Текст книги "Танцуя среди звёзд. Книга 5. Игры света и тьмы - 2 (СИ)"
Автор книги: Морвейн Ветер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Я уже слышал про долг!
– Тогда ты знаешь всё, что я хочу тебе сказать.
Луана на секунду прижала ладонь Дезмонда к щеке, коротко поцеловала и попыталась отвернуться к двери, но Дезмонд опять удержал её – теперь уже за плечо.
– Луана, в тот раз я предлагал тебе… предлагал тебе бегство. Предлагал неизвестность. Я понимаю, почему ты отказалась уйти. Если ты уйдёшь со мной сейчас, то ты станешь одной из самых уважаемых женщин в содружестве. Я дам тебе всё. Ты можешь стать супругой магистра Ордена…
– Ордена! – Луана вырвалась и неожиданно расхохоталась – пронзительно и зло, – как я устала от ваших Орденов, если бы ты знал… Ненавижу. Вас всех. У меня свой долг, Дезмонд. Я поклялась, что буду с ним.
Смех перешёл в тихий всхлип. Больше Луана не сказала ничего. Молча скользнула рукой по панели на стене и исчезла в коридоре.
Едва дверь закрылась за ней, Дезмонд со всей силы ударил по стальной панели, так что она прогнулась под ударом его кулака. Потом ещё раз и ещё.
Он бесновался не меньше часа, пока в каюте не осталось ничего, что можно было бы разбить…
Наутро после того, как Иса напомнила ему о Нолане, Дезмонд всё ещё не мог избавиться от воспоминаний о той ночи. Но заметив, что коммуникатор, лежащий на тумбочке, слабо мерцаем, всё-таки взял его в руки.
«Привет. Как ты?»
Ответ пришёл сразу же.
«Привет. Я волновалась. Ты где?»
Дезмонд вздохнул и тихонько рассмеялся.
«Не парься. Я бессмертный».
Тут же в ответ пришло несколько улыбок и короткое:
«Всё равно. Не пропадай».
Эти письма были настолько слабой заменой того, в чём он нуждался на самом деле, что даже сравнивать их с недолгим утренним счастьем он не мог. Но Дезмонд писал, и боль стихала постепенно – как это было между ними всегда.
***
Дезмонд вышел из бара, оставив Ричарда развлекаться с двумя красотками, и замер, опираясь на мраморный парапет набережной. Посмотрел на небо, выискивая маленькую звёздочку Интаки. Потом не глядя достал комм.
Вот уже почти неделю Инэрис не отвечала, и он не особо-то ждал ответа прямо сейчас. Скорее чего-то вроде: «Не парься. Я бессмертна».
Писем от Инэрис в самом деле не было. Зато была куча пропущенных вызовов и одно-единственное сообщение от Аэция: «Срочно. Позвони».
Дезмонд вздохнул и стал звонить.
Аврора стояла у окна и смотрела в окно. Она стояла так всё время, когда не сидела за компьютером в поисках информации об окружавшем их мире. Никто не ограничивал её в перемещениях – по крайней мере в пределах больничного комплекса. И палату ей подобрали самую просторную – как и оговаривала Иса с самого начала. Кровать была по больничному узкой, но в комнате нашлись места письменному столу, ноутбуку и книжному шкафу, а боковая дверь вела в отдельую ванную. Просторное окно смотрела в больничный сад. Однако за всё время, что прошло с пробуждения Аврора ни разу не вышла даже в коридор. Иногда Инэрис казалось, что та боится выходить на улицу.
– Знаешь, – сказала она раньше, чем Иса успела перейти к главному, – я сейчас понимаю его.
– Его? – переспросила Инэрис, присаживаясь на подлокотник кресла в паре шагов.
Аврора кивнула, а потом пояснила легко, будто ответ и мог быть только один:
– Аэция.
– Галактиона?
Аврора не ответила. Инэрис чувствовала, что та хочет поговорить, но Аврора никогда не рассказывала о себе и, видимо, не собиралась начинать. Ей было легче дать Инэрис книгу по истории, чем собственными словами рассказать о прошлом. Теперь, после сотен лет того, о чём она сама не хотела говорить, Инэрис начала понимать, что Аврора просто боялась. Больше всего на свете она боялась показаться слабой.
А теперь у бывшей Владычицы был такой вид, как будто прошлое просилось наружу, и только истончившаяся до предела преграда из гордости не давала ему вырваться на свободу.
– Что тогда произошло? – спросила Инэрис напрямик, решив, что кто-то должен начать этот разговор. – Тогда, когда он вернулся с Астеры? Ведь слухи не врут? Вы были с ним…
– Любовниками? – Аврора усмехнулась и бросила на неё короткий взгляд через плечо. – Нет. Мы… Не успели. И я не могла.
Она вздохнула.
– Я ведь… в самом деле была наследницей императора. Мне было шестнадцать – хотя теперь, наверное, трудно поверить, что мне когда-то было шестнадцать. А он был… Мне сказали, что он уже тогда был изгнанником. «Проклятым». Так сказала Основательница. И теперь уже я понимаю, что она могла попросту лгать, потому что Терс Мадо тогда были главными соперниками Эцин перед лицом императрицы. Перед моим лицом. Айрен… Основательница… Говорила, что Ребекка и Аэций хотят меня уничтожить. Но мне, честно, было всё равно, потому что когда я увидела его – высокого, в чёрном плаще, без единой подвески и без единого вычурного украшения, разве что полы плаща скрепляла серебряная брошь на плече – среди всего этого буйства красок, будто среди павлиньей стаи… Я не могла оторвать взгляда. А потом я увидела его глаза. Это был конец. Конец для меня на все последующие годы, столетия, на всю следующую тысячу лет. Я не могла думать. Мне было всё равно, что говорят. Хотя Айрен предупреждала меня ещё много, много раз.
Я сошла с ума тогда. Он стал самым близким мне человеком. И хотя Айрен говорила мне, что это только политика, я просто не могла думать о политике тогда.
А он… Ну, он был намного старше и умнее меня. Для него это в самом деле была только политика. Он вертел мной как хотел. Наверное, вернее было бы сказать, что империей тогда правил он. Впрочем, править-то было особенно нечем… только Нимея и слабые попытки исследовать планеты, ближайшие к нам.
А потом была первая Межзвёздная. Я до сих пор не понимаю, зачем он отправился туда сам, но те восемь лет, что его не было, стали для меня… Не знаю. За эти годы я повзрослела так, как не повзрослела за все годы до того. Я протрезвела – но не настолько, чтобы отдалить его от себя. И когда он вернулся со своими безумными идеями и с эликсиром, я уже не слушалась его так, как раньше.
Потом, когда я думала, что же произошло, то приходила к выводу, что тогда всё началось. Если бы я не мешала ему, если бы просто делала всё, как он хотел – может быть, мы остались бы вместе. С другой стороны – нужно ли было это мне? И разве не наступил бы момент, когда он всё равно предал бы меня, решив, что может стать настоящим правителем?
Так или иначе, но я Аэцию не подчинилась. Я приблизила к себе Айрен – из числа Эцин была назначена охрана во дворце, и почти всегда на советах я слушала теперь её. Она говорила разумно, так что я бы не сказала, что жалею о каких-то решениях, принятых тогда. Но Аэций, полагаю, был зол. Потому что однажды ночью он попросту попытался меня убить. Он сам. Зная, что только его пустят в мою спальню без вопросов. Его одного.
Аврора втянул воздух и на какое-то время замолчала, а затем продолжила:
– Я сбежала. Десять лет я не знала, куда податься и кем я стану теперь. Но я, по крайней мере, находилась в том мире, к которому привыкла. Не то, что теперь.
Помогла мне Айрен. Когда я решилась вернуться в столицу, то пошла к ней, и она подсказала мне, как я могу вернуть себе престол. Но и тогда, и потом я много раз спрашивала себя, почему за десять лет она не сделала ничего? Почему не помогла мне?
Аврора усмехнулась:
– Ответ был так прост… Но мне так трудно было принять его тогда. Я знала Айрен едва ли не с детства, но ей было всё равно. Когда Аэций захватил власть, Айрен поддержала его, рассчитывая вступить в новую сделку. А когда поняла, что с Аэцием договориться она не сможет – решила всё-таки отыскать меня. И тут я пришла сама.
– Ты поэтому не доверяешь ордену?
– Отчасти. Потому что я знаю, им всегда было всё равно, стою у власти я или кто-то другой. Важно было лишь то, чтобы тот, кто правит, выполнял все капризы Основательницы… А потом магистров. Но я была удобна только до тех пор, пока не поняла, что нельзя слепо верить им. Когда я начала сомневаться в Основательнице, она начала сомневаться во мне. А вскоре она попросту… ушла. И это отдельная история. Но тем, кто пришёл на её место, я не доверяла никогда. Айрен была фанатиком. Ненормальной. Но она верила в священную миссию Ордена и, наверное, сама готова была умереть за неё. Те, кто сменил её, хотели выгоды только себе.
– Почему ты не сказала мне об этом… когда я захотела учиться у них?
Аврора усмехнулась.
– Потому что ты бы мне не поверила, Ис. И потому что они многому научили тебя.
Обе замолчали на какое-то время, а затем Инэрис спросила:
– Так что стало с Аэцием?
– Я победила его в поединке справедливости. Был такой древний ритуал. Раз в год можно было бросить вызов императору. Он чуть не убил меня. Я уже лежала у его ног. Никогда не забуду его взгляд в те секунды. Он промешкал всего несколько мгновений, но я успела сбить его с ног и занести меч. А потом он просто… Признал мою власть. Наверное, не захотел умирать. Я не убила его. Не потому, что жалела. Он мог понадобиться в будущем – и понадобился. Я была права. Но его Орден я должна была уничтожить, потому что иначе они уничтожили бы меня. Я убила их всех. Остался только герцог Аркан. Он единственный присягнул мне, и ему я поверила. И верила почти что… до конца.
Аврора замолчала. Потом опустила лицо на ладони и какое-то время стояла так.
– Это всё неважно, – сказала она потом. – Больше двух тысяч лет. А мы даже не были любовниками. Но тогда, когда я разрешила ему вернуться из изгнания… У него был безумный взгляд. И теперь я понимаю почему.
Они снова замолчали.
– Сделать чаю? – спросила Инэрис через какое-то время, чтобы разрядить обстановку.
Аврора покачала головой.
– Нам нужно подумать, как представить тебя людям, подобрать одежду… Аврора, боюсь, что не могу пока предложить тебе новое жильё. Те, на кого я работаю, хотят установить за тобой слежку. Имей это в виду, если решишь куда-то пойти.
– Те, на кого ты работаешь? – спросила Аврора спокойно, с лёгкой усталостью, но уже не так потерянно. – Любопытно, кто мог удостоиться такой привилегии, кроме меня.
– Я работаю на правительство, Аврора. Как и всегда. Потому что я всегда за то, чтобы в стране был порядок. Как ты меня и учила.
– А я? – спросила Аврора, поворачиваясь к ней, но ответить Инэрис не успела. В окне потемнело. Обе повернулись к нему и Инэрис тихонько прошептала:
– Вот чёрт.
В коридоре послышался топот ног. Кто-то замолотил дверь.
– Полковник! – не дожидаясь ответа молодой парень ворвался в палату. – С вами хотят поговорить! Они хорошо вооружены!
Иса не двинулась с места. Она стояла и зачаровано глядела на металлическую поверхность корабля заслонившего дневной свет.
– Кто там? – резко спросила Аврора.
– Полковник! – нервно напомнил о себе парень.
Иса наконец дёрнула плечом.
– Эцин, наверное, кто ещё.
– Орден? – Аврора чуть наклонилась к ней. – Инэрис…
– Я не собираюсь отдавать тебя им, – поспешила успокоить её Иса. – К тому же думаю, они пришли кое за кем ещё. Так что просто не показывайся им на глаза.
Развернувшись она стремительно вышла в коридор.
– Инэрис.
Каллен, такой же собранный, как и всегда, стоял в другой половине комнаты. Он не снизошёл ни до того, чтобы воспользоваться кофеваркой, ни до того, чтобы присесть.
– Грано Инэрис, – настойчиво поправила девушка. – Кален, расскажи пожалуйста, как ты собираешься объяснять горожанам появление НЛО? Или тебе на это просто наплевать?
– Массовый гипноз.
– А… Вот оно как, – Инэрис молча села на один из двух диванчиков, стоявших в центре комнаты, и закинула ногу на ногу. Ладно. Тогда следующий вопрос: что привело тебя в наши края?
– Ты не дала ответа.
– Мне показалось, мой ответ был вполне очевиден.
Кален молча смотрел на неё.
Инэрис вздохнула.
– При всём моём искреннем сочувствии делу Книги Звёзд, я не могу сотрудничать с организацией, политику которой определяет Анрей Аркан.
– Дело в Дезмонде? Тебе не кажется, что это недостойно фигуры твоего уровня – судить о ситуации ориентируясь на свои эмоции?
– Да, дело в Дезмонде. Но я не считаю, что проблема в одних лишь моих эмоциях. Поведение Анрея доказало, что с ним в принципе нельзя вести дела. Не знаю, в курсе ли ты… Но это не первый случай. Он уже был на Земле.
На лице Калена отразилась тень удивления.
– Был и убил моих людей, – продолжила Инэрис. – Однако я могла бы абстрагироваться от эмоций, если бы не видела, что с годами он стал только более невменяем.
Кален помолчал.
– Ты понимаешь, что любой союз с Дезмондом Аркан делает тебя предательницей в глазах совета?
– В глазах совета? – Иса приподняла бровь. – Хонестум, Юдиктус, они всё ещё там?
– После их гибели грано не осталось. Мы вынуждены были собрать новый совет из наиболее уважаемых мастеров.
– Вот оно как. То есть я – последний грано Ордена Эцин. И при этом какие-то мастера собираются объявить меня предателем? Тебе самому не смешно?
– Иса, – напряжённо произнёс Каллен, – тебя не было тысячу лет.
– Я тут пообщалась кое с кем из ваших конкурентов – так вот они почему-то и тысячу лет спустя помнят, кто я и кем была. А вы успели забыть?
Кален молчал, и Иса продолжала:
– Я – последний грано Ордена Эцин. Может быть Анрей и не признает мои права, но я найду тех, кто бы их признал. И если ваш совет не хочет, чтобы я об этом заявила при всех – вам лучше оставить меня и мою планету в покое.
По лицу Каллена пробежала тень.
– Ты – не последний грано, – тихо сказал он. И прежде, чем Иса разобралась, к чему относятся эти слова, продолжил: – Я тебе уже говорил, в Атлантиде находится то, что принадлежит нам. Сейчас я могу оставить тебя в покое, если ты нам это отдашь.
– Извини. Это исключено.
– Зачем?! – не выдержал Каллен. – Зачем ты так её бережёшь?
– Потому что она – моя наставница. Последний осколок мира, в который я когда-то верила всей душой.
– Никто давно не верит в пророчества Айрен! Никто, кроме тебя… и меня.
Наступила тишина. Иса молча смотрела на него.
– Айрен? – переспросила она.
На лице Калена отразилась досада.
– Ты ещё не вскрыла саркофаг?
Иса опустила взгляд и поглядела на свои руки, изо всех сил стараясь не выдать того сумбура, который творился у неё в голове. Каленн же взял себя в руки уже через несколько секунд:
– Инэрис, мне жаль, но выбора у меня нет. Саркофаг, который вы подняли со дна, должен быть немедленно доставлен на нашу станцию. И ты тоже пойдёшь со мной.
– Хорошо, – Инэрис наконец подняла на него взгляд. – Саркофаг и я. Но завтра, Каллен. Уверена, ты понимаешь – мне некуда бежать.
С самого начала у Исы была масса идей в отношении того, что понадобилось от неё Ордену. В конце концов, Атлантида, последнее прибежище Авроры, неизбежно должна была хранить все нераскрытые тайны владычицы. Не последнее место в её предположениях занимал и второй таинственный саркофаг, найденный в комнате с двойным дном. И страницы, которые были спрятаны в его постаменте – теперь уже Инэрис не сомневалась, что это отрывки из Книги Звёзд. Вот только она знала этот фолиант наизусть, лучше, чем любой в Ордене. Когда-то очень давно она даже бралась сделать по нему свой собственный перевод. И теперь Иса со всей уверенностью могла сказать, что в Книге Звёзд не было тех слов, которые она сумела прочитать сейчас.
Однако страницы, саркофаги и даже возрождение Авроры… всё меркло перед теми новостями, которые принёс Кален. Настоящий масштаб бедствия Иса начинала понимать только сейчас.
Едва избавившись от визитёра и выйдя в коридор, она стремительно направилась в лабораторию, где стоял саркофаг.
Айрен – Основательница Ордена Звёзд – была мифической фигурой уже в те времена, когда Иса родилась. А ещё – Айрен была её кумиром. Образом, за которым Иса с детства следовала как за путеводной звездой. И теперь, несмотря на то, сколько лет прошло, у неё сердце замирало от мысли, что она увидит Айрен живьём.
На краю сознания мелькнула мысль, не стоит ли посоветоваться с Авророй, прежде чем что-либо предпринимать, но Иса тут же её отмела. Аврора всегда преследовала свои собственные интересы, и даже если эти интересы совпадали с интересами человечества, Иса слишком устала от игр. Сейчас она хотела разобраться во всём сама.
Войдя в лабораторию, она остановилась на несколько секунд, сделала глубокий вдох и решительно шагнула к криокапсуле. Не давая себе времени на сомнения, начертила на прозрачной поверхности древний знак.
Установка зашипела, и верхняя крышка медленно отъехала в сторону.
Лежавшая внутри молодая женщина выглядела трогательно беззащитной целое мгновение. Её кожа была бледной, скулы – высокими. Тёмные волосы – коротко и небрежно острижены, вопреки всем представлениям Исы о моде двухтысячелетней давности.
А когда мгновение подошло к концу, спящая выгнулась дугой, схватила воздух ртом, закашлялась, забилась в судорогах…
Жестом показав наблюдателям за зеркальной стеной, что вмешиваться рано, Иса осторожно приобняла её, не давая удариться обо что-нибудь головой.
– Всё в порядке? – мягко спросила она.
Женщина судорожно кивнула головой.
– Как тебя зовут? Что ты помнишь?
– Айрен… – осипшим голосом выдохнула та. Потом перевела на свою освободительницу полубезумный взгляд. – Ты! – выдохнула она. – Я знаю тебя!
Инэрис растерялась. Она не представляла, чего ждать, но этих слов точно не поняла.
– «Та, которая придёт, на чьё чело возляжет венец. Да соберёт под свою власть тысячу миров.
Та, которая придёт, чьи руки поднимут священный меч. Да охранит мир людей от всех врагов.
Та, которая придёт, чьи руки примут скипетр древних королей. Да создаст новый мир на руинах империи, разрушенной войной».
– нараспев протянула пленница саркофага.
На некоторое время в комнате повисла тишина.
– Так, – Иса наконец взяла себя в руки. – мне правда очень интересно, что ты хочешь этим сказать. Но сейчас перед нами стоит парочка более насущных проблем. Основная из них состоит в том, что вон там, – Иса указала пальцем в стену. – Пара десятков человек из твоего ордена с мощным звёздным кораблём. И если завтра я не отдам тебя им, они тут всё разнесут к Безымянному. Так что я очень надеюсь, что ты сможешь мне помочь преодолеть это небольшое затруднение и своим авторитетом остановишь приближающийся коллапс.
Мгновение Айрен смотрела на неё, а затем хрипло расхохоталась.
– Орден, – чуть успокоившись, произнесла она, – меньшая из твоих проблем.
Ткнула пальцем в пол и добавила:
– «Он» идёт.
– «Он», – напряжённо повторила Инэрис. – Звучит вполне в духе твоего творчества, но… Может быть кто-то наконец соизволит сказать мне, кто этот «он»?
– Безымянный. Кто же ещё?
Глава 11. Обитель Света
В кабинете ей говорить не хотелось, но места лучше она придумать не могла, и потому, войдя в лифт, нажала кнопку своего этажа, а затем, миновав коридор и пустующую приёмную, зашла к себе.
Упала в кресло за большим столом, стоявшим так, что широкое окно оказывалось у неё за спиной, и повернулась к Авроре, молча предлагая говорить самой.
Аврора направилась к сервировочному столику в углу и принялась заваривать чай.
– Не тяни, – сказала Инэрис, внимательно наблюдая за её руками, порхающими над чайниками.
– Я думаю, ты всё поняла и сама, – сказала Аврора наконец.
– Зачем ты держала её у себя?
– Потому что она разрабатывала теорию открытия врат.
– Открытия врат?
– Врат туда, откуда пришли наши враги. И… ещё одного мира. Мира, где, возможно, обитали наши союзники.
– Аврора, говори яснее.
Аврора закончила наконец разливать чай и, поставив одну чашку перед Инэрис, другую опустила на журнальный столик, а сама уселась на диван напротив.
– Есть легенда, – сказала она, поднимая свою чашку и осторожно касаясь губами кипятка. – О девяти странниках между мирами. Они явились в наш мир – никто не знает зачем. Но стражи мира не позволили им жить здесь – а может, и захватить наш мир. Они выдворили странников за грань нашего мира, где те были обречены вечно кричать от боли в пустоте, разрывающей их тела. Защитники ушли, потому что и сами они не принадлежали этому миру, но оставили людям завет – никогда не поддаваться злу. Прошли тысячи и тысячи лет и чтобы сохранить этот завет был основан первый из Орденов – Орден звёздного света. По крайней мере Айрен всегда представляла дело так. Но Айрен никогда не была слугой тем, кто вручил в её руки власть. Она восстала и поставила своей целью сделать людей независимыми, свободными от воли тех, кто не принадлежит этому миру. И так Орден стал тем, что он есть.
– Эту сказку я читала, – Инэрис нахмурилась, – кроме истории о девяти.
– Конечно. Её рассказал мне Аэций. И вряд ли её знал кто-то из людей. Но это не всё. Есть и другая часть истории. Девять были изгнаны, но один из них вернулся. Он пробил ткань одного из миров и установил там свою власть. Он мечтал отомстить Защитникам, но, чтобы добраться до них, он должен был пройти наш мир насквозь и только тогда открыть врата в их мир. И он пришёл. Пришёл и почти добился своего. Ему нужен был лишь тот, кто откроет врата в Асгард.
Инэрис аккуратно поставила чашку на стол, чтобы не разлить чай.
– Айрен? – тихо спросила она.
Аврора едва заметно улыбнулась и покачала головой.
– Его брат. Галактион.
Какое-то время в кабинете царила тишина.
– Почему вы обе… сказали… что он появится сейчас?
Аврора пожала плечами.
– На то, чтобы собрать силы, у него всегда уходит тысяча лет.
Она поморщилась, явно недовольная толи качеством чая, толи качеством воды.
Губы Инэрис побелели, и как ни старался он этого не замечать, сердце бешено заколотилось в груди.
– Я не хочу встретиться с ним опять, – сказала она.
Аврора не ответила. Залпом допила остатки чая и откинулась назад.
Какое-то время царила тишина. Затем Инэрис спросила:
– Чем занимались в этой колонии? В Атлантиде?
– Я думала, ты поняла, – Аврора пожала плечами и открыла глаза, – они искали врата.
– Искали?
– Врата могут быть открыты – насколько я могу судить – только в условиях особой комбинации гравитационных полей. Иными словами – только в определённом месте и в определённое время.
– И каково это время?
– Я не знаю. Я даже не могу с уверенностью сказать, что это имеет значение, Инэрис. Мы не достигли успеха. Всё, что нам удалось – сгенерировать портативный ворот за грань миров. В то место, которое мы привыкли называть гиперпространством.
Инэрис покачала головой.
– Лучше бы я этого не знала, – сказала она наконец.
– Ты привыкнешь, – Аврора улыбнулась неожиданно мягко, почти по-матерински. – Я тоже предпочла бы не знать две трети того, что знаю теперь.
Дезмонд пока не привык считать это место домом и не знал, привыкнет ли. Несмотря на неопределённую позицию Исы, он сделал всё возможное, чтобы строительство представительского комплекса Ордена на Земле началось, и теперь мысленно готовился к переезду в новый квартал. Но та квартира, в которой он провёл с Инэрис первую настоящую ночь, всё ещё была ему мила. Он предпочёл бы её любому гостиничному номеру. И сейчас, после долгой и неожиданной миссии совсем в другой части галактики с удовольствием возвращался сюда.
Тем более странно он себя ощутил, обнаружив, что дверь не заперта.
Дезмонд не носил с собой оружия, если это не предполагал этикет мира, где он пребывал. У него были другие способы защитить себя. Он завёл руку за спину и почувствовал, как пальцы наполняет тёмная энергия. Вихри демонической силы клубились вокруг его кисти, прорываясь в срединный мир из вселенной запредельного мрака. Раньше, когда он не знал, что слухи о его происхождении правдивы, его удивляло то, что ему подвластные такие силы. Но он почувствовал их в себе настолько давно, что давно привык не задавать вопросов. Теперь всё встало на свои места, и Дезмонд ощущал себя стократ спокойней.
Медленно и бесшумно он отворил дверь и, продолжая держать руку за спиной, прошёл в холл.
Белую фигуру в кресле он увидел от самого входа, она отчётливо выделялась в царившей кругом тьме. Платиновые волосы Исы разметались по подголовнику, голова была чуть запрокинута, веки опущены, а губы приоткрыты. Дезмонд замер, рассчитывая полюбоваться этой красотой, бледной длинной шеей в полу распахнутом вырезе белой блузки и тонкими запястьями, расслабленно опущенными на подлокотники… Но уже через секунду Иса вскинулась, и её голубые глаза пристально посмотрели в его глаза. Чуть опустив взгляд, Дезмонд увидел, как заклубились голубоватые всполохи вокруг её приподнявшейся кисти.
Они шагнули вперёд одновременно – Дезмонд от двери, Иса – поднимаясь на ноги. Дезмонд даже забыл потушить призванную на помощь тьму. Сила продолжала клубиться, завиваться спиралями, пока рука не оказалась у Исы на спине. Его собственную спину обжог разряд магического холода там, где по лопаткам прошлись пальцы любимой. Иса тихонько зашипела, должно быть, ощутив лопатками такой же укол дискомфорта.
А потом их губы сомкнулись, и вся остальная вселенная перестала существовать.
– Извини, я взломала замок… – прошептала Иса спустя бесконечно долгое количество минут, на мгновение разрывая поцелуй – и тут же снова впилась в его губы, жадно, требовательно, как будто они не виделись тысячу лет.
– Ничего, – выдохнул Дезмонд ей в губы. – Мне понравился твой сюрприз.
Медленно, не говоря больше не слова, как будто танцуя без музыки некий давно забытый танец, они продвигались к спальне.
Футболка Дезмонда каким-то чудом оказалась на полу, и он застонал, когда шероховатые подушечки пальцев Исы пустились в путешествие по его обнажённой коже.
Пальцы Дезмонда долго мучали ворот её рубашки, честно попытались справиться с пуговицами ничего не испортив, но уже через несколько секунд сдались и просто рванули полы в стороны.
Иса не возмутилась – только застонала ему в губы, когда сильные руки нежно стиснули её грудь.
До спальни они так и не дошли. Застряли перед комодом. Дезмонд понял, что держит её на руках, только когда взялся усаживать на горизонтальную поверхность.
Иса не переставала целовать его всё время, пока Дезмонд избавлял её от брюк – потеряв его губы, принялась за шею, перешла на плечо… Каждое соприкосновение с его кожей отдавалось разрядами тока по всему телу. Несмотря на то, что они поминутно прижимались друг к другу, этих прикосновений было слишком мало, хотелось ещё и ещё, и Иса впивалась зубами в его тело в бессильной попытке сделать его ещё ближе. Пока Дезмонд не вошёл в неё, не толкнулся глубоко-глубоко, вырывая особенно громкий стон. Он поглаживал её бережно, сдерживаясь из последних сил, когда Иса уже бессовестно впивалась в его шею пальцами, оставляя на завтра синяки. Она двигалась навстречу так быстро, как позволяли мышцы гибкого, сильного тела, и Дезмонд в исступлении отвечал ей тем же.
Одного раза не хватило, и, слегка восстановив дыхание, они переместились на кровать, чтоб уже медленней гладить друг друга и изучать со всех сторон.
– Где ты был все ети дни? – спросила Иса, улучив момент.
– А ты? – спросил Дезмонд.
Никто так и не ответил, потому что их губы сомкнулись в новом поцелуе, который никто не хотел прерывать.
…Когда Дезмонд проснулся, в окна уже лился тусклый свет городского солнца, просеянный сквозь белые облака. Землю укрыла покрывалом зима.
Постель была пуста.
Несколько долгих мгновений Дезмонд лежал неподвижно, в тщетной надежде прислушиваясь к звукам окружающего пространства. Он был оптимистом и готов был поверить, что Иса просто встала сделать кофе.
Но на кухне было тихо, и в гостиной тоже. Дезмонд понял это, сделав короткий обход квартиры.
Зарычав, он схватил с комода чудом уцелевшую накануне вазу, и с размаху швырнул её в большое зеркало в дорогой бронзовой раме. Его изрезанное осколками отражение на мгновение показалось ему нечеловечески страшным.
Дезмонд заставил себя дышать ровно.
Резким движением распахнул дверцы шкафа, схватил с полки одну из множества одинаковых чёрных рубашек и, на ходу застёгивая её на себе, направился к выходу.
В городе у Дезмонда были хаммер и байк, и в это утро он выбрал байк – очень надеялся, что холодный ветер освежит голову и приглушит ярость.
Ярость всё равно никуда не делась и к тому моменту, когда он добрался до офиса партнёрской организации, она бушевала в его сердце непокорным пламенем.
Ворвавшись в кабинет, где по всей логике должна была находиться Иса, он замер, в недоумении глядя на маленькую рыжеволосую женщину, устроившуюся в кресле перед столом.
– Где она? – Дезмонд едва сдерживал рык.
Женщина не торопясь отставила фарфоровую чашечку и озадачено посмотрела на гостя.
– Инерис? – уточнила она. – Она улетела. Не думаю, что посторонним следует знать, куда.
Двери карантинной камеры разъехались в стороны, и Инерис принялась оглядываться по сторонам.
Позади неё точно также изучала обстановку женщина, некогда основавшая этот Орден.
Обе изо всех сил старались не показывать своей реакции на увиденное.
– Мы не будем вас торопить, – до того стоявший с Инерис плечом к плечу Кален Фэроу теперь вышел вперёд, развернулся и поклонился обеим, скрестив руки в традиционном жесте смирения – ладонь к ладони. – однако совет готов собраться завтра днём. До тех пор вам обеим нужно пройти медицинский осмотр.
– Медицинский осмотр? – Айрен сорвала слова с губ младшей спутницы. Инэрис почувствовала лёгкое раздражение – давно её так не выключали из разговора.
– Это нужно, чтобы убедиться в бактериологической безопасности вашего организма, – говоря это, Кален смотрел Исе через плечо. – Ничего особенного.
Иса спиной чувствовала напряжение, исходившее от основательницы и сама испытывала то же самое. Никакие осмотры и досмотры на этой станции не могли быть тем, чем казались со стороны. И тем не менее, поразмыслив, она откликнулась:
– Хорошо.
Айрен промолчала.
Инерис на самом деле в это мгновение подумала о том, что если хоть кто-то проведёт изучение организма Айрен с использованием новейших технологий, то это может сильно пригодиться и ей самой. А как достать результаты исследований она ещё успеет придумать за следующие несколько часов.
– Сейчас вас проводят в ваши комнаты, – предложил Кален. Кивнул своему спутнику и тот, выйдя вперёд, посмотрел на Айрен и тоже поклонился.
– Идёмте, Древняя, – сказал он. Когда оба двинулись по коридору, ровно половины охраны, сопровождавшей посетительниц по пути с Земли, отделилась и последовала за ними.
Дождавшись, когда они скроются за поворотом, Кален повернулся к тем, кто остался стоять у Исы за спиной.
– Вы свободны, – сказал он, – я закончу сам.
Иса, не оборачиваясь, вскинула бровь, так что выражение её лица мог заметить только один человек.
Губы Калена тронула лёгкая улыбка, когда он посмотрел на неё, но тут же выражение лица снова стало холодным и равнодушным.
– Идём, – предложил он и жестом показал ей следовать вперёд.
