![](/files/books/160/oblozhka-knigi-skazki-temnogo-goroda.-yad-347013.jpg)
Текст книги "Сказки темного города. Яд"
Автор книги: Наталиса Ларий
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава 2
– Крис, как Катрина? – устало поставив на пол пустую корзину из-под белья я тихонько подошла к подруге, которая сидела у изголовья кровати, на которой лежала девушка, хриплое дыхание которой периодически прерывалось тихим стоном.
– Жара вроде бы нет, – Кристина осторожно потрогала ее лоб, который поблескивал при свете лампы от выступивших на нем капелек пота. – Даже поела немного. Может на поправку уже пойдет, – надежда в голосе Кристины не была чужда и мне, ведь я до боли хотела, чтобы Катрина вновь встала на ноги после продолжительной болезни, которая уложила ее в кровать уже как месяц назад.
– А врач что говорит? – спросила тихо я, зная, что Катрину осматривает лучший лекарь столицы, поскольку мадам Дизар очень переживала за ее жизнь, поэтому и ухаживала за ней так, словно она была не просто одной из ее воспитанниц, а самой что ни на есть наследной принцессой. Да это было и не мудрено, ведь на содержание Катрины мать выделяла просто баснословные деньги.
– Ничего не говорит, – недовольно нахмурила брови Кристина. – Пришел, послушал, какие-то лекарства снова оставил и уехал.
– Господи, хотя бы забрали ее уже отсюда, что ли. Ей через два месяца ведь восемнадцать уже будет. Мать обещала устроить ее по осени в колледж искусств. Ну сколько можно вот так держать ее за этими стенами, словно она какая-то преступница, – возмущенно прошептала я, положив руки на спинку кровати.
– Я слышала, как мадам Дизар сказала Розалин, что мать Катрины боится ее отца. Она не говорила почему, но раз ее тут держит, то причина ведь не абы какая должна быть, – пожала плечами Кристина.
– Ты тоже думаешь, что ее отец – фэйри? – тихо спросила я.
– А то чего думаешь мамаша-то боится? Может отберет девочку у нее и все. Заберет вот так на земли фэйри и не увидит она больше Катрину. Наши ведь женщины очень редко беременеют от них, и отцы всегда очень трепетно относятся к таким детям. А этот, вдруг вообще он и не знает, что дочка у него есть. Не зря же Катрина жила столько лет здесь. А вообще, думаешь матери нужно, чтобы дочка переняла все от этих крылатых? Она ж если полукровка, так по достижении нею восемнадцати лет должна пройти инициацию с их силами этими чертовыми. А оно надо ей? Они вроде-то и похожи на нас, ан нет, змеюки еще те. Кровь фэйри дает о себе знать. А так она достигнет восемнадцати лет и все, сущность фэйри в ней испарится, как вода из котелка и будет наша Кэт чистой воды человек. Вот мать особо и не афишировала рождение девочки, – как всегда с видом знатока проговорила Кристина, кивнув головой.
– Да уж, лучше пусть без этой подноготной будет, а то вот так иногда как вижу их, что полукровок, что чистокровных – ну голубая кровь, да и только. Как посмотрят своим презрительным взглядом, мурашки прям по коже, – проговорила я, вспомнив презрительный взгляд фэйри, любовника матери.
– Ну да, а как слюни пускать на нас, так куда и девается голубая кровь, – хмыкнула Кристина.
В этот момент дверь в комнату резко распахнулась и внутрь быстро вошли четверо мужчин-фэйри в черных костюмах с вышитым гербом на плече в виде скрещенных мечей, увитых плющом. За ними следом вбежала мадам Дизар.
– Я не знала, что девочка была полукровкой! Мать не ставила меня в известность! Клянусь вам! – заламывая руки она испуганным взглядом смотрела на высокого мужчину в зеленого цвета камзоле, темных штанах и высоченных сапогах со шпорами.
– Будете объяснять это клану надзора за правилами, – ледяным тоном проговорил мужчина, кивком головы отдавая приказ своим подчиненным, двое из которых ухватили мадам Дизар под руки, а двое других двинулись к кровати, на которой спала Катрина.
Смотря в ужасе на все происходящее, я вмиг кинулась к девушке, загородив ее собой.
– Куда вы ее собираетесь увозить? – с ужасом смотрела на носилки, которые принесли с собой мужчины. – Она болеет сильно! Ее нельзя перевозить сейчас! Она умереть так может! – возмущенно оттолкнула я того, который хотел было отодвинуть меня в сторону.
– Мадмуазель, вам лучше не вмешиваться! – мягким тоном проговорил мужчина, перед которым мадам Дизар едва ли не падала на колени.
– Нет, скажите сначала, куда вы ее забираете! – понимая, что на меня никто здесь не обратит внимание и Катрину в любом случае увезут, я уже более мягким тоном добавила, – пожалуйста! Она мне как сестра. Скажите, что с ней будет?
Мужчина подошел ко мне и смотря на меня сверху вниз, поскольку был он под два метра ростом, ответил так, словно знал, о чем мы с Кристиной говорили всего пару минут назад:
– С вашей подругой все будет хорошо. Мы заберем ее к отцу. Мать ошибку сделала, когда скрыла ее. Девочка может умереть, если не провести обряд инициации с силами фэйри. Она ведь полукровка, без этой инициации она жить не будет. Тебе не о чем переживать, – бархатным голосом проговорил мужчина, словно успокаивая меня.
– Но говорят ведь, что полукровка, достигнув восемнадцатилетнего возраста, просто теряет магию фэйри, которая живет в ее крови, – я мельком кинула беглый взгляд на Кристину, поскольку это именно она такое мне наплела, а насколько это было правдой, я не знала.
– Как тебя зовут? – задал вопрос мужчина.
– Селена, – ответила я.
– Селена. Вы, люди, живете домыслами и порой такие сказки рассказываете о нас, которые не имеют ничего общего с действительностью. Полукровка погибает, если до восемнадцати лет не сделать то, что необходимо. Поэтому твоя подруга и угасает медленно сейчас. Если бы не врач, который понял, что здесь что-то не так и не пришел бы к нам, то уже через пару недель вы бы ее хоронили.
– Вы не врете? – нахмурилась я.
– Фэйри никогда не врут, в отличие от вас, – усмехнулся презрительно мужчина и развернувшись направился к выходу, кивком дав знак остальным следовать за ним.
Когда Катрину положили на носилки и вынесли из комнаты, а мадам Дизар вывели следом, мы с Кристиной переглянулись, не понимая, что же теперь будет дальше, ведь на мадам Дизар держалось наше заведение, и хоть она была далеко не самой доброй директрисой, но мы все понимали, что своим уровнем образования, воспитания и прочими важными сторонами своей жизни, проведенной здесь, мы были обязаны именно ей.
Спустившись через какое-то время следом, мы с Кристиой, как и другие девочки пансиона, собрались в зале у камина, тихонько перешептываясь между собой. Каждая из нас хоть и не очень любила мадам Дизар, но в свете нынешних событий переживала за ее судьбу, поскольку все знали, что нарушение законов, касающихся фэйри, каралось жестоко и какова участь ждала женщину, которая всю жизнь положила на службу детям, никто не знал. Спустя какое-то время в зал вошла мадам Розалин, которая всегда во время отсутствия мадам Дизар замещала ее.
– Мадам Розалин, что теперь будет? – спросила обеспокоенно Кристина. – Мадам Дизар ведь отпустят?
Женщина устало окинула всех нас взглядом и сказала:
– Не знаю, девочки мои, что будет с мадам Дизар. Нужно дождаться теперь решения короля или клана надзора, и уж потом станет все ясно. А пока мы можем только молиться о ней. Больше мы ей ничем не поможем.
– Правильные слова, – раздалось позади нас и повернувшись мы увидели высокую молодую женщину, которая так тихо подошла к нам, что никто не услышал даже.
– А вы, простите, кто? – строго спросила у женщины мадам Розалин.
– Я новая директриса вашего пансиона, – спокойным тоном ответила голубоглазая красавица, окинув всех нас своим томным взглядом, в котором, несмотря на кажущуюся мягкость, так и проскакивали презрительные искры, которые были так присущи взгляду чистокровных фэйри в те минуты, когда они смотрели на нас, людей.
– Нас никто не предупреждал о том, что будет такая замена, – в голосе мадам Розалин отчетливо слышались нотки недовольства, поскольку она с мадам Дизар работала бок о бок в пансионе около двух десятков лет точно, и точно ох как нерадостно восприняла известие о том, что управлять заведением будет теперь фэйри.
– А вы что, занимаете какую-то важную должность здесь, что вас обязаны были заранее предупредить о моем приходе? – насмешливо спросила женщина, окинув взглядом невысокую фигурку мадам Розалин.
– Нет, но все же. Мы вас не знаем, никто не предупреждал о том, что вы будете теперь здесь вместо мадам Дизар, – сухо бросила в ответ женщина.
– Такого оповещения вам будет достаточно? – усмехнулась фэйри, протянув мадам Розалин бумагу с печатью короля.
– Вполне, – мадам Розалин бегло прочитала бумагу и вернула ее новоприбывшей директрисе.
– Ну и чудно, – съехидничала та и повернулась к нам, окинув всех своим стальным взглядом. – Меня зовут леди Румелия. С сегодняшнего дня я ваша новая директриса, и вы, красавицы, переходите под мою опеку.
– А как же мадам Дизар? – спросила одна из девушек.
– Мадам Дизар? Мадам Дизар ближайшие несколько месяцев ждет разбирательство по делу укрытия полукровки в этих стенах. Такой ребенок и рос в этом, – она презрительно окинула обстановку комнаты.
– Она не укрывала ее! – возмутилась я. – Она вообще не знала, что Катрина была полукровкой!
– Ты в этом уверена? – сузив глаза спросила фэйри, подойдя ко мне ближе.
– Уверена. А почему нет? Кто о таком может знать? Это у вас вон глаза неестественно голубые, это ваша отличительная черта, которая не дает вас спутать ни с кем из людей. А полукровки они как мы, люди. Как можно о таком догадываться? – пожала я плечами, наблюдая за женщиной, которой, скорее всего, мое заступничество за бывшую директрису не очень-то понравилось.
– И то верно, – усмехнулась фэйри. – Но, тем не менее, факт остается фактом. В этих стенах почти восемнадцать лет жила полукровка и чуть не погибла. А знала, не знала о ее происхождении ваша мадам Дизар, это уже другой вопрос и не нам в нем разбираться. А теперь покажите мне все документы, касающиеся работы пансиона, – женщина резко повернулась в сторону мадам Розалин.
– Как скажете, – сухо бросила та ей в ответ и направилась в сторону кабинета мадам Дизар.
Мы же разбрелись по особняку, поскольку уроки были отменены в связи со сложившимися обстоятельствами. Мы с Кристиной поплелись на кухню, где, усевшись за стол, задумчиво начали потягивать из чашек заботливо приготовленный кухаркой чай.
– Что ж теперь будет? – тихо пробурчала я себе под нос, смотря на парующую в моей чашке жидкость.
– Что-что, – хмыкнула сидящая напротив меня одна из воспитанниц, – раз фэйри даже руководить пансионом для людей поставили, и дураку ясно, что они становятся главными в нашем государстве.
– Да что ты такое говоришь, – махнула на нее рукой сердито Кристина.
– Говорю то, что слышала уже не раз, – возмутилась девушка. – Вы что, совсем слепые или глухие? Разве вы не видите, что они заправляют практически всем теперь? Школы, пансионы, суды, совет при короле и тот состоит на половину из представителей кланов фэйри.
– Просто король хочет, чтобы мы были равны с ними. Что здесь плохого? – пожала плечами Кристина.
– Как что? Ты что, не понимаешь? Если раньше наше государство сколько раз пытались захватить то вервольфы, то ведьмы, то вампиры, но мы всегда давали им отпор. А эти под видом помощи просочились на наши земли да без единой военной стычки практически оттеснили нас на второй план. Еще чуть-чуть и все, будем рабами у них, – девушка с такой злобой это сказала, что мне стало не по себе.
– Фэйри и правда на равных с нами сейчас, – спокойно проговорила я. – Но это если смотреть на них, как на другой вид, другую сущность. Но ведь если принимать их как своих, то ничего страшного в этом ведь нет.
– Нет? – хмыкнула девушка. – Хорошо, будем смотреть как на равных. А они на нас так смотрят? Ты не задавалась вопросом? Мадам Дизар зачем тогда увезли сегодня, если мы с ними равны? Ну пускай бы себе забрали Катрину, а зачем ее вот так, под конвоем прям увели! Это ли не сигнал о том, что все, мы так, второй сорт на своих же землях!
Мы с Кристиной переглянулись, покачав головами, поскольку ведь никогда над этим не задумывались серьезно.
– И вообще, против кого мы объединились с ними? Против вервольфов? А чем вервольфы хуже фэйри? – хмыкнула она.
– Ой, не скажи, – замахала руками Кристина. – Мне даже бабушка рассказывала о прошлой войне с ними. Сколько наших тогда полегло и, если бы не фэйри, нас уже может и как вида не существовало бы.
– Ладно, что вам говорить, – окинув презрительным взглядом нас, девушка встала из-за стола и забрав чашку с чаем пересела к другим воспитанницам, которые так же шептались за столом напротив.
– Почему она так против фэйри? – удивленно окинула я взглядом девушку, которая раньше в такой неприязни уличена не была и всегда с уважением высказывалась в их адрес.
– Селена, ты вообще все время это здесь жила или нет!? – удивленно посмотрела на меня Кристина. – Отец хотел устроить ее брак с сыном фэйри, приближенного к королю. Да тот отказал, посчитав, что сие чудо, – кивнула в сторону смеющейся девушки, – достойно только быть украшением борделя, куда захаживает его сын.
– Да ты что! – с ужасом проговорила я. – Что, так и сказал прям?
– Ну да. У нее ведь мать – шлюха. Когда она родила, то отдала ее отцу, а тот, недолго думая, спровадил сюда. У самого ведь так детей больше и не было, вот она теперь наследница у нас богатая, – усмехнулась Кристина. – Да только фэйри ведь не чета нам, людям. Какое бы приданое не давали за девушку, они в первую очередь смотрят на ее корни. А там корни с грешком, – прошептала подруга, поведя бровью. – Дочь шлюхи может быть только шлюхой в их понимании.
Я нахмурилась, вспомнив слова, которые мне тогда сказала Катрина насчет моей матери. Именно после услышанного от Кристины почему-то подумала, что, возможно, мать была права, когда решила не появляться в моей жизни более. Ведь, если верить Катрине, она была куртизанкой, а поскольку сама шла таким тернистым путем, то было более чем понятно, что мне она такой судьбы не желала, а может не только судьбы, но и такой матери, какой была сама. Платила она исправно за мое содержание в пансионе, надеясь на то, что я, выйдя из этого заведения, смогу найти свой, более чистый и честный путь, а может мне так казалось и матери было более чем наплевать на меня, находясь под крылом того голубоглазого исчадия ада, которое тогда швырнуло мою игрушку в грязь.
– Кристина, Селена, – прервал мои размышления голос мадам Розалин. – Вас к себе зовет новая директриса, – женщина даже глаза прикрыла, настолько ей претило произносить эти слова.
– Зачем? – спросила я, поскольку даже мадам Дизар очень и очень редко приглашала к себе в кабинет кого бы то ни было, а эта только пришла, как враз к себе в кабинет вызвала.
– Не знаю, – развела руками мадам Розалин. – Но вы, девочки, осторожнее с ней. Она не такая, как мадам Дизар, это ей судьба каждой из находящихся под этой крышей девочек была небезразлична. А эта…змея она в общем, – тихо сказала она и кивнула нам на выход, давая понять, что идти нужно быстро, иначе промедление будет наказуемо.
– Что ей надо? – нахмурилась Кристина, идя по коридору. – Только приехала, а уже что-то не устраивает ее, царскую особу, будь она неладна!
– Да ладно тебе, – одернула я ее. – Не нужно раньше времени так на нее говорить. Мы ее не знаем совсем, а вдруг она не плохая?
– Посмотрим. Надеяться надо на лучшее, а быть готовой к худшему, – тихо ответила Кристина.
Остановившись перед дверью, мы тихо постучались и, услышав разрешение войти, переступили порог кабинета, в котором практически никогда раньше не бывали.
Леди Румелия, как она себя называла, сидела за длинным столом из красного дерева и курила сигарету в длинном мундштуке, рассматривая какие-то документы, лежащие перед ней. Как только мы вошли и остановились по центру комнаты, она перевела на нас взгляд и прищурив глаза окинула с ног до головы своим пронзительным взглядом голубых глаз.
– Садитесь, – кивнула она на стоящие подле стола стулья и когда мы заняли свои места, проговорила, кивнув на документы, – я бегло ознакомилась с делами всех девочек и из всех меня заинтересовали именно ваши.
– Чем? – сухо спросила я, нутром чуя, что не к добру весь этот начавшийся разговор.
Фэйри молча докурила сигарету и когда от нее остался лишь пепел в хрустальной пепельнице, отложила мундштук в сторону и сказала:
– Начнем с тебя, – кивнула она на Кристину и положила перед ней листок, на котором были написаны какие-то цифры в столбик. – Ты, я так думаю, не знала, что три года назад умер тот, кто оплачивал твое содержание?
Кристина испуганно посмотрела на лист и перевела взгляд на женщину.
– Нет, не знала. Платил двоюродный брат моей покойной матери и старался делать это исправно. Но я никогда его не видела и тем более не общалась, а мадам Дизар никогда ничего мне не говорила о нем, поэтому я ничего не знала о его смерти, – сказала подруга с нотками тревоги в голосе, прекрасно понимая, чем было чревато наличие долга за пребывание в пансионе.
– Ясно, – скривила губы в презрительной улыбке красавица и перевела взгляд на меня. – У тебя еще более печальная картина, – она положила передо мной бумагу тоже, и я, увидев внизу листа подытоженную сумму, просто глаза прикрыла. – За твое содержание перестали платить семь лет назад, – женщина откинулась на спинку стула и изучающе окинула меня взглядом.
Я взяла в руки бумаги и удивленно перевела взгляд на фэйри:
– Я тоже понятия не имела, что живу здесь в долг, – кивнула я на бумагу с большой суммой. – Может ошибка какая?
– Да какая ошибка, – забрав у меня бумаги женщина положила их в старую папку и сказала, – эти бумаги подписаны конторой по контролю за долгами, а они точно не ошибаются. И еще, метрика твоя новая совсем, – она показала мне мои документы, – почему?
– Пожар несколько лет назад был, тогда сгорели документы у многих девочек. Да и погибли двое, – проглотив комок в горле ответила я, вспомнив тот злополучный день.
– Понятно, – она окинула нас с Кристиной взглядом и проговорила строго, – в любом случае, вы ведь знаете, что долг за пребывание вы будете должны отрабатывать. Знаете? – строго спросила она.
– Конечно знаем, – я опустила глаза, прекрасно помня тех девочек, которые выходили отсюда с такой обузой на плечах, ведь мадам Дизар никогда отсюда никого не выгоняла, считая, что у девочек должен быть шанс в жизни на достойное будущее, а оно может быть только в том случае, если образование и воспитание будет соответствующим, поэтому до последнего всегда хранила секрет о том, что кто-либо вдруг оставался без финансового обеспечения, дабы раньше времени не бередить душу.
Хотя, скорее всего у нее на то были свои мотивы, ведь отрабатывать девушки долг должны были там, куда она их направляла, а мало кто хотел трудиться портнихой при какой-то капризной графине или выносить утку из-под ополоумевшего богатого аристократа, но мадам Дизар это никогда не волновало и девушкам приходилось год, а то и два забывать обо всем и трудиться не покладая рук, все жалование переводя мадам Дизар, а самим довольствоваться тарелкой супа и крышей над головой. Поговаривали даже, что таким образом директриса поставляла дешевую рабочую силу для тех богатых, кто уж больно дотошно считал каждую копейку, уплывающую из их кошелька. Но я в такие слухи мало вникала, почему-то думая, что моя мать просто не могла не платить за содержание, поэтому свалившаяся на мою голову нерадостная весть в виде этого долга просто выбила меня из колеи.
– И что теперь? – тихо спросила Кристина.
– Теперь…Теперь вам нужно будет отдавать долг, – пожала плечами женщина.
– Мы это знаем. Но до выпуска ведь еще год. Мы можем закончить обучение? – пристально глядя в глаза этой непрошибаемой женщины спросила я.
– К сожалению, нет, – отчеканила та в ответ. – Основную ступень образования вы уже получили, поэтому я не вижу смысла тратить на вас еще хоть копейку. Пансион не безразмерный, детей, которых хотят сюда пристроить – очень много. Поэтому, вы с сегодняшнего дня должны будете приступить к выполнению обязанностей, которые будут приносить вам деньги, мои дорогие. Поскольку невыплата долга – вещь наказуемая. Думаю, вам не нужно об этом напоминать, – хищно прищурила глаза красавица и мне прям захотелось вцепиться ногтями в ее белоснежное, напудренное, холеное лицо. – А поскольку работать вы должны там, куда я вас направлю, то об этом сейчас и будем говорить подробнее, – добавила она и закурила еще одну сигарету.
– И куда вы нас отправите? – испуганно спросила Кристина.
– На данный момент у меня два варианта, – проговорила фэйри, окидывая оценивающим взглядом нас с подругой. – Первый. Одному мужчине нужна сиделка. Он некоторое время назад вернулся с приграничной с государством вервольфов территории, где был тяжело ранен и едва выжил. Платить будет хорошо, но работа, сами понимаете, не из легких. Нужна будет моральная выдержка, поскольку ухаживать за кем-то в таком состоянии, дело, мягко говоря, не только не из легких, но и не из приятных, если там что-то серьезное. Я, к сожалению, не знаю всех подробностей.
– И кто этот мужчина? – спросила я, мельком кинув взгляд на Кристину.
– Это граф из клана фэйри темных охотников, – проговорила леди Румелия, пристально глядя на меня.
– Фэйри, – покачала я головой. – А почему вы не найдете ему кого-то из своих?
– Из наших? – удивленно посмотрела она на меня.
– Ну да, – пожала я плечами. – Почему нам, людям, это предлагаете?
– А кому же еще? Такую работу фэйри не будут выполнять, а полукровок – раз, два и обчелся в столице, – хмыкнула женщина и я поняла, что та девушка сегодня была права, когда сказала, что мы для них так, второй сорт и не более.
– А какой второй вариант? – спросила Кристина, которая явно не хотела быть сиделкой у невесть кого.
– Ну, второй более приемлемый, на мой взгляд, для таких милых девочек, – леди Румелия улыбнулась, но именно эта ее улыбка и насторожила меня.
– И чем же он такой более приемлемый? – съязвила я.
– Тем, что это не будет грязной работой, – прощебетала она. – В одно заведение, которым руководит моя сестра, нужны помощницы. Навести порядок, принять гостей, красиво украсить стол, сыграть может что-то или спеть вечером. Я ведь знаю, что вас здесь всему этому обучали. В общем, быть на подхвате. Это по началу, а потом сестра уже посмотрит на вас и определит для вас более узкий круг обязанностей, которые вы будете выполнять.
– Что за заведение? – сухо спросила я.
– Это кабаре «Яд», – ответила фэйри, не преставая мило улыбаться.
– Бордель? – недоверчиво протянула я, не до конца понимая еще, то ли она шутит, то ли действительно предлагает такое.
– Да бог с вами, мои хорошие. Какой же бордель! – воскликнула леди Румелия. – Это всего лишь развлекательное заведение.
– Развлекательное заведение для фэйри, – проговорила Кристина. – В котором наши девушки вытанцовывают с обнаженными ногами и невесть в каких откровенных костюмах. В котором льется рекой вино, а на втором этаже ваши мужчины придаются развлечениям с понравившимися им танцовщицами. Нет, это не бордель. Это рай, – хмыкнула она.
– Господи, а ты откуда обо всем этом знаешь? – моему удивлению не было предела.
Кристина ничего не ответила и только отмахнулась.
– Да, это заведение исключительно для наших мужчин и приближенных короля. Но, чтобы вы не думали, что это какое-то грязное место, скажу вам, что туда по выходным захаживает и его величество со своими близкими друзьями. Нет, – вздернула она руку, поймав мой презрительный взгляд, – он не ходит туда к женщинам. Он просто любитель яркой обстановки, а там очень и очень все празднично проходит всегда. Танцы, музыка, красивые женщины на сцене, занимательные игры в карты, почему нет?
Я только головой покачала в ответ на такую интерпретацию того, что происходило в том злачном месте, о котором были наслышаны даже мы в пансионе.
– И самое главное, – уже более строгим тоном проговорила леди Румелия. – Работая в этом заведении вы сможете выплатить долг намного быстрее, чем если будете выносить утку, – хмыкнула она. – Кристина выплатит за год, а ты, Селена, за два года. Тогда как работая на графа этот срок увеличится вдвое, – она приподняла бровь и сочувствующе посмотрела на нас.
– Лучше уж год вытирать столы да махать ногами, чем вытирать слюни какому-то полоумному, – скривив губы проговорила Кристина.
– Ты что!? – я враз повернулась в ее сторону. – Ты же сама сказала, что это бордель!
– Ну и что? – пожала она плечами. – Что тут фэйри, что там. Неизвестно что там за мужчина, сколько ему лет и в каком он состоянии. Здесь хоть более-менее понятно все. Заставлять меня ложиться под них ведь никто не будет? Могу ведь отделаться лишь работой в той сфере, которую выберу сама? – спросила Кристина у Румелии, и та утвердительно закивала головой.
– Кристина, ну ты что! – осуждающе проговорила я, зная довольно-таким меркантильные взгляды подруги, которые могли завести ее бог знает куда, если она попадет в то заведение, где фэйри покупали любовь наших женщин.
– А что тут такого? Твоя мать вот, не очень-то думала о том, что раздвигает ноги перед фэйри. Смотри как ради цацек, которыми он ее задаривает, даже о тебе позабыла, – одернула меня подруга и я опустила глаза, понимая, что вообще не должна рассуждать о нравственной стороне кого бы то ни было, раз сама была дочерью той, которая не гнушалась раньше слыть на всю столицу куртизанкой.
– Ты же знаешь, что это дорога в один конец, – тихо сказала я, пытаясь образумить подругу.
– Да в нашем случае любая дорога в один конец, – устало ответила Кристина. – Мы без поддержки, приданого, и прочей мишуры, которая дает дорогу в безоблачное будущее. Кто мы в этом мире, Селена? Никто. Я пойду в кабаре, – поговорила она леди Румелии, и та довольно улыбнулась.
Я судорожно сцепила пальцы в кулак, пытаясь понять, как же поступить в данном случае, ведь работать слишком долго за уплату долга не хотелось. Но вспомнив тоскливый взгляд матери в тот момент, когда она держала моего мишку в руках, не имея права даже сказать мне, что она и есть моя мама, поскольку стоящий подле нее мужчина был против присутствия дочери в ее жизни и крепко держал ее за поводок, поскольку репутация матери была ох на каком низком уровне, ответила:
– А я лучше утку буду выносить, чем потом не иметь возможности смотреть без стыда в глаза своим детям.
Румелия прищурила глаза и откинувшись на спинку стула едва уловимо кивнула, словно выражая мне свое уважение. Затем хлопнула в ладоши и сказала:
– Тогда идите собирать вещи и спускайтесь сюда через час.