Текст книги "Я тебе (не) верю (СИ)"

Автор книги: Настя Перова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

– Что-то случилось? – спросил Роман.

– Проект надо закрывать. А мне еще надо подготовить кое-какие бумаги.

– Как все у вас там сложно в вашем высокотехнологическом мире, – пошутил Роман. – А домой нельзя взять эти документы? Здесь бы и закончила. Если ты еще не до конца выздоровела, лучше пока дома посидеть.

Анастасия улыбнулась.

– Нельзя документы домой брать. Это суперсекретная информация. Поэтому я должна выйти в понедельник.

Роман о чем-то задумался.

– О чем ты думаешь? – спросила Анастасия.

– О тебе, – улыбнулся Роман и взял ее руку. – Я переживаю за твое здоровье. Обещай мне, что, если врач не выпишет тебя, ты не пойдешь на работу? Переговори с начальником, объясни ситуацию. Пусть разрешит документы домой взять. Что уж там такого секретного? Я могу съездить и привезти тебе их.

– Спасибо, но думаю, что это лишнее, – сказала Анастасия. – У меня же обычная простуда. За выходные восстановлюсь окончательно. Это так мило, что ты переживаешь за меня.

Роман в ответ поцеловал ее руку.

– К тому же у меня есть еще одно дело, которое я хочу завершить как можно скорее, – добавила Анастасия.

Оставаясь одна, она то и дело вспоминала последнюю встречу с Антоном Валерьевичем и, оценивая сейчас в спокойной обстановке все, что тогда случилось, все больше убеждала себя, что она тихо, но верно скатывается опять в эту яму под названием «роман с шефом».

Анастасия понимала, что оставаться наедине с Антоном Валерьевичем ей строго противопоказано. В его присутствии она не была уверена в своей решительности. Он гипнотически действовал на нее. Она не хотела копаться в себе, чтобы понять, почему и что это значит. Возможно, она просто боялась признаться себе в чем-то. Но думать об этом ей совершенно не хотелось.

Когда ее мысли вновь и вновь возвращались к Антону Валерьевичу и червь сомнения начинал подбирать ключик к ее закрытому сердцу, голос разума тут же рисовал в памяти образ Романа, такого благородного и милого.

Чтобы не дать себе окончательно сбиться с правильного пути, Анастасия решила использовать последнюю возможность.

37

В понедельник Анастасия вышла на работу.

Антон знал, что сегодня она должна была выйти на работу. Он пришел на работу раньше обычного и сразу же направился в юридический департамент.

В кабинете было пусто. Только Ольга Константиновна уже сидела на рабочем месте и листала какие-то бумаги. Поэтому Антон зашел к ней в кабинет, оставив дверь открытой, чтобы не пропустить приход Анастасии.

Наконец, дверь комнаты открылась и вошла она.

Снова увидев ее, он опять почувствовал, что теряет голову. Странно было так думать, но болезнь пошла ей только на пользу.

Сегодня она была в узком брючном костюме, который подчеркивал ее стройную фигуру. Похоже, под пиджаком у нее было только нижнее белье, потому что, когда она потянулась, чтобы закрыть окно, между пиджаком и брюками показалась полоска нежной загорелой кожи. С каким бы удовольствием Антон прикоснулся к ней!

Анастасия не сразу заметила его. Закрыв окно, она поправила пиджак, потом оправила волосы и, подняв глаза, встретилась с ним взглядом.

По ее глазам он понял, что она не ожидала его встретить здесь и сейчас. Она опустила глаза и, не поздоровавшись с ним, быстрым шагом вышла из кабинета. Он не мог выскочить за ней: Ольга Константиновна что-то с интересом рассказывала ему.

Но он не слышал, что она ему говорила. В его голове стучала одна мысль: он должен был поговорить с Анастасией сегодня же. Больше ждать он не мог.

Но как это сделать, не привлекая внимания других? Задача усложнялась еще и тем, что она избегала его.

Весь день он не находил себе места. Ему не сиделось в кабинете, он искал встречи с ней. Но все было напрасно: судьба никак не хотела сводить их вместе в одной точке здания.

Он попросил секретаря вызвать Анастасию к нему. Через пару минут секретарь сообщила, что Анастасия уехала по делам и ее не будет до вечера.

Промучившись так до вечера, Антон собрался ехать домой. Завтра он обязательно вызовет ее к себе. Он устал играть в «кошки-мышки», ему нужна конкретика и он ее получит от нее. В этом он почему-то был уверен.

Он зашел в лифт и поехал вниз. Подчиненные расходились по домам и с ним в лифте ехали несколько человек.

Вот лифт остановился на первом этаже и люди стали выходить из него. Он тоже почти вышел и вдруг увидел, что среди ожидающих лифта стоит Анастасия с документами. Ей надо было наверх. Она еще не ушла домой!

Он пропустил всех, кто выходил из лифта, а сам остался стоять в лифте. Вместе с Анастасией зашли еще два человека.

Если бы они были вдвоем в лифте, он точно нажал бы на кнопку аварийной остановки и поговорил бы с ней. Но они были не одни.

Она стояла напротив него и не смотрела в его сторону. Анастасия что-то усиленно изучала в своей папке. Ну, по крайне мере, делала вид, что изучает.

Наконец, лифт остановился на седьмом этаже и она вышла из него, зашагав по длинному коридору. Антон последовал за ней.

Когда двери лифта закрылись, увозя остальных пассажиров, Антон догнал Анастасию и схватил ее за руку. Она резко повернулась к нему:

– Отпустите меня, – твердо произнесла она.

Он прижал ее к стене, уперев свои руки в стену так, что Анастасия оказалась зажата между его руками. Папка с бумагами выпала из ее рук.

– Как ты себя чувствуешь? Что с тобой случилось? Почему ты сменила телефонный номер? Ты думала обо мне? – завалил он ее вопросами.

– Столько вопросов сразу, – приподняв бровь, удивилась она. – На что мне отвечать?

– Ты можешь не отвечать, можешь молчать, – ответил Антон. – Я сам все прочитаю в твоих глазах.

Он в упор смотрел ей в глаза. Такой взгляд даже ей с ее закалкой было сложно выдержать. Она отвела глаза в сторону.

– Не отводи глаза, смотри на меня, – потребовал Антон.

Она решительно посмотрела ему в глаза.

– Почему ты так жестока? – вдруг спросил Антон. – Зачем ты меня мучаешь? Ты просто издеваешься надо мной. Посмотри, во что ты меня превратила.

– Антон Валерьевич, – перебила его она, – Вам не кажется, что здесь не самое лучшее место для разговора? Нас могут увидеть.

– Хорошо, – ответил он. – Тогда я вызову тебя к себе в кабинет.

– Я не приду.

– Почему?

– Потому что Вы всегда вызываете меня к себе не по делу, а чтобы мучить.

– Это я тебя мучаю? – возмутился Антон в ответ и в сердцах выпалил:

– Тогда я тебя уволю.

– Хорошо, что наши точки зрения по этому вопросу совпадают, – довольно произнесла Анастасия. – Я уже подала заявление об увольнении по собственному желанию.

Как гром среди ясного неба. К такому повороту событий он был не готов.

– Когда? – изумился он.

– Сегодня утром, после того как Вы решили навестить меня с утра пораньше.

– Забери заявление, – буквально прошипел Антон.

Она молча покачала головой. Он понял, что угрозами и силой он ничего не добьется.

– Забери его, – мягче сказал Антон. – Прошу тебя. Я оставлю тебя в покое, только забери заявление. Умоляю.

Анастасия посмотрела на него, в его черные как смоль глаза. В них она читала отчаяние.

– Хорошо, – ответила она, – если Вы обещаете.

– Обещаю, – обреченно ответил он.

Он, как ему тогда казалось, в последний раз так близко посмотрел в ее глаза. Потом нерешительно приблизил свое лицо к ее лицу и своей щекой коснулся ее щеки.

Близость ее тела вскружила ему голову. Он прошептал ей на ухо:

– Последний поцелуй.

И нежно и осторожно коснулся губами ее уха.

Она почувствовала, как по телу от этого самого уха побежали мурашки. Краска бросилась ей в лицо. Он чувствовал и видел это и не хотел ее отпускать.

– Антон Валерьевич, – с мольбой прошептала она, – Вы обещали…

Он не без усилия оторвал свои руки от стены и поднял их вверх, как бы демонстрируя, что он исполняет свое обещание.

Анастасия, не медля, наклонилась, чтобы собрать выпавшие бумаги и он, сверху глядя на нее, убедился в своих утренних догадках: под пиджаком был только красивый лиф черного цвета.

Почувствовав его взгляд у себя на груди, она быстренько смела все бумаги в кучку и так их и взяла. Она встала и, не сказав ему ни слова, пошла дальше по коридору, оставляя ему лишь возможность восхищаться ее походкой и плавными движениями.

38

«Как я мог на такое согласиться?» Этот вопрос стучал по вискам Антона уже второй час. И он, вроде, находил ответ, но сам же спорил с собой.

Если бы он дал Анастасии уволиться, то он лишился бы возможности видеть ее хотя бы иногда в офисе. Нет, конечно, для него не составило бы труда следить за ней и даже искать с ней встреч, например, около ее дома.

Но ее холодность и твердость в решении не начинать с ним отношений подсказывали ему, что все это было бы безуспешно.

А так, дав обещание не приставать к ней, он все равно оставил себе какой-никакой шанс. К тому же она будет здесь, на виду.

Это были мысли разума в голове Антона.

Но когда разумные доводы заканчивались, в его голове начинали возникать мысли, упрекающие его в слабости и уступчивости.

Зачем он согласился на ее условия? Он же чувствовал, как откликается ее тело на его прикосновения и поцелуи. Возможно, стоило немного дожать ситуацию, быть настойчивее.

А может она просто проверяла его? А он, получается, не прошел испытание. Значит, он не достоин быть рядом с ней? Тогда кто?

От одной мысли о том, что кто-то другой будет обнимать ее, целовать ее нежные губы, вдыхать ее аромат, он злился на себя и на всех мужиков, которых знал. Только сейчас он подумал о том, что ужасно ревнует ее, даже не обладая ею.

Он раз за разом вспоминал их последний поцелуй, вернее, его поцелуй. В ушах стояла ее мольба:

– Антон Валерьевич…

Ему казалось (или только хотелось, чтобы это так и было?), что ей также нелегко далось это решение. Он знал на сто процентов, что не был ей противен. Она боялась смотреть ему в глаза, но почему? Не потому ли, что боялась, что не устоит?

А в те недолгие моменты, когда их глаза встречались, он видел в ее глазах не ненависть, не брезгливость или отвращение. Он видел в них интерес и грусть. Такие красивые грустные глаза.

Что-то в жизни научило ее не верить никому. Не поверила она и ему.

Почему они встретились только сейчас? Возможно, случись это раньше, все было бы не так сложно.

Анастасия в свою очередь вздохнула с облегчением. Наконец, как ей казалось, были расставлены все точки над i. Пусть и с помощью шантажа она дала понять Антону Валерьевичу, что эту игру пора прекращать. Она верила в его обещание и порой всплывающие воспоминания о его поцелуе и прикосновениях она отгоняла прочь.

Шли дни. Антон держал обещание. С каждым днем это давалось ему все сложнее и сложнее.

Первое время он решил не встречаться с Анастасией в надежде быстрее забыть ее. Он наивно полагал, что сможет вытряхнуть ее из своей головы. Напрасно. Ее образ, ее тембр голоса (и особенно ее шепот: «Антон Валерьевич…») прочно засели в его голове и, в этом он уже не сомневался, в его сердце.

Да, он любил ее. Теперь он уже не боялся признаться себе в этом.

Когда он осознал, что влюбился, наверное, в первый раз в своей жизни, он перестал бороться с собой и, наоборот, старался максимально часто видеть Анастасию.

Он заметил, что после того, как он дал обещание, Анастасия стала вести себя с ним по-другому. Она как будто перестала бояться его.

Встречаясь с ним, она не пыталась быстренько уйти. Она видела, что он почти каждый день приходил к ним в кабинет. Она спокойно здоровалась с ним, как и все остальные.

Иногда Ольга Константиновна вызывала ее к себе и они втроем с ней и с Антоном обсуждали тот или иной вопрос. Он не вызывал ее к себе в кабинет, потому что помнил об обещании. Но теперь у него была возможность видеть ее в кабинете ее непосредственного начальника.

Ради таких встреч Антон углубился в дела фирмы и знал практически все юридические проблемы.

На этих мини-совещаниях он садился напротив нее и не сводил с нее глаз. Она старалась держаться уверенно. Когда он обращался к ней с вопросом, она отвечала, но в глаза смотреть все равно боялась. Если и случались моменты, когда она встречалась с ним взглядом, то это были мимолетные мгновения. Ей не хватало духа задержать свой взгляд на нем.

Антон внимательно наблюдал за Анастасией, за этой ее игрой в уверенную женщину. Несмотря на ее старания, ее пальцы выдавали ее волнение и неуверенность в его присутствии. Он видел, как они дрожат на этих мини-совещаниях. Она несколько раз ломала ручку, разбирая и собирая ее.

Но она не могла упрекнуть его в том, что он не выполняет свое обещание, – он говорил с ней только по делу и не наедине.

Так не могло продолжаться долго. Когда-то должна была наступить развязка. Он понимал, что его обещание – это всего лишь уловка, чтобы удержать ее возле себя. Порой ему казалось, что она это тоже прекрасно понимала.

После таких встреч Анастасия чувствовала себя опустошенной. Играть роль уверенной в себе и равнодушной женщины становилось все сложнее и сложнее. Антон Валерьевич не оставил ее в покое. Он поменял тактику, но все также давил на нее. Она ничего не могла с собой поделать: в его присутствии она терялась как девчонка. И что самое обидное – он это видел и чувствовал.

Но что чувствовала она? Этим вопросом она задавалась все чаще и чаще. И, как бы не хотелось ей в этом признаваться, но ей, похоже, нравился Антон Валерьевич. Встречаясь с ним, она вспоминала его прикосновения и слова, которые он говорил ей.

Она понимала, что встречи с Романом не стали для нее спасением. Она ругала себя за то, что иногда она невольно сравнивала прикосновения к своему телу Романа и Антона Валерьевича. Она злилась на себя. Но хуже всего было то, что сравнение это всегда было в пользу последнего. Даже воспоминания о его поцелуях, словах и робких прикосновениях вызывали у нее дрожь.

Анастасия виделась с Романом почти каждый день. Отдыхая или гуляя с ним, она не задумывалась о том, что он для нее значит. Ей почему-то было легко с ним, но как с другом. Возможно, это было еще и потому, что в его глазах она не замечала влюбленности по отношению к ней. Да, он, конечно, говорил ей красивые слова, но ей казалось, что это были лишь слова.

Одни и те же слова, сказанные Романом и Антоном Валерьевичем, приобретали совершенно разный оттенок. В глазах Антона Валерьевича она видела страсть, отчаянье, нетерпение, все, что угодно, и все это было направлено на нее. Роман же был спокоен, даже когда говорил ей слова любви или делал комплименты. Его глаза были холодны.

Анастасия не понимала, то ли ей так казалось, то ли он не мог выразить свои чувства. Но даже несмотря на холодность во взгляде Романа, Анастасия чувствовала вину перед ним.

Размышляя наедине с собой, она все чаще приходила к выводу, что Роман не заслуживает такого обращения и она должна отпустить его.

В последнее время она ссылалась на работу и занятость и избегала встреч с ним. Но он звонил ей каждый день. Однажды он приехал за ней после работы и позвонил ей. Она была не готова говорить с ним здесь и сейчас и поэтому сказала, что ей надо задержаться.

В окно она видела, как он сел в машину и уехал. Спустя полчаса после этого она тоже пошла домой.

Ей надо было поговорить с Романом, но она все время оттягивала этот момент. Она никогда не могла расставаться. Ей легче было залечь на дно, не отвечать на звонки и ждать, когда мужчине просто надоест ее вылавливать.

39

Приближался новый год.

Как обычно, компания готовилась проводить старый год и встретить новый в дружном коллективе на турбазе.

Каждый год в двадцатых числах декабря происходило корпоративное мероприятие на природе.

Антон с нетерпением ждал этого события, надеясь, что там, в неформальной обстановке, он сможет еще раз переговорить с Анастасией и найти подтверждение своим догадкам.

Автобусы должны были привезти сотрудников компании из слякотной Москвы в снежную сказку в Подмосковье.

Антон приехал на турбазу на своей машине. Он в окружении некоторых директоров стоял и ждал, когда подъедут автобусы. Он ждал Анастасию. Ему не терпелось ее увидеть.

Когда подошли автобусы и люди стали выходить из них, он увидел, что Анастасия выходит из автобуса в окружении своих коллег-женщин. Его порадовало, что два часа в пути она провела не в мужской компании.

Она выходила из автобуса и при этом что-то оживленно рассказывала своим собеседницам. Что-то очень смешное, потому что те не сдерживались от громкого смеха.

Выйдя из автобуса, она подняла глаза и встретилась взглядом с Антоном. Он смело смотрел на нее и ждал, когда она, как обычно, первая отведет взгляд.

Но она продолжала смотреть на него и даже улыбнулась. Ее кто-то позвал и она перевела свой взгляд на своего собеседника.

– Приехала? – к Антону подошел Денис.

Антон молча кивнул.

– Так, подойди к ней, – посоветовал Денис и, улыбаясь, добавил: – Чего ты боишься? Сейчас мы не в офисе и ты, как руководитель, должен быть ближе к народу. А она часть народа.

Антон не знал, что ответить. Да, безусловно, он хотел подойти к ней, но боялся, что не сможет сдержать себя и его руки сами собой потянутся к ней. Нет, лучше подождать более удобного момента.

Она ему улыбнулась. Что это может значить? К черту догадки! Это может значить только одно: надо идти в наступление. Она дает ему шанс.

В первой половине дня были запланированы игры на свежем воздухе. Потом предоставлялось время немного отдохнуть и вечером должен был состояться банкет с награждением некоторых особо отличившихся сотрудников. Это была уже традиция.

Антон не участвовал в играх, они вместе с Денисом лишь ходили и наблюдали со стороны за происходящим. Конечно, больше всего Антона волновало то, что делала Анастасия. Он следил за ней. Денис несколько раз уже подшучивал над ним, но Антон не обращал внимания.

Его больше волновало то, что Анастасию постоянно окружала мужская компания. Вот, казалось бы, все ее коллеги-женщины играют с аниматорами, а она с пятью коллегами-мужчинами стоит в стороне и над чем-то смеется.

Там же он заметил, что кто-то открыл шампанское и разливает в уже приготовленные пластиковые фужеры. Вот один из фужеров оказывается в руках у Анастасии.

«Ну, как так можно? – негодовал Антон. – Одной с пятью мужиками на морозе пить шампанское!»

– Молодцы! – весело сказал Денис. – Не теряются. Может, присоединимся к ним? Я что-то тоже стал замерзать.

– Без меня, – хмуро ответил Антон.

Денис пожал плечами.

Антона, конечно, так и подмывало подойти к этой компании, но не для того, чтобы присоединиться, а для того, чтобы сделать и Анастасии, и всем остальным замечание. Но это выглядело бы глупо со стороны. Они ничего не нарушали. Они были на отдыхе и пили шампанское.

То ли там было и правда смешно, то ли действовало шампанское, но Анастасия не переставала смеяться. Она закидывала голову назад и обнажала свои белоснежные зубы.

Все внимание окружавших ее мужчин было направлено только на нее: они не общались между собой, они все общались только с ней.

Антон чувствовал острый приступ ревности, а Анастасия, похоже, не замечала его. Ей было не до него. И от этого ему становилось не по себе.

Денис, видя это, пошел и что-то сказал аниматору. После этого аниматор, наконец, обратил внимание на эту оторвавшуюся от коллектива компанию и позвал их присоединиться к остальным. Они как раз допили шампанское и пошли за остальными коллегами.

Анастасия шла в конце вместе с одним из мужчин. Антон не знал, кто это. Они о чем-то беседовали и она улыбалась ему! Это было выше сил Антона. В сердцах он взял голой рукой снег и стал есть его, пытаясь остудить свой пыл.

40

Наконец, наступил вечер. С минуты на минуту должен был начаться банкет.

Антон вошел еще в пустой банкетный зал. Он был первым. Ему хотелось быстрее увидеть Анастасию в вечернем наряде.

Спустя некоторое время банкетный зал наполнился шумными и веселыми сотрудниками компании. Все стали рассаживаться по местам. Вдруг в дверях появилась она.

Она пришла одна. Сегодня она была в коротком (даже слишком коротком, как показалось Антону) обтягивающем темно-голубом платье, которое оттеняло ее серые глаза. Платье было на бретельках, открывая взору ее красивые плечи.

Длина платья была такой, что позволяла оценить ее ноги восхитительной красоты. Платье подчеркивало стройную фигуру своей хозяйки. Локоны мягко легли на плечи.

Такую красоту никак не скроешь, а она сегодня, казалось, наоборот, выставляла ее напоказ.

Наблюдая за ней, входящей в зал и ищущей свой столик, Антон напрочь забыл о своем обещании. Он хотел ее. Хотел ее всю. Без оговорок и обещаний. Если бы она только согласилась, он бы сейчас же сбежал с ней от всей этой суеты. Он бы не отпускал ее никуда и никогда.

Другие мужчины не посмели бы даже посмотреть на нее. Потому что он знал, что скрывается за каждым таким взглядом. Знал по себе.

Как же он ее хотел! Как ему хотелось покрывать поцелуями эти ноги и подниматься все выше и выше. Ему хотелось прижать ее к себе с такой силой, чтобы она уже ничего не могла произнести, кроме шепота: «Антон…», как тогда у стены.

Он был уверен, что ее тело способно подарить ему и только ему бесконечное наслаждение. Ему не терпелось приблизить этот момент. И он знал, что это случится в ближайшее время.

41

Антон специально устроил так, что за столом с Анастасией оказались лишь ее коллеги-женщины. Ему хотелось хотя бы на официальной части чувствовать себя спокойно и не переживать, что кто-то пытается с ней флиртовать, пока он подводит итоги года.

После официальных речей было запланировано награждение отличившихся сотрудников. Каждый год Антон лично поздравлял каждого и вручал небольшой подарок. В этом году среди награждаемых была и Анастасия.

Да, она много сделала за свой короткий период работы в компании, поэтому Антон не возражал, когда Ольга Константиновна рекомендовала ее кандидатуру на награждение.

То, что она будет награждена, означало для Антона только одно: он прикоснется к ней.

Церемония награждения началась.

Все шло своим чередом. Поздравляя и благодаря за работу, Антон жал руку мужчинам, а женщин еще и целовал в щеку.

Наступил черед Анастасии.

Судя по ее реакции, она, по всей видимости, не ожидала, что будет награждена. Она встала из-за стола и направилась к Антону, как делали все коллеги до нее.

Она шла с невозмутимым лицом, не глядя на Антона. Ее походка приковывала к себе взгляды окружающих.

Подойдя к нему, она увидела его протянутую руку и подала свою.

Он, как ей показалось, очень сильно сжал ее руку и произнес:

– Поздравляю и спасибо за работу!

С этими словами он приблизился к ней, чтобы поцеловать ее в щеку, но вместо поцелуя прошептал ей, легким движением касаясь губами ее уха:

– Ты опять сводишь меня с ума.

Анастасия смутилась, но не подала виду.

После этого он отпустил ее и громко и задорно произнес:

– Поприветствуем, коллеги, Анастасию. Это наш новый сотрудник, но уже сделавший колоссальный объем работы.

Под аплодисменты Анастасия вернулась к своему столику.

Антон все еще ощущал ее аромат. Он опять увидел это маленькое ушко, ощутил на своей щеке мягкость и теплоту ее кожи.

Она так манила его к себе, как магнит.

Антон думал только об одном, как ему вывести Анастасию на откровенный разговор. Он устал держать данное ей тогда слово, устал от оков своего обещания.

Тем временем праздничный вечер шел своим чередом. Наступило время пить и закусывать.

Антон старался не упускать Анастасию из вида. Он отметил, что она не отказывала себе в удовольствии выпить шампанского. Ни раз и ни два.

По всей видимости, алкоголь начинал действовать и она была в очень хорошем настроении. Она о чем-то переговаривалась со своими соседками по столу. К их столику то и дело подходили коллеги, чтобы выпить за компанию.

Антон видел, как мужчины увивались около столика Анастасии. Она всем улыбалась и делала глоток из своего бокала.

Пару раз их взгляды пересекались и тогда она опять едва заметно улыбалась ему, но тут же отворачивалась или просто отводила глаза. Она как будто играла с ним, дразнила его.

Наконец, ведущий вечера объявил, что все приглашаются в диско зал потанцевать.

Народ медленно, но верно начал покидать насиженные места за столиками и плавно перетекать в зал, откуда уже доносилась ритмичная музыка.

Антон видел, что Анастасия встала из-за стола и собралась было также покинуть банкетный зал, когда к ней подошел директор по персоналу Борис с бокалом и, видимо, предложил ей выпить вместе с ней. Анастасия мило улыбнулась ему и над чем-то заливисто рассмеялась.

42

Для Антона это стало последней каплей. Не дожидаясь, как будут дальше развиваться события, он взял свой бокал и направился к ним.

– С наступающим! – поприветствовал он Анастасию и Бориса, подойдя к ним.

– О, Антон Валерьевич, – отозвался Борис, – а я как раз тоже предложил Анастасии выпить за наступающий новый год, чтобы все у нас в нем получилось и мы и дальше оставались коллегами. И в новом году.

– Да-да, – согласился Антон, – очень хороший тост. Ну, что ж, выпьем за эти прекрасные и, надеюсь, пророческие слова!

Он чокнулся с Борисом и Анастасией.

Выпивая шампанское из своего бокала, он с ухмылкой смотрел на Анастасию. А она наверняка чувствуя этот взгляд, отпив немного из своего бокала, обратилась к Борису:

– Так непривычно называть Вас Борисом.

Антон чуть не подавился. Борисом?

– Ну, что Вы, Анастасия, – обрадовался Борис, – я же Вам уже сказал, что мы не на работе и как-то странно в такой праздничной обстановке обращаться так официально. Кроме того, я ненамного старше Вас.

Антон кашлянул, делая вид, что подавился и прерывая тем самым этот милый диалог.

– С Вами все в порядке? Антон Валерьевич? – спросил Борис.

Анастасия лишь улыбалась, делая небольшие глотки.

– Да, все в порядке, – ответил Антон Валерьевич, – подавился просто. Торопился допить, чтобы тост Ваш исполнился.

– Да, Анастасия, – как будто что-то вспомнив, сказал Борис, – за такой тост надо до дна!

– А то не исполнится, – добавил Антон.

Анастасия не стала спорить и допила шампанское.

– А теперь, – произнес Антон, наливая в их бокалы следующую порцию игристого напитка, – я бы хотел поднять бокал за отличную работу отдела кадров в уходящем году. – Антон посмотрел на Бориса. – Благодаря этой профессиональной работе в наших рядах появился такой высококлассный специалист, как Анастасия.

Он перевел взгляд на нее и улыбнулся, подняв бокал.

– Спасибо, Антон Валерьевич, – сказал Борис. – За такие слова тоже до дна!

Антон и Борис залпом осушили свои бокалы. Анастасия не торопилась это делать. Частота тостов начинала ее пугать. И почему-то за каждый надо было пить до дна.

– Что-то мы как-то зачастили, – сказала она, увидев недоуменные взгляды мужчин. – Такими темпами я остаток вечера проведу в кровати.

«Только со мной!» – довольно подумал Антон.

Анастасия, видимо, уловив ход его мыслей, добавила:

– В глубоком сне.

– Ну, уж нет, Анастасия, – воскликнул Борис, уже слегка захмелевший, – не лишайте нас своего общества. Вы – самое прекрасное, что есть на этом вечере!

– Не горячитесь, Борис, – ответила Анастасия, поправляя волосы. – Самое прекрасное у нас здесь – руководство.

Антону не нравилось такое фамильярное общение Анастасии с Борисом. Это что еще за новости? Он же к ней клеится. Причем, не скрывая этого. Это пора прекращать.

– Кстати, Борис, – вдруг сказал он, – я чуть не забыл: с тобой хотел переговорить Дмитрий. У него там какие-то проблемы на складе. Сказал, что очень срочно.

– Да? А где он?

– По-моему, уже вышел. Посмотри там, в зале.

– Ну, хорошо, – ответил Борис, ставя бокал на стол. – Но я не прощаюсь. Анастасия, надеюсь, Вы не покинете нас, и помните, что Вы обещали мне танец!

Наконец, Борис оставил их. Теперь они стояли одни с бокалами шампанского.

43

– И многим ты обещала танец? – с издевкой спросил Антон.

– Не помню, не записывала, – ответила Анастасия с ухмылкой.

– А ты изменилась, – начал Антон. – Раньше ты даже заговорить с собой не давала, а сейчас раздаешь обещания направо и налево.

Она ничего не сказала в ответ, лишь делала глоток за глотком из бокала, как бы ища там спасение. Оглядев зал, она обнаружила, что еще не все ушли танцевать. Антон начал разговор и просто так он ее не отпустит. Любая ее попытка уйти, наверняка привлечет внимание оставшихся коллег. А ей этого не хотелось. Поэтому она предпочла дослушать его. По возможности молча.

Антон стоял и смотрел на нее. Она была так хороша, что только то обстоятельство, что они были в зале не одни, сдерживало его от попытки обнять ее и прижать к себе.

Шампанское немного затуманило ее глаза и теперь она смотрела на него с поволокой. На ее лице была насмешливая улыбка. Похоже, ее забавляла вся эта ситуация.

Что ж это лучше, чем холодная строгость.

Сейчас, предположил Антон, с ней легче будет договориться. И он решил начать с главного.

– Настя, я знаю, я обещал. Но это выше моих сил. Ты должна освободить меня от обещания.

Анастасия немного опешила. Его просьба стала для нее неожиданностью. Она посмотрела на него – он был очень серьезен, чересчур серьезен. И это ее немного напугало. От ее смелости не осталось и следа.

– Почему ты молчишь? – не дождавшись ответа, спросил Антон. – Ответь мне. Я с ума схожу, Насть. А видеть, как другие тебя клеят (ведь Борис сейчас клеил тебя, надеюсь, ты это поняла?) – это вообще пытка. Я готов уволить всех мужчин из компании, потому что все они мои потенциальные соперники.

Она допила шампанское, но продолжала держать бокал. Антон взял бутылку и налил ей еще. Потом налил и себе.

– Ты ведь знаешь о моих чувствах, – продолжал он, сделав глоток. – Но тебе на них наплевать. Ты позволяешь себе пить в чисто мужской компании, когда приличные женщины играют в догонялки с аниматором. Ты флиртуешь с Борисом на моих глазах. Ты раздаешь обещания потанцевать и там на танцполе, наверное, уже очередь из твоих кавалеров по танцам.

С каждым словом он свирепел все больше и больше. Он злился не на нее, а на себя, на свое бессилие перед ней. Ни одна женщина не имела столько власти над ним. Он бы выполнил все, что она не попросила. Но она его ни о чем не просила. И это бесило его еще больше.

В ответ на его тираду Анастасия спокойно отпила шампанское из бокала и, смотря ему прямо в глаза, сказала:

– Антон Валерьевич, Вы забываетесь. Вы напрасно взяли на себя роль полиции нравов. Это не Ваше. Не забывайте, Вы дали обещание оставить меня в покое. И я жила в покое все это время. Но сегодня Вы опять выходите за рамки. Я пойду.

Она поставила бокал на стол и собралась было уйти, но Антон преградил ей дорогу. Она подняла на него глаза. Ее взгляд как бы вопрошал его, зачем он это делает.

– Ты опять спасаешься бегством? – спросил Антон. – Не надоело бегать?