![](/files/books/160/no-cover.jpg)
Текст книги "Киска"
Автор книги: Н. Младенцев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Младенцев Н Г
Киска
МЛАДЕНЦЕВ Н. Г.
КИСКА
Повести для девочек
Живо и образно в повести рассказано о том, чем живет, о чем думает, из-за чего переживает и чему радуется девочка в свои тринадцать лет.
Юный читатель с интересом проследит за тем, как постепенно взрослеет она и учится быть счастливой все двадцать четыре часа в сутки.
Алиса, со всех ног бросившись вниз по песчаному откосу, с разбега прыгнула в обжигающую тело холодную речную воду. Проплыв под водой метров пятнадцать, она вынырнула почти у самого буйка. Ее длинные каштановые волосы прилипли к лицу.
– Привет, русалочка!..
Откинув со лба прядь волос, Алиса увидела проплывающего мимо пенсионера. Она нехотя ответила:
– Здрасьте...
– Ты сегодня не в духе?
– Да так... не выспалась...
Алиса подплыла к буйку и ухватилась за него обеими руками. Пенсионер поплыл дальше, а Алиса, глядя на зеркальную водную гладь, вспомнила пруд возле загородной усадьбы тети Лоры, в котором любила купаться, едва начинало светать... Ранним утром вода в пруду, еще не замутненная ребячьими ногами, была прозрачной и чистой. Алиса входила в воду осторожно, чтобы не распугать настороженно глазевших на нее лягушек Она любила эту завораживающую загородную тишину, утреннюю росу на траве и пение птиц в лесу.
Пароходный гудок прервал мысли Алисы. Матрос на палубе приветливо помахал ей рукой. Но Алиса сегодня не ответила на его приветствие и, оттолкнувшись от буйка, поплыла к берегу. Там ее уже ждали чайки. Почти каждое утро она скармливала им буханку хлеба, и птицы, завидев свою благодетельницу, торопились засвидетельствовать ей свое почтение.
Выйдя из воды, Алиса стала подниматься к "пограничному" столбу. Так называла она полосатый толстый брус, на котором был укреплен знак, запрещавший плавсредствам бросать якорь возле этого места на побережье. Чайки дружно последовали за Алисой и, кося глазами, пытались разглядеть, что лежит у девчонки в пакете. Им, наверное, казалось, что сегодня их ждет сюрприз. И они не ошиблись. Алиса достала два больших длинных белых батона и, отламывая кусочки, стала кормить своих белокрылых друзей.
– Ешьте... И молитесь за меня вашему пернатому Богу, чтобы он уговорил моего Бога... помочь мне пережить эту "чертову дюжину"!
Чайки, торопливо заглатывая куски, согласно кивали головками. И делали они это так смешно, что Алиса, несмотря на свое отвратительное настроение, не смогла удержаться от смеха.
Солнце припекало все сильнее. Городской пляж стал постепенно заполняться завсегдатаями. В обычные дни Алиса уходила с пляжа раньше, до того, как он начинал гудеть, будто пчелиный рой. Но сегодня был особенный день. Сегодня Алиса прощалась со своим детством. Она и сама не знала, когда, в какой день закралась в ее голову эта коварная мысль, что двенадцатилетняя девочка – это еще ребенок, а вот тринадцатилетний подросток – это уже девушка со всеми вытекающими отсюда последствиями. Может быть, косвенно к такому выводу ей помогли прийти журналы "Кул" и "Кул Гёл", которые она регулярно покупала в киоске и прочитывала от корки до корки. Там тринадцатилетние уже делились своим, чаще всего горьким, опытом, полученным от общения с противоположным полом. И Алиса со все возрастающим волнением ждала наступления этого рокового дня, когда слово "тринадцатилетие" станет и для нее реальностью.
Ситуация для Алисы еще усугублялась и тем, что завтра, 13 июня, в ее день рождения, будет пятница! И уж, конечно, без какой-нибудь чертовщины тут не обойдется!
И точно! Завтра еще не наступило, а неприятности уже начались прямо с сегодняшнего утра. Услышав, что дочь проснулась, мама в преддверии бесконечной беготни по магазинам заглянула в комнату Алисы и поинтересовалась:
– Доброе утро?
– Доброе.
– На сколько персон будем готовить стол?
Это был удар ниже пояса. Алиса вообще не собиралась праздновать свой день рождения. И строго предупредила об этом мать еще месяц назад. Дело было не только в этой злополучной цифре 13. У Алисы в городе, кроме соседки Таньки, вообще не было близких подруг. А Таньку родители увезли на выходные дни на дачу пахать на огороде. Резко сев на кровати, Алиса выкрикнула:
– Че ты гонишь, ма?!
– Я только спросила, кого ты пригласишь завтра на свое тринадцатилетие? – стала оправдываться мать.
– Ни-ко-го!!!
Вскочив с постели, Алиса стала лихорадочно одеваться и забрасывать в свою "почтальонскую" сумку кучу ненужных с точки зрения матери вещей: брелоки, блокноты, набор разноцветных авторучек, журнал, даже будильник! А вот расческу и зеркальце Алиса почему-то оставила на столе. Мать крикнула вдогонку:
– Завтрак на столе!
Но хлопнула входная дверь, и в квартире наступила тишина. Когда затих на лестничной площадке дробный звук удаляющихся шагов, мать, горестно вздохнув, покачала головой и тихо проговорила:
– Что же будет дальше?.. Надо звонить Лоре...
Алиса сидела с закрытыми глазами, прислонившись спиной к "пограничному" столбу и подставив лицо солнечным лучам. Приятное тепло разливалось по всему телу. Расслабившись, Алиса почувствовала, как утреннее раздражение постепенно начинает таять, превращаясь в легкое облачко... В воображении Алисы возник белоснежный корабль, плывущий в безбрежном океане. По его палубе сновали матросы. И одним из них была она сама. Только ее матросская форма отличалась от других своей утонченной элегантностью. Бескозырка, лихо заломленная набок, и сверкающие восторгом глаза делали юную морскую фею неотразимо прекрасной! Она смотрела на капитанский мостик и ждала, когда капитан корабля обратит на нее внимание. И капитан, почувствовав этот восторженный взгляд, обернулся.
– Юнга! – позвал капитан.
Алиса со всех ног помчалась к капитанскому мостику. Перескакивая через три ступени корабельной лестницы, она взлетела наверх и, отдав честь, выпалила:
– Я здесь, капитан!
– К штурвалу! Курс – норд-ост!
– Есть, капитан!
Взглянув на корабельный компас и медленно поворачивая штурвал влево, Алиса стала выравнивать направление движения корабля. Капитан, поправив свою капитанскую фуражку, взглянул на юнгу и одобрительно улыбнулся. Капитаном, конечно же, был Костя Мальцев, по которому "сохли" все одноклассницы Алисы. Учась в девятом классе, Костя уже выглядел как одиннадцатиклассник. Широкоплечий, статный голкипер школьной команды по мини-футболу сводил с ума не только таких малолеток, как Алиса. Старшеклассницы тоже не прочь были заполучить такого кекса. Но Костя никому не отдавал предпочтения, фанатично занимаясь спортом. Это еще больше подогревало всех девчонок, и они проявляли чудеса изобретательности! Неожиданно на пути Мальцева падали учебники, сумки... А некоторые его поклонницы даже имитировали свои собственные падения. И Костя неизменно помогал очередной упавшей на ровном месте прихрамывавшей девчонке добраться до скамейки или стула. Но этим все его участие в судьбе добровольно потерпевшей и ограничивалось.
Алиса к таким приемам не прибегала. Она все свои фантазии, связанные с Костей, записывала в дневник. С этого-то дневника все и началось. В конце учебного года "выдающимся" школьным личностям в актовом зале вручали награды. Кому за успехи в учебе, кому за активное участие в общественной жизни школы. Попала в число награжденных и Алиса. Она пробежала стометровку быстрее всех девочек школы. И награду ей вручал не кто-нибудь, а Костя Мальцев. Конечно, не сам он покупал этот весь в цветочках и сердечках дневник, на котором по-английски было написано "Секретные истории". Но когда Костя передавал Алисе из рук в руки эту романтическую награду, в его глазах было неподдельное восхищение. И на это обратили внимание все, кто присутствовал в зале. А когда Алисе предложили вручить Мальцеву Почетную грамоту как лучшему спортсмену года, все девчонки были в полном отпаде! Они считали, особенно первая красавица из 6-го "Г" класса Кэт, что вручать награду Косте должны не такие серенькие мышки, как Алиса, а победительницы шоу-конкурса "Мисс Школа", в числе которых была и она, Катька Семенова.
При вручении грамоты Мальцеву пальцы у Алисы дрожали, а щеки были пунцовыми от смущения.
– Вот умора! – громко сказала Кэт и засмеялась.
В разных концах зала тоже раздались короткие смешки. Но Костя был серьезен. Он крепко пожал руку Алисе и слегка притянул ее к себе, глядя в зал. Алиса тоже посмотрела на сидевших в зрительном зале. И в этот момент фотограф сделал "исторический" снимок, запечатлевший двух спортсменов с наградами в руках. На школьной стенгазете этот постер продержался недолго. Кто-то к фигуре Алисы подрисовал мышиный хвост, усы и уши. Фотографию Мальцева не тронули. "Художника" так и не нашли. Завуч вместо изуродованной фотографии подарила Алисе новую, с тем же сюжетом, на которой краски были даже ярче, чем на предыдущей.
Красавец корабль быстро набирал скорость. Алиса и Костя стояли на капитанском мостике и, подставив лица встречному ветру, смотрели в безбрежную даль. Внезапно в голубом небе появилась темная точка. Она стала стремительно увеличиваться и вдруг превратилась в свирепого коршуна с физиономией одноклассника Антона. На узком остром лице хищника сквозь стекла очков сверкали злые глаза. Коршун со скоростью стрелы падал прямо на Алису. Она не успела увернуться, и хищник обрушился на ее голову. В правый глаз будто ударила молния. Алиса покачнулась и открыла глаза.
Волейбольный мяч, отскочив от лица Алисы, уже катился вниз по песчаному склону. Алиса приложила ладонь к глазу, подергивавшемуся от жгучей боли. К Алисе подбежал один из волейболистов и спросил:
– Очень больно?
– Да...
– Дай посмотреть...
– Катись!
– Я же помочь хочу! Надо холодное прикладывать, а то синяк будет!
– Тебе-то что?
– Не нарочно же я! Нечаянно получилось...
Парень взял Алису за руку и потянул вниз.
– Идем к реке...
– Отвали, говорю!
Парень будто только этого и ждал. Он тут же быстро отошел от Алисы и через несколько секунд снова оказался около нее. В руках у него была мокрая футболка. Он сказал спокойно, но твердо:
– Убери руку.
– Еще чего! Клеишься, да?..
Преодолевая сопротивление девчонки, парень отвел руку Алисы в сторону и приложил к ее правому глазу мокрую ткань футболки. Приятный холодок остудил воспаленное место, и боль стала постепенно утихать. Алиса решила молчать, поняв, что парень не успокоится, пока не окажет ей "первую помощь". А он, периодически переворачивая футболку, прикладывал к глазу ее холодные места.
– Меня Андреем зовут... Извини, что так получилось. Хочешь, и ты долбани меня чем-нибудь по башке?
– Не хочу.
– Тогда приказывай. Я выполню любой твой приказ.
– Любой? – недоверчиво спросила Алиса.
– Да! – уверенно пообещал парень.
Алисе сразу захотелось отыграться на незнакомце за его нахрапистость и вранье. Она с удовольствием перебирала в уме всевозможные варианты мести и наконец, остановившись на одном из них, саркастически произнесла:
– Прыгни с середины этого моста в реку...
– Хорошо, – спокойно ответил парень и пошел исполнять приказ.
Алиса недоверчиво смотрела ему вслед, и вдруг желание мстить у нее улетучилось. Она крикнула:
– Эй!
Парень продолжал идти.
– Эй! Я тебе кричу!
Парень даже не обернулся. Тогда Алиса, преодолевая стеснение, решилась назвать его по имени.
– Андрей!
Парень приостановился и спросил:
– Это ты мне?..
– Нет! – сердито крикнула Алиса и отвернулась.
Когда она, прячась за столб, исподтишка снова посмотрела в сторону парня, тот уже взбирался по насыпи к пешеходной зоне. Алиса побежала за ним, крича на ходу:
– Андрей! Остановись!
Парня ей удалось догнать только на середине моста. Он уже заносил ногу за перила, когда Алиса, вцепившись в него обеими руками, испуганно пробормотала:
– Ты что, шуток не понимаешь?
– Я ведь тебе обещал выполнить любой твой приказ.
Алиса посмотрела вниз. Было так высоко, что у нее закружилась голова. "А может быть, – осенило ее, – он чемпион по прыжкам в воду! А я, как дура, бросилась его спасать!" Алисе стало обидно, что ее провели, как маленького ребенка, и она, насмешливо улыбнувшись, спросила:
– И под машину бы прыгнул?..
– Нет.
– Ну вот! А говорил, что – любой!
– Я бы не прыгнул, потому что ты бы мне этого не приказала.
– Почему?
– Ты – не кровожадная.
– Думаешь?
– Уверен.
"Напрасно ты так уверен, – усмехнулась про себя Алиса. – Если бы ты знал, что я вытворяю в своих фантазиях с Антоном, ты бы поседел от ужаса!"
– Приказывай, – напомнил о себе парень.
– Сейчас... А это обязательно?
– Да. Иначе от меня "не отклеишься", – съюморил он.
– Это я уже поняла. Дай подумать... А может быть, пока вернемся на пляж?
– Зачем?
– Ну, стоять в купальнике на середине моста... как-то не очень...
– А мне стоять в плавках нравится. Смотри, пляж как на ладони...
Алиса вспомнила вдруг про корабль. Было очень похоже на то, что она сейчас стоит на капитанском мостике рядом с капитаном. "Жаль только, – с грустью подумала Алиса, – что рядом со мной стоит не Костя, а... какой-то Андрей..." Она посмотрела на парня, на его плавки в форме чайки и попыталась понять, зачем ему этот дурацкий приказ. Фигура у парня не была атлетической, как у Кости. Но он был и не хиляк Чувствовалось, что Андрей со спортом на "ты". Только пока было непонятно, чем он занимается. На вид ему лет семнадцать. Выражение лица волевое. Форма подбородка, как сказал бы физрук, говорит о том, что этот парень привык добиваться поставленной цели. "В этом, – с уважением подумала Алиса, они с Костей чем-то похожи. Кажется, у меня... появился... свой кекс!" От этой внезапно пришедшей в голову неожиданной, шальной и нелепой мысли Алиса рассмеялась.
– Придумала? – весело спросил парень.
– Нет еще, – торопливо ответила Алиса, скроив серьезную физиономию.
Парень стал насвистывать мелодию, которую она вроде бы где-то раньше слышала. Спохватившись, он спросил:
– Думать не мешаю?..
– Нет-нет!..
Парень облокотился на перила моста и стал смотреть вниз на воду. Насвистываемая им мелодия постепенно стала видоизменяться, и Алиса вдруг вспомнила: она слышала ее у тети Лоры, маминой старшей сестры. Это была "Кармен-сюита" Родиона Щедрина. Тетя насвистывала ее не часто, в основном только тогда, когда готовилась к штурму, то есть к неожиданным свиданиям, подстерегавшим ее на жизненном пути.
Алисе вдруг показалось, что ее тринадцатилетие уже наступило. Она почувствовала себя взрослой. И, набравшись храбрости, выпалила:
– Завтра у меня день рождения. Ты объяснишь маме, откуда у меня синяк Придешь?
– Да.
– Тогда завтра в 12 часов дня мы встретимся у "пограничного" столба.
– Это где?
– Ну, где я сидела. – Алиса показала в сторону запрещающего знака.
– Понял. Буду. Пока?
– Пока.
Парень почему-то пошел по мосту не в сторону пляжа, а в противоположную. Он шел легко и свободно. Алиса смотрела ему вслед и сердито кусала нижнюю губу. Дойдя до конца моста, волейболист стал спускаться по ступеням лестницы и исчез из виду, так ни разу и не обернувшись в сторону Алисы.
"Самонадеянная дура, – ругала она себя. – Кекс, кекс! Размечталась! Пацан поприкалывался только и всего! А ты уши развесила! Чумичка! Малолетка! Лохушка!.."
Алиса возвращалась на пляж, почти не видя дороги. Глаза застилали слезы. Ей было так жалко себя, что хотелось плакать навзрыд. Но кругом были люди, и Алиса торопилась к оставленным около знака вещам, чтобы побыстрее одеться и уйти.
Вещей возле столба не было. Не было и футболки, которую парень прикладывал к ушибленному глазу Алисы. Вытирая слезы, она в недоумении оглядывалась по сторонам, предполагая, что ее кто-то разыгрывает, засыпав одежду и сумку песком. Она стала разгребать песок ногами. Вещей не было. Парней, которые играли в волейбол, тоже не было. "Значит, Андрей не приколист, – решила Алиса, – а обыкновенный вор! Они облапошили меня, как маленькую девочку! Разыграли, как в мини-футболе, примитивную комбинацию и обвели меня вокруг пальца. Что же мне теперь делать?.."
Алиса по инерции еще продолжала рыхлить ногами песок, расширяя круг поисков, хотя интуитивно чувствовала, что ее жестоко обломали и вещей она теперь уже никогда не найдет...
– Потеряла что-нибудь, русалочка?
Алиса подняла полные слез глаза и, увидев пенсионера, с трудом сдерживая рыдания, крикнула ему в лицо:
– Поезд уже ушел!
– Поезд?
– Да! Ту-у-ту-у-у-у!..
Гудя как паровоз, Алиса побежала к реке, нырнула в глубину, но долго под водой проплыть не смогла. Она думала, что под речной толщей, где не видно слез, сможет отпустить себя и наплакаться вволю. Но, нахлебавшись воды, как пробка выскочила на поверхность и поплыла к буйку. Обхватив его ногами и руками, отвернувшись от пляжных зевак, девочка стала смотреть на противоположный берег. Там тоже был небольшой пляж, и там играли в волейбол. Алисе даже показалось, что среди игроков она различила и ее нового знакомого. Но берег был далеко, и рассмотреть лица играющих было очень трудно. Только белый треугольник на бедрах одного из них был очень похож на чайку, вшитую на плавках Андрея.
Выходить из воды не хотелось, но и сидеть до полного посинения тоже не было никакого смысла. Выбравшись на берег, Алиса пошла вдоль водной кромки, вглядываясь в лица загорающих. У нее была слабая надежда, что ей удастся встретить кого-нибудь из знакомых или хотя бы соседей и попросить их позвонить матери, чтобы та привезла на пляж какую-нибудь одежду.
Не найдя никого внизу, Алиса поднялась наверх и пошла по асфальтовой дорожке верхней границы пляжа. Проходя мимо двух размалеванных девиц с дымящимися сигаретами в руках, она увидела около брюнетки лежавший в сумке мобильный телефон. Алиса подошла к ней и попросила:
– Можно мне позвонить?..
Брюнетка засунула телефон поглубже и процедила сквозь зубы:
– Топай.
– Мне правда очень надо. У меня украли одежду и деньги.
– Дергай, я сказала!
– Тогда, может быть, вы сами позвоните ко мне домой?
Брюнетка угрожающе приподнялась.
– Ты хочешь, чтобы я надрала тебе задницу?
– Но у меня нет телефонной карты, чтобы позвонить!
– Это твои проблемы.
В разговор, лениво потягиваясь, вклинилась блондинка:
– Пойди, детка, собери бутылки, сдай, и будет тебе и мороженое, и карта, и все остальное. А теперь сделай так, чтобы мы тебя больше никогда и нигде не увидели.
Последнюю фразу блондинка произнесла тихо, но с таким подтекстом, что Алиса не стала дожидаться более подробных разъяснений. Она лишь пожалела о том, что сейчас с ней рядом нет Кости. Он бы не дал ее в обиду. Дойдя до "пограничного" столба, Алиса снова, на этот раз уже руками, стала разгребать песок Ничего так и не найдя, она поднялась с четверенек и пошла по пляжу, утюжа ступнями горячий песок. Дойдя до последнего металлического грибка, Алиса обернулась и посмотрела на длинный "лыжный" след, оставленный ее босыми ногами. Эти две колеи, уходя вдаль, постепенно сливались в одну. А в судьбе Алисы такого слияния не было: ее "колея" и "колея" Кости шли строго параллельно, и надежд на то, что они когда-нибудь сольются, увы, не было...
Ползая на четвереньках возле столба, Алиса искала не сумку и даже не кошелек, в котором лежала крупная сумма денег, выделенная родителями дочери для покупки подарка ко дню рождения. Она искала более дорогую для себя вещь – дневник, которому она доверяла свои самые сокровенные мысли.
Опустившись на круглую скамью под грибком, Алиса положила руки на круглый столик, похожий на испанский воротник. Опустив голову на кисти рук, она стала смотреть на реку. Легкий ветерок, играя с рекой, дурачился, и то тут, то там на воде появлялась мелкая рябь. Солнечные блики, весело перемигиваясь, гонялись друг за другом, и со стороны казалось, что река, с удовольствием отвечая на заигрывания ветерка, радостно смеется...
Справа от Алисы, шурша по асфальту шинами, проехала машина. У самой реки она, взвизгнув тормозами, остановилась. Когда открылись все четыре дверцы, из салона автомобиля вырвался хриплый голос Шафутинского, обещавший рай на земле для всех тех, кто в него верит.
Из иномарки вылезли четыре крупные фигуры с лоснящимися затылками и двойными подбородками. Затылки и подбородки занялись каждый своим делом: кто вытаскивал из багажника шашлычницу, кто расстилал на траве "скатерть-самобранку"...
Когда шашлычный запах добрался до Алисы и одурманивающей волной окутал ее, она почувствовала, как сильно ей хочется есть. Невольно сглотнув слюну, девочка услышала заливистый смех одного из толстощеких "хомяков". А потом прозвучал и его голос:
– Эй, худышка! Спускайся к нам! Деликатесом угостим!..
Алиса изо всех сил стиснула зубы. Но слово "худышка" стало последней каплей, переполнившей чашу ее терпения. Алиса стала колотить кулаками по "испанскому воротнику" и вопить:
– Что я вам всем сделала?! Что вам всем от меня надо?! Что?!! Убирайтесь отсюда!! Я первая сюда пришла!!!
"Хомяки" с интересом выслушали гневную тираду девчонки, и самый дородный из них предложил тост:
– За нимфеток!
Алиса встала и поплелась к автомагистрали. Самый общительный из "хомяков", протягивая "нимфетке" шампур с кусками мяса, покрытого золотистой корочкой, кричал вслед Алисе:
– Эй, насекомое! Куда же ты?
Алиса вышла прямо к троллейбусной остановке. Но ждать троллейбуса она не стала. На дискуссию с кондукторшей у нее уже не было сил, а платить за проезд было нечем. Идти пешком до дома надо было целых пять остановок, а до тети Лоры – всего два квартала. И Алиса пошла к тете, не зная, дома она или нет. "Но даже если ее и не будет, – решила Алиса, сяду около двери и не сдвинусь с места, пока она не придет".
Алисе уже было все настолько безразлично, что она совершенно не обращала внимания на глазевших на нее людей. Машина с кавказцами, ехавшая навстречу, стала ей громко сигналить. А усатый водитель, высунувшись из окошка, предложил:
– Садись, привезем тебя, куда скажешь!
Алиса прошла мимо, даже не взглянув на говорившего. Машина развернулась и, догнав Алису, поехала рядом.
– Ты что, глухонемая? Из дома убежала, да? А может, парень тебя какой обидел? Ты скажи, мы ему объясним, как надо с маленькими девочками обращаться!
Алиса свернула в сквер, через который машина не могла проехать. Кавказцы еще что-то кричали ей вдогонку, сигналили, беспрерывно давя на клаксон, но она даже не прибавила шагу. Дойдя до подъезда тети Лоры, Алиса чуть было не повернула назад. Она вдруг отчетливо вспомнила о том, что тетя предупредила маму о своей поездке в усадьбу. Летом тетя Лора предпочитала находиться за чертой города.
Поднявшись на третий этаж, Алиса три раза подряд резко нажала на звонок В ответ на условный сигнал за дверью послышалось собачье повизгиванье, и Алиса облегченно вздохнула: тетя никогда не оставляла Цезаря дома одного.
Дверь отворилась. Тетя, увидев Алису, присвистнула и изумленно вскинула брови. Затем, рассмеявшись, "похвалила":
– Вот это прикид!
Алиса, прислонившись к дверному косяку, парировала:
– Здесь поболтаем или чайком угостишь?..
– Извини, Киска, входи!
Сопровождаемая спаниелем, вертевшимся под ногами, Алиса вошла в прихожую и увидела в красивом старинном зеркале свое отражение. "Уродина, – подумала Алиса, – ни рожи ни кожи! Хотя рожа сегодня выглядит более или менее экзотично, как раз для собирания бутылок А "хомяк", назвавший меня "худышкой", не прав! Я – стройная, а не худая!" Успокоив себя таким образом, Алиса подошла поближе к зеркалу и стала рассматривать кровоподтек под правым глазом. Тетя, заглянув через плечо Алисы, спросила:
– Не удалось обойти дерево?
– Да. А корни оказались очень крепкими.
– Давай быстро в ванную! А потом я тебе бодягу приложу.
– А кинуть что-нибудь в рот нельзя? А то у меня с утра маковой росинки во "рте" не было!
– Загляни в холодильник. Только торт во "ртец" пока не забрасывай.
Алиса удивленно посмотрела на тетю. До сегодняшнего дня тетушка не разрешала племяннице даже подходить к холодильнику. Он у нее был словно швейцарский сейф. В нем всегда хранилось что-то особенное.
Благоговейно дотронувшись до ручки "сейфа", Алиса потянула ее на себя. Дверца холодильника приоткрылась, и Алиса восхищенно воскликнула:
– Bay!..
Внутренность этого хладохранилища была похожа на бриллиантовый грот. Декоративные сталактиты и сталагмиты занимали небольшое пространство, но отраженные в зеркальных стенах, они казались многочисленными. А продукты, лежавшие на зеркальной поверхности поперечной полочки, будто плыли по подземному озеру. Стоявший на второй полке торт был бесподобен. Тетушка, наверное, использовала для его украшения все насадки для взбивания крема, которые только существуют на свете. Подсвеченные необычным способом лежавшие на фарфоровом сервизе блюда и закуски манили к себе, а поблескивающие красные икринки отливали рубиновым светом.
Подхватив один из бутербродов, Алиса отправила его в рот, и он будто растаял там. Даже пережевывать почти не пришлось.
– Да ты доставай их все! – предложила тетушка.
Алису не пришлось уговаривать. Она глотала бутерброды один за другим, пока не насытилась. Поглаживая живот, Алиса отправилась в ванную комнату. У тетушки ей нравилось. Иногда она даже сожалела, что тетя Лора не ее мать. Приходя к тете Лоре, Алиса каждый раз словно попадала в музей. Вся мебель в этой квартире была не просто антикварная, а тщательно подобранная по стилю и эпохе. Объяснялось это очень просто: тетушка до пенсии по инвалидности работала реставратором на Мосфильме.
Лежа в широкой с пологими краями ванне, Алиса наслаждалась запахом хвои, струящимся над изумрудного цвета водой. Она чувствовала, как хандра сегодняшнего утра постепенно растворяется в ароматизированных запахах, заполонивших ванную комнату.
– Тетя Лора! – весело позвала Алиса.
Открылась дверь, и тетушка вкатила никелированный сервировочный столик На нем стояли ваза с фруктами, два фужера и бутылки со "спрайтом", "колой" и другими тонизирующими напитками.
– Не делай удивленные глаза, – предупредила тетушка, – все безалкогольное.
– Мы что, уже начали отмечать мой день рождения?
– Нет. Отмечать заранее – плохая примета. А вот взять из прошлого все лучшее и перенести в будущее – просто необходимо. Ты зачем меня звала?
Алиса, не ответив, нырнула с головой в изумрудную воду и "смыла" с себя остатки утреннего раздражения. Вынырнув, она засмеялась и сказала:
– Меня обокрали на пляже...
Алиса рассказала тетушке все как было на самом деле. Про дневник она умолчала. Ей пока не хотелось раскрывать тете Лоре свой секрет, о котором никто не знал. Даже подружка Танька. Посвящения, адресованные Косте Мальцеву, в дневнике были зашифрованы. Над каждым таким откровением стоял замысловатый вензель, в котором были искусно запрятаны инициалы К. И. М.
Тетушка разлила по бокалам "спрайт" и спросила у племянницы:
– За что же мы выпьем?
Алиса, не раздумывая, произнесла:
– За телепузиков!
– Хочешь снова стать маленькой?
– Хочу, став взрослой, сохранить способность радоваться, как дети!
– Прекрасный тост. За телепузиков!
Сморщив нос от щекочущих ноздри пузырьков воздуха, Алиса с удовольствием вонзила зубки в мякоть большого спелого персика. Тетушка, опустив в воду кончики пальцев, проверила температуру и спросила:
– Ты пойдешь завтра к двенадцати?
– Куда?
– К "пограничному" столбу.
– Прикалываешься, да?
– Нет.
– Думаешь, он мне все мои вещи вернет? – усмехнулась Алиса.
– Насчет вещей не знаю... А вот то, что Андрей ради тебя с моста готов был прыгнуть, – это дорогого стоит. Ради меня этого никто не делал. И даже не собирался.
– Он меня в одном купальнике оставил, а я как лохушка какая к столбу побегу?!
– Может быть, это не он...
– Ты не знаешь современных пацанов! Ты хочешь, чтобы они оттянулись по полной программе? Гарантию даю, что они спрячутся где-нибудь на пляже за торговым павильоном и будут тащиться, пока я у столба, как дура, светиться буду!
– Ладно. Утро вечера мудренее. Выбирайся, а то вода уже остыла, простудишься... Халат надень.
Тетушка вышла. А Алиса еще немного поплескалась в прохладной воде. Прежде чем выйти из ванны, Алиса, подливая шипящие напитки, перепробовала все яства, стоявшие на сервировочном столике. И только потом вышла из ванны, как Афродита из морской пены. Во время интенсивного растирания полотенцем в голову Алисы пришла простая мысль. "Зачем мне, – обрадовалась она, – стоять чучелом возле "пограничного" столба? В двенадцать часов я проеду на троллейбусе мимо пляжа. И если приколист будет на условленном месте, я выйду на остановке и подойду к нему!"
Из ванной комнаты Алиса выскочила веселой и вприпрыжку, сопровождаемая Цезарем, побежала на кухню. Там уже в воздухе стоял аромат душистого "королевского" чая... Тетушка поставила перед племянницей кусок от праздничного торта.
– Нравится?
– Попробуем!.. Объедение!
Алиса стала с удовольствием поглощать лакомство, весело подначивая тетушку:
– А ведь Андрей меня завтра не дождется!..
– Почему?
– Мне не в чем идти. Костюма от Версаче у меня нет!
– Могу предложить прикид от Элеоноры.
– Кто это?
– Консультантша по костюмам у Бритни Спирс.
– Заливаешь?
– Смотри...
Тетушка повела Алису в комнату и открыла перед ней пузатый шкаф. У Алисы от разноцветья запестрело в глазах. Тетя Лора стала раскладывать на диване и на креслах яркие наряды. Алиса попросила:
– Можно я это все перемеряю?!
– Валяй!
Еще раз удивившись щедрости тетушки, которая сегодня разрешала племяннице все, что раньше запрещала, Алиса, вертясь перед зеркалом, примеряла обновки. Некоторые ей были еще велики. Но несколько вещей оказались впору.
– Откуда у тебя все это?!
– Много будешь знать – скоро состаришься. Что-нибудь понравилось?
– Да! Вот это! И это! И это – тоже ничего!..
– Забирай. Это все твое.
– Спасибо!
Алиса бросилась к тетушке и крепко расцеловала ее в обе щеки.
– Ну вот, – засмеялась тетя, – такой ты мне больше нравишься.
– И я себе тоже! А то меня уже достали и школа и родители!
Алиса взахлеб стала рассказывать тетушке о своих школьных делах:
– У нас в классе уже все девчонки стильно одеваются!
– Так уж и все?
– Почти все! Ты не знаешь, как невыносимо ходить в школу все в одном и том же! А Кэт меняет свои тряпки чуть ли не каждый день! Жалко, что она не увидит меня завтра во всем этом!
Новые наряды словно пробудили Алису от спячки. У нее появилась такая жажда деятельности, что она вскочила с кресла и стала ходить по комнате в поисках возможности практического применения своей фонтанирующей энергии. Тетушка, наблюдая за племянницей, поинтересовалась:
– Чем же достал тебя отец?
– Заставляет меня на все лето уехать в спортивный лагерь!
– А тебе там не нравится?
– Да кому же понравится вставать каждый день в семь утра! А потом зарядка и прочие прелести. Мне это зимой надоело!