355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мобснабсбыт Ухорезов » Аццкий хай (СИ) » Текст книги (страница 20)
Аццкий хай (СИ)
  • Текст добавлен: 12 апреля 2017, 05:30

Текст книги "Аццкий хай (СИ)"


Автор книги: Мобснабсбыт Ухорезов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

Глава 8. Обыкновенный чемоданишко

– Да, пожалуйста. Ну, братишка, твой выход.

В это время, к скале приблизился один из великанов. Одет так же, как и прочие, ничем особо не выделяется, разве что, помимо огромной шпаги, вооружен еще более огромным двуручным мечом, выглядывающим из-за спины.

Он наклонился, потом присел на корточки перед скалой. Прищурился, разглядывая Золотого Змея. На его фоне, змей действительно был мелковат, размером, разве что с мизинец великана.

– Вот ты и вернулся, Жучара. Осмелился, таки.

Голос его громыхал, а дыхание чуть ли не сдуло Риммона с вершины скалы. Хотя пахло оно приятно, чем-то цитрусовым и цветочным.

– Привет, – Змей, казалось, был несколько озадачен. – СаламМир Козел!

– Он то козел, конечно. А вот ты – змея подколодная.

– Эй, давай без перехода на личности! Я, между прочим, не совсем он.

– Да, уж вижу. Ручки шаловливые, где потерял? Или оторвали?

– Это мой брат, Золотой Змей. Ты, дылда, имей почтение, понял?

– О, эльфик.

Великан, казалось, лишь сейчас заметил Риммона. Такое показушное невнимание, крайне возмутило заносчивого демона.

– Не ЭЛЬФИК! А господин эльф-лейтенант! Присмотрись-ка получше!

– Да вижу я, вижу. Но твоя харизма на нас не сработает. Да и ни на кого здесь она не сработает. Здесь свои законы, свои порядки. Устои. Традиции. И не тебе, эльфик, их менять.

– Ну это, мы еще посмотрим!

– Ты помолчал бы, малец? У нас тут с Жучарой беседа. А ты… вот, на тараксиппе покатайся. Эй, Гадир! Возьми этого, покатай на тараксиппе. На моем.

– М…мм… МАЛЕЦ???

Демон побледнел, позеленел, посерел, покраснел… Ярость накатывала волна за волной. Он уже схватился за посох, когда Тварюшка ободряюще ему подмигнул. Потом затараторил на секретном языке Высших.

– Брат, не обижайся на него. Он всегда был полудурком, я вспомнил. Дай, я разберусь. Это быстро. А на лошадке прокатись, мало кому довелось оседлать Ужас Коней. Да никому, с той стороны, собственно. Кроме Адамчика, пожалуй.

– Братишка, а ты ничего не перепутал? Кто у нас тут главный, а?

– Хм… Сложный вопрос. Но, давай вернемся к нему позже, а пока…

– Эй-эй!!! Ты куда! Поставь меня! Поставь, сволочь, черт тебя побери!!!

Гигантская рука означенного Гадира, подняла демона, и посадила промеж ушей, черного, как смоль, тараксиппа главаря великанов.

– Точно на Гиппофане? Может с кого попроще начать?

Голос второго великана, звучал озабоченно и слегка тревожно.

Тараксипп, судя по всему носивший гордое имя Гиппофан, косил гигантским, злым, красным глазом и мотал головой. Демон матерился, и цепляясь обеими руками за гриву, старался не сверзится со стометровой высоты.

– Точно-точно… Это же не просто смертный. Господин эльф-лейтенаааант, как ни как.

Второй атлант пожал могучими плечами, и со всей дури шлепнул черного тараксиппа по крупу. Тот заорал, встал на дыбы, и рванул галопом.

Таких, непередаваемых ощущений, Риммон не испытывал еще никогда. Страх, восторг, ужас, радость, паника, желание все это немедленно прекратить, и в тоже время надежда, надежда, на то, что бешенная скачка будет бесконечной… Все переплелось, в его душе и разуме. Он еле держался, за жесткие длинные волосы угольно-черной гривы, ноги, не имея опоры болтались где-то позади…

Из глаз текли слезы, а рот исторгал громогласный, демонический хохот… Ну, не очень громогласный… Хохот мальчика-с-пальчика, коим он был сейчас для местных.

Краем взгляда, демон изредка, когда позволяла ситуация, наблюдал за беседой Золотого Змея и атлантов. Остальные великаны давно окружили предводителя, негромко переговаривались и сдержанно жестикулировали. Иногда, по очереди отходили к тараксиппам, и парой ударов по уху или в нос, успокаивали начинавших приходить в себя скакунов. Обретшие спокойствие единороги-мутанты, снова впадали в размышления о вечности, по сравнению с которой, звон в башке – такая мелочь…

Катался Риммон около часа, и в основном по кругу. Гиппофан сам знал куда бежать, когда поворачивать, где притормозить…

Наконец, главный великан встал, на его плече сидел гордый Тварюшка. Атлант оглушительно свистнул в два пальца, и Гиппофан, резко изменив траекторию, понесся к хозяину. Казалось, столкновения не избежать, но животное остановилось, не доскакав до атланта, лишь с полкорпуса. Мгновенно, будто уткнулся в стену.

Инерция, перебросила Риммона через голову, он пролетел меж огромными ушами и неминуемо бы упал. Если бы не рог.

– Уйййеоооо…

Глаза эльфа, и так вылезшие из орбит от смеси страха и восторга, казалось обрели стебельки, рот округлился, дышать стало невмочь. Он схватился обеими руками за пах, ногами попытался покрепче обнять рог, но… Но потерял точку опоры и соскользнул вбок, падая с огромного костяного шипа. Летел он недолго, метров через пять шлепнулся на твердокаменную ладонь великана.

Получена новая способность.

Наездник. 1/10 000

Получен новый ранг способности Наездник 2/10 000

Получен…

Получен максимальный ранг способности Наездник 10 000/10 000

Получен элитный ранг способности Наездник 10 001/10 000

Вы теперь Элитный Наездник, ни одно из ездовых существ в Грязи и примыкающих планов бытия, не способно вам навредить, выказать неповиновение, или противиться вашей воле. Вы не упадете, не будете сброшены, и прочее. Ваше ездовое животное будет защищать вас ценой своей жизни, и сделает все, чтобы облегчить вашу. Все характеристики ездового животного под вами увеличиваются в пять раз. Вы можете приручить и использовать в качестве ездового животного, любое неразумное существо, до (ваш уровень*2) уровня.

Это хорошо, подумал Риммон. Это может пригодиться… если, конечно, яички когда-нибудь болеть перестанут… И копчик…

– Понравилось? – громыхнуло рядом.

Демон с ненавистью посмотрел прямо в глаза атланту. Тот, сначала ухмыльнулся, но почти сразу, (о, чудо!) отвел взгляд.

– Да ну, не будь музой. Не может мужчине, пусть даже и эльфику, не понравиться дар Гиппофана.

– Брат, давай сюда! Мы уже обо всем договорились, сейчас быстренько заберем приз и домой!

– Договорииииились они… – удивительно, но злости демон не ощущал. Только пересекающиеся чувства боли и эйфории, будто контрастным душем омывали разум. Вернее, те его остатки, что не вылетели из ушей во время бешенного галопа.

– Как тебя звать-то, дылда?

– Я не знаю, что такое дылда, но скорее всего, какое-то оскорбление. Еще раз позволишь себе нечто подобное – убью. И не посмотрю на просьбы твоего брата. Выплачу потом виру, так уж и быть. Или пятнадцать суток отсижу.

– Хм… Ну… Дылда – очень высокий человек. Ничего обидного.

– Я не человек, эльфик. Я Атлант.

– Атлант… а ты то, черт побери, откуда знаешь, что ты – атлант? Атлантида, это условное название, оно придумано…

– Оно придумано нашими далекими пращурами, миллионы лет назад. Мы сейчас – в Атлантиде. Я – коренной житель, не то что… другие… А, следовательно, Атлант!

– Миллионы?

– Да, это значит очень, очень давно. Много лет. Ты считать умеешь?

– Хм… Только до ста. Хочешь посчитаю? Раз, два, три…

– Не надо, верю… Так вот, миллион это… эээ… Если ты сто раз, посчитаешь сто раз по сто.

– Ух ты, много. А посчитай, а?

– До миллиона?

– Ага.

– А зачем?

– Ну, а вдруг ты врешь.

Золотой змей уже заливисто хохотал в два голоса. А атланты, видимо представили, как их командир садится на булыжник и начинает считать. До миллиона. А вдруг, собьется??? А у них дома руно не стирано, минотавры не подкованы. И бросились на выручку.

– Он не врет, не врет он! – Голоса остальных атлантов слились в сплошной, непередаваемо рокочущий гул. – Мы тоже умеем, умеем мы тоже!

– Да? – Риммон с сомнение оглядел толпу великанов. – Нужно будет вас познакомить с одним… Математиком. Он тоже числами увлекается. Ну и как тебя зовут, о познавший тайну миллиона?

– Я – полемарх этого полиса, – великан ткнул гигантским пальцем куда-то себе за спину, но явно промахнулся, и указал мимо виднеющихся вдали стен. – имя мое Апалко, что означает Первородный. Полис носит прозвание Суефа, в честь тройственности мироздания. А я, соответственно, Апалко-Суеф. По счастью, в моем полисе обитает и наш Великий Этнарх – Эвенор. Который и хранит… ммм… Доверенное.

– Понятно. Вот ведь, можешь излагать кратко и без закидонов. Ладно, поехали, Палкосуев.

– Апалко-Суеф.

– А я как сказал?

Через полчаса они въехали во врата полиса. Город, как город, вполне себе древний. Только очень большой. Не в том плане, что густонаселенный, а просто под стать жителям. И еще уйма статуй, ничего не подпирающих колонн и целых площадей выложенных красивой мозаикой.

– Слушай, Палкосуев… Да знаю, знаю, просто произношение такое, хромает дикция понимаешь, не обижайся. Не могу, почему-то увидеть твои статы, хоть тресни. Так вот… а когда я на тебе еду, твои характеристики в пять раз увеличиваются?

– Нет, с чего бы?

– Ну вот, легендарный наездник, я теперь. С твоей, между прочим, подачи.

– Это только на животных действует.

– А… Хм… а на Буцефала твоего?

– Гиппофана. На него мое умение действует, твое нет.

– Долго нам еще?

– Почти на месте. Вот дворец Этнарха.

– А он дома?

– Он всегда дома. Он слеп.

– Да ну? И что, зато все-при-все и всех-при-всех помнит?

– Да, а ты откуда знаешь?

– Да был когда-то знаком, с одним таким. Сочинял недурственные стишки. Только много лишних подробностей вставлял, издержки абсолютной памяти, что поделаешь.

– Интересно… Не почитаешь?

– Ну… Щас, вспомню.

Демон не жаловался на память, регулярно учился, ну в перерывах между грехопадениями. Получил множество образований, в том числе, несколько классических. Да и просто по вершкам понахватался… а чего еще было делать, пока не изобрели интернет?

– Пой, богиня, про гнев Ахиллеса, Пелеева сына,

Гнев проклятый, страданий без счета принесший ахейцам,

Много сильных душ героев пославший к Аиду,

Их же самих на съеденье отдавший добычею жадным

Птицам окрестным и псам. Это делалось, волею Зевса,

С самых тех пор, как впервые, поссорясь, расстались враждебно

Сын Атрея, владыка мужей, и Пелид многосветлый…

– Ух ты… Эльфик, а ты… Ты до конца это помнишь??? – на глазах великана проступили огромные слезинки.

Риммон быстренько прикинул…

– Ну, большую часть. Но, если понравилось, могу найти полный вариант. И не дорого возьму.

– Эвенор тоже говорит стихами… Но… Это… Это!!! За это не жаль всех сокровищ Атлантиды!

– Всех сокровищ?

– Всех!

– А тебя не смущают Аид, Зевс?

– А чего они ради меня смутят? Это мои дедушки.

– Оба?

– Ага.

– Фига се, во дают разрабы, вообще мозги прокурили…

– Эльфик… Эээ… Ты сейчас, о чем?

– Да так, о своем. Об эльфийском.

Атлант спрыгнул с тараксиппа, привычно дал ему в ухо, и зашагал к открытому дверному проему, дворца местного пахана. Этнарх, повелитель расы, этноса, насколько помнил демон. Видно, крутой дядька, все эти здоровяки ему подчиняются. Хоть и слепец.

– Этнарх очень прозорлив, – будто подслушав его мысли сказал великан. – Говори ему только правду, и не вздумай издеваться. Неужто ты поверил, будто я повелся на счет миллиона? Или не знаю «Иллиады»?

Во те на… А Риммон уже присматривался, выискивая взглядом обещанные сокровища. Облом-с. Да как технично. И главное, не вовремя. Черт, сбил с нужного настроения, сволочь.

По середине огромного мраморного зала, украшенного мраморными статуями, на мраморном троне, в позе мыслителя, сидел… а вот и не мраморный, а вполне себе мясной атлант. Хоть и неимоверно старый, седой как лунь, и непроницаемой повязкой на глазах.

– Великий Эвенор! К тебе твой верный полемарх Апалко!

– А-а-а-а… входи достойной Битвы муж могучий

Твоими твероступными шагами, я слышу,

Движет злое нетерпенье, желание скорее

Донести благую весть, иль злое предсказанье?

Риммон мигнул. Это что? Он в натуре так разговаривает? Или тоже над Палкосуевым прикалывается, но по-своему?

– Этнарх… Э… Слова твои, достойны занесенья… в… ну. Эээ… Скрижали мудрости, достойны занесенья. Да. В скрижали. И свет, и радость озаряют души… И мысли. И… И скрижали.

– Да кончай тужится, потом секретарям надиктую, и сам за тебя достойный ответ придумаю. Скрижали-срежетали. Тьфу. Противно слушать. Ну, чего приперся?

Фух, пронесло. А то мало ли… Вдруг дедок, из тех маразматиков, что только стихи понимают был бы. Попадались несколько таких. Намучался, жуть.

– Этнарх, вернулся Адамчик.

– Он что, совсем совесть потерял? Несчастный…, впрочем, оно и к лучшему, меня тяготит невыполненное обязательство. И где он сейчас?

– Здесь, Этнарх.

– Ты его притащил сюда??? СТРАЖА! СТРАЖА!!! НЕМЕДЛЕННО ПЕРСЧИТАТЬ ВСЕ! ВСЕ ПРИБИТЬ ГВОЗДЯМИ!!! И ПОСТАВИТЬ ОКОЛО ВСЕГО ПО СОЛДАТУ! И ОКОЛО ТЕХ СОЛДАТ, ЕЩЕ ПО ДВОЕ, ЧТОБ С ПЕРВЫХ КАЗЕННУЮ АМУНИЦИЮ НЕ УПЕРЛИ!

Ппц, что он так разорался? Аж уши заложило.

Как ни странно, приказ был выполнен буквально. В зал, вбежала толпа и рассредоточилась вокруг гигантских, даже по меркам атлантов, статуй. Не ясно было, как Адамчик сможет их украсть, будь он хоть трижды великий вор, да и нафига ему нужны мраморные статуи в триста метров высотой. Но видимо, дисциплина тут была на высоте. На высоте семидесяти метров, не меньше.

– Этнарх, Жучара перевоспитался. По крайней мере, он мне в этом поклялся.

– Верить словам вора? Я поражен твоей наивностью, наиглупейший муж тупой, как пробка от амфоры с вином! Это – Адамчик!

– Он поклялся головой своего брата, что сегодня ничего ни у кого не украдет. Разве что снимет с трупа после честного… Ну, честного для вора, поединка. Ну не поединка… Но с трупа.

– А, ну с трупа еще ладно. С трупа можно, это по-нашему, по… Какого еще брата? Их что, двое?

– Да, Этнарх. Вот, на левой руке у меня Адамчик, обретший новое тело, а на правой – его брат Сам.

Повисла тишина. Старый, слепой Атлант молчал. Риммон тоже. А что говорить?

– Я жду.

Золотой Змей откашлялся.

– СаламМир – козел.

Эвенор расхохотался.

– Да, это ты… – он отсмеялся и продолжил. – Конечно, ты. Ну, здоров будь во веки вечные Жучара-Лжец, Жучара-Вор.

– И тебе, великий Эвенор, здоровья, новых глаз и всех зубов.

– Каким ты был, таким ты и остался. Но где же брат твой?

– Не сторож брату своему, и уж тем более не рот. Он скажет сам.

– Да, сам скажу. Ведь я же Сам, стало быть я сам могу сказать. Он брат мне, я ему, мы кровью связаны вовек, и души слиты будто в бронзе, медь и олово, в одном… ЧЕРТ! Я от вас уже заразился! Можно без стихов? Давайте к делу!

– Да, вы похожи. Не важно, кто как выглядит, ваши души сто крат переплелись. Ну, Жучара… Ты пришел за своим добром? Забрать желаешь, в этот миг?

– Да, Этнарх. Уже пора.

– Да будет так. – Старик громко хлопнул в ладоши от чего Риммон и Тварюшка подскочили метра на полтора. – Эй, кто-нибудь! Несите Ключ от сундука, шкатулки, ящичка, футляра! И поскорее разгильдяи, мне время уж творить, подать сюда пяток секретарей!

Прибежал гигантский сорокаметровый мальчик, и почтительно поклонившись, подал слепцу Ключ. Один. Зато какой! Любой Буратино бы обзавидовался.

Ключ, размером с три Риммона, явно золотой. Такая тончайшая резьба, ни Атланту с его лапищами, ни Человеку с его отсутствием понимания истинной красоты, ни в жизнь не удастся.

Эвенор, с кряхтением поднялся с трона и вполне целенаправленно, уверенно, ни на что, не натыкаясь, зашагал к выходу.

– Я буду скоро, вам тут ждать велю событий,

Достойных воспеванья… в скрижалях… А, тьфу, чтоб ты провалился, со своими скрижалями! Ждите!

– Слышь, Палкосуев, а он что, шизик?

– Апалко-Суеф.

– Ага, я так и сказал. У него шиза, да? То, как нормальный себя ведет, то клинит его.

– Великий Этнарх очень стар. Он родоначальник всех Атлантов, мы все его дети, внуки, правнуки… Чтим его. Так что будь вежлив, прошу тебя.

– А все же?

– Ну… Когда Эвенор, в битве за…

– Опять эти сплетни??? НЕ БЫЛО НИКАКОЙ БИТВЫ! Было предательство, измена!

– О, Этнарх, прости, я не видел, как ты вошел.

– Не видел? А глаза, глаза тебе зачем даны, безмозглый ты баран!

Величье мира постигать, и замечать, и примечать, и видеть!

А более всего, смотреть на старшего обязаны они, величье мудрости

Чтоб запечатлеть в скрижалях… ДА ЕПЕРНЫЙ ТЕАТР!!!

Старик, чем-то сильно огорчился и рухнул в свое неудобное, каменно-холодное кресло.

– Вот. Забирай. – И он протянул слегка дрожащую руку. Посередине ладони стоял огромный, ну для Риммона огромный, а для атланта крохотный, фиолетовый чемодан на колесиках, облепленный со всех сторон стикирами и самоклейками, с непонятными, толи логотипами, толи рунами, толи еще чем-то.

Золотой Змей осмотрел чемодан со всех сторон, понюхал, лизнул, и кивнул обеими головами.

– Да, это он. Брат, возьми его пожалуйста.

Риммон не стал припираться и взялся за выдвижную ручку. Чемодан, тут же уменьшился до приемлемых, пригодных к транспортировке размеров.

Тварюшка перепрыгнул на руку Эвенору и пополз к плечу. Долез до уха, и что-то горячо зашептал. Этнарх молча кивал. Потом хмыкнул, и сказал лишь одно слово: «Хорошо».

Золотой Змей полез обратно, но неловко оступился, на пока еще слабых лапках, и кувырком скатился куда-то в складки одежд старца-великана.

– Ночевала змейка золотая, на груди атланта-великана… – в полголоса продекламировал Риммон и улыбнулся. Ручка чемодана приятно лежала в ладони. Дело было почти сделано.

Тварюшка выпутался, выбрался из складок и извиняясь засеменил в сторону протянутой полемархом ладони.

– Апалко, прими у Адамчика тринадцать драгоценных песчинок, и спрячь понадежней. Это волшебные песчинки, за каждую отвечаешь головой. Не повтори судьбы Меркулоха.

– Слушаюсь, Этнарх.

– Все, мне действительно пора. Да и вам, я думаю тоже. До встречи, о странные братья, скованные цепью времен,

Ваши пути много раз на земли Атлантов ведут

Вы же, ступая, держитесь друг друга, будьте родными по духу,

Я же о вас пропою и память оставлю в скр… ААААААИИИ!!!

– Все, братишка, поехали, деда снова понесло.

– Да. Держись за крыло. Повыше, там шипов меньше. Готов?

– Да.

Темнота. Портал.

… Пришла в голову гениальная мысль.

Не нужно никуда идти, никого искать. Нужно ждать игроков на респе, рано или поздно – появятся.

Этим, Беери и занялась. Ожиданием.

И действительно, не прошло и часа, одна из могил окуталась серебристым светом, из которого соткалось тело орка, Тело было в черно-зеленых доспехах. Черно зеленом фашистском штальхельме. Черно зеленых латных рукавицах и сапогах. Но, без черно зеленых штанов.

– А, суки!!! ПОНОЖИ!

Иззабибель, в облике вороны, сидела на надгробной плите и рассматривала потенциального связного.

– Суки, суки, суки!

Мда, словарный запас невелик. Но и выбора то, особого нет. День, видно, не базарный. Сидит уже почти час, а только первый неудачник отреспился. Она перекинулась в женское тело… Роскошную фигуру, молочно-белого цвета, прикрывали лишь длинные, седые копны волос.

Бебегтр Бутпрык Биовульф. О, ипать, надо же было такое придумать?

– Привет.

– Прив… О, ё-ё-ё…

– Что?

– Тебя, нах, совсем раздели, нах!

– А, это… Можно и, так сказать.

– А с меня, только… Ой.

Орк стыдливо дернулся, и принял позу футболиста в стенке.

– Штаны сняли, нах. Адамантитовые, чтоб их сук, сетовые, почти новые…

– Бывает.

– Тебя, что пэка с респа не выпускают?

– Нет, у меня другая проблема.

– Хуже пэка?

– Да.

– И какая, нах?

– Ну… как тебе сказать… Хочешь, много-много денег, семисотый уровень, и вообще все?

– Чего?

– Хочешь стать крутым?

– Как ты что ль? Да ну нах!

– Ну, как я у тебя вряд ли выйдет… Но… как тут говорят… супермеганагибатором?

– А ты, кто вообще? Полог тебе нах?

– Полог… Да уже, наверное, и не нах. По привычке. А звать меня… Хм… Зови меня Бадб.

– Это вроде раса такая, жутко дорогая?

– Точно. Нах.

– Эмм…

– Что?

– Мне… Ну знаешь. Неловко, нах. Стыдно. Без штанов, нах. Ты – девушка. Голая.

– И что? Хочешь меня?

– Ну… Да.

– Ну, спрячься вон, за камушек. Прими меры. А потом поговорим. НАХ.

– Я это… я… сейчас.

Орк, вопреки ожиданиям, не побег за камушек, а покопавшись в мешке, вытащил какую-то красно-зеленую, клетчатую тряпку. Одел ее, и стал очень похож на этнического шотландца, вступившего в гестапо.

– Килт, нах, – зачем-то пояснил он местонахождение тряпки. – Знаешь…

Он обернулся, но Иззабибель в этот момент умерла. В нее врезалась одуревшая от утреннего света ночная бабочка.

– Эй, ты где, нах?

– А… Ипать твои крылышки… Тут…

– Какие крылышки???

– Это я не тебе. Короче, работа нужна? Легкая, оплачивается шикарно, социальных гарантий правда нет, зато могу пообещать отдаться. Потом.

– Ээээ…

– Не тупи, если согласишься, сразу… Ты какой там… Сто третий? Вот, триста третьим станешь. За полчаса работы.

– Ой, Бадб, да не грузи, нах.

– Не гружу. Проверь.

– Ну… а когда… Это. Ну. Отдашься? И как?

– То есть, тебя больше интересую я, чем плюс двести уровней?

– Ну, ты – вот, тут, нах. А плюс двести левеллов, это не реально. Короче, хочу депозит.

– Чего хочешь?

– Ну… что-то заранее. Прямо сейчас.

– А! Аванс!

– Аванс, депозит… какая, нах, разница? Ну, пусть так. Хочу аванс, нах.

– Аванс, нах… – Иззабибель подпустила в голос томности. – Какой ты… Романтичный. Целеустремленный…

Тьфу, жалко, что ли? Да она таких авансов, за время своей работы на Асмодея, понараздавала и не сосчитать сколько. И хоть бы кто, авансовый отчет предоставил, ипать их…

Так или иначе, аванс был оформлен буквально секунд за сорок.

Сказалась и квалификация кассира, и нетерпение, подотчетного, так сказать лица. Вернее, подотчетной, зубастой, курносой, зеленокожей, морды.

Иззабибель, тоже спешила, мало ли, рухнет левл, и убьет ее струей. Но пронесло.

– Ты такой… Такой мужчина… а знаешь, ты ведь у меня первый…

Она скромно потупила глазки. Седая челка озорно упала на лоб.

– А ты у меня… Бадб, а ты в реале, на Земле где живешь? Я, кстати, Боря. Боря Бутпрыкин.

– Я тебе, потом скажу. Давай сначала здесь немного пообщаемся.

– Ну хоть зовут тебя как, нах? Не Бадб же, в натуре?

– Зовут… – Иззабибель ненадолго задумалась. – Изольда.

– Ух ты. Изольда… Изо льда… Поэтому белая?

– А ты еще и умный. Я давно, всю жизнь, такого искала.

Она прижалась к холодному доспеху и вонючему килту всем телом, нежно провела пальчиком по могучему плечу орка, но вдруг, резко отпрыгнула.

– Не подходи!

– Что? – Боря в недоумении шагнул к ней. – Что не так, нах?

– Все так, все так…

Проклятый левел медленно пополз вверх, потом резко прыгнул до миллиона, и упал в минус сто миллиардов.

По большому счету, нет разницы, что минус первый, что минус сто миллиардный. Все равно, любой севший комар, или упавший с дерева листик – одинаковый каюк.

А вот миллионный левл, это да… Сила. Сотрет Борю, в порошок, одним дыханием, как он верно говорит, нах. И пропадут труды последних десяти минут. И потом, мало-ли когда тут следующий постпубертат отреспится?

– Извини, Борь… Мне нужно отдышаться… Уж больно ты хорош. Боюсь, снова не устою. А у меня и правда дело. Очень важное. Жизнь и смерть, зависит, можно сказать.

– Изочка, чем я тебе помочь могу? Тока скажи! Все сделаю, нах!

Готов. Все, теперь можно веревки вить. Только не забывать подкармливать иногда. Да, атрофировались какие-то суккубские навыки, но ручки то помнят…

– Боречка, Боря… – она закрыла лицо руками и захлюпала. – Только не подходи…Я сама… Чуть позже.

– Что случилось-то, нах? И вообще. Го в город. Че мы сидим на могилах?

– Нет! Нельзя! Пока нельзя… Боря, мне твоя помощь нужна… а про левел, я не вралааааа…

– Чо, правда, нах?

– Опой клянусь!

– Ээээ…

– Ну, тебе она и так достанется, но потом. А сейчас… Боря, ты смелый?

– Я – орк!

– Ты не боишься зайцев?

– Кого, нах???

– Зайцев. Ну, мало ли. Вдруг, фобия какая?

– Чего, нах???

– Значит, договоримся. Борь, тут такое дело… – у нее было достаточно времени, чтобы заранее придумать несколько легенд, и сейчас, Беерри излагала простейшую. – У меня очень редкая раса. И редкий, очень, редкий квест. Я, по его итогам, получу максимально возможный левл. И еще один перс, которого я выберу. Хочу, чтобы это был именно ты…

– Семисотый? – глаза орка округлились.

– Да. Причем, ты получишь его сразу. Вот, прямо сегодня. А потом, еще кучу этих… плюшек.

– А чего делать-то?

– Ничего особенного, – она повела изящными плечами и седые волосы соскользнули с роскошной груди. – Только то, что я скажу. В основном – переводить.

– То есть? Блоки языковые установить, нах?

– Нет, не надо на него ничего устанавливать, он и так огромный… Есть существо. По условиям квеста, я не могу с ним напрямки общаться. Для этого и нужен ты. Ну может, когда подвинуть что, или грохнуть кого.

– И все?

– Все.

– А это… Тебе сколько лет в реале? Ну, я не то чтобы… Ну понимаешь… а вдруг…

Вот козел. Тут ее судьба решается, а он переживает что пенсионерку трахнул.

– Шестнадцать.

Иззабибель попыталась покраснеть, но не смогла и просто смущенно закусила губу.

– Я маленькая для тебя, да? Тебе со мной не интересно? Ты ведь, наверное, зрелый мужчина, у тебя таких как я…

– Да ну, нах! Самое оно! Мне семнадцать! И знаешь… Ну, у меня, конечно были женщины до тебя. Много. Но ты! Ты лучшая!

– Правда? Ох, Боренька, я так рада, так рада…

Уровень, крутился где-то около нуля, и она, быстро подскочив, чмокнула идиота в зеленую небритую щеку. Пустила умильную слезу.

– Борь, я тебя очень прошу… Помоги мне…

– Само собой, нах! Куда идти? Вот, только штаны…

– Идти не надо, о штанах не переживай, скоро ты из них все равно выростишь. Значит слушай. Я скажу волшебные слова. Ты их повторишь, появится заяц. Он меня не слышит и не видит, нужно, что бы ты работал ретранслятором. Справишься?

– Кем работал, нах?

– Повтори слово «ретранслятор».

– Ритрослятор.

– Сойдет, справишься. Главное – ничего не бойся, и нечему не удивляйся. Готов?

– А ты это… Это надолго? А то может повторим, нах?

– Ух, какой пылкий! Конечно повторим милый! Вот, дело сделаем, и сразу повторим! А то и попятерим!

– Ну, дык, не тяни кота, нах! Че говорить, то???

Иззабибель вздохнула. Наконец то. И повторила, вслед за хором зайцев:

– Синий, Налево, Пиво, Джек, Девятнадцать.

В этот момент, уровень снова упал, и она умерла, убитая паутинкой, принесённой утренним легким ветерком.


Форум.

Автор: Кац Абрч Старатель

Тема: Помогите бедному больному человеку!

«Очень уважаемая администрация, ви там все знаете, как сильно я тебя уважаю. И неравнодушные к чужому горю люди, орки, прочие хорошие существа. Жизнь и последний маленький кусочек мацы находятся под угрозой, скоро дети будут просить покушать, а покушать будут только счета. Совсем недавно, пока жизнь еще не дала трещины, я худо-бедно сводил концы с концами и дебет с кредитом. Но сейчас, каждый день, становится все хуже, торговля не идет совсем, у людей нет денег, и я их понимаю, у меня самого их нет. Те несколько маленьких лавок, которые призваны обеспечивать всем необходимым отважных и мужественных первопроходцев сектора Снатка, работают почти в убыток, и, наверное, скоро придется их закрыть, потому что все очень хотят взять в долг, а потом умереть. Особую печаль, а также тревогу за правильность мироустройства, доставляет пассивное поведение местных жителей-НПС кряков и пельменцев. Эти, уважаемые ранее со всех сторон существа, теперь совсем не работают, совсем ничего не продают, и совсем ничего не покупают, чем подрывают основу экономики целого сектора, а не только мой маленький интерес. Лишь сидят, жрут комаров, без хлеба и соли, которая у меня, между прочим, совсем недорого, и чего-то ждут. У них, как будто все уже давно есть, шоб я так жил. Обращения в приват, уважаемая администрация упорно игнорирует, и совсем скоро, мне придется оставить на произвол судьбы, без спичек и соли, много уважаемых игроков, не могу же я работать за так, или вообще в убыток. Поэтому, я обращаюсь к вам напрямую, любому, кто расшевелит этих ленивых гоев и отправит их на охоту, я, таки, обеспечу пожизненную (зачеркнуто) годовую десятипроцентную скидку в любом (зачеркнуто) одном из моих магазинов. Уважаемые игроки, не дайте-таки погибнуть малому бизнесу в районах обитания малых народов, пусть им будет хорошо!»

«Первонах!»

Администрация: комментарий удален, причина: Антисемитские высказывания. Материалы переданы в суд.

Администрация: комментарий удален, причина: Антисемитские высказывания. Материалы переданы в суд.

Администрация: комментарий удален, причина: Антисемитские высказывания. Материалы переданы в суд.

Администрация: комментарий удален, причина: Антисемитские высказывания. Материалы переданы в суд.

Больше комментариев в теме не было.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю