Текст книги "(Не) Замена (СИ)"

Автор книги: Натали Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

–Можешь не волноваться, Поль, – я криво улыбнулась. – Он не особо рвется... Заменять.

Полина вздохнула.

–Может, Саш, оно и к лучшему? Понимаю, сейчас тебе это неприятно. Но Артем... У него всегда было полно денег и девушек. И готов ли он для тебя измениться?

О чем она вообще? Не слышала меня?

–Я ему не нужна, – отчеканила я, – Так что повторяю – волноваться тебе не из-за чего. За то, что не включила телефон – прости. Я хотела побыть одна.

Матвей разглядывал нас двоих довольно скептически. Но молчал. Он говорил всегда тогда, когда считал, что ему есть что сказать. Сейчас, наверное, подумал, что это наше с сестрой дело. Или ругал меня, за то, что им пришлось ехать сюда. А ребенок у них в Москве остался.

–Я не собираюсь топиться с горя, Поль, – укоризненно добавила я. Как ей такое в голову пришло! Я не слабачка, – Просто мне сейчас лучше одной. Хотя бы несколько дней.

–Телефон включи, сепаратистка, – велел Матвей и протянул руку жене, – Дай девчонке стать взрослой, Поль. Иногда это надо.

Я при них включила сотовый, и они, наспех попрощавшись, ушли.

Я села на диван и уставилась в телевизор, не обращая внимания, что там показывают. Не знаю, сколько просидела в ступоре. Но из него мне вывел звонок телефона. Не глядя, нажала кнопку, ведь пообещала отвечать на звонки.

–Наконец-то! – рыкнул в ухо знакомый голос.

Который я абсолютно не хотела слышать.

Глава 20

Саша

Зачем звонит? Эта мысль пульсировала в голове, лишая последних остатков самообладания. Все, что я хотела – это забыть о синеглазом демоне, осознав внезапно, что его игры мне не по зубам.

–Ты почему сбежала, никому ничего не сказав? И почему ко мне с утра пораньше врываются твои родственники, обвиняя во всех смертных грехах? – Артем говорил, не сдерживаясь.

А я почувствовала очередной укол разочарования. Оказывается, он просто недоволен визитом Полины.

–Что с девки тебя сняли? – ревность пополам с болью совсем отключили мозги, иначе я бы не стала расписываться в еще большей слабости.

–Если и сняли – то, что? Ты кто такая, чтобы высказывать мне какие-то претензии? Если я пару раз тебя зажал, то это не значит, что я – твоя собственность! Да и потом, девочка. Мне всегда настораживала разница в материальном положении. Люди выбирают себе подобных. Или тех, кто выше по положению. Потому что не хотят скатываться на дно. И если ты решила, что таким образом хорошо устроишься в жизни, подключив сестру, да и остальных, то ты просчиталась. Тебе придется найти другого лоха, чтобы взобраться в высший эшелон.

Это звучало до того зло, что я почти не верила, что слышу такое от Артема.

–Что ты говоришь?! – растерянно пролепетала, не имея возможности противостоять, потому что он своим словами выбил из меня весь дух, который во мне еще оставался.

Ни разу с ним я не думала о том, что он богат. Тогда за что он так со мной?

–Я говорю, что я не подбираю Золушек и не делаю из них принцесс. Жениться я не намерен лет до 35. А ты со своим смазливым личиком и стройной фигуркой сможешь подцепить папика раза в два старше тебя. И крутить им, как заблагорассудиться.

Если вчера мне казалось, что все ужасно, то после этого меня как будто выпотрошили.

–Обязательно последую твоему совету. Не звони больше, – и нажала на красную трубку на дисплее.

Только этого мне показалось мало. Я заблокировала номер, с которого мне позвонил Артем. А потом с каким-то садистким удовольствием наблюдала, как увеличивается число вызовов с этого номера, которые до меня не доходили. Потом стали поступать звонки с других номеров. Их я сбрасывала. Я больше ничего не желала слышать в свой адрес. Я – не Золушка. Я всего добьюсь своим трудом. И ни на кого не буду рассчитывать.

Больше не плакала. Слез не было. Внутри что-то заледенело. Но может так и лучше? Когда просто не может болеть?

Постоянный трезвон мне надоел.

–Полин, я хочу спать, но один человек очень жаждет со мной пообщаться. Я выключу телефон и включу, когда проснусь, Не переживай за меня. Я в порядке, – протараторила сестре, молясь лишь о том, чтобы она не вздумала меня расспрашивать, а тем более жалеть.

–Хорошо, Саш. Я поняла. Если что будет нужно, звони. Я люблю тебя. Надеюсь, ты об этом помнишь, – ее ответ меня немного взбодрил.

–И я – тебя, – призналась и отключилась.

После сразу же выключила телефон. И легла спать. Уснула очень быстро с одной-единственной мыслью: "Я тебя забуду, Артем Холодов. Клянусь, забуду!"

Артем

–Ты чего орешь?! – рявкнул у меня за спиной отец, – Девчонка сейчас в обморок грохнется. Ну, разлила она воду. Вытрет. Они все равно уборкой занимаются.

Только сейчас до меня дошло, что я почти довел до слез маленькую, щуплую девушку из клининговой фирмы, которая сжалась в комок и не знала, как вставить хоть слово в свое оправдание. А ведь и правда – что со мной?

Вчера я очень долго не мог дозвониться до Сашки. Поэтому пил и зверел. Когда же дозвонился, то меня понесло. После всего, что я ей наговорил, ни о каких признаниях и речи быть не может. Она меня не станет слушать. Да, наверное, и правильно сделает. Я сам себе напоминаю неврастеничную пенсионерку, страдающую до кучи склерозом.

–В кабинет пошли, – велел отец.

Я не стал прекословить и последовал за ним, краем глаза наблюдая, что уборщица, как только я отошел подальше, спешно принялась вытирать лужу.

–В чем дело? – поинтересовался родитель, как только я закрыл за собой дверь.

–С Сашкой поругался, – честно признался, не видя смысла врать.

Или Полина, или Матвей, скорее всего, ввели его в курс дела. Да и дураком мой папа никогда не был.

–Из-за чего? – только Владислав Сергеевич умел смотреть так. словно он специальной пилой вскрывает вам черепную коробку. Очень не по себе от этого его взгляда, хотя я уже вырос.

–Испугался ей рассказать про Полину. А та скандалит, угрожает, что сама все ей расскажет.

–И?

–Что "и"? Как ты думаешь отреагирует Сашка, если ей Полинка скажет, что я ее похитил и чуть не изнасиловал?

–А зачем тебе вообще Александра сдалась?

–Я же не спрашиваю, для чего тебе Олеся...

–А я вот спрашиваю. И хочу услышать ответ.

На секунду я снова ощутил трепещущее девичье тело в своих руках. Как же сладко было...

–Ну?– отец не желал догадываться, он требовал конкретики.

–Пап, я не хочу об этом, – хмуро буркнул, отводя взгляд в сторону.

Отец прислонился к письменному столу, практически сев на него.

–Артем, я тебя всегда учил выходить из кризисных ситуаций, работая головой. Нет, я понимаю, что тебе надо от Сашки. И вижу, что ты сам не свой из-за этой девушки. Но дело в том, что сейчас тебя догнали последствия твоих действий. Некрасивых, надо сказать. И заметь, это я говорю не для того, чтобы ткнуть тебя носом еще раз в то, что ты натворил. Я это говорю, чтобы ты принял решение и двигался дальше. Поступки других людей от тебя не зависят, у них своя голова на плечах и свои интересы. Но как поступить, чтобы сохранить симпатию Александры, ты знаешь.

Я стиснул челюсти. Он меня подталкивает сейчас. Это ясно. Но хочу ли я этого?

–На фиг всё! Я улетаю в Австралию. У меня там полно дел.

Отец покачал головой.

–Это твой выбор, сынок. И я хочу надеяться, что ты хорошо подумал, чтобы его сделать.

–Что даже не посоветуешь мне ничего?

–Мои советы тебе пока не нужны. Но у тебя есть время. И нет необходимости куда-то бежать.

Никогда не думал, что какое-либо решение дастся мне так тяжело.

Тем не менее на следующий день я улетел вместе с австралийскими гостями обратно.

И, возможно, смог бы утверждать, что мне безразлична девушка с бездонными голубыми глазами и золотистыми волосами. Даже сам бы поверил в эту ложь.

Если бы она не снилась мне так часто, отбирая мой покой.

Глава 21

Саша

Новогодние праздники завершились, что было к лучшему, потому что от безделья в голову лезло всякое. Артем вернулся в Австралию. Об этом мне сообщила Полина, зорко следя за моей реакцией. Я всего лишь пожала плечом. После нашего последнего разговора я делала все, чтобы не думать о нем. Бессмысленно цепляться за человека, которому ты не нужна. А жизнь – она не Дед Мороз, чтобы выполнять мои желания. Это я усвоила еще давно.

Главное, что меня должно занимать – это учеба. Почти всегда так и было. Лишь иногда увидев в толпе чью-то черноволосую макушку, сердце замирало. Правда, разум упорно твердил, что это не он. Ему тут нечего делать.

И разум оказывался прав.

Я шла по коридору, погруженная в свои мысли. Как неожиданно меня подхватили со спины руками и куда-то понесли.

Я оторопела, потом сделала попытку вырваться.

–Не дергайся, Снежная королева! А то растаешь, – раздался над ухом голос.

Моего одногруппника.

–Вовочка, поставь меня на пол, пожалуйста, – заговорила я елейным голоском, – А то уши надеру!

Рявкнула я громко. Так что мне выпустили. Но в каком-то ненужном месте. Перед группой парней. Старшекурсников. Ровесников Артема, будь он не ладен.

Я зло оглянулась назад, раздумывая не влепить ли парню затрещину. Он стоял и белозубо скалился, чем разозлил меня еще сильнее. Я уже занесла руку для хорошего такого подзатыльника, как меня перехватили за запястье.

–Девочки не должны драться, – спокойно проговорил один из молодых людей, который и перехватил мою руку.

–Ммм! Да что ты говоришь! Конечно, тебе лучше знать! Видимо, ты – девочка, – полилось из меня сразу же.

Я не очень задумывалась о том, что творю. Потому что хватать меня и куда-то нести – нельзя!

Некоторые из парней прыснули, но быстро замолчали под недовольным взглядом блондина.

–Пусти! – велела я, выдергивая свою руку из крупной, сильной ладони. Да и сам мальчик был вовсе не мальчик. Высокий, мощный. С переломанным носом. Уж эту характерную горбинку я ни с чем не спутаю.

Однако, пальцы разжал. Я окинула взглядом еще раз Вову. Потом посмотрела на стоящий возле меня экземпляр.

–Вы братья, что ли? – не удержалась от вопроса, поскольку сходство было поразительным.

–Да! Знакомься, Снежная королева – это Димка, – включился в разговор одногруппник.

Я еще раз оглядела парня. Привлекательный. Но...

–И зачем он мне сдался? – спросила я на полном серьезе.

Желание вышибать что бы ни было другими клиньями у меня прошло. С Харитоном я рассталась с большим скандалом. Он вдруг вздумал качать какие-то мифические права и обвинять меня в связи с Артемом. Я ему ответила, что обещала подумать над возможностью наших отношений, что я подумала, и мой ответ "нет" и что другого не будет. А все его претензии ко мне беспочвенны. В тот момент я так себе напоминала Артема, что почти задохнулась от боли. Я не чувствовала к Харитону ничего, кроме раздражения. Даже крупицы жалости не было во мне. И если это то же, что чувствовал ко мне Артем... То как же жить тогда?

Парень вдруг улыбнулся. Широко и искренне.

–Вдруг пригожусь? – и не было в нем ни бравады, ни каких-то дурацких понтов. Одна щемящая душу искренность, от которой я стала отвыкать в этом взрослом мире.

Однако это ощущение схлынуло, потому что пытаться отдать кому-то свое сердце, которым владеет другой человек – затея так себе.

–А если не пригодишься? – продолжила я давить.

–Тогда на плечо и в пещеру, – за парня вступился один из приятелей.

–Не пугай девочку, Тарас, – остановил его Дима и предложил, – Так как на счет свидания, красавица?

Черная тоска залила собой все пространство. Если бы меня пригласил другой человек... Я бы не пошла – побежала. А тут... И парень симпатичный и интересный. И зацикливаться на прошлом нельзя.

–Прости. Не хожу, – бросила резко и зашагала прочь, наградив Володю недовольным взглядом.

Почему-то стало настолько грустно, что захотелось расплакаться. Мне хотелось любить и быть любимой. Но вместо этого надо мной довлеет какое-то проклятье, с которым я ничего не могу сделать. И забыть Холодова не получается. Но и жить без него, даже без мыслей о нем – тоже.

Осталось лишь ждать, когда это чувство пройдет. Все проходит. Значит, нужно еще время.

Состояние у меня после инцидента было какое-то пришибленное. Преподавателей я слушала вполуха. Между аудиториями ходила будто сонная муха. И в заключении этого отвратительного дня я обнаружила, что за моей спиной шепчутся девчонки.

–Что-то случилось? – не выдержала я в один из перерывов.

–Слушай, Саш. Только не злись! А ты правда Трофимова отшила? – начала совать нос не в свое дело одна из девушек – Ангелина.

Я непонимающе посмотрела на нее:

–Какого Трофимова?

–Ну, Диму Трофимова со старших курсов, – выражение ее лица словно отражало мысль: "Хватит придуриваться!"

–Да, – если все произошедшее изложить в таком ключе, то, пожалуй, все так и было.

Лица одногруппниц вытянулись.

–Ты сейчас серьезно? – неожиданно высоким голосом протянула другая девушка – Ирма.

–Да! А что этот ваш Трофимов – он какой-то особенный?

Ирма поджала губы. Я точно помнила, что в начале учебного года они были тонкими. Теперь же эти два вареника не сжимались, как надо.

–Саш, ты меня извини. Но ты дура? Или настолько хорошо прикидываешься?

Я продолжала недоумевать, почему я вдруг стала дурой, если не знаю какого-то там Трофимова.

–Он сын одного из богатейших бизнесменов нашей страны! – включилась в беседу Ольга, – Да и вообще – на своем курсе – лучший. Боксом занимается. А машина! Мой бог, какая у него машина!

Может, Артем был прав? И это я – какая-то не такая? Вот стоит молодая, красивая девушка и говорит, что парень должен нравиться, потому что у него богатый отец и крутая тачка.

–Если тебе нравится бокс, займись им сама. Машину он свою тебе не отдаст. Да и вообще... Мне тут недавно объяснили, что для заключения брака необходимо равенство. В первую очередь, материальное. Так что, когда заработаешь столько денег, сколько у отца Трофимова, тогда и будешь на него слюни пускать.

В аудитории установилась тишина.

Глава 22

Саша

–Дурак – тот, кто тебе это сказал, – раздалось замечание от входной двери.

Я взглянула туда и увидела Дмитрия Трофимова. Он стоял, прислонившись к дверному проему плечом и наблюдал за нами. Для меня это ничего не значило. Я не играла и не пыталась привлечь его внимание. Он не вызывал тот ураган чувств, который нужен был, чтобы из моей головы выветрился другой человек.

–Почему? – довольно сухо поинтересовалась я. Зачем он сюда пришел, в это мгновение именно это мучило меня сильнее всего. Хотя он мог прийти к брату... На которого совсем не смотрит. Надеюсь, он не собрался за мной таскаться, беря штурмом неприступную крепость?!

–Потому что мне папа с мамой говорили, чтобы жениться или выходить замуж нужна любовь, – после этих слов парень развернулся и ушел, оставив после себя еще большую тишину, чем та, что встретила его появление.

А мне папа с мамой ничего про это сказать не успели. Однако, все же уважение к Диме я ощутила. Не каждый парень способен сказать то, что он сказал во всеуслышание. Да и еще, если он на самом деле так думает... То это многого стоит.

Последней парой была физкультура. Подходя к залу, я услышала свист и улюлюканье и удивилась – что может там происходить?

Причину шума я поняла, едва зайдя в зал.

Темноволосая девушка крутилась возле трубы, вделанной в пол и в потолок, типа шеста. Как в стриптиз-клубах. Преподавателя еще не было, поэтому шумели парни, поощряя девушку неприличными высказываниями и свистом. Вообще-то труба предназначалась для того, чтобы взбираться по ней вверх. Но сейчас использовалась в иных целях.

Девушка скользила по трубе вверх и вниз, обхватывала ее ногами, упиралась в неё промежностью. А я в это время разглядывала лица ребят. И пусть на них была лишь неприкрытая похоть. Их глаза горели вожделением. И не было ни капли равнодушия.

В это мгновение я поняла, что хочу, чтобы Артем хотя бы раз так посмотрел на меня.

Последние аккорды музыки, под которую танцевала девушка, стихли одновременно с появлением преподавателя. Однако она успела все увидеть.

–Майя! Что ты тут устроила опять?! У них же сейчас пара. А они все, прости господи, как кобели, за тобой побегут, – прикрикнула Ирина Георгиевна.

На что девушка белозубо расхохоталась:

–А я их – метлой, Ирина Георгиевна!

И я почему-то поверила – она сможет.

–Ох, Майка! – вздохнула женщина.

На паре было две группы. Девушка была не из нашей. Все занятие большая часть ребят бросала на нее заинтересованные взгляды, которых она, казалось не замечала.

В раздевалке мы переодевались с ней вместе и я решилась спросить:

–То, как ты танцевала, – это что?

–Хочешь спросить, в каком стрипбаре я работаю?

–Нет, мне просто понравилось, как ты двигаешься.

–Или как парни дубинки в штанах поправляли?

Я немного опешила, встретившись с еще более откровенной особой, чем сама.

–Это тоже, – не стала лукавить.

–Это стрип-пластика. Хочешь попробовать? – она оценивающе прошлась глазами по моей фигуре.

Видимо, ее все устроило, потому что она, порывшись в сумке, протянула мне визитку.

–Вот. Здесь проходят занятия. Платные, Веду их я. Если есть желание, давай попробуем.

Я посмотрела на клочок картона. Фитнесс-клуб "Платинум". А что, если это какой-то притон? Как бы не вляпаться во что-то, о чем я буду очень сожалеть.

Неделю я ходила с визиткой в кармане, не отваживаясь звонить. Тем более, что, заикнувшись девочкам из группы про Майю, я услышала:

–Тебе зачем эта шалава сдалась?

Но в конце концов любопытство победило. И я оказалась в фитнесс-клубе. Пройдясь по нему, я немного успокоилась. Тренажерные залы, занимающиеся люди. Ничего необычного. Да, и помещение, в котором занимались этой самой стрип-пластикой, выглядело вполне цивильно. Как и девушки из группы. На путан они не походили. Поскольку я прилично опоздала, не сразу разобравшись, что где находится, девушки напоминали уже мокрых мышей, которых пытались утопить.

–Новенькая! – раздался командирский голос Майи, – Ты опоздала!

–Я знаю, – начала я оправдываться, – Не сразу нашла.

–Так вот... Как тебя зовут?

–Саша.

–Саша. Больше не опаздывать! У меня девчонки пашут. Если хочешь научиться красиво двигаться, чтобы на кого-то произвести впечатление, – мне показалось, что я краснею, – То и ты будешь пахать, Если нет – ты зря сюда пришла. Ясно?

Вот это характер! Но я тоже – не сахарная вата. Поэтому вместо того, чтобы обидеться, я ухмыльнулась и ответила:

–Ясно.

Оставшиеся 30 минут показались мне адом. И это при том, что я не слабая физически. Даже подтянуться на турнике несколько раз могла.

В раздевалке я плюхнулась на лавку и прикрыла глаза.

–Да ты молоток, Саш! Не раскисай. И на Майку не обижайся. Она со всеми такая. Но сама танцует – вау! – я открыла один глаз и вытерла пот со лба.

– Меня Марта зовут, – представилась миловидная, черноволосая девушка.

–Угу. А меня Саша. Тьфу, ты же знаешь, – дааа, вот это меня умотали сегодня.

Мы с девушкой дружно рассмеялись.

Так я занялась стрип-пластикой. Девчонки мне нравились. Даже Майка. Многие из провинции, без богатых родственников и богатых папиков, они выживали как могли. Многие этим зарабатывали. Да что там! Почти все. После нескольких месяцев занятий, у меня стало получаться. Так что Майя предложила мне устроить на работу. Я отказалась.

–Что, презираешь нас? – выдала она вдруг.

–Нет. С чего? – вполне честно ответила я.

–Ты ж такая домашняя вся, правильная.

–Май, у меня нет необходимости идти вертеть жопой перед мужиками – это правда. Занимаюсь я для себя. Для чего – мое личное дело. Что не так? – завелась я.

–Из-за парня? – спросила она, прищурив зеленые глазища.

–Да.

–Ну и дура. Все они одинаковые. И всем им нужно только одно. Чудес не бывает, детка, – выпалила она и скрылась в своем кабинетике.

На меня разговор произвел неприятное впечатление. Я бы не стала утверждать такое однозначно. Потому что у меня были примеры других отношений между мужчинами и женщинами. Которые может и не были простыми, но наполненными любовью – да.

Утром я сидела в университетской столовой одна за столиком и смотрела в окно. Передо мной стоял остывающий чай.

Неожиданно у себя перед лицом я увидела белую хризантему.

–Не грусти, Саш. Всё будет хорошо, – чуть наклонившись и держа цветок, мне улыбался Дмитрий Трофимов.

–Точно? – переспросила я у него, сама растягивая губы в улыбке.

Глава 23

Саша

–Обязательно, – подтвердил Дима с непоколебимой уверенностью в голосе. – Уже весна пришла.

Парень улыбнулся с подкупающей искренностью и кивнул на стул.

–Можно?

–Да, – согласилась я.

Он опустился на стул, цветок положил на стол возле меня. Вел он себя не нагло. Не навязывался. Почему не пообщаться?

–Слушай. Я хотел предложить, раз уж ты на свидание со мной не пошла. Мы можем просто дружить?

Я задумалась. Многие считают, что дружбы между полами не бывает. Да и мотивы Трофимова были мне не понятны.

–А тебе это зачем? Девушек со мной и машины будешь обсуждать?

Он вздохнул и пожал плечами.

–Саш, но не всё же так примитивно. Ты мне нравишься, и я хочу с тобой общаться. В этом есть что-то плохое?

Теперь настал мой черед вздыхать.

–Нет, конечно. Но, надеюсь, я потом не узнаю ни про какой спор на мою девичью честь или какую-то подобную ерунду? Разочаровываться в людях – очень неприятно.

–Тебя кто-то обидел? – парень задал вопрос очень серьезно.

Обидел ли меня Артем? Нет, он просто меня не любил. Обижаться на него у меня не выходило. Однако, дело было не только и не столько в нем. Как-то так получалось в жизни, что люди не оправдывали моих надежд. И тут дело было не в том, что они мне ничего не были должны. Дело было несколько в другом. Я бы в их отношении так никогда не поступила. И оценивая других по себе, не ожидала удара в спину. А он прилетал. Это было болезненно. Но научило меня не поворачиваться спиной.

–Не в этом дело. Я редко обижаюсь. Но мне бы не хотелось, чтобы ты втирался ко мне в доверии, из-за глупых игр зажравшихся золотых деток.

–Но ты и сама не настолько обычная, как хочешь казаться, – эти слова насторожили меня.

Я приготовилась отшить парня, как он вдруг поднял обе руки в знак того, что сдается.

–Ладно, не кипятись. Я на тебя не спорил. И не собирался. Но кое-какие справки наводил.

–Ты о родстве с Холодовыми? – спросила я напрямик, устав играть в прятки.

–Об этом тоже. Но еще и о том, что обычный человек сюда бы не поступил.

Я и сама об этом думала. Что без протекции Холодова-старшего не обошлось. Но учиться здесь было моей мечтой. И даже, если он вмешался, я была ему благодарна. Потому что все остальное было моей заслугой, достигнутой упорным трудом.

–Дим, я не пойму тебя. Если тебе нужна племенная кобыла для продолжения твоего досточтимого рода, то здесь полно барышень с приданным. А не седьмая вода на киселе. К тому же я тебе сразу сказала – я не ищу того, кто сделает для меня то, что я должна сделать сама.

Как-то слово за слово обстановка между нами накалилась.

–Саш, что ты так реагируешь. Давай просто общаться? Я могу быть неплохим другом...

–Пока в трусы тебе не залезет, – до боли знакомый голос за моей спиной заставил меня подпрыгнуть на стуле.Еще одно неловкое движение – и я разлила чай.

Обернулась, пытаясь выровнять дыхание. И убедить себя, что это галлюцинация.

Которая, однако, упорно не исчезала. А стояла напротив, сунув руку в карман джинс и хищно сузив глаза.

Я потерла ладошкой лоб, прикидывая, стоит ли вытирать лужу на столе. Пришла к выводу, что вряд ли смогу. Еще что-нибудь натворю. Как назло, не могла придумать ни единого слова.

Дима встал из-за стола недовольный непрошенным вмешательством.

Я тоже поднялась.

–Не нужно всех по себе судить, – раздался преувеличенно спокойный ответ Трофимова.

Однако, Артему он был неинтересен. Он не сводил с меня жадного взгляда, скользил по лицу, дотрагивался до губ, стаскивал с меня одежду. И я тоже смотрела, ненавидя себя, отыскивая какие-то изменения и даже не пробуя ответить на вопрос, что он здесь делает.

Единственное, что очень хотелось сделать – это броситься на шею, запустить руки в короткие волосы и прижаться к мощной груди, слушая стук сердца. Это было позорно. И наверное, отражалось на моем лице. Но я никак не могла начать себя контролировать.

На Трофимова никто из нас не обращал внимания. Мы схлестнулись взглядами словно мечами. И не один из нас не желал отступать.

Надо что-то делать... Что-то сказать... И уйти.

Или ничего не говорить. И просто уйти.

Эта мысль тоже отразилась на моем лице. И я почти сделала шаг, чтобы убраться отсюда подобру-поздорову.

Но не успела.

–Куда? – тихонько зарычал Артем, ловя меня за руку и в следующую секунду вгрызаясь в мой рот своим.

После этого весь окружающий мир перестал иметь какое-то значение. Что вокруг полно людей, а он практически засунул мне язык в горло – тоже. Что на нас наверняка все пялятся – тем более. Даже то, что он оскорбил меня и унизил – именно сейчас мне было безразлично.

Значение имели лишь его жадные губы, жар его сильного тела и то, что он – рядом. Всё.

Так продолжалось до тех пор, пока Артем не прекратил меня целовать и не отодвинулся, заставляя почувствовать, как это холодно – оставаться без него. Именно это привело меня в себя. Подробности нашего последнего разговора тут же возникли в памяти. Кем он меня считает, что вот так просто заявляется спустя четыре месяца и лезет целоваться?

–Как у вас все интересно, ребята, – Трофимов не смог промолчать.

А я... Я размахнулась и влепила Артему пощечину. Влепила неслабо. От всей широты своей души. И зашагала прочь. Только недостаточно быстро, чтобы не услышать летящее мне в спину:

–Я после лекций буду тебя ждать. Не вздумай сбежать.

Не оглядываясь, показала Холодову средний палец и поторопилась именно сбежать, совершенно не готовая ничего выяснять. Из столовой я выходила, выпрямив спину, старательно не торопясь и демонстрируя уверенность, которой на самом деле не испытывала. В конце концов, делать хорошую мину при плохой игре становится моим самым любимым занятием.

И лишь в коридоре, свернув за угол, я побежала. Понятно, что догонять меня никто и не собирался. Я хотела найти укромное место, чтобы взять себя в руки. А это нужно было сделать, потому что оставлять себя в руинах каждый раз я ему не позволю.

Я такого не выдержу.

Глава 24

Артем

И вот я снова в Москве. Я потер ушибленную физиономию. Тяжелая у Сашки рука, однако. Но это было справедливо. Заслужил. Встретился глазами с парнем, который принес ей цветок. Какое-то время я стоял поодаль и наблюдал за ними. Как они разговаривают, как он на нее смотрит, как протягивает цветок. И пришел к выводу, что не готов ее кому-то отдать. Моя она. Как я пытался выкинуть ее из головы эти месяцы, отдельная история. Вот только она не выкидывалась.

А после телефонного разговора с отцом я пришел к выводу, что мне мешает банальная трусость. Пусть и не совсем сознательно мы хотим казаться в глазах других людей лучше, чем мы есть на самом деле. И то, что я отталкивал девушку от себя было связано с тем, что я не хотел ей рассказывать правду. Да и как это должно выглядеть: "Привет, детка. Я сделал то-то и то-то. Тебе нужен такой кусок дерьма?" И Сашка такая радостна мне отвечает: "Конечно!" Кого-кого, а ее мне представить такой невозможно. В результате всех трепыханий, я твердо решил для себя – она будет со мной, чего бы мне это не стоило.

Снова самолет, я на родине, через два дня серьезные переговоры в Сиднее. Отец поручил мне проект, который увеличит доходы его компании. Моя же голова была забита совсем другим. Что-то скручивалось в узел внутри, мешая жить. И только ступив на землю в аэропорту, я вздохнул свободнее. И поехал в университет.

О чем собственно не жалею, разглядывая белобрысого красавчика, который буравит меня тяжелым взглядом. Лицо знакомое. Может, где и пересекались, но я уже не помню.

–Чего смотришь? Сашка со мной, так что советую воспользоваться ее советом и обратить внимание на барышень с приданным.

Парень взял цветок со стола, стиснул его в кулаке и выбросил в урну.

–А она в курсе? – спросил, внимательно меня изучая.

Я усмехнулся. Вот щенок непонятливый. Драться с ним нежелательно. Сидеть в переговорной с битой рожей – идея не слишком хорошая.

–Будет.

–Так-то она от тебя сбежала, что пятки сверкали, – паренек не прост. Не теряет самообладания, бьет по самым больным местам.

–А с тобой даже на свидание не пошла. Я слышал, о чем вы ворковали.

–Сегодня не пошла. А завтра – все может быть,– его глаза смотрели пристально, считывая мои реакции.

–Хрен тебе, – ответил я, развернулся и пошел к выходу. Нужно в душ, пожрать, взять в гараже машину, загнать в квартиру клининг, заказать цветы и ужин.

Он не стал меня останавливать. На выходе я вспомнил его фамилию – Трофимов. Какой-то из братьев-погодков. Их там то ли трое, то ли четверо. Поморщился. Возможности у него были, чтобы вскружить голову любой.

Только не Сашке. Каким-то чудом ее не особенно интересовали чужие деньги. Она верила в себя. Верила, что сможет добиться многого. Осталось эту веру укрепить.

Когда подъезжал к отцовскому дому, зазвонил телефон.

–Артем! – отец не орал, но в голосе звенел металл, – Ты что делаешь в Москве?

–В гости приехал. Не рад?

–Артем! Ты ведь помнишь, чем должен сейчас заниматься? – ага, твоим бизнесом. А к моей девочке здесь подкатывают яйца всякие парнокопытные. Стоило представить чужие мужские руки на Сашкиной коже, как от гнева перед глазами стало темно и заплясали красные пятна.

–У мея все готово. Мне нужен сегодняшний день. Завтра я улетаю. И контракт будет у тебя.

–Горе тебе, если ты меня подведешь, – после этого родитель отключился, заставив меня передернуть плечами. Зевс чертов. Мог бы и не капать на мозги хоть раз.

Я глубоко вдохнул и выдохнул. К переговорам все готово. У нас – идеальные условия, оказаться от которых может лишь полный дебил. Дебилов среди предполагаемых партнеров не наблюдалось. Только вот, как быть с Сашкой? Вывалить на нее всю правду и свалить в Австралию? Это даже в моей голове звучало отвратительно. Ладно, разберусь по ходу.

Я вызвал клининг по телефону. Разговаривать с Сашкой планировал у себя. Мне не хотелось, чтобы нам мешали. А рестораны и свидания. Все будет. Чуть позже.

Зашел в дом, чтобы взять ключи от машины. Встречать меня вышла Олеся см дочерью на руках.

–Алтем! Ты мне куклу пливез? – строгие синие глаза сверлили во мне дырку.

У меня было такое чувство, что сейчас папа с дочкой объединятся и поставят меня в угол.

–Нет, – ответил покаянно.

–Не холосо к лебенку с пустыми луками! – как же она на отца похожа, когда ругается!

Еська слезла с рук и все также испепеляла меня взглядом.

–Сегодня куплю, – пообещал я. Надо через интернет заказать вместе с доставкой, а то домой больше не пустит, судя по ее виду.

–Есь, иди порисуй. Мне с Артемом поговорит нужно, – лицо Олеси тоже не светилось от счастья.