остановить ее слезы, но останавливаюсь.

Пусть она запомнит меня такой.

Ведь она все равно меня не выберет. Есть ее родной отец, мать, которая покорила ее. Я уже никто.

– Делай, как я говорю, и не плачь. Причин для этого нет, – выдавливаю из себя, и она убирает ладони с лица. – А мне надо идти… – выхожу из комнаты и чуть не падаю в коридоре от накатившей слабости.

Добравшись до комнаты, я принимаю душ, потом спускаюсь, заставляю себя немного через силу перекусить и начинаю собираться.

Время постепенно подходит. Надо уже выезжать.

Перед уходом решаю заглянуть к Варваре, которая так и не убрала в своей комнате. Это не бунт. Просто она не привыкла таким заниматься. Она у нас принцесса.

Да, для уборки внизу, в саду – мы вызываем уборщицу. Но наши личные комнаты я всегда убираю сама.

– Так и сидишь…

– Можно я поеду с тобой? Я не хочу дома сидеть. Пожалуйста.

– Я скоро вернусь. А ты пока сделай, что я тебе сказала. Приеду – будем обедать, – и закрываю за собой дверь.

Когда въезжаю в город, он звонит мне.

Даже не думаю ему отвечать. Он звонит снова и снова, но остается без ответа. Должно быть, Варя позвонила и пожаловалась ему на меня.

Подъезжаю к школе. Выхожу из машины и осматриваюсь на парковке. Почти нет машин. Но я приехала заранее. Вряд ли она уже тут.

Бесцеремонно выхожу в комнату Виолетты. Она сидит у пианино. Вскакивает.

– Венера Андреевна…

– Она тебе уже звонила? Когда она подъедет?

– Да… Она… В общем, она передумала. Сказала, что у него образовалось очень важное дело, и она не сможет приехать.

– Ты предупредила ее…

– Клянусь больной мамой, что нет! – клянется Виолетта. – Она была странной какой-то. Не такой, как всегда. У нее явно что-то случилось, раз она решила не приходить.

И что же случилось?..

Он ее перехватил.

Глава 18

Возвращаюсь домой.

А что мне было еще делать?

Ехать к нему в офис унижаться?

Или поехать и узнать от Снежаны, что он свалил куда-нибудь с ней? Еще хуже застать их там обоих.

Ну нет. Этого я никак не могла себе позволить. Довольно с меня унижений. Тем более, они ничего бы не дали.

Варвара так и не прибралась у себя в комнате. Сидит в позе обиженной у себя на кровати.

И ладно. Пускай. Я и пальцем не пошевелю.

Но обед я приготовлю. Ребенка нужно покормить. Готовка меня отвлечет хоть немного.

Переодеваюсь в домашнее и спускаюсь на кухню. Принимаюсь мыть овощи, резать мясо. Не отвлекает. Мысли у меня только об одном. О том, где он, где она… и что эти оба замышляют. У меня дурное предчувствие.

Многие женщины, наверное, не поняли бы меня, увидев, как я уже отказываюсь бороться за Варю. А я бы за нее боролась, если бы видела и чувствовала отдачу. Я бы такое устроила… Я бы в полицию пошла, в клинику, в которой рожала, но вывела бы на чистую воду всех их. Но я не вижу в этом смысла. Я уже знаю, что между нами двумя – она выберет ее.

Она поверила Дарине. И, с одной стороны, правильно сделала. Ведь она ее мать. Возможно, как-то почувствовала родную кровь. Мне, должно быть, этого не понять.

Заканчивая готовить борщ, я прихожу твердому решению, что не откажусь от своего плана. Но все это я начну проворачивать только после результатов теста. Мне нужно это подтверждение. А когда оно будет, то мне не нужно будет его согласие на развод. Кос, наверное, ждет, что я буду добиваться свободы от него традиционным путем. Не угадал.

Когда поднимаюсь наверх, что позвать Варю на обед, то обнаруживаю ее дверь закрытой.

Она с ума меня сведет своим поведением.

– Варя, зачем ты дверь закрыла? – стучу.

– Ты запретила мне видеться с Дариной!

– Да, запретила. Тебе не нужно с не видеться сейчас с ней. Сейчас же открой дверь. Я приготовила суп. Тебе надо поесть.

К моему удивлению, Варя тут же подчиняется. Открыв дверь, она выскакивает из комнаты и спускается вниз.

Ест с аппетитом, постоянно поглядывая на меня.

Смотрю на нее и поверить не могу, как она так могла внезапно охладеть ко мне. Никакой привязанности у этого ребенка ко мне нет. оказывается. Дарина все стерла какими-то несколькими встречами.

Она выигрывает во всем. Представляю, как она смеется надо мной. Взгляд я ее помню в комнате отдыха…

Может, и хорошо, что я ее не видела. Придушить могла бы мерзавку.

Он возвращается ранним вечером. Я в этот момент сижу на середине лестницы, ведущей на второй этаж. Уже долго сижу. Но я не ждала его, нет.

Он не приезжал весь день потому что знал, что я дома. С Варей наверняка созванивался.

Подойдя к дивану, он снимает пиджак и заваливается на диван. Он меня видел на лестнице, но ничего не сказал.

– Что ты задумала, Нера? – вдруг спрашивает он меня спустя минуты две тишины.

Словно чувствует… Еще как задумала.

– Лучше скажи, что ты задумал. Как прошла твоя встреча с Дариной сегодня?

Он тут же поднимается всем корпусом.

Реально с ней встречался. Ради чего еще она могла отменить встречу с Варей?

– Я ее сегодня не видел, – выдает он, хмурясь. – И вообще не ищу с ней встреч.

– Ну да, ну да… – киваю еле заметно.

– Нера, тебе все это очень не идет. Ты… не такая.

– Какая не такая?..

Наверное, он надеялся, что если когда-нибудь правда вскроется, то я смогу это пережить. Нет, не могу. Ни одна нормальная женщина не сможет.

– Ты обижена на меня, и делаешь все, чтобы усилить свою злость на меня. Но тебе самой же хуже от этого.

– Нет, мне как раз лучше от этого. Я все больше начинаю понимать, кто ты есть такой на самом деле. И я не понимаю, как провела с таким человеком столько лет…

– Это пройдет. Ты поймешь… Рано или поздно, – поднимается с дивана, обходит его и к лестнице подходит. – Потому что все, что было все эти годы между нами… оно было настоящим, Венера. Ты не можешь этого отрицать.

Он все-таки хочет продолжить жить со мной. Ну, он не дурак. Понимает, как это удобно. А в Дарине он все-таки не уверен. Вот если бы был…

– Нет, Кос… Я не пойму. И уж тем более не прощу. Ты не вернешься мне утраченных лет и не возместишь страдания. Ты не способен. Ты врал пока мог. И сейчас лгать продолжаешь…

– В чем я тебе лгу?

От каждого моего слова он морщится. Неприятно ему все это слышать. А придется.

– Ты ее любишь. Признать не можешь этого передо мной. Ведь тебе надо, чтобы я осталась, так?.. Так можешь не скрывать. Я все равно с тобой не останусь, – поднимаюсь со ступеньки.

– Ты уже все решила?

– В одностороннем порядке. Но если ты наберешься мужества откровенно поговорить со мной о Дарине до моего ухода, то я выслушаю тебя. Ничего другого обсуждать я не желаю. Развод… обсудим позже, – разворачиваюсь и поднимаюсь наверх.

Следующие два дня тянулись мучительно долго, но я дождалась.

На руках у меня конверт, спокойно вскрыв который в машине, я нахожу ожидаемую информацию.

Со всей вероятностью – Варя не моя дочь. Я знала…

Отбросив листок на соседнее сиденье, я выезжаю на дорогу и еду домой.

Сегодня… Сегодня я приступлю к тому, что задумала.

Сомнения изрядно мучают меня, но когда, остановившись в пробке, я вижу на соседней полосе машину, внутри которой мой муж и его любимая зазноба, то от них не остается и следа.

Поспешив скрыться с глаз долой и взяв телефон, я делаю звонок человеку из своего прошлого.

Глава 19

Пару часов спустя…

Я недалеко от города. В придорожном кафе.

Увидев их двоих в машине, я сначала съездила домой… то есть в гнездо лжи, чтобы кое-что взять, после села в машину, бросила ее в центре, пересела в такси и приехала сюда.

Я не могу быть уверенной, что он за мной не следит. А об этой встрече он не должен знать. Вот я и была осторожной.

Даже телефон дома оставила. Он мне не нужен. Я дозвонилась до кого хотела, и раз уж он обещал приехать, то сделает это.

Сижу за столиком и жду.

Слышу, как позади открывается дверь заведения, доносятся тяжелые мужские шаги.

Поворачиваю голову.

– Привет…

– Ну привет. Что это за конспирация? – ко мне тянутся руки, чтобы снять темные очки.

– Да я… я забыла их снять. Солнечно сегодня. Спасибо, что приехал, Леш.

Алексей садится напротив меня, руки на стол складывает.

– Давно не виделись. Ты бы просто так звонить не стала… Да и на лице твоем все написано. Что случилось?

Меньше всего мне хочется, чтобы он думал, что я вспоминаю о лучшем друге детства только тогда, когда паршиво. Но именно так оно и есть сейчас.

– Ты прав, кое-что случилось меня… – три бледное лицо, на котором ни грамма косметики. – Но может, сначала, просто поговорим… Я… Как Маша и Денис? Большие, наверное, уже совсем.

– Да как обычно. Растут, неугомонные. Особенно Денис. Геля вроде с ними справляется, потому что я-то отец паршивый в последнее время, отсутствую постоянно. А как Варя?

– Варя… – поджимаю губы. – Она хорошо. Здорова. Тоже подросла.

– Черт, что случилось? Рассказывай.

– А случилось то, что… – лихорадочно выдыхаю. – Варя… Она не моя дочь… Моя дочь давно умерла… А Космос… Все было ложью…

– Стоп… Как это Варя не твоя дочь?

– Так. Она дочь его любовницы. Мы с ней как по волшебству в один день рожали. Моя дочь мертвой родилась, его подстилка не захотела ребенка воспитывать, вот он и…

Алексей пребывает в немом шоке, бегает глазами. После чего я приправляю все деталями, выговариваюсь по полной, чего ни с кем не могу себе позволить. С матерью я так не могу. Ей либо плохо станет, либо она такого насоветует, что… Никогда мы с ней не соглашались друг с другом. А Алексей – это другое дело.

– Венера… Это… Охренеть… – откидывается на спинку стула Алексей. – Нет, серьезно, я не знаю, что и сказать, но определенно считаю, что так этого оставлять нельзя.

– Я за тем тебя и позвала. Я… кое-что придумала. И мне нужна твоя помощь. Знаю, у тебя есть возможности, чтобы помочь мне…

– Я тебе помогу. Даже знаю с чего начать…

– Нет, Леш, я догадываюсь, о чем ты заведешь речь. Но мне это не нужно. Я не хочу, чтобы все вскрылось. Тем более, Кос сделает все для того, чтобы сухим из воды выйти. Дарину тоже выгородит. Ведь она любовь всей его жизни и мать его ребенка. При всем этом… он не хочет разводиться. А я не готова к долгим тяжбам.

– Я тебя слушаю. Что ты придумала?

Чуть подавшись к нему, я тихо излагаю, что и как я придумала.

Алексей до неузнаваемости меняется в лице. Он шокирован. Меня саму дрожь берет. Но я должна быть сильной.

– Венера, ты… Ты это серьезно сейчас все сказала?

– Вполне.

– Вот уж где черти водятся… Ты опасная женщина. Я знал, что обиженные женщины на многое способны, но чтобы вот так…

Я не обиженная женщина. Я – хуже. Бомба замедленного действия, которая рванет так или иначе. Кос думал, что я терпила. Он ошибается.

– Не осуждай меня, Леш.

– Не осуждаю. Просто… Тебе не кажется, что это перебор, жестоко?

– В самый раз. Я хочу, чтобы он ощутил… все ощутил на своей шкуре… Насколько может быть сильно отчаяние и вина… И многое другое…

Они после этого счастливы не будут. Просто не смогут.

– Я понимаю, – кивает. – Но это будет не так просто провернуть.

– Если не можешь, или это слишком опасно для тебя, то не надо. Я пойму.

– Я могу это провернуть. Просто я хочу, чтобы ты была уверена. На все сто. Чтобы ты не жалела потом.

– А я уверена.

– Что ж… тогда у тебя будет дней десять, чтобы подумать хорошенько.

– Десять дней?..

– А раньше я этого не устрою. Мне надо продумать все детали. Твой план неплох, а я должен доработать его. Ну а если ты передумаешь, то ладно. Мы просто забудем обо всем.

– Не передумаю. И ждать я готова. Спасибо, – тянусь к своей сумочке, достаю из него темно-синий футляр. Открываю его перед Алексеем. Хорошо, что рядом в кафе никого нет. – Вот, я прошу тебя возьми.

– Что это?

– Это бриллианты, сапфиры, белое золото… Этот гарнитур он мне подарил на годовщину свадьбы. Я прошу тебя, возьми его. Это тебе за помощь. Ты совершенно не обязан бесплатно мне помогать, сам рискуя. Уверена, ты сможешь довольно дорого продать эти безделушки, – поглаживаю камушки подушечками пальцев.

Мне совершенно не жаль эти вещи. Они больше ничего для меня не значат. И все же, после того, что он заставил меня пережить – я имею на них право, и распоряжусь как хочу.

– Избавляешься от его подарков?

– С большим удовольствием. Они ничего для меня не значат.

– Нет, прости, я не возьму.

– Почему?..

– Потому что я помогу тебе просто так. Убери. Сейчас же.

Так я и думала. Ну ладно…

Закрываю футляр и прячу его обратно в сумку.

– Ты главное продержись эти десять дней, и хорошенько подумай. Есть и другой путь, более простой.

– А я не хочу простой. После того как он изощренно лгал мне каждый божий день… на меньшее я не согласна.

– Понял тебя. Отговаривать больше не буду.

– Тогда… больше не стану отнимать твое время. Ты занятой человек, – поднимаюсь со стула.

– Тебя подвезти?

– Нет, не надо. Нельзя, чтобы нас кто-то увидел. Я на эти десять дней затихну. Буду игнорировать все, что будет происходить, – его встречи с подстилкой, задержки допоздна, разговоры Вари о любимой маме Дарине – тоже. Абсолютно все, что будет резать меня без ножа. – Я просто буду ждать. Ждать звонка от тебя буду.

– Жди. И не бойся, я не подведу.

Вскоре я приезжаю домой. Варя дома одна, своими делами занята. Ее отец с матерью где-то отжигают вместе, но пусть.

Я притворюсь его женой еще на десять дней. Ужин пойду приготовлю.

Ублюдок приезжает только к двенадцати. Осмеливается войти в комнату, в которой я расположилась. Я сейчас в ванной комнате. Как раз собиралась принять снотворное, чтобы уйти хоть на ночь от этого кошмара.

Только я собираюсь проглотить таблетки, как он бесцеремонно вваливается ко мне, выбивает таблетки у меня из руки, которые летят в разные стороны.

– Что ты делаешь⁈

– Ладомирский, ты больной? – интересуюсь спокойно, смотря с ненавистью. – Это ты что делаешь?

– Что ты решила выпить⁈

– Не яду. Не радуйся.

– Где инструкция от таблеток?.. Где, я спрашиваю⁈

– В гробу твою заботу я видела, понял? Я пью, сколько мне нужно. Выйди вон!

Глава 20

Не выходит.

Достаю из баночки еще таблетки, беру стакан воды и у него на глазах запиваю снотворное.

– И долго ты тут столбом стоять собрался? Я тебе спальню уступила. Вот туда и иди… после тяжелого рабочего дня. Он ведь такой у тебя был, да?

– Я понял, Нера, ты выбрала модель поведения, намерена придерживаться ее… но знаешь, это ни к чему хорошему не приведет.

Недолго я буду ее придерживаться. Десять дней.

– Я не собираюсь это обсуждать. Я уже получила всю информацию, которую хотела. И моя модель поведения – оправдана.

– Какую информацию?..

– Результат теста я получила, с матерью твоей поговорила… С Дариной только не пообщалась, но знаешь… мне это и не нужно. Мне так о ней все понятно.

– Ты делала тест ДНК? – удивляется он. Не привык, что я что-то за его спиной делаю.

– Конечно. Я не могла быть уверена, что ты все это не придумал с Дариной, чтобы разлучить меня с Варей.

– Ты думаешь, я так бы поступил?

– Ты поступал и похуже. И не прикидывайся порядочным. Тебе это понятие незнакомо. Отойди, – толкаю его ладонью в плечо, выхожу из ванной комнаты. – Будь добр, уйди. Я буду отдыхать. Твоя дочь у себя в комнате. Полюбуйся на беспорядок у нее там. Я три раза сказала ей прибраться, но она капризничает из-за того, что ей с Дариной общаться больше не дают, так что… сам с ней разбирайся. Я устала.

– Я с ней поговорю.

Она сегодня себя отвратительнее вела. Я даже лезть к ней не стала. Пусть.

– Поговори. Хотя, впрочем, мне все равно, – отворачиваюсь к окну. А он все стоит на месте. – Еще что-то хочешь сказать?

– Ты сказала, что готова со мной поговорить.

Да неужели…

– О Дарине и твоих чувствах к ней?

– Не только. И о нас тоже.

– Говори, – напрягаюсь, но грею себя мыслью, что теперь, что бы он мне ни сказал – я уже все решила. – Только не криви душой, как ты это делал десять лет. Говори, как есть.

– Эти десять лет не были ложью. Это ты уже придумала, Нера. Были мои ошибки, горе… о которых я был не в силах тебе рассказал. Потому что я волновался о тебе. Боялся потерять тебя. Боялся, что узнав о смерти Риты ты…

– Не надо об этом. Молчи о Рите, понял⁈ – шиплю, стоя к нему спиной. – Ты права не имеешь говорить о ней…

– Нера, я знаю, что ты теперь видишь ложь во всем, но…

Так мы далеко не уйдем. Он сглаживает углы, пытаясь смягчить меня. Но черта с два ему это удастся.

– Ты ее любишь? Свою бывшую, – спрашиваю, смотря в одну точку.

– Венера, не надо…

– Нет, не так. Другой вопрос тебе задам. Ты женился на мне, чтобы забыть ее? Или тебе просто нужна была нянька для твоей дочери? – оборачиваюсь.

Кос делает ко мне шаги, останавливается на расстоянии вытянутой руки и произносит, глядя мне в глаза печально:

– Нет, я просто люблю ее больше, чем тебя. Но тебя все равно люблю. Мы с тобой почти десять лет прожили вместе. Это не осталось бесследно. Послушай, Венера… – пытается за руку взять.

Отступаю от него, чувствую распирающую боль в груди.

Сказал… Наконец-то… Не совсем правду, но почти. Меня он не любит. Не любил и даже в самом начале.

– Убирайся… – зажмуриваюсь. – Я сказала, убирайся!

– Я это сделаю, но ты же понимаешь, что я заберу дочь с собой?

Он понял, мое «убирайся» правильно. Не просто из комнаты. А вообще…

– Понимаю…

Мое «понимаю» для него шок. Он ждал, что я психану, буду держаться за Варю, и тогда он сможет мною манипулировать. Сюрприз! Не буду я держаться за то, что мне не принадлежит. Но и не уйду так просто. Она не придет сюда, и не займет мое место.

Вот и поговорили.

– Все, теперь можешь уходить. Развод я сейчас не готова обсуждать. Мне надо хорошенько подумать при каких условиях он будет.

Обхожу его и направляюсь к двери, открываю ее и жестом руки выпроваживаю его. Но вместо того, чтобы уйти, он захлопывает дверь и смотрит на меня агрессивно.

– Так значит, да?.. Ты просто берешь и отказываешься от меня, от Вари?

– Ты мне больше не нужен. А Варя себе другую маму присмотрела. Она теперь на меня как на врага смотрит. Скажи спасибо за это любви всей своей жизни.

– Что ты вообще говоришь такое?.. Варя запуталась. Я больше не позволю Дарине с ней видеться. Обещаю.

– Угу, у нее теперь времени для встреч с дочерью не остается, ведь ты ей в своем обществе не отказываешь. Между сексом и дочерью она, конечно, выберет секс.

Я могла бы сказать, что видела их сегодня, но зачем? Мне не нужна ни правда, ни его оправдания.

– Нера, перестань… Мы семья несмотря ни на что.

– Семья несмотря ни на что?.. Я, значит, должна теперь твою больную любовь к Дарине, пока у тебя ремиссия не настанет? А еще я должна забыть о своей дочери?.. Что мне еще забыть?

– Нера, я не прошу забыть…

– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты думаешь, что у тебя есть выбор. Я или она. Но у тебя его нет. Есть только она. Потому что тебя для меня – больше нет. Так что советую тебе готовить свою Рину на мое место. Если, конечно, она способна занять мое место. На моем месте не так уж и просто. А обо мне не беспокойся. Со мной все будет… хорошо.

– Нет, Нера… Ты врешь мне сейчас в лицо. Ты изображаешь спокойствие. Притворяешься, что тебе ни я, ни Варя не нужны. Ты не такая… Ты просто так не можешь.

– Нет, милый, это ты просчитался. Я не стану держаться за этот брак из-за Вари. Она мне дорога, это чистая правда, но что поделать… – пожимаю плечами. – Придется нам расстаться. Так будет правильно. И я не передумаю ни через неделю, ни через год. Так что ты зря пытаешься вразумить меня.

– Я не дам тебе развод, – твердо. – Вздумаешь бежать… я тебя где угодно найду.

– Посмотрим…